Текст книги "Путь к бессмертию 5 (СИ)"

Автор книги: Евгений Покинтелица

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 7
Суд Предков

Император присмотрелся к старшей и его пламенный лик озарился подобием улыбки.

– Я помню тебя, пусть и ещё совсем крохой. Ты Лазурь – старшая дочь правительницы Среброгорья. В отличии от других, она всегда посещала императорский дворец с семьёй, ведь считала, что вы должны знать о мире больше и всегда учиться новому. Она была мудрой женщиной.

– Благодаря тому, что юная Сталия стала матроной – мы знаем вас, владыка.

На глазах у ошарашенного Молотобоя она поднялась со своего трона и преклонила колено. Её примеру последовали и многие другие.

– Приносим свои извинения за грубость, но мы обязаны были убедиться.

– Можете возвращаться к своему суду, – сказал тот, усилием воли возвращаясь в духовное воплощение.

– Я передумал, – вдруг воскликнул Молотобой, – Очевидно же, что теперь решение будет на стороне Сталии! Предки моего рода, защитите меня и дозвольте покинуть сей балаган!

Десятки пламенных фигур окружили целителя, включая одну из довольно крупных и величественных.

– Мы действительно сомневаемся в том, что в такой ситуации суд может быть непредвзятым, – сказал старший среди них.

– Мы благоволим матроне Сталии, – кивнула Лазурь, – Однако на исход суда это не повлияет. Так было и так будет.

– Тогда вы не будете против, если суд проведу я?

– Если только ты готов поставить свою душу на одну чашу весов со своим потомком, Медяк.

– Я-то готов, а ты Лазурь?

– Безусловно.

– Тогда приступим.

Медяк встал в центре и взмахнул руками в сторону Сталии и Молотобоя.

– Отворитесь души и покажите нам всю правду, что таится внутри.

Их силуэты обратились пламенем, в котором стремительно сменялись образы один за другим. Мирослав едва успевал что-то рассмотреть, но Медяк и остальные, похоже, к такому были привычны. Потому что пока выражение на пламенном лице Медяка всё мрачнело и мрачнело, с лика Лазури не сходила спокойная мягкая усмешка.

– Ну что же. Назвался золотцем – полезай в плавильню, – наконец сказала старшая, когда Сталия и Молотобой вернулись в свой прежний облик, – Вынеси приговор.

– Такого быть не может! Вы что-то сделали! Как-то подменили её воспоминания!

– Неужели хоть кто-то из нас владеет столь великим могуществом? – спросила Лазурь, – Неужели ты? Или может я?

– А почему нет? Ты создала камни, а значит, никто не может знать, какова твоя истинная власть здесь!

– Вот как запел? Но не ты ли бросил мне вызов и пожелал свергнуть вместе с текущей матроной? – улыбнулась старшая, – А теперь пытаешься всё вывернуть так, словно у тебя изначально не было шансов? Не глупая ли это была затея? Разве ты дурак, Медяк? Или ты просто не ожидал такого исхода и теперь пытаешься выкрутиться?

– Проклятие, однажды тебе это аукнется, попомни мои слова!

– Приговор, Медяк, озвучивай приговор.

– В споре между Молотобоем и Сталией победителем выходит Сталия. Суд предков не узрел в её деяниях с момента восхождения в статус матроны ни одного действия, нарушающего заветы предков или ведущего к вреду для Яшмового Свода решения. Вместе с тем Молотобой неоднократо посвящал своё время и силы плетению интриг, а также присваивал ресурсы свода для собственных нужд. За это он приговаривается к немедленному принятию в Чертоги Предков и последующему присоединению к Сонму Молчания. Я, как его защитник, поставивший на его невиновность, последую той же судьбе… – закончил тот, – Довольна, Лазурь?

– Нет. Я бы предпочла, чтобы до такого не дошло, – ответила та.

– Могу я попросить за Молотобоя? – вдруг заговорила Сталия.

– У тебя есть такое право, – кивнула старшая.

