Текст книги "Шадар. Сокровище мира (СИ)"

Автор книги: Эвита Май

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 34 страниц)

Эвита Май
Шадар. Сокровище мира

Пролог

Я бежала. Изо всех сил! Но ноги вязли в зыбучем песке, горло перехватывал разливающийся вокруг жар, а сзади, почти в затылок дышал ОН. Кто ОН – я понятия не имела, но только одного знания, что Он за моей спиной – взбешенный, страшный, рычащий – хватало, чтобы волосы на голове встали дыбом, а в груди разливалась тошнотворная паника.

– Беги, мелкая, мы прикроем! Уноси ноги!.. – на несколько голосов орали где-то.

«Легко сказать!..– хотелось мне заорать в ответ, – не за вами же гонятся!»

В боку закололо… Сильно закололо. Схватившись за ребра, пальцами я почувствовала густую влагу.

Я ранена, мне конец!!!

Грохот усилился, ноги увязли окончательно и я упала на четвереньки, все ещё пытаясь ползти. По щекам катились слезы ужаса и бессилия, а впереди переливались радужные кольца портала, пышущие нестерпимым жаром.

– Ахв!..– клацнуло надо мной чудовище, обдавая смрадом из клыкастой пасти.

«Вот и все… капец…» – подумала я.

Страха больше не было. Была обида, что у меня не получилось, я подвела ребят и…

Я мучительно вспоминала имя того, кого боялась разочаровать больше всего. Кто мне верил и был так дорог, что и жизнь не жалко отдать. Что, впрочем, я сейчас и сделаю…

И когда на загривке сомкнулись мощные челюсти, я даже не закричала…

Глава 1

Я вздрогнула и распахнула глаза… Сердце колотилось в горле, меня сотрясала дрожь… Епрст, всего лишь сон, а я едва не поседела – настолько он был реалистичен! Вырвавшись из ночного кошмара, я часто дышала, пытаясь успокоиться и прийти в себя настолько, чтобы связно мыслить. Сглотнув вязкий комок, я пыталась сориентироваться в окружающем пространстве.

Светящийся циферблат электронных часов показывал начало третьего. В соседней комнате шел нешуточный бой. Виртуальный, естественно! Навязчивый грохот, преследовавший меня сквозь сон, оказался всего лишь «барабанной дробью» по кнопкам клавиатуры, а сполохи пламени, нарисованные моим сонным, но от этого не менее живым воображением – отсветами монитора на глянцевой поверхности потолка.

Моё бренное тело возлежало на диване в гостиной при полном, так сказать, «параде»: в офисном костюме, с сумочкой, в туфлях и даже зажатым под мышкой зонтом – именно так, как я явилась с работы и, свалившись на диван, мгновенно уснула. Что-то нещадно давило в бок и пошарив под оным, я извлекла на свет божий два пульта – от телевизора и музыкального центра и два мобильных телефона. Боль в боку стала утихать, но стоило мне сесть, как она вернулась, разлившись по всему телу неимоверной ломотой.

– Какого хрена… – пробормотала я, с трудом поднимаясь и отправляясь на поиски нарушителя моего драгоценного спокойствия, то бишь родного братишки, имеющего гадскую привычку периодически ночевать у меня после поздних посиделок с друзьями или многочисленными дамами. Но, внезапно обнаружив подмену, я возопила уже по-настоящему:

– Какого хрена, Ёж, ты тут вытворяешь?!

Мой полусонный вдруг мозг заработал с невероятной скоростью, но всё никак не мог сложить два и два, дабы осознать два этих невероятных события – начало третьего ночи и присутствие Иржи в моей квартире.

– Мобов бью… – не отрываясь от ноута, выдал Ёж, он же Иржи Матвеевич Золотников, «мальчик» двадцати семи лет отроду.

– У тебя совесть есть? – патетически воззвала я, скорчив скорбную мину.

– Есть, а что? – быстро отозвался парень.

– Как видно стопроцентная, непользованная… Выключай всё на фиг и живо домой! Тебя мама, наверное, по всем больницам и моргам ищет.

