Текст книги "(Не)любимая попаданка дракона (СИ)"

Автор книги: Эльвина Лейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 32

Виктория

– А ты не обнаглела, дезер'ра?

Леонард ворчит с самого утра. Но это не портит моего прекрасного настроения.

Я кручусь перед зеркалом, разглядывая платье нежно-фиалкового цвета, которое подарила мне Камалия.

– Ничуть, – наношу на губы алый блеск и взбиваю волосы. Рыжие пряди красивыми волнами спадают на плечи.

Леонард, стоящий в дверях, хмурится пуще прежнего.

– Где это видано, чтобы дезер'ра ходила в таком виде…

– В каком таком? – улыбаюсь. – Красивом? – кружусь по комнате. Подол платья мягко шелестит. – Как истинная леди? Разве вам не нравится, Леонард?

Леонард щуриться и скрещивает руки на груди.

– Дезер'ра, – произносит он тихо, но с явной угрозой.

– Что, мой суровый суб'баи? Вы же мне кое-что обещали, помните? – подхожу ближе и смотрю на него снизу вверх. – Забыли? Так я напомню. Вы обещали не запрещать мне выходить из дома. Слово суб'баи, между прочим.

– Для прогулок можно выбрать наряд и поскромнее, – ворчит Леонард, разглядывая кружева на моих рукавах.

– Я иду к принцессе Элизабет. Неприлично являться во дворец в старом платье дезер'ры.

Вообще, я лукавила. На самом деле я хочу встретиться с Робертом и узнать, как продвигаются дела с порталами.

– Прекрати ворчать, сынок, – в комнату входит Камалия и протягивает мне ажурные перчатки. – Женщина должна выглядеть прекрасно в любое время. Это улучшает настроение.

– А вы, я смотрю, хорошо спелись, – бурчит Леонард. – Чтобы была дома до четырех, дезер'ра.

– Он неисправим, – качаю головой, когда он уходит.

– Весь в отца, такой же упрямец был, – вздыхает Камалия.

* * *

По дороге в замок я впервые за долгое время чувствую вкус свободы. Несмотря на путы на моих руках, Леонард больше не идет за мной по пятам, не контролирует каждый шаг, не нудит. И это прекрасно.

Я вздыхаю полной грудью и поднимаюсь по ступеням дворца.

– Где я могу найти Роберта? – спрашиваю у стражника с улыбкой.

Он недоуменно поднимает брови.

– Дезер'р Роберт, где он? – повторяю я.

– Все сведения по дезер'рам у Отиса, – чеканит стражник.

– Благодарю, уважаемый.

Преисполненная отличным настроением иду к Отису. Сколько же воды утекло с тех пор, как я была у него в последний раз. Помню, как Леонард привез меня сюда, а я подвернула ногу, и он на руках занес меня к Отису как бедную дезер'ру, напуганную и растерянную. А теперь я прихожу сама, как настоящая леди, в красивом платье и перчатках.

– Отис? – стучу в дверь и, не дожидаясь ответа, вхожу. – Отис, ты здесь?

Замираю на пороге, увидев Элизабет.

– Виктория! – восклицает принцесса. – И ты здесь.

– Ваше Высочество, – кланяюсь и заглядываю за ее плечо.

Отис стоит за стойкой и что-то усердно записывает. Он поднимает на меня глаза и широко улыбается.

– Дезер'ра, извини, я немного занят, – он бросает виноватый взгляд на принцессу, которая деловито изучает какой-то документ.

– Ах, как это всё утомительно, – Элизабет взмахивает веером и откладывает бумаги. – Все эти государственные дела. И как дядя со всем справляется?

– Король поручил вам управление королевством? – удивляюсь я.

Я, конечно, не сомневаюсь в способностях принцессы, но она еще слишком молода и неопытна.

– Нет, он оставил советника за главного. Но я не могу спокойно сидеть, пока не буду знать, что с дядей все хорошо. Я думала, дворцовые дела меня отвлекут, но это так скучно, Виктория. – Принцесса устало вздыхает. – А ты зачем пришла? Сегодня работы для тебя нет.

– У меня дело к Отису.

Принцесса с любопытством смотрит на меня.

– Государственное дело, – добавляю я, и Элизабет фыркает.

– Тогда я лучше пойду. У меня от ваших государственных дел уже голова болит.

Элизабет поспешно уходит, оставляя за собой шлейф цветочных духов.

