Текст книги "Мой дерзкий защитник (ЛП)"

Автор книги: Энджел Лоусон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

ЭПИЛОГ

Шелби

Толпа у стадиона настолько большая, что в ней трудно ориентироваться. Тысячи болельщиков собрались здесь на финальную игру сезона против Милтона. Не могу представить, на что будет похожа «Замороженная четверка» в Чикаго через несколько недель.

Надя говорила, что они с Твайлер будут ждать меня у бокового входа, но я застряла между болельщиками в красно-чёрных футболках и уже почти уверена, что мне никогда не выбраться.

– Шелби! Сюда!

Я поднимаюсь на цыпочки, выглядывая из-за подростка, который больше интересуется телефоном, чем происходящим вокруг.

– Привет! – кричу я и машу рукой, когда замечаю Надю, подпрыгивающую, чтобы привлечь моё внимание.

С трудом, но я всё-таки пробираюсь через поток людей и наконец добираюсь до них.

– Простите, что опоздала. – Надя тянется ко мне с объятиями. – Самолёт полчаса стоял на взлётно-посадочной полосе и не выпускал нас.

– Главное, что ты успела, – улыбается она. – Ты взволнована? Это ведь твоя первая игра.

– Ещё как. – Майк заранее подготовился к моему отсутствию на работе, так что я действительно смогла прийти. Я бросаю взгляд на гигантскую толпу. – Я сделала неплохой выбор, для первой игры, правда?

– Да, будет жарко, – Твайлер, похоже, уже с головой ушла в игру. – Но если никто не начнёт вести себя, как кретин, у них есть все шансы.

– Шел, мне нужны подробности. Всё, что я знаю, это версия событий, произошедших в Техасе, из рассказа Акселя, – говорит Надя, закатывая глаза. – Но мне нужен первоисточник. Он не самый надёжный сплетник.

– Мы можем сделать это внутри? – Твайлер начинает продвигаться к зданию.

– Поддерживаю – Я поёживаюсь. – Уже скучаю по тёплой погоде Техаса.

– Ох, и не говори, – соглашается Надя. Она родом из Флориды, где круглый год ещё теплее.

– Вот твой браслет. – Твайлер достаёт из кармана тонкую бумажную ленту.

Рид говорил, что оставит мне билет, и что я просто должна встретиться с девчонками, чтобы его забрать. Я протягиваю руку и закатываю рукав, чтобы она закрепила его на запястье.

– И ещё кое-что. – Надя протягивает мне джерси. Форма Уиттмора.

Я разворачиваю его и сразу узнаю один из новых дизайнов. Переворачиваю и вижу фамилию Рида на спине. У меня в животе оживают бабочки от осознания того, что он хочет видеть его на мне. Как он и говорил, когда мы только встретились, если бы он был моим мужчиной, то не стеснялся бы заявить обо мне всему миру.

– Сегодня вечером презентуют новую линейку мерча, – объясняет Твайлер. – Хотят поднять боевой дух перед финалом. Даже если они проиграют сегодня, всё равно пройдут дальше, но если победят, сразу попадут в топ-6. Департамент спорта хочет использовать момент.

Твайлер ведёт нас к боковому входу, где, как она знает, работает знакомый охранник.

– Привет, Твай, пришла посмотреть, как наш мальчик сегодня всех порвёт? – усмехается охранник.

– Ему бы лучше так и сделать. – Она протягивает руку, и он сканирует её браслет. Мы с Надей следуем за ней.

– Уверена, они справятся, – говорю я.

– Спасибо, Стэн, – машет ему Твайлер.

– Ты что, знаешь всех на кампусе? – спрашиваю я, догоняя её в коридоре. Она всегда водит нас через какими-то потайными дверями и закрытыми проходами.

– Одни и те же охранники работают на всех играх. Баскетбол, футбол, хоккей. А Стэна я знаю ещё со времён учёбы. Он клёвый.

– Так, мы внутри, – Надя толкает меня локтем. – А теперь выкладывай. Что было в Техасе? Ты и Рид.

– Честно? Я была в шоке, что он приехал. – Я улыбаюсь при воспоминании. – Это был нифига себе сюрприз.

– Но сюрприз был приятным? – подмигивает она.

– Более чем.

Пока мы идём по длинному коридору, я рассказываю девчонкам, как всё было. Как я поехала домой, чтобы окончательно разорвать отношения и сказать родителям, что переезжаю на восточное побережье. Как никто не был в восторге от этого и как вдруг появился Аксель. А потом неожиданно оказалось, что в моей комнате ждет Рид.

