Текст книги "Отбор в академии драконов, или Вынужденный брак для ведьмы (СИ)"
Автор книги: Этель Легран
Соавторы: Илия Телес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
В это мгновение я непроизвольно поставила себя на место Элизабет. Если бы мне сказали, что герцог больше не появится в академии, то я испытала бы похожие чувства, потому что больше не могла отрицать своё влечение к нему. И я понимала, что это тоже безответная любовь, которая совсем неуместна в нашем случае. Мы с Лизи были слишком похожи.
– Я узнала об этом не так давно, – ответила я, пожимая плечами.
– Сейчас зайдём в библиотеку и проверим. Всё равно ведь книги сдавать нужно, – пытаясь скрыть внутри боль, пролепетала девушка.
– Лиззи! – Я взяла её за руки и посмотрела в глаза. – Он не тот герой, который может сделать тебя по-настоящему счастливой. Ты достойна большего. Я слышала немало нелестных слов о Джефри. Кроме того, он староват для тебя. – Я прикусила язык, потому что Джефри был немногим старше герцога. Уверена, что впереди тебя ждёт другой мужчина, для которого ты станешь единственной и неповторимой.
– Ох, Кейтлин, я с самого начала знала, что у нас с ним ничего не сложится, но он смотрел на меня как-то особенно, как другие никогда не смотрели. Ты права, уверена, что я ещё встречу того, кто полюбит меня, и между нами не будет пролегать огромная пропасть.
Я заметила, что Элизабет непросто говорить, ведь Джефри привлек ее, однако она не озлобилась, как Йохан, и смогла отпустить свои чувства. Или сможет чуть позже.
Чего не скажешь обо мне. После разговора о ехидном лицемере-библиотекаре меня стало потрясывать от ярости.
Где он находился теперь?
Кому ещё успел разболтать правду о моём попаданстве?
И самое главное – поверят ли ему?
Страшно жить в неизвестности, когда в любой момент может прийти удар оттуда, откуда ты его совсем не ожидаешь. Библиотекарь рассказал герцогу, что я якобы монстр, похитивший чужое тело, и тут же сбежал из академии.
Кто ему заплатил за это?
От всех этих вопросов меня разрывало, потому что я не могла получить ответы на них и боялась.
Как только мы дошли до двери в библиотеку, передо мной возникла магическая вспышка. Я увидела размытое изображение на фоне голубоватого тумана, но оно быстро приобрело явные очертания. Это было послание. Текст гласил, что герцог желает встретиться со мной и ждёт меня в кабинете.
Удивлённая таким сообщением, я посмотрела на Элизабет.
– У вас такие близкие отношения с герцогом, что ты успела поделиться с ним своей магией? – спросила подруга, заворожено наблюдая за исчезающим магическим посланием. – Ты ведь говорила, что это ненастоящий брак?
– Да, – промямлила я.
Я попыталась вспомнить, когда именно могла поделиться с Тревором своей магией? Возможно, в тот момент, когда он пытался определить степень родства моих души и тела? Скорее всего именно так и обстояли дела на самом деле, потому что эта магическая вспышка отдаленно напоминала тот обряд.
– Всё сложно, Лиззи, – прошептала я, опуская голову.
Я сама запуталась в собственных чувствах.
Когда Йоханнес спросил: люблю ли я Тревора, я без тени сомнения хотела ответить ему «да».
А потом он сказал, что я стану изгнанницей, напомнил, что этот брак ненастоящий, пусть сам он не был уверен до конца в правдивости собственных выводов, однако в тот момент я испытала боль. Не из-за изгнания, жизнь в котором предстояла бы для меня не новой, нет… Потому, что однажды эта история закончится.
– Ты любишь его? – спросила подруга, заглядывая мне в самую душу, и я поняла, что хочу раскрыться перед ней, ведь наши отношения стали близкими, мы подружились, и я не могла всё держать внутри себя.
– Возможно, но значит ли это хотя бы что-то, если он не любит меня? Он согласился на фиктивный брак, который выгоден нам обоим в данный момент, но и речи не шло о чувствах или настоящих отношениях. Я не уверена, что даже просто симпатична ему, Лиззи.
