Текст книги "Кошка из Валесса. Игра теней (СИ)"

Автор книги: Ева Маева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 26 страниц)

– Дей? – я изобразила удивление, одновременно с этим стаскивая со своей головы капюшон, вуаль и маску, – Что происходит? Что ты тут делаешь?

– Алиан, я вытащу тебя оттуда! – едва ли ответив на мой вопрос, выкрикнул сосредоточенный на моём спасении граф, – Подожди немного, из-за пожара я не могу подобраться к двери!

– Пожара?! – с будто бы настоящим испугом воскликнула я, отворачиваясь от мешка с вещами и наблюдая медленное, тягучее появление дыма из-под дверной щели, которому раньше я не придавала значения.

Следовало поторапливаться ещё и потому, что уже скоро здесь стало бы нечем дышать.

– Не беспокойся! Дай мне пару минут! – попытался успокоить меня Ле’Куинд и тут же исчез, судя по шагам собираясь отыскать рядом хоть что-нибудь для подавления разбушевавшегося у двери огня.

Отлично! У меня как раз будет достаточно времени, чтобы всё успеть.

Первым делом я избавилась от своего единственного кинжала, запрятав его как можно дальше под шкаф. Он больше не был мне нужен, а то и вовсе мог бы привлечь нежелательное внимание, если бы мужчине удалось его заметить. В конце концов, этот нож был частью снаряжения его личных стражей, и граф легко мог бы его узнать.

Затем я отстегнула от костюма капюшон, спрятала в него маску, вуаль и перчатки, а после приложила всё перечисленное к своему бедру и худо-бедно примотала снятым с талии пустым поясом для инструментов. Получилась не слишком надёжная конструкция, но только так я могла сохранить все свои вещи в целости. К тому же я надеялась на то, что уже скоро у меня будет возможность немного передохнуть и перепрятать своё снаряжение в более удачном месте.

Напоследок я надела поверх своего костюма то самое платье, в котором Алиан якобы похитили, благо что оно было длинным и достаточно закрытым, чтобы спрятать моё одеяние под собой. Конечно, я всё равно рисковала, не избавляясь от воровского образа окончательно, но во-первых, у меня уже не было времени переодеваться полностью, а во-вторых, у меня на спине была приметная, хоть и неглубокая рана от графского меча, которая могла бы просочиться кровью на платье, если бы я рискнула её сейчас потревожить сменой наряда.

Единственное, с чем я не могла поделать совершенно ничего – это с ботинками. Расставаться с ними мне не хотелось ни в коем случае, всё-таки они были выполнены хорошим Валесским мастером из дорогой кожи специально для меня, и вторые такие я смогла бы добыть для себя очень нескоро. Так что я решила понадеяться, что моя обувь будет последним, на что Дейран станет обращать внимание при вызволении меня от похитителей.

Что ж, теперь к новой части спектакля я оказалась полностью готова. И вовремя, ведь из-за двери снова послышался голос Ле’Куинда:

– Алиан, я здесь! Сейчас, я попробую до тебя добраться!

Попробует? Неужели пожар вышел настолько сильным, что он не может даже подойти к двери, не то что потратить время на поиск нужного ключа в целой связке, которую я специально сделала довольно большой?

О, Таящийся. Кажется, я всё-таки немного перестаралась. Такими темпами граф не только меня не спасёт, но и сам задохнуться успеет. И если мои неглубокие познания об экзорцизме являются верными, вместе с ним погибнет и Раам, неспособный выбраться из тела Дейрана и сбежать в безопасное место.

Нет-нет, я не могу позволить погибнуть кому бы то ни было из этих двоих!

Новый план!

– Дей, тут есть окно! Мне кажется, я могла бы выбраться через него, если ты поможешь мне снаружи! – предложила я, понимая, что с лёгкостью справилась бы и сама, если бы это вдруг потребовалось.

– Тогда мне придётся оставить тебя одну! Я не могу так с тобой поступить! – отказался упёртый Ле’Куинд, и тут же зашёлся кашлем от дыма, всё сильнее проникавшего в его лёгкие с каждой секундой в этом пожаре.

