Текст книги "Кошка из Валесса. Игра теней (СИ)"

Автор книги: Ева Маева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 26 страниц)

– Я хочу есть, – бескомпромиссно заявила я, стоило нам с демоном дойти до огромного участка рыночной площади, плотно заставленного лавками и столами и окружённого множеством палаток с бесчисленными видами всяческих блюд.

Раам от моего предложения недовольно поморщился:

– Есть скучно, пускай этим занимается Ле’Куинд. Пойду лучше погуляю вокруг.

Я рефлекторно схватила начавшего было уходить демона за плечо, многозначительно вскинув при этом бровь.

Пригласив его на фестиваль, я рассчитывала в том числе за ним приглядывать, а не позволять ему шляться по всему Валессу. И несмотря на то, что пока он вёл себя довольно осторожно, у меня не было особого желания выпускать его из виду.

Раам смерил мою ладонь, лежавшую на его плече, таким озорным взглядом, будто я была несмышлёным котёнком, решившим броситься на льва, а затем твёрдо взялся за мои пальцы и беззлобно отнял их от своего тела, прерывая моё касание.

– Не притворяйся такой занудой, – задорно предложил мне демон, – Тебе не идёт.

На этом мужчина развернулся и отправился прочь, по обыкновению внимательно рассматривая веселье вокруг себя, словно и в самом деле впервые видел людской фестиваль. Я какое-то время смотрела на его стремительно удалявшуюся спину, раздумывая, стоило ли последовать за ним или просто оставить его в покое, но в итоге махнула рукой и встала в очередь к палаткам за порцией чего-нибудь вкусного.

Всё-таки я и правда была ужасно голодной ещё с тех самых пор, как мы с Раамом покинули театр, и уже едва могла терпеть это раздражающее тянущее чувство в своём желудке. Всё время, пока мы с демоном и Мериимом подписывали контракты, я сдерживала неистовое желание оставить слугу Темнейшего с Посвящённым буквально на пять минуточек и сбегать в нижний зал “Кружки”, чтобы добыть себе хоть что-то поесть. Вот только тогда я была ещё совсем не уверена, что при возвращении не обнаружила бы какого-нибудь неприятного демонического сюрприза на месте своей любимой квартиры.

Сейчас же Раам успел продемонстрировать мне, пускай и немного, что и вправду старался вести себя не так вызывающе, как от него можно было ждать. Да и внизу моей спины никакое предупреждение не царапало, так что я решила, что если демон действительно не хочет привлекать к себе лишнего внимания, он не станет выкидывать ничего безумного даже пока меня не будет с ним рядом, чтобы сдерживать его бесовские порывы.

Впрочем, насчёт “лишнего внимания” и “безумного” я, похоже, погорячилась, ведь спустя минут тридцать, когда я сидела за одним из столиков и заканчивала уплетать внушительную порцию картошки со стейком, я обнаружила, что прямо в мою сторону направлялся огромных размеров уродливый игрушечный медведь, из-под которого недвусмысленно торчали мужские ноги, облачённые в штаны графа Ле’Куинда.

К сожалению, когда их обладатель плюхнулся рядом со мной на лавку и слишком знакомо осклабился, мне пришлось отмести наивную теорию о том, что кто-то просто напал на демона и присвоил себе его брюки, а затем совершенно случайно во всей этой празднующей толпе наткнулся на меня.

– О, Таящийся, – ошеломлённо протянула я, стараясь как можно меньше смотреть на игрушечное убожество, – Откуда ты это взял?

Раам, несмотря на моё очевидное неудовольствие, выглядел необычайно восхищённым собой, и вдобавок к медведю вывалил на столик рядом со мной ещё несколько более мелких предметов.

– Выиграл в палатках, – сообщил мне демон, – Для тебя старался, между прочим. Думал тебя порадовать.

Я внимательно осмотрела разложенную по столу добычу слуги Темнейшего, стараясь не выказывать своего удивления его неожиданным ответом.

