Текст книги "Отбор в академии драконов, или Вынужденный брак для ведьмы (СИ)"
Автор книги: Этель Легран
Соавторы: Илия Телес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)
Я понимал, что должен первым признаться в своих чувствах, но как же сильно хотел услышать, что они взаимны.
– Я сказала твоей матери, что разорву помолвку только в том случае, если ты сам захочешь этого, потому что я люблю тебя и желаю тебе счастья, – пролепетала Кейтлин, а её руки задрожали в моих ещё сильнее.
Я прижал их к сердцу и улыбнулся.
– Чувствуешь, как оно бьётся? Оно будет биться так только рядом с тобой. Я сам не заметил, как полюбил тебя, но уже не повернуть назад, Кейтлин, я не хочу отменять свадьбу, потому что для меня наша помолвка с самого начала была настоящей.
Ведьмочка ахнула, а в её глазах заблестели слёзы.
Я склонился и осторожно коснулся нежных девичьх губ, которые так сильно желал попробовать на вкус снова. Кейтлин ответила мне на поцелуй, а её руки тут же обвили мою шею.
Свадьба будет настоящей…
Теперь уже не оставалось никаких сомнений в этом.
Глава 51. Йоханнес
Давненько я не видел императора настолько раздраженным. Для полноты картины сильнейшей ярости ему не хватало начать пускать молнии из глаз. Я знал, что по головке он меня гладить за отмену отбора не намерен, но рассчитывал, что отец хотя бы немного остынет через неделю. Мне и самому потребовалось время, чтобы успокоиться и прийти в себя. Я многое осмыслил и понял, что отмена отбора – первое верное решение за последнее время, однако действовать и правду стоило очень осторожно. Кардинальному решению может воспротивиться вся знать, и тогда будущее никак не изменить.
– Ты хотя бы понимаешь, что из-за твоей прихоти я вынужден краснеть перед отцами обманутых девушек, посчитавших себя проигравшими? – кричал отец, брызжа слюной.
– Начнем с того, что краснеть великий император не умеет, – хмыкнул я. – Да и оправдываться перед кем-то явно не в твоём духе. Признай, отец, тебе приятно видеть стыдливые взгляды знати, чьи драгоценные дочки опозорились и провалили испытание?
На губах отца на мгновение появилась одобрительная улыбка: я попал в точку. Конечно, он тут же постарался вернуть суровое выражение, но я увидел то, на что рассчитывал.
– Поговаривают, что отбор был нечестным, и хотят провести расследование, чтобы понять, как так вышло, раз все ведьмы оказались в числе проигравших, – вздохнул отец.
Так вот откуда ноги растут?
Именно по этой причине император и вызвал меня к себе. Его обеспокоило, что раздосадованные, униженные аристократы стали пускать слухи, тем самым подрывая репутацию императора.
– Так позволь им сделать это. Они же только так способны развлекаться – перемалывая кости кому ни попадя, а персоне, стоявшей выше по статусу… Разве подобное не подогревает интерес? Пусть проводят свои расследования, сколько влезет. Тревор сделал всё идеально, я уверен в этом. Покажи аристократам, что они со своими избалованными дочурками не правы. Ткни их носом в собственную никчёмность, ведь тебе это тоже доставит удовольствие.
Я знал, чем можно зацепить императора. По двигающимся желвакам на его лице, я понял, что снова затронул за живое.
– Когда ты будешь готов к новому отбору?
Отцу следовало спрашивать, готов ли я к первому, впрочем, тогда я бы без раздумий сказал ему «да». Это теперь я понимал, что ни одну из девиц не вижу рядом с собой и не хочу ложиться в постель с той, которая не будет вызывать такие же чувства, что и Кейтлин. А встречу я такую вряд ли. Уж точно не в академии, где практически каждая готова выстелиться передо мной и отдать всю себя без обещаний и обязательств.
– Позволь мне сначала разобраться с учебой. Я хочу стать достойным выпускником, – я решил воспользоваться оправданием, придуманным Тревором, чтобы убедить отца оставить меня в покое. – Я дам знать, когда буду готов выбрать первую наложницу.
Отец недовольно покачал головой, но спорить со мной дальше не стал.
