Текст книги "(Не)любимая попаданка дракона (СИ)"

Автор книги: Эльвина Лейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 30

Я слегка напрягаюсь и медленно освобождаюсь из его хватки. Машинально поправляю платье и оглядываюсь.

– Прошлый раз, когда вам вздумалось поболтать, закончился тем, что вас побили. Может, для начала вернемся домой?

Леонард мрачно щурится.

– Нет, дезер'ра, нам нужно кое-что прояснить до того, как мы переступим порог моего дома.

Я складываю руки на груди. Взгляд невольно скользит по его разбитой губе. В темноте не разглядеть, но прилетело ему прилично. Что ж, если он хочет испытывать судьбу, пусть. Только если амбалы Бовуа вернутся, пусть пеняет на себя.

Леонард замечает мой взгляд и странно хмыкает.

– Дезер'ра, – начинает он важно, – я понимаю, что ты испытываешь чувства…

– Чувства? – непонимающе уточняю я.

– Можешь не отпираться. Я знаю, что нравлюсь тебе.

Я задыхаюсь от возмущения.

– В каком смысле «нравитесь»? Вы о чем, Леонард?

– Не строй из себя глупышку, дезер'ра. Всё твое поведение об этом кричит. Ты с первого дня пытаешься привлечь мое внимание. Дерзишь, разгуливаешь по дому в одном полотенце. Пришла за мной на бал, потом на свидание. Целоваться полезла. Будешь отпираться?

У меня отвисает челюсть.

– Да вы, – вспыхиваю от возмущения. – Что вы себе навыдумывали? Это вы меня поцеловали.

– Я не знал, что это ты. Но ты-то знала, кто я. И все равно полезла целоваться. Да еще и с больши́м удовольствием.

– Суб'баи! – топаю ногой. – Не выдавайте свои фантазии за реальность. Я просто растерялась. Вы так внезапно налетели.

Леонард усмехается. В его глазах читается явное неверие.

– Я тебя понимаю. Влюбилась, не ты первая, не ты последняя. Но, – он поднимает палец, не давая мне возразить, – красть артефакт было глупо. Видишь, к чему привело твое безрассудство? А если бы я тебя не нашел?

Леонард сурово хмурится.

– А вы искали меня, чтобы отчитать? – вздергиваю подбородок.

– Не дерзи.

– Правда же, Леонард, зачем вы меня по всему городу разыскивали? Оставили бы у этой Бовуа. А вы еще и в драку за меня полезли. Зачем, а?

Я щурюсь, глядя в его наглые глаза. Надо же такое придумать, будто я в него влюблена! Сам-то за леди Виндор весь вечер бегал. Это он обсудить не хочет?

– Потому что это моя работа, – мрачно отвечает Леонард. – Я должен присматривать за дезер'рой, пока на ней мои путы.

– Ах, ну да. Вы всегда прикрываетесь своей работой. Суб'баи должен то, суб'баи должен сё. Только вот человеческие отношения не регламентируются вашими протоколами, господин суб'баи!

Я разворачиваюсь и иду вдоль улицы. Внутри всё кипит от негодования.

– Дезер'ра, – слышится недовольный окрик. – И куда ты? Вернись немедленно.

Игнорируя его, ускоряю шаг.

– Опять на те же грабли, дезер'ра? Мало тебе было приключений? Еще захотелось?

– Я иду в замок. Уверена, у принцессы Элизабет найдется для меня лишняя комната. С вами мы всё равно не уживемся.

За спиной раздается тяжелый вздох.

– Ну что за упрямица. Дезер'ра!

– Виктория! Я не буду отзываться на «дезер'ру». Хватит. Ваше хамство перешло все границы. Мое терпение тоже не безграничное, знаете ли.

Я мрачно топаю во дворец. За спиной царит подозрительная тишина. Ни шагов, ни ворчания не слышно. Неужели он ушел?

Хочется оглянуться, но я сдерживаюсь. Раз ушла, так ушла.

– Ладно, Виктория, – вдруг раздается позади.