– Игрушечный медведь, ароматическая свечка, мешочек специй, духи… И браслет с бриллиантами? Серьёзно?

– Просто это была палатка для богатых посетителей, – пожав плечами, усмехнулся Раам, словно такая палатка действительно могла быть на фестивале.

– Тут же внутри гравировка “Амалия, будь моей навеки”, – взяв украшение в руки и рассмотрев его немного тщательней, уточнила я.

Демон не выглядел недовольным моим замечанием:

– Ну… Ладно, может быть, браслет я не совсем выиграл. Но раздобыл его я в палатке, тут я тебе не соврал.

Я понимающе хмыкнула и вернула украшение на стол, с лёгкой досадой от увиденного отодвигая все подарки Раама обратно к нему.

– Ты плохо меня знаешь, если думаешь, что мне может понравиться нечто подобное.

Впрочем, едва ли слуга Темнейшего ставил перед собой цель по-настоящему меня впечатлить. Скорее всего, он просто ходил туда-сюда по рыночной площади и прибирал к рукам всё то, что плохо лежало. А потом, когда в этих самых руках закончилось место, он решил сбагрить всё стыренное мне под видом неожиданного подарка.

Тем сильнее меня удивило, что вместо того, чтобы деланно оскорбиться моим отказом, Раам всё так же самодовольно запустил свою ладонь под графский камзол, словно собираясь что-то оттуда достать, и прямолинейно поинтересовался:

– А как насчёт этого? Такое подойдёт?

Извлекая на свет тот самый кинжал Таящегося, который был так долго заперт в статуе моего молчаливого бога…

Это была не какая-то шутка или розыгрыш. Демон не пытался поиздеваться надо мной и за счёт этого поднять себе настроение.

Это действительно был именно тот клинок. Я смотрела на него столько раз, что могла воспроизвести в мельчайших подробностях. Его лезвие переливалось той самой чужеродной энергией, из-за которой казалось, что этот кинжал был лишь тенью другого, оставшегося где-то за гранью нашего мира. Его кромка была острой как бритва и одновременно с этим будто бы не имела чёткой физической формы, оставаясь зыбкой и словно неосязаемой.

Вопреки казавшейся нереальности оружия, моя рука сама собой протянулась к нему навстречу, и Раам бесхитростно вложил клинок мне в ладонь, позволяя ощутить необычный холод рукояти, как будто бы забиравшей моё тепло в ответ на прикосновения. Вначале кинжал выглядел слишком большим для моей руки, однако стоило мне перехватить его поудобнее, как он вдруг начал менять свой размер и форму, становясь намного более похожим на мои привычные дамаринские клинки, которые я считала для себя идеальными.

Ох, Ирра мой свидетель. Совсем не этого я ожидала, когда приглашала демона отправиться со мной на фестиваль…

– Как ты его вытащил? – едва находя в себе силы оторвать взгляд от безупречного теневого клинка, спросила я, подняв глаза на Раама.

– Скажем так, – ухмыльнулся тот мне в ответ, – У тебя свои способы получать желаемое, у меня свои.

Вокруг его левой руки вдруг завертелось странное тёмное облачко, от которого так и веяло духом той древней тьмы, что всё это время жила в глазах мужчины. Высвободившаяся из тела Ле’Куинда частица сущности демона прошла по всему его предплечью своеобразной спиралью, окутывая всю его руку потусторонним мраком, от которого я почему-то никак не могла отвести взгляда, и собралась в центре его кисти, будто впитываясь через неё обратно в оставленную ею обитель.

Похоже, несмотря на то, что раньше ни один жрец или Посвящённый любого бога так и не смог разгадать загадку Таящегося, могущество демона было достаточно великим, чтобы посоперничать с заключённой в статуе силой Ирры…

– Почему ты отдаёшь его мне? – прямо посмотрев в непривычно винные глаза Раама, спросила я, – Ты мог оставить клинок себе и даже не рассказывать мне об этом.

