Текст книги "Хладнокровное чудовище (СИ)"

Автор книги: Евгения Александрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Хладнокровное чудовище

Глава 1
Довольно женщин

– Вот, я же говорил… Снова она? – ухмыльнулся напарник.

– Кто?

Вальдер мрачно потёр ушибленный о стенку кареты локоть.

– Ваша южная красавица. Признайтесь, что запала в душу, командир.

Гаррет, его верный сослуживец и самый преданный слуга, продолжал с упорством ходить по лезвию меча, вновь заводя этот разговор. Еще и улыбался. Вальдер сощурился в ответ, но ответил не сразу.

Прошло две недели с военной командировки на южные Корсакийские острова, куда взвод в пятьдесят душ под командованием Вальдера отправили для наведения порядка и установления новой власти магов.

Похоже, началась действительно новая эпоха. Переворот в Ивваре, в ходе которого король был свергнут, а править наконец стал не простой человек, а самый одаренный маг из ныне живущих, произошел так стремительно, что до сих пор не все могли поверить в происходящее.

Иввар не только провозгласил себя Империей, но и быстро захватил земли соседнего Энарийского государства и даже потянулся дальше – на север и на юг, создавая из бывших независимых областей колонии, вынужденные подчиняться.

До отправки на этот самый мятежный Юг Вальдер допускал, что это будет полезная поездка: богатые плодородные земли, возможность сменить окружение и выдохнуть после скандала с бывшим командиром, которому он доверял. Предательство – худший из грехов.

Но вымещать злость на жителях южных земель стало тошно, жара и чужие обычаи не успокоили душу, а взятые под контроль плантации сахарного тростника обернулись гарью и яростной ненавистью в глазах их наследницы – Ясмин ди Корса.

Должно быть, отражение той же ненависти, что клокотала у него в душе.

Теперь он выгорел почти буквально, и потребуется весь самоконтроль, чтобы вернуть себе прежнее имя и влияние в Ивваре. Зато здесь на севере и дышится привольней, и страсть наконец улеглась на дно.

– Ну и с чего ты взял, что запала? – Вальдер коротко выдохнул.

– Двадцать лет вас знаю, командир. После Юга вы сам не свой.

Вальдер упёрся затылком в подголовник мягкого сидения.

– Да ну?

– Даже снится… вона же… не впервой, – стушевался на мгновение напарник.

– Забудь. Ради всех Четырёх богов, Гаррет. Тебе не двадцать лет, чтобы сводить всю жизнь к ярким юбкам.

Тот цокнул.

– Ох, командир, мне ли об этом говорить…

Пришлось упереться сапогами в основание соседнего сиденья, чтобы удержаться ровно при крутом повороте дороги.

– Вот и не говори, – Вальдер перевел на Гаррета тяжёлый взгляд, от которого обычные не обладающие даром люди холодели и зачастую теряли опору.

Если всех других он мог прочитать сразу, то к Гаррету – пожалуй, единственному, – предпочитал не лезть в душу. Некоторое время они ехали молча, покачиваясь на ухабах набережной. Гаррет усмехнулся.

– Можете не пытаться, командир, на меня ваше это… не работает оно, вот что.

Не работает! Ну да, конечно. Упрямец продолжал нарочно изводить его, сидя напротив и грозясь пробуравить взглядом в Вальдере целую дыру. Должно быть, выспался в дороге и теперь бесстрашен – а ведь они направляются к самому опасному человеку всей Ивварской империи.

Или просто чувствует, что после очередного дурного сна Вальдеру не хватит настроя угомонить подчиненного. И всё же их противостояние вызывало скорее добрый смех. Должно же у кого-то в мире быть всё просто. Он отвернулся к окну.

Во сне он молча сгорал дотла – превращался в горстку пепла, осыпаясь в воздухе. Видел себя со стороны – как стоит в пламени, глядя на чёрные яростные глаза напротив. Пахнет дымом, жжет горло и глаза. Но не оторвать взгляд от яркой души, что встряхнула за шкирку и достучалась до глубины.

