Текст книги "Драконово логово. Развод столетия (СИ)"

Автор книги: Эва Кертис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

Глава 37

– Да что такого, если я хочу счастливой жизни с верным мне мужчиной? Почему я так сильно должна бояться огласки? В конце концов, это не я изменяла! – громким шепотом возмущаюсь я.

Лолита с улицы продолжает звать меня по имени, но между мной и братом вот-вот разгорится жаркий спор. Я понимаю, что у них есть свои традиции и обычаи. И я, пожалуй, даже согласна, что снискать славу нарушительницы одной из них не самая завидная участь. Но я абсолютно против оставаться с тем, кто не хранит верность, кто не бережет мои чувства. Не буду и все тут!

– Как ты не понимаешь, что в разрыве брака свет обвинит тебя! – шипит Густав. – Поползут слухи, что ты глупая, недальновидная женщина. Это ты не смогла уберечь брак и настолько достала мужа, что он пошел наперекор столетней традиции и все-таки подал на развод! Это ты не смогла быть ему не только женой, но и верной подругой. А учитывая, что ты за четыре года не появилась вместе с ним ни на одном приеме, то… – Густав разводит руками.

Выводы напрашиваются сами по себе. И если посмотреть именно с этой позиции, то… Аврора действительно виновата, что муж предпочел искать утешение в других, более заботливых, руках. Однако у медали всегда две стороны. И повернуть общественное мнение против Бернарда я тоже смогу. Четыре года жена овощем лежала! Четыре! Прислуга в край распоясалась, а ему плевать! Плевать на собственный дом и все, что в нем происходит.

– Но это неправда! – возмущаюсь я. – Хорошо, – поднимаю вверх указательный палец, – допустим, правда только отчасти! В браке, между прочим, участвуют двое!

– Во-первых, априори виновата жена! А во-вторых, никто разбираться не станет. Тем более если эта, – он кивает на дверь, – получит неопровержимые доказательства того, что вы с Бернардом разъехались! Тебе нельзя с ней говорить! В суде даже это будет учитываться, – злобно шипит Густав.

Я открываю рот, чтобы ответить, как слышу очень знакомый мужской голос. Появившиеся в нем бархатные обволакивающие нотки создают ощущение, что где-то там мурлычет огромный дикий кот.

– Лоли-и-ита, – мягко тянет он, – каким попутным ветром тебя занесло так далеко, милая? Мне кажется, или ты похудела с последнего раза, когда мы виделись? А какое платье! Мадам Ларом идеально сшила для тебя этот наряд.

– Максвел! Дорогой, – щебечет в ответ девушка.

Мне кажется, что у меня слуховые галлюцинации. Этот мужчина умеет так разговаривать? Мед с его языка способен слепить даже то, что не лепится в принципе. Место, в котором притаились мы с братом, открывает прекрасный ракурс на Максвела и Лолиту. Ее платье, казавшееся скромным, может похвастаться очень глубоким декольте. И грудь, кажется, уже готова сама выпрыгнуть в огромные ладони мужчины и найти там сладкий приют. Лолита кокетливо отряхивает плечико от невидимой пыли и озорно стреляет глазками в очарованного ею мужчину.

– Твой друг открылся для меня с другой стороны, – шепчу брату, заинтересованно наблюдая за разворачивающимся спектаклем.

Против воли у меня закрадывается вопрос: у всех дракониц такая мания к пикантным одеждам? Или они не могут иначе привлечь мужское внимание? А как же ум, начитанность, хозяйственность, юмор? В общем, все то, что позволяет человеку раскрыться, как личность?

– Птичка на хвосте принесла, что у одного из главных советников Его Величества не все благополучно в семье! А это же одна из основных персон королевства! После нашего короля, конечно же! – театрально восклицает она. – Если уж он не в состоянии блюсти семейные узы, так что говорить об остальных? Он ветренный и ненадежный. Не повлияет ли такая печальная ситуация на принятие им важных решений? Голова-то забита семейными проблемами, а не делами нашего королевства.