Сердце екает, но я не сбавляю шаг.

– Признаю: я тот еще… – он ругается словом из моего мира.

Я останавливаюсь и оборачиваюсь. Леонард стоит в десяти метрах, но, встретив мой взгляд, медленно подходит.

– Откуда вы знаете это слово?

– Я много дезер'р… – он задумчиво подбирает слово, – переловил.

– И со всеми вели себя так ужасно?

Леонард останавливается рядом, глядя на меня сверху вниз.

– Видимо, да. Извини. Я не должен был кричать и выгонять тебя из дома.

– Вы правда сожалеете? – недоверчиво уточняю.

Не знаю, учат ли суб'баи играть нужные эмоции, но он выглядит раскаивающимся.

– Да. Мне жаль. Я вспылил. Ты не виновата, что влюбилась. Хотя методы привлечения внимания у тебя странные.

– Леонард! – снова возмущаюсь. – Вы опять? Я не влюблена, сколько раз мне это повторить?

– Ладно. Я уже понял, что ты не признаешься. Закрыли тему. – Он протягивает мне руку. – Пойдем домой?

Я с сомнением смотрю на его ладонь. Вернуться к Леонарду? Снова? С другой стороны, идти мне некуда. Вряд ли в замке меня сильно ждут. Да и Леонард вроде понял свои ошибки.

– А вы больше не будете кричать? – строго спрашиваю я.

– Не буду.

– И запрещать мне выходить из дома?

– Возможно, – нехотя отвечает он.

– Возможно?

– Верни артефакт, и можешь ходить куда захочешь.

– Правда? – нащупываю в кармане подвеску, но не отдаю. – И в замок? И в город разрешите?

– Да. Так я хотя бы смогу тебя найти, если тебя снова украдут. – Леонард видит мое сомнение и добавляет: – Слово суб'баи. Я не буду тебе запрещать выходы из дома.

– Что ж, – достаю артефакт и протягиваю ему. – Вы дали слово.

– Суб'баи всегда держит слово, дезер'ра. Идем. – Он берет меня за руку и крепко сжимает ее.

– Виктория, – поправляю я, следуя за ним. – Вы обещали вести себя хорошо.

Леонард усмехается:

– Обещал. Но про имя никаких обещаний не помню.

– Но…

– Никаких «но», дезер'ра. Условия договора нужно обсуждать до его заключения, а не после.

Я недовольно поджимаю губы. Вот ведь хитрый гусь.

До дома мы добираемся в тишине. Леонард молчит, я тоже не решаюсь заговорить. Свет в окнах не горит, видимо, Камалия уже спит. В полной темноте мы проходим в прихожую. Леонард зажигает свечу, и я вскрикиваю.

Он недоуменно поднимает бровь.

– Ваше лицо, – шепчу я.

Помимо разбитой губы, на его скуле красуется большая ссадина, а под глазом – фингал.

– Вам больно? Надо приложить лед, – бросаюсь на кухню.

– Успокойся, – Леонард идет за мной и ставит свечу на стол. – Не суетись.

– Да как же не суетиться? Вам лицо разбили. Надо приложить холод, – открываю шкафчики в поисках чего-нибудь для компресса.

– Не надо, – Леонард устало садится на стул. – Завтра схожу к Целителю. Он всё поправит.

– Как же не надо? Рану нужно обработать. Где антисептик?

– С тобой бесполезно спорить, да? – усмехается он и кивает на верхний шкафчик.

Я достаю темный флакон, беру чистое полотенце и подхожу к Леонарду. Он поднимает на меня уставшие глаза, в которых играют блики от света свечи.

– Может щипать, – осторожно прикасаюсь полотенцем с антисептиком к ссадине. – Больно?

– Нет, – ворчит он, хотя сам морщится.

– Вам сильно досталось, – качаю головой. – Вот надо было вам там стоять и разговаривать…

– Не начинай, дезер'ра.

– Послушайте, нужно проверить и другие места. Возможно, там тоже ссадины. Где-то еще болит?

