Текст книги "(Не)любимая попаданка дракона (СИ)"
Автор книги: Эльвина Лейн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)
Глава 39
В королевском госпитале прохладно. В воздухе пахнет лекарственными зельями.
Я ожидала увидеть хаос: толпы раненых суб'баи, рыдающих родственников, суету медсестер. Но здесь царит звенящая, почти неестественная тишина. В длинных коридорах пусто, лишь изредка мелькают фигуры целителей в белых мантиях. И все они до единого спокойны: никакой паники, никакой спешки.
Эта атмосфера безмятежности постепенно действует и на нас с Камалией. Когда мы прочли, что Леонарда серьезно ранили, то пришли в ужас. Бежали сюда, не разбирая дороги. Камалия рыдала навзрыд, я едва держалась, чтобы тоже не расплакаться, но стоило нам зайти в госпиталь, как нас накрыло спокойствием. Тревога отступила, страх рассеялся.
– Артефакты, – шмыгает носом Камалия и кивает на амулеты под потолком.
Я поднимаю голову. На тонких цепочках висят мерцающие разноцветные камни.
– Какие хорошие артефакты, – замечаю я. – Надо бы подарить Леонарду такой.
Камалия вопросительно поднимает бровь.
– Для его спокойствия, – спохватываюсь я. – Вы же знаете, какая у него нервная работа. Он, может, потому и импульсивный такой, что всё время стрессует на работе. А так, полежит под артефактом и сразу станет ласковый, как котик.
Камалия задумчиво молчит. Я пожимаю плечами, но решаю запомнить артефакт. На всякий случай.
– Мадам Севастьян? – К нам подходит целительница в белоснежной мантии.
Она совсем молода, с белокурыми волосами и мягкой улыбкой.
– Да, – кивает Камалия. – Где мой сын? Что с ним?
Девушка улыбается и жестом приглашает следовать за собой.
Наши шаги гулко отдаются в тихих коридорах госпиталя. Всю дорогу я ощущаю волнение от предстоящей встречи. И это несмотря на успокаивающие артефакты над головой.
В груди разливается приятное тепло. Я вспоминаю наш прощальный разговор. Его поцелуй. Пусть это и был спектакль для Катрин, но ощущения были настоящими. За эти дни я часто возвращалась к нему мыслями. И с каждым днем ощущала всё большее смятение – меня обуревали противоречивые чувства.
Целительница останавливается у белых резных дверей.
– Только ненадолго, – мягко говорит она. – Суб'баи перенес тяжелое ранение, ему нужен покой.
Целительница пропускает Камалию в палату, но мне преграждает путь.
– Мадам, позвольте узнать, кем вы приходитесь больному? – доброжелательно интересуется она. – Посещения разрешены только близким родственникам.
– Я… я жена Леонарда, – улыбаюсь я и снова пытаюсь пройти, но она снова меня останавливает.
– Простите, мадам, но о какой жене вы говорите? К больному уже пришла невеста.
– Невеста? – мне кажется, я ослышалась. – Вы ошибаетесь. У Леонарда нет невесты. Есть только жена, и это я.
Целительница смотрит на меня с легким сомнением, как вдруг из палаты доносится возглас Камалии.
– Ты что здесь делаешь⁈
Целительница тут же идет в палату. Я проскальзываю за ней и теряю дар речи от увиденного.
Леонард лежит на кровати, бледный, без сознания. Его темные волосы взъерошены и прилипли ко лбу. Грудь туго перебинтована. Его вид заставляет мое сердце сжаться, но настоящее потрясение ждет меня рядом. На краю его кровати, с видом хозяйки, сидит Катрин.
В палате стоит аромат ее сладких цветочных духов. Настолько терпкий и резкий, будто она вылила на себя весь флакон.
Я морщусь. Камалия распахивает окно и грозно смотрит на нахалку.
– Катрин, – говорит она строго. – Что ты здесь делаешь? Ты же должна была уехать.
– Уехать? – возмущенно фыркает Катрин. – Как я могу уехать, когда с моим любимым такое случилось? Бедненький мой… – Она проводит ладонью по щеке Леонарда.