– Тс-тс-тс, – укоризненно цокает Максвел, – такая умненькая и шустренькая девочка, как ты, все еще верит досужим сплетням? – мужчина откидывает голову назад и хохочет. – Ну несерьезно, Лолита. Право слово. Я не так давно видел Ардена, – небрежно бросает Максвел, – он занят государственными делами и только. Насколько я знаю, ситуация с его браком не изменилась. Пока что, – как будто бы невзначай добавляет он.

– Что это значит?! – тут же вцепляется в небольшую недосказанность она. – Госпожа Арден и правда съехала из особняка?

Лолита даже чуть подпрыгивает от нетерпения: настолько сильно она жаждет подробностей. А мне становится противно. Почему у людей столько желания покопаться в грязном белье других?

Максвел продолжает что-то говорить девушке, а меня против воли начинает топить грусть. Вот это меня ожидает после развода? Каждый будет приходить сюда и пытаться что-то узнать? Почему, из-за чего, как так вышло?

– Не принимай близко к сердцу, – говорит Густав. – Будем надеяться, что сенсационной новостью ты будешь недолго. Если в деле замешана свита короля, то скандал быстро погасят. Ты уверена в своем решении, Аврора? Обратного пути уже не будет.

– Его уже нет, – оказывается Максвелу удалось избавиться от любопытной девушки и теперь он зашел в дом, где и нашел нас с Густавом. – Держи. Ознакомься и поставь свою подпись, – мужчина деловито протягивает мне бумаги.

– Что это? – спрашиваю его. Сердце начинает биться чаще, когда я вижу герб. По всей видимости – отличительный знак королевства Драконово Логово.

– Завтра суд, – огорошивает Максвел. – Бернард вот-вот получит такую же копию, через юриста, который работает на него. Твою копию принес я, поскольку представляю твои интересы. Уже совсем скоро ты станешь свободной, Аврора. Сможешь начать новую жизнь. Так, как захочешь. И с тем, с кем захочешь.

Во фразе чувствуется невысказанный подтекст. И кажется, я понимаю его смысл. Максвел не сводит с меня серьезного, проникающего внутрь взгляда. Скулы четко обозначились на его лице. Он стискивает зубы, будто что-то хочет сказать, но сдерживается. Густав обращается к другу и начинает задавать уточняющие вопросы: во сколько суд, кто допущен к заседанию, уверен ли Максвел в исходе…

Я сжимаю в руках бумаги, которые призваны подарить мне свободу. А перед глазами необычные стальные глаза, темные волосы и наглая усмешка.

«Завтра мы станем свободными, Бернард. Только… Не пожалеем ли мы о том, что так и не смогли друг друга услышать?»

Глава 38

Всю ночь мне снятся кошмары. Я запыхавшись куда-то бегу, кого-то уговариваю подождать, помочь и разобраться. Правда, чего конкретно я хочу добиться от невидимого собеседника, я не понимаю.

Стоит ли говорить, что утро этого судного дня я встречаю не в самом радужном настроении? В душе ворочается беспокойство, мешающее усидеть на месте.

– Все будет хорошо, – пытается подбодрить меня София.

– Смотря, что ты подразумеваешь под «хорошо», – нервно хихикаю я, отпивая ароматный напиток, очень напоминающий наш земной кофе. Это подарок Густава, который он преподнес на прошлой неделе. Я повисла на его шее и целовала в нос и щеки, а брат смеялся, аккуратно придерживая меня. Конечно, зерна оказались не полноценным кофе, но сваренный из них бесподобный ароматный напиток был очень и очень похож.

А еще неимоверно приятно осознавать, что рядом есть тот, кому важно проявлять обо мне заботу. Я же усердно стараюсь стать для брата опорой в ответ. Мы вместе подрезаем деревья в саду, красим перила лестницы в доме. София учит меня готовить еду, привычную для этого мира. И, хочу сказать, у меня бесподобно получается. А самое главное, находясь на кухне, я получаю неимоверное удовольствие.

Но сейчас меня ничто не способно отвлечь. Я оказываюсь в эпицентре собственных эмоций, разрушающих стену стойкости и хладнокровия внутри и вокруг меня. Мы не виделись с Бернардом уже больше двух недель. Время течет с беспощадной скоростью.

– Твое счастье в самом ближайшем будущем, – ставит передо мной тарелку ароматных баки (сырники в нашем мире – прим. авт.) София.