– Уверена, что в ином случае он не стал звать тебя к себе в кабинет, – подмигнула подруга. – Иди, не заставляй герцога нервничать. Встретимся в практической, чтобы вырастить нашего Зеленоголова. – Элизабет прикрыла рот ладошкой и посмеялась. – И я ничуть не обижусь, если ты задержишься.
***
Перед тем как войти в кабинет герцога, я оправила юбки платья и с сожалением подумала, что поблизости нет зеркала, чтобы убедиться, насколько сносно выгляжу. Щёки вдруг запылали румянцем, стоило мне вспомнить слова Элизабет, что я влюбилась в Тревора Хербертсона. Таким чувствам в моём случае не должно быть места.
Занеся руку, я несколько мгновений помедлила и только после постучалась в дверь. Волнение усиливалось, а я никак не понимала – почему. Зачем герцогу вызывать меня к себе? Что такое срочное могло произойти, раз он воспользовался магией?
– Войдите, – ответил уставший приглушённый голос, и я поспешила войти.
Запнувшись на входе, я чуть было не растянулась на полу.
Да что со мной происходит? Такая неловкость!
– Да-арзак Хербертсон, я получила ваше магическое послание, – промямлила я, не найдясь с более удачной темой для разговора.
– Тревор. Зови меня просто Тревор, ведь теперь мы с тобой вроде как жених и невеста.
«Вроде как»…
В том-то и дело. И эта поправка отчего-то неприятно осела на языке горечью.
Я кивнула и осмелела: приблизившись к столу мужчины, я присела напротив него и посмотрела ему в глаза.
– Прости, что воспользовался твоей магией без разрешения, но так было проще всего отыскать тебя. Ты чересчур неуловимая и даже почтовые гномы не сразу добираются до своего адресата, – извинился Тревор, а я хихикнула.
Наверное, так сказывалась привычка сливаться с тенью и избегать встреч с принцем. Да и вообще со всеми, кроме Элизабет и герцога. Тревор глядел на меня с теплотой, совсем не так, как раньше, когда считал меня странной после навязанного поцелуя. Меня бросило в жар, но я тут же заставила себя собраться.
– Понимаю, что была весомая причина для разговора… – подтолкнула мужчина я, потому что его пронзительный взор смущал.
– Именно так, – кивнул Тревор. – Мне удалось узнать кое-что о твоём прошлом. Когда твои родители погибли от ужасной лихорадки, твоя тётушка была вынуждена приютить тебя, но она рассказывала тебе наверняка не всю правду. Мфити Болонье постаралась скрыть земли, которые принадлежали твоей семье, а теперь тебе, Кейтлин. Конечно, всё это может показаться странным, ведь ты считаешь, что оказалась в чужом теле и не воспринимаешь его за своё. Мне удалось выяснить, где находится могила твоих родителей из этого мира. Возможно, посетив её, ты смогла бы что-то понять для себя, мы могли бы понять вместе…
Я задумалась. Вспомнила, как слова тётушки пробудили внутри какие-то далёкие отголоски прошлого из детства, где я видела свою настоящую маму. Возможно, оказавшись на могилах родителей настоящей Кейтлин, я на самом деле смогла бы что-то прояснить, понять для себя.
– Я пойму, если ты не захочешь этого делать, и я не настаиваю, – мягко продолжил Тревор. Его голубые глаза, казалось, искрились нежностью.
– Всё в порядке. Мне хотелось бы посетить их могилу и понять, есть ли связь между той жизнью, которую мне пришлось покинуть, и этой…
– Тогда я думаю, что нам не следует откладывать. Мы могли бы пойти прямо сейчас.
– Сейчас? – опешила я, пискнув.
– Если ты не готова, я не настаиваю…
Во взгляде Тревора читалась тревога. Видно было, что мужчина переживает за меня, поддерживает и заботится. И мне становилось невероятно тепло от его отношения. Вместе с ним я готова была прямо сейчас столкнуться со своей судьбой.
