Текст книги "Хладнокровное чудовище (СИ)"

Автор книги: Евгения Александрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Глава 20
Допрос

Горло саднило от отравы, но восстанавливался он на удивление быстро. Интересно, Айдан предполагала, что он очнётся сам, или знала, что его найдут недостаточно поздно для того, чтобы он выжил?

Вальдер сплюнул едкую горечь и снова приложился к кувшину, в котором еще плескалась вода. Утер рот и усмехнулся. Знал бы, чем закончится эта встреча, ничего бы не изменил. Нечто внутри давно жаждало перемен. Как и тогда, на объятых пламенем плантациях Юга, когда огонь и ярость готовы были сожрать его целиком.

Что-то изменилось, как он и почувствовал после возвращения в Иввар. Юг заставил встряхнуться, выйти из череды однообразных событий и тяжелого, гнетущего несколько лет чувства после предательства командира и бывшей жены.

Юг обжёг не только кожу сгоревшим дотла тростником, но и душу. Опалил, заставил снова почувствовать жизнь и жажду – неизвестно чего.

Как будто прежде он всегда существовал наполовину, не подозревая об этом. Жил. Женился, играл по правилам общества. Ненавидел. Жаждал мести. Сражался. Честолюбиво рос по карьерной лестнице в армии Иввара, достигая новых высот, одерживая победы на поле боя и не только – благодаря и своему дару.

Но какая-то грань человеческого бытия всегда оставалась для него закрытой. И именно выжигающий дотла, невыносимо душный Юг сжёг и преграду – ту глухую броню в собственном сознании.

Как будто впервые Вальдер готов был и впрямь ощутить чужую душу. Не эмоции, не сиюминутные страсти. Не предсказать или направить так, как ему угодно, провоцируя и наблюдая с любопытством исследователя. Он впервые готов был… прожить это на совсем ином уровне.

Но Айдан де Марит уже вовлекла в новый смертельный танец. А кто он такой, чтобы отказывать прекрасной даме?

Вальдер хрипло откашлялся, схватившись за дверной косяк и пригнулся, чтобы выйти на улицу.

– Командир, – горестно вздохнул позади Гаррет, засуетился его пёс.

– Я скоро вернусь. Всё равно меня допросят, рано или поздно. Так лучше я приду первый… – Вальдер обернулся на напарника через плечо, – и расскажу, как жаждал спасти императора и ловил предательницу короны и опасную преступницу, чья голова теперь стоит очень дорого. Верно?

Гаррет взглянул из темноты дома в упор на него, поджал губы и всё-таки бросил с укором:

– Так вы знали, что она хочет его убить? И всё равно…

– Знал, что душа её темна и полна боли. Но не знал, насколько. Захотел убедиться лично.

К сожалению, на этих словах его память услужливо показала другую Айдан – стонущую в его руках, разгоряченную, нежную и желанную.

Я никогда не буду твоей.

И тут же – податливые ладони в его пальцах, сбивчивое дыхание и жадные, раскрытые навстречу губы. Тесно прижатая к стене, она судорожно хватается руками за его шею и стонет жарко на каждое его движение, и во всем её теле откровенное, пошлое наслаждение. Острое и яркое, как лезвие.

Она провела его по грани от злости до предвкушения и снова вывела к ярости: ни грамма равнодушия, каждый миг с ней рядом – на острие меча. И всё равно тайна. Даже, будучи так близко, – ни на дюйм не стала ближе.

А ведь ему и впрямь стало важным понять, впервые в жизни. Кто она и почему такая, какая есть? Что ведёт Айдан и что могло толкнуть на путь убийцы?

А что на самом деле ведёт его в первую очередь: грёбаное любопытство или уязвленное самолюбие? Жажда утвердить свою власть и отомстить?

Или… сокрушить до основания стену, чтобы впервые пропустить через себя то, что прежде было чужим, не твоим, неясным. Стать больше, чем собственная жизнь. Сотрясти чужую душу, пропуская через себя не только энергию, но и боль, страх, желание, сокровенные мечты, смех и что-то в самой сердцевине: отчаянное, упрямое, не поддающееся пониманию.