– Не буду, – отодвигаю я предложенное блюдо.

– Тебе надо поесть и набраться сил, – настойчиво твердит подруга и внимательно смотрит на меня. – Ты же понимаешь, что легко не будет.

– С чего ты взяла? Судя по тому, что он и носа сюда не кажет, все должно пройти без сучка без задоринки. Бернард все для себя решил. Так чего мне переживать? – пренебрежительно фыркаю я.

– Не хочешь попытаться с ним поговорить перед заседанием? – мягко интересуется София.

– Кто? Я?! – тут же подскакиваю с табуретки. – А почему я, София? Почему ему в голову не приходит приехать сюда и хотя бы вопрос о произошедшем задать? Дать мне возможность оправдаться! Нет! Он сам себе уже все объяснил и решил. Так вот и пусть теперь локти кусает, – рычу я. Громко ставлю на стол кружку с почти выпитым кофе и вылетаю из кухни.

У подножия лестницы меня встречают дети. Десять минут у меня уходит на то, чтобы отнять у них зелье для превращения цветка в пушистого зверька. И где только достали? Успокоить нервно икающего Рокфеллера, по крайней мере, его частые вздрагивания я воспринимаю именно так, и, наконец, подняться к себе.

София еще с утра появилась на пороге моей комнаты с подозрительным черным чехлом, в котором оказался… костюм для суда. Только вот я не уверена, что такой наряд подходит для судебного заседания. Но подруга впихнула это мне в руки, строго взглянув и велев не задавать никаких вопросов, и удалилась готовить завтрак.

Прошел час, и теперь я потрясенно рассматриваю это безобразие, которое вот-вот нацеплю на себя, и понимаю что если Бернард и не прибил меня в предыдущий раз, то теперь дело однозначно дойдет до греха. С тяжелым вздохом иду в ванную, в надежде смыть с себя тревоги и волнения. В спальню возвращаюсь на ватных ногах. И, честно говоря, не понимаю своего состояния. Почему я так переживаю? Я же искренне считаю, что права. Тогда почему все происходящее кажется мне таким фальшивым и гадким?

– Аврора, мы выезжаем через двадцать минут. Ты готова? – зовет из-за двери Густав.

– Она скоро спустится, – отвечает за меня София. – Посторонись и дай привести твою сестру в порядок! – командует она.

Затем за дверью слышится какая-то возня. И я прекрасно понимаю, что происходит с той стороны. Не так давно София и Густав все-таки решили дать друг другу шанс. И я неимоверно рада за них. С той минуты в доме поселились любовь и тепло. Жаль только, что меня эти святые чувства решают напрочь игнорировать.

Из груди вырывается еще один тяжкий вздох.

В комнату в компании с миловидной девушкой влетает София.

– У нас пятнадцать минут на все про все!

Подруга хватает меня за руку и усаживает на пуфик возле окна.

– Марго, – обращается она к девушке, – нужно сделать так, чтобы госпожа Арден была похожа на недоступную Богиню. Сможешь? – подмигивает она ей.

Девушка обводит меня внимательным взглядом. И… через отведенные мне пятнадцать минут, одетая в тот самый странный наряд для суда и с безупречным макияжем, я не узнаю собственное отражение. Наложенные мерцающие тени создают эффект загадочной дымки, придавая глазам более глубокий оттенок. На губах аккуратным слоем лежит винного цвета помада, отчего они кажутся слегка припухшими. «Словно после жарких поцелуев», – проскальзывает мысль. Белокурые волосы убраны в высокий пучок, из прически кокетливо выбивается несколько прядей, мягко обрамляя лицо. Шею плотно обхватывает черный кожаный чокер. Грудь соблазнительно выглядывает из корсета, утягивающего талию. Бедра плотно облегают укороченные черные брюки до щиколотки. Завершающий штрих – София помогает мне надеть длинный жакет в пол.

– Ты готова! – восторгается довольная собой София.

– Не уверена, – против воли вырывается у меня.

Девушка, что так умело нанесла макияж, смотрит с любопытством, которое не удается скрыть. Она тактично молчит, хоть многочисленные вопросы и не дают ей покоя. К сожалению, очень скоро подобные взгляды станут для меня постоянными спутниками.