– Мог, – не собираясь юлить, согласился демон, – Но всё-таки я заставил тебя сделать лишнюю работу в замке Ле’Куинда. Если бы я не ошибся в своих предположениях насчёт Теалинда, дело могло быть давно уже сделано. Так что считай это моим способом…

– Извиниться? – перебив собеседника, озорно предположила я.

– Оплатить потраченное время, – усмехнувшись моей наивности, исправил меня Раам, – Я же говорил, что помню, как это должно работать, хотя давно уже не занимался контрактами. Мой бог покровительствует справедливости, как-никак.

Слуга Темнейшего небрежно забросил ногу на ногу и лукаво добавил:

– К тому же ты украла кое-что из статуи моего бога, а теперь я украл кое-что из статуи твоего. Думаешь, я упустил бы возможность таким перед тобой похвастаться?

Учитывая то, каким самодовольным выглядел сейчас демон, я бы скорее назвала именно это главной причиной, по которой тот решил отдать мне извлечённый из скульптуры кинжал, а вовсе не какую-то мнимую справедливость.

Впрочем… В чём я была уже уверена насчёт Раама, так это в том, что насчёт него ни в чём нельзя было быть уверенным до конца.

– Кстати, ты чувствуешь что-нибудь? – наткнувшись на моё недоумение, демон уточнил, – Ты говорила, что нож достанет только избранный, и если это случится, то Таящийся вернётся. Бла-бла. Что-то в этом духе.

Я внимательно прислушалась к себе, пытаясь нащупать незримую нить, что когда-то накрепко связывала меня с Иррой. К сожалению, она так и оставалась оборванной.

– Нет, ничего не чувствую, – покивала головой я, и Раам чрезвычайно этому обрадовался:

– Вот и отлично. Значит, мой план по-прежнему в силе.

Тут с демоном было не поспорить. Если бы Таящийся вдруг вернул мне отобранный дар, то мне было бы не в пример проще пробраться через наполненный стражами замок. Зато вот на финальном этапе мне пришлось бы знатно потрудиться, чтобы избежать чувствительных к божественной силе ловушек, установленных вокруг агата.

– Пускай благословения во мне и не прибавилось, но это ведь явно артефакт, – ни капли не обидевшись на замечание Раама, прикинула я, вдумчиво взвешивая подаренный нож на ладони, – Сам знаешь, что мне с таким идти на дело нельзя. Да и деть мне его с этим платьем совершенно некуда. Что, если он пока побудет у тебя?

– Ты что, настолько мне доверяешь, киса? – хмыкнул демон, в который раз за сегодня удивлённый моими словами, – Если я отдал тебе клинок в первый раз, это ещё не значит, что отдам тебе его во второй.

Я оценивающе смерила мужчину внимательным взглядом и, дерзко улыбнувшись, коротко ответила:

– Я рискну.

А заодно проверю, могу ли я и в самом деле ему доверять. Потому что я уже начала впускать его в такие глубины своей истинной сути, куда далеко не каждому была открыта дорога. И мне почему-то очень хотелось позволить Рааму пройти по этой дороге дальше. Разрешить ему рассмотреть меня ещё более пристально, точно так же, как он делал это на фестивале, с искренним любопытством поглощая каждое новое впечатление, которое ему удавалось поймать.

Что же до кинжала… Как пришло, так и ушло. Я ведь сама ничего не сделала, чтобы вытащить этот клинок из статуи, так что мне будет совсем не обидно, если в итоге он всё-таки сгинет у демона. Тот, по крайней мере, сумел по-настоящему его заслужить.

Я протянула руку с кинжалом навстречу Рааму, и тот без единого возражения принял подаренное оружие обратно. Правда, стоило демону взяться за рукоять, как клинок в его ладони сразу же увеличился в размере до изначального, но всё-таки без проблем спрятался под прикрытием графского камзола, совершенно никак не различимый снаружи.