Меня передергивает. Руки так и чешутся схватить ее за шиворот и вышвырнуть за дверь.
– Мадам, так кто из вас невеста, а кто жена? – целительница смотрит то на меня, то на Катрин.
– Я – жена, – говорю я, вздергивая подбородок. – А это – самозванка. У моего мужа нет никакой невесты.
Катрин поджимает губы и щурит глаза.
– Ты! – шипит она. – Воровка! Ты украла у меня моего Леонарда! Моего будущего короля!
Камалия тяжело вздыхает и качает головой.
– Короля? – не сдерживаюсь я. – Да какого еще короля? Дамочка! Будьте добры, покиньте палату. Вы не ближайшая родственница и быть вас здесь не должно. И оставьте в покое Леонарда. Вы ему не нужны!
Катрин багровеет от злости.
– Ведьма! – кричит она и бросается на меня, как фурия.
Я вскрикиваю, но не успеваю испугаться. Дорогу ей преграждает Камалия.
– Катрин!
– Прошу немедленно прекратить! – вмешивается целительница. – Это госпиталь, а не базар. Все, кто не является больному близким родственником или женой, должны покинуть палату. Немедленно!
– Матушка… – хриплый голос доносится со стороны кровати.
По коже бегут мурашки. Как же долго я не слышала его голоса.
Я резко оборачиваюсь и не могу сдержать улыбки. Леонард пришел в себя.
– Леонард! Сынок! – Камалия бросается к нему, хватает его руку. – Как ты?
– Матушка, – слабо произносит он.
Глаза у него сонные, голос севший. Он медленно поворачивает голову в нашу сторону. Мы с Катрин стоим рядом, почти плечом к плечу.
Леонард щурится, будто пытаясь сфокусировать взгляд, потом уголок его губ дергается в слабой улыбке.
– И ты здесь… Моя любимая дезер'ра…
Его веки смыкаются, и он снова погружается в забытье, будто все силы его покинули.
– Сынок? – пугается Камалия. – Что с ним? Сынок!
– Мадам Севастьян, не волнуйтесь, – успокаивает целительница. – Вашему сыну дали восстанавливающее зелье, ускоряющее исцеление. От него может клонить в сон. Это нормально.
Камалия облегченно выдыхает. А мы с Катрин переглядываемся.
– Слышала? – заявляет Катрин с высокомерной усмешкой. – Он назвал меня любимой дезер'рой.
– Это почему еще тебя? – ее наглость возмущает до глубины души.
– Ты же сама сказала: ты ему жена! Не дезер'ра, а жена! – она злорадствует. – А я как раз его бывшая дезер'ра.
Я смотрю на Леонарда. А ведь Катрин права. Я уже не его дезер'ра, тогда зачем он назвал меня так? А если не меня?
В груди вдруг остро и болезненно колет. А что, если он и правда говорил про Катрин? Мы с ней стоим рядом, и непонятно, на кого именно он смотрел.
– Мадам, прошу вас, покиньте палату, – целительница обращается к Катрин.
– Уже ухожу, – та вздергивает подбородок и неспешно выходит в коридор.
Всё это время на ее лице сияет торжествующая улыбка.
Глава 40
Я смотрю на бледное лицо спящего Леонарда. Он кажется таким безмятежным, умиротворенным. И красивым.
На душе неспокойно. Его слова не выходят из головы. О ком он говорил?
Столкнувшись со смертью, он мог переосмыслить свое отношение к Катрин. Такое бывает. После сильных потрясений люди могут поменять отношение ко многим вещам. Вдруг он понял, что по-настоящему любит Катрин?
Хотя почему меня это волнует?
Я качаю головой. Корю себя. За то, что беспокоюсь об этом. Ведь правда, какое мне дело до личной жизни Леонарда? Если даже он говорил про Катрин, мне-то что? Может, даже и хорошо, что всё так вышло. Леонард встанет на ноги, даст мне развод, сойдется с Катрин, а я…
А я что? Вернусь домой, как всегда и хотела. Да. А Леонард останется здесь. С Катрин.