Мы немного поговорили о моих братьях, и я высказался, что не хотел бы повторить их судьбу, провернув это мягко, чтобы снова не воспламенить императора.
– Делай ты, что хочешь. Я могу отречься от тебя, если ты так сильно не желаешь выбирать себе наложниц. Будешь жить, как обычные люди.
В словах отца прозвучала горечь, а мне подумалось, что если бы я жил как хочу, то непременно бы занял престол и изменил правила, из-за которых отец готов отказаться от родного сына. Они устарели, но все слепо закрывали на них глаза. Возможно, в прошлом слияние магии было необходимостью, но не сейчас.
Поблагодарив отца за разговор, я попрощался с ним и поспешил встретиться с сестрой, которая как раз находилась в главном дворце. Мне захотелось поболтать с Роуз, выпить с ней чай с ее любимыми сладостями, которые я так сильно ненавидел, но ел только, чтобы не обижать сестру, побаловаться. Однако я понимал, что все это осталось в детстве. Сейчас юная леди, одетая в изысканные платья, не станет бросаться в меня подушками и с визгами убегать, чтобы не получить ответ.
Тяжело вздохнув, я добрался до покоев Роуз и постучал в дверь. Она знала, что я навещу ее сегодня, поэтому должна была ждать меня. Молчание заставило напрячься. Неужели сестра позабыла, что обещала дождаться меня и никуда не уходить? Я снова занёс руку, но постучать не успел.
– Входи, Йоханнес, – услышал я задорный голос, открыл дверь и тут же получил удар подушкой.
Роуз засмеялась и, путаясь в юбках платья, рванула на утек, а я поднял подушку и почувствовал, что на глаза навернулись слезы.
Бросив подушку в сестру, я попал, а она засмеялась и завозмущалась, что в таких нарядах просто невозможно наслаждаться жизнью.
– Помнишь, как однажды ты думала, что зайду я, и залепила подушкой своей фрейлине? Женщина верещала, как мышь с прижатым хвостом, – напомнил я сестре.
– Да, а потом меня наказали и не позволяли видеться с тобой целую неделю, – надула губки сестра.
– А мы все равно находили возможность увидеться и устроить что-то эдакое.
Роуз тепло улыбнулась и присела в кресло.
– Йохан, я слышала, что все ведьмы провалили испытание на отборе, и ты отказался продолжать его. Это из-за той девушки, которую я видела на балу?
Я задумался. Хотелось, конечно же, быть откровенным с сестрой, но я не мог впутывать ещё и её во все эти интриги.
– Ведьмы действительно провалили испытание, но это даже к лучшему. Мне нужно разобраться с учёбой и понять, чего я хочу от жизни, сестричка, – ответил я.
– Я точно знаю, что тебя ждёт большое будущее. Мне бы хотелось однажды увидеть тебя на месте твоего отца.
«Мне самому хотелось бы этого!» – подумал я, но снова промолчал.
Не стоило затуманивать голову моей юной сестры политическими интригами, в которые я сам не хотел вмешиваться, а теперь подумывал попытаться побороться за то самое «место под солнцем», которое уже условно заграбастал в свои руки один из старших братьев.
– А что насчёт той девушки? Ты поговорил с ней о своих чувствах?
Роуз выглядела взбудораженной. Вероятно, ей хотелось поговорить о романтике и любви, но с такими темами лучше всего было обращаться к Тревору.
– Поговорил, – со вздохом ответил я. – Вот только я оказался третьим лишним и отошёл в сторону.
«Но не отпустил окончательно», – мысленно добавил я, но не стал расстраивать Роуз.
– Хватит болтать. Давай, скорее, угощай меня своими противными сладостями и рассказывай, как тебе теперь живётся без ухаживаний настойчивого брата.
Сестра засмеялась и похлопала в ладоши, зазывая служанок, а я откинулся на спинку кресла и облегчённо выдохнул, потому что смог увести разговор от такой болезненной для меня темы.