Мгновение узнавания и прикосновения к самому Источнику полыхнуло и исчезло, а потом Вальдер сгорел целиком в яркой вспышке – и от него не осталось ничего, кроме горечи. Это было куда глубже, чем он ожидал. И он до сих пор запрещал себе это осознавать.

– Не переживай, – отозвался Вальдер запоздало, переводя внимательный взгляд на Гаррета. – Скоро вернемся на фронт, будут тебе новые боевые подвиги во славу императора. Никакой больше бесцельной дремоты в тени под деревьями, м?

Гаррет хмыкнул, но и каяться в своем крайне ленивом наблюдении за вверенными ему на Юге пленниками не стал. Самоуверенная зараза. И когда только научился?

Они тряслись в экипаже, подъезжая ко дворцу императора, которому вскоре после переворота явно нужен каждый сильный маг. Вальдер безучастно и искоса, покачиваясь, следил за мелькающим за окном пейзажем. Даже подтянул ворот камзола, вдохнул глубоко прохладный воздух и впервые за долгое время почувствовал себя ожившим. Главный город Иввара ещё спал, звенящий осенний воздух наполнял спокойствием и силой.

Последние несколько недель плавания помогли вернуть рассудку холод. Всё, что происходило на Юге – осталось там. Сгорело и впрямь в сладковатом запахе гари, только вид полыхающего сахарного тростника врезался в память.

Когда экипаж притормозил, Вальдер первым ступил на землю.

– Подождите, командир, – буркнул позади Гаррет, забирая вещи.

– Дождись меня у дворца. К императору пойду один.

Сослуживец молча кивнул и не стал задавать вопросы.

При возвращении во дворец Вальдеру первым под руку попал один из магов-дарханов с Итена, Нарс, в одеянии боевого мага – свободная рубаха, штаны, нашивки с символами Четырех богов и гербом Сиркха. Похоже, теперь он один из приближенных псов императора.

Дархан остановил Вальдера в коридоре, загородил проход и спросил:

– Капитан ди Арстон? Думал, вы на Юге?

– Не твое дело, – проговорил Вальдер, собираясь пройти дальше.

– В таком настрое не стоит соваться на глаза императору, – качнул головой дархан, не уступая дорогу.

– В таком настрое – самое время, – взглянув на наглеца с сдержанной усмешкой, не согласился Вальдер.

Дарханы, дарханы… Закрытый орден магов, столько лет преследуемый покойным королем Иввара, теперь вернул себе всё влияние. Но как же они его достали. Он провел с ними несколько лет – и достаточно. Да, Вальдер отдавал себе отчет, что не они виноваты в том, что пока он проводил время в обучении тонкостям магии – его жена проводила время в объятиях его командира.

Однако видеть лишний раз этих просветленных особ не хотелось. И если кто-то думал, что поездка на Юг смягчит его и растопит, как кусок льда, брошенный на солнце, то напрасно. Он вернулся с Юга еще более хладнокровным чудовищем, чем был.

* * *

Хотя Ясмин, признаться, всколыхнула всю душу. Что ж, она была хороша. Милая, горячая, непокорившаяся Ясмин. В какой-то момент он даже думал, что увлечется больше, чем следовало.

Может, всем было бы проще, если бы она воткнула в сердце тот нож?..

А ведь задача была проста: навести порядок на Корсакийских островах, взять под контроль богатые ресурсами земли, куда еще не успели прийти после переворота маги, обеспечить стабильность и доход для императорской короны. Действовать позволялось любыми средствами: ведь он тоже маг и отныне имеет право вершить судьбы.

Однако Ясмин стоило бы молиться своим Духам, что пришел именно он, а не кто иной. Он не казнил мятежников, восставших против императора и против нового наместника их земель. Не казнил саму наследницу плантаций, даже когда та попыталась его убить.

