Текст книги "Мёртвые души. Книга 1 и Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Евгений Аверьянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 27 страниц)

Я обошёл пологий склон с западной стороны. Там, где раньше находились аварийные выходы, песок образовал плотный бархан, почти сровнявшийся с металлоконструкциями. Но я помнил. Помнил про полузасыпанный люк, тот самый, через который выбрался в прошлый раз.

Нашёл его под толщей пыли и твёрдого песка. Несколько минут ушло на то, чтобы расчистить отверстие, затем – ручной подъём крышки. Песок предательски сыпался внутрь, но я успел проскользнуть, прикрыв за собой вход. Внутри было темно, прохладно, и, к счастью, всё ещё тихо.

Старые коридоры дамбы пахли ржавчиной и маслом. Я зажёг переносной фонарь и направился к управляющим узлам. Генераторный отсек, насколько я помнил, был ниже по лестнице, там, где ещё можно было найти живую проводку. Необходимо восстановить питание, проверить целостность основных систем. У меня есть пара недель, может чуть больше – и я собирался использовать это время по максимуму.

Если моя идея сработает, то армия ящеров даже не поймёт, что случилось. Идеально.

Глава 13

Я провёл ладонью по стене, чувствуя холод металла сквозь перчатку.

– Проснись, старая, – пробормотал я. – Нам с тобой предстоит ещё одно великое дело.

Внутри дамбы стояла гробовая тишина, нарушаемая только моими шагами и скрипом старого металла. Вентиляция давно остановилась, воздух был тяжёлым, но не удушающим. Лампы не горели – всё, что работало, я притащил с собой. Первым делом я направился в главный управляющий узел.

Смазка, инструменты, ручной генератор – всё доставил ещё в первый заход. У меня был план, и он требовал точности.

Я открыл панель доступа к механизму сброса воды – ржавчина буквально хрустнула под руками. Винты заклинило, но ничего критичного. Капля за каплей я наносил смазку, обрабатывал шарниры, очищал зубья шестерён. Работал молча, сосредоточенно. Каждый оборот, каждый зачищенный контакт приближал меня к цели.

Одна из панелей управления была раскурочена – судя по следам, кто-то пытался вырвать проводку вручную. Быть может, в порыве отчаяния или просто из жадности. Я заменил блок на один из запасных. Затем – тест цепей. Сначала слабый отклик, потом – короткое пульсирующее свечение. Щёлкнули реле. Старушка жива. Я выдохнул.

Следующие часы ушли на восстановление линий связи между основным контроллером и исполнительными узлами – заслонками, запорными механизмами, аварийными клапанами. Некоторые цепи пришлось перетянуть заново. Лазал по техническим шахтам, словно шахтёр, вгрызаясь в нутро дамбы.

Когда я, наконец, закончил, внизу – в глубине центрального отсека – коротко загудел двигатель аварийной гидравлики. Несколько рывков – и индикаторы засветились зелёным.

– Есть контакт, – выдохнул я и облокотился на пульт. Пот со лба капал прямо на металлическую панель. – Осталось откалибровать.

Ещё день уйдёт на синхронизацию, проверку всех замков, ручных дублёров и расчёт возможных сценариев. Всё должно пройти идеально. Я не мог позволить себе ошибиться.

Потому что следующая часть плана будет куда опаснее, чем починка старой дамбы.

Я сидел на краю металлической балки, глядя вниз – на покрытые песком внутренние отсеки дамбы. Металл был тёплым от дневного зноя, но внутри стояла прохлада – замкнутая система вентиляции снова работала. Я неспешно пил воду, и в голове крутилась одна и та же мысль.

В городе всё ещё могли быть невинные. Те, кто не выбирал сторону. Те, кто просто жил. Дети. Слуги. Может, даже люди, попавшие сюда так же, как и я.

И если я приведу в действие задуманное… – я сжал кулак. – Тогда для них это станет концом.

Я мог бы попробовать их предупредить. Вызвать в панике бегство. Подтолкнуть к эвакуации. Оставить подсказки.

Но даже одна утечка, одна лишняя тень, одно неосторожное слово – и весь план рухнет. Ящеры не глупы. Их генералы умеют принимать решения. Они не поведут армию туда, где есть шанс погибнуть, не добравшись до портала. И у меня не будет второго шанса.