Перевожу взгляд с раны на его глаза и смущаюсь. Он смотрит пристально и разглядывает мое лицо. От этого взгляда становится не по себе.

– Откуда это у тебя? – он кивает на мой шрам на глазу.

Я теряюсь от такой бестактности, но виду не подаю.

– Нелепая случайность, – бормочу я.

Он продолжает смотреть на меня, и я, вздохнув, добавляю:

– Мой бывший парень поставил мне его. – Брови Леонарда удивленно дергаются. – Случайно.

– Случайно? – хмурится Леонард.

– Он увлекался фехтованием. Решил потренироваться. Ну и вот, – указываю на свой глаз.

– Идиот, – тихо говорит он.

Мне хочется отвернуться. Под его пристальным взглядом неловко. Я, конечно, привыкла, что на шрам многие пялятся, но ведь не так откровенно и нагло.

– Прекратите, – бормочу я, переводя взгляд на его скулу.

– Что?

– Так смотреть. – Я прикладываю полотенце к его ране, – Это бестактно, в конце концов.

В ответ на мою коленку ложится его горячая ладонь. Я замираю от неожиданности.

* * *

Леонард

– Вы… вы что делаете? – испуганно спрашивает дезер'ра.

Даже глаза расширила и смотрит на него так странно, совсем не так, как влюбленная девушка.

Да, не такой реакции он ждал. Но теперь уже поздно отступать – его рука уже сжимает ее коленку. И бес его дернул это сделать. Просто она стоит слишком близко: теплая, заботливая. Когда дезер'ра не дерзит, она выглядит такой милой.

А он после тяжелого дня, побитый и уставший, потерял бдительность, позволил холодному разуму ослабить контроль над эмоциями. Так он объясняет себе этот странный порыв прикоснуться к ней.

– Леонард? – она поджимает губы и прищуривает глаза, но не отстраняется.

Так и стоит рядом с ним, чего-то ждет. А он не понимает ее. Совсем. Сама же бросилась обрабатывать его раны, хлопочет вокруг. Всё ее поведение говорит о том, что он ей не безразличен. Но стоит ему сделать шаг, как она тут же включает снежную леди. Ох, уж эти женщины. А эта конкретная дезер'ра так совсем настоящая головоломка.

– Мне показалось, ты хромала, когда шла, – выдает он первое, что приходит в голову. – Ушибла ногу?

Дезер'ра приподнимает бровь. И снова непонятная эмоция в ее глазах – разочарование?

– Нет, всё в порядке.

Леонард мысленно ругается.

Да ей не угодишь: погладил ногу – не нравится, сделал вид, что проявил заботу – опять недовольна.

Леонард мрачно убирает руку и поднимается на ноги. Хватит с него на сегодня дезер'р, лучше пойти и выспаться. А дезер'ра… пусть делает что хочет. Он не собирается играть в ее игры «ближе-дальше». Нашла развлечение: сама сначала подманивает, а потом отталкивает.

– Леонард, вы куда? – раздается у него за спиной, когда он уже выходит из кухни.

– А как же холодный компресс?

Он оборачивается и окидывает ее суровым взглядом. Она быстро смачивает полотенце в холодной воде и подбегает к нему.

– Вот, приложите к лицу, а то отек будет.

И ведь хлопает глазами так наивно. А у самой дыхание прерывистое от волнения, глаза блестят, губы приоткрыты.

– Ну, Леонард, – она приподнимается на цыпочки и сама кладет на его ноющую скулу полотенце. Он машинально хватает ее за запястье и замечает, как розовеют ее щеки.

Леонард усмехается.

– Дезер'ра, я, конечно, понимаю, что ты не хочешь меня отпускать, но мне всё же хочется отдохнуть.

– Леонард, – возмущается она и тут же отскакивает от него, как ужаленная. Надувает губы и смешно смотрит на него исподлобья. – Да идите вы, куда хотите. Я, вообще-то, помочь хотела. Но вижу, вы и без меня прекрасно справитесь. Тогда спокойной ночи.