Выхожу из комнаты и направляюсь к лестнице. Густав уже должен подготовить экипаж, который доставит нас к зданию суда. Каждый шаг дается с неимоверным трудом. Неизвестность пугает. Рука опускается на прохладные гладкие перила, и я изо всех сил стискиваю поручень.

«Давай, Аврора, осталось так мало!».

А впереди новые цели, которых я обязательно достигну. И плевать, что с этим мужчиной у меня не вышло.

Поднимаю подбородок повыше, распрямляю плечи и чеканю шаг по лестнице.

Густав и Максвел одеты в парадные деловые костюмы. Темно– синий цвет выгодно подчеркивает их могучие фигуры.

– Госпожа Арден, – шагает вперед Максвел, осторожно берет мою руку и едва уловимым поцелуем притрагивается к тыльной стороне. – A negotio perambulante in tenebris, – произносит он на странном языке. Я не понимаю ни слова, но отчего-то кажется, что это комплимент.

– Максвел, не перегибай, – резко произносит Густав и внимательно следит за мной. – Легко не будет. Это будет бой за твои права и свободу. Но идти вперед мы будем вместе.

Максвел отходит в сторону, и брат занимает его место. Он заключает меня в объятия, стараясь поделиться теплом и уверенностью, что все получится так, как нужно нам.

– Я не могу скрыть скорбь по ушедшей сестре. Сердце до сих пор кровоточит от этой утраты. Но… Провидение подарило этому миру тебя, и я клянусь, что буду с честью оберегать твое благополучие и счастье.

Я утыкаюсь носом в его грудь. Эмоции переполняют так, что вот-вот могут вылиться нескончаемым потоком слез прямо на белоснежную рубашку Густава. Но я не позволяю себе расслабиться. Потом. Я смогу выплакать накопившиеся переживания потом. Душа просит освобождения.

Дорога до здания суда пролетает в одно мгновение. Мы передвигаемся на причудливой крытой карете, в которую запряжено три небольших дракончика. Вид этих существ весьма необычен: голова, усыпанная множеством мелких шипов, вытянутая морда, с любопытством рассматривающая все вокруг, огромные салатового цвета глаза, прикрытые веером коричневых ресниц, небольшое тело и просто гигантские размера крылья с рядом шипов по краям. Мне бы насладиться мягким, плавным полетом. Но я не могу. В голове мельтешат разные мысли. И каждая новая тяжелее предыдущей.

Я, как мне кажется, готова к любому исходу. Но чего уж точно не ожидаю, так это толпы людей от мала до велика у величественного здания суда.

– Все-таки разнюхала, – обреченно вздыхает Густав.

– Ничего, – подбадривает Максвел, – это нам на руку. Выиграем дело, и об Авроре заговорят. Вы же хотели восстановить поместье. Считай, бесплатная реклама. Люди будут готовы вам помогать бескорыстно. Мыслимо ли: женщина впервые за столетие добилась развода с благородным, но неверным драконом.

В горле мгновенно пересыхает. Да, я хотела этого. И по-прежнему хочу. Мы не нашли взаимопонимания. Меня дико бесит, злит и просто выводит из себя, что за все время он даже не посчитал необходимым связаться со мной. Значит, я не нужна ему. А зачем мне оставаться рядом с тем, кто не дорожит мной? И все правильно. Нам нужна свобода друг от друга. Но… не такой ценой. Я хотела просто тихо развестись с Бернардом. Быть мужчиной, которого публично бросила жена, даже в моем мире считается позорным. Что уж говорить про жестокий мир драконов. И я совершенно не хочу, чтобы Бернарду было стыдно. Переживания за него отчего-то настолько захлестывают сознание, что я невольно пытаюсь найти способ увидеться и поговорить с ним до начала заседания. Может, мы вместе все-таки сможем придумать выход?

Но моим планам не суждено сбыться. Уже хотя бы потому, как плотно обступает нас толпа, стоит нам спуститься на землю. Люди что-то выкрикивают. Отовсюду сыпятся вопросы, как я решилась на такое, бил ли меня Бернард, как я собираюсь жить дальше. Кто-то обвиняет и говорит, что я падшая, что не достойна жить в Драконовом Логове. То тут, то там появляются яркие вспышки, которые слепят и заставляют щуриться. Густав и Максвел не позволяют никому даже на миллиметр ко мне приблизиться. И я неимоверно благодарна им за это. В горле сухо как в пустыне Сахара. Я полностью дезориентирована. Хотя и стараюсь держать голову высоко поднятой. Но лично мне кажется, что надетую маску быстро раскусят знатоки обмана.