– Не герой ты, Игорь, – тихо сказал я себе. – И не спаситель. Просто инструмент. Один удар в нужное место, в нужное время. И всё.

Я поднялся, отряхнул штаны, бросил взгляд в сторону смазанного механизма. Он блестел ровно и тихо – готовый к работе. Осталось подготовить триггер.

– Если в этом аду кто-то и заслуживает спасения, то это те, кого я ещё смогу спасти на Земле.

И с этой мыслью я отправился к следующему отсеку. Впереди было ещё много дел.

Они пришли.

Сначала я заметил пыль. Мелкая, будто кто-то разворошил землю далеко на горизонте. Потом пришёл гул – не громкий, но тяжёлый, вязкий. Он словно проникал сквозь песок, металл, даже сквозь мои кости. А затем появились они.

Армия.

Тысячи силуэтов в серых и песчаных доспехах, покрытых плетёными энергетическими узорами. Ящеры шагали с нечеловеческой точностью, выверенным строем. Сотни знамен с символами кланов, цвета пыльной крови и выжженного золота. Впереди – огромные воины, кожа которых покрыта металлической чешуёй. Это были не просто солдаты. Это были машины разрушения на двух ногах.

Между ними, словно змеи, скользили вьючные твари – длинноногие, с налитыми мышцами и тяжёлыми контейнерами на спинах. Оружие, провизия, энергетические капсулы. Их хватило бы на десятки походов.

Позади шли маги – в мантиях, с застывшими лицами. Некоторые из них окружены гравитационными щитами. Я ощущал их, даже с расстояния – словно за стеклом кипела буря.

Они разбили лагерь быстро. И – как я и предполагал – прямо в русле бывшей реки, между городом и дамбой. В их глазах это было стратегически удобно: рядом городская инфраструктура, с другой стороны – защитная дамба, за которой пустота. Кто полезет туда?

Я смотрел на них из своего укрытия, и чувствовал, как всё сжимается внутри.

Это не от страха. Это от ответственности.

Я уже не мог отступить. Каждый из этих солдат был приговором для Земли.

Даже один такой мог сжечь квартал, вырезать отряд, разорвать бетон и броню.

А их – десятки тысяч.

И все они стояли точно там, где я надеялся.

– Спасибо вам за пунктуальность, ублюдки, – прошептал я, сжимая пальцы на пульте активации. – Надеюсь, вы любите сюрпризы.

Настрой был холодным, собранным. Осталось совсем немного.

Ночь. Тишина. Только слабое гудение воздуха и мерцание звёзд над головой. Я стоял у старого пульта, пальцы дрожали не от страха – от напряжения. Всё было готово. Я проверял механизмы десять раз. Смазывал каждую шестерёнку. Подключил старые капсулы в энергетический узел сброса. Должно было сработать.

– Ну что, понеслась, – выдохнул я и нажал кнопку.

Медленно, с металлическим скрежетом, внутри дамбы начали поворачиваться затворы.

Шуршание… а потом – гул.

Зыбучие пески, накопленные с одной стороны шлюзовых карманов, наконец нашли выход.

Глубинный поток рванул вниз, подхватывая всё, что стояло у подножия дамбы.

Я поднялся на поверхность. Сел на байк, включил бесшумный режим и отъехал на дюжину сотен метров. С этого холма открывался прекрасный вид на долину.

То, что было городом и армейским лагерем – теперь медленно, но неотвратимо тонуло в песке.

Песок жил. Он двигался, как волна, как дыхание древнего зверя.

Ящеры сначала не поняли, что происходит. Зашевелились, начали кричать, раздавались команды – но было уже поздно.

Поток песка шёл и шёл. Сначала поглотил окраины. Потом шатры. Потом строения. И наконец – центральную площадь.

Затем пришёл звук.

Жалобный, протяжный скрип.

Железобетон, который держал десятилетиями, дал трещину. Потом вторую. И на третьей он лопнул.

Дамба рванула – не водой, а бешеной смесью пыли, песка, обломков, старых арматур. Волна поднялась – и обрушилась.

Армию просто стерло.

Одним рывком, одним выдохом стихии.

Город – вместе с улицами, постами, жителями, мечтами и страхами – исчез.

Через десять минут я стоял, глядя на ровную поверхность.