– Если ты этого не сделаешь, мы оба тут погибнем! Доверься мне! – я сделала вид, будто тоже закашлялась, и нетерпеливо и даже немного жалобно прибавила, – Пожалуйста!

Совсем недолго из-за двери раздавалось лишь только молчание, звучавшее для меня куда громче треска разошедшегося пожара, а после Дейран всё-таки ответил, своими словами заставив меня облегчённо выдохнуть:

– Хорошо! Пока попробуй найти, на что ты сможешь встать, чтобы дотянуться до окна! Я скоро буду!

И мужчина почти немедленно исчез, убегая от двери так быстро, как только был способен, чтобы не вынуждать меня оставаться в одиночестве хотя бы одну лишнюю секунду.

Я послушалась совета Ле’Куинда и стащила с ближайшей полки какой-то полупустой ящик, забравшись на который терпеливо уставилась в окно в ожидании графа. Тот появился из-за угла уже совсем скоро и, не сбавляя своего темпа, побежал в моём направлении, вглядываясь в окна, чтобы ни за что не пропустить именно моё.

Даже отсюда дыхание Дейрана казалось ужасно тяжёлым. Всё-таки он был вымотан нашим сражением, хоть и не показывал это мне, пока я оставалась его противницей. Да и нагрянувший следом пожар никак не способствовал восстановлению его потраченных сил. Если бы мужчина не был ранен своим жертвоприношением, то наверняка выглядел бы сейчас намного бодрее, однако не столь давняя кровопотеря до сих пор накладывала жестокий отпечаток на его выносливость.

– Дей, сюда! – закричала я, привлекая его к своему окну, и граф, услышав мой голос, отринул свою слабость и тут же ускорился, словно мои слова прозвучали для него благословением одной из Шести, а не зовом о помощи обычной смертной виконтессы.

Далее всё завертелось с невероятной скоростью. Мужчина пододвинул к стене стоявший неподалёку ящик и забрался на него, чтобы лучше видеть меня и управлять своими действиями, а затем распахнул окно и схватил меня за руки, одновременно с этим требуя, чтобы я подпрыгнула. Я послушалась его и тут же почувствовала, как Дейран сильно тянет меня к себе, немного болезненно, но достаточно терпимо, если учитывать, что он якобы спасал меня от пожара. Я старалась всячески ему помогать, подталкивая собственное тело ему навстречу, и, наконец, свесилась наружу примерно наполовину, что позволило мужчине сделать последний рывок и, подхватив меня под грудь и бёдра обеими руками, вызволить меня из комнаты, где я была якобы заперта своими похитителями.

Находиться в руках Ле’Куинда спустя столько времени было непривычно, но, бесспорно, приятно и всё так же тепло, как и раньше, даже несмотря на странное положение, в котором он удерживал меня после спасения. Под кожей в тех местах, где Дейран касался моего тела, вновь зародились игривые пламенные огоньки, которые на этот раз совсем не раздражали меня своим неуместным появлением, а даже, напротив, обрадовали меня и несколько притупили ощущение холода, которое с самого момента нашего сражения не покинуло мои нервы и кости. Впрочем, этот миг удовольствия не продлился долго: освободив меня из заточения, мужчина отшатнулся на несколько шагов назад, оказываясь на безопасном расстоянии от здания, по большей части уже охваченного быстро распространившимся пламенем, и бережно, словно дорогую статуэтку, поставил меня на землю.

Только руки его, вопреки обыкновению, совсем не спешили меня отпускать, с необычайным трепетом и даже благоговением обхватив меня за спину и крепко прижав моё тело к графской груди, ходившей ходуном от очевидной усталости. Я и сама дышала тяжелее обычного, всё ещё не до конца осознавая, что наконец-то спустя столько времени сумела вновь оказаться рядом с Дейраном, к чему так усердно стремилась с самого момента нашего расставания. Я даже совсем позабыла удивиться его обычно сдерживаемому порыву касаться меня, и просто расслабленно уткнулась лицом в его одежду, наслаждаясь привычным запахом Акросских гор, который не смогли исказить ни ожесточённая битва, ни яростный пожар, с которыми Ле’Куинду совсем недавно пришлось столкнуться.