– Я сказала ему, что люблю его. А он, что хочет, чтобы я вернулась и осталась в Поместье.

– Ещё бы, – сияет Надя. – Ты трахала его? В доме своих родителей? Держу пари, они бы с ума сошли!

– Господи, Надя! – Твайлер бросает на неё осуждающий взгляд. – Ты не можешь просто так спрашивать людей о таких вещах!

Я лишь пожимаю плечами, но предательская улыбка выдаёт меня с головой. Да, я пробралась в гостевую комнату, когда все уже спали, и мы с Ридом определенно помирились.

– О да, – Надя улыбается во весь рот и поднимает ладонь. – Ты определённо его трахнула!

Я закатываю глаза, но всё равно хлопаю её по ладони, сама не веря, как изменилась моя жизнь. Теперь мы ходим на хоккейные матчи, чтобы поддержать своих парней, носим футболки с их именами и болтаем о сексе, как будто в этом нет ничего особенного.

Это то, чему меня научили мои новые друзья. И Рид. Секс не что-то постыдное или запретное. Но он все равно очень важен из-за того, какой силы чувства вызывает во мне. Я и представить не могла, что любовь и секс могут быть такими интенсивными. Пока он не показал мне это.

Твайлер, которой до моего любовного откровения дела нет, а внимание полностью сосредоточено на игре, идёт вперёд, ведя нас ко входу на нижний ярус трибун. Свет, шум и рев толпы обрушиваются на меня, и я замираю, глотая эмоции. Мы поднимаемся на несколько рядов и находим свои места.

Перед тем как сесть, я скидываю куртку и натягиваю через голову широкое джерси.

Сидящий сзади парень улыбается.

– Крутое джерси!

– Спасибо, – отвечаю я.

И только тогда замечаю, что происходит вокруг. По всей арене мелькает новый мерч с дизайном Рида.

– Боже мой, девчонки, – я толкаю Надю в плечо, – гляньте!

Так как мы зашли через боковой вход, то не видели фан-зоны с продажей атрибутики. Но то, что я вижу сейчас, гораздо больше, чем просто несколько джерси. Дизайн Рида красуется повсюду: на кепках, шарфах, нашивках и сумках. Всё украшено его дерзким ретро-барсуком или новым шрифтом, даже галстуки с вышитым зверьком и футболки с его принтом.

– Это потрясающе, – Твайлер смотрит кругом. – Я и представить себе не могла, что всё будет настолько масштабно.

Рид создал не просто принт для джерси или что-то там на один раз. Он придумал целый бренд. Новый стиль, новое настроение, новую энергию для всей команды.

Я замечаю движение в толпе, поворачиваюсь и вижу, как мне машет сестра Рида, Вероника. Рядом с ней его родители, и ещё двое ребят, которых я узнаю по фотографиям, что он мне показывал. Его семья.

Ронни выкрикивает моё имя.

– Шелби!

– Привет, Ронни! – улыбаюсь я и тоже машу им рукой. Мельком бросаю взгляд на его родителей и тут у меня в животе затягивается узел. Они знают? Что они подумают?

Ответ приходит раньше, чем я успеваю переварить этот страх. Я только-только успеваю сесть, как вдруг слышу пронзительный визг. Мы все оборачиваемся и видим Ронни, с вытаращенными глазами, которая что-то шепчет одному из братьев, тыкая пальцем в меня.

По выражениям лиц ясно, что они обсуждают меня и джерси с фамилией Рида.

– Попалась, – шепчет Надя с ухмылкой. – Видимо, это один из способов объявить о своих отношениях его семье.

Щёки у меня мгновенно вспыхивают, но довольные выражения на лицах его родителей говорят мне все, что нужно знать. Они одобряют.

Я глубоко вдыхаю и переключаю внимание на лёд, где обе команды снуют туда-сюда. Теперь я гораздо быстрее ориентируюсь, кто есть кто. Мой брат, с ног до головы упакован в щитки, сгорбился в воротах. Риз с капитанской нашивкой командует игроками. Джефферсон словно танцует на льду, несмотря на свои два метра роста и плечи, как у бульдозера.

И, конечно, Рид.

Номер восемь. Он вроде бы сосредоточен на игре, но вдруг вскидывает взгляд прямо в мою сторону, поправляет шлем, поднимает подбородок и подмигивает мне, а затем уносится на коньках, чтобы присоединиться к своей команде.