Глава 52. Кейтлин
На выходных Тревор предложил мне нанести визит в его поместье, чтобы я смогла поближе познакомиться с его жизнью и позволила швее снять мерки для свадебного платья. Мужчина боялся не угадать с размером и хотел, чтобы в день нашей свадьбы всё прошло идеально. Предстоящее общение с его матушкой не радовало меня, однако я не могла отказать, ведь так или иначе мне придётся общаться с женщиной, когда стану женой герцога. Вряд ли Тревор отправит её жить в монастырь или ещё куда-то, и нам придётся пересекаться, поэтому следовало расставить все точки в наших отношениях как можно быстрее.
– Твоя матушка знает, что мы приедем? – осторожно поинтересовалась я, когда карета покачнулась.
– Да, я предупредил её, что мы проведём выходные в поместье. Тебе не следует бояться мою мать. Она не сможет навредить тебе. Я поговорю с ней и расскажу, как сильно тебя люблю.
Тревор сжал мои руки, а я улыбнулась от его нежности и слов.
Мужчина решил поехать в поместье на карете, чтобы я успела успокоиться и морально подготовиться к встрече с женщиной, которая пока не планировала принимать меня в семью. Писала ли герцогиня сыну, чтобы он одумался, я не знала. Тревор не говорил мне об этом, скорее из-за того, что не хотел расстраивать меня. Он был занят подготовкой к расследованию, что собирались провести аристократы. Им не верилось, что все ведьмы смогли провалить испытание, однако Тревор успокоил меня, заверив, что они не смогут найти совершенно никаких доказательств спланированности провала.
Карета въехала в огромный двор, и я выглянула в окно. Поместье герцога напоминало городскую площадь: кирпичные дорожки, фонтаны и красивые фигурные кустарники; бегущие на зелёной траве дети слуг. Небольшие аккуратные дома, стоящие в отдалении, скорее всего, были чем-то вроде гостевых домиков.
– Что это за дома? – спросила я у Тревора и явно вырвала его из мыслей, потому что мужчина вздрогнул. Он нежно улыбнулся мне и выглянул в окно.
– Это дома для семей. Кое-кто из прислуги работает в нашем поместье постоянно и у них есть семьи. Отец построил дома для семей, чтобы детям не приходилось ютиться в тесных комнатах в крыле для прислуги. Мой отец старался со всеми быть обходительным.
Я улыбнулась. Отец Тревора понравился мне по рассказам мужчины, и я жалела, что не смогла познакомиться с ним лично. Уверена, что бывший герцог смог бы принять меня и убедил свою жену сделать то же самое. С другой стороны, если бы герцог был жив, то мы никогда не познакомились с мужчиной, которого я так сильно полюбила.
Тревор помог мне выйти из кареты, когда та остановилась, поприветствовал дворецкого, пожилого мужчину, спустившегося с крыльца, чтобы встретить нас, и сообщил ему, что мы справимся сами.
Я неловко чувствовала себя в доме, где было полно прислуги и всё делали за тебя. Страх, что я не смогу жить в таких условиях, буду задыхаться здесь, опутывал сознание.
– Всё будет хорошо! Я помогу тебе привыкнуть к этой жизни. Если честно, мне самому она не особо нравится, поэтому я поделюсь секретами, как проще относиться ко всему, – шепнул Тревор, словно прочел мои мысли, и я улыбнулась ему.
Тревор проводил меня в спальню, которую служанки подготовили для моего отдыха. Окинув взглядом роскошную комнату, я опустила голову, а мужчина приблизился и прижал меня к себе.
– Если ты будешь чувствовать себя неловко здесь, нам придётся переселиться в какую-нибудь лесную хижину! – прошептал герцог, коснувшись губами кончика моего уха. – Не уверен, что оттуда будет удобно заниматься государственными делами, но я постараюсь справиться.
– Всё в порядке. Надеюсь, что я на самом деле привыкну к новой жизни. Ты ведь смог, – ответила я, пусть и понимала, что условия у нас обоих были разными. Тревор рос в такой роскоши, а у меня в сознание спутались миры и пережитые жизни. Воспоминания Кейтлин и Алёнки наложились друг на друга, и я пока не понимала, какое принимать за верное.
– Отдохни немного, а я поговорю с матушкой и вернусь к тебе. Если захочешь выйти из комнаты, то постарайся не заблудиться и не стесняйся просить прислугу оказать тебе помощь.