– Никто меня не ищет, – пробурчал Иржи и, вконец обнаглев, заявил, – Я, между прочим, сказал, что сегодня у тебя ночую…

От этой «радостной» новости я едва не рухнула.

– Что?! – взревела я, как раненый гризли.

То есть хотела взреветь, но голосовые связки дали сбой и вместо возмущённого рёва получился переливчатый взвизг.

– Ничего… – невозмутимо ответствовал мой визави, делая вид, что не заметил вокальных изысков и, невинно пожав плечами, добавил: – Это же вполне естественно в нашем положении…

– В каком таком положении?! – на этот раз рёв был вполне натуральным, что наконец-то заставило Иржи обратить на меня своё внимание.

– Ну, ты моя девушка и всё такое… Солнышко, что случилось?

– Что случилось?! … – возмутилась я, пытаясь справиться с поднимающимся возмущением. – Во-первых, спать под эту канонаду невозможно, одни кошмары сняться. А во-вторых, я не твоя девушка – всё это сплошная фикция! Так что закругляйся и выметайся!

– Не могу! – категорично заявил Иржи.

– К стулу, что ли, прирасти успел? – ехидно поинтересовалась я. – Немудрено, конечно, при таком количестве просиживаемых часов.

– Я же о тебе беспокоюсь!

– Да ну?! – удивилась я.

– Так как маме я уже сказал, что ночую здесь, то моё появление дома будет истолковано, как наша размолвка. Чуешь, куда я клоню?

– Спинным мозгом, – мрачно подтвердила я, вообразив «весёлое» пробуждение в шесть утра от серии звонков Иржевой мамы.

Почему в шесть? Да потому что она «жаворонок» и считает приличным временем для телефонных звонков период с шести утра до восьми вечера и ничего с этим поделать нельзя! Что еще ждать от женщины, которая назвала ребенка таким странным именем и испортила этим ему детство и большую часть юности?

– Ну, ты змей, Ёж! И за что мне такое наказание?! – пробормотала я и, прихватив из шкафа спортивный костюм, я отправилась переодеваться.

Глава 2

Первопричиной моего «наказания» была моя собственная слабохарактерность – давно пора это признать! А вот “второпричиной” – родительница Иржи: Виктория Германовна. Женщина очень решительная и напористая во всех отношениях. При внешней физической хрупкости она обладала хваткой матерого мастифа и пробивной силой стотонного бульдозера. Ее пунктиком было доведение всех дел до их логического завершения. Виктория Германовна большую часть своей достойной жизни провела на руководящей работе, начиная с незапамятных комсомольских времён и дослужившись до зама какого-то крупного чиновника. И вот в семьдесят (!) её очень вежливо, но не менее твердо и решительно рискнули проводить на пенсию доброжелательные коллеги – кстати, не без жертв и потерь! – и она почувствовала себя абсолютно ненужной и бесполезной.

В своей жизни она горела только работой и к пенсии оказалась без увлечений, присущих обычным российским пенсионерам. Домашняя живность, милый сад с растениями, все виды рукоделия и даже возможность путешествовать – все было перебрано и отвергнуто. И она, было, загрустила совсем, как вдруг в этой немолодой, но ещё очень бодрой женщине неожиданно проснулся жуткий материнский инстинкт, до сих пор благополучно дремлющий. Ну, это я исхожу из того, как мало доставалось Иржи родительского внимания в детстве и отрочестве: пристроенный по всем возможным кружкам и секциям он ежедневно приползал домой едва ли не полночь и о маме знал, что она у него таки есть. Но сейчас эта зараза – я материнский инстинкт имею в виду – заявил о себе в полный голос и Виктория Германовна решила, что ей позарез нужны внуки и как можно больше (надо заметить, что кроме остальных качеств Виктории Германовне был присущ максимализм), дабы она могла с ними нянчиться и баловать малолетних чад нещадным образом.