– Я долгое время думал о твоём попадании, – Тревор обхватил подбородок пальцами и качнул головой. – Связь родства и тела говорит о том, что попадания как такового не произошло. Копаясь в теории и практике многих магов, работающих с попаданцами и теми, кто считал себя таковыми, мне удалось найти кое-что… Ты веришь в реинкарнацию и прошлую жизнь, которая могла быть у тебя?
Я помотала головой. Если бы у меня была прошлая жизнь, то не такая современная как эта. Вряд ли мир смог уйти в развитии настолько далеко назад.
– Возможно, твоя прошлая жизнь наложилась на настоящую, из-за чего ты и стала чувствовать себя чужой в этом мире. Следует проверить эту теорию.
– Да, я готова, – уверенно кивнула я.
– Тогда я открою портал отсюда, чтобы нам не тратить время. Не думаю, что лишнее магическое волнение в кабинете герцога кого-то заинтересует.
Тревор встал из-за стола и приблизился ко мне, протягивая руку. Я вложила пальцы в его широкую ладонь и почувствовала сильнейшую дрожь, пробежавшую по телу. Голова пошла кругом от соприкосновения с мужчиной, от его заботы, которая окутывала меня лёгкой вуалью. Безотрывно глядя мне в глаза, Тревор потянул на себя, и я встала на ноги.
– Нам следует поторопиться, чтобы вернуться до отбоя.
Я открыла рот, чтобы сказать что-то о совместной работе с Элизабет, но тут же мысленно попросила у подруги прощения и пообещала себе, что однажды расскажу ей о себе больше, чем могу сказать сейчас. Пусть пока думает, что я задержалась и не смогла прийти из-за сильной любви к герцогу. Кончики ушей стало покалывать от мыслей, посетивших голову, но я тут же отмела их от себя. Я отправляюсь с Тревором на кладбище, поэтому ни о какой романтической чепухе точно думать не должна.
Герцог вытянул руку, щёлкнул пальцами и произнёс заклинание призыва портала. Из маленькой точки водоворотом разрослось громадное окно, внутри которого сияли всполохи различных цветов и оттенков. Все бумаги на столе герцога зашелестели, а он сжал мою руку и потянул меня за собой.
– Нам следует поторопиться, Кейт, пока мой кабинет не превратился в груду разорванных документов и разбитых зелий.
Нырнув в воронку, я почувствовала себя чересчур лёгкой, словно оказалась в космосе, а через пару мгновений крепкие руки герцога прижали меня к себе. Утопая в объятиях Тревора, я не успела и слово сказать, как ощутила твёрдую почву под ногами, вдохнула запах свежескошенной травы и сырой земли.
– Мы на месте, – произнёс Тревор, мягко скользя пальцами по моему телу, очерчивая его изгибы и выпуская меня из объятий.
Мы на месте…
Я обернулась и заметила громадную могильную плиту, на которой были изображены счастливые супруги. Светловолосый лорд прижимал к себе женщину с яркими каштановыми волосами и выразительными карими глазами.
– Не может быть, – пролепетала я. – Это же моя мама…
– Твоя мама? Ты уверена, Кейтлин? А что насчёт отца? – спрашивал Тревор, заставляя меня вырваться из поволоки вопросов, затмевающих сознание.
– Я его никогда не видела, ничего не знаю о нём, – помотала головой я, обескураженная. – Даже фотографий его у нас дома не осталось. Мама не хотела рассказывать о нём, но в том мире, в том другом теле у меня были точно такие же светлые волосы, как у мужчины с фотографии, точно такие же глаза.
Тяжело вздохнув, я вспомнила своё прошлое, мир, который оставила не по собственной воле, но все же не желала в него возвращаться.
– Не могу поверить, что это правда. Когда в академию явилась тётушка, я вспомнила кое-что из детства Кейтлин. Тогда мне показалось, что воспоминания на самом деле наложились друг на друга, потому что я видела свою маму, а теперь вижу её снова и не могу понять, где правда, а где вымысел. Почему у нас с ней одна мать на двоих?
Вопрос застыл в голове, осел горечью на языке.
Я вздрогнула, испуганно посмотрев по сторонам, потому что кто-то мог услышать наш разговор с Тревором и узнать, что я – монстр. Или нет? Я уже и сама сомневалась в том, что не сошла с ума, что на самом деле попала в чужое тело. Вдруг Тревор прав? Что если история с книгой просто померещилась мне? История с жизнью в другом мире? Мой дядя?