– Несмотря на все его проступки и твердолобость, в остальном он шёл по положенному ему Пути и выполнял возложенные обязательства, проявляя должную компетентность. В такие тяжёлые времена, как сейчас наступили, нам понадобится каждый целитель. Если он готов принять мою власть и перестать бороться с каждым моим решением, то я готова вернуть его на службу Яшмовому Своду. Хотя пост главы определённо займёт кто-то другой. Управлять ресурсами я ему в любом случае не доверю.

Молотобой посмотрел на неё с искренним удивлением.

– Твоё прошение будет удовлетворено, матрона Сталия.

– Значит ли это, что и я могу сохранить свободу? – спросил Медяк.

– Нет. Ты должен понести своё наказание, – сказала Лазурь, – Тем более, что это не помешает тебе приносить пользу.

Она повела рукой и фигура Медяка окаменела, после чего рухнула в провал, открывшийся в полу.

– Приговор приведён в исполнение. Теперь по поводу компенсации, которую запросила Сталия. Сие пожелание действительно не противоречит законам Яшмового Свода, а кандидат более чем достойный и принесёт нашему народу пользу. Однако даже так мы не станем отступать от заведённых порядков, – сказала Лазурь, – Он уже не дитя и ты не можешь просто усыновить его. Значит ли это, что ты хочешь отдать за него одну из своих дочерей? Или, может, сама желаешь обрести новую опору на долгом пути, что тебе предстоит в управлении Яшмовым Сводом?

– Моё желание не имеет значения. Наиболее благим путём будет третий. Он докажет свои намерения путём испытания.

– Это трудный путь. И не менее сложно подобрать достойное испытание.

– К сожалению, судьба преподнесла нам его сама. Беда, что охватила Яшмовый Свод, невероятно опасна и может погубить всех нас. Но я верю в то, что забытый император сможет найти решение.

– Да будет так. Принимаешь ли ты предложение матроны Сталии, повелитель?

«В этом определённо будет немало преимуществ. Я смогу свободно передвигаться по городу, а у неё появится возможность говорить о вещах, о которых не могла раньше. Но наверняка с тем придут и свои обременения. Так и быть, коли уж я обещал ей довериться, то надо идти до конца.»

– Зовите меня – Мирослав, – сказал юноша после недолгих размышлений, – Я принимаю ваше предложение и сделаю всё, что в моих силах, чтобы спасти людей Яшмового Свода.

– Да будет так. Идите твёрдо по Пути, что вам предначертан, и не подведите надежд предков.

– Вот ещё что. Я бы не хотел, чтобы кто-то кроме присутствующих знал информацию о моей настоящей личности.

– Мы об этом позаботимся.

* * *

Мирослав проморгался, попутно вновь привыкая к тяжести и ограниченности материального тела.

– Ты просто использовала меня, чтобы получить желаемое, не так ли? – вяло пробормотал Молотобой.

– Именно так, – не стала отрицать Сталия, – Я знала обо всём, что ты делаешь за моей спиной и ждала момента, когда смогу обратить ваше вредительство на пользу Яшмовому Своду. Так что передай своим сообщникам, что эпоха заговоров кончена. Верните всё, что попрятали в своих тайных складах и приступайте к настоящей службе своему народу. Второго шанса не будет.

– Повинуюсь, матрона…

Мужчина встал и, покачиваясь, направился прочь. Судя по отдалённому скрежету, врата Зала Предков отворились.

– Уверена, что он не воспользуется своим шансом, чтобы ударить тебя в спину? – спросил Мирослав.

– Об этом не беспокойся. Предки не судят, пока их не попросят, но если уж осудили, то тебе не избежать кары. Если не хочет провести вечность молчаливым камнем, то не станет делать глупостей.

– Вот ещё что. Ваша старшая – дочь прежнего правителя этого региона. Почему у Яшмового Свода такое слабое положение в совете?

– Правила.

– Ладно, расскажешь, когда будет можно. В любом случае сейчас есть дела поважнее. Зараза расползается и мне нужно поскорее отправиться на поиски её источника.