И пусть никто вокруг не замечает, но я в этот момент просто таю. Потому что этот человек лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни.

Уиттмор не просто побеждает. Они разрывают соперника в клочья.

Раньше я смотрела игры по телевизору в «Барсучьем логове» и приходила на семейное мероприятие пару недель назад, но ничего не сравнится с тем ощущением, когда ты видишь всё вживую. Эти парни молниеносные. Жёсткие. Потные. И я не могу оторвать глаз от Рида. Он словно король на льду, ведёт игру уверенно и красиво.

– Кажется, я сорвала голос, – хрипло признаётся Твайлер, выглядя так, будто сама только что откатала все три периода. Её пронзительный визг до сих пор звенит у меня в ушах, и, кажется, у меня синяк на руке от того, как Надя вцеплялась в меня каждый раз, когда шайба оказывалась рядом с Акселем.

– Отличную игру ты выбрала для первого раза, – подмигивает Надя, пока мы поднимаемся по лестнице. – Сегодня ребята будут просто дикие.

– В смысле «дикие»?

– Ну… весь этот адреналин, который сейчас в них кипит... – Девчонки переглядываются. – Просто будь готова.

Я не совсем понимаю, к чему они клонят, но мы направляемся в «Барсучье логово», где будем ждать ребят. После такой игры у них будет сначала пресс-конференция, а потом разговор с тренером. За ареной уже выстроилась толпа фанатов. Все хотят поймать момент, когда игроки выйдут наружу.

– Может, подождем их здесь? – спрашиваю я.

– Неа, – Твайлер встряхивает волосами, – мы займем для них столик, а потом закажем еду и пиво.

В «Барсучьем логове» всё просто кипит. Народу море. Майк и Джози машут мне рукой из-за барной стойки, изо всех сил стараясь справиться с толпой.

– Мы оставили для вас длинный столик в углу, – бросает Джози, протискиваясь мимо с подносом напитков.

– Спасибо, – я сбрасываю куртку.

Она замечает моё джерси и ухмыляется.

– Мило.

Комплимент как-то странно задевает меня, и я обдумываю его, пока иду к столику. На нем стоит табличка, обозначающая, что он зарезервирован. Как только мы садимся, Надя спрашивает.

– Что это за взгляд?

– Я просто подумала о том, что никто никогда так не реагировал на моё помолвочное кольцо от Дэвида. То есть, меня поздравляли церковные дамы и все такое, но никто никогда не выглядел... – Я подыскиваю слово, – впечатлённым.

– Да потому что Дэвид унылый, – авторитетно заявляет Надя, даже несмотря на то, что никогда его не видела. – Наверняка где-то есть девушка, которая от него будет в восторге. Но Рид Уайлдер? Он просто находка. Дарла была полной дурой, что его упустила.

– Ну и слава богу, – вставляет Твайлер, листая меню.

– Да, согласна, – подхватывает Надя и смотрит на меня. – Ты заполучила будущую звезду НХЛ, который к тому же талантливый художник, и самый добрый, заботливый, огромный плюшевый мишка, который ещё и…

– Дарит божественные оргазмы, – пролепетала я, и в ту же секунду лицо вспыхивает. – О боже. Я не могу поверить, что сказала это вслух.

Обе наклоняются ко мне поближе.

– Насколько божественные? – интересуется Надя, но и Твайлер явно жаждет подробностей.

Я только улыбаюсь, думая о том, насколько странной, удивительной и захватывающей стала моя жизнь теперь, когда я не связана обязательствами и ожиданиями, которые мне навязывали с детства. Тем не менее, некоторые вещи должны оставаться только между мной и Ридом, поэтому я просто отвечаю.

– Охуеть, какие божественные.

Моя откровенность шокирует даже меня, но, к счастью, наступает подходящий момент отвлечься. Я даже не поворачиваюсь. И так ясно, что они пришли. Крики и радостный визг болельщиков становятся оглушительными.

Сердце бешено колотится. Он здесь. Я не говорила с ним с тех пор, как села в самолёт из Техаса. Но вот он и остальные ребята пробираются к нашему столу, с напитками в руках и счастливыми улыбками на лицах.

И тут до меня доходит, это первый раз, когда мы встречаемся вместе, как пара, и я понятия не имею, как себя вести.

Ребята собираются у нашего столика, мой брат тут же тянется к Наде, Риз нежно целует Твайлер в висок. Я ощущаю волну тревожного жара, пока не встречаю взгляд Рида и вижу, как его губы растягиваются в той самой улыбке, нежной и чертовски сексуальной.