Мелкая дрожь пробежала по коже, а Тревор молча прижал меня к себе. Утопая в объятиях мужчины, я смогла ненадолго успокоиться, взять себя в руки, чтобы не разрыдаться от собственного бессилия. Эта книга словно слилась со мной, словно стала моей историей, моим миром. И отчего-то это немного пугало.
Но разве такое возможно?
Конечно, похожие ощущения частенько испытываешь, когда с головой погружаешься в сюжет и запоем читаешь книгу от корки до корки, но тут другая ситуация.
– Возможно, моя теория о наложении одной из прошлых жизней на эту справедлива? – спросил Тревор, с тревогой посмотрев мне в глаза.
Я лишь пожала плечами, потому что до конца не осознавала происходящее. Хотелось бы мне верить, что это так, что это тело моё, но почему-то казалось иначе.
– На тебя слишком многое свалилось, – пробормотал Тревор и покашлял, прочищая горло. – Сначала истязания тётушки, которая пыталась сделать из тебя истинную леди и выгоднее продать «товар», потом напряжённая учёба, чтобы своими силами поступить в академию, вступительные экзамены, непростые отношения со студентами и, наконец, ухаживания Йоханнеса. Воспоминания могли наложиться из-за огромного количества пережитых стрессов. Такое случается, и ты быстро сможешь восстановиться, если вовремя успеешь осознать это.
Мне вдруг показалось, что Тревор пытается оправдать моё попадание любой ценой. Мужчина словно цеплялся за идею наложения прошлой жизни на настоящую, чтобы остаться рядом со мной. Или мне просто хотелось думать именно так?
– Что происходит в вашем мире с попаданцами? – вдруг спросила я, отрывая голову от плеча герцога и заглядывая ему в глаза. – Я имею в виду до того, как на них выйдут те, кто убивает монстров.
– Чаще всего они сходят с ума. Обычно в этот мир проникают сильные магические существа с желанием захватить мир. У них ничего не получается, и они быстро сдают себя. Я не встречал других попаданцев.
– Я другая, – с уверенностью парировала я. – У меня нет мании величия, нет желания захватить мир. Я просто хочу выжить в нём, и я уверена, что попала сюда из другого мира.
Тревор кивнул. Видно было, что ему сложно сдерживаться, но он не стал продолжать бессмысленный спор.
Всё ещё стоя в объятиях своего фиктивного жениха, я ещё раз покосилась на камень и обвела взглядом своих родителей. Мне так сильно не хватало мамы. Я переживала, что у меня не осталось даже её фотографии, когда я оказалась в этом мире, боялась утратить её образ, забыть со временем, и вот теперь я вижу её. Снова. На глаза навернулись слёзы, поэтому пришлось отвести взгляд. Мне не хотелось плакать в присутствии Тревора.
– Мы во всём разберёмся. Я обещаю тебе, что сделаю всё возможное, Кейтлин. Тебе станет известна вся правда, даже если нам придётся побороться с самой судьбой.
– А если я просто исчезну? Таким же странным образом, как и появилась?
Я сама не знала, зачем задавала этот вопрос. Тревор и без того давал мне больше, чем я могла рассчитывать получить от него. Прикусив язык, я уже хотела перевести тему, но заметила, как кожные покровы на лице мужчины побледнели, а желваки передёрнулись.
– Не исчезнешь… Я не позволю тебе покинуть меня, – мягким, бархатистым голосом произнёс герцог.
Взгляд залип на губах мужчины. Мне захотелось потянуться к ним, снова ощутить их нежные прикосновения.
Волнение разлилось внизу живота томительной негой, но я напомнила себе, что нахожусь у могилы собственных родителей с фиктивным женихом. Мне не следовало забывать, что мы с Тревором не можем влюбиться. Он достоин другой невесты. Да и нельзя целоваться на кладбище.
Заметив, что он тоже смотрит на мои губы, я поёрзала и выбралась из объятий мужчины. Нельзя нам обниматься и делать вид, что мы любим друг друга. Это может причинить сильнейшую боль, когда мы будем вынуждены расстаться. Ему вряд ли тяжело, а вот моё сердце разорвется на части.