– А с лекарством как? Получилось?

– Нет. Оно теперь мгновенно адаптируется к попыткам лечения. Не докопавшись до правды о том, откуда оно берётся, я ничего не смогу сделать.

– Поняла. Тогда отправлю с тобой и Чудножилом отряд бойцов.

– Ему не обязательно в этом участвовать. Да и охрана мне не нужна, только мешать будут. Возьму одного из стражников проводником и на этом всё.

– Чудножил обязательно должен присутствовать. Пока мой план не завершился, и ты не стал частью нашего народа, важно блюсти установленные соглашения, даже в таких условиях, как сейчас, – ответила Сталия, – Иначе никак. Что до охраны – думаешь, не вижу, в каком ты сейчас состоянии? Я не забыла как пользоваться техникой взора, если вдруг ты мог так подумать!

Мирослав тяжело вздохнул.

– Да, я ослаблен и не могу использовать умения, но при этом всё ещё быстрее и сильнее большинства из тех, кого ты сможешь со мной отправить. В Яшмовом Своде маловато сильных бойцов и они нужны здесь, чтобы сдерживать заражённых.

– Это… Правда. Но что, если ты столкнёшься с серьёзной угрозой? Если ты опять…

Мирослав быстро сократил дистанцию и обнял Сталию.

– Я не собираюсь умирать. Больше никогда. Так что просто позаботься о том, чтобы вы продержались до моего возвращения.

Женщина молча уткнулась ему в грудь, а эхолис на её плечах зевнул, посмотрел на происходящее и снова задремал.

– Скоро увидимся, Малинка, я обещаю!

Мирослав разорвал контакт и быстро вышел.

– Ты, – указал он на стража, который рассказал ему про моховичную, – Как звать?

– Сланик.

– Товарищ Сланик, нам надо поторапливаться, так что скажи-ка, за пределами свода пути знаешь?

– А то! Городской патруль это повышение! Новички всегда окрестности осматривают.

– Чудно. Тогда поведёшь нас туда, куда с наибольшей вероятностью мог бы пойти владелец моховичной.

– Так откуда ж мне… Хотя стоп. Знаю пару каверн неподалёку от подземной реки. Там обычно дикорослый мох хорошо растёт. Но самый обычный, правда. Не чета тому, что для моховичных выращивают.

– Уже что-то, оттуда и другие найти можно будет, – сказал Мирослав, – Товарищ Чудножил, это явно будет опасно, но по договорённостям вам придётся пойти с нами.

– А я и не боюсь. Как бы с вами не безопаснее оказалось, чем сейчас в Яшмовом Своде.

Когда они уже были на пути к пункту назначения, воздух вдруг разорвал раскатистый грохот сразу с нескольких направлений.

– Прознали, значит… – пробормотал Чудножил.

Судя по побледневшему лицу стража, тот тоже понял, что случилось. Эхолис на его плече встрепенулся и распахнул пасть в беззвучном крике.

– Да, Пылинка, я уже понял, – кивнул ей Сланик.

– Что стряслось-то?

– Соседние своды завалили связывающие нас пути. По сути отрезали от окружающего мира.

«Я ожидал, что в столь тесных пространствах такое легко провернуть, но думал, что они ограничатся блокировкой врат.»

– Тем важнее поспешить, пока они не решили провернуть что-то ещё.

– О, они могут… – кивнул подгоренец, – Как-то раз соседний свод, рядом с которым я жил, раскопал логово каких-то особо паскудных тварей. Знаю только то, что они истребили всех за ночь и принялись пробиваться в другие города, включая наш. Когда стало ясно, что эти существа не собираются останавливаться и уже даже начали прокапываться через завалы, Совет Среброгорского Браства отдал распоряжение затопить все своды, куда проникли эти твари. Включая те, где всё ещё шла борьба с врагом. Это сработало…

– Подгорье – мрачное место, – сказал Мирослав, – Хотя я и понимаю, что иногда без сложных решений никуда.