Ярко полыхнул амбар с собранным урожаем тростника в сотне шагов от дома. Там было не всё, но огромная, значительная доля трудов.

Ясмин, которую он вывел за собой во двор, на ходу вырвалась и заворожённо уставилась на затеянный ей пожар: в больших чёрных глазах он отразился двойным пламенем. Кудрявые волосы взметнулись от горячего порыва ветра, быстрая шальная, безумная улыбка озарила миловидное нежное лицо, ставшее вдруг ликом их древней языческой богини.

Она действительно сошла с ума и сожгла здесь всё!

Вальдер восхищённо присвистнул:

– А ты хороша!..

– Раньше я была бы рада твоей похвале. Но, знаешь, теперь я и сама это знаю, – взглянула в упор Ясмин, щурясь на языки пламени, которые теперь вырывались из ангара.

– Какая же ты отчаянная и ненормальная, милая Ясмин.

Ясмин подняла оброненный кем-то мачете.

Её людей окружали вырвавшие себе преимущество его воины. Их было немного: часть ещё не вернулась с поисков, часть охраняла мятежников, но они были закалённые в боях мужчины, а не слуги и работники.

…И позже она набросилась с мачете на него так, что Вальдер только в последний миг отбил её лезвие. Зря, ох зря! Воодушевлённая сумасшедшим азартом боя, Ясмин и сама возомнила себя воином!

Вальдер запросто перехватил её перед собой, прижал к горлу запачканный кровью меч, который притащили ему из дома. Кто-то из женщин визжал, бросаясь на захватчиков. Двор полностью заволокло дымом.

Он удерживал Ясмин в руках, уже привычно, хорошо зная, как она будет дёргаться и что делать. Знал каждое её движение. От нее, как и от него пахло потом и дымом.

– Убьёшь меня – уже ничего не изменишь! – выдохнула Ясмин, замерев и чувствуя, как в горле сумасшедше колотится сердце. – Ты больше здесь не хозяин. Можете нагнать сюда своих, но вы так и останетесь здесь врагами, слышишь⁈

– Слышу. И вижу. – Он вдруг склонился к ней и вдохнул аромат её волос, а другой рукой коснулся живота. – Знаешь… – заговорил он срывающимся шёпотом ей на ухо, глядя на царящее вокруг безумие. – Сейчас вдруг захотелось вспомнить былое, влезть в бой по-честному – быть может, даже погибнуть, сражаясь. Спасибо, что напомнила мне об этом. Я всегда любил лишь войну.

Он сделал немало, чтобы сберечь проклятые души южан и свою собственную. Однако в последний момент… что-то надломилось внутри, точно деталь сложного механизма. И в один миг его отвернуло от того, чтобы добиваться своего любой ценой, чтобы сеять вокруг смерть и месть, прикрываясь приказом.

Куда бы он ни шел – война всегда следовала за ним по пятам. Но там, на Юге он впервые выбрал уйти. И именно поэтому всю обратную дорогу Гаррет не переставал намекать, что наследница поместья и правда запала в душу его командиру, и что поэтому они слишком мягко обошлись с ней.

Однако правда… лежала где-то гораздо, гораздо глубже.

* * *

Дойдя до главного зала, Вальдер решительно распахнул двери и шагнул внутрь. И цокнул мысленно: оказалось, чтобы получить личную аудиенцию – надо было увлечься и к демонам провалить дело.

Но и это можно переиграть. Нужно восстановить доверие императора и вернуть себе свое особое место в этом новом миропорядке. Ему не привыкать поворачивать события под нужным углом – ведь всё зависит от того, с какой из сторон взглянуть. А многие люди готовы с горячностью исполнять именно то, что тебе нужно, твердо считая, что действуют только из своих соображений.

– Прошу, – раздался знакомый, спокойный и холодный голос.