Приблизившись к могильной плите, я провела подушечками пальцев по ледяному камню и шумно выдохнула. Родители смотрели на меня, словно были живыми, словно могли сказать мне что-то, вот только лёд, исходивший от камня, напоминал, что они уже не смогут сделать этого.
– Расскажешь мне о том мире, из которого ты пришла сюда, Кейтлин? – поинтересовался Тревор приглушенно.
Я вздрогнула и обернулась в сторону мужчины. Наши взгляды снова пересеклись, и я постаралась долго не смотреть на него, потому что всё глубже проваливалась в омут запретных чувств.
Глава 42. Тревор
У меня едва хватило сил, чтобы не притянуть Кейтлин к себе и не впиться в её губы. Властно, по-собственнически, ведь теперь я имел на это все права. Она стала моей невестой, и мне казалось, что наш брак будет скорее настоящим, чем фиктивным. Впрочем, загадывать наперёд я не спешил: Кейтлин растеряна, и мне не хотелось добивать её признаниями в своих чувствах. В чувствах, в которых я пока и сам толком окончательно не разобрался. Физическое влечение не всегда можно назвать любовью. Вдруг во мне проснулся эдакий «Йохан»? Непризнанный покоритель женских сердец?
Для начала нам нужно разобраться с состоянием Кейтлин, понять: попала она в этот мир каким-то чересчур странным способом или на самом деле жила в нём, а для этого потребуется время. Обратиться за помощью к высшим магам я не смогу, потому что в этом случае они непременно доложат о «попаданке» императору. Я должен защищать Кейтлин любой ценой.
– В том мире есть много всего, чего нет в этом, – начала свой рассказ Кейтлин. – Если здесь правит магия, то там технологии. Люди не пользуются порталами для передвижений, не могут превращаться в волшебных существ. В том мире есть автомобили, поезда, самолёты. Много различной техники. Рассказывать очень долго, если тебе будет интересно, я расскажу обо всём подробнее.
– Что насчёт тебя? Какой была твоя жизнь в том мире с технологиями? Наверное, это ужасно скучно? Жить без магии?
– Честно говоря, об этом не задумываешься. Технологии наравне с магией дают многое, – улыбнулась Кейтлин. – Однако у меня не было возможности пользоваться всеми. Всё зависит от уровня дохода. Я была бедной студенткой, которая жила с дядей и почти все свои доходы отдавала ему.
– С дядей? – переспросил я, пытаясь провести параллель.
В этом мире Кейтлин жила с тётушкой, а там у нее был дядя? Это интересно, но детали не желали собираться в цельную картину. Как она смогла переместиться из одного мира в другой, да ещё и в иное тело?
– Да. После смерти мамы меня приютил дядя. Не скажу, что прожитая жизнь с ним ужасна, но и прекрасной её не назовёшь. Я была для него Золушкой, обузой… Помогала ему с детьми, делала работу по дому.
– Золушкой? – снова переспросил я, потому что не совсем понимал смысл этого слова.
– Да, – Кейтлин хохотнула. – Конечно, в вашем мире, наверное, не слышали сказку о девушке, которую мачеха заставляла выполнять всю чёрную работу, всячески унижала её, не пустила на бал, но с помощью своей феи-крёстной Золушка всё-таки смогла очутиться там и в итоге стала женой принца.
– В вашем мире слишком приукрашивают фей, – посмеялся я. – Не скажу, что они отвратительнейшие существа, но и делать что-то для кого-то просто так не станут. За каждую услугу феи назначают чересчур высокую цену.
Кейтлин кивнула, а я смотрел в её глаза и утопал в них. Только сейчас я смог окончательно разглядеть её красоту и теперь хотел любоваться девушкой, держать её рядом с собой и никуда не отпускать. Что со мной происходило?
– Получается, что тебе не повезло ни с дядей, ни с тётей? – с сожалением спросил я.
Кейтлин пожала плечами в ответ и тяжело вздохнула. Ещё раз посмотрев на могилу родителей, ведьмочка смахнула слезу, которая покатилась по её щеке, и поглубже втянула в легкие воздух.