– Не переживай, сделаю так, что Дейран его не найдёт, – сообщил мужчина, когда всё было сделано, – Мне теперь ни к чему раздражать его почём зря.

– Спасибо тебе, – вдруг произнесла я, заставляя бровь демона в очередной раз удивлённо вскинуться, – За кинжал. Ты был прав, такой действительно мне подойдёт.

Раам постарался сделать вид, что остался равнодушным к моей благодарности, но то ли слишком плохо спрятал в своём взгляде искорки гордого самодовольства, то ли намеренно позволил мне их заметить.

В любом случае мне определённо удалось ему польстить.

– Пойдём, киса, – поднявшись с лавки и слегка потягиваясь, произнёс демон, словно уже успел порядком заскучать от нашей беседы, – Такая чудесная ночь на дворе, а ты её тратишь на то, чтоб пожрать. И вообще, почему я должен сам придумывать себе развлечения? Ты меня на фестиваль пригласила, ты меня и танцуй.

А что… Звучит как весьма неплохая идея.

Несмотря на то, что Раам говорил, будто сумеет удерживать контроль над телом графа только до конца дня, словно сказочная принцесса, которой нужно было вовремя вернуться с бала, мы с ним провеселились на празднике почти до самого утра. Мы танцевали до упаду, как будто мир вокруг нас собирался вот-вот обрушиться, смеялись и шутили так бессовестно и грязно, что я могла поклясться клинками Таящегося, будто видела искреннюю улыбку демона куда больше одного раза, и даже ради забавы пытались убедить несчастную жрицу Амелии немедленно нас поженить, вопреки всем принятым правилам и церемониям. А когда нас увлекло стихийное состязание на выпивание, спонтанно организованное кем-то из гостей праздника, то мы не стеснялись заливать в себя так много алкоголя, что под конец соревнования при одном лишь взгляде на открытый огонь должны были немедленно загореться.

Словом, в пылу веселья я сама не заметила, как успела безбожно напиться, и к завершению празднования на ногах меня удерживал разве что крепкий локоть Раама, за который я хваталась так отчаянно, словно он был единственной оставшейся на плаву доской посреди Широкого моря. Демон, в отличие от меня, казался совершенно трезвым, хотя, между прочим, в прошедшем состязании победителем вышел именно он, и поэтому на него легла ноша по доставлению наших усталых тел в “Золотую башню”. Причём легла буквально, поскольку меня настолько вымотала прошедшая ночь, что я готова была завалиться спать даже на мостовую. Раам, конечно, пытался возражать против такой неожиданной роли, однако мне пришлось напомнить ему, что он обязался помогать мне как словом, так и делом, пока я на него работаю, так что против подписанного его же рукой контракта у него не нашлось никаких аргументов. Тем более что поймать повозку в такой час на улицах Подбрюшья, да ещё и в ночь фестиваля, было задачей потруднее, чем разыскать Таящегося после его пропажи, а потому об этой затее даже думать не стоило. Добраться назад мы могли только на своих двоих, благо что идти здесь было всё-таки не так далеко.

Таким образом, мы с Раамом неспешно брели по всё ещё тёмным улицам Валесса, освещённым редкими в этой части города фонарями. Я пыталась рассказывать ему о том, как было бы здорово, если бы у каждого вора был в друзьях такой прекрасный демон, как он, и сколько замечательных преступлений мы могли бы совершить, если бы за нами не стояли обязательства перед богами. А он делал вид, будто понимает, что именно я ему бубнила, и временами поддакивал, пускай даже и невпопад. Где-то вдалеке гремели последние фейерверки, но вокруг нас с Раамом стояла умиротворяющая тишина предутреннего Подбрюшья. Пожалуй, если задуматься, здесь было даже слишком тихо…

– Оп-па, а кто это тут у нас?