Я – погибель твоя, капитан.

На улице светало. Вальдер сощурился и осмотрелся, выйдя под открытое небо. Больше вслушался: не бьют ли в гонг, возвещая на всю Империю о гибели её императора? Тишина. Мёртвая, подернутая зыбким предрассветным туманом. Вальдер поёжился и прошёл по улице до первого попавшегося патруля, но прежде, чем ему успели задать вопрос, бросил первый:

– Эй, парни… – он пошатнулся, и один из патрульных грубо ухватил под локоть.

– Кто такой?

– Капитан ди Арстон, полк майора де Мойс. Дело императорской важности. Отведите меня к главному.

* * *

Судя по быстрым взглядам, стражники тут же поняли, о чём речь. Значит, дело и правда дрянь. Лица у императорских гвардейцев, куда отбирали только магов, были невыразительные, защита довольно сильна, но не составляло труда определить причину всеобщего напряжения. Покушение на императора. Руки Айдан – в его крови.

Жгучее любопытство жглось в глубине горла, пока Вальдер шёл со стражей к мрачному зданию главного военного управления. Пожалуй, он готов раскрыть немного карты – чтобы взамен получить кое-что еще.

На допрос провели так же молча, словно и общались гвардейцы между собой мыслями. Лица у них были мрачными. Многие из них наверняка прошли школу дарханов, но выбрали не монастырскую службу во имя Четырех богов, а стезю положить свою жизнь за жизнь императора. Почетно. Выгодно. Быть ближе всех к тому, кого считают воплощенным богом. Опасно – если этого бога кто-то посмеет столкнуть с его священной вершины.

– Капитан ди Арстон, – произнес глава императорской стражи, стоящий в кабинете лицом к окну со сложенными за спиной руками.

– А вы умеете видеть затылком, сентар. Впечатлен.

Вальдер усмехнулся, оставшись стоять посреди комнаты и глядя на то, как гвардеец поворачивается к нему лицом.

Оно было невыразительным и обычным, встреть такого в жизни без его светло-серой формы со знаками отличия и вышитым гербом императора в виде четырех переплетенных серебряных линий, ни за что не подумаешь, что он вообще имеет отношение к военному делу.

– Не только затылком. Но и стенами, улицами… – глава стражи вздохнул, кроткие невыразительные глаза встретились со взглядом Вальдера, – даже воздухом, что струится по улицам Эмариша. Подполковник де Нару, – он коротко ткнул кулаком в свою грудь – в то место, где был вышит герб Сиркха.

Вальдер медленно повторил жест в знак уважения и высочайшего поклонения Иввару и его богоизбранному главе, но внутри остался сдержан, только позволил холодному любопытству наблюдать за происходящим.

– Я знаю, чьими глазами вы рассматривали меня.

– Вот как?

– У нас всех есть слабости, подполковник, – усмехнулся Вальдер. Он напряг и развернул левую руку, на предплечье которой до локтя еще оставался шрам от вепря.

– У вас их достаточно много, – отозвался сентар де Нару и коротко кашлянул.

– Я живой человек, хоть и сильный маг, и избранный служить.

– Мне доложили, что вы пришли сами и хотите что-то сообщить.

На лице гвардейца, несмотря на сдержанность и закалку, всё же можно было различить и усталость, и скрытую тревогу, но пока он ни единым словом или жестом не выдал тайну, остался ли император жив.

За дверью прогремели сапоги, звякнули шпаги. Тихие переговоры раздались совсем рядом, и Вальдер, прикрыв ненадолго глаза, хорошо почувствовал, что им всем приказали задержать его и допросить со всей строгостью, а если что – схватить.

– Садитесь, капитан.

– После вас.

– Я не дама, чье общество вы так цените, – хмыкнул гвардеец, но спорить не стал и занял место у окна, через широкий стол без единой вещицы или бумаги глядя на Вальдера.