– Что будет теперь с отбором? Йоханнес сказал, что не желает продолжать его, что на следующем испытании заявит о своём решении.
Я рсознал, что она попыталась перевести тему разговора, чтобы не думать о своём прошлом и о трагичной судьбе, которая затронула её в обоих мирах. Мне хотелось бы сказать, что теперь всё будет иначе, но я не готов давать обещания, пока не разобрался в себе.
– Йохан не так глуп, как может показаться. Он не пойдёт настолько категорично против решения своего отца. Ему нужно время, чтобы успокоиться. Принцу ещё никто и никогда не отказывал. Он пока зол на тебя, на себя, на меня, но на этом всё. Я надеюсь, что он всё же успокоится.
Я предложил Кейтлин взять меня под руку, и мы медленно двинулись в сторону поместья. Возможно, в её голове всколыхнутся хоть какие-то воспоминания в стенах, где ведьмочка провела своё детство.
– А если нет? Что будет тогда? Как ты справляешься с обязанностями, которые взвалил на твои плечи титул герцога?
– Не скажу, что это легко, – засмеялся я. – До того, как мой отец погиб, у меня были свои планы и мечты, но им не суждено было реализоваться. Пришлось слишком рано повзрослеть. К тому же поведение матери оставляло желать лучшего с её ярым желанием поскорее женить меня. Будь моя воля, я бы не стал нянчиться с капризным избалованным принцем, но император знал, кому поручить отбор. Придётся убедить Йохана, что он должен выбрать себе первую наложницу, в ином случае разразится скандал, и первой полетит моя голова.
Кейтлин приглушенно ахнула.
– Из-за меня ты можешь лишиться головы?
Она переживала за меня? Теплое чувство разлилось в душе, и я не смог скрыть улыбку. Приятно, что она беспокоится обо мне.
– Не из-за тебя, конечно, а из-за Йохана… – посмеиваясь, ответил я. – И не всё настолько буквально. Меня могут лишить титула, как-то наказать…
– Может, мне следует вернуться и продолжить участие? Я могла бы проиграть сама. Ты ведь мог создать для меня такие условия, в которых я бы проиграла?
Кейтлин широко распахнула глаза, словно открыла для себя прописную истину.
Конечно, мог…
Но я предпочёл согласиться на её предложение с фиктивным браком, потому что уже давно испытывал сильнейшее влечение к девушке, пусть и пытался отвергать его.
Ведьмочка остановилась, повернулась ко мне лицом, и наши взгляды встретились в пламенной «войне», в которой точно не будет победителей.
– Не стоит думать о том, что я мог сделать, а что нет, ведь дороги назад уже нет. Мы с тобой уже помолвлены, Кейтлин Агресс, и я не хочу расторгать нашу помолвку.
Щёчки ведьмочки заалели от смущения, а в глазах появился нескрываемый восторг. Я взял её за руки и прижал их к своей груди. Вот только поцелую так и не суждено было случиться, потому что крестьяне, работающие на полях, заметили нас и поспешили поприветствовать свою настоящую госпожу.
Глава 43. Кейтлин
Тревор отпустил мои руки и лёгким кивком указал, что мне следует обернуться. Мы совсем забыли о крестьянах, работающих на полях. Конечно, нас никто не мог скомпроментировать, ведь мы с герцогом были женихом и невестой, но правила приличия не позволяли целоваться с женихом до свадьбы.
Пожилые люди широко улыбались, двинувшись в нашу сторону. Они склонились перед герцогом в поклоне, и я не сразу поняла, что и передо мной тоже.
– Госпожа, как вы похорошели! – произнёс один из мужчин.
Кажется, Саливан.
Я вспомнила его!
Сердце бешено заколотилось в груди, а дыхание спёрло от нахлынувших воспоминаний. Я будто бы вернулась в прошлое, где была ещё маленькой девочкой и вместе с родителями выезжала на поля, чтобы угостить крестьян обедом.
– Саливан, ну как обстоят дела сегодня? – спросил отец, на шее которого я сидела, вцепившись в его светлые кучерявые волосы.