Я не знаю, сколько времени прошло, пока я растворялась в этих объятиях подобно молоку в стакане горячего чая. Для меня, а может быть, и для Дейрана, на какой-то срок время и вовсе не то остановилось, не то перестало иметь какое бы то ни было значение. Удивительно, но сейчас я испытывала немалое облегчение и в некотором роде даже признательность мужчине за избавление меня от угрозы гибели, несмотря на то, что пожар на самом деле не представлял для меня ровным счётом никакой опасности. Куда сильнее меня напугал его тяжёлый, откровенно презрительный и безжалостный взгляд, которого теперь уже больше не существовало, и все леденящие воспоминания об обещании Ле’Куинда меня убить без остатка выжигало тепло и забота его же собственных трепетных прикосновений.

Меня даже почему-то не особенно волновал амулет, до которого я так старалась добраться последние несколько дней. Стоило мне подумать о том, чтобы поднять руки и дотянуться до цепочки, как ладонь графа на моей спине тихонько шевелилась, с необычайной лаской поглаживая и успокаивая меня, и я тут же поддавалась этому расслабляющему ощущению, словно утверждавшему, что у меня будет ещё достаточно времени для того, чтобы разобраться с камнем и связанным с ним контрактом. Что освобождение демона вполне могло подождать ещё немного, и что мне правда хотелось побыть наедине с Дейраном, пока слуга Темнейшего крепко спал где-то в глубине графской души и не мог не только помешать нам, но и вовсе подсмотреть за тем, чем мы с этим мужчиной сейчас занимались. И даже эти простые, совершенно невинные объятия я ни за что на свете не хотела бы делить ни с кем, кроме Дея, продолжая всё так же растворяться в них день за днём, год за годом и вечность за вечностью…

Что… Что это такое со мной происходит? Почему я вообще сейчас думаю о чём-то подобном? И что самое главное, почему не хочу переставать всё это чувствовать?

Нет, Раам не мог быть прав. Этот подлый ехидный змей просто ни за что не мог быть прав!

Я ни за что, ни в коем случае не могла влюбиться в демонова Дейрана Ле’Куинда!

Глава 4. Добро пожаловать в Валесс

Глава 4. Добро пожаловать в Валесс

– Я так рад, что ты в порядке.

Ласковый шёпот Дейрана оторвал меня от пугающих размышлений о непривычных и совершенно чуждых мне чувствах, поселившихся в той неприступной крепости, которую я уже давно целенаправленно выстроила в своей душе ради служения Таящемуся. Голос мужчины словно заставил само время возобновить свой ход, и вместе с этим напомнил мне, что сейчас я не могла позволить себе ни капли сомнений и неуместных эмоций. В этот самый миг перед своим собеседником и спасителем я должна была безукоризненно изображать виконтессу О’Санна, а если точнее, ту её версию, которую я изобрела специально для него. Девушку, которой Ле’Куинд доверял и к которой испытывал глубокую привязанность, пускай даже болезненную для него самого.

Только так я смогла бы остаться рядом с Дейраном и исполнить контракт, ради которого меня наняли ещё в Валессе. А ещё только так я смогла бы наконец-то выпустить на свободу куда более тёмного и зловещего графского спутника… При одной мысли об озорных искорках в глазах которого я вдруг почувствовала незнакомую тоску и жгучее желание вновь перекинуться с ним парой ехидных подколок и шутливых грубостей, без которых мне было тяжело обходиться в облике Алиан.

Ох, Ниса-Ниса. Совсем у тебя мозги поплыли. Слышал бы твои мысли Ирра – определённо приревновал бы. А у тебя и без выяснения отношений с богами дел по горло.