Вальдер тоже опустился на простой стул безо всяких изысков – суровая аскетичная обстановка военного управления не давала никаких намёков на императорское величие.

– Не то, чтобы я сам искал внимания дам. Но иногда случаются встречи, которые меняют судьбу. Не всегда в лучшую сторону. Но эти встречи могут изменить не только мою судьбу. – Вальдер взглянул на него в упор. – Я знаю, что случилось этой ночью.

– Даже я не знаю. – Короткая невыразительная улыбка. – Расскажите.

– Об этом можно говорить вслух?

В этот момент в дверь постучали, а потом, не дождавшись разрешения, ворвался тяжело дышащий солдат со словами:

– Подполковник, я должен доложить…

– Вышел. Вон, – резко ответил де Нару так, что солдата словно ветром сдуло, и Вальдер ощутил порыв чужого ледянящего страха, прошедшего сквозняком по комнате.

Этот де Нару – сущий убийца. Идеальное оружие императора: чуткий, въедливый, смертельно внимательный и не внушающий с первого взгляда никакой опасности. Но только сейчас миг Вальдер почувствовал до конца, с кем имеет дело.

А солдат, посмевший ворваться в кабинет подполковника без разрешения, должно быть, самоубийца – раз его не удержали даже стражи за дверью. И это ещё раз подчеркивало катастрофичность ситуации – она явно вышла из-под контроля.

– Думаю, уже можно, – сам себе ответил на вопрос Вальдер. – Этой ночью императора пытались убить. Но он… жив.

Де Нару откинулся на спинку, и в одном движении проявилась и смертельная усталость, и напряжение, и приговор любому, кто услышал бы это со стороны.

– Император был ранен, запретил открывать двери. Он находится в своих покоях наедине с последней избранницей, и никто до сих пор не знает, чем это закончится. Вас видели вчера у храма. Я хочу знать всё, что знаете вы.

* * *

– Боюсь, что-то вы знаете больше меня про сенту де Марит. Мне, увы, удалось узнать не так много, но по счастливой случайности я поймал её у западных врат в храм прежде, чем она сбежала после покушения.

– Неужели? Тот район прочесали десятки раз.

– Не сомневаюсь в внимательности ваших стражей, – начал Вальдер, мимоходом вспомнив, как сам закрыл магией Айдан от их поисков, – но она была там.

– Я слушаю вас, капитан.

Вальдер потянулся и вздохнул.

– То, что она не простая участница отбора, было ясно сразу. Но у меня был некий… скажем, интерес, понять, что именно ей нужно.

– С какой целью?

– Оправдать надежды императора? – Вальдер хмыкнул. – Я был командирован на Корсакийские острова, где пробыл некоторое время. Впоследствии вернулся, имел личный разговор с императором и после надежды его и генерала де Мойса на мою верную и преданную службу короне. Айдан де Марит с первой встречи действовала… непредсказуемо, и я наблюдал за тем, что она делает, не спеша подозревать в самом страшном.

Подполковник де Нару продолжал смотреть чуть в сторону и кивнул, предлагая продолжить. Взгляд его скользил по столу будто в поисках зацепки, а слова Вальдера не приносили новой информации.

– Она – маг, сентар, и маг высшей ступени. К тому же член Совета Дарханов, а кроме этого принадлежит известной и благородной ивварской фамилии. Не в моей компетенции делать поспешные выводы.

– И что же вы узнали из вашей… кхм, скажем, личной встречи? – подполковник де Нару поднял уставший напряженный взгляд. – И полагаю, где она сейчас, вы понятия не имеете?

– Сента де Марит успела выказать интерес к моей персоне, как вы уже знаете, – скромно проговорил Вальдер, соединив руки в замок и прижав большие пальцы друг к другу. – Благодаря этому я почти успел остановить её, прежде, чем яд из императорских кубков попал мне в кровь.

Де Нару взглянул с ещё большим любопытством, и в его потухших глазах заблестел огонек, сделавший в один миг сухое выражение лица весьма живым.