Гладкая, как стекло.

Песок успокоился. Никаких тел. Никаких знамен. Ни следа.

– Простите… – прошептал я. – Возможно, среди вас были невинные.

Но я не мог рисковать. Не мог позволить им войти в портал. Не мог допустить войны на Земле, к которой мы не готовы.

Я завёл мотоцикл.

Развернулся.

Уехал, не оглядываясь.

Я резко выжал тормоз, мотоцикл занесло в сторону, и лишь чудом не вылетел в песчаную впадину. Всё тело сковало – не судорогой, нет – словно изнутри рвало энергетической бурей. Я рухнул на колени, вгрызаясь пальцами в песок, а в голове, будто молотом, гремел голос Абсолюта:

«Ваши действия привели к уничтожению 45 783 разумных существ…»

Сухо. Бесстрастно. Чётко.

«Ваши действия привели к уничтожению 2 367 неразумных существ…»

«Получено достижение "Палач I"…»

«Получено достижение "Палач VII"…»

Каждая фраза будто пульсировала в костях.

Я пытался встать – и не мог. Колени дрожали. Лёгкие будто забыли, как вдыхать.

«Вы уничтожили 21 679 противников, превосходящих вас по уровню развития на 1 ступень…»

«…на 2 ступени…»

«…на 3 ступени…»

Три ступени…

Я, простой парень из соседнего двора, только недавно прошедший этап формирования… уничтожил пять существ, которые должны были разорвать меня одним взглядом?

Нет. Не я.

Мир.

Я просто повернул ключ.

«Ваша ловушка признана самым эффективным средством уничтожения вражеской силы за последние 5 643 года…»

Моё сердце застучало громче.

«Награда повышена.»

Вот тут я всё и почувствовал.

«Получена четвёртая часть доспеха посланника бога войны – наручи…»

«Пятая часть – сапоги…»

«Шестая часть – поножи…»

«Собран полный комплект – 6/6…»

Что?

Грудь обожгло светом, и в следующее мгновение броня, с которой я сталкивался лишь в легендах, проявилась на моём теле. Не физически – сначала как проекция, потом словно вплавилась в мою суть.

Сила, поток, вихрь энергии…

Я взвыл от боли.

«Получено 2 000 000 000 единиц универсальной энергии.»

Два миллиарда…

Моё сознание треснуло. Пошли глюки – пустыня то сжималась, то вытягивалась, небо раскалывалось на фрагменты, словно я видел структуру мира.

«Получен 12-й уровень средоточия…»

«22-й уровень средоточия…»

«До следующего уровня: 1 966 468 702 универсальных единиц…»

Песок подо мной испарился, превращаясь в стекло, расплавленный след от энергии, вырвавшейся наружу.

Я стоял.

Целиком в доспехах.

Мои руки дрожали.

Не от страха.

От того, сколько энергии я теперь держал внутри.

От того, что мог натворить теперь.

– …даже если они были врагами… – прошептал я сам себе. – Я уничтожил город.

Пульс выравнивался.

Сознание возвращалось.

Ветер снова стал просто ветром.

А впереди был путь до убежища.

До Марины.

До следующего этапа.

Я завёл мотоцикл.

И только теперь понял – я больше не тот, кто приехал в этот мир.

Я притормозил. Песок впереди вздымался, будто дышал. Из-под поверхности, скрипя и вибрируя, медленно выдвигалась туша размером с двухэтажный дом. Панцирь, покрытый трещинами и следами старых сражений, поблёскивал в солнечном свете. Глаза – шесть тусклых, но живых точек – уставились прямо на меня.

Монстр. Уровень средоточия, вероятно, не ниже десятого.

Я соскочил с байка.

Руки – сами собой – сжались.

Сила текла по венам, переливаясь в костях, в мышцах, в самой плоти. Абсолют молчал. Ни одной подсказки. Ни одного анализа. Но мне и не нужно было. Я чувствовал.

– Давай, тварь, – выдохнул я, – проверим, на что я теперь способен.

Монстр рванулся вперёд. Песок взлетел в небо, а я – вбок. Телодвижение вышло мгновенным. Быстрее, чем раньше в два раза. Нет, даже больше. Всё внутри словно предсказывало удар, тело само находило равновесие.