От стены, ведущей в ближайшую подворотню, вдруг отсоединилась парочка тёмных силуэтов, которые начали медленно приближаться в нашу с демоном сторону.

– Проход платный, – заявил один из разбойников, встав точно посередине улицы и перегородив нам тем самым дальнейший путь, – Хотите идти дальше – платите.

– А сколько стоит? – уперев руку в бок, пьяненько осведомилась я, пока Раам ещё не успел сказать ни слова.

– Всё, что у вас при себе имеется, – хихикнул второй бандит, – И если нам не хватит, возьмём бабёнку в придачу.

– Дороговато, – задумчиво протянула я, прикинув, что после всех сегодняшних развлечений у меня уже не было ни малейшего желания куда-то тащиться с этими типами, а затем положила свободную руку на скрытую плащом рукоять кинжала, – Похоже, придётся нам с вами немного поторговаться.

От дальнейших необдуманных действий меня предостерёг демон, решительно накрывший своей ладонью мою и мягко убравший её подальше от оружия.

– Постой пока тут, Ниса. Я хочу немного размяться.

Убедившись, что я не собиралась валиться прямо на дорогу, мужчина освободил свой локоть из моего захвата и молча пошёл навстречу паре бандитов, перегородивших нам дальнейший проход.

– Погоди, – настойчиво окликнула я Раама, и тот слегка удивлённо обернулся на мой голос, вопросительно глядя в мою сторону.

Я была не до конца уверена, что действительно хотела его о таком просить. Но, с другой стороны, после того, что сделал с моими подельниками Ле’Куинд, мне не хотелось, чтобы от рук кого-то, кто был мне близок, погиб ещё хотя бы один человек. Словно я чувствовала часть этой крови и на своих руках, которыми не сумела предотвратить случившееся.

Да и демон сегодня на удивление был довольно терпелив к моим просьбам. Пожалуй, стоило хотя бы попробовать.

– Ты можешь их не убивать? – поколебавшись, уточнила я.

Раам как будто ненадолго задумался, сверкнув темнотой в своём винном взгляде, а затем широко ухмыльнулся и успокоил меня:

– Я же сказал “размяться”, киса, а не “разделаться”. Расслабься и наслаждайся шоу.

Демон вновь повернулся к стоявшим напротив бандитам и быстрым шагом направился в их сторону, словно ему не терпелось как можно скорее испробовать тело Ле’Куинда в деле. Разбойники в ответ на приближение Раама лишь только расхохотались и обнажили своё оружие: один из них извлёк из ножен меч, другой же вытащил откуда-то из-за спины внушительных размеров нож. Несмотря на то, что я отдала мужчине извлечённый из статуи теневой кинжал, тот почему-то не спешил его доставать, приближаясь к нашим противникам с одними лишь голыми кулаками, словно был совершенно уверен в своей бесспорной победе.

Стоило Рааму подойти к бандитам на расстояние, достаточное для нападения, как один из них немедленно замахнулся на демона мечом, в точном соответствии с законом улиц не собираясь давать своему противнику даже шанса на преимущество. Тот сразу же отступил в сторону от атаки и нанёс быстрый, но мощный ответный удар в живот соперника, заставив его согнуться пополам от боли и отшатнуться на несколько шагов назад. Другой бандит попробовал воспользоваться моментом и бросился на Раама с занесённым ножом, однако мужчина почти в мгновение ока обернулся к нему лицом и словно тисками схватил того за запястье, выкручивая руку разбойника и заставляя его выронить оружие, немедленно отбрасывая клинок в мою сторону ловким движением ноги.