– Она успела отравить вас?

Ни единого вопроса про то, что за яд был в императорских кубках, ни следа удивления. Подполковник был в курсе, что за испытание устроил Сиркх своим избранницам. И, судя по мрачному сосредоточенному взгляду, дело действительно приняло куда более серьезный оборот, чем предполагали изначально.

– Отравила и оставила противоядие.

– Что за игра⁈ – двинул ногой по полу де Нару, выдав внезапное раздражение.

Казалось, ещё немного – и он грохнет ладонью по столу, не в силах разгадать ни поведение той, за которой должна была быть строжайшая слежка, ни мотивацию Вальдера, который какого-то собачьего хрена согласился на эту игру.

– Полагаю, она работает на мятежников и передает им сведения, которые успевает добыть во дворце. Одно из посланий видел даже я. Но не успел узнать больше, прежде чем она сбежала. Пока это всё, что у меня есть.

– Последнее место, где её видели? – сухо бросил де Нару.

Вальдер коротко описал улицу и дом, не вдаваясь в подробности, что именно и как там происходило. Должна же у него остаться хоть маленькая тайна.

– Проверим след ещё раз. Спасибо за содействие.

– Дело императора и его священная власть, данная богами, – мой долг.

Подполковник смотрел на него, не моргая. Каким бы даром он ни обладал, прочитать Вальдера насквозь было не в его силах, хотя Вальдер готов был уступить в защите из снисхождения к высокому статусу главы импреаторской службы. Подвергнуть пыткам – возможно, но долгие годы военной службы сделали его достаточно стойким, а магический дар позволял не чувствовать боль долгое время.

– Я готов служить его величеству, сентар де Нару. Я уже подавил восстание против власти магов на Корсакийских островах на Юге и готов сделать это еще столько раз, сколько потребуется. Только под властью Сиркха мы получили заслуженное место в жизни после многих веков угнетения. Даже моя мать была среди тех, кто подвергал каждого одаренного жесточайшим проверкам, однако теперь никто из нас не будет подвержен прежнему осуждению. Это то, ради чего я готов воевать. Я не дархан, я солдат, – Вальдер хмыкнул на этом слове, вспомнив голос Айдан, зазвучавший в его голове. – Но в отличие от ваших солдат, я знаю и другие методы действия.

Некоторое время глава императорской стражи молчал, словно ждал, что Вальдер добавит что-то еще или словно хотел прочитать то, что осталось между строк. Увы для него, дар Вальдера был сильнее, и свои эмоции он не позволял увидеть никому.

Никому, кроме Айдан? Захотелось усмехнуться, но Вальдер сдержался.

О, они ещё обязательно встретятся.

И поговорят… по душам.

Глава 21
Отправляемся

Всё завертелось быстрее, чем он предполагал. Ещё несколько людей из стражи попытались проверить слова Вальдера, но у него было огромное преимущество: помимо того, что его магический дар был крайне силен и пробить границы его личности не удавалось никому, он ни капли не лгал, рассказывая дознавателям всё, что ему стало известно про Айдан де Марит и её участие в отборе невест. Умолчал только об одном: насколько физически близки они были. Но заинтересован обнаружить преступницу он был не меньше, чем они – хоть и надеялся добраться до неё первым.

Новостей про императора и его жизнь по-прежнему не было. Вальдер успел заметить, что среди императорской стражи воцарилось безмолвное беспокойство вкупе с какой-то религиозной обреченностью: отбивал положенные удары гонг в храме Четырех богов, продолжали носить донесения и молча сменяться на службе гвардейцы. Пост сдал, пост принял, никаких лишних разговоров.

Сиркх выстроил за короткое время с захвата власти довольно жёсткую дисциплину в империи, вселяя в окружающих священный трепет. И с каждым новым его завоеванием и одержанной победой всё сильнее, вплоть до того, что по миру и ближайшим окрестностям понеслись легенды о непобедимости всесильнейшего.