Мы торопливо проходим внутрь и оказываемся в огромной округлой зале. Она уже наполнена людьми. И в основном это мужчины. У всех серьезные, пафосные лица. На меня бросают пренебрежительные взгляды. Мне не верят. Не верят, что я дойду до конца. Сейчас сильные мира сего считают меня блажной, заскучавшей в браке женщиной. В каждом мужском взгляде скрытая угроза. Они заведомо на стороне Бернарда. Они считают, что он уже выиграл процесс. И в груди разгорается дух противоречия. Я делаю все правильно. Не им мне указывать, как стоит жить. Понабрали в свою постель любовниц, не позволяя женам стать по-настоящему счастливыми. Эгоистичный мир мужчин не приемлет слабости. Сейчас я готова сыграть по их же правилам.

«Прости, Бернард, но ты не оставил мне ни единого шанса», – мысленно обращаюсь к почти уже бывшему мужу.

Сердце замирает в груди. Волосы на затылке приподнимаются будто по немой команде. Он здесь. Бернард рядом. И об этом говорит даже не мгновенно повисшее молчание. Я чувствую мужа зудящей кожей. Щеки загораются. Я цепенею, словно клеточка за клеточкой превращаясь в соляной столп. Боюсь даже голову повернуть в его сторону. Боюсь столкнуться с ненавистью в его глазах. Я не готова. Совершенно не готова его видеть. Оказывается, не такая я уж и смелая.

– Всем встать, суд идет!

Оглушительно ударяет молоток, и все присутствующие, в том числе и я, поднимаются со своих мест.

– Приветствую всех, – здоровается судья. Это худой старичок невысокого роста. Его блеклые голубые глаза внимательно осматривают досточтимую публику, останавливая свой сканнер-взгляд на мне. Проходит минута, две, три. Молчание затягивается. – Весьма интересно. Что ж, – наконец он отворачивается, и я облегченно выдыхаю, – повод для подобного заседания не появлялся сотню лет. Несказанно рад находиться здесь. Историческое событие. И мне не хотелось бы пропустить такое, – он снова бросает на меня внимательный хитрый взгляд. – Прошу озвучить асионов (адвокат в мире драконов – прим. авт.) претензии супругов.

Я упрямо не смотрю на Бернарда. Вообще делаю вид, что в этом зале его просто нет. Но правая сторона, которой я оказываюсь сидящей к нему, нестерпимо горит от зудящего взгляда, направленного на меня. Так и хочется совершить какую-нибудь глупость: язык ему показать, например. Но, конечно же, уважаемой даме это не пристало. После позлорадствую.

А тем временем асион Бернарда перечисляет грехи «Авроры», в связи с которыми господин Арден не против развода, но оставляет за собой право забрать все причитающиеся ему, в качестве компенсации, деньги. А также титул, который господину Ардену достался при женитьбе на госпоже Арден. Честь восстановить полуразрушенное семейное поместье господин Арден великодушно отдает бывшей супруге, куда она все это время так стремилась убежать.

Вот. Же. Жаба. Жадная! Меня сейчас от возмущения просто разорвет! Грудь наполняется воздухом, и я уже готова вскочить, чтобы доказать этому индюку, где он конкретно неправ. Мне неимоверно хочется обрушить на голову Бернарда что-то очень и очень тяжелое! И к черту уголовный кодекс! Любой суд мира меня оправдает!

– Тише, – осаживает меня Максвел, – рано еще злиться. Сейчас будет моя очередь. Просто сиди и слушай.

– Я вас услышал, господин Бергенстайл, – сухо произносит судья. – Теперь слово предоставляется господину Ренауту. Что вы нам поведаете, молодой человек?

Мне кажется, или у судьи по-настоящему азартно загораются глаза. Нет-нет он бросает на меня любопытные взгляды. Да что происходит? Мне даже, как маленькой девочке, хочется поерзать на одном месте.