Первый бандит, уже оправившийся от удара, молча выпрямился и ещё раз взмахнул мечом в сторону Раама, который по обыкновению точно увернулся от атаки и хорошенько пнул противника под колени, заставляя того рухнуть на четвереньки и озлобленно выругаться. Зато второй бандит, оставшийся теперь без своего ножа, извлёк из голенища сапога запасной клинок и снова бросился в атаку на слугу Темнейшего, который между тем успел заливисто расхохотаться от несказанного удовольствия, что он испытывал в пылу сражения. Он смеялся сейчас почти так же раскатисто и весело, как когда я сболтнула ему о том, что на заре своей карьеры решила вытащить из сумки у какого-то богатого старика его заманчивый пухлый кошелёк, но вместо этого с непривычки нащупала лишь его покрытую свежими слюнями вставную челюсть. Услышав об этой давней истории, мужчина зашёлся таким неподдельно беззлобным смехом, что мне показалось, будто я по какой-то странной случайности смогла дотронуться своим голосом до его сокрытой в чужом теле нечеловеческой сущности. Тёмной и могущественной, как и подобало его природе, но вовсе не злорадной или жестокой, какой она временами пыталась казаться. И по какой-то причине она открыто наслаждалась моей своенравной и беззаботной компанией, быть может, потому что мне удавалось скрашивать её откровенную скуку.

Вот и сейчас от звука подлинного, звонкого и такого безудержного смеха демона я вновь испытала то же самое необъяснимое чувство, будто могла рассмотреть его сущность во всех чертах. Я вдруг отчётливо поняла, как сильно ему не хватало подобных острых ощущений, пока он был заперт в теле благородного графа Акроса. И как отчаянно он хотел наконец от него избавиться, чтобы вернуть себе подлинную свободу, которой по воле своего тёмного бога был вынужден лишиться.

Битва между Раамом и разбойниками продлилась ещё буквально пару минут. Мне казалось, будто бы демон не особенно торопился от них избавляться, скорее действительно “разминаясь”, нежели пытаясь нанести им хоть какой-то существенный вред. Его движения были ловкими и отточенными, и его противникам так и не удалось нанести ему ни одного удара. Зато вот грабителям от него уже досталось порядочно, и несмотря на то, что Раам даже не попытался ранить их каким-либо оружием, с каждой секундой боя они всё с большим трудом продолжали стоять на ногах.

Наконец, демон отскочил на несколько шагов в сторону от бандитов, отряхнул руки и со своей характерной волчьей ухмылкой сообщил:

– Что ж, с вами было довольно весело, но я уже вынужден откланяться. Удачно вам позависать в ожидании других прохожих.

Стоило Рааму попрощаться с разбойниками, по-прежнему стоявшими прямо посреди дороги, как вдруг они подлетели куда-то вверх, словно были всего лишь марионетками в руках кукловода, решившего выкинуть их из своего представления. Сначала мне показалось, будто они исчезли куда-то в неизвестность, и только когда я присмотрелась получше, то поняла, что оба бандита теперь висели вниз головами на стоявшем неподалёку от нас фонарном столбе, привязанные к его перекладине как будто бы за собственные тени. Разбойники тихо постанывали и кряхтели, а значит, Раам и в самом деле не стал лишать их жизни, как я его и попросила.

Разделавшись с соперниками, демон подошёл ко мне и снова предложил свой локоть, понимая, что без его помощи я при всём желании не смогла бы сейчас добраться до гостевого дома.

– Довольна, киса? – намекнул он на то, что сдержал своё обещание.

Я схватилась за его руку и для устойчивости прижалась щекой к его крепкому, укрытому плащом плечу, ощущая, что его дыхание после поединка будто бы почти не ускорилось.

– Можно было и побыстрее, а то я чуть не уснула, – не сумев сдержать собственной наглости, проворчала я.

Остаток пути до “Золотой башни” прошёл без происшествий, и я даже успела немного проветриться, так что какую-то часть дороги прошла сама на своих двоих. Охрана на входе в гостевой дом с подозрением покосилась на наши с Раамом помятые лица, однако нас здесь всё-таки успели запомнить, так что препятствовать нам не стали, позволяя спокойно подняться на верхний этаж и войти в отведённый нам двухспальный номер. Личные стражи самого Ле’Куинда, кажется, тоже покосились на нас с некоторым недоверием, но, подобно прочим встреченным нами слугам, не произнесли ни единого слова, кроме приветствия.