Я развернулся в воздухе и нанёс удар сжатым кулаком, усиленным энергией.

Панцирь вспыхнул трещиной.

Монстр взвыл. Вибрации его крика прокатились по песку. Он швырнул хвост – я нырнул под него и метнул энергетическое копьё, сотканное из концентрированной универсальной силы. Ещё одна трещина.

Нет, это не я стал сильнее. Я стал… другим.

Пять минут.

Столько длился бой.

Пять минут – и я стоял над телом умирающей твари, поднимая с песка средоточие энергии. Очень ценный ингридиент, но не для меня. Он пульсировал, но… тишина.

Абсолют не отреагировал.

Я сжал кулак, почувствовав странное разочарование.

– Неужто тебе мало?.. – пробормотал я. – Или ты теперь ждёшь крови богов?

Нет, вряд ли.

В интерфейсе ясно было сказано: часть награды я получил за уничтожение противников, превосходящих меня на 1–3 ступени. Значит, формирование ядра – подойдёт. Наполнение – идеально.

Я оглядел горизонт.

Монстр уже растворялся в песке, оставляя после себя только следы в энергетическом восприятии.

– Значит, будем искать.

И не просто кого попало.

Мне нужен кто-то, кто не просто сильнее, но и опаснее.

Я снова сел на мотоцикл.

Теперь у меня была цель.

Путь.

И новая ступень – в прямом смысле этого слова.

Я загнал байк в ангар, заглушил двигатель и выдохнул. Песок скрипел под подошвами, когда я вошёл в основной отсек. Марина тут же выскочила навстречу – злая, встревоженная, целая.

– Две недели, Игорь! – Она упёрлась руками в бока. – Я думала, ты уже стал удобрением для местных монстров. Ни связи, ни сигнала. Ничего!

Я бросил на пол запылённый рюкзак, стряхнул песок с плеча и криво усмехнулся:

– Я вернулся. Целый. И с новостями. Могу отвезти тебя к порталу хоть сейчас. Дорога свободна.

Марина прищурилась:

– А ты? Ты вернёшься со мной?

Я на секунду задумался. Представил Землю. Воздух без песка. Тишину без скрытой угрозы. И понял – рано. Здесь остались дела.

– Нет. Пока нет. У меня тут ещё работа.

Она кивнула, будто ожидала этого. Но потом, упрямо:

– Я вернусь. После того как передам данные. Они должны знать, что происходит. То, что мы видели… и то, чего не видели. Возможно, я смогу убедить штаб. Прислать новых разведчиков.

– Если и возвращаться, то с другой подготовкой. – Я бросил взгляд на панель генератора. – Или вообще не возвращаться. Лучше найти способ закрыть портал. Пока он открыт – мы уязвимы.

Марина чуть нахмурилась:

– Насколько всё плохо?

Я подошёл ближе и заглянул ей в глаза:

– Город, в котором тебя держали в клетке, был второстепенным. Просто перевалочная база. Армия, которую они собирали – это только часть. Столица – в другом месте. Ты её не видела. Я видел. И знаю: если они доберутся до Земли, всё закончится очень быстро.

– Но ты сказал, дорога чиста…

– Да. Потому что их больше нет. – Я выдержал паузу. – Город у дамбы исчез. Вместе с армией, что остановилась там на отдых. Их смыло волной песка. Никто не выжил.

Она смотрела молча, но я видел, как внутри неё идёт работа. Как собираются пазлы. Она, похоже, поняла, кто открыл сброс. Но вслух не сказала.

– Это не конец, Марина. Это была только часть. Здесь остались другие города. Другая элита. Возможно, ещё хуже. Передай всё. Пусть готовятся. Пусть ищут способ перекрыть путь. Или…

– Или? – спросила она тихо.

– Или пусть готовятся к войне, которую не смогут выиграть.

Она долго молчала, потом тихо сказала:

– Я передам. Обязательно.

Я прошёл мимо, вглубь, к рабочей панели. На ходу бросил через плечо:

– И если вернёшься – не одна. И не без плана. Здесь не прощают ошибок. Особенно – повторных.

Я привёз Марину к порталу на рассвете.