Мой внутренний голос был совершенно прав: мне действительно следовало отринуть все переживания и вернуться к спасению Раама. Хотя сейчас мои действия всё равно были в буквальном смысле ограничены: объятия Ле’Куинда едва ли позволяли мне поднять хотя бы одну руку и дотянуться до сверкавшего совсем уже рядом камня. Единственное, что я могла делать, это просто оставаться Алиан и выжидать подходящего момента, благо теперь достать до шеи мужчины мне было намного проще, нежели раньше.

– Я не думала, что ты придёшь за мной, – произнесла я, по-прежнему не двигаясь и не пытаясь высвободиться из объятий графа, – Думала, что эти уроды рано или поздно меня убьют. Когда поймут, что у тебя есть более важные дела помимо спасения бывшей любовницы.

Плечи мужчины едва заметно вздрогнули и поникли, словно мои слова задели что-то глубоко внутри него, и в ту же самую секунду Ле’Куинд прижал меня к себе ещё настойчивее и сильнее.

– Я даже не знал, что с тобой что-то случилось, – раскаивающимся тоном произнёс граф, – Я совсем ничего не знал до вчерашнего дня, пока мне в номер не подбросили письмо. Когда я его прочитал… Я не сразу поверил в то, что было в нём написано, но если оставался хотя бы небольшой шанс, что преступник мне не лгал… Аль, клянусь всем светлым в этом мире, как только я узнал о твоём похищении, то не допускал даже мысли о том, чтобы не прийти за тобой.

О, Таящийся, а это намного сложнее, чем я думала…

Нет уж, Ниса, не поддавайся! Не обращай внимания на его слова! Он говорит не с тобой, он говорит всего лишь с созданным тобой образом, не забывай об этом!

Он хотел тебя убить! Он до сих пор этого хочет!

– После того, что ты сказал мне при нашей последней встрече, я вообще не думала, что увижу тебя когда-нибудь, – вздрогнувшим голосом продолжила я, будто по-прежнему была глубоко расстроена прощальной грубостью Дейрана, – Не думала, что вообще захочу тебя увидеть.

Плечи мужчины поникли ещё сильнее прежнего, а из груди вырвался порыв тяжёлого, сокрушённого дыхания.

– Прости… Прости, Алиан, я совершил ужасную ошибку. Мне не стоило так говорить с тобой, но я был зол на себя и просто хотел защитить тебя любой ценой. Даже ценой твоего доверия и доброты ко мне. Ты… – Дей немного замялся, словно пытался примириться с собственными внутренними противоречиями, но уже совсем скоро продолжил, не позволив мне вставить ни слова, – Аль, ты лучшее, что случалось со мной за всю мою жизнь. Ты свет, который освободил меня из тьмы моего отчаяния и напомнил, что у меня ещё есть будущее, которое может быть счастливым. И я так сильно хотел разделить его с тобой, что позволил себе забыть о том, что сам являлся для тебя опасным.

Граф немного отстранился от меня, но тут же крепко обхватил ладонями за плечи, обозначая, что по-прежнему не собирался меня от себя отпускать. Его извиняющийся винный взгляд наконец-то встретился с блеском моего янтаря, и от этого почти физического касания его души к моей сердце в груди зашлось каким-то безумным танцем, а всю меня без остатка поглотил налетевший из ниоткуда огненный вихрь, заставивший кожу гореть, а дыхание почти остановиться. Пульс в моих висках с каждой секундой стучал всё громче, а тело становилось всё менее подвластным моему же собственному разуму, вопреки всем запретам и мольбам очарованному близостью Ле’Куинда и неподдельной искренностью его объяснений.

– Пожалуйста, Алиан. Прости меня, – медленно, с большими паузами между словами произнёс Дейран, по-прежнему не отрывая взгляда от самых глубин моей сущности, хорошо спрятанных за сиянием обманчиво светлой радужки.

О, Таящийся! Несмотря на все обязательства и контракты, мне бы следовало держаться от этого мужчины подальше, чтобы не искушаться разрывом Посвящения тебе и твоему могуществу… Но мне было слишком хорошо, чтобы избегать тепла его взглядов и нежности слов, пока они ещё были мне доступны.