Она проходит мимо, задрав подбородок. Леонард сдерживает смешок. Гордая. Своенравная. Строит из себя не пойми кого, но глаза всё выдают. Глядя, как она удаляется в свою комнату, Леонард даже думает, а не пойти ли следом? Его вдруг начинает забавлять эта странная игра. Интересно, что она сделает, если он заявится к ней в спальню? Будет и дальше строить из себя снежную королеву?

Он раздумывает над этой нелепой затеей с улыбкой на губах. Конечно, он не собирается трогать дезер'ру, но ее реакцию посмотреть очень любопытно.

Леонард почти решается, как вдруг во входную дверь раздается громкий, нетерпеливый стук.

Глава 31

Виктория

Я не успеваю дойти до комнаты, как в дверь раздается стук. Оглядываюсь на нахмурившегося Леонарда. Сердце взволнованно учащается. Кто может прийти в такой поздний час?

Леонард направляется к двери, а я бросаюсь за ним.

– Не открывайте, – шепчу я в ужасе. – Вдруг это амбалы Бовуа? Что если они нашли нас?

Леонард скептически поднимает бровь.

– Они могли нас выследить, Леонард, – не сдаюсь я.

В дверь снова раздается громкий стук.

– Суб'баи, – говорит кто-то за дверью, откашлявшись. – Донесение от Его Величества.

Мы с Леонардом переглядываемся. Он отпирает дверь, и на пороге появляется запыхавшийся стражник.

– Вас вызывает король, – докладывает он. – Дело срочное.

– Что случилось?

– Не могу знать, но идти нужно немедленно. Вас король тоже ждет, – обращается ко мне стражник.

– Меня? – удивляюсь я.

– Зачем дезер'ру? – строго спрашивает Леонард.

– Да, зачем? – подхожу ближе к стражнику.

Он оглядывает сначала побитого Леонарда, потом взъерошенную меня и удивленно ведет бровями.

– Простите, суб'баи, вижу, что не вовремя. Но дело государственной важности.

– Идем, дезер'ра, – командует Леонард.

– Подождите, мне нужно привести себя в порядок, – я подбираю подол платья и хочу метнуться в комнату, чтобы переодеться, но стражник настаивает на срочности. Приходится идти как есть.

– Это наверное из-за драки, – шепчу я, когда мы выходим на улицу.

Я иду, держась за локоть Леонарда, и внимательно смотрю под ноги, чтобы в темноте не споткнуться.

– Как вы считаете, Леонард? – поднимаю на него глаза.

Он хмурится и выглядит задумчивым.

– Скоро узнаем, дезер'ра.

* * *

В замке темно и тихо. Наши шаги гулко отдаются в длинных коридорах. Стражник приводит нас к кабинету короля и, постучав, осторожно открывает дверь.

В кабинете нас встречают трое: король, советник и принцесса. Последняя выглядит заплаканной и бледной.

– Войско должно быть готово к рассвету, – успеваю услышать слова короля перед тем, как войти.

Советник кивает и выходит, а Его Величество поворачивается к нам. Его брови слегка дергаются при виде нашего потрепанного вида, но вслух он ничего не говорит. Откашливается и встает из-за стола.

– Мой лучший суб'баи, – улыбается он. – И его дезер'ра здесь.

– Ваше Величество, – Леонард кланяется, и я вместе с ним. – Я слышал про войско.

Король жестом предлагает мне сесть за стол.

– Мы выходим на рассвете. Волнения на севере вышли из-под контроля. Нужно предотвратить мятеж. И мне нужна твоя дезер'ра, – король смотрит на меня своими синими глазами.

Принцесса громко всхлипывает, а я настороженно смотрю на Леонарда и замечаю, как он напрягается.

– Как дезер'ра может помочь, Ваше Величество?

– Разложи-ка свои карты, – говорит король. – Чем все кончится? Смогу ли я удержать власть?