Песок ещё не успел раскалиться, и лёгкий ветерок с пустоши гонял мелкую пыль, поднимая её в прозрачные смерчи. Мы стояли у разлома в каменной плите – портала, будто высеченного из самой реальности. Он пульсировал мягким светом, как живая рана между мирами.

– Ну вот, – сказала она, немного нервничая, – дальше я сама.

Я кивнул, не зная, что ещё сказать. Мы пережили достаточно, чтобы молчание между нами не казалось странным.

– Когда вернёшься… – Марина на мгновение замялась, – …найди меня. Я помогу. Чтобы ты не тратил месяцы на бюрократию, допросы, карантин и прочий идиотизм. У меня есть нужные связи. Плюс… – она усмехнулась, – после всего, я думаю, ты заслужил немного вежливости от нашего командования.

Я усмехнулся в ответ:

– Я подумаю. Но сначала – завершу дела здесь.

Марина подошла ближе, вдруг обняла меня. Коротко. По-дружески.

– Спасибо, Игорь. За всё. И… береги себя. Здесь таких, как ты, не делают серийно.

– Это уж точно, – пробормотал я.

Она шагнула в портал, и её фигура растаяла в мягком свечении. Через секунду – только пульсирующий свет. Пустота.

Я постоял ещё немного, затем развернулся и направился к байку. Песок хрустел под подошвами, воздух снова стал тяжёлым. Здесь, в этом мире, всё напоминало – работа ещё не закончена.

Портал скрылся за спиной, но Марина была права: я не серийный. А значит – придётся доделать начатое до конца.

Я вернулся к байку и завёл двигатель. Песок расползался под колёсами, пока я набирал скорость, отдаляясь от портала. Марина – в безопасности, и это уже немало. Но теперь, когда волна песка смела одну армию, было очевидно – следующая придёт лучше подготовленной. И мне тоже стоило быть готовым. Гораздо лучше.

Я решил вернуться в обучающий центр.

Глава 14

После всех этих скачков силы, после стремительного роста средоточий и получения полного комплекта доспехов Посланника, мои возможности кардинально изменились. Но я не чувствовал уверенности. Сила без понимания – всего лишь иллюзия контроля. Я должен был разобраться, на что действительно способен.

Интерлюдия. Песчанный мир.

Песчаный ветер гнал сухие волны по выжженной равнине, но фигурам в чёрных лентах не было до него дела. Они стояли на вершине скалистого хребта, на фоне заката, разрывающего небо оттенками ржавчины и золы. Тени от их фигур были длинными, как предчувствие беды.

– Один из правителей всё же не удержался, – произнёс младший, опустив голову. – Направил армию к порталу, ведущему на Землю. Официально – для охраны, на деле – для разведки и захвата плацдарма.

Главный не ответил, только слегка качнул головой. Ленты его одежды замерли.

– Через трое суток с армией пропала связь, – продолжил младший, голос дрогнул. – Полностью. Ни один из каналов. Словно их вырезали из пространства.

Пауза. Потом:

– Почти одновременно мы потеряли контакт со слугами культа в приграничном городе. Разведка вернулась… или то, что от неё осталось. Город стёрт. Дамба разрушена. Никто не выжил.

Тишина, затянувшаяся слишком долго. Наконец, голос главного – низкий, сухой, как шорох праха:

– Не случайность. Не совпадение.

Он поднял лицо к небу, будто пытаясь увидеть нечто сквозь пыль и огонь.

– Мы слишком рано начали двигаться. Кто-то – или что-то – уже охраняет проход. Не напрямую, но явно.

Он развернулся, ленты вокруг него дрогнули, завибрировали.

– Отменить подготовку. Приостановить любые действия, связанные с Землёй. Пусть думают, что решили проблему. Мы не рискуем войсками в слепую.

Младший кивнул, не поднимая глаз.

– Да будет так. Мы подождём.

Главный кивнул в ответ, и шёпот ветра словно стал чуть холоднее.

–

Обучающий центр встретил меня привычной тишиной и холодом полузаброшенных залов. Я спустился в капсулу и активировал погружение.

Система ожила.

«Добро пожаловать, Игорь. Доступен обновлённый режим симуляции: “Тактическая адаптация – уровень Посланника”.

Вы хотите загрузить его?»

– Да, – ответил я.

«Подтверждено. Обновление возможностей… Завершено.

Синхронизация физической и ментальной модели: завершена.