Я кивнула. Тревор ушёл, и на душе стало как-то пусто, одиноко. Я выглянула в окно, и мне на мгновение показалось, словно я увидела библиотекаря. Однако приглядевшись, я поняла, что это не он. Хоть я и попросила Тревора помочь мне найти Джефри, ничего не получилось, потому что тот словно канул в бездну. Мы не понимали, куда он пропал, и почему многие удивлялись, когда мы спрашивали о нём.
Решив, что лучше будет пройтись по поместью, я покинула комнату и медленно побрела по длинному коридору, внимательно вглядываясь в яркие картины, висящие на стенах. Казалось, словно я попала на съёмочную площадку исторического фильма, но я понимала, что всё вокруг реальное. Кажется, я научилась принимать свою новую реальность и уже немного свыклась с тем, что теперь у меня другая жизнь. Однако порой накатывала грусть: я боялась, что у меня однажды отнимут всё, что стало так дорого сердцу, что лишусь возможности находиться рядом с Тревором.
Замерев у приоткрытой двери и услышав знакомый голос, я почувствовала, как сильно затрепетало сердце в груди. Тревор находился, судя по всему, в покоях своей матушки. Краем глаза я смогла увидеть богатое одеяние женщины и тут же отшатнулась, надеясь, что прислуга – или что ещё хуже сама герцогиня, – не застукают меня за подслушиванием. Мне очень хотелось узнать, что именно женщина будет говорить обо мне, чтобы понимать, чего ждать дальше.
– Как ты мог выбрать себе в невесты какую-то беспородную шавку? – сокрушалась женщина. – Мне до сих пор стыдно, когда у меня спрашивают, где ты нашёл будущую жену и почему остановил свой выбор на ней.
– Мама, прошу тебя, не говори так о Кейтлин. Я люблю эту девушку, и ничто не изменит моего решения. Видит Бог, я и без того делаю всё ради семьи и империи, но что-то должно быть именно моё, идти от сердца. Понимаешь?
Женщина ничего не ответила, а у меня перехватило дыхание. Приоткрыв рот, я прислонилась к холодной стене и продолжила слушать.
– С Кейтлин мне стало гораздо легче нести непосильный груз, который лёг на плечи после смерти отца. Она вдохновляет меня на свершения. Пусть у неё нет титула, но она невероятно умная, целеустремлённая, одарённая и красивая девушка. Я не могу представить рядом с собой другую. Боюсь даже думать, что Кейтлин вдруг откажется от меня, исчезнет. Мне видится, что моё сердце просто перестанет биться.
– В одном ты прав – у неё нет титула, и она не подходит тебе! – заявила герцогиня, а я сморгнула слезу, потому что слова Тревора растрогали до глубины души.
– Хватит! – жёстко заявил герцог. – Мне надоело слушать о том, что я сделал неверный выбор. Оскорбляя мою невесту, ты оскорбляешь в первую очередь меня. Кейтлин прекрасно справится с обязанностями герцогини. То, что она близка к простому народу больше преимущество, чем недостаток. Даже император благословил нас на этот брак, поэтому чтобы ты ни попыталась сказать, мама, ты не сможешь помешать нам. Если бы отец был жив, он понял бы меня, поддержал в выборе и принял Кейтлин, как родную.
На мгновение повисло молчание, и я подумала, что пора уходить, чтобы не попасться, но что-то останавливало.
Герцогиня сдавленно всхлипнула и шумно выдохнула.
– Сейчас ты напоминаешь мне своего отца, Тревор. Он обладал таким же нравом…
Мне показалось, что слова мужчины затронули не только меня, но и смогли добраться до сердца его матери, поэтому я поспешила вернуться в комнату, чтобы никто не узнал, что в это мгновение я находилась рядом и всё слышала. Внутри появилось сильнейшее желание помочь Тревору, стать его вдохновением и отрадой, и я решила, что непременно привыкну к его дому и смогу принимать любую помощь, но в то же время не побоюсь и самостоятельно сделать что-то, чтобы облегчить работу прислуги.