– Когда-нибудь я к ней посватаюсь, – мечтательно говорит Отис, провожая ее взглядом.

– Мечтать, конечно, не вредно, но розовые очки с глаз лучше снять, Отис, чтобы потом не разочароваться.

– Не веришь, что Элизабет может выйти за меня замуж? – он лукаво улыбается, словно ни секунды не сомневается в себе.

– Я просто предпочитаю трезво смотреть на вещи, – пожимаю плечами и сажусь на стул перед прилавком. – Она принцесса, а ты…

– Сын графа? – Отис выпрямляется и выпячивает грудь.

– Графа? – удивляюсь. – Если и так, не думаю, что король отдаст Элизабет за тебя. У нее ведь уже есть жених.

– Жених объелся слив, – фыркает Отис. – Я не хуже, а, может, и лучше. И чувства мои искренние, в отличие от этого напыщенного индюка. Он же ни одной юбки не пропускает. К тому же у моей семьи есть неплохое состояние. Я смогу обеспечить Элизабет.

Отис говорит так уверенно. Он действительно верит, что сможет жениться на принцессе. Наивный. Король никогда не выдаст племянницу за Отиса, чьим бы сыном он не был и как бы он к ней не относился.

– А ты зачем пришла? Что за дело у тебя там государственное? – он подмигивает и оглядывает меня с ног до головы. – Нарядная такая. С Леонардом нашли общий язык, наконец?

– Да, у нас что-то вроде перемирия.

– А я ему говорил, что женщины любят заботу и ласку, сработало, значит?

Я непонимающе приподнимаю бровь.

– Пока ты болела, Леонард места себе не находил. Так переживал, несколько дней смурной ходил. Вот я ему и сказал, чтобы он тебе вкусностей принес, да понежней с тобой был.

– Вот как? – не могу сдержать улыбки.

Значит, Леонард сразу начал меня искать, как только я сбежала. Это приятно удивляет.

– Слушай, Отис, ты не мог бы найти мне Роберта? Мы ведь с ним из одного мира. Хотелось бы повидаться с другом. Соскучилась очень.

– С Робертом, – Отис прищуривается. – Не знал, что вы такие друзья.

– О, еще какие. Так где мне его найти?

– Вроде у озера на заднем дворе. Что-то там изучает. Виктория, а ты не могла бы мне свои картишки раскинуть, что меня ждет с Элизабет?

– С Элизабет? Не могу. Извини. Потеряла карты.

– Как так?

– Да вот так, – развожу руками.

– Так у меня есть лишняя колода. Подожди, – Отис скрывается в комнате за прилавком и возвращается через несколько минут. – Вот, смотри.

Он кладет передо мной потрепанную колоду. Края некоторых карт обгорели.

– Откуда они у тебя? – беру в руки знакомую до боли колоду и с удивлением смотрю на Отиса. Это же мои карты!

– Да сегодня утром принесли, – пожимает плечами. – Там в городе накрыли один трактир. Говорят, хозяйка похищала людей и заставляла их работать за миску похлебки.

– Бовуа? – от услышанного перехватывает дыхание.

– А ты откуда знаешь?

– Да так, слышала, – опускаю глаза. Не рассказывать же ему, что из-за моей глупости Леонард вытащил меня оттуда с боем.

– Да, закрыли его. Хозяйку арестовали. Вот колоду нашли среди прочих вещей. Лежит тут, никому не нужная. Я-то гадать не умею. Так что, заберешь?

– Заберу, – сдержанно улыбаюсь, хотя внутри всё ликует.

– Вот и ладно, но не забудь мне потом карты раскинуть. На меня и на Элизабет, – кричит уже мне вслед Отис.

– Конечно!

Хоть я и не верю в его затею с женитьбой на принцессе, но заранее обламывать крылья влюбленному парню не стала.

* * *

У озера царит безмятежная тишина. На меня нахлынули воспоминания о том, как Леонард привел меня сюда на свидание. А потом… поцеловал. От смущения щеки вспыхивают, сердце учащается. По коже бегут мурашки. Я ёжусь, отгоняя наваждение.

«А он хорошо целуется», – вдруг думаю я, и хмурюсь.

Что за глупые мысли?

«Наверное, много девушек перецеловал», – снова мелькает в голове.

Ну и что? Целовал и целовал, это его личное дело.

Иду по тропе к декоративному причалу. Кажется, я заметила там Роберта.