К тому же мне было довольно любопытно узнать, что со мной станет, если я всё-таки позволю себе поддаться этому новому чувству. Совсем ненадолго, на тот лишь срок, что я должна буду оставаться с Дейраном ради своей работы. Мне хотелось познать, каково это – быть влюблённой в кого-то, кроме недостижимой божественной сущности, которая отвечает тебе взаимностью своим особым, ни на что не похожим способом. И получить очередное подтверждение тому, что моя жизнь не имела бы смысла, если бы в ней не было Посвящения Ирре и его ответного благословения, наполнявшего моё тело своим величием подобно пламени тысяч храмовых свечей.

Таящийся в тенях, мой возлюбленный бог, если ты слышишь мои слова… Прошу, прими мой интерес к Дейрану, как одну из добродетелей, которую ты ценишь в своих последователях. Прости мне затмлённый эмоциями разум и доверься моему желанию остаться по-настоящему верной тебе, несмотря на тот путь, который мне придётся пройти ради этой новой, манящей охоты за собственным сердцем.

А ещё прошу тебя, о, Таящийся, насладись моей историей, несмотря на то, что в этот раз ты не сможешь принять в ней участие. Ведь даже без твоего могучего дара я тебя не разочарую и не заставлю скучать. Я же Ниса, Кошка из Валесса. И мои ночи всегда будут темны, ноги быстры, а люди слепы.

Теперь, когда я кое-как смирилась со своими новыми эмоциями и даже превратила их в некую игру, которая должна была удовлетворить мою страсть к самопознанию, и в то же время оставить меня в рамках служения Ирре, я была готова продолжать. Хотя, признаться, кое-что в словах Ле’Куинда мне всё-таки не давало покоя. Я уже начала додумывать невесть что, вкладывать в сказанное какие-то смыслы, которые едва ли вписывались в принципиальность этого мужчины. И поэтому в итоге решила просто у него переспросить, кое-как собрав нужные слова воедино:

– Ты хотел бы… Разделить со мной своё будущее?

Дейран, кажется, и сам чувствовал, что сказал немного лишнего, поскольку на краткий миг разорвал наш зрительный контакт и мельком взглянул куда-то в сторону, а когда его глаза вновь встретились с моими, в них было намного меньше откровенности, нежели раньше.

– Я имел в виду, что хотел бы оставаться тебе близким человеком, на которого ты всегда сможешь положиться, независимо от происходящего вокруг. И я… Я недооценил своих врагов и их возможность повлиять на меня через угрозы тебе. Из-за того, что я не поехал тогда с тобой в Лестан и не убедился в твоей безопасности, ты едва не погибла. И я ни за что не могу допустить повторения чего-то подобного.

Хм… К чему же ты такому клонишь, Ле’Куинд? И почему мне кажется, что твоя затея мне вовсе не придётся по душе?

– В этот раз всё будет иначе, – вдруг совершенно иным, решительным тоном пообещал мне Дейран, ещё крепче обхватив мои плечи ладонями, – Я сам отвезу тебя в Лестан. Я не позволю никому приблизиться к тебе, пока ты не перейдёшь порог собственного дома и не спрячешься в нём от возможных опасностей. Я пришлю десяток своих лучших людей, чтобы они охраняли тебя, пока я не избавлюсь от сидящего внутри меня демона. А когда это произойдёт, я выясню, каким образом мои враги узнали об этом амулете, и разберусь с каждым из тех, кто окажется в этом замешан. Тогда тебе больше ничего не будет угрожать, и ты наконец-то сможешь быть счастлива… Сможешь забыть обо всём, что с тобой произошло, как будто это было ночным кошмаром. И станешь просто жить со своим мужем и вашими будущими детьми. Я позабочусь об этом, Алиан, я обещаю тебе это.

На последних фразах голос графа прозвучал уже совсем не так искренне и благожелательно, как звучал до этого. Мужчина попытался сделать вид, будто и в самом деле желал мне того, о чём только что пообещал вслух, однако выражение его лица больше походило на то, что он проглотил горькую пилюлю и никак не мог оправиться от её гадкого вкуса.