Шутка ли: в кратчайшие сроки, буквально меньше полугода, пройти путь от главы одной из школы дарханов и сильного мага – до императора страны, взявшегоий под свое влияние все ближайшие окрестности, пройдя, как пожар, по странам, призывая под свои знамёна всех, кто умеет обращаться к магии.

«Потому что так пожелали Четверо».

Не верится, что он может так легко пасть, хоть и успел завести себе врагов.

Вальдер, сидя в здании военного управления и ожидая последние попытки вытащить из него хоть крупицу новых сведений про Айдан, задумался, что его самого этот трепет не охватывал так, как других. Влияло ли то, что он знал Самуэля прежде, чем тот стал «говорящим с богами»?

В конце концов раздался грохо колёс и перестук копыт запряженных в повозку лошадей – Вальдер увидел мельком знакомый экипаж, въезжающий во двор. А после услышал тяжелые шаги и бас генерала де Мойса, с которым совсем недавно шествовали бок о бок на охоте.

Обычно весьма крепкий старик немного сдал из-за новостей этой ночи: ему явно не к лицу быть на ногах с заката. Впрочем, Вальдер знал, что генерал найдет, как восполнить силы: его дар давал основания занимать высокое положение не просто так.

Разговор по душам не занял много времени. Генералу достаточно было, похоже, перекинуться несколькими словами с Вальдером да сжать руку так, чтобы пробраться до костей. Вальдер позволил это сделать. Он готов идти навстречу следствию, дознавателям и, безусловно, ивварскорой короне и главнокомандующему, пока это ему выгодно.

– Ну что, поберечь себя не удалось? – усмехнулся генерал одной стороной рта, глядя на Вальдера из-под густых бровей чуть запавшими от бессонной ночи глазами. – Снова бросился в полымя?

Вальдер развел руками, коротко кивнул и заложил их за спину, чувствуя, как и на него наваливается накопившаяся усталость. Азарт после схватки с Айдан отступал, и кровь бежала по венам пустая и остывшая.

– Как я говорил, дело императора для меня сейчас – важнейший долг. Если я могу быть полезен Империи, я сделаю то, что подсказывает мне сердце. И сейчас я был в шаге от того, чтобы остановить изменницу.

Генерал тяжело вздохнул. Похоже, неопределенность с жизнью или смертью Сиркха давила на него больше других – или хуже других он мог это скрыть. Де Мойс даже бросил короткий взгляд на сентара де Нару, который вернулся в кабинет и молча поклонился.

Оба негласно дали понять, что знают про особое отношение Вальдера с императором и о том, что Сиркх не отстранил его и почему-то доверяет. Вальдер знал, что за спиной про него ходят слухи, что и он приложил руку к успеху переворота и свержению предыдущего монарха, и предпочитал их не развеивать. Напрямую – нет, но был готов привести своих людей, когда судьба короля уже была предрешена.

– Ждите, капитан. Будем продолжать действовать по обстоятельствам. Никакого разглашения, как вы понимаете. Лучше вообще не покидать пределы вашего местонахождения. Как только будут новые сведения, мы сообщим…

– С вашего дозволения, проведу какое-то время в части перед отбытием на фронт. Хочу побыть с парнями, будет, чем занять руки и время.

Генерал, уже будто ушедший в свои мысли, согласно кивнул и остался обсуждать что-то с де Нару, и Вальдер коротко коснулся кулаком груди и покинул кабинет.

После того, как его отпустили, сопроводив под стражей до дома – якобы во избежание нападения повстанцев, которые наверняка были с Айдан заодно, Вальдер взялся за сборы, гадая, как бы подобраться к поискам сбежавшей преступницы. Привел в бодрость духа расквартированную в ближайшей казарме роту, погоняв их по плацу.

И, как оказалось, не напрасно: буквально следующим утром к нему на стол лег приказ собираться на Итенский фронт под командованием майора де Варрена, чья ставка располагалась на архипелаге уже не первый год.

Быстро! Проклятье, даже быстрее, чем хотелось.