Глава 53. Кейтлин
Прошло несколько месяцев после нашей помолвки. Страсти вокруг отбора постепенно улеглись. Никто не пошёл против императора, а расследование ничуть не помогло доказать, что провал на испытании подстроили специально. Я успешно окончила первый курс академии, сдала все нужные зачёты и теперь активно готовилась к свадьбе. Конечно, только на словах, потому что всё делали за меня, а я лишь с благодарностью принимала помощь слуг. Завтра должна состояться церемония, и я находилась в доме Тревора. Его мать приняла меня, пусть порой с тоской вздыхала по той жизни, которую она представляла для своего сына, но так и не смогла добиться осуществления своей мечты. Женщина смирилась с тем, что скоро я стану герцогиней и даже попыталась наладить со мной отношения. Не скажу, что попытка оказалась провальной, ведь герцогиня перестала оскорблять меня и смотреть на меня со жгучей ненавистью, без слов обвиняя в том, что не должна находиться рядом с её сыном. Она планировала отправиться в путешествие после нашей свадьбы, заявив, что теперь может заняться своей личной жизнью и, наконец-то, отдохнуть, пусть даже Тревор не понимал, почему она не сделала этого раньше. Единственное занятие, которое находила себе герцогиня в поместье – сватовство сына. Она пыталась выбрать ему невесту и сосватать ему Марлен, которая по её мнению идеально годилась на роль следующей герцогини. Вот только после помолвки леди Оуследн и графа Эльсбруга, герцогиня резко изменила своё мнение, сообразив, что такая сноха непременно постаралась бы сжить её со свету, чтобы получить полную власть над сердцем несчастного герцога.
Сидя в комнате с книгой в руках, где должна была провести свою последнюю девичью ночь, я всё думала, не оборвётся ли моя жизнь здесь так же резко, как в мире, где я была Алёнкой. Не случится ли так, что я выйду замуж за Тревора и исчезну? Страшно было даже просто думать, что станет с мужчиной, если он потеряет меня, ведь Тревор на самом деле любил меня. Я чувствовала его любовь, понимала, что это не пустые слова и звуки. И я любила его. Дышала этим мужчиной и боялась больше всего на свете потерять его.
Стук в дверь заставил резко спрятать книгу и подскочить с кровати. Я подумала, что пришли служанки, но когда увидела Тревора, облегченно выдохнула.
– Я принёс документы на твои земли, – мягким тоном произнёс мужчина. – Суд закончился. Всё, что принадлежало твоим родителям, теперь твоё, Кейтлин. Как ты и просила, над тётушкой сжалились и не стали серьёзно наказывать её. Андрэс поблагодарил за всё и пообещал, что позаботится о своей матушке сам. На службе твоего двоюродного брата этот суд никак не отразится, благодаря некоторой помощи, оказанной Йоханом.
Я удивилась, что даже Йохан принял во всём этом участие. Впрочем, парень, как я и чувствовала, оказался неплохим. Возможно, в другой жизни я смогла бы полюбить его. Вот только я находилась в этой и молила богов, чтобы они отправили принцу ту девушку, которая сможет сделать его по-настоящему счастливой и полюбит его так же сильно, как я люблю Тревора.
Прижав документы к себе, я глухо поблагодарила Тревора. Теперь я осталась совсем одна. У меня не было никого, кроме мужчины, которого я так сильно любила. Между мной и Тревором повисло напряжённое молчание. Мне страшно было нарушать эту тишину. Я боялась исчезнуть и потерять самое ценное, что сумела обрести здесь – любовь.
– Уже завтра наша свадьба. Нам так и не удалось отыскать библиотекаря. Мне страшно, что может случиться что-то дурное… В моей жизни всегда всё шло наперекосяк, а теперь стало каким-то чересчур идеальным. Страшно, что что-то может пойти не так.
Тревор вытащил документы из моих рук, положил их на комод, стоящий неподалёку, и прижал меня к себе. Утопая в его объятиях, я зажмурилась и уткнулась носом в грудь мужчины, а он стал успокаивающе поглаживать меня по спине.
– Не следует так переживать. Всё будет хорошо. Мы со многим справились, дело осталось за малым. Обещаю, что библиотекарь никак не сможет навредить нам, даже если попытается это сделать. Ему не попасть в этот дом, а если каким-то образом он и окажется на свадьбе, то его сразу же выставят. Если ты боишься, что он расскажет всем правду о твоём попадании – это ничего не изменит. Никто не поверит ему.