Всё-таки я была права. На самом деле он совсем не хотел, чтобы я возвращалась домой, к своему законному мужу и обязанностям виконтессы О’Санна. Но он считал, что так было бы правильно, и сейчас это значило для него намного больше, нежели его собственные желания.

Впрочем, если бы мне захотелось его переубедить, то сделать это было бы довольно легко, учитывая, с какой силой его руки по-прежнему обхватывали мои плечи, отказываясь отпускать меня даже совсем ненадолго.

– Что ты такое говоришь? – воспротивилась я, резко замотав головой в стороны, – Ни в какой Лестан я сейчас не поеду! А вдруг эти преступники снова за мной вернутся? Да ещё и подкрепление с собой прихватят, чтобы избавиться от стражи, которую ты со мной оставишь? А Ромул… Он вряд ли будет просто стоять и смотреть, когда у него на глазах похищают его же собственную жену! Они ведь и его убить могут, если будет мешать, ты же это понимаешь?

Упоминание имени моего мужа едва заметно отразилось на лице Дейрана вздрогнувшими веками, однако в остальном он справился с эмоциями, окатившими его сердце холодом, по-настоящему безупречно:

– Я не думаю, что они посмеют снова за тобой прийти. Не после того, как я расправился с ними и прогнал их главаря. Там ты будешь в безопасности, Аль. Обещаю тебе.

Мужчина коснулся пряди моих волос, выбившейся из косы ещё во время сражения с ним, и бережно заправил за ухо, пробуждая новую волну приятной дрожи в тех местах, которых едва уловимо касался. Я опустила лицо вниз, будто слова Ле’Куинда меня расстроили, но на самом деле просто хотела немного подумать, не видя его колдовского взгляда, продолжавшего путать мои напряжённые мысли.

Я могла бы солгать ему о своих чувствах. Могла бы сказать, что должна поехать с ним, потому что влюбилась в него и не хочу расставаться пусть даже на краткий миг. Вот только эти слова уже не были для меня просто очередной удобной ложью. И стоило мне произнести хоть что-то подобное вслух, как моя маленькая хитрость перед моим богом превратилась бы в его предательство, навсегда разрушившее моё и так уже довольно шаткое Посвящение.

Нет, мне нужно было придумать что-то другое. И к счастью, подходящие слова будто бы сами пришли ко мне на ум:

– Я нигде не буду в безопасности, Дей. Нигде, кроме как рядом с тобой, – я подняла голову и как можно старательнее изобразила во взгляде собственную хрупкость и нежность, – Слухи в этой среде распространяются быстро. Если за мной не придут эти бандиты, то придут другие. И тогда ни один воин, даже если он самый умелый и прославленный на свете, не сможет меня защитить. Слишком дорогой приз стоит сейчас на кону. И отправиться за ним рискнут только лучшие из лучших.

Я положила свою руку поверх мужской ладони, по-прежнему державшей меня за плечо, и почувствовала, как та едва заметно пошевелилась, будто хотела прильнуть к моему теплу и ласке как можно плотнее. Вряд ли Дейран осознавал, что это почти неуловимое движение дало мне неплохую подсказку насчёт моих слов и действий.

Ещё немного, и я смогу его убедить…

– Мне страшно оставаться без тебя, Дей. Я видела, как ты сражался, и знаю, что в бою никто не сможет тебя превзойти. Из всех людей в этом мире я могу доверить свою жизнь только тебе. И я знаю, что тебе не понравится эта идея, но, пожалуйста, Дейран, позволь мне поехать с тобой в Валесс?

Мужчина заметно напрягся, услышав мою просьбу, и меж его бровей залегла глубокая складка, которая одновременно означала и задумчивость, и удивление моего собеседника. Он даже не торопился мне возражать, как во время нашего последнего разговора по этому поводу в его спальне, когда он впервые очнулся после ранения и застал меня рядом со своей постелью. Тогда он был готов к тому, что я буду проситься в путешествие с ним, и знал, что откажет мне, как бы тяжело и грубо это ни звучало.