Вальдер прошел внутрь большого кабинета и так же ровно встретил взгляд императора. Забавно. Всего каких-то четыре года назад они были практически на равных – тогда Вальдер проходил обучение у дарханов в монастыре, принимая посвящение.

Но Сиркх – а в те времена просто Самуэль Давн – с упорством молодого быка пошел в гору, закончил все ступени обучения, а ещё до этого много лет проводил практики в одиночестве, уйдя в горы. И когда вернулся, основал собственную школу магии, сказав, что там, в отшельничестве, с ним говорил сам Скадо. Величайший из Четырёх богов. И доказал свою стихийную мощь, когда сотряс целую гору.

С тех пор появилось имя Сиркх, данное свыше, и непомерные амбиции, подтолкнувшие его изменить весь мир – привести к власти магов. Надо признать, звучало по его речам это убедительно. Именно тогда Вальдер понял, что стоит поддержать Самуэля, когда придёт время.

И вот, всего несколько месяцев назад – оно настало.

– Присядь, Вальдер, – кивнул новоявленный император Иввара. – Как тебе Юг?

Самуэль не изменился с тех пор, как они последний раз встречались лично, ему было всё ещё не больше тридцати девяти. Вокруг глаз глубже стали мелкие морщины, однако его чёрные волосы не тронула седина, только глаза стали холоднее и отстраненней, чем прежде.

Ходили слухи, что Сиркх был единственный, кто сумел объединить в себе сразу обе линии магии: живую и стихийную, и был хорош в обеих. Единственный из ныне живущих. Интересно, насколько он теперь поддается влиянию чужой силы со стороны?

Вальдер занял место напротив. Принял поданный кубок с ключевой водой – любимый напиток императора – и сделал глоток с удовольствием: в горле страшно пересохло после изматывающего путешествия.

– На южных землях – южные люди, – неторопливо начал он, изучая собеседника. – Горячие и нетерпеливые.

– Очевидно, – вскинул небесно-голубой взгляд император с легкой усмешкой.

Его брови слегка приподнялись, но наверняка уже это заставляет ближайшее окружение трястись от ужаса. Но Вальдер обладал достаточно сильным даром, чтобы не сомневаться: он неспроста здесь и нужен императору.

В этот момент в кабинет постучались, и вошла темноволосая женщина в длинных одеждах дарханов, подошла к Сиркху и склонилась, выкладывая какие-то бумаги. Вальдер задумчиво покрутил в руках кубок, наблюдая, как играет свет на полированных гранях.

А когда поднял взгляд – увидел обжегшие его тёмные пронзительные глаза. Не такие жаркие, как у южан, скорее с нотками холода и льда. Женщина стояла, склонившись к столу и приподняв голову, на мягком, чуть удлиненном овале лица выделялся заостренный точеный нос и чувственный большой рот с родинкой у пухлой верхней губы. Интересная… Жаль, под дарханскими одеяниями не разглядеть изгибы фигуры.

Вальдер дернул уголком губ. Довольно уже в его жизни женщин, не так ли?

Дарханка кивнула императору и покинула кабинет, одним движением перекинув через плечо распущенную часть волос. Вальдер проводил её взглядом. Ему показалось, или в этот раз пытались играть с ним?

– Так почему ты вернулся? – продолжил Сиркх с легким любопытством в голосе. – Я понадеялся, что ты возьмешь на себя часть земель на Корсакийских.

Вальдер перевел взгляд на императора, чтобы не терять контакт. Соединил пальцы в замок на коленях и взглянул со всей серьезностью.

– Мне было паршиво на Юге. Это не то место, где хочется жить, или вам нужен другой человек. Такой климат убивает, а народ… дикий и вспыльчивый. Их можно покорять грубой силой, но можно и иначе.

– Расскажи.

– Мое слово. Можете не сомневаться – теперь они сами будут из кожи вон лезть, чтобы дела плантаций пошли в гору. И это принесет немало денег в казну.