Я тяжело вздохнула и постаралась не думать о плохом.
Когда Тревор снова поцеловал меня, я смутилась, ведь скоро наша брачная ночь, а я оставалась девственной в обоих мирах. Впрочем, я имела представления, как всё должно происходить, и уже не могла дождаться этого мгновения. Мне хотелось стать ещё ближе с любимым мужчиной.
– Тревор, тебе следует уходить. Мы не должны видеться в ночь перед свадьбой, чтобы не накликать беду. Да и тебе не следует смотреть на свадебное платье, а его уже развесили здесь, – заволновалась я.
– Откуда в твою прекрасную голову прокрались столь неприятные предрассудки? – удивился мужчина, выпуская меня из объятий. – Вообще-то я уже видел твоё платье, ты ведь знаешь.
– Это примета из моего мира. Прошу, прислушайся ко мне. Хорошо? Я хочу, чтобы всё прошло успешно.
Тревор кивнул, чмокнул меня в губы и ушёл, пожелав мне спокойной ночи, а я приложила пальцы к губам и замерла, думая о том, насколько простой и сладкий был этот поцелуй.
Служанки пришли, чтобы помочь мне переодеться в ночное одеяние, но я попросила дать мне сделать всё самостоятельно, и они послушно покинули комнату, оставляя меня одну. К счастью, они не задавали лишних вопросов и, судя по всему, уже привыкли к некоторой моей самостоятельности.
Избавившись от роскошного наряда, подаренного мне супругом, я осталась в лёгкой сорочке и забралась под одеяло, вот только спать не хотелось. От волнения адреналин в крови увеличивался, и мне хотелось пробежать несколько километров или… полетать на метле, что тоже неплохо.
Интересно, все ли невесты чувствуют себя так же перед столь важным днём?
Я испытывала сильнейшее счастье и волнение одновременно. Страх то отпускал, то усиливался и становился практически нестерпимым.
– Не стоит трястись, как осиновый листок. Ты прыгать должна от радости, ведь тебе привалило столько благодати разом! – послышался знакомый голос рядом.
Я открыла глаза, думая, что этот голос померещился мне, не иначе, но он повторился снова:
– Ты же не думаешь, что сошла с ума в другом мире на радостях перед свадьбой?
Повернув голову в сторону, где, как мне показалось, исходили звуки, я едва сдержалась, чтобы не закричать: Джефри стоял у окна и с ухмылкой смотрел на меня. Внутри всё похолодело, сердце учащенно затрепыхалось в груди. Следовало ловить удачу за хвост и заставить мужчину поговорить со мной, ответить на все мои вопросы, а не поднимать на ноги слуг. Почему-то я чувствовала, что он не навредит мне, пусть и не была до конца уверена в нем.
Подскочив с постели, шокированная столь неожиданным визитом, я нацепила на себя халат и продолжила смотреть на своего нежданного и незваного гостя.
Невысказанные слова так и рвались наружу.
– Как вы посмели явиться сюда после того, что сделали? – возмутилась я. – Где вы скрывались? Почему побоялись поговорить со мной? Вы – жалкий человек!
Приблизившись к Джефри, я ткнула его пальцем в грудь, а он наигранно айкнул и потёр это место. Отсмеявшись, мужчина покачал головой:
– Так меня никто раньше не благодарил за новую жизнь.
– За новую жизнь? – переспросила я.
– Ты же прекрасно понимаешь, о чём я говорю?
Я ахнула, думая, на самом ли деле теперь это новая жизнь, которую никто не отнимет у меня?
– Я переместил твою душу в тело, созданное и выращенное специально для тебя. Это твой мир, твоя жизнь, твои воспоминания. Не стоит беспокоиться за бедную Кейтлин, потому что она – это ты. Я был всё это время лишь твоим проводником. Если бы я не поведал герцогу правду о твоём попаданстве, вы бы ещё долгое время ходили вокруг да около и не решились на столь важный шаг.