Допуск к расширенным модулям обучения: разрешён.»

Перед глазами вспыхнула сеть – будто весь мир обнажил структуру из энергетических линий, завихрений и узлов. Я впервые увидел то, что раньше лишь чувствовал на уровне инстинктов. Теперь энергия подчинялась не только силой воли, но и пониманием сути.

«Вы достигли условного порога ментального пробуждения.

Разрешена тренировка:

– Интуитивное структурирование заклинаний

– Мгновенное наложение паттернов

– Пространственная навигация через энергетическую ткань

– Усиленная реактивная перезагрузка тела

– Адаптивная броня Посланника: базовые и продвинутые режимы»

Я прошептал:

– Вот это я понимаю… Начнём.

Часы и дни в симуляции пролетали, как ветер в вечных песках. Я учился использовать свою энергию иначе. Вплетать её в движения, укреплять мышцы, на лету перенаправлять потоки и даже «слышать» намерения противника через колебания поля. Доспехи реагировали на мою волю, меняя структуру и усиливая удары.

Теперь я был не просто бойцом. Я становился оружием. Оружием, которое сам же и ковал.

Когда обучение закончилось, я вышел из капсулы другим человеком. Сильнее. Быстрее. Гораздо опаснее.

И в глубине души знал: скоро эта сила пригодится. Очень скоро.

Тренировка продолжалась. Я ощущал, как с каждым днём симуляции тело откликается всё быстрее, а разум охватывает всё больше – движения, вероятности, структуру поля, даже мельчайшие искажения, которых раньше не замечал. Я учился не просто сражаться – я учился жить в бою. Думать на скорости инстинкта. Чувствовать ещё до появления мысли.

Но больше всего меня занимало другое.

Я стоял в центре тренировочного зала, пульсирующего светом энергии, и смотрел на голограмму одного из продвинутых паттернов защиты. Она медленно вращалась, словно напоминая, что у этой системы были авторы.

– Они знали, – пробормотал я.

Слишком продуманная структура. Слишком точное взаимодействие с уровнями развития. Всё, от сложности симуляций до способов распределения энергии в теле – было заточено под тех, кто не просто пробуждён, а значительно развился. Под тех, кого Земля ещё даже не видела.

Выходит, местные знали об Абсолюте.

Не просто знали. Они строили своё обучение, свою подготовку, свои войны с учётом его законов. Поколения существ, для которых Абсолют – не миф, а часть реальности. Инструмент, угроза, проводник силы… и, возможно, бог.

«Режим обучения: завершён.

Вы завершили полный курс адаптации к уровню “Посланника”.

Эффективность освоения: 98.2 %.

Подсистема “Боевая синхронизация” теперь активна в реальном времени.

Предлагается: протестировать силы в боевых условиях.»

Я усмехнулся.

– Предлагается…

Да, теперь всё встало на свои места. Те, кто строил эту систему, готовили армию. Не для локальных конфликтов. Для чего-то гораздо большего.

И если я прав, то Земля – лишь начало.

Я закопался в архивы, словно в песок Вечного моря. С каждым днём всё глубже, всё ближе к ядру правды.

Архивы этого центра оказались куда более старыми, чем я предполагал. Слои за слоями – отчёты, записи, фрагменты мыслей давно мёртвых существ. Некоторые были повреждены, другие перекодированы, но система помогала расшифровывать. Она будто знала, что мне нужно. Или… хотела, чтобы я узнал?

Я нашёл хронику о падении мира. Не миф, не догадку – последовательные, холодные отчёты о последних годах перед тем, как всё пошло прахом.

«…энергетические поля нестабильны. Поглощение происходит на стадии обратного резонанса.

Виновный – субъект Xh-112-Ka. Бывший командующий южного фронта. Получил доступ к средоточию уровня вне категорий…»

Я перечитывал это предложение снова и снова. «Вне категорий». Даже звучит неправдоподобно. Но не для этого мира.

«…уничтожено 47 % цивилизованной территории.

Ограничение силы невозможно. Уничтожение невозможно.

Все попытки договориться – безрезультатны. Он не отступает.

Цель: собрать энергию для полного наполнения средоточий.