– С чего такая уверенность? Открыл в себе пророческий дар?

Сиркх с усмешкой покрутил в пальцах золотое перо, которым недавно писал, и продолжил изучать Вальдера с растущим интересом.

– Умею читать людей, – пожал плечами Вальдер. – Так получилось, что нашел того, кто сделает для короны всё ещё лучше и вдвое усердней. Потому что теперь плантация – и ее хозяйка – в его руках. Они будут много должны. И им придётся постараться, чтобы не ударить в грязь лицом, потому что на кону слишком большие ставки.

– Он простой человек? – едва нахмурился Сиркх.

– Нет. Тоже маг, хоть и не обученный. Но талант. Пришлось, правда, вытрясти это из него некоторой силой…

Император недолгое время размышлял, глядя на него в упор.

– Что ж, узнаю тебя, Вальдер – кивнул Сиркх, изогнув губы, – хоть мы и немного времени были знакомы. И удивляюсь, надо сказать, что боги щедро одарили тебя силой. И умением внушать людям то, что тебе выгодно.

– Может быть, это тоже дар? – улыбнулся Вальдер холодно.

Взгляд императора остался непроницаемым, и он не ответил. А жаль. Пожалуй, на этот счет Вальдер готов был подискутировать.

– Я хочу вернуться на фронт, – после некоторого молчания сказал он.

– Интересно, – заметил Сиркх, снова глядя в бумаги на столе, – а я считал, что многие отдали бы душу, лишь бы им позволили вырваться из пекла и получить в награду богатое поместье, плодородную землю и безбедное существование.

– Многие, но не я.

– На Юге было недостаточно жарко?

Словно в душу смотрел, а! Вальдер с уважением бросил на императора взгляд. Прочитал его эмоции? Среди этих магов и дарханов не найдешь то, что успокоит душу, такую страсть, что он прожил на Корсакийских островах. А на войне их сполна. Забыться, провалиться в опасную рисковую стихию, испытать адреналин и вернуть себе привычную силу. Небольшая победоносная война – хороший выход.

– Мне не хватило.

– Хорошо. У нас беспорядки на Итене, там нужны преданные люди.

– Мятеж?

Император поднялся из-за стола во весь свой рост, бросив наскучившие бумажные дела, на его лице проявились наконец живые эмоции. Вальдер поднялся следом.

– Не все согласны считать мое учение – учением Скадо, – поджал губы Сиркх, изучая Вальдера. – Сможешь отправиться в ближайшее время, как только закончим с одним… хм, важным делом здесь.

Что ж, на Итене хотя бы нет жары.

Предвкушение опасности, холод по венам и осознание, что смерть снова будет маячить рядом, смешались с нетерпением. Снова собрать своих и повести за собой. И снова дать волю своим демонам.

Рука так и тянулась сжать в пальцах эфес меча.

– Хорошо, – Вальдер кивнул, желая закончить аудиенцию.

– Да, кстати, – император снова бросил быстрый взгляд как будто с легким подначиванием. – Тебя тут желал увидеть еще кое-кто… Просят аудиенции, капитан ди Арстон.

Вальдер нахмурился, не ожидая ничего хорошего.

– Кто же?

– Твоя бывшая жена.

Глава 2
Важнее, чем до

– Жди распоряжение, – закончил встречу Сиркх.

Поднявшись, Вальдер кивнул императору, по обычаю дарханов быстро коснувшись кулаком груди – и прошел по длинному коридору в соседний зал дворца вслед за слугами.

И что могло понадобиться Селин? Не виделись два года – и прекрасно. Делить им больше нечего.

Вальдер бесшумно шел по устланному коврами полу, восстанавливая магией дыхание. Сила ворочалась внутри, требуя применения. Император был силен, но велик был соблазн посоперничать с ним в том – кто кого опаснее.