– Привет, – он проводит рукой по моей шее, останавливаясь у её основания. – Хорошо провела время?

– Это было невероятно. Ты был невероятен. Вы, ребята, разнесли их в клочья.

– Помогло то, что ты была рядом, – его палец лениво скользит по вырезу джерси. – Сам факт, что ты вернулась и сидела на трибуне, помог мне сосредоточиться.

Ух ты.

Джози и ещё один официант начинают приносить на стол гору еды, которую мы заказали. Крылышки, картошка фри, сырные палочки и, конечно же, пиво. Надя была права. От этих ребят исходит настоящая волна энергии. Видно, что они устали, у некоторых синяки, но их держат на плаву эндорфины и адреналин. Парни снова и снова проговаривают моменты из игры и тут же обсуждают стратегии на следующий матч.

Всё это время Рид держит меня как можно ближе к себе.

– Что-нибудь ещё? – спрашивает Джози, собирая пустые бутылки и корзинки.

– Дай я помогу, – говорю я и беру несколько.

– Ты сегодня не на смене.

– Да, но я могу выбросить пару бутылок по пути в туалет, верно? – Я бросаю взгляд на Рида. – Я скоро вернусь.

Выбрасываю бутылки в контейнер для переработки и замечаю, что за баром почти закончились салфетки. Думаю, можно заодно захватить новую упаковку из кладовки.

Протискиваюсь мимо парочки, целующейся в узком коридоре, и вхожу в подсобку. Я едва переступаю порог, как кто-то заходит следом, захлопывает дверь и обнимает меня сзади.

Рид.

– Думала, сможешь улизнуть, Джи-Джи?

– Просто хотела помочь, – я прижимаюсь к нему, чувствуя, как твердая линия его эрекции упирается мне в поясницу. Закидываю голову назад, чтобы посмотреть ему в лицо. – Хочешь, помогу тебе справиться с этим?

Он откидывает мои волосы с шеи и впивается горячим поцелуем в кожу.

– Я так сильно хотел трахнуть тебя в прошлый раз, когда мы были здесь. – Он проводит языком по моему уху, оставляя за собой влажную дорожку. – Но тогда ты ещё не была готова. Не так, как сейчас.

Он тот, кто научил меня любить и заниматься любовью. Кто показал, как быть смелой и идти за своими желаниями.

– Сейчас всё еще хуже. С того самого момента, как я увидел тебя на трибуне. – Его ладонь пробирается под джерси, скользит вверх по животу и находит грудь. Мои соски моментально напрягаются, и он сжимает её. – Я не могу ждать, пока мы доберёмся домой, Джи-Джи.

Вот в том-то и дело. Я тоже не могу.

Он приподнимает мой подбородок, и его губы накрывают мои с той самой сладкой, но нетерпеливой жадностью, от которой по коже мгновенно пробегает жар.

– Тогда трахни меня сейчас, Рид, – выдыхаю я, не оставляя сомнений. Я хочу этого не меньше, чем он.

Он стонет, дыхание обжигает, руки уже в движении, стягивая с меня джинсы.

– Ты уже мокрая для меня? – хрипло спрашивает он.

Проводя пальцами между моих ног, он одобрительно хмыкает, глядя на скопившуюся влагу. Все эти прикосновения и взгляды в баре сильно возбудили меня, а ощущение его желания только усилило это чувство.

Я расстёгиваю его джинсы, тянусь к нему, обхватываю рукой его гладкий, плотный член, веду ладонью вверх, пока не чувствую каплю жидкости на кончике. Размазываю её по головке, и он подаётся вперёд, становясь еще тверже в моей руке.

– Я собираюсь трахнуть тебя здесь, Джи-Джи, – шепчет он, – а потом увезу домой и снова трахну в своей постели.

Он поднимает меня сильными руками, легко, будто я ничего не вешу, и располагает именно так, как ему хочется. Я позволяю ему вести, мне это нравится. Я люблю его напористость, его уверенность. Без лишних слов он вонзается в меня мощно и глубоко. Я вскрикиваю, прижимаясь к нему, впитывая каждое движение, каждый толчок. Даже так он не забывает о моём удовольствии, его пальцы опускаются к моему клитору и начинают рисовать сводящие с ума круги с каждым движением его бёдер.