И мама обратила свой взор на единственное дитятко, оно же единственное средство в достижении поставленной цели. На Иржи – долгожданного, ненаглядного и единственного сыночка, опору в жизни и ключик к исполнению заветной мечты в одном флаконе! О чем она без лишних предисловий и уведомила свою кровиночку. Иржи к такому повороту оказался совсем не готов, и, узнав о возложенной на него миссии, откровенно запаниковал.

Генетически унаследованный от мамы характер – очень, кстати, помогавший ему в жизни – пал жертвой аналогичного характера помноженного на жизненный опыт родительницы, а родственная связь взывала к исполнению сыновнего долга. И это очень напрягало Иржи, так как несмотря на весьма преклонный возраст – двадцать семь лет!!! – жены и иже с ней детей у него не значилось даже в планах на следующую пятилетку.

Кроме того, девушки – это так утомительно! Он уж молчит о материальной стороне – денежки у него водились и довольно внушительные суммы: Ёж был востребованным айтишником. Хуже всего, что они требовали не только материальных вложений, а некоторые особо бескорыстные особи и не столько их, а сколько его драгоценного, а точнее, бесценного времени. Эти ухаживания, таскания по клубам и ресторанам, боулингам и прочим непотребным местам…

Куда милее его сердцу были непритязательные мускулистые орчанки, соблазнительные эльфийки и опасные вамп-камаэльки… Да-да! Всей нашей увлекательной действительности Ёж предпочитал виртуальный мир, где его физические параметры были представлены не вялыми от сидячего образа жизни бицепсами, трицепсами и прочей анатомией, а полутора центнерами бугристой сероватой плоти матёрого орка, а звериный оскал вкупе с уровнем и профессией виртуального героя внушали страх и уважение противнику. Вот где бы он с удовольствием и скоропостижно женился, так только там!

Но, посвященному в планы родительницы, ему нечего было и надеяться, что она согласиться на подобный суррогат! Жена нужна натуральная. Хотя бы не жена, а официальная гёрлз на первое время. Представить маме, сказать, что всё серьёзно, но в таких делах торопить события строго воспрещается… А там, глядишь, мама придёт в себя и её материнский психоз и ожидание внуков пойдут на убыль…

Этими соображениями он и поделился со мной. Почему со мной? Да потому что я единственный по его словам человек – заметьте, не женщина, а человек! – который воспримет это предложение совершенно правильно. Я знаю Иржи лет сто – он с моим братом старшим дружит – причём знаю, как облупленного, и всерьёз его никогда не воспринимала. Более того, давным-давно для себя решила, что уж он будет последним мужчиной на земле, которому суждено стать моим мужем.

Хуже всего, что этот пройдоха прекрасно был об этом осведомлен, и испугать его фальшивыми уверениями что из «лже-гёрлз» я вполне могу внезапно и скоропостижно перейти в разряд серьёзной претендентки на его руку, сердце, состояние, жилплощадь, титул невестки его мамы, а также матери его многочисленных отпрысков, не удалось бы при всём моём огромном желании.

К тому же я была «должна» – это он пристроил меня на хорошую работу, хотя законченного высшего у меня пока не было – студентка я! – частенько прикрывал, несколько раз отмазал при опозданиях и вообще по жизни часто выручал. Даже помог снять квартиру недорого и с полной обстановкой. Вот сколько он для меня сделал исключительно по дружбе…

Так что отказаться не было ни одного шанса. Так я и стала «официальной девушкой» Иржи и с дрожью в коленках пережила самое страшное в этой афере – представление счастливой маме в качестве его невесты. Так мне на тот момент показалось, что «пережила». Ёж был счастлив тем, что ему перестали «есть мозг». Мама, узрев знакомое и «благонадёжное» лицо, была осчастливлена вдвойне. И только я была несчастна, ибо с того дня и начались мои настоящие мучения.

Во-первых, телефонные звонки лже-будущей свекрови через день с приглашениями в гости и просто по всяким разным поводам и без оных, а также консультирование по всевозможным вопросам, в том числе по тем, в которых я вообще ничего не смыслила и вряд ли когда смыслить буду.