В чем же секрет Сиркха? Ведь он такой же смертный, как и они все.

Вальдер на мгновение замер перед дверями в зал, пока их не растворили. Он ждал очередного неприятного разговора, однако бывшая жена поступила еще более подло.

– Папа! – зальную тишину разрушил звонкий голос.

Ну, конечно. Она привела на встречу дочь.

Вальдер замер, как истукан, глядя на бегущую к нему златовласую девчушку восьми лет. Как же выросла. Признаться, он мало беспокоился о её судьбе последние два года, когда Селин сделала свой выбор.

Он думал, что ему всё равно. У девочки есть мать и отчим – которого он едва не убил при последней встрече. Но сидеть в тюрьме охоты не было, а даже магам сейчас прощалось далеко не всё.

Но Айза неслась к нему, к Вальдеру, со всей своей детской непосредственностью, и он почувствовал новую брешь в своей жёсткой броне. Сам не веря в себя, Вальдер опустился на одно колено и подхватил дочь в объятия. Неловко и неумело, забыв, как это делать с маленькими девочками.

– Папа, ты живой! – пробормотала Айза, повисая у него на шее.

Как будто не было двух лет, когда она его не видела.

Проклятие. Ясмин, что б тебя! Вальдер чувствовал себя слабее, чем прежде. И хоть первичной мыслью было разомкнуть объятия и отстраниться, вернуть Айзу матери, чтобы прекратить это показательное выступление… он застыл.

– Живой, – помедлив, согласился Вальдер, словно пробуя это слово на вкус.

Смотря, что это значит – быть живым?

– Ну-ка. Осторожней, – сухо произнес он, ставя Айзу на пол и поворачиваясь к ее матери.

Селин держалась насторожено и смотрела из-под нахмуренных светлых бровей. Ее такие же светлые волосы были забраны наверх, платье оставалось привычно скромным и сдержанным, но на лице царствовало новое, не знакомое ему выражение.

Любил ли он ее хоть когда-то? Такую мягкую, податливую, готовую на всё, чтобы угодить и сделать его жизнь хоть немного лучше. Но чем больше она старалась, тем меньше он испытывал хотя бы какое-то к ней уважение.

Наверное, тем внезапней стал удар, когда эта Селин – воплощенная добродетель – предала сама себя, изменила законному мужу и своему господину.

– Зачем вы пришли? – вопрос прозвучал со всем холодом, что был на душе.

– Дошли слухи, что ты приедешь. Твоя дочь очень хотела тебя увидеть.

– Это всё? – недоверчиво вскинул он брови.

– Что ж, – улыбнулась бывшая жена, – я тоже думала, что для тебя это будет недостаточный мотив. Но свой долг матери я обязана исполнить.

О. У Селин прорезалось чувство гордости. Неожиданно.

– Папа… – растерянно взглянула на него Айза.

Всё ещё папа, неужто не называет этим словом другого человека?

– Давно мы с тобой не виделись, верно? – опустился обратно к дочери Вальдер, присев на корточки. – Как думаешь, твоя строгая мамочка отпустит тебя со мной на прогулку?

– Вальдер… – начала было Селин и дернулась вперед, чтобы его остановить.

Вальдер игнорировал порыв жены его остановить и делал вид, что не видел страх, промелькнувший в ее глазах и во всем ее существе – таком трепетном и ранимом. Точно птичка на тонких ножках, но с большими широкими крыльями, пыталась Селин закрыть дочку от него, от отца, что порой казался страшнее монстра. Так ведь?

Однако, он далёк от того монстра, каким его рисуют. Он не убил никого на Юге. Отпустил мятежников. Не убил наследницу плантаций, хотя она заслужила этого – попытавшись зарезать его во сне.

Ей стоило молить всех Четырех богов и благодарить, что на её земли пришёл он, а не кто-то другой. Кто-то еще более жадный до власти и порядка.

Ведь он… не порядок. Он – хаос.