Я прикусила язык, слушая библиотекаря. Теперь многое становилось понятнее. Пусть я злилась на Джефри, но он на самом деле поступил так, как было лучше мне в тот момент. Если бы не он, я и не решилась бы рассказать Тревору правду. Между нами не возникла бы в таком случае столь сильная связь. Скорее всего…
– А что случилось со мной в том мире? Что произошло с Алёнкой?
– Ты действительно хочешь знать правду? – хитро сощурился Джефри.
Я уверенно кивнула, пусть и заметила сожаление во взгляде мужчины, словно ему проще умолчать правду, чем поведать её мне.
– Светофор вышел из строя. Поезд был вынужден задержаться, а потом его обесточило. Второй поезд врезался в него. В тот день произошла страшная полномасштабная авария в метро. Алёнка погибла с книгой в руках, а её – твоя – душа переместилась в лучшее тело, в лучший мир. Хочешь увидеть это?
Я кивнула, не до конца уверенная в том, хочу ли этого. Джефри приложил холодную ладонь к моему лбу, и перед глазами стали мелькать события из прошлого. Я читала книгу, свет замерцал, но я не обратила на это никакого внимания, увлечённая сюжетом, а потом вагон сильно тряхнуло. Жгучая боль пронзила всё тело, и я начала задыхаться.
Спустя мгновение я оказалась уже на кладбище у закрытого гроба, внутри которого лежала Алёнка. Дядюшка стоял рядом, не проявляя совершенно никаких эмоций, а его дети рыдали и говорили, что будут скучать без меня. Всё-таки они любили меня. Даже жена дяди тайком утирала слёзы, а он истуканом стоял и смотрел на меня, словно и не замечал вовсе.
Когда гроб стали закрывать, дядюшка приблизился к нему и провёл ладонью по древесине. В его глазах застыли слёзы.
– Такая молодая и так страшно погибла. Да простит меня твоя мама за то, что не смог уберечь тебя. Я был не лучшим воспитателем, но старался, как мог. Надеюсь, и ты простишь меня, племянница, ведь я не стал настоящим заботливым дядей, отцом, которым должен был стать для тебя.
Дядя быстро смахнул слезу и отступил.
Джефри отпустил меня, и я снова вернулась в своё настоящее. Горячие слёзы текли по щекам, а библиотекарь превратился в того старичка, которым я увидела его впервые в своем прошлом.
– Теперь мне пора уходить. Я выполнил свою задачу, а дальше всё зависит только от тебя.
– Почему именно я? – спросила я дрожащим голосом. – И как вы узнали, что случится в метро, ведь не случайно в тот день дали мне эту книгу?
– Мне ведано куда больше, чем другим… И мне стало жаль, что такая способная, старательная девчонка уйдёт из мира ни с чем, так и не пожив и не познав радостей жизни. Теперь у тебя есть всё. Будь счастлива, Кейтлин, и береги всё, что у тебя есть.
Слёзы снова застелили глаза и потекли по щекам.
– Спасибо, – прошептала я, а дедушка-библиотекарь исчез, растворился в воздухе.
Теперь я была уверена, что это моя жизнь, и я должна прожить её достойно.
Эпилог
– Можете поцеловать свою супругу, – уставшим голосом произнёс священник, а Тревор не медля ни секунды, притянул меня к себе и жадно впился в мои губы. В это мгновение он точно не думал ни о каких правилах приличия, ведь это был наш день, он принадлежал нам одним, и мы должны были брать от него всё.
Голова закружилась от упоительного поцелуя, а мелкая дрожь пронзила всё тело. Разорвав поцелуй, Тревор шепнул, что уже не может дождаться нашей первой ночи и мечтает как можно быстрее остаться со мной наедине, отчего по щекам пополз румянец. Я тоже хотела этого, но старалась запрещать себе думать, что будет дальше, чтобы не стоять перед гостями как красный помидор, потому что мысли о близости с любимым мужчиной до сих пор заставляли меня смущаться.
Мы повернулись к ликующим гостям. Матушка герцога украдкой утирала слёзы и шмыгала носом. Как бы она ни старалась строить из себя каменную леди, это получалось у неё с огромным трудом. Женщина радовалась за своего сына, и она окончательно приняла меня, как неотъемлемую часть его жизни.