Во-вторых, свалившееся на меня объяснение с моей собственной семьёй, которым активная Виктория Германовна сразу позвонила, дабы они разделили с ней «эту радость». Так что провести операцию «лже-невеста» по-тихому, без шума и гама не удалось. Узнав истинное положение вещей, мама с папой находились в странном состоянии, очевидно не зная, плакать или смеяться. К Иржи они очень хорошо относились. Достаточно сказать, что он практически жил у нас: в моей маме он будил желание немедленно обогреть-приласкать-накормить. С папой он был в отличных отношениях и всегда находил множество тем для разговоров. И вообще они часто сидели втроём – папа, братишка и Ёж, беседуя о своих мужских проблемах, или отправлялись в гараж, на рыбалку или «по бабам», что значило просто посидеть в пивном баре. Но тут совсем другая, непонятная ситуация и как, скажите, им на неё реагировать?!

А братишка вообще долго над нами ржал, потом сказал Иржи, что у него ни одного шанса – знать бы только, о чём это он! – а теперь постоянно подкалывает, интересуясь датой свадьбы.

Есть ещё и «в-третьих» – это сам Ёж. Теперь свободное время он коротал у меня – не с мамой же! Потому что у меня чудесный аппарат, безлимитка – которую он сам вызвался оплачивать! – и полное отсутствие покушений с моей стороны на его свободное время. Сказка! Да и брата я стала видеть раз в семь раз чаще: он то и дело забегал ко мне, а по факту к Ежу, и тогда эти обалдуи уже вдвоем устраивали из моей жилплощади какую-то штаб-квартиру!

Глава 3

– Ник, есть что покушать?!

Я едва не подпрыгнула от неожиданности. Да, панельные дома так себе по уровню звукоизоляции, но у меня в квартире вообще какое-то эхо гуляет! И вот, кстати, в-четвертых подъехало!

Конфискация моего чудесного “железа” не стала последним камнем преткновения. Приходящий Ёж имел статус «гость», а по моим представлениям гостей полагалось кормить. Или хотя бы угощать – так меня мама воспитала! Тем более, что мой лже-жених частенько являлся прямо после работы и был заведомо голодный. Без ложной скромности заявляю, что отлично готовлю, особенно под настроение.

Но тут мне пришлось стать банальным поваром среднестатистического общепита, потому как у Ежа всегда был прекрасный аппетит, а после очередной осады или ТБ просыпался настоящий жуткий звериный голод, и он молотил всё подряд: и мои кулинарные «изыски» и простецкие блюда – и всё с равным удовольствием и рвением. И даже относительно несъедобное – как то сырые зёрна попкорна! – как-то умудрился с голодухи сжевать, прежде чем я заметила и отняла.

И какой смысл мне готовить что-то сложное и красивое, если он на красоту даже не глядит, а поливает всё подряд кетчупом и в рот суёт?! Ради чего стараться?! И как в него вообще столько влезает: жердь жердью, на пляже строение скелета изучать можно!

Оставшись после пары «осад» без продуктов и средств не только на их приобретение, я стала требовать не только оплаты безлимитки, которой и так практически не пользовалась, но и трёх четвертей продуктовых запасов.

– Может, тебе ещё за аренду «железа» платить? – сдвинув брови, поинтересовался мой официальный бой-френд.

– Было бы неплохо. И про бытовую химию не забудь. И коммунальные услуги! – тут же нашлась я.

Расхохотавшись, Иржи в ответ на этот финансовый произвол заметил, что я уже практически ему брачный контракт предложила, только пока в устной форме. А обличив это в бумажный формат, мы только подтвердим свои намерения и мне ничего другого не останется, как точно выскочить за него замуж! Посмотрев на моё вытянувшееся лицо, он состроил деловую мину и добавил, что его всё устраивает и он уже точно готов не просто к совместному проживанию, а даже с официальной регистрации: положить, так сказать, на алтарь семейной жизни свою неприкосновенную мужскую свободу…

Вот гад!

Возмущенно вздохнув, я принялась было придумывать план «страшной мести», но Ёж поспешил ретироваться с глаз моих. Но с того дня почему-то наш устный «брачный» контракт вступил в силу, и если Иржи не приносил продукты сам, то оставлял мне средства для их приобретения. Дабы исключить возможность своего алчного интереса в этом вопросе, я строго вела домашнюю бухгалтерию, так что мы уже практически жили одним хозяйством, при этом не переходя грань дружеских отношений.