– Да, лучше и не скажешь, – печально усмехнулся Чудножил, – Мрачное во всех смыслах. Но это наш дом и мы будем за него бороться. Так что веди нас, товарищ Сланик.

Стражник мрачно кивнул и они продолжили путь во мрак неиспользуемых тоннелей.

Глава 8
В поисках источника

Мирослав в сопровождении Сланика и Чудножила достаточно быстро добрался до тоннелей, где действительно было довольно сыро. Первым делом они проверили несколько ближайших пещер. Там заросли мха были самыми обычными. Да и, судя по состоянию – никто их не собирал. Мирославу пришлось вновь воспользоваться своим трюком с усилением обоняния, чтобы обнаружить хоть какие-то следы. Однако вскоре и эта ниточка оборвалась. Они упёрлись в стену одной из мшистых пещер.

– Не мог же он испариться, – сказал Чудножил.

– Не мог, – кивнул Мирослав, – Нужно осмотреться получше.

Первым, кто нашёл нужный путь, был Сланик.

– Ах ты ж хитрюга. Так сильно хотел спрятать свой особый сад? – воскликнул страж.

– Что там? – тут же спросил Мирослав.

– Порошок гриба-слепца. Запрещён к обращению, поскольку он используется, чтобы прятать контрабанду и прочее. Сбивает с толку чувства ищущего и тонко притупляет восприятие деталей. Даже технику взора обмануть может, – сказал страж, – Нагляделся на такое, когда во внешнем патруле служил. Решил на всякий случай мох лизнуть. Тогда сможешь видеть сквозь прикрытие.

Мирослав тут же лизнул мох

«Угу. Перемолото в пыль. Слегка покалывает язык. Вкус горький, но выразительный. Сам себе выступает противодействием. Запомнил.»

Его взгляд вскоре наткнулся на едва заметную тонкую полосу, идущую через поросль мха. Он тут же поддел его и отодвинул камень, скрывающий проход. Без лишних разговоров они отправились в путь и вскоре вышли к входу в каверну, некогда выточенную подземной рекой, но после оставшуюся пустой. В ней повсюду действительно разросся причудливый фиолетовый мох, который и собирал подгоренец у восточной стены.

– Мелокрас, ты совсем закона не страшишься⁈ – гневно ринулся в его сторону Сланик, но Мирослав тут же ухватил его за ворот и рванул на себя, не позволяя пройти дальше. Техника взора позволила ему увидеть то, что невооружённым взглядом не заметить. Воздух искрился крохотными вспышками живы.

– Споры. Обычно безопасны для людей, но если этот мох источник заразы, то и они тоже. Нельзя туда входить.

– Но Мелокрас-то там и вроде цел!

– Нет. Он уже изменился, я это вижу.

– И что же нам делать?

– Владеешь умениями огня, Сланик? – спросил Мирослав.

– Нет. Ежели владел бы, то, скорее всего, в мастеровые определили бы.

– Ты чего же это, сжечь там всё надумал? – спросил Чудножил, – Разве не хотел изучить источник заразы?

– Вот в том и дело, что надо очистить воздух, не спалив при этом весь мох. Мои средства для такого не подходят, – сказал Мирослав.

– Мне привести мастерового? – спросил страж.

– У меня есть идея получше. Пару мешков муки принеси, – сказал Чудножил.

– Товарищ, не время ерундой маяться, – проворчал Сланик.

Однако Мирослав вдруг вспомнил, как некогда читал о серии загадочных взрывов складов, где так и не удалось найти виновников, а правду удалось выяснить лишь много позже.

– Нет, он прав, – кивнул Мирослав, – Это идея. Сбегай за мукой, а я пока пригляжу, чтобы заражённый не сбежал.

* * *

– Я всё ещё не понимаю, как мука поможет, – сказал страж, сгружая мешки на пол тоннеля.

– Сейчас увидишь. Только отойдите подальше, а не то и вам достанется.