– Так что, стало быть, отправляемся наконец? – покосился Гаррет, затягивая холщовый мешок со всем своим нехитрым скарбом.

– Угу.

– И вас так просто отпускают?

– Посмотрим, – Вальдер бросил короткий взгляд в окно, глядя на марширующих по улице солдат. – Думаю, не так просто. Прибудем на Итен, разберемся.

– Теперь вы будто и не рады уезжать, а? – Гаррет ударил по больному.

Вальдер коротко хмыкнул. Да, прах его возьми, теперь он куда сильнее хотел остаться здесь в Эмарише, в столице Иввара, чтобы найти след Айдан до того, как до нее доберутся длинные руки де Нару. Вальдер ничего не разузнал про него подробно, но одной встречи хватило, чтобы не сомневаться – участь пойманной изменницы будет страшна.

Но Вальдеру не оставляли выбора. И скорее всего, торопились отправить подальше от столицы именно потому, что он может быть связан с мятежниками, раз так тесно пересекался с Айдан де Марит и не один раз.

Справедливо. На их месте Вальдер поступил бы ровно так же.

Возможно, даже выдадут какую-то почетную роль. Но подальше от императора – пока он не доказал делом свою истинную преданность и на особом внимании у его сторожевых псов.

– Не люблю бросать дела незавершенными.

– С этой вашей… дамочкой в белом, командир, никогда нельзя завершить, – пропыхтел Гаррет, закончив начищать сапоги, склонившись у очага. – Уж так я думаю. Разве что однажды вы либо убьете её… либо она – убьёт вас.

– А ты стал слишком проницателен, мой друг, – искоса глянул на него Вальдер.

Гаррет выпрямился и одернул камзол, сверкая и впрямь слишком понимающими глазами. Он действительно много знал теперь. И стал близок. Даже ближе, чем когда-то был бывший командир Маркус. Но эта мысль Вальдеру не понравилась настолько, что он предпочел не продолжать её в своих мыслях.

– Отправляемся.

* * *

Уже в дороге Вальдер несколько раз оглядывался по сторонам в поисках того призрака, который как будто звал его в ночь последнего испытания императора. Был ли то настоящий магический призыв или ему почудилось, но что-то ведь заставило выйти из дома и прийти к храму Четырех богов.

Вот и теперь он искал эту незримую силу, связавшую с Айдан, но раз за разом проваливался вникуда. Она умеет скрываться и уходить от опасности. Что ж. Это вызывает даже… уважение.

Скалистый Иввар вскоре останется позади, снова. Вальдеру не привыкать к странствиям, он жил так с тех пор, как с юности выбрал военную карьеру. Подальше от матери, рано покинул дом и с тех пор не знал, что это. Были временные прибежища, где-то комфортнее, где-то попроще, но нигде не был хоть сколько-то привязан.

И как не вспомнить тут Ясмин с её неудержимой страстью к родной земле? Удивительно, насколько можно любить что-то неживое: эти плантации, чёрную, густую, почти маслянистую землю, и воздух, готовый тебя задушить.

– Давай, родная, – подогнав идущую по узкой дороге вверх верную Кару, он проехал, пригнувшись, под густыми елями, выезжая на путь к порту и чувствуя, что единственное родное и привычное для него – седло, привычный скрип кожи, запах металла и хвои ивварских лесов.

Мысли вновь вернулись к императору. Сиркх должен выжить. Если что-то пойдет не так, выстроенная им система рухнет: слишком много завязано на личность его величества. Удержать всю свору магов-дарханов, что дорвались до власти, будет задачей не из простых.

А ведь когда-то, лет эдак шесть назад, с самим Сиркхом он дрался на кулаках.

– … Скиньте всё лишнее, – приказал голос одного из судей-дарханов.

Ежегодное соревнование в монастыре проходило на рассвете. Едкое солнце, взлетевшее над горами, слепило глаза, хотя оголенное по пояс тело еще кусала ночная прохлада.

