Текст книги "Дурные намерения (ЛП)"
Автор книги: Элли Риверс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)
Когда этот день настал, физически я чувствовала себя значительно лучше, чего нельзя было сказать о душевном состоянии. Я превратилась в сплошной комок нервов, изводя себя мыслями: а хотят ли вообще участницы, чтобы клуб вела именно я? Тревога только усилилась, когда перед самым началом подошла Бекс.
– Привет! Тебе уже лучше? – поинтересовалась она.
– Да, спасибо за открытку.
– Надеюсь, ты все-таки сходишь к врачу, – озабоченно произнесла Бекс. – Еще тогда, взглянув на тебя, я поняла, насколько все серьезно.
– А я слышала, ты отлично справилась на прошлой неделе.
– Да пустяки. Нам всем все равно тебя не хватало.
Я так и не смогла разобрать, пытается ли она таким образом задобрить или говорит искренне.
Бекс была хорошей девушкой. Я пару раз подумывала о том, чтобы наладить с ней дружеские отношения, вот только образ переплетенных пальцев Авы и Келвина все еще слишком живо стоял перед глазами. Не уверена, что смогла бы вынести очередное сближение с человеком, который в конечном счете все равно предпочтет его.
– Ой, пока не забыла, – спохватилась она, вытаскивая сложенный листок. – Тут кое-кто просил тебе передать.
– Кто-то из наших? – удивилась я.
– Нет, кто-то посторонний.
– Он хоть представился?
– Прости, не спросила, – покачала головой Бекс. – Я еще подумала, что он принес какую-то странность. В смысле, парень, интересующийся клубом женских романов? Как-то это жутковато.
Протянув руку, я забрала послание.
– Я разберусь. Спасибо, Бекс.
Прежде чем развернуть бумажку, я все же дошла до стола.
Ви: Привет, Эми. Я прочитал книгу, которую ты мне посоветовала, и она очень понравилась. С удовольствием обсудил бы ее с тобой, да и не только ее. У меня есть на примете одно приложение, где мы могли бы пообщаться
Я прищурилась, разглядывая подпись в самом низу страницы. Всего одна буква.
– Ви, – пробормотала я себе под нос. – Странное имя.
Мысленно вернувшись к тому дню, когда накрыла мигрень, я вспомнила, как в кого-то врезалась, хотя лица так и не разглядела. В памяти всплыло лишь то, как незнакомец со мной заговорил, и больше ничего. Неужели я умудрилась еще и книгу ему посоветовать?
И пусть Бекс смущала перспектива появления парня в книжном клубе, лично я ничего против не имела. Я с радостью обсудила бы с ним литературу, поэтому тут же открыла приложение, о котором он писал.
Я отправила ему запрос в друзья, который тут же одобрили. Дождавшись подтверждения, набрала сообщение.
Я: Привет! С удовольствием обсужу с тобой прочитанное. Только один короткий вопрос: а что это за книга? Последние пару недель выдались просто сумасшедшими: сначала один мудак испортил мне день рождения, а затем последовал эмоциональный срыв, так что я почти ничего не помню
Я: На следующей неделе мы читаем нечто в похожем духе. Тебе стоит прийти! Бекс, возможно, немного странно отреагировала на перспективу появления парня в клубе, но я совершенно не против!
Ви начал набирать сообщение. Остановился. И снова принялся печатать.
Ви: Привет, Эми. Пожалуй, пока пусть это останется только между нами. Мне приятно с тобой общаться
Глава 1
Девять лет спустя
Ушло два года на то, чтобы научиться ценить тишину собственного дома. После смерти бабули пустота невыносимо давила, особенно когда суд разрешил спор о наследстве, отдав мебель Келвину. Какое-то время всепоглощающая пустота вызывала во мне лишь глухую злость.
Теперь же почти не тяготила.
Со временем на скромные заработки я вновь обставила комнаты винтажной мебелью. Пространство заполнили обеденный стол, диван и несколько придиванных столиков. Пусть и не предел мечтаний, но хватало, чтобы вернуть ощущение родного очага и перестать просыпаться с тоской.
В последнее время дни текли настолько однообразно, что граничили с откровенной скукой. Привычный утренний ритуал состоял из кофе и работы, а дальше начиналась жизнь чужими эмоциями: я либо ныряла с головой в книги, либо подглядывала за соседями из окна. Лили – моя новая, но уже самая близкая подруга – скрашивала уныние с момента нашего знакомства, и все же я нет-нет да и задавалась вопросом: неужели так пройдет вся оставшаяся жизнь?