По расчётам, потребуется примерно 71 % жизнеспособной энергии мира…»

Я откинулся на спинку и долго молчал. Мир, способный создавать таких… и теряющий всё из-за одного из них. А главное – в архиве не было завершения. Не было «остановлен», «уничтожен», «исчез».

«Последняя запись:

В точке поглощения наблюдаются аномалии.

Структура мира искажена.

Наблюдается слабое вмешательство Абсолюта…

…передача прервана.»

Я закрыл глаза.

– И что, если он всё ещё жив?..

Или стал чем-то иным.

Теперь было ясно: я лишь на пороге того, что возможно. И что меня ждёт дальше – никто не может сказать.

Но я точно знал одно. Если такие как он существуют, мне нельзя останавливаться.

Я сижу, глядя на тусклый свет одного из старых терминалов. Экран дрожит, будто колеблется от веса самой информации, которую только что выдал. Половина мира – стёрта одним существом, что решило наполнить свои средоточия. А ведь оно было точно таким же пробудившимся. Просто шагнуло дальше.

А что, если это и есть финал этого пути?

Обретение силы – не ради защиты, не ради свободы, а ради… ещё большей силы. И ради неё – поглощение всего живого вокруг. Я – на том же пути.

Пока мои средоточия наполняются, сила растёт. Да, сейчас я стал в два, в три раза сильнее, чем прежде. Но плата за это – экспоненциальная.

Два миллиарда единиц. За один уровень.

И с каждым шагом эта цифра будет только расти.

А ведь это только этап средоточий.

После – будет следующее. И ещё. И каждый новый рубеж будет отбирать у меня больше – времени, ресурсов, может, даже самого себя.

Я сжал кулаки.

– Получается, пока я наполняю одно средоточие, те, кто шагнули дальше, уже строят города из энергии и сносят миры силой воли?

Сила, которую я получил, – ничто рядом с тем, что ждёт впереди. Я по-прежнему уязвим перед теми, кто хотя бы на пару ступеней выше. Не говоря уже о тех, кто перешагнул саму природу развития.

Значит, у меня два пути.

Либо я остановлюсь – и стану добычей.

Либо шагну дальше – и рискну стать тем, кого сам бы когда-то считал чудовищем.

И всё же… я не тот ящер или кем он там был.

Я не собираюсь сжигать мир ради силы.

Но если кто-то попробует сделать это снова —

я должен быть достаточно силён, чтобы его остановить.

…Однако, как бы я ни пытался сохранять моральную дистанцию – факты остаются фактами.

Я уже уничтожил город.

Не какой-то аванпост или лагерь мародёров. Настоящий город.

С его шумными улицами, голосами, мыслями.

С его грязью, жестокостью… и жизнью.

Почти пятьдесят тысяч разумных существ исчезли в песчаной волне.

И всё, что я ощутил – лёгкий прилив удовлетворения от хорошо выполненного плана.

Без мук совести, без раскаяния, даже без злорадства.

Пугающе спокойно.

Я мог бы оправдаться – сказать, что это был превентивный удар.

Что иначе бы они устроили резню на Земле.

Что я лишь опередил врага, лишив его шанса убивать.

И это всё – правда. Но не вся.

Где-то внутри я чувствую: если завтра встанет вопрос – уничтожить столицу или нет…

я, скорее всего, уничтожу.

А если встанет вопрос – стереть всё это вырожденное, полуразложившееся общество,

которое некогда было великой расой, но теперь лишь остаток —

может, я и это сделаю.

И ведь мысль о том, что это может быть милосердием,

что я словно врач, отключающий аппарат от умирающего,

тоже лезет в голову.

Но кого я обманываю?

Геноцид остаётся геноцидом.

А причина – лишь форма, в которую мы оборачиваем жестокость,

чтобы не задохнуться от собственной человечности.

Я сижу в тени купола тренировочного зала и смотрю в пустой экран.

Он больше не дрожит. Не пульсирует.

А может, это я – стал холоднее, чем сам терминал.

Нужно идти дальше.

И чем дальше – тем меньше шансов на обратный путь.

Я долго смотрел на карту, всплывшую в воздухе над консолью. Пыльные контуры, сеть маршрутов, едва различимые точки – остатки прежней цивилизации. Удивительно, что архивы вообще сохранились. Но с момента большой войны – никто не обновлял данные.

Всё, что я вижу – карта мёртвого мира.