Но дарханы – обученные маги – умеют управлять своими чувствами. Однако сейчас требовалось продемонстрировать и умение владеть телом не хуже, чем даром. Они должны доказать это на деле: справиться в соревнованиях, в которых магия под запретом.

И для этого участникам надевали на запястья кованый браслет, сделанный еще, должно быть, во времена прапрадедов. Говорят, технология изготовления их утеряна, и даже вся сила дарханов не способна повторить изделие древних магов. Вальдер покрутил рукой, чтобы убедиться, что он не будет мешать двигаться.

Браслет сидел как влитой. Он лишал привычной силы управлять энергией своего тела, лишал возможности выйти за его границы – и от этого было душно. Но Вальдер быстро взглянул на противника и собрал все ресурсы. Он провёл двадцать лет из своих тридцати шести на полях сражений – и прекрасно знает, как двигаться, даже без магии.

Только вот соперник сегодня не простой воин или адепт закрытой академии дарханов – сегодня Вальдер в пылу азарта дошёл до последних боев этих состязаний, и на площадку напротив вышел Самуэль Давн – наставник одной из самых мощных школ дарханов, завоевавший всеобщее внимание с тех пор, как вернулся из отшельничества.

Он походил на сундук с тайнами, был скуп на слова и при этом сила от него исходила такая, что он мог для этого ничего и не делать. Светлые, точно у призрака, глаза скользили по лицу, проглядывая насквозь. И даже случайная улыбка не делала лицо живее: он точно смотрел сразу за грань. Опасный противник.

Самуэль скинул дархановскую накидку на землю и остался, как и Вальдер, обнажен по пояс и босиком: только свободные светлые штаны трепались на ветру. Лучи на его кожу падали, преломляясь на крепких мышцах, без единого жирка или слабины, и на таком же блокирующем магию браслете, который, словно защитный доспех, сковывал руку. Теперь они точно равны. Его отрешенность – против внимательности и ловкости Вальдера.

Самэуль по обычаю дарханов хлопнул кулаком в голую и гладкую, без единого волоска грудь. Вальдер отражением повторил его жест, не отрывая взгляд. Собравшиеся вокруг зрители толпились внизу площадки, но он перестал их замечать.

Они с соперником сделали несколько шагов, обходя друг друга по полукругу. Вальдер чувствовал, как откликается жесткая каменистая почва на его движения: не пружинит, а словно подкидывает, побуждая напасть первым. Саднила правая скула, удар по которой он получил в предпоследнем бою. Пришлось пожертвовать этим, чтобы выбить противника из состязаний.

Вальдер напал первым. Сблизившись, сделал обманный замах и, пригнувшись, попробовал достать Самуэля левой. Дархан увернулся с той же зеркальной ловкостью. Оба проскользнули в дюйме друг от друга, но остались невредимы. Что ж! Ещё несколько пробных ударов – и снова пустота.

Подбадривающие крики вдруг стихли. Кажется, зрители ждали крови с первых мгновений боя, но пока это походило на сражение двух духов.

Вальдер усмехнулся, и Самэуль, замерший напротив, тоже хмыкнул.

«Ещё?» – иронично выгнулась бровь соперника, который тоже дошел до последнего боя без единого проигрыша.

«С ним говорят боги», – с придыханием говорили о Самуэле дарханы. Придётся посмотреть, с кем же, в самом деле, Четверо предпочитают иметь дело. Он слишком силен? Хитер? Или умело играет ту роль, которую себе придумал?

Шаг, ещё, пригнуться. Вальдер оказался в одном выдохе, но вместо удара, который должен был сделать, попытался догнать соперника в момент уклонения. Почти удалось. Кулак задел плечо врага по касательной, но Вальдер тут же поднырнул под ответным ударом и снова замер в шаге, глубоко дыша.

Не неуловим! Уже хорошо.

Самуэль стёр всякое выражение с лица и стремительно перешел в серию ударов. Справа, слева, снизу, сбоку. Вальдер механически подставлял сжатые в кулаки руки, предугадывая каждый удар и отражая атаки. Был бы с ним его дар – он бы считал движения соперника ещё раньше, но и так удалось синхронизировать дыхание и шаги.