Я числилась на унылой должности в семейной компании, где вечно не находилось дел. Из-за холодов на улицах стояла непривычная тишина, и чаще всего к обеду я отчаянно искала, что бы почитать, лишь бы дотянуть до конца смены в пять вечера.
И сегодняшний день ничуть не отличался от прочих.
Напоследок проверив рабочую почту, я открыла начатую книгу. Сюжет ничем не выделялся на фоне десятков других, но в наблюдении за тем, как двое влюбляются друг в друга, крылось нечто, каждый раз заставлявшее меня улыбаться. Я прекрасно понимала, что все это лишь выдумка – поверь я в подобную сказку хоть на мгновение, дух бабули не давал бы покоя, – однако такой побег от реальности требовался как воздух.
Минут через десять, стоило добраться до умилительной сцены первого поцелуя, экран телефона вспыхнул от нового уведомления.
Ви: Я больше никогда не притронусь к фэнтези. Мать Роханды воскресла, а потом СНОВА УМЕРЛА. Какая жестокость. Зачем ты заставляешь это читать?
Рассмеявшись, я быстро набрала ответ.
Я: ПОТОМУ ЧТО нужно с кем-то это обсудить. Моя единственная знакомая ОБОЖАЕТ фэнтези, и я просто не могу заявить, что эта книга вызывает сплошные кошмары
Ви: И выбрала меня???
Я: Тебе для этого хватит смелости
Ви: Хватит... но я буду припоминать это до конца нашей дружбы. Здесь ведь счастливый конец? Если нет, придется многое переосмыслить...
Ви: Шучу. Прощу, если после нее ты посоветуешь что-нибудь с гарантированным хэппи-эндом
Наша с Ви дружба завязалась вопреки всем обстоятельствам и стала настоящим сокровищем. Я ничуть ему не наскучила: ни когда из-за проблем со здоровьем пришлось передать руководство книжным клубом Бекс, ни когда закрылся первый мессенджер.
Вместо того чтобы исчезнуть из моей жизни, оба раза Ви предлагал выход из положения. В первый раз мы сошлись на том, что будем обсуждать книги по мере моих сил; причем он даже не подозревал, что вечная нехватка времени связана со здоровьем. А позже именно от него прозвучала идея перейти в «Дискорд», чтобы не возиться с платными подписками.
Письмо, однажды подаренное Ви, до сих пор хранилось вместе с крошечной горсткой вещей, с которыми я не расставалась годами.
В университетские годы я надеялась, что он заглянет на одну из еженедельных встреч, но чуда так и не произошло. И хотя двери для него всегда оставались открыты, Бекс успела приложить к этому руку. В кругу участниц клуба она казалась душой компании, однако при личном знакомстве с Ви истинное отношение подруги наверняка прорвалось бы сквозь напускное дружелюбие.
Со временем пришло осознание: к лучшему, что он не появлялся лично. Едва ли не половина людей вступала в клуб исключительно ради сплетен о моем брате, а вовсе не ради чтения. Потеряй я Ви из-за Келвина – как случалось с остальными, – от такого удара оправиться бы уже не вышло.
Уникальность Ви стала ясна с первой же недели. Таким особенным он остается и по сей день.
Я: Сделаю что угодно, лишь бы заслужить твое прощение
Ви: Вообще-то, я готов немедленно тебя простить. Сюжет свернул в романтику
Так и подмывало рассказать, чьему перу принадлежит история, и почему атмосфера резко меняется ближе к развязке. Когда Лили вынудили вступить в фиктивный брак, из-под ее пальцев выходили сплошь мрачные, пугающие строки. Зато потом, постепенно сближаясь с мужем, она вплетала в сюжет все больше нежности, пока цикл «Истинные» наконец не обрел заслуженный счастливый финал.
Однако подруга тщательно скрывала личность: узнай родители, насколько сильно они вдохновили цикл, немедленно попытались бы присвоить чужой успех. И хотя вряд ли Ви имел хоть малейшее отношение к этому миру, по закону подлости именно так бы все и вышло.