Король выглядит мрачным, но в глазах видна надежда. Он ждет, что я нагадаю ему что-то хорошее. А я не знаю, как сказать, что у меня больше нет карт. Они остались у Бовуа.

– Ваше Величество, – облизываю пересохшие губы, – дело в том, что мои карты… – король хмурится, – карты…

Я чувствую, как ладонь Леонарда ложится на мое плечо и слегка сжимает его.

– Что такое, дезер'ра? – мягко спрашивает он, но в глазах буря. – Что с твоими картами?

Я беззвучно шепчу:

– Они у Бовуа.

– Что с картами, Виктория? – всхлипывает принцесса. – Ты не можешь погадать дяде? Всё будет плохо? О нет. – Элизабет утыкается в шелковый платок, вытирая слезы.

– Так, спокойно, – поднимаю ладонь. – Моя колода немного потерялась, но хорошему тарологу это помешать не может. Принесите чистый лист бумаги, карандаш и ножницы. Сейчас всё организуем.

Через несколько минут передо мной лежат все необходимые предметы. Я аккуратно вырезаю семьдесят восемь квадратиков и подписываю их названиями карт. Король и Леонард смотрят на это с недоверием. Только принцесса не скрывает любопытства.

– И это будет работать? – спрашивает Леонард. – Вот эти бумажки?

Я с укором смотрю на него.

– Да. Будет. Гадают не карты, Леонард, а таролог. То есть я, – твердо говорю я, хотя сама не знаю, получится ли. Строгий взгляд короля не прибавляет уверенности и заставляет сердце обеспокоенно трепетать. Интересно, что он со мной сделает, если ничего не получится? Отправит на костер?

Перемешиваю листочки прямо на столе, вытаскиваю несколько и раскладываю перед собой.

– Ну что там? – король наклоняется над самодельными «картами».

– Там, – вглядываюсь в написанные карандашом названия. Что-то странное вырисовывается в раскладе. – Дальняя дорога, – робко говорю я.

Король с недоумением смотрит на меня и откидывается на спинку стула.

– Это и так все знают, дезер'ра. Я сам тебе об этом сказал. Что-то еще видишь?

– Сосредоточься, дезер'ра, – шипит Леонард и сжимает мое плечо.

– Сейчас-сейчас, – снова перемешиваю бумажки и вытаскиваю несколько. – Вижу… опасность.

Принцесса вскрикивает и подскакивает с места.

– Дядя, ты слышал?

– Да, моя дорогая племянница, ведь я еду подавлять мятеж, а там опасно. Не нужно быть гадалкой, чтобы это понимать. Кажется, мы зря теряем время.

Король встает и подходит к окну, сложив руки за спиной.

– Леонард, я выезжаю с войском на рассвете. Отряд суб'баи останется во дворце и будет ждать указаний.

– Да, Ваше Величество.

– Надеюсь, ваша помощь не понадобится, но если вдруг…

Король не договаривает, но Леонард понимает его и кивает. А я снова вглядываюсь в бумажки на столе. Странный расклад. Не верю, что внезапно потеряла навыки.

– Можете идти, – доносится голос короля.

– Идем, дезер'ра, – Леонард хватает меня за локоть.

– Подождите, – восклицаю я и вытаскиваю еще одну бумажку. – Желание!

– Что? – король оборачивается.

– Желание? – повторяет принцесса. – Какое желание? Чье?

– Ваше Величество, ваше будущее неясно, – осторожно говорю я, – но в результате ваше самое заветное желание исполнится.

Король недоверчиво щурится и просто молча кивает. Ну вот. Не поверил.

– Можешь идти, дезер'ра, – говорит он, и нам с Леонардом приходится уйти. Принцесса провожает нас растерянным взглядом.

* * *

Его Величество Эльфред IV Аллатерийский

– Войско готово, – голос советника выводит Эльфреда из раздумий.

У него не выходят из головы слова этой странной дезер'ры. Неужели то, о чем он мечтал несколько лет, исполнится? Но как?

– Ваше Величество? – осторожно спрашивает советник.