Я тяжело вздыхаю. Почему-то эта мысль не приносит радости, лишь тоскливую тяжесть на сердце.
– Но почему так долго? – доносится голос Камалии.
Она разговаривает с целительницей.
– Суб'баи был ранен заговоренной стрелой, из-за чего восстановление идет медленнее, – объясняет та. – Но мы надеемся, он скоро встанет на ноги.
– Надеетесь? – голос Камалии срывается от тревоги.
Я тоже настораживаюсь и подхожу ближе.
– Что значит «надеетесь»? – спрашиваю. – Вы не можете сказать точно?
– Не волнуйтесь, – целительница улыбается, но скорее, чтобы успокоить нас, а не от уверенности в своих словах. – Мы делаем всё возможное, чтобы помочь суб'баи. Прошу прощения, но время посещения вышло. Приходите завтра.
Мы нехотя выходим из палаты. Я оборачиваюсь на пороге и замечаю слабую улыбку на губах Леонарда. Он без сознания, значит, ему снится что-то хорошее.
– Мадам? – мягко напоминает целительница.
Я выхожу, и дверь тихо закрывается.
Магия артефактов рассеивается, как только мы с Камалией покидаем госпиталь. Меня накрывает чудовищная тревога. Хочется расплакаться и бежать обратно к нему, но я понимаю – это бессмысленно.
Камалия выглядит такой же растерянной.
– Иди домой, Виктория, – говорит она дрожащим голосом. – Я останусь. Подожду, пока Леонард очнется.
– Но ведь целительница сказала, что на сегодня посещения окончены. К тому же Леонард спит, думаю, нам и правда лучше пойти домой.
Камалия упрямо качает головой.
– Нет, я не смогу сидеть в четырех стенах. Лучше буду здесь. А ты иди, отдохни.
Она торопливо возвращается в госпиталь. Артефакты под потолком мягко звенят, окутывая ее своим спокойствием. Я понимаю ее. Дома она не найдет себе места от переживаний, а здесь она рядом с сыном, да еще и с успокаивающими артефактами.
Я выхожу за ворота, вдыхаю теплый летний воздух и чувствую, как накатывает тоска. Мне тоже не хочется возвращаться в пустой дом. Потому решаю пойти во дворец.
Уже у ворот замка я чувствую неладное. Повсюду суета. Слуги взволнованы. На заднем дворе что-то происходит, но туда никого не пускают. Стража перекрыла все пути.
С невозмутимым видом я сворачиваю в сад, пытаясь пройти к озеру, но стражник преграждает мне дорогу.
– Мадам, – говорит он строго, – проход закрыт.
– Что случилось? – я пытаюсь заглянуть за его плечо.
У озера стоят король, принцесса Элизабет и Роберт. Все смотрят на странные искорки, мерцающие в воздухе. Они похожи на крошечные вспышки молний.
Сердце учащается.
«Портал!» – проносится в голове.
Неужели Роберт смог? Земля уходит из-под ног. Меня качает, и я инстинктивно хватаюсь за руку стражника. Тот хмурится.
Если портал открыт, я могу вернуться домой уже… сегодня.
Я делаю порывистое движение к Роберту, но ладонь стражника ложится мне на плечо. Он сурово качает головой.
– Нельзя. Приказ короля – никого не пускать.
– Но я не посторонняя! – возмущаюсь. – Я таролог и работаю на короля. Пустите!
Пытаюсь обойти его, но он непреклонен.
– Что, не пускают? – раздается насмешливый голос за спиной.
Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с Отисом. Он сияет от счастья.
– Отис! – восклицаю я. – Как хорошо, что ты здесь. Я как раз тебя искала.
Я беру его под руку и смотрю на стражника.
– Я с ним, – заявляю твердо.
Стражник скептически поднимает бровь.
– Пропусти, Арон, – смеется Отис. – Его Величество хотел поговорить с девушкой.
– Вот видите? – упрекаю я стражника. – Король меня ждет. А вы меня не пускаете.
Тот закатывает глаза, и я прохожу, гордо подняв подбородок.