Я: Концовка определенно стоит потраченных нервов
Еще пару минут удавалось выполнять прямые рабочие обязанности, пока телефон не завибрировал снова. Я уставилась на экран, сгорая от нетерпения прочесть ответ.
Но вместо него пришло сообщение от папы.
Как бы ни хотелось верить в его заинтересованность, текст оказался типичной веерной рассылкой для всех завсегдатаев родительских вечеринок. Чаще всего они устраивались в честь Келвина, и грядущее торжество исключением не стало.
Папа: Приходи отпраздновать повышение Келвина до генерального директора! Прямо в его день рождения! Мой выход на пенсию теперь официально вступил в силу
Я закатила глаза. Наши с братом отношения и без того начали портиться после смерти бабули.
В первом найденном мною завещании дом отходил ему, что казалось полным абсурдом – бабушка клялась оставить особняк мне. Чуть позже обнаружился другой вариант, написанный от руки и полностью совпадавший с ее обещаниями, где я просто исправила дату. Старую бумагу сохранила как напоминание о собственном проступке, однако отчаянно нуждалась в крыше над головой. Келвин же, в своем репертуаре, тут же потащил меня в суд по делам о наследстве.
Каким-то чудом я выиграла.
Поражения Келвин не признавал. Родня подозревала подделку документов, а сам брат не упускал случая напомнить, что дом достался мне незаслуженно. Справедливости ради, в глазах закона – и согласно самой последней воле – так оно и вышло. Но в этих стенах прошло мое детство. Позволить пустить дом с молотка и оказаться на улице я просто не могла. А именно это Келвин и планировал провернуть.
В последнее время общение сводилось либо к корпоративным письмам на весь отдел, либо к приглашениям на его все более пафосные приемы.
Обычно я старалась их игнорировать. Когда все полетело к чертям, теплилась крошечная надежда, что меня вычеркнут из списков, вот только брат обожал звать неприятных ему людей исключительно ради хвастовства – включая собственную сестру-близняшку. Он прекрасно знал о моем скромном финансовом положении. Но устроиться куда-то еще не вышло бы при всем желании: слишком громко наша общая фамилия кричала с вывески компании.
Я: Привет. Сегодня прийти не смогу. Уже есть планы с друзьями
Ответ прилетел моментально.
Папа: Тогда бери их с собой. Явка обязательна
Ни за что на свете. Лили я доверяла как себе, однако подпускать ее к Келвину не собиралась и на пушечный выстрел. Предательство Авы жгло память даже спустя годы. Пережить подобное во второй раз мне бы не хватило сил. И с Лили-то сблизиться стоило огромного труда, но я рискнула, благо мы с братом в последнее время не пересекались.
Учитывая, как с ней обошлись собственные родители, я сильно сомневалась, что Келвин вообще придется подруге по душе.
Куда вероятнее, что она сделает его прототипом злодея в одной из книг и безжалостно прикончит. Да Лили бы ради такого дела даже еще одно фэнтези написала. Но, потеряв из-за брата слишком многих, идти на подобный риск я не собиралась.
Я переключилась на чат с Эммой. Мы общались куда чаще, чем с Келвином, да и за советами она обращалась исключительно ко мне.
Я: Пойдешь на показушную вечеринку?
Эмма: А мне никто не говорил, что намечается тусовка
Эмма: О, погоди. Вижу приглашение. Эмм, нет. Я не потащусь четыре часа за рулем, чтобы смотреть, как присутствующие коллективно вылизывают Келвину задницу
Я: Нельзя ли выразиться как-то поизящнее?
Эмма: Кстати, с днем рождения. Я бы приехала, но мне вообще-то работать надо, чтобы себя обеспечивать
Я: Та же история. Просто отстой
Вернувшись к компьютеру, я ошарашенно моргнула, обнаружив приглашение на рабочее собрание, которое начиналось через две минуты.
С каких это пор меня зовут на встречи в последнюю минуту? Может, наконец-то переводят в другой отдел, где найдется хоть какое-то занятие. Времени на чтение, конечно, будет не хватать, но даже мне становилось не по себе от получения зарплаты просто так – пусть и совсем копеечной.
Схватив телефон, я проверила, как выгляжу на камере, и в ужасе распахнула глаза, заметив, насколько сильно распушились кудри. Пришлось наспех собрать их в хвост, пытаясь пригладить непослушные волоски.
Спустя минуту я подключилась к звонку.