– Здравствуйте, господин судья. Позволю себе небольшое отступление и замечу, как прекрасно выглядела ваша жена на вчерашнем рауте. Право, она знает толк в светских развлечениях. Матушка низко кланяется ей.

– Марго – та еще выдумщица, не могу не согласиться, – по-доброму смеется судья. – Но перейдем к делу. Какую позицию занимает госпожа Арден? И по какой, очень веской на ее взгляд причине, ей в обязательном порядке понадобилось потрясти общество этим не совсем достойным поступком?

Меня сейчас носом ткнули? Я снова начинаю обиженно закипать. Мир мужчин. Все должно быть так, как хотят они. А чуть попытаешься поступить по-своему, все: глупая, капризная гусыня.

– Ты громко пыхтишь, – доносится до меня шепот Густава.

– Скажи спасибо, что я пока что молчу, – сквозь зубы цежу я.

И все же бросаю быстрый взгляд на Бернарда. А этот наглец сидит и смотрит прямо на меня. Взгляд тяжелый, пронзающий насквозь. Он буквально пытается продырявить меня им. Губы сжаты в тонкую белую линию, брови сильно сведены на переносице. Вид аккуратно подстриженной, но все же более длинной бороды, делает его еще страшнее. Стальные глаза недобро блестят в обрамлении черных ресниц, грозя мне жуткой карой. Он скользит глазами по моей фигуре. Остро останавливаясь на открытом участке груди. Ревность ярким пожаром полыхает в стальных глазах.

Я не выдерживаю и приподнимаю бровь с немым вопросом: “А что ты думал? Я сидеть буду в сторонке?”

И в эту же секунду из его ноздрей натурально вырывается белый пар, а до моих ушей долетает тихий угрожающий рык. ОН РЫЧАЛ НА МЕНЯ?!

– Госпожа Арден, – доносится до меня голос судьи, – я хотел бы немного поговорить с вами, если позволите.

Эти слова застают меня врасплох. Я путаюсь в собственных ногах, пока поднимаюсь из-за стола.

– Да, ваша честь, конечно, – громче нужного произношу я. Но это от нервного напряжения.

– Я не могу не спросить вас: уверены ли вы в своем решении? Разделение двух линий судьбы сурово карается законами кармы. Вы оба понесете серьезную ответственность перед Богами за подобное решение, – строго произносит он. – Вы взвесили плюсы и минусы и готовы к последствиям? – судья не отрываясь смотрит на меня.

– Д-д-да-а-а, – очень уж неуверенно произношу я. А чего он хочет? Я про эти законы кармы слышу первый раз! Ни Густав, ни Максвел, ни засранка София мне про них ничего не говорили!

– Подойдите ко мне юная леди, – приказывает мужчина.

И что-то мне совершенно не нравится, как звучит его голос. Ничем хорошим это не кончится. Чует моя пятая точка. Чует! Но ноги несут вперед. Я не смею ослушаться судью. Не настолько уж я бунтарка.

– Не стоит меня бояться, – вдруг заговорщически шепчет он. – Простите, но я вынужден раскрыть ваш секрет. Для принятия решения мне важно, чтобы ваш муж знал, что сейчас проигрывает. Это будет его урок кармы.

А в следующую секунду я слышу, как громыхает упавшее кресло и охают люди вокруг. Мое тело становится совершенно прозрачным. Напоказ выходит МОЯ душа. Я поворачиваюсь к залу и вижу ошеломленные лица. Первым, с кем сталкиваюсь глазами, оказывается Бернард. Шок, неверие, злость и… восхищение: вот, что я нахожу в его взгляде. Поворачиваю голову, натыкаясь на настенное зеркало.

«Ну привет, Алина, – беззвучно обращаюсь к самой себе, – давненько мы с тобой не виделись».

– Господин Арден, объясните пожалуйста, как же вы могли проморгать в собственном доме появление такого сокровища? Каждый дракон знает: если в дом пришла душа – значит, ты обрел высшую благодать. А вы мало того, что проигнорировали сей факт, так еще и обеспечили себе славу разведенного советника короля. И не просто с неверной женой, а с Перешедшей линию миров.