«Я много дезер'р… переловил», – вспоминаются слова Леонарда.

Видимо, не только переловил.

Ох, и зачем я об этом думаю?

Встряхиваю головой и подхожу к причалу.

– Роберт? – заглядываю в маленький, почти кукольный домик, но никого не нахожу.

Я же его видела. Или показалось? Спускаюсь с причала и направляюсь к другой стороне озера, как вдруг замечаю среди листвы синюю рубашку.

– Роберт, – восклицаю я, – подожди.

Бросаюсь к нему, но меня хватают за локоть и резко разворачивают.

– Ты чего кричишь? – шикает Роберт. – На весь двор орешь.

Удивленно окидываю его взглядом, замечаю на нем белую рубашку.

– Как ты… – озадаченно оглядываюсь, но в кустах уже никого нет.

Неужели за нами следят? По коже снова бегут мурашки.

– Идем отсюда, – Роберт ведет меня в домик на причале и задергивает шторки на маленьких окошках.

Сажусь на розовый стул. Похоже, это был детский домик – весь пол завален мягкими игрушками, которые уже покрылись пылью.

– Узнала что-нибудь интересное?

– Узнала, что у короля было пять жен, и ни одна не смогла родить ему наследника.

– Это не то, – Роберт качает головой. – Зачем нам эта информация?

Ну, другой у меня нет. В доме Бовуа не до поиска информации было.

– А ты что-нибудь выяснил? – смотрю на хмурого ученого. – Как там с порталами? Ты можешь их открыть?

На его губах появляется улыбка.

– Возможно.

Сердце екает.

– Ты шутишь? – голос опускается до шепота.

– Нет, – улыбается Роберт. – У меня есть теория. Но чтобы ее проверить, мне нужен артефакт суб'баи. Сможешь достать?

– А почему ты сам не заберешь у своего суб'баи?

– Я редко вижу Нико, – Роберт заглядывает в окошко и осматривает улицу. – А вот ты со своим живешь. Тебе легче заполучить артефакт. Так что?

Неуверенно киваю. Снова стащить подвеску у Леонарда? А может, просто попросить? Нет, он точно сам не отдаст. Ох, придется снова пойти на хитрость.

* * *

Возвращаюсь я без двадцати четыре. Раньше, чем ждал Леонард. От этой мысли улыбаюсь. Тихо вхожу в дом и натыкаюсь на своего суб'баи. Судя по его внешнему виду, он тоже только пришел и второпях снимал куртку.

Увидев меня, он замирает, а я замечаю под его курткой синюю рубашку.

– Леонард? – хмурюсь и поднимаю на него глаза. – Так это вы!

– О чем ты, дезер'ра? – он бросает куртку на вешалку и направляется в комнату.

Я плетусь за ним.

– Это вы были там возле озера! Вы следили за мной?

Леонард резко разворачивается, и я чуть не сталкиваюсь с ним.

– Что это еще за обвинения, дезер'ра? Думаешь, мне делать больше нечего, как следить за одной неугомонной дезер'рой?

– Не отрицайте, Леонард, – складываю руки на груди. – Я вас видела. Там, в кустах. Ваша рубашка, – тычу в нее пальцем, – была очень заметна в зеленой листве. Я-то думала, мы с вами договорились, поверила, что вы и правда согласны дать мне чуть больше свободы, но вы… вы…

– Что, дезер'ра? Что? – он делает шаг ко мне. Глаза метают молнии, скулы напряжены.

Смотрю в его синие глаза. Леонард стоит так близко, что я ощущаю его тяжелый древесный парфюм. И от него кружится голова. Или не от него?

Взгляд Леонарда скользит по моим губам. Он делает едва уловимое движение вперед, но и этого хватает, чтобы мое сердце взволнованно пропустило удар.

– Сынок? Виктория? – раздается осторожный голос.

Я испуганно отскакиваю от Леонарда. Он остается на месте и продолжает пристально смотреть на меня. В его взгляде есть что-то будоражащее до глубины души.

– Простите, что помешала, – сконфуженно говорит Камалия, – но тут такое дело.

Она отступает, и из кухни изящно выплывает незнакомая девушка. В дорогом бордовом платье, в шляпке с пером. Черные локоны красиво обрамляют породистое лицо.

– Леонард, – протягивает она вкрадчиво, сверкнув черными, словно агаты, глазами.