Убедившись, что спутники на относительно безопасном расстоянии, Мирослав швырнул оба мешка, выхватил из кошеля меч и рассёк их оба волной силы. После он метнул в мучное облако склянку горючей смеси. Грохот и ударная волна пронеслись по тоннелю, вынудив богатыря поглотить силу хвоста ради барьера. И он тут же об этом пожалел, ощутив, как ядра монстров активизируются, пытаясь освободиться. Ему пришлось какое-то время стоять недвижимо, полностью сосредоточившись на их подавлении.

– Эй, мастер Мирослав, как ты?

Его осторожно тряхнули за плечо, вырывая из концентрации. Благо он успел закончить.

«Как же всё не вовремя…»

– В порядке

Заражённого вмяло в стену пещеры, но он ещё был жив. Мох тоже разметало взрывами, но осталось достаточно, чтобы взять образцы. Но внимание юноши привлекло не это. Когда фиолетовый покров сорвало прочь, он увидел то, что скрывалось под ним. Плоть. Мерзкую, бугрящующся, растянутую самым неестественным образом, но определённо плоть. Более того, присмотревшись повнимательнее, он даже нашёл следы того, где были конечности и лицо.

– Это что за ужас такой… – пробормотал страж, – Неужели он настолько обезумел, что выращивал мох на человеке?

– Нет, конечно, – покачал головой Мирослав, – Что-то подобное провернуть мало кому под силу, да и сомневаюсь, что он сам попал бы в ловушку своего зловещего сада. Скорее всего, это здесь появилось ещё раньше.

– Так что, всё зря?

– Посмотрим.

Мирослав изучил образцы и печально вздохнул.

– Да, это не изначальный источник заразы. Судя по тому, как изломаны остатки костей – он попал сюда уже мёртвым. Странно, что не восстал неупокоенным, но суть такова, что болезнь, похоже, при контакте со здешним мхом избрала иной способ распространиться. Моховичнику повезло прийти до того, как дозрели споры, но он сам, того не зная, собрал заражённый мох и после распространил болезнь по городу. А вот второй раз удача отвернулась от него.

– Что будем с ним делать?

– Учитывая его текущее состояние, всё, что мы можем – оборвать его мучения, – сказал Мирослав, – В его плоти столько спор, что прежде, чем мы успеем найти источник заразы и создать лекарство, он наверняка уже и сам превратится в подобие этого ужаса…

Мирослав указал на субстрат из человеческой плоти, на котором рос мох.

– Тогда я это сделаю, – выпрямился Сланик, – Это мой долг как защитника города.

– Благое побуждение, но лучше всё же я. Не стоит лишний раз контактировать с заражённым.

* * *

Покончив со всем, они двинулись дальше. Осмотрев пещеру, Мирослав понял, что тело выбросило подземной рекой, так что искать новые зацепки стоит выше по течению. Проблема состояла в том, что сама река из себя представляла поток в тоннеле, выточенном ею же, так что идти там было негде. Однако благодаря знаниям Сланика они смогли окольными путями пройтись вдоль русла. Но наконец упёрлись в тупик.

– Дальше путь через территории соседей и они завалили даже такие мелкие проходы. Даже не знаю, что теперь.

– А теперь мне придётся продолжить путь одному, – сказал Мирослав.

– Но куда?

– Вверх по течению.

– Это самоубийство! Вы не понимаете как сильно течение в этих потоках! Разве не видели переломанные кости того бедолаги?

– Я справлюсь.

– Даже если мы всё это переживём, меня матрона в глубокие шахты сошлёт.

– Передай ей, что не тягаться блуждающему огоньку со светилом. Она поймёт.