Сбросив опостылевшие каблуки на пол гостиной, я отправилась прямиком в выделенную мне комнату, где моих сил хватило только на то, чтобы стащить с себя плащ и припрятать кинжалы с ножнами под матрас. После этого я прямо в платье шлёпнулась спиной на кровать и уставилась куда-то в потолок, лишь по совершенной случайности не проваливаясь в такой долгожданный сон, о котором мечтала как минимум весь последний час.

Когда матрас слева от меня немного промялся под чужим весом, я приподняла голову и увидела, что Раам тоже лёг на мою кровать, повернувшись ко мне лицом и упираясь локтем в подушку. Теперь, когда мы с ним наверняка остались наедине, он снова окрасил свои глаза характерной кромешной тьмой, лукаво взирая на меня из глубины помрачневших глазниц, и я вдруг поняла, что странно соскучилась по этому древнему и бездонному, но одновременно и неподдельно живому отражению его таинственной сути, которую он прятал внутри чужого для себя тела.

Поддаваясь какому-то пьяному желанию, я перевернулась на бок и придвинулась к расположившемуся рядом со мной демону, обнимая его и утыкаясь лицом в его редко вздымавшуюся от дыхания грудь. Раам немного помедлил, словно не понимая, что ему делать с этим неожиданно ласковым прикосновением, а затем, глубоко выдохнув, положил свою руку мне на талию, всё-таки отвечая на моё спокойное объятие и прижимая меня к себе.

Я вновь, как и в прошлый раз, когда отдыхала в крепких руках слуги Темнейшего, ощутила то самое небывалое умиротворение, словно я наконец-то обрела что-то такое, чего давно лишилась. Или же то, чего у меня и вовсе никогда раньше не было. В нашу первую ночь вдвоём я решила, что всё дело было в случившейся между нами близости, и что моё тело всего лишь устало от бешеной страстной гонки за экстатическим удовольствием, оттого и позволило себе до небывалой степени расслабиться… Но только в этот раз мы с демоном оказались близки друг другу совсем иначе, а ощущения от этого оказались совершенно такими же. И я понятия не имела, что это должно было значить для нас с Раамом.

– Как ты собираешься объяснять Дейрану, что его память снова пропала? – спросила я, вдруг осознав, что история так или иначе начинала повторяться.

Граф очнётся утром и обнаружит, что двенадцатичасовой кусок его жизни напрочь исчез из его сознания. Конечно же, догадается, что демон снова вырвался из-под его контроля. И либо отправится приносить очередную кровавую жертву, оказываясь на грани смерти, либо начнёт душевно страдать и метаться в поисках свободной девственницы. А потом не будет решаться смотреть мне в глаза, потому что недостоин такой всей меня распрекрасной.

Ну, то есть, не меня, конечно же. Виконтессы Алиан О’Санна.

– Не волнуйся, киса, разберусь, – куда-то в мои волосы спокойно проговорил демон, но стоило мне вскинуть голову и с сомнением уставиться в его глаза, как на его губах заиграла хорошо знакомая усмешка, – Нет, не как в прошлый раз. Ничего с твоим Ле’Куиндом не будет. Если не веришь, поклянусь Темнейшим.

Я слегка поджала губы, словно действительно не доверяла ответу Раама, однако на самом деле проблема была в другом.

Он так просто и прямо сказал “твой Ле’Куинд”, как будто этот вопрос был уже решённым. Как будто у меня уже не было никакого другого выбора, кроме как выполнить контракт, освободить тело графа от демона и зажить с ним долгой счастливой жизнью в ипостаси графини Акроса, оставив свою воровскую жизнь в далёком прошлом.