Единственное посягательство, которое он позволил по отношению ко мне, так это попытался втянуть в эту игру: и героев показывал, и осады и правила объяснял, и даже обещал-таки ещё ноут приобрести для меня, чтобы носились мы вдвоём по виртуальным лесам и весям, он – тир восьмидесятого уровня, я какая-нибудь тёмная эльфа-магичка… Как романтично!!! Только меня виртуальный мир ну никак не привлекал. В реальности гораздо интереснее!

– Ника, ты там не утонула? – Иржи, отчаявшись докричаться до меня, тихонько поскребся в дверь ванной комнаты.

– Иду! – я выбралась из своего убежища и поплелась на кухню. – И есть вечером, между прочим, вредно.

–Так ведь почти утро уже. Практически завтрак! – парировал этот умник.

Завтрак, так завтрак! Я распахнула холодильник и оценила его заполненность. Бинго! Мой идеальный недо-жених казался запасливым парнем и следовал нашим договоренностям. Почти всем, так как насчет ночевок у меня мы как-то не договаривались! Пусть это ничего не значит для нас двоих, но Иржевая мама наверняка расценит это как очередную «ступень» в отношениях. А то и вовсе решит, что мы приступили к плану “по производству” внуков!!

Вот Ёж! Вот змей, ну «удружил»! А-а-а-а!

Глава 4

– Солнышко, всё в порядке? – Я вздрогнула и резко обернулась. В дверном проеме стоял Ёж и с беспокойством взирал на меня. – Ты не обожглась?

– Нет!

– Дверцей палец прищемила? – выдвинул он новую версию, оправдывающую мой «крик души».

Я отрицательно помотала головой.

– Ты решила разморозить холодильник, и он ударил тебя током?

– Ёж, время три ночи, с какого перепугу я начну размораживать холодильник?!

– Ну, я не знаю… Зачем ты тогда из него всё вытащила?

Обернувшись, я обнаружила, что и впрямь так увлеклась своими мыслями, что почти ополовинила холодильник . Вот дошла!

– Я осмысливала ситуацию! – мрачно заявила я Ежу.

– Ну, это всё объясняет! – ухмыльнулся он.

– Тебе смешно?!

Иржи примирительно выставил ладони вперед.

– Слушай, Ника… Ты всё принимаешь слишком близко к сердцу. Просто расслабься и отпусти события. Пусть всё идёт… м-м-м… Самотёком. Ладно?

– Самотёк, обычно, приводит к затоплению!

– Из тебя получится очень сварливая и нудная жена! – сокрушенно покачал головой Ёж, а пока я хлопала глазами, не зная, как на это заявление реагировать, он, как ни в чём не бывало, мило улыбнулся. – Не злись. Всё будет отлично. И уж раз ты всё достала, приготовь, пожалуйста, хотя бы бутер – я с голодухи загибаюсь!

– Я тебе не жена, а фиктивная девушка, что б тебя тут откармливать! – буркнула я.

– Ладно, – с тяжёлым вздохом после паузы проговорил он. – Тогда я сам…

Я мигом представила вселенский погром, который он устроит на моей уютной кухоньке, и свои многодневные усилия по его ликвидации.

– Нет уж, с меня на сегодня хватит потрясений! – и сделала вид, что не заметила его довольной улыбочки.

Я сотворила зачем-то аж два гигантских бутера. Отправив один в холодильник, второй понесла страдальцу. В комнате ничего не изменилось. Ёж по-прежнему сидел перед монитором, и, судя по всему, «прекращать фигню» не собирался.

– Вот, – едва сдержав зевок, я поставила перед ним тарелку и он, благодарно кивнув, впился в него зубами. Я сдерживая улыбку, задумчиво проговорила: – Интересно, а ты вообще вкус того, что я готовлю, чувствуешь или тебе вполне можно что-нибудь такое подсунуть…

– Чего такое подсунуть? – тут же испугался Иржи, и запоздало принялся высматривать опасные ингредиенты.