Но теперь… Моя казавшаяся беззащитность и хорошо различимый страх перед новым нападением должны были проникнуть в самую глубину его подсознания и заставить его поверить в мои слова о том, что он действительно не мог поручить мою защиту кому бы то ни было, кроме себя самого.

И даже если бы у меня всё ещё оставалось хотя бы немного силы Таящегося, в этом случае мне не было бы никакой нужды её использовать. Чувства Дейрана к виконтессе О’Санна делали всю работу за меня.

– После всего, что случилось, разве ты не хочешь поскорее вернуться домой? Увидеть своего мужа после стольких недель разлуки?

Голос Ле’Куинда звучал приглушённо, хотя и по-прежнему сосредоточенно. Взгляд его пристально изучал выражение просьбы в моих глазах, будто пытаясь определить спрятанные под ней безрассудство и глупость, в которых он совсем недавно обвинял меня на своём балу. Для графа было важно, чтобы я приняла решение, выдвигая на первое место собственное благополучие и руководствуясь здравым смыслом, а не заключённым внутри меня бунтарским духом южанки.

Он искренне хотел, чтобы я согласилась с его идеей и всё-таки вернулась к мужу в Лестан.

И в то же время сдерживал отчаянную надежду на то, что нам удастся побыть вместе ещё хотя бы недолго.

– В этом мире есть вещи пострашнее моей разлуки с Ромулом, – покачала головой я, – Тем более, я даже ни разу не видела тот дом, в который ты хочешь меня вернуть, и мужа знала куда меньше, чем теперь уже знаю тебя. Так что, как бы странно это ни звучало, ты для меня намного ближе и роднее всего, что ждёт меня в Лестане. И если моё мнение имеет для тебя какое-то значение, позволь мне оставаться под твоей защитой, хотя бы пока нам не удастся избавить тебя от демона?

Мужчина отвернулся от меня, а его рука, поверх которой по-прежнему лежала моя ладонь, заметно сжалась. Я чувствовала, как сложно ему было принять это решение, способное повлиять на судьбы и жизни нас обоих, и в то же время спинные мурашки подсказывали мне, что любые другие слова оказались бы лишними и лишь запутали бы и без того обеспокоенного моей безопасностью графа.

Но стоило Ле’Куинду напряжённо выдохнуть и повернуться обратно ко мне, как по одному лишь выражению его бесподобных багровых глаз я немедленно поняла, что моё терпение оказалось вознаграждено.

– Хорошо, Аль, я разрешу тебе поехать со мной в Валесс. Но только при одном условии.

Я оживлённо закивала головой, будто бы заранее соглашаясь на любое предложение Дейрана. Тем более что у меня не было другого выбора, при котором я не лишилась бы возвращённой с таким трудом благосклонности графа.

Конечно, я всё ещё могла выпустить Раама из-под власти опала Амелии и продолжить своё путешествие именно с ним… Но во-первых, я не могла быть уверена, что он сможет достаточно долго удерживать контроль над телом, и мне не придётся впоследствии объясняться с Дейраном по поводу того, для какого такого дела виконтесса О’Санна вдруг решила освободить заточённого внутри него демона, которого сама же обещала изгнать. А во-вторых, раз уж я решила поиграть в правильную влюблённость, мне пока не следовало включать в неё ещё одного участника. Особенно если я всё-таки собиралась снова затащить Ле’Куинда в постельку.

Судя по моим прошлым интрижкам, добром подобные тройнички никогда не заканчивались.

Дейран тем временем посмотрел на меня как будто ещё серьёзнее обычного, а затем произнёс обозначенное им условие таким безапелляционным тоном, что любые слова возражения на какое-то время будто в принципе перестали существовать в языке Касэта:

– Ты больше не будешь вмешиваться в мои попытки достать тот чёрный агат, который нужен для твоего ритуала. Ты не приблизишься ни к Брану Теалинду, ни к его замку ближе, чем на несколько сотен метров. Ты не попытаешься провернуть за моей спиной какую-нибудь хитрую схему, не закажешь камень наёмнику и вообще забудешь о существовании этого агата, пока я сам тебе его не принесу. Я сам со всем этим разберусь, а на тебе останется только итоговое проведение экзорцизма. Договорились?