И тут же возникло острое желание немедленно отключиться.
Первым в глаза бросилось лицо брата на фоне панорамы Нэшвилла. Келвин занимал шикарный высотный офис, и фон для видеоконференций выглядел настолько безупречным, что казался искусственным, однако я прекрасно знала: окна кабинета действительно выходили на город, а освещение выстроили поистине картинное.
Встретившись с ним взглядом, я побледнела. Что он здесь забыл? Брат никогда не общался со мной в рабочее время.
– Эми, – начала представительница отдела кадров. Я судорожно забегала глазами по экрану в поисках ее имени, пока не наткнулась на подпись в самом низу.
– Здравствуйте, Кора. Чем могу помочь?
– Встреча не займет много времени. Боюсь, на данный момент вы ничем не можете помочь. К сожалению, мы вынуждены расстаться.
С губ сорвался неловкий смешок.
– Простите, что?
Взгляд метнулся к Келвину: он что-то быстро печатал, несомненно, параллельно решая другие вопросы. Я понимала, что обида из-за дома никуда не делась, но он в совершенстве овладел искусством демонстрировать болезненное равнодушие.
– В связи с сокращением объема работы пришлось принять ряд трудных решений...
– Я дочь генерального директора, – выпалила я. – Вы не можете меня уволить.
На этот раз подал голос Келвин.
– Технически, теперь ты сестра генерального директора. А мне нужно действовать по справедливости. Отец держал тебя в штате, несмотря на полное отсутствие обязанностей, но мы отчитываемся перед акционерами, и твоя зарплата приносит компании убытки.
– Н-но меня же можно перевести в другой отдел.
– У тебя есть диплом кадровика, о котором я не в курсе, или какие-то другие полезные навыки? Насколько помню, ты отучилась на филолога.
– Это все-таки высшее образование.
– Этого мало. Твоя загруженность – самая низкая в компании. Нам приходится прощаться. Все честно.
До слуха доносились его слова, но мозг наотрез отказывался верить.
На лице брата не мелькнуло ни тени раскаяния, и я прекрасно понимала: заставить передумать невозможно. Родители безоговорочно примут его сторону. Представитель отдела кадров висит на линии. Меня действительно увольняют.
– Х-хорошо. А выходное пособие предусмотрено?
– Твое пребывание в штате на протяжении последних месяцев при полном отсутствии обязанностей я и рассматриваю как выходное пособие. Сегодня переведут финальный расчет, и действие медицинской страховки прекратится.
– Разве она не должна покрывать остаток месяца?
– Нет, не должна.
Твою же мать. Мне жизненно необходимы таблетки, а с последнего визита к лечащему врачу миновало больше полугода. По протоколам клиники сроки планового осмотра уже подошли. Я все откладывала запись из-за космических цен даже с учетом страховки, но без полиса кранты.
– А как насчет продления полиса после увольнения? По программе COBRA, кажется?
– Условия COBRA и текущий пакет обойдутся весьма недешево, – мрачно отозвалась Кора. А затем озвучила сумму, вчетверо превышающую привычный взнос.
Значит, деваться некуда.
Худшего сценария и не придумаешь. Мало того что отсутствие страховки делало покупку лекарств невозможной, так на меня еще и мертвым грузом давила бесконечная стопка неоплаченных счетов. Содержание старого дома влетало в копеечку, а при поломке оставалось лишь влезать в кредиты ради ремонта. Вдобавок ко всему, никуда не делись конские налоги на землю и бытовые расходы.
Мне отчаянно требовалась работа.
Вот только даже на эту должность в свое время удалось устроиться чудом.
– Келвин, – тихо произнесла я, – ты же понимаешь, чем это обернется.
– Возможно, не стоило так рваться в домовладелицы, Эми, – тон сочился холодным расчетом. – Очевидно же, что такая ноша тебе не по плечу.
Кора встряла в разговор с поручением сдать рабочую технику до конца дня, приправив дежурными сожалениями о моем уходе.
Шок парализовал все тело. В голове не было ни единой мысли о том, как жить дальше, а боль, разъедающая грудь, казалась даже острее той, что я испытала, когда Леви Хенсен поцеловал меня исключительно ради мести брату. Да, технически я обвела Келвина вокруг пальца, вот только он и без того ворочал миллионами. Старая развалюха сдалась ему как собаке пятая нога. Собственный особняк он отстроил еще в двадцать один год не без щедрой отцовской помощи.