Леонард удивленно оборачивается, и девушка бросается к нему. Обвивает его шею руками и повисает на нем, томно улыбаясь.

– Как я скучала, мой милый суб'баи.

Глава 33

Незнакомка тянется к Леонарду, явно собираясь его поцеловать. К моему удивлению, мой суровый суб'баи подхватывает ее за талию обеими руками, но не чтобы ответить на поцелуй, а чтобы снять с себя это наглое тело.

Леонард ставит девушку на пол и отстраняется.

– Катрин? – произносит он.

Я с удивлением смотрю на девушку. Та самая дезер'ра Катрин? Жутко влюбленная в Леонарда девушка? Что она здесь делает?

– Вижу, ты тоже рад меня видеть, – воркует она и, шурша юбкой, проходит на кухню.

Леонард следует за ней и садится за стол, наблюдая, как Катрин раскладывает на столе пирог и конфеты. Камалия спешно наливает чай. А я, чувствуя себя лишней, растерянно стою у двери.

– Я привезла гостинцы. Специально для тебя, Леонард, – Катрин очаровательно улыбается и протягивает ему кусок пирога. – Твой любимый, яблочный.

– Что ты здесь делаешь, Катрин? – хмуро спрашивает Леонард.

– Соскучилась, – она проводит пальцами по его плечу. – Вот думаю, может, нам съехаться, а?

Леонард давится пирогом и кашляет. Камалия чуть не роняет чашку, а я изумленно застываю на пороге. Какая прыткая девица.

– Правда, здесь ремонт нужно будет сделать, – Катрин хлопает Леонарда по спине и оглядывает кухню. – Такой дизайн уже давно не в моде. Но ты не волнуйся, я сама этим займусь. У меня как раз есть хороший дизайнер интерьера, тоже из дезер'ров, большой профессионал своего дела.

Камалия подает чашки, сверкнув на Катрин темными глазами.

– О, спасибо, Камалия, вы всегда были само очарование, – Катрин садится рядом с Леонардом и отпивает чай.

– И ты совсем не изменилась, – улыбается Камалия. – Всё такая же шустрая.

Катрин смеется, как истинная кокетка.

– А что скажет твой муж на твое решение сюда переехать? – спрашивает Камалия.

– Муж? О, не беспокойтесь за него, – Катрин небрежно машет рукой, – овдовела я. Так что теперь ничто не помешает нам с Леонардом быть вместе.

Она бросает томный взгляд на Леонарда и водит пальцем по его напряженному плечу. Но он не реагирует, потому что смотрит на меня. Просто прожигает холодом синих глаз.

– Садись, – говорит он мне.

От растерянности я подхожу и опускаюсь на стул напротив этой троицы.

– О, как это благородно с твоей стороны, Леонард, – воркует Катрин, даже не глядя на меня. Все ее внимание направлено на моего суб'баи. – Пустить за общий стол служанку, твоя доброта не знает границ.

– Какую служанку? – спрашивает Леонард, не отрывая от меня глаз.

Катрин бросает на меня беглый взгляд. У меня внутри всё переворачивается от возмущения. Я открываю рот, чтобы возразить, но девушка продолжает:

– А где же Тиша? Ты ее уволил? – отпивает чай. – А я говорила, что давно надо было. Никогда она мне не нравилась. Наглая и невоспитанная.

– Виктория не служанка, – говорит Леонард.

Катрин удивленно поднимает тонкие брови.

– Да? А кто же? Домработница? Кстати, я сразу заметила ее грубые руки. Видно, что человек трудится и днем, и ночью.

Я шумно вдыхаю и выдыхаю, считая до десяти, и опускаю глаза на свои руки. Грубые? В каком месте? Да, на среднем пальце есть небольшая мозоль, появившаяся еще в студенческие годы из-за сотни написанных конспектов, но руки у меня вовсе не грубые. Бабушка даже говорила, что мне стоило стать пианисткой, потому что пальцы длинные и тонкие.

– Нет, не домработница, – поясняет Леонард.

Камалия переводит напряженный взгляд то на сына, то на гостью, но в разговор не вмешивается.

– Нет? – разочарованно тянет Катрин.

И впервые смотрит на меня внимательно и оценивающе. Проходится цепким взглядом по волосам, платью, шраму и хмыкает.

Я тоже в долгу не остаюсь: поднимаю подбородок и смотрю на нее с вызовом. Пусть смотрит, раз хочет. Меня этими взглядами высокомерными не напугать.