Я улыбнулась ему в ответ так мягко и кротко, как только была способна виконтесса О’Санна, пускай даже в глубине моих янтарных глаз на миг бесконтрольно сверкнули типично Раамовские ехидные искорки.

– Конечно, Дей. Я всё понимаю. Обещаю, что не создам тебе никаких проблем.

И пускай граф для собственного спокойствия именно так и считает.

***

До Валесса мы с Ле’Куиндом добрались через несколько дней после нашей встречи в городке, название которого я даже не удосужилась запомнить. Получив согласие графа на то, чтобы путешествовать вместе с ним, я больше не пыталась отобрать у него амулет, рассудив, что Раам вполне мог поспать внутри Дейрана ещё какое-то время, раз уж до этого сумел как-то просидеть в безмолвии многие месяцы. К тому же с защитой камня, как показало наше с графом недавнее сражение, мой спутник вполне мог справиться самостоятельно, даже несмотря на то, что всё ещё восстанавливался после жертвоприношения.

Мы ехали с ним вместе, в одной повозке, в сопровождении кучера и одного стражника, следовавшего за каретой на лошади. Багаж, а именно большой чемодан с вещами графа и более скромный с моими, наспех купленными перед тем, как отправиться в дорогу, был закреплён на крыше над нами, и я, вновь оставшаяся без своей экипировки, спрятанной среди платьев и прочих дворянских изысков, чувствовала себя так же непривычно, как и в первые дни в замке Дейрана.

Мужчина выглядел довольно усталым и, к моему сожалению, вместо общения со мной много дремал и лишь изредка радовал меня разговорами взамен созерцания мелькавших за окнами пейзажей. Теперь я видела, что он и в самом деле был не в своей лучшей форме, несмотря на то, что я едва не проиграла его силе и натиску при нашем недавнем сражении. Как я и думала, тогда он выложился на полную лишь благодаря своей ярости и непреодолимому стремлению спасти виконтессу, и когда она наконец-то оказалась в безопасности, он по обыкновению стал доверять ей достаточно для того, чтобы показать свою слабость и уделить время восстановлению собственных сил.

Конечно, будь я настоящей хрупкой дворянкой, совсем недавно пережившей похищение, состояние здоровья моего защитника могло бы серьёзно меня испугать. Но всё-таки моим спутником был не какой-то обычный солдат, а сам владыка Акроса. И если бы какой-то наивный глупец посмел обнажить против него свой клинок или попросту приблизиться ко мне с недобрыми намерениями, меч Ле’Куинда немедленно вонзился бы этому идиоту прямо в сердце, провозглашая его скоропостижную смерть алыми каплями на своём отточенном лезвии.

Мужчина и сам был заметно благодарен мне за доверие, которое я ему оказывала. В один из тех нечастых случаев, когда Дей бодрствовал в дороге, мы просто болтали о всяких пустяках, и я довольно неловко пошутила, что ему следовало бы заставить демона иногда сражаться вместо себя в качестве платы за проживание. А граф вместо того, чтобы улыбнуться или хотя бы нахмуриться, с поразительной серьёзностью во взгляде наклонился ко мне, взял меня за руку и, глядя в самую глубину моих кошачьих глаз, благодарно произнёс:

– Аль, спасибо, что не боишься. Рядом со мной. И меня.

После этих слов Ле’Куинд как-то быстро увёл разговор в другом направлении, и вскоре мы оба сделали вид, что забыли о сказанном, однако впоследствии, когда Дейран снова забылся сном и оставил меня рассматривать темноту за окном повозки, я ещё какое-то время размышляла о его признании. И пришла к удивительному для себя выводу.

Кое-что в графе меня и в самом деле пугало несмотря на то, что Кошку из Валесса едва ли можно было назвать трусливым котёнком. Меня не смущала ни его власть, ни боевые навыки, ни, уж конечно, запертый внутри него демон. Страшило меня в мужчине исключительно осознание того, что ради меня он был готов пойти на всё, и в том числе на убийство.