Стоило экрану погаснуть, дыхание сорвалось. В полном оцепенении я убрала ноутбук в коробку, а затем безвольно рухнула на диван.
Как выпутываться из столь глубокой ямы, я не имела ни малейшего понятия.
Глава 2
Забросив вещи секретарше в дурацком офисе Келвина, я вернулась домой и тут же снова вышла на улицу. Второй сосед, мистер Бьюфорд, с трудом передвигался из-за возраста, поэтому я частенько помогала в саду. Всю накопившуюся злость выместила на засохших сорняках, до которых раньше не доходили руки.
Мистер Бьюфорд относился к тем немногим, кто поселился здесь еще при застройке района. Купив дом за жалкие двадцать пять тысяч долларов, он так никуда и не переезжал. Старик всегда относился ко мне с теплотой, а я в ответ брала на себя заботы, которыми ему не стоило забивать голову. Разменяв девятый десяток, меньше всего на свете человек должен ползать на четвереньках. Я успела выдрать половину бурьяна, как вдруг входная дверь приоткрылась.
– Эми, ты? – окликнул он дрожащим голосом. Стуча тростью, сосед подошел к краю крыльца. – Что ты тут делаешь посреди дня?
– Наслаждаюсь солнышком, – отозвалась я, опускаясь на пятки. – Греюсь.
Им, а еще бурлящей внутри яростью.
Мистер Бьюфорд недовольно нахмурился.
– В такой час ты обычно на работе.
– Вы же меня знаете. Приходится вносить разнообразие. Скучно каждый день заниматься одним и тем же.
Грузить его своими проблемами я наотрез отказывалась. Как-то раз, когда под домом прорвало трубу, сосед вызвался оплатить ремонт. И подумать только: он! На мистере Бьюфорде висели бесконечные визиты к врачам и горы медицинских счетов. Государственная страховка покрывала далеко не все. Да и жил старик, как большинство пожилых людей, на весьма скромный, фиксированный доход.
– С домом какие-то проблемы?
– Дом в полном порядке, – заверила я. – Никаких проблем.
– Уверена? – приподнял бровь сосед.
– А ваш как? – парировала я. – Все хорошо?
– Знаю я твои хитрости. Переводишь тему.
– Ага. И теперь вам не отвертеться.
– Мой дом, как всегда, держится. Надежная постройка.
– Как и мой.
– Давай я хотя бы кофе принесу. На душе спокойнее станет.
Сосед побрел внутрь, а я чуть было не отговорила его от затеи, однако старик отчаянно цеплялся за независимость: он неизменно заваривал мне кофе собственноручно, хотя хватало и своего. Доживи я до его лет, тоже вряд ли обрадовалась бы излишней опеке.
Я вырвала охапку сорняков, прогоняя прочь любые мысли о Келвине. Хотелось всецело посвятить внимание доброму соседу. Однако стоило попытаться, как в голову ударило осознание: вполне возможно, соседствовать осталось недолго. Не найду способа раздобыть денег – лишусь дома, в который вложила столько сил.
Спустя пару минут мистер Бьюфорд показался на пороге с дымящейся чашкой. На промозглом ветру уходящей зимы горячий напиток оказался как нельзя кстати. Поднявшись на ноги, я шагнула на крыльцо.
– Спасибо, – улыбнулась я.
– Даже сливки с сахаром добавил, хотя ума не приложу, как можно портить отличный кофе эдакой дрянью.
– Не все умеют терпеть горечь так же стойко, как вы, – я сделала глоток восхитительного напитка. На мой вкус мистер Бьюфорд вечно жалел сахара, но в такой морозный день кофе все равно спасал. Щеки сковало льдом, и, окончательно спрятавшись дома, я наверняка пожалею о необдуманном порыве.
– Как ты, Эми? – неспешно поинтересовался он. – Вижу же, что тебя что-то гложет.
– Просто жизнь, – вздохнула я. – Кажется, грядут перемены.
– Перемены всегда случаются, даже когда мы их совсем не ждем.
Я вздохнула и сделала большой глоток.
– Боюсь, ничем хорошим эти перемены не обернутся.
– Тебе нужна помощь?
Я покачала головой.
– Вряд ли тут чем-то поможешь. Сама виновата – самой и расхлебывать. Справлюсь.