Осколки когда-то великой расы.

Теперь – просто территория, где царят песок, голод и беззаконие.

И всё же…

Я хочу понять.

Я не верю, что всё это когда-то было построено исключительно на разбое и рабстве.

Я ведь сам видел того одного – разумного, который мог меня убить или продать, но не сделал ни того, ни другого.

Он просто отпустил.

Без объяснений. Без требований.

Как будто знал, что так будет правильнее.

Так что, я начну с карты.

Отметил самые крупные города – те, что могли пережить войну.

Некоторые, по данным, были промышленными узлами, другие – центрами управления или храмами.

Найду – проверю.

Может быть, где-то ещё остались архивы. Или… разумные, способные думать не только жаждой силы.

Я не питаю иллюзий.

После уничтожения армии у дамбы меня будут искать.

Организаторы похода, сидящие в самом крупном из видимых городов – они не простят такой урон.

Но это даёт мне время. Передышку.

И теперь я могу использовать её с умом.

Установил точки маршрута.

Загрузил карту в интерфейс.

Проверил мотоцикл, провиант, оружие.

На этот раз я не просто путешественник, не мститель, не разведчик.

Теперь я исследователь. Охотник за истиной.

И, быть может, это важнее любой битвы.

Я завёл мотоцикл. Рёв двигателя раскатился по пустыне, мгновенно поглощённый вязкой тишиной бескрайних песков.

Колёса провернулись, и машина рванула вперёд, выбрасывая за собой струи пыли.

Солнце медленно плавило горизонт. Воздух дрожал от жары.

Сквозь шлем чувствовался жар – не палящий, но вездесущий, как будто сама планета пыталась выжечь моё присутствие из своих песков.

Я ехал.

Вокруг – ничего.

Ни душ, ни звуков, ни следов жизни. Только песок.

Только тишина, которая начинала ощущаться почти живым существом – равнодушным, тяжёлым, вечно смотрящим мне в спину.

Мыслей было много.

Что если впереди просто руины?

Что если город давно стёрт бурями, погребён под дюнами и забытием?

Что если я трачу время впустую?

И всё же, я продолжал ехать.

Интерфейс Абсолюта подсказывал направление, но не давал ни капли уверенности.

Он не знал, живы ли те, кто может говорить.

Он просто указывал путь.

Мотоцикл прыгал по мелким барханам.

Гусеницы под амортизаторами работали как часы.

Ещё бы – я вложил в него душу.

Часть себя.

Как будто железо может понимать одиночество, если в нём достаточно энергии.

Пейзаж не менялся.

Час. Второй.

Я словно ехал по пустому холсту, который кто-то раз за разом перерисовывал одним и тем же мазком.

И всё же я ехал.

Потому что где-то впереди может быть не просто город.

Может быть – ответ.

На вопрос, который я сам себе ещё не задал.

Мотоцикл гудел подо мной, будто в такт тяжёлым мыслям.

Двести, может больше. Половина – воины. Не новички, не те, кто едва прошёл пробуждение, а прожжённые бойцы, закалённые в песках и крови. Если в лоб – погибну. Даже если прорвусь, дальше что? Они всё равно пошлют следующую армию.

Натравить кого-то?

Местные монстры сильны. Иногда безумны.

Но… если эти уроды действительно сидят на верхушке пищевой цепи, почему никто не пытается их скинуть?

Где сопротивление? Где хотя бы вражда между городами?

Я же видел, что у них нет единого центра власти. Или… есть? Ну нельзя назвать властью того, кто просто тянет ресурсы с горожан, культивируя свою силу. Хотя разве у нас иначе? Так что же является смыслом для людей, точнее для ящеров?

Может, страх держит их в узде?

Или тайна.

Или просто… равнодушие.

Я усмехнулся.

Напасть в лоб и умереть геройски – всегда вариант.

Раз – и никакой головной боли.

Никаких планов, тревог, ночных мыслей.

Никакой Земли, никаких людей, которым ты даже не нравишься.

Погибнуть и свалить всё это на плечи кого-то другого.

– А кто, кроме тебя, Игорёк? – пробормотал я вслух, глядя в пустыню. – Кто-то ещё будет закапываться в архивах, искать уязвимости, чинить древние механизмы и сносить армии песком?