Не дожидаясь реакции, Мирослав бросился в горную реку и поплыл против течения. Было тяжёло и холодно, тесно и темно, но он продолжал двигаться, пока не ощутил, что начинает уставать. Но проблема оказалась в том, что открытых участков всё не было и не было. Наконец ему пришлось остановиться. Рукой и двумя ногами богатырь упёрся в стенки горного русла, противясь потоку воды, а свободной достал из кошеля меч и принялся вырезать в камне нишу. Материал был не особо податливый, даже для столь мощного волшебного оружия, вырезать приходилось небольшими кусками, чтобы они не сбили Мирослава или не закупорили русло, однако постепенно ему удалось освободить достаточно пространства, чтобы лечь. Он даже смог расстелить у себя на груди скатерть самобранку и перекусить.

«Холодно. Нельзя засыпать. Пока ускоряю кровоток с помощью живы, не замёрзну. Но лишь так. Просто отлежусь и в путь. Рано или поздно эта паршивая река закончится.»

* * *

Два дня спустя Мирослав наконец увидел тусклый свет и впервые смог выпрямиться.

«Да это же другой свод…»

Мирослав просушился, сменил одежду и принялся осматриваться. С возвышения, на котором он оказался, было хорошо видно, что жизнь в этом подземном городе идёт своим чередом. Совсем не похоже на тот тревожный хаос, в который начал погружаться Яшмовый Свод.

«Может ли существо или человек, создавшие эту заразу, скрываться здесь? Теоретически да. Но маловероятно, что заражённые могли попасть за пределы подгорья или в соседний свод, не разнеся при этом инфекцию по городу. Разве что их специально отправили? Нет, если с внешней ситуацией в это можно поверить, то заражать соседний свод очень глупо, исходя из того, что рассказывал Чудножил. Какие бы планы у создателя не были, оказаться обнаруженным или в затопленном городе вряд ли в его интересах.»

Мирослав устало откинулся на камни и тяжёло вздохнул.

«Слишком мало информации. Пытаться осмотреться в городе рисково. Первый же заинтересовавшийся мной страж подымет шум. Они здесь чужаков замечают довольно хорошо. Без умений скрывать своё присутствие будет проблематично. Но отправиться выше по руслу, в поисках более подходящего места для логова зла тоже может оказаться пустой тратой времени…»

Юноша закрыл глаза, успокаиваясь и принимая финальное решение.

«Придётся довериться своему чутью и рискнуть. Всё же мне кажется, что источник заразы должен быть где-то ещё.»

Он встал и вновь бросился в бурный поток.

* * *

Спустя ещё два дня богатырь наткнулся на развилку, где несколько более мелких потоков соединялись в единый. Он выбрал наиболее крупный и двинулся по нему. Ещё через сутки Мирослав наконец вновь выбрался на открытое пространство. Вернее, выплыл на поверхность глубокого подземного озера. Он едва успел выбраться на берег, как услышал очень сухой и скрипучий голос.

– Так-так, а вот это уже интересно.

Подняв взгляд, он увидел человекоподобную сухощавую фигуру. Человеком это было не назвать. Полупрозрачная тонкая кожа обтягивала кости, делая облик мертвеца довольно жутким.

«Кощей?»

И без того промёрзший от ледяной воды Мирослав почувствовал, что его пробирает дрожь. Это было худшее создание из тех, что он мог встретить. Древнее, могущественное и почти неуничтожимое. Однако на самом деле холод, что он ощутил, не был реакцией на угрозу. Его начала покрывать ледяная корка, и юноша едва успел вырваться с помощью усиления.

– Надо же, после такого заплыва ещё есть силы на сопротивление? Отличный образец. Отличный.

Кощей достал из складок своей мешковатой одежды какую-то книжицу и принялся черкать в неё текст металлической палочкой. Тем временем свободной рукой он указал на него почти не глядя, и водная гладь покачнулась. Из неё вырвались перекрученные в жгуты потоки, которые устремились к юноше. Тот выхватил меч и рассёк их волной силы, нарушая поток живы, удерживающий их целостность.

– Вот оно как. Современная вариаци богатыря! Да ещё и с таким количеством духовных отростков. Сама судьба мне благоволит. Но что это? С тобой определённо что-то не так. Иди-ка сюда, чтобы я мог приступить к изучению!