– Ума не приложу, что такого ужасного нужно натворить, чтобы влипнуть в неприятности.
– У меня талант, – например, подделывать завещание.
Кофеин понемногу разгонял кровь, напоминая о главной задаче: нужно срочно искать работу.
– Пожалуй, я пойду, – спохватилась я. – Простите, что не могу остаться подольше, просто...
– Ждут дела, – понимающе кивнул сосед. – Все понимаю.
– Загляну завтра?
– Только если из-за этого не возникнет проблем, – отозвался старик. – В любом случае, всегда рад.
Напоследок улыбнувшись, я вернула кружку и скрылась за дверью. Улыбка сползла с лица, стоило оказаться в одиночестве.
Мысль о поиске работы вызывала тошноту. Мало того, что я совершенно не умела держать язык за зубами, так еще и претила необходимость стелиться перед кем-то ради места. Именно поэтому раньше мне не удавалось куда-то приткнуться, и в итоге пришлось с мольбами бежать за должностью к отцу.
Теперь же рассчитывать приходилось только на себя.
В этом и крылась главная проблема: у меня нет связей. По крайней мере, в деловых кругах. Да, знакомых хватало, кто-то даже относился ко мне с симпатией, вот только заводить нужные знакомства ради выгоды я не умела совершенно. Если с кем-то общалась, то исключительно по обоюдному удовольствию.
Во всем остальном преуспевал Келвин.
Но выбирать не приходилось. Деньги по волшебству из воздуха не появятся, а из обеспеченных людей в жизни фигурировали только родители и Келвин, которые отнюдь не спешили делиться богатствами. В прошлом году, когда Эмма попала в аварию, они даже не помогли купить новую машину.
Значит, и мне помощи ждать бессмысленно.
Вооружившись телефоном, я принялась шерстить все вакансии подряд. Где-то предлагали сущие копейки, где-то требовалось мотаться в офис. Оба варианта так себе, но офисные должности хотя бы обещали сносную зарплату, поэтому резюме полетело во все концы.
Отправив бесчисленное множество откликов, я заметила, как на соседнюю подъездную дорожку сворачивает знакомая черная машина.
Лили.
Доверяла я ей так же сильно, как и Ви. А может, и больше, учитывая, что знала полное имя. Жизненно требовалось услышать ее мнение на этот счет, а если повезет, вдруг у мужа, Себастьяна, найдется работенка.
– Эй! – окликнула я, трусцой подбегая к машине.
Подруга вздрогнула и резко обернулась: на мгновение в глазах мелькнул испуг, тут же сменившийся узнаванием.
– Боже, – шумно выдохнула она, – когда ты на эмоциях, голос точь-в-точь как у папарацци.
Зная ее нынешнюю любовь к тени, трудно было представить ту самую бывшую звезду «Инстаграма» – особенно сейчас, когда она полностью сменила имидж.
– Только я не такая бесячая.
– Зато шпионишь постоянно.
– Я исправляюсь, – отмахнулась я. – Ты свободна или до вечера просидишь за писаниной?
Потерев глаза, Лили устало произнесла:
– Только что отпахала смену в кофейне за текстом. Больше ни строчки не выдавлю.
– Тогда позволь отвлечь тебя во имя дружбы. И свежих новостей.
– Хороших?
Я поморщилась.
– Не очень.
Приподняв бровь, она махнула рукой.
– Заходи. Теперь ты просто обязана рассказать.
Дом Лили и Себастьяна после ремонта выглядел невероятно стильно: яркие акценты на стенах, заново отполированные полы глубокого темного оттенка. Если удастся сохранить жилище, обязательно позаимствую у них пару идей.
– Что стряслось? – поинтересовалась Лили, выгружая содержимое сумки на стол. Первым делом на свет появился ноутбук – тот самый, на котором рождались все потрясающие романы, – а следом ежедневник и прочая мелочевка.
– Келвин прибрал к рукам компанию и вышвырнул меня на улицу.
Подруга замерла, удивленно хлопая ресницами.
– В один день?
– Он у нас тот еще карьерист. К тому же до сих пор бесится из-за истории с домом.
– Бедняжка. Не на что строить бассейн из семейного наследства, – она притворно надула губки. – Ты ведь подыщешь другое место, да?