Я обожала кататься на шее отца, а он частенько усаживал меня, даже когда мама говорила, что я стала слишком тяжёлой.
– Всё хорошо, господин. Урожай в этом году будет что надо! – ответил мужчина и подмигнул мне.
Тогда Саливан выглядел куда моложе, бодрее, а теперь от непосильного труда он сильно осунулся и постарел. Вероятно, тётушка не сильно жаловала рабочих, и мне захотелось исправить эту ситуацию, когда я смогу вернуть земли в свои руки.
Крестьянам нужно давать больше отдыхать, уважать их, и тогда они будут работать усерднее, выполнять больше работы за короткий промежуток времени – этого правила всегда придерживались родители.
«Жадность никого до добра не доведёт», – говорил отец.
Перед глазами снова замерцало. Теперь уже маленькая я бежала по полям и утопала в объятиях Саливана.
– Мы с мамой принесли для вас угощения, Саливан! – звонко смеясь, сказала я, а мужчина вытащил из кармана маленькую соломенную куколку и протянул мне.
– Смотрите, госпожа, что я сделал для вас.
На глаза навернулись слёзы.
Я видела эту куклу в вещах Кейтлин, но не придала ей никакого значения, а теперь всё вспомнила. Мне казалось, что это что-то вроде куклы Вуду, которая должна быть в арсенале каждой ведьмы, а теперь захотелось прижать её к себе, как тёплое воспоминание из прошлого.
Голова закружилась, а меня посетило очередное видение, от которого сердце болезненно сжалось в камень.
– Госпожа, всё будет хорошо! Ваши родители непременно справятся с заболеванием.
– Саливан, они умирают! Почему я не обладаю магией жизни? Почему не могу помочь им? – спросила я у мужчины, который всячески пытался поддержать меня во время лихорадки, скрутившей сначала отца, а потом и мать.
Герцог сжал мою руку, вероятно, заметив моё смятение, и тепло улыбнулся, заглядывая мне в глаза. Он вырвал меня из этого болезненного, мучительного мгновения, и я с благодарностью посмотрела на герцога.
– Всё в порядке, Кейтлин?
– Да, – выдохнула я. – Простите. У меня просто голова закружилась. Наверное, я перегрелась на солнце.
– Госпожа, вам следует отдохнуть в поместье. Там прохладнее, – забеспокоился Саливан.
– Конечно. Спасибо за всё, Саливан. Вы всегда поддерживали меня. Я до сих пор бережно храню ваш подарок.
На глаза мужчины навернулись слёзы, а я обняла его, совсем как в прошлом. Хоть мужчина и был слугой в нашем доме, но я относилась к нему, как к отцу. Родители никогда не принижали слуг, всегда уважительно относились к ним и не гнушались разделить с ними свой обед.
Попрощавшись с Саливаном, мы с Тревором продолжили свой путь. Герцог не решался задавать вопросы, а я не знала, с чего начать. Мы шли в тишине, однако волнение не отпускало меня. Почему я стала принимать жизнь Кейтлин за свою? Почему эти воспоминания казались настолько настоящими? Почему я чувствовала всё так, словно на самом деле переживала всё это ранее? Вопросы не отпускали. Их становилось больше, а я всё никак не могла успокоиться и найти ответ хотя бы на один из них.
– Я вспомнила его, – первой нарушила тишину я.
– Я заметил это по твоему потерянному виду. Кейтлин, тебе не следует сейчас так остро относиться к этим воспоминанием. Что бы ни было, ты – настоящая. Ты такая, какая ты есть. Даже если тебе пришлось занять чужое тело, ты – настоящая.
От слов Тревора на глаза вновь защипало. Наверное, мне важно было услышать именно такие слова, поэтому эмоции выплескивались через край. Я с благодарностью улыбнулась и кивнула, продолжая смотреть под ноги на сочную притоптанную зелень на тропинке. В детстве я любила утопать в этой зелени, часами лежать в густой сочной траве и любоваться плывущими по небу облаками, представляя, что, когда вырасту, непременно стану женой прекрасного рыцаря, что он будет любить меня точно так же, как отец любит мать.