Мне не терпится поговорить с Робертом, но Отис ведет меня неспешно, словно на прогулке, и это безумно раздражает.
– Погадаешь мне на принцессу? – неожиданно спрашивает он. – Теперь у меня появился шанс.
– Какой шанс? – рассеянно спрашиваю я, не отрывая глаз от мерцающих искр над озером
– Ты не знаешь? Король расторг помолвку Элизабет и принца Дария.
– Расторг? Почему?
– Только между нами, – Отис понижает голос. – Отец Дария оказался предателем. Это он устроил мятеж.
– Предателем? – я замираю на месте. – Как?
– Хотел через брак с Элизабет посадить сына на трон, а когда король отложил свадьбу, решил действовать вот такими методами.
Я слушаю в ужасе. Вот ведь подлый гусь.
– А Дарий знал?
Отис пожимает плечами.
– Утверждает, что нет, но кто ему теперь поверит? Так что был жених, да сплыл, – на лице Отиса сияет довольная улыбка. – Так что, погадаешь?
– Погадаю, конечно, раз такое дело.
Я мало верю, что Отису позволят жениться на Элизабет, но карты, так уж и быть, разложу. А то ведь не отстанет от меня.
Мы подходим к озеру. Король так увлечен наблюдением, что не замечает нас.
– И когда всё заработает? – нетерпеливо спрашивает он Роберта.
– Возможно, завтра, Ваше Величество, – Роберт что-то пишет в блокноте.
– Завтра? Как долго!
– Виктория! – звонкий голос Элизабет прорезает воздух. – Ты не представляешь, что произошло!
Ее глаза сияют, а с лица не сходит улыбка.
– Роберт открыл портал? – с надеждой спрашиваю я, глядя на ученого.
Тот испуганно расширяет глаза, едва заметно качает головой и странно кашляет.
– Я работаю над этим, – поспешно говорит он.
В его лице нет радости, лишь беспокойство и нервозность. Он смотрит на меня долгим, многозначительным взглядом.
Я хочу подойти к нему, но меня окликают:
– Виктория. – Ко мне подходит король. – Я как раз хотел послать за вами.
– За мной? Что-то случилось?
– Мне нужно с вами поговорить. Пройдемте в мой кабинет.
* * *
Я сижу напротив короля. В кабинете гуляет сквозняк из открытого окна, пахнет розами.
Король выглядит серьезным, но доброжелательным.
– Рада, что вы вернулись с победой, Ваше Величество, – говорю я.
Он улыбается.
– Виктория, ты уже знаешь, что Роберт скоро откроет портал, и наша жизнь изменится.
Я киваю, едва сдерживая улыбку. Перед глазами встают картины возвращения домой.
– Вижу, ты этого ждешь, – проницательно замечает король. – Хочешь вернуться домой?
У меня перехватывает дыхание.
«Да!» – хочется выкрикнуть, но меня настораживает его тон. То ли интуиция что-то заподозрила, то ли лукавый прищур короля смущает.
– А почему вы спрашиваете, Ваше Величество?
– Знаешь, Виктория, я много думал о том, что будет, если мы научимся управлять порталами. И пришел к определенным выводам. Если у нас в руках будет такой инструмент, то мы решим проблему с неблагополучными элементами, что сюда попадают.
– Элементами? – не понимаю я.
– Дезер'ры бывают разные. Есть те, кто не имеет никаких талантов, крайне бесполезные, а порой и опасные. Они не представляют для нас интереса. Мы могли бы сразу отправлять таких домой. А вот с другими…
Он замолкает, на губах появляется улыбка. У меня внутри всё холодеет. Мне не нравится, к чему он клонит.
– Другие? – переспрашиваю я.
– Дезер'ры с полезными навыками, знаниями. Такие нам пригодились бы.
Я хмурюсь. Роберт был прав. Нашему возвращению могут помешать. Ох, не зря он проявлял осторожность. И меня об этом просил. А я все рассказала Леонарду. А вдруг теперь он меня не отпустит? Ведь король может ему приказать, и всё! Накроется мое возвращение домой медным тазом.