– А кто тогда? – неуверенно спрашивает Катрин.

– Виктория – моя невеста, – спокойно говорит Леонард.

На кухне воцаряется тишина.

Я чуть не роняю ложку, Камалия расширяет глаза и смотрит то на сына, то на меня. Катрин ошеломленно уставляется на Леонарда. А сам виновник всеобщего шока улыбается и как ни в чем не бывало отпивает чай.

– Не… веста? – неверяще повторяет Катрин, затем нервно смеется. – Да ты шутник, Леонард. Решил меня разыграть, да? Я почти поверила. Ну какая из нее невеста?

Леонард откидывается на спинку стула и медленно, наслаждаясь произведенным эффектом, произносит:

– А я не шучу.

Смех Катрин резко обрывается. Она поворачивается ко мне и снова ошеломленно оглядывает.

– Это? – тычет в меня пальцем, – твоя невеста?

– Да, – внезапно восклицает Камалия, встает и подходит ко мне. Кладет руки мне на плечи и добавляет: – Виктория невеста Леонарда. И у них скоро свадьба. Так что приютить тебя мы не сможем. Сама понимаешь, Катрин, третий лишний.

Катрин изумленно открывает рот, нервно мнет салфетку и залпом допивает чай.

– Так, значит, – стараясь говорить спокойно, произносит она, – свадьба скоро. А давно вы вместе? – Катрин сверкает на меня глазами, а я вопросительно смотрю на своего наглого суб'баи.

Катрин, конечно, дамочка своеобразная и сделала всё, чтобы мне не понравиться. Но помогать Леонарду во вранье я не собираюсь. Значит, когда нужно избавиться от навязчивой поклонницы, то «Виктория, помоги!». Причем помощь добровольно-принудительная. А когда проблемы свои решать не надо, то «несносная дезер'ра, не мешайся под ногами»? Вот так, да?

Я скрещиваю руки на груди и улыбаюсь. Леонард поднимает бровь и, не дождавшись моего ответа, говорит:

– Недавно. С тех пор как я поймал ее в сети.

– Поймал? – удивляется Катрин. – Она дезер'ра? – ее голос срывается на фальцет. Кажется, это был удар ниже пояса.

– О да. Дезер'ра, да еще какая. – Леонард нагло подмигивает мне. – Сроду таких не видел. Это была любовь с первого взгляда. Мы как увидели друг друга, так между нами сразу искра пробежала.

Он говорит это, глядя мне прямо в глаза, и улыбается, как кот. Его забавляет моя злость.

– Искра? – дрожащим голосом повторяет Катрин. – Какая искра, Леонард? А как же наши ночи?

– Ночи? – с интересом подхватываю я, сцепляю пальцы под подбородком и уставляюсь на эту парочку. – Что за ночи, мой милый Леонард? Ой…

Я слегка подскакиваю на стуле, потому что Камалия щиплет меня за плечо, а затем с невозмутимым лицом начинает убирать со стола чашки.

– Да! Ночи, – с вызовом заявляет Катрин. – Самые лучшие, горячие…

– Прошедшие, – резко обрывает Леонард. – Они давно в прошлом.

– Но у нас могут быть новые, – не унимается Катрин, и мне на мгновение становится жаль эту наивную дурочку.

Видно, что Леонарду она не нужна, но бедняжка отчаянно за него цепляется.

– Неужели эта рыжая жаба лучше меня? – Катрин тычет в меня пальцем, и все мое сострадание к ней улетучивается вмиг.

Нет уж, пусть разбираются сами, без меня. Некогда мне в чужих ссорах участвовать. Нужно раздобыть артефакт, открыть портал с Робертом, свести Отиса с принцессой, в конце концов. Дел и так немеряно.

Я медленно встаю, и эта парочка замолкает. Даже Камалия, молча моющая посуду, настороженно оглядывается.

– Спасибо, что зашли, Катрин, – говорю я. – Уверена, Леонард был рад вас видеть. – Улыбаюсь, а Леонард хмурится. – Прошу меня простить, но я устала и пойду к себе. Мне нужно отдохнуть. А вы продолжайте свою беседу. Уверена, вам есть о чем поговорить с Леонардом. Правда ведь, мой дорогой суб'баи?

Под мрачнеющим взглядом Леонарда я выхожу из-за стола и направляюсь к себе.