Я заметила всхлипывающую Элизабет и улыбнулась ей. То, что девушка смогла вырваться на свадьбу, сильно поддерживало меня. Элизабет сидела рядом с Андрэсом. Мой двоюродный брат тоже пришёл поддержать меня, пусть его мать и запрещала ему, грозясь даже отказаться от него – об этом я узнала из её гневного письма, направленного по ошибке мне, а не сыну. А может, и не по ошибке? Кто знает? Может тётушка просто хотела напомнить о себе? Андрэс никогда не прислушивался к мфити Болонье, и ей оставалось лишь сыпать пустыми угрозами, ведь она не могла отказаться от своего единственного сына на самом деле.
Саливан со своей семьёй тоже пришёл разделить со мной столь радостный миг, именно он вывел меня к алтарю и со слезами сказал, что о такой чести не мог и мечтать. Нам обоим было жаль, что мои родители не дожили до этого мгновения, но я была уверена, что они наблюдают за мной с небес и присутствую рядом в этот счастливый день.
Заприметив в отдалении старичка-библиотекаря, я вздрогнула. Я понимала, что в облике Джефри он больше не сможет появиться, чтобы Тревор не приказал поймать его и заключить под стражу. Пока я не успела рассказать супругу правду, которую узнала от библиотекаря, но была уверена, что у меня ещё появится шанс сделать это.
Мужчина не стал портить нам свадьбу, подшучивая над нами, и я с благодарностью улыбнулась ему, а потом разглядела рядом с ним дядю. Я не могла поверить, что он пришёл на мою свадьбу. Уставший после тяжелого трудового дня, каким он выглядел обычно, приходя с работы, дядюшка кротко улыбался. Шокированно глядя на дядю, я думала – настоящий ли он, но по поведению библиотекаря понимала, что он на самом деле привёл его, чтобы показать, как устроилась его племянница в новом мире. Конечно, дядя может посчитать всё это сном, но я получила хороший подарок на свадьбу, снова увидев родное лицо, пусть у нас были и не самые лучшие отношения в прошлом. Благодаря вчерашним видениям прошлого я поняла, что каким бы ни казался дядя, он по-своему любил меня, пусть и не мог выразить свои истинные чувства.
Библиотекарь кивнул, показывая дядюшке, что им пора уходить, а меня пронзила мысль, что если библиотекарь – проводник, значит ли это, что дядя умер? Я взволнованно посмотрела на Поликарпия Варлаамовича, а он отрицательно помотал головой, давая знать, что дядя жив, что всё хорошо, но он не может более задерживаться в этом мире.
– Что ты там пытаешься разглядеть? – в недоумении спросил Тревор. – Мне пора начинать ревновать? Мы только обменялись клятвами, а мне уже кажется, что я становлюсь ревнивым мужем.
Я засмеялась и отрицательно помотала головой.
Потянувшись на носочках к уху мужчины, я шепнула:
– Это всего лишь прошлое постучалось в окошко, но теперь уже уходит, и впереди нас ждёт лишь счастливое будущее. Теперь я уверена в этом, Тревор.
– Снова ты говоришь загадками, – засмеялся мужчина, прижимая меня к себе за талию. – Давай получим поздравления, разрежем свадебный торт и сбежим отсюда?
Я улыбнулась, взяла своего супруга под руку, и мы вместе спустились к гостям, которым не терпелось поздравить нас. На свадьбу явилось немало знакомых, среди которых оказались преподаватели из академии, некоторые однокурсники и аристократы, приглашённые ради галочки. Все они радовались за нас и умилялись с пары, которую нам с Тревором удалось создать. Даже Йоханнес пришёл, чтобы поздравить нас, пусть я видела, что пока ему непросто принять тот факт, что я всё же стала женой его дяди. Я знала, что со временем он успокоится и поймёт, что ошибался насчет своих чувств ко мне, а пока ему нужно время, и я постараюсь сделать всё, чтобы он стал счастлив в будущем и не свернул с верного пути. Йоханнес доказал, что не зря доверилась ему, и я верила, что он может стать достойным правителем, если захочет. Он тот, кто сможет изменить будущее своего мира.