– Ваше Величество, – говорю я с натянутой улыбкой, – не думаю, что мои навыки вам полезны. Помнится, мои расклады вас не впечатлили.
Король смотрит на меня несколько секунд, затем смеется.
– Признаю, Виктория, я был не прав. Ты хороший тарталолог.
– Таролог, – осторожно поправляю, чувствуя нервозность. – Благодарю, но я всё же всё равно не понимаю, к чему вы ведете.
– Виктория, я предлагаю тебе должность при дворе. Будешь нашим дворцовым тарологом.
Нет, он не предлагает, он утверждает. Мои брови сами собой взлетают вверх, с губ срывается короткий смешок. Его слова выбивают у меня почву из-под ног.
– Ваше Величество, благодарю за оказанную честь. Но я так мечтала вернуться домой…
Я замолкаю, заметив, как он хмурится. Надо быть осторожнее.
– Мне нужно время подумать, – быстро говорю я, пытаясь улыбнуться.
Король кивает.
В дверь стучат. На пороге появляется бледный, взволнованный советник.
– Ваше Величество! Прошу прощения, но мне срочно нужно с вами поговорить. Дело не терпит отлагательств.
– Ганс, проходи, – велит король. – Виктория, ты можешь идти. И подумай над моим предложением.
Я спешно покидаю кабинет, чувствуя смятение. Что, если я откажусь? Не заставит ли он меня остаться? Быть дворцовым тарологом совсем не входило в мои планы.
Вдруг чья-то рука хватает меня за плечо. Я испуганно вскрикиваю.
– Тихо! – шипит знакомый голос, и меня затягивают в кусты.
– Роберт! Ты что творишь?
– Виктория, – он оглядывается по сторонам. – Я ухожу сегодня ночью. Ты со мной?
– Уходишь? Куда?
– Домой, – шепчет он. – Я открыл портал. Но пока никто об этом не знает.
У меня подкашиваются ноги.
– Как открыл? И скрыл это?
– Я боюсь, что король нас не отпустит, Виктория.
С ним сложно не согласиться. Я и сама этого очень боюсь.
– Так что, Виктория? Возвращаешься или остаешься?
«Конечно, возвращаюсь!» – хочется крикнуть, но я прикусываю губу. На душе становится тяжело и грустно. Не понимаю, откуда это чувство.
– Виктория, решай быстрее, – раздраженно говорит Роберт. – Скоро король узнает, что портал работает. Нам нужно успеть убраться отсюда. И лучше сегодня ночью.
– Мне нужно подумать.
«О чём тут думать?» – удивляюсь я сама себе. Это тот шанс, которого я ждала с первого дня. А сейчас почему-то медлю.
Роберт качает головой.
– Говорил ведь, что с тобой каши не сваришь. Ладно, сегодня в одиннадцать у озера. Я подожду тебя десять минут. Всего десять, Виктория. Если не придешь, значит, решу, что ты остаешься, и ухожу один. Понятно?
Я киваю.
Роберт поспешно скрывается в саду. А я провожаю его беспокойным взглядом.
Глава 41
Выйдя из замка, я долго брожу по городу. В голове – сплошной сумбур.
«Конечно, мне нужно вернуться», – твержу я себе, но от этих мыслей накатывает тоска.
Я иду без цели, пока не утыкаюсь в здание госпиталя. Сама не заметила, как ноги принесли меня сюда. Мне хочется зайти внутрь, увидеть Леонарда, будто это придаст мне решимости. Но я подавляю в себе это желание.
Уже собираюсь уйти, как в дверях мелькает подол знакомого темно-зеленого платья. В голове проносится неприятная догадка.
Я нерешительно вхожу в госпиталь. Артефакты под потолком тихо звенят, и их магия окутывает меня искусственным спокойствием. Подхожу к палате Леонарда и замираю у двери.
Слух улавливает голоса. Леонард очнулся?
Сердце начинает стучать чаще. Я берусь за ручку и приоткрываю дверь. Из палаты доносится бархатный, знакомый смех.
Леонард!
Делаю шаг вперед и резко останавливаюсь.