Это быстро и грязно, не думала, что мне такое понравится. Честно говоря, я даже и подумать не могла, что буду наслаждаться сексом до того, как он вошёл в мою жизнь. Я задыхаюсь, учащённое дыхание сводит с ума, всё нарастает, всё ближе… Я понимаю, что сейчас кончу за секунду до того, как кончает он. Зубы Рида впиваются в мое плечо, и он входит в меня в последний раз, член дергается, когда меня накрывает волной удовольствия.

– Я люблю тебя, Шелби, – выдыхает он, всё ещё держась за меня.

Я смотрю на него, чувствуя его внутри и снаружи.

– Я тоже тебя люблю.

Как и было обещано, едва мы возвращаемся домой после игры и вечеринки в «Барсучьем Логове», Рид сразу же переселяет меня в свою спальню. И, как и следовало ожидать, моему брату такое положение вещей совершенно не по душе.

Сначала мы старались быть сдержанными, минимум поцелуев, прикосновений, взглядов. Но каждый жест, каждое движение, даже мимолётный взгляд выводит его из себя.

– Я не могу спать, зная, что вы там… вместе, – заявляет он, как только мы переступаем порог. Рид уже отнёс наверх оба моих чемодана. Остальные коробки, которые доставят позже, разберём потом.

– Тогда перестань об этом думать, чувак, – спокойно говорит Рид, обнимая меня за талию. – Это ты ведёшь себя странно.

– Это не странно, – возражает брат. Если честно, он слегка навеселе. Впрочем, как и мы все. – А как бы ты себя чувствовал, если бы это была твоя младшая сестра?

– Моей младшей сестре четырнадцать. Так что проблем было бы куда больше, – Рид притягивает меня ближе. И да, признаю, демонстрировать чувства так открыто для меня в новинку. С Дэвидом такого не было. Все это новое, свежее, пугающе-настоящее. Но мне нравится, как Рид держит меня. Даже если это сводит брата с ума.

– Милый, – вставляет Надя, – хочешь, чтобы Шелби теперь думала о том, чем мы с тобой занимаемся?

– Нет! – восклицает он, в отчаянии запуская руку в волосы. – Зачем ты вообще об этом говоришь?

– Ты идиот, ты в курсе? – Надя вздыхает и опускается на подлокотник дивана.

Я уже собираюсь сказать, что всё нормально, что я могу вернуться на веранду, но Рид будто считывает мои намерения и качает головой.

– Это не наша проблема, Джи-Джи.

Наконец, Аксель поворачивается к своей девушке и произносит.

– Ладно. Собирайся.

– Куда мы идём? – Надя ставит руки на бёдра, смотря с вызовом.

– В Бирюзовый Дом. Где я могу сделать вид, что ничего из этого не происходит.

– Ну и отлично, – Надя проходит мимо меня за сумкой и пальто, закатывая глаза, и выталкивает Акселя за дверь.

– Слава богу, – говорит Рид, притягивая меня к себе. – Я уж думал, он никогда не уйдёт.

– Мне неловко, – шепчу я.

– Не надо, – говорит Рид, берёт меня за подбородок и поднимает моё лицо к себе. – Я не собираюсь молчать.

Со стороны раздаётся неловкий кашель, и я осознаю, что Риз с Твайлер всё ещё здесь. И Джефферсон тоже.

– Да, – говорит Твайлер, хватая Риза за руку, – пожалуй, мы тоже пойдём в другое место.

– Веселитесь! – бросает им вслед Рид, наблюдая, как они спешно выскальзывают за дверь. Затем его взгляд падает на Джефферсона, который развалился на диване и уставился в телефон.

– А ты что? – спрашивает Рид.

– А что я? Мне пофиг на ваши стоны, – ухмыляется Джефферсон, и на щеке появляется ямочка. Такая невинная и почти ангельская, что, конечно, сплошной обман. – Может я вообще здесь для этого.

– А почему ты не в каком-нибудь сестринстве или не зависаешь с очередной хоккейной зайкой? – спрашиваю я. После такой громкой победы, как сегодня, я была уверена, что он пойдёт зажигать.

– Ты что, не слышала? – он отрывает взгляд от экрана. – Сегодня ночью стартует продажа билетов на концерт Ингрид Флоктон. Она добавила внезапное шоу здесь, через две недели. Прямо перед нашим выездом в Чикаго на плей-офф.

– Оооо! – оживляюсь я. – Возьми мне тоже билет!

– А в чём вообще прикол с этой певичкой? – спрашивает Рид, скептически хмурясь. – Неужели тебе и правда нравится её музыка?

– Чувак, – отвечает Джефферсон с ноткой обиды, – она у меня номер один.