И поэтому Селин смотрит на него расширенными зрачками, зная, что ничего не знает о нём на самом деле. Даже десять лет, что они делили кров и постель, не сделали их и на шаг ближе друг к другу.

Вальдер улыбнулся.

Даже «южная красавица» поняла его больше за столь короткий срок. Как это, право, иронично! Вальдер улыбнулся, глядя на дочь, и чувствуя, как холодеет от ужаса ее мать.

– Мама, можно мы пойдем гулять? – беспечно обернулась к ней Айза.

– Вальдер, я хотела только…

– Либо так, либо я ухожу, – припечатал он, беря ладонь дочери в руку.

– Я пойду с вами.

– Нет, Селин.

– Но тогда наша служанка, пусть она…

– Я сказал: «Нет»! – повысил голос Вальдер. – Не ясно?

– Почему? Что… что вы собираетесь делать? – из последних сил она держала себя в руках, боясь внушить свой ужас дочери, но страстно желая забрать её тут же из лап отца.

– Ничего такого, за что тебе захочется меня убить, – отозвался Вальдер и выпрямился. – Просто проведу время с дочерью перед тем, как снова отправлюсь на фронт.

Некоторое время они с Селин упрямо смотрели друг другу в глаза, бывшая жена отчаянно задирала вверх подбородок и хотела казаться более сильной и властной, чем была на самом деле.

Вальдер прекрасно читал её беспомощные угрозы и видел всю череду тревог, душащих Селин, о том, что может сделать ее бывший муж в отместку за её проступок… и на что еще он способен.

Он знал, каким порой злым и безумным может быть его взгляд. Бывало, он вынуждал делать её то, что ей не нравилось, или нарочно провоцировал на эмоции, так, что Селин первая кидалась на него с кулаками, но в какой семье всё бывает всегда сладко?

На самом деле всегда было интересно понять, есть ли хоть что-то глубже той плоской безликой маски, что носит его жена. Есть ли хоть что-то яркое и настоящее помимо дежурной улыбки, назойливой заботы и… страха.

Айза почувствовала их напряжение и замерла, отчаянно цепляясь маленькими хрупкими пальцами за его руку.

– Пап, – пробормотала она, когда его хватка стала слишком сильной.

Вальдер почувствовал это и смягчился. Айза ни в чем не виновата.

– Ты когда-нибудь была в новом императорском парке? – обратился он к ней, медленно отводя взгляд от Селин. – Говорят, его недавно открыли.

– Нет…

– Когда вы вернетесь? – кусая губы, спросила Селин, мечась тревожным взглядом с дочери на него и даже оглянулась, будто ждала поддержки от того четвертого, которого нет сейчас рядом.

– Когда нагуляемся, – подмигнул Вальдер и повел Айзу из дворца.

Дочка оглянулась на мать, всё-таки поймав её тревогу, но только помахала ладошкой.

– Пап… а мы правда пойдем в парк? – задрала она к нему голову. – И ты расскажешь, где был? Мама говорила, ты ездил куда-то в жаркие края, видел там слонов и крокодилов, что там всегда лето. И еще, что ты нашел себе новую жену.

– Нет, Айза, не нашёл, – с улыбкой, но резче, чем хотелось, прервал её Вальдер. – Твоя мама ошиблась. Но я обязательно всё расскажу тебе как-нибудь потом.

* * *

Вальдер сам не до конца понимал, почему захотел побыть с дочерью. Вполне достаточно было повидаться час и разойтись своими дорогами.

И даже желание побесить Селин не казалось сейчас ему преобладающим. Хотя часть души по-прежнему жаждала мести. И нет, дело не в разбитом сердце – сердца у него, похоже, и нет – а вот уязвленное самолюбие толкало на самые мрачные мысли.