Мы добрались до поместья, которое когда-то принадлежало моим родителям, а теперь мне, и я залипла взглядом на крыльце, с которого меня забирала тётя.
Уже не маленькая, но и не успевшая повзрослеть потерянная девочка стояла на крыльце рядом с чемоданами в окружении служанок, а тётушка с презрительным фырканьем прицокнула языком и кивнула в сторону кареты.
– Поторопись, Кейтлин, ненавижу ждать.
Она даже не позволила мне попрощаться с Саливаном, с крестьянами, которые были близки и дороги мне.
Я всхлипнула, а Тревор, словно почувствовал моё волнение, прижал к себе.
– Если ты не готова заходить внутрь, мы просто вернёмся в академию, – предложил мужчина, а я подняла взгляд и посмотрела на него, думая, готова ли я.
Воспоминаний обуревало слишком много, и все они оказались болезненными. Готова ли я встретиться с призраками из прошлого, которые будут ждать внутри дома?
– Я справлюсь! – кивнула я, и мы с Тревором переплели пальцы наших рук.
Затем мы поднялись по ступеням крыльца и вошли в дом. Нас никто не встретил даже после отклика, словно в поместье не существовало прислуги. Скорее всего, тётушка если не всех, то большинство уволила, ведь никого не нужно было обслуживать, лишь поддерживать поместье в порядке. А платить лишние деньги мфити Болонье никому не станет, скорее, удавится за копейку.
Мне стало интересно, собиралась ли она рассказать мне о поместье?
Вернуть его мне?
Конечно же, нет.
Тётушка внушала Кейтлин, что у неё ничего не осталось.
Что она – бедная сирота, которой родители не оставили ничего в наследство кроме дурного характера.
Мне приходилось собственными силами пробиваться в этой жизни, учиться сутками напролёт, чтобы блестяще сдать вступительные экзамены и попасть в академию. Впрочем, ничего не изменилось, ведь в ситуации с дядей всё было практически так же. За небольшим исключением – он не пытался выгодно отдать меня замуж и, кажется, по-своему любил меня. Любил так, как умел это делать алкоголик, у которого в жизни есть одна страсть, а всё остальное – сопутствующее, что вспоминаешь на трезвую голову и ненадолго.
Единственная, случайно встреченная служанка предложила приготовить чай, промямлив, что в доме нет совершенно никаких угощений, но Тревор лёгким взмахом руки дал понять, что мы в этом не нуждаемся и пришли просто осмотреться. Женщина отступила, а я пошла в кабинет отца, где так сильно любила проводить время.
У меня не было совершенно никаких воспоминаний об отце Алёны, но так много об отце Кейтлин. Их мне не хватало. Мне всегда хотелось, чтобы у меня, как и у всех детей, папа присутствовал все время по мере взросления, и теперь я чувствую – он был.
Войдя в кабинет, я приблизилась к столу, за которым отец часто проводил время, решая бумажные вопросы. Я обожала запах бумаги и чернил. Теперь уже он выветрился, ведь никто давно не работал здесь, о чём говорил тонкий слой пыли. Казалось, женщина, которую мы встретили, в одиночку присматривала за большим, потерявшим презентабильный вид домом. На сердце становилось тяжело от осознания, что красивые гобелены из моих воспоминаний обветшали, шторы потемнели – кое-где их будто бы погрызла моль, – даже шикарные заморские ковры, привезенные отцом, попросту исчезли. Не удивлюсь, если тетушка успела их продать, включая все рстальное, что несло хоть какую-либо ошутимую ценность.
– Снова вспомнила что-то? – взволнованно поинтересовался Тревор. Он с заботой коснулся моего плеча, после чего чуть приобнял.
Меня окутало приятным теплом, и я смежила веки, наслаждаясь кратким мигом уюта.
– Да. Я была здесь. Могли ли воспоминания тела вернуться?
Чтобы не пропустить реакцию герцога, послужившую ответом, я тотчас повернулась к мужчине.
– Такое допустимо, наверное, – пожал он плечами.
– В этом мире отец любил меня. Не знаю, могу ли я называть это тело своим, ведь если вселилась в чужое, значит, отняла чью-то жизнь.