– Номер один? – переспрашиваю я, глядя то на одного, то на другого.

– У Джефферсона есть список, – поясняет Рид, бросая на друга выразительный взгляд. – Настоящий, написанный от руки список людей, с кем он хочет переспать. Ингрид Флоктон на первом месте.

– Она занимает это место с тех пор, как мне стукнуло тринадцать, – с гордостью заявляет Джефферсон. – Я, конечно, не с ней потерял девственность, но это случилось под её песню. А теперь у меня, возможно, появился шанс.

Рид смотрит на него так, будто пытается понять серьёзен ли тот или просто сошёл с ума.

– Ты правда думаешь, что пойдёшь на концерт и каким-то образом окажешься с ней в постели?

Плечи Джефферсона приподнимаются, едва касаясь светлой щетины на затылке.

– Нужно использовать свой шанс, брат, ты же знаешь.

– Ладно, с меня хватит, – Рид подхватывает меня на руки. – Удачи с твоими фантазиями.

– Развлекайтесь, – довольно улыбается Джефферсон, снова утыкаясь в телефон. – И кричите на здоровье. Никто вас не осудит.

Ещё страннее, чем держаться за руки или целоваться на виду у всех, это зайти в комнату Рида, зная, что это больше не секрет. Но как же приятно больше не прятаться. Видимо, Рид чувствует то же, потому что как только за нами закрывается дверь, он прижимает меня к ней спиной, руками задирая мою футболку вверх.

– Ты сводила меня с ума весь вечер в моем джерси.

– Мне понравилось быть в нем на игре. Люди замечали.

Его губы возвращаются к моей шее.

– Да?

– Люди. Как твоя семья, например.

– А-а, – он выпрямляется, но не отстраняется. Наши тела всё ещё плотно прижаты. – Они мне после матча всё выложили. Ронни в восторге от твоих волос и рассказала моим братьям и сёстрам вообще всё, что знала о тебе. Мама помнит тебя как сестру Акселя, ту самую милую девушку, с которой она разговаривала на семейном дне. И, честно говоря, она была немного сердита, что я тогда тебя не представил.

– У тебя проблемы?

– Вовсе нет, – его большой палец нажимает мне на бедро, почти ласково. – Они хотят, чтобы ты приехала к ним домой после окончания сезона. Чтобы познакомиться со всеми.

– А ты сам этого хочешь?

– Это же моя семья. Конечно, я хочу, чтобы ты с ними познакомилась. Но, – его взгляд скользит по мне, язык облизал нижнюю губу, – сейчас я слишком отвлечён. Это джерси на тебе сводит меня с ума.

– Хочешь, чтобы я его оставила?

– Чёрт возьми, нет. Ему будет гораздо лучше на полу.

Он не теряет ни секунды, за считаные мгновения мы остаёмся совершенно обнажёнными, и он легко бросает меня на кровать. Но, к моему удивлению, не бросается на меня с жаром, а просто ложится рядом, обвивая моё тело своим, словно ему достаточно просто быть рядом. Бедный Джефферсон, похоже, так и не дождётся того «шоу», на которое рассчитывал.

– Знаешь, – говорит он вдруг, – я так и не поблагодарил тебя.

Я наклоняю голову, чтобы посмотреть на него.

– За что?

– За то, что вошла тогда в мою дверь на День святого Валентина и поцеловала меня.

Я смеюсь, вспоминая тот момент. Боже, о чём я вообще тогда думала?

– Ну, а я хочу поблагодарить тебя за то, что ты дал мне смелость стать кем-то большим, чем просто домохозяйкой из Техаса.

Я провожу пальцем по его татуировке, по цифре восемь, медленно обводя её контуры.

– Похоже, придётся обновить.

– Да?

Он смотрит на меня сверху вниз. Если я раньше думала, что понимаю, как выглядит любовь, то ошибалась. Его взгляд говорит больше, чем любые слова.

– Я думал, что когда Уайлдеры усыновили меня, это и было окончательной точкой. Семьёй. Что они станут моим последним домом. – Его пальцы нежно касаются моего подбородка, поднимая моё лицо к своему. – А потом появилась ты. И я понял, что дело не в месте. Дело в человеке.

Со всем, что нас ждёт впереди, с моей новой жизнью, его карьерой, всем этим хаосом и неопределённостью, с нашими попытками найти общий путь. Он абсолютно прав. Я чувствую это в каждом нерве, в каждой клеточке. Неважно, где мы будем жить. Неважно, чем займёмся. Пока мы вместе, мы дома.