Зеваки начали покрикивать, делясь на два лагеря: за Вальдера и за Самуэля, но их крики мешались с оглушительным стуком крови в висках. Босые ноги проехались по камням, когда он быстро отскочил в сторону. Камни посыпались со склона.

Тело двигалось за него, легко, почти неуловимо, зная каждый возможный шаг. Надо было просто отпустить себя и не думать. Никакого контроля. Чистый хаос. Дышать. Смотреть. Чувствовать самого себя – и предсказать тем самым противника.

Он уже сумел вырвать победу у молодых, пышущих здоровьем парней именно благодаря своему опыту и чутью. Но теперь напротив – такой же опытный. Только закалённый не боями, а одиночеством и степной пустыней.

Глаза Самуэля сузились, но выражение стало жутковатым, а ведь его пророчат в главу всего ордена дарханов. Да он не от мира сего! Чисто блаженный! Жилистое тело напряжено, движения обманчиво-плавные и будто заторможенные, но Вальдер чувствовал, что в любой миг тот сорвется в резкую атаку.

Они сошлись снова без долгих хождений вокруг да около. Удар, удар сбоку. Вальдер пошатнулся, получив резкий апперкот под дых. Ударил в ответ, попав в бровь. Брызнула чужая кровь. Проснулась древняя, первобытная ярость. Вальдер успел пригнуться, проскользнуть под локтем и оказаться за спиной у Самуэля. И предугадать резкий хук с разворота.

Вальдер позволил ударить себя в висок, отшатнулся, едва не упал плашмя. Земля бросилась в лицо – в последний миг он уперся ладонями. Самуэль был хорош, но не всесилен. И явно куда больше полагался на свой дар и богов, чем обычную силу.

Подловив его на своей слабости, Вальдер дал ему склониться, чтобы поставить точку в поединке, но тут же резко ударил затылком в нос. Не обязательно сражаться как благородные рыцари, если ты не рыцарь.

Поднятый с земли песок полетел в глаза, и Самуэль на миг потерял контроль над своим телом – Вальдер резко рванул с земли и с размаху сбил соперника с ног. Ещё удар в лицо – Самуэль рухнул на землю. На миг сосредоточил взгляд на глазах Вальдера, пытаясь привычно подчинить себе, но без привычной силы пропустил ещё один удар по виску.

Резко замахнувшись, Вальдер остановил кулак в дюйме от горла. Смертельный мог быть удар. Но он ведь не жаждет убивать.

Самуэль перехватил его руку за запястье, на котором был браслет. Напрягся, пытаясь скинуть Вальдера, и вдруг могильный холод прокатился по позвоночнику. Как будто он всё-же смог прорвать магическую блокаду и вмиг захватил его тело! Это выбило из колеи, и Самуэль резко перехватил ход боя и швырнул Вальдера наземь. Воздух выбило из лёгких, даже дыхание прервалось.

– Это была хорошая попытка, – усмехнулся Самуэль, склонившись и нависнув над ним так, чтобы никто больше не слышал их.

Его спутанные волосы лезли в лицо, кровь сочилась из его рассеченной брови, но странный взгляд стал обычным, даже вызывающим. Он будто показал, на что способен на самом деле. Но только между ними.

Что за демон в него вселился⁈ Точно ли это боги? Вальдер, растянувшись на земле и чувствуя, как впиваются в голую кожу острые мелкие камни и песчинки, уставился на могучего дархана-отшельника в безуспешной попытке прочитать что-то за каменной маской непробиваемого лица.

Единственный, кто прикасается как к живому, так и мёртвому. Возможно ли вообще его остановить?.. Самуэль поднялся, протянул руку, и Вальдер, обхватив его за предплечье, медленно поднялся на ноги.

Похоже, в этом бою стоило уступить, чтобы выиграть схватку посерьезней.