– Сейчас ничего, а там видно будет, – отозвалась я, невинно похлопав ресницами.

– Ох, и злая ты, – пожаловался Иржи, покачивая головой. Мы оба рассмеялись.

– Что у вас там? – я кивнула на «сборище» нелюдей на экране и смахнула полотенчиком крошки со стола.

– Только что замок отвоевали…

– Воины, блин!.. Все же понарошку!

Иржи не ответил. Он как-то ссутулился, а в отсветах монитора его лицо казалось болезненным и очень усталым...

– Ёж, а ты не заболел случайно? – всполошилась я, тут же потянувшись потрогать его лоб. Ох, и заразная эта вещь – материнский инстинкт, скажу я вам! – Наверное, весь день в офисе под кондиционером сидел!

– Да нет, не заболел, – увернулся он от моей руки. – Просто устал. Дел было по горло. И вот знаешь, что ещё, – он понизил голос. – Кажется у меня это… Того.

– Чего “того”? – насторожилась я.

– Глюки. – Ёж выдержал значительную паузу, обернувшись и глядя мне прямо в глаза. – Я намедни мобов бил, всё как обычно, а потом словно в мозгах что-то повернулось и я будто бы в самом деле там, понимаешь?

– Нет… – от его низкого, какого-то «замогильного» голоса и этого пронзительного взгляда у меня в животе захолодело.

– Ну, это как эффект полного присутствия. Даже не 5D, а ещё круче... Они будто даже говорят со мной на каком-то странном языке, а я их понимаю…

Минуту я пребывала в ступоре, а потом заголосила:

– Завязывай с играми своими, пока не пришлось вызывать добрых дяденек в белых халатах. Наденут тебе рубашечку с длинными рукавами и увезут в психушку. Этого хочешь? Крыша скоро совсем уедет, что я тобой, сердешным, делать буду?!

Ёж, зараза, откинулся на спинку кресла и расхохотался.

– Ну, у тебя и лицо сейчас было!.. Ты бы ещё добавила «на кого ты меня, сироту, покинешь!» Что, поверила?! – после чего получил кухонным полотенцем по спине и надулся. – Я что виноват, что ты шуток не понимаешь?

– Дурацкие у тебя шутки. Ещё раз так пошутишь и будешь себе новую девушку искать!

– Ладно, Ник, извини, больше не буду… – И деловито поинтересовался: – А там осталось, что поесть?..

– О-о-о-о! – мученически застонала я, возводя очи долу, и мы рассмеялись уже вместе. А потом я включила “мамочку”:

– Сделай перерыв и поешь нормально. В шкафчике справа пакет с твоим любимым печеньем. Всухомятку не ешь – в холодильнике пакет молока. И куриный салат в пластиковом контейнере. Бутер на верхней полке. Мороженое – в морозилке, фрукты в вазе на столе. Уф, кажется всё. Я спать, у меня завтра… Точнее, сегодня тяжёлый день – два зачёта, а потом на работу пилить. Диван сам заправишь, постельное бельё я тебе положила. Будильник поставь, если на завтра что-то наметил…

Иржи послушно, как-то по-мальчишечьи кивал: мол будет сделано, не беспокойся, а у меня почему-то неприятно защемило внутри. То ли от его какой-то неприкаянности и беззащитности, то ли от мелькнувшей и пропавшей дурацкой мысли, что я уж как-то привыкла к нему и Ежа мне точно будет не хватать…

Тряхнув головой, дабы вытряхнуть из оной подобную ересь, я ретировалась в спальню. Но избавиться от странного тянущего чувства, тревожного и противного, объяснения которому я не могла найти, так и не смогла. Так с ним и провалилась в сон, который, впрочем, мало чем отличался от яви. Он был столь же тревожным, непонятным и муторным...

Уф, вот теперь вроде все понятно про главную героиню и зачинщика переполоха.

Мы подобрались к началу приключений! Ну что, отправляемся в путь?

Здравствуй, новый чудный мир)