Эльфред переводит взгляд на старого друга. Они знакомы с детства, и за все годы Ганс ни разу не дал повода усомниться в своей преданности. Долгие годы он сопровождал короля на пути его правления и оставался верен ему.

– Она сказала, что мое заветное желание исполнится, Ганс.

– Вы имеете в виду дезер'ру, Ваше Величество?

Эльфред кивает.

– Я долгие годы мечтал о наследнике.

– Думаете, это будет ребенок Элизабет и принца Дария?

– Не знаю, Ганс, – король тяжело вздыхает. – Элизабет не нравится Дарий, хотя это не имеет значения, когда дело касается государственного вопроса. Главное для нашей страны, чтобы было кому взойти на трон, если со мной что-то случится. Но…

Эльфред замолкает, вспоминая свою родную сестру, которая слишком рано ушла.

– Но, Ваше Величество?

– Магда, мать Элизабет. Я дал ей слово, что позабочусь о ее дочери, воспитаю ее в любви и заботе, как родную дочь. А сейчас должен выдать ее замуж за нелюбимого в интересах страны.

Эльфред поднимает глаза на советника. Тот стоит, потупив взгляд.

– Ты грустишь, Ганс? Тебя что-то беспокоит?

Советник заметно вздрагивает.

– Я беспокоюсь лишь о нашем государстве, Ваше Величество. А что касается слов дезер'ры, вы уверены, что она имела в виду принцессу?

– Думаешь, она нагадала мне собственного наследника? – король усмехается.

Он пытался пять раз, но ни одна из жен так и не смогла его осчастливить. Он был бы рад даже дочери, но ни сына, ни дочь судьба ему не подарила. И он уже потерял всякую надежду, но эта дезер'ра вновь всколыхнула в нем старую рану.

«А ведь они похожи», – проносится в голове. Не внешне, тут как раз они очень разные. А характером. Воспоминания вновь накрывают его волной. То, что он прячет все эти годы глубоко в душе́, снова поднимает голову. Пять жен, но ни одна из них не смогла изгнать из его сердца ту.

– Ну что ты молчишь, Ганс? Думаешь, правда у меня появится наследник?

– Это известно только небесам, – советник странно бледен. – Время, Ваше Величество. Светает. Пора выдвигаться в путь.

Король кивает и поднимается.

– Ты останешься во дворце, Ганс. Я доверяю тебе, как самому себе. Ты ведь знаешь, что делать, если со мной что-то случится?

Советник устремляет на него болезненные глаза.

– Я уверен, что вы вернетесь с победой, Ваше Величество.

В ответ король лишь слабо улыбается.

* * *

Советник выходит из кабинета, дрожащими руками достает из кармана платок и вытирает лицо.

«Я доверяю тебе, как самому себе», – сказал он.

– Как жаль, что я не оправдал этого доверия, – беззвучно шепчет Ганс.

Ошибка, которую он совершил в молодости, мучает его много лет. Тогда он был уверен, что поступает правильно. Его убедили, что так будет лучше для страны. Ведь принц, готовящийся взойти на престол, не может жениться на дезер'ре. Как бы будущий король выглядел в глазах других государств и своего народа? Чтобы дезер'ра стала королевой? Нет, женой правителя могла быть только наследная принцесса.

И советник был уверен, что все сделал правильно, но шли годы, жены короля умирали от болезни одна за другой, не принося ни наследника королевству, ни счастья Его Величеству. И даже та, кто заварила всю эту кашу – первая жена Эльфреда, не смогла насладиться статусом королевы, зачахнув от хвори через год после свадьбы.

Теперь, с высоты прожитых лет, Ганс ясно понимает, что всё это было большой ошибкой. Если бы он мог всё исправить…

Сердце советника ёкает.

– Исправить, – шепчет он, словно в бреду.

Мысли в голове мечутся, пытаясь вытащить из закромов памяти забытые сведения.

– Архив, – кивает он сам себе. – Нужно изучить архив. Там должны были сохраниться записи о ней.