– Любимая, – раздается за спиной. – Ты что же, ляжешь без меня сегодня?

Я резко оборачиваюсь. Леонард медленно подходит ко мне. Сжимает мою ладонь, подносит к губам и… целует, глядя мне прямо в глаза. От горящих на кухне свечей в его взгляде пляшут огоньки.

У меня перехватывает дыхание. И, кажется, не только у меня. Катрин прожигает меня ревнивым взглядом.

– Катрин, – говорит Леонард, обнимая и притягивая меня к себе. – Спасибо, что заглянула, но думаю, тебе пора.

– Да, милая, – подхватывает Камалия, – уже поздно. В какой гостинице ты остановилась?

– Ни в какой, – растерянно мямлит Катрин и смотрит в окно, за которым солнце уже клонится к закату.

– Как же так? – Камалия всплескивает руками. – Ну что же ты, Катрин?

Катрин поднимается, вскидывает подбородок и говорит с обидой:

– Я ехала к Леонарду. Думала, остановлюсь у вас. Я же не думала, что мой любимый суб'баи станет жертвой чужого коварства.

– Какого еще коварства? – настораживается Леонард.

– Это же очевидно, – продолжает Катрин. – Тебя приворожили. Ты не мог меня так быстро забыть. Меня вообще невозможно забыть. Значит, на тебе просто колдовство. И его нужно снять. У меня тут есть знакомая бабка, живет на окраине города. Тебя срочно нужно ей показать.

Я не сдерживаюсь и смеюсь.

– Что за чушь, Катрин? – раздраженно бросает Леонард.

Судя по его уставшему виду, он хочет отдыхать, а не возиться с надоедливой дезер'рой.

– Это не чушь, – Катрин шагает к Леонарду, игнорируя, что он стоит со мной в обнимку.

– Слушайте, ребятки, – я сбрасываю с себя руку Леонарда, – разбирайтесь сами. А я пойду к себе.

Я спешу уйти, пока меня снова не поймали в объятия.

За спиной слышатся голоса.

– Ну, пожалуйста, Леонард, – умоляет Катрин, – давай съездим к этой бабке. Она ворожея и поможет нам воссоединиться.

– Только этого мне не хватало, – ворчит Леонард. – Катрин, я уже сказал, тебе пора.

– Но мне некуда идти.

– У тебя целое поместье от мужа осталось.

– Но туда ехать сутки, – не сдается Катрин. – А я только с дороги. Я так устала. Можно я останусь на ночь?

– На ночь? – слышится голос Камалии.

– Всего одну ночь, Камалия. Вы же не выгоните девушку в ночь? Ночью в городе так опасно. Вы ведь не бессердечные?

Раздается чей-то тяжелый вздох.

– Ладно, – обреченно говорит Леонард. – Можешь остаться до утра. Но только одна ночь. Матушка, приготовь ей комнату для гостей.

Камалия выходит из кухни и уходит в свое крыло.

Я переступаю порог своей комнаты, но голоса из кухни заставляют замереть и прислушаться.

– Милый, зачем мне комната для гостей? – горячо шепчет Катрин. – Я могу переночевать у тебя. Разве ты не скучал по мне? Сделаю тебе массаж, как ты любишь.

– Катрин… – тихо произносит Леонард.

Я не слышу, согласился он или отказался. Скрипит пол, и я закрываюсь в комнате. Льну ухом к двери: слышатся шаги, потом стихают.

Так он все-таки согласился? Вот так просто? Ох уж эти мужчины! Всего несколько минут назад он хотел ее выгнать, а тут она его пальчиком поманила, массаж обещала, и он как миленький поплелся за ней?

Переодевшись в сорочку, я плюхаюсь на кровать и возмущенно начинаю расчесывать волосы. Сама не понимаю, почему злюсь. Подумаешь, Леонард встретил свою бывшую. И что с того? Не ревную же я его?

Я фыркаю. Нет, конечно. Ревновать Леонарда? Это наглого самоуверенного суб'баи? С какой стати?

Закинув расческу в комод, я решаю сходить на кухню. Нет, совсем не для того, чтобы разведать обстановку. А просто попить воды. Это ведь не запрещено. Просто пить очень хочется.

Распахиваю дверь и налетаю на Леонарда. Он сгребает меня в охапку и ласково произносит в ухо:

– Любимая, что ты здесь делаешь? Наша спальня в другой стороне.