Но я ведь на самом деле не думала ни о чём подобном! И уж тем более не считала, что моё чувство к Дейрану обязывало меня остаться с ним навсегда. У меня была своя дорога, а у него – своя, и я была совсем не виновата, что наши судьбы были вынуждены на какое-то время переплестись, чтобы потом вновь пойти своим чередом.

А ещё меня почему-то ужасно злило, что лежавший рядом со мной Раам мог так равнодушно называть Ле’Куинда “моим”. Словно я не хотела, чтобы этот наглый, горделивый и страстный демон считал, будто бы я отказалась от собственной свободы ради мужчины, который даже не знал меня настоящую… В отличие, вообще-то, от самого Раама, незаметно для себя поглаживавшего сейчас мою талию лёгкими прикосновениями кончиков пальцев.

– Было бы намного проще, если бы он признался мне, что больше тебя не контролирует, – выдохнув, я опустила голову на подушку, – Тогда не пришлось бы придумывать оправдания всем этим его отключкам.

– Было бы, – согласился демон, – Но тогда ему пришлось бы снова отослать тебя подальше, а он, твоими стараниями, на это больше не способен. Ты слишком проникла ему сюда.

Мужская рука перехватила моё запястье и поднесла мою расслабленную ладонь к его груди, заставляя ощутить неторопливое биение сердца, которое будто бы замедлялось всякий раз, стоило Рааму захватить контроль над телом Ле’Куинда.

Я замерла, прислушиваясь к неспешному ритму демонического пульса и к редкому мужскому дыханию. За исключением этих двух моментов, внешне Раам сейчас ничем не отличался от обычного человека. Разве что его истинную сущность выдавали ещё весьма примечательные глаза, но ведь он сам говорил, что окрашивал их бездонной мглой по собственному желанию, а значит, это вряд ли можно было назвать настоящим отличием.

Впрочем, это всё ведь было потому, что он занимал сейчас чужое тело. По его же словам, на самом деле у него не было ни глаз, ни языка, ни даже ожидаемых для создания тьмы рогов или хвоста. Всё, что я знала о его возможной внешности, это то, что, увидев её истинное воплощение, лишённое тела, я немедленно утратила бы зрение от ужаса. Ведь именно поэтому демону и нужно было скрываться сейчас в теле Дейрана, чтобы спокойно выполнять выданные Агрифом поручения и не оставлять за собой слишком заметный ослепший хвост.

И всё же… Всё же от того, как близко я находилась сейчас к якобы самому тёмному, жуткому и страшному существу на всём Касэте, во мне пробудилось жадное, почти что отчаянное любопытство, и я взглянула Рааму прямо в его заполненные бездонным спокойствием глаза, произнося слова, которые сама не ожидала вот так потратить:

– Правда или действие. Как ты выглядишь на самом деле?

Во взгляде демона не отразилось ни одной эмоции. Он не впал в замешательство, не обрадовался моему вопросу и не испугался его. Мне вовсе не удалось застать его врасплох. Вместо этого мужчина усмехнулся, словно давно уже ждал, когда я его об этом спрошу, и ответил, со странной лаской прикасаясь к моему лбу своими губами:

– Спи, киса. Честный ответ на этот вопрос испортит нам всё веселье.

Почему-то от почти невесомого поцелуя Раама мне и в самом деле ужасно захотелось уснуть. Веки сами собой стали наливаться свинцом, а голова потяжелела будто бы раза в три, так что я не могла найти в себе даже капельки сил, чтобы оторвать её от подушки. Единственное, на что мне хватило воли, это на то, чтобы недовольно проворчать уже почти неслышным голосом:

– Ты не можешь снова нарушить правила.

А затем я, по-прежнему лёжа в объятиях демона, всё-таки провалилась в глубокий, спокойный и крепкий сон, которого у меня никогда раньше не бывало после настолько безумной ночи.