– Хорошая шутка, Катрин, – хрипло говорит он.
Мое сердце замирает. Она снова здесь? Да еще шутки ему какие-то рассказывает!
– Ах, мой милый Леонард, – с придыханием говорит Катрин, – как я рада, что ты очнулся. И это вовсе не шутка.
Леонард снова смеется. Я прикусываю губу и отступаю от двери.
Он что, обо мне даже не вспоминал? Сидит там, веселится с Катрин. А я ведь его жена. Пусть и не настоящая.
Значит, когда за его мамой нужно присмотреть, то «Виктория, милая моя», а как ничего не нужно от его бедной дезер'ры, так он и не вспоминает?
Меня охватывает такая обида, что я разворачиваюсь и почти бегу прочь.
– Да что ты смеешься? – доносится вслед голос Катрин, но я уже не слушаю. – Не веришь мне? А я сама слышала…
Пусть смеется, пусть общается с кем хочет, а я возьму и пойду домой. К себе домой. В свой мир. Нечего мне тут делать. Погостила, и хватит. Пора и честь знать.
Выбежав на улицу, я останавливаюсь, чтобы перевести дыхание. Вечереет, но я еще успею забежать в дом к Камалии за вещами.
– Виктория, – раздается за спиной.
Оборачиваюсь. Катрин вышла за мной.
– Что ты здесь делаешь? – хмуро спрашивает она. – Подслушивала под дверью?
В ее глазах плескается странное беспокойство.
– Я не подслушивала. Просто хотела узнать, как Леонард.
– С Леонардом всё хорошо, – заносчиво заверяет она. – И не нужно за ним бегать. Ты ему не нужна.
Я шумно выдыхаю, пытаясь сдержать возмущение. Не столько из-за ее слов, что я кому-то там не нужна, хотя это тоже неприятно, а сколько из-за самоуверенности, с которой она их произносит.
– Леонард женился на тебе, только потому что думал, что не вернется, – продолжает Катрин. – Теперь всё хорошо, и в этом браке нет нужды. Поэтому советую больше не навязываться Леонарду. Это совсем не красит женщину.
Катрин улыбается, а я от возмущения забываю, как дышать. Это я-то навязываюсь?
– Боюсь, вы ошиблись, ни за кем я не бегаю.
– Ох, милая, – Катрин кладет руку мне на плечо. – Леонард мне рассказал, что ты в него влюблена. Ничего страшного в твоих чувствах нет, но бегать за равнодушным к тебе мужчиной… Это не к лицу девушке.
Я скриплю зубами, сбрасываю ее руку.
– Я не влюблена. И бегать за Леонардом не собираюсь. Пусть живет с кем хочет.
– Вот и славно, – улыбается она. – А то Леонард не знал, как тебе сказать, что он больше не нуждается в твоих услугах.
– В услугах? – не понимаю я.
– По уходу за его матерью на случай, если он не вернется. Он ведь только поэтому на тебе женился. Хорошо, что ты всё поняла. Леонарду не придется тебе ничего объяснять. Прощай.
Ну спасибо, Леонард. Такой благодарности я не ожидала.
Мне хочется пойти и высказать ему всё. Но одна мысль о том, что он прогонит меня на глазах этой наглой девицы, заставляет передумать.
Лучше уйти по-английски. Не прощаясь!
Я разворачиваюсь и иду прочь. Внутри всё клокочет.
Как Леонард мог сказать ей, что я в него влюблена? То есть он обсуждал с ней такие темы? Да еще и рассказал про причину нашего брака. Вот, значит, как они близки с Катрин. А я ведь еще переживала за этого суб'баи. Тьфу!
Иду вдоль ограды госпиталя, когда мимо проносятся кареты, обдавая меня пылью. Я откашливаюсь и в испуге бросаюсь в кусты. Кареты останавливаются у входа. Из одной выскакивает король.
– Ваше Величество! – восклицает Катрин с восторженным реверансом.
Король не замечает ее. Он бледен, взволнован. Его глаза бегают по территории. Рядом с ним идет советник Ганс. Они спешно скрываются в госпитале.