Однако… так некстати пришли воспоминания о Ясмин и ее нерожденном сыне. Сыне? С чего он вообще решил, что это был бы сын? Или и на это распространяется дар Четырех богов. Похоже, эти воспоминания сделали Айзу важнее, чем она была – до. Возможно, больше и не будет ничего. Никакого продолжения.

Вальдер коротко вскинул голову к небу, щуря глаза. Такое горячее и огромное на Юге солнце было здесь, в столице Иввара, лишь бледным пятном сквозь облака.

Айза продолжала восторженно о чем-то рассказывать, но он толком не слушал. Только отвечал изредко и указывал на интересные места, с любопытством наблюдая за восторгом дочери по самым незначительным поводам.

После парка они дошли до набережной, на которой ровными рядами, стройно высились парусники. Один, второй, третий… Штук десять точно. Сиркх, судя по всему, готовится к продолжению войны.

Да, он сверг предыдущего, слабого и немощного короля, и занял его место. Завоевал в считанные годы Энарию, Итен, Корсакийские острова – распространив с помощью религии свое влияние на все ближайшие окрестности.

Магов боялись. Магов… не все любили. Отныне они не прислужники и советники королей, а полноправные правители. Их сила признана подтверждением Четырех богов о том, что человек достоин этой власти над другими живыми существами и над природой. Однако не все готовы были это признавать, и, например, на том же Юге – держались за старую веру до последнего.

Вальдер замер на набережной, подняв ворот камзола к шее и глядя в сумеречную, пасмурную даль.

– Папа, – снова раздался голос Айзы.

Он взглянул вниз, подхватил дочь и усадил напротив себя на высокую бочку, стоящую на пристани.

– А ты… ты правда снова уйдешь на войну? – спросила она, заглядывая в его лицо и ерзая на влажном от моря дереве.

Так забавно смотреть на это маленькое лицо и видеть на нем свои же черты. Глаза с золотистым ободком возле темно-зеленой радужки, изгиб губ и даже такой же упрямый подбородок с ямочкой у губ. Как будто смотришь в свое, искаженное временем и другой кровью отражение.

Неужели Селин думала, что он убьет собственную дочь или причинит ей вред? Ради мести?.. Как грубо. Вальдер покачал головой. Селин ничего о нём не знает, если допускает подобное.

Конечно, он не лучший отец в мире и, надо признать, особо не интересовался прежде судьбой своего продолжения. Но и не психопат, который бьет кувалдой в мишень.

Если он захочет причинить кому-то боль – он найдет способ поизящнее.

– Я служу Императору. Если он прикажет, – коротко улыбнулся Вальдер одними губами.

– Поня-тно, – протянула она и тут же спросила: – Значит, и дядя Маркус тоже пойдет? Ой, – Айза закрыла рот ладошкой. – Мама наказала не говорить ничего про него.

Вальдер посмотрел на дочь пристально, но сквозь, давая волю воспоминаниям. Ей было меньше шести, когда он вернулся от дарханов. И нашел Селин в постели со своим бывшим командиром.

Не хотел тогда говорить о своем даре никому, однако кому-то эта его сила стала поперек горла. Особенно, когда применение магии стало для Вальдера привычкой во время службы. Грех было жаловаться, это часто помогало в переговорах и во время боя. Но Вальдера вынудили идти к дарханам, подчиняясь новым порядкам, а к моменту завершения обучения – в мире уже начался переворот.

И тогда… Тогда он едва не убил Маркуса на месте, избил до потери сознания. Даже сейчас, вспоминая, Вальдер закипал и хотелось размозжить чью-то голову. Командир, бывший ему как старший брат, с которым они прошли не одну кампанию, оказался настоящей тварью. Втёрся в доверие семьи, был на всех званых обедах и ужинах… а потом добрался и до жены, словно мечтал унизить.

– Нет, милая, – снова улыбнулся Вальдер, заправляя непослушную прядь волос ей за ухо. – Дядя Маркус на войну не пойдет. По крайней мере, на ту же, где буду я.