Я выползаю из кустов и выдыхаю. Чуть не попалась. Нужно скорее найти Роберта, пока короля нет в замке.
После разговора с Катрин я окончательно уверена в своем решении. Нечего мне делать в чужом мире. Я здесь никому не нужна, лучше вернуться к себе домой, там мое место.
Я дохожу до дома Леонарда на закате. Так некстати заплутала в городе и потеряла драгоценное время. На часах уже одиннадцатый час.
Камалия на кухне, суетится у печи.
Я крадусь в свою комнату, с грустью осматриваюсь, кладу карты в сумку. Выхожу в коридор и сталкиваюсь с Камалией.
– Виктория, ты куда? Не к Леонарду ли?
Ее руки в муке, на губах счастливая улыбка.
– Ох, нет…
– Нет? – удивляется она. – А почему? Он пришел в себя. Я вот тут ему бульон сварила и пирожки пеку с яблоками. Я думала, ты пойдешь со мной его навестить. Леонард будет рад тебя видеть.
Ох, сомневаюсь. У него там и без меня отличная компания.
– Я позже к нему загляну. Простите, Камалия, у меня дела.
– Дела? Какие дела, Виктория? – Камалия следует за мной к двери. Ее взгляд становится слишком внимательным.
– Принцесса просила к ней зайти, – лгу. – Простите. Я правда спешу.
Останавливаюсь на пороге, в последний раз смотрю на Камалию.
Все-таки хорошая у Леонарда мама. И жаль, что мы больше не увидимся.
– Спасибо вам за всё, – говорю я с грустью. – И… прощайте, Камалия.
Она удивленно поднимает брови. Я сбегаю с крыльца, не дожидаясь ответа.
– Надеюсь, ты ненадолго, Виктория. Леонард… – кричит она вслед, но я уже не слышу, так как слова теряются в шуме города.
Останавливаюсь в переулке, перевожу дыхание. В горле стоит ком.
Никогда не любила прощания. Лучше уходить тихо, чтобы потом не заливаться слезами.
В королевском дворе царит тишина, горят фонари, пахнет розами и яблоками. Я иду к озеру, стараясь выглядеть как можно невозмутимее.
– Мадам? – окликает меня стражник.
– Да? – улыбаюсь я, украдкой глядя на часы. Время поджимает. И я боюсь, что Роберт уйдет без меня.
– Куда вы направляетесь?
– Я? А… у меня встреча с принцессой. У озера.
– Ночью? – стражник подозрительно щурится.
– Прогулки перед сном полезны для здоровья. Вы не знали?
– Не знал, – сурово отвечает он.
Он мне не верит. Меня охватывает страх.
– Ее Высочество просила раскинуть карты, – достаю колоду и машу ей перед носом стражника. – Думаю, ей не понравится, если я опоздаю.
– Ее Высочества там нет, – упрямится он.
– Так доложите ей, что я пришла.
Смотрю ему прямо в глаза. Он раздумывает целую вечность.
– Хорошо. Я сообщу.
– Благодарю, – говорю с натянутой улыбкой. – Я буду ждать у причала.
Едва он скрывается в стенах дворца, я бегу к озеру. Сердце колотится.
Нужно успеть, пока он не раскрыл обман.
Прибегаю ровно в одиннадцать. Оглядываюсь и холодею от страха. Роберта нигде нет.
– Роберт? – зову я. – Ты здесь?
Неужели ушел без меня?
Обегаю берег, взбираюсь на причал – никого.
– Роберт! – шепчу в панике.
– Виктория? – раздается за спиной.
– Роберт?
Разворачиваюсь и сталкиваюсь лицом к лицу с Отисом. Земля уходит из-под ног.
– Вот ты и попалась!
– Я? – пугаюсь.
– Теперь я тебя не отпущу, – смеется он. – Ты обещала мне погадать, помнишь?
– Может, в другой раз? – нервно озираюсь по сторонам.
Взгляд скользит по кустам в поисках Роберта.
– А что, у тебя какие-то дела?
– Да… Просто день был тяжелый. Леонард вернулся… – при воспоминаниях о нем в сердце болезненно колет. – Сам понимаешь.
– Скучала по нему? – улыбается Отис. – Слышал, вы поженились.
Я удивленно смотрю на Отиса: откуда он знает?
– Ну и правильно. Леонарду уже давно было пора обзавестись семьей, а то всё один да один. Ну, так что, погадаешь?
– Я правда тороплюсь, Отис…
– Виктория, не лишай меня надежды, – с мечтательной улыбкой говорит он. – Раскинь карты!
Тяжело вздыхаю и киваю. Так уж и быть, погадаю. Всё равно не отпустит без расклада. А Роберта так и не видать. Неужели он и правда ушел без меня? Но ведь сказал же, что подождет. Эх, Роберт, Роберт.
Торопливо достаю карты, рассеянно тасую. Стараюсь сосредоточиться на вопросе Отиса, но все мои думы только о портале. От волнения даже пальцы не слушаются.
– Виктория? – зовет Отис. – Всё в порядке?
– Извини, что-то я не в том настроении, чтобы сегодня гадать. Прости, Отис. Давай в другой раз?
Сжимаю колоду в руках и поднимаю на него глаза. Вздрагиваю от увиденного. За спиной Отиса, из кустов, на меня смотрит Роберт.
– Что с тобой? – спрашивает Отис.
– Что? – перевожу на него взгляд.
Пульс учащается. Роберт не ушел!
– Ты будто чем-то обеспокоена. Если из-за Леонарда, то не переживай. Король отправил к нему лучших целителей. Они его быстро на ноги поставят.
– Да, конечно, – бормочу я рассеянно.
Роберт показывает мне артефакт и скрывается в кустах.
– Прости, Отис, мне пора. Была рада повидаться.
Прохожу мимо него и ныряю в кусты. Надеюсь, он не пойдет за мной.
– Роберт? – шепчу, пробираясь через заросли. – Где ты?
Воздух начинает странно дрожать.
– Роберт?
– Вика, – его голос доносится справа, кто-то хватает меня за рукав, дергает в сторону.
Я оказываюсь у озера. Над водой искрятся крошечные молнии. Воздух дрожит и закручивается в воронку. От увиденного перехватывает дух.
– А это точно сработает?
– Должно, – не очень уверенно говорит Роберт.
– Должно? То есть это не точно? А если не получится, что с нами будет? А если нас занесет куда-то еще?
– Вика, – он закатывает глаза. – Чего гадать? Пока не проверим, всё равно не узнаем.
Роберт шагает в озеро, готовясь прыгнуть в портал.
– Ну что, идешь? – он оглядывается, и его глаза испуганно расширяются.
Я чувствую неладное и тоже оборачиваюсь. В нескольких метрах от нас стоит Отис и с изумлением смотрит на портал.
– Это что такое? – произносит он. – Это то самое? Откуда дезер'ры приходят? Как же обрадуется Его Величество, когда узнает…
– Отис! – кричу я, видя, что он собирается бежать за королем. – Не смей!
– Что? – он застывает в недоумении.
Под его взглядом я шагаю в озеро за Робертом.
– Виктория? – говорит Отис. – Что ты делаешь?
– Я ухожу, Отис… Домой.
– Домой? Но, Виктория…
Роберт касается моего локтя, давая знак, что нам пора.
– Прости, Отис, – шепчу я.
Делаю шаг. Границы портала вспыхивают вокруг.
– А как же Леонард? – кричит Отис. – Ты его бросаешь? Он твой муж, Виктория.
– Муж, – фыркаю я. – Тоже мне. Его есть кому утешить.
– А как же Элизабет? А я? Ты бросаешь нас всех? – на лице Отиса такая растерянность, что у меня сжимается сердце.
Я быстро вытаскиваю из колоды карту для него, но не успеваю посмотреть. Вихрь вырывает ее из рук и швыряет в озеро.
Воздух вокруг дрожит, очертания замка размываются. В последнее мгновение я вижу, как Отис подбирает размякшую карту из воды. А потом всё погружается в туман.