– Понятия не имею. Пытаюсь, но... даже не знаю. Себастьяну в компанию никто не требуется?
– В его отдел? Вряд ли, он предпочитает работать в узком кругу. Но, возможно, самой компании нужны люди. Могу разузнать.
– Было бы чудесно, – воодушевилась я. – Напомни-ка, где он трудится?
– Фирма называется «Левиафан», – отозвалась подруга.
Название показалось смутно знакомым, хотя причину я уловить не смогла. Впрочем, не стоило зацикливаться. Работа есть работа, какой бы ужас она ни наводила.
– Буду по гроб жизни обязана, если он спасет мою задницу. Самому-то там нравится?
– Куда больше, чем гнуть спину на родного отца. Теперь удается вполне сносно совмещать карьеру и личную жизнь.
Я попыталась изобразить энтузиазм, хотя при моей жуткой неприязни к трудоустройству задача оказалась не из легких. Ах, если бы только жизнь походила на будни Лили: пассивный доход и уйма свободного времени, о котором офисные клерки могли только мечтать. Безусловно, писательство требовало колоссальной самоотдачи, да и в прошлом подруга хлебнула горя, когда родители силком тащили ее в модельный бизнес, однако сейчас наслаждалась долгожданным хэппи-эндом.
И мне хотелось того же.
Вот только вселенная ограничивалась страницами книг. Опыт свиданий сводился к приложениям и не приносил ничего путного, кроме – порой неплохого, но чаще откровенно скучного, – секса на одну ночь. Какое счастье, что теперь появилась Лили: я старалась всячески ее поддерживать, зачитывалась романами и стояла рядом, когда они с Себастьяном обновляли супружеские клятвы. Я любила подругу единственным доступным способом – без остатка.
– Поиграем в приставку, пока Себастьян не вернется? Мне жизненно необходимо переключить мысли.
– Еще бы, – улыбнулась Лили. – На что еще тратить столько свободного времени?
– Как здорово, что я оставила «Нинтендо» у тебя. Врубим «Марио Карт» или продолжим развивать ферму в «Стардью Вэлли»?
– Сегодня во мне проснулся фермер, – заявила подруга. – Пойду соображу чего-нибудь пожевать.

– Такое чувство, будто я обязана выйти замуж за Себастьяна исключительно из-за того, что он тезка моего мужа, – выдала Лили четыре часа спустя. Она увязалась за одноименным игровым персонажем, бредущим к пляжу.
– Да ну, он совершенно не дотягивает до Себастьяна из реальной жизни.
– Ты так говоришь только потому, что сама нацелилась окрутить пиксельного Себастьяна.
– Есть такое. Но, с другой стороны, ты видела Харви? Он подходит куда больше.
– Обожаю его очки, – бросила Лили, разворачивая героя в другую сторону. – Слушай, ты ведь уже проходила игру. Неужели не хочется охмурить кого-нибудь новенького?
– Кого, например? Эллиота? Он слишком высокопарный.
– Это еще кто такой?
– Когда мы только начали играть, ты вообще приняла его за девчонку.
– Ой! И тут мимо. Игровые мужчины оставляют желать лучшего.
– Слишком жизненно, – пробормотала я. – У Себастьяна хотя бы мотоцикл есть.
– Все время кажется, что ты о моем Себастьяне.
– Обязательно было давать ему такое имя?
– Спроси у отца. Ой, постой, не надо. Он тот еще мудак.
– Ладно, – фыркнула я. – Не буду выходить замуж за парня, которого зовут так же, как твоего мужа. В этот раз приударю за кем-нибудь из дам. Как насчет Эбигейл?
– Она миленькая.
– Когда сомневаешься в мужиках, переключайся на женщин. Для большинства не самых гетеросексуальных людей работает безотказно.
– Эми, – раздался мужской голос. – Рад снова тебя видеть.
Поставив игру на паузу, я обернулась к только что вернувшемуся с работы Себастьяну.
– О, привет! – неловко рассмеялась я. – Понимаю, без контекста прозвучало бредово.
– Мне не привыкать, – покачал он головой. – Уже вошло в привычку заставать только самые безумные твои фразочки.
– Причем вечно с порога. Отличное приветствие.
Он рассмеялся, но затем перевел взгляд на Лили и мгновенно забыл обо всем на свете. Я его не винила: будь я по девочкам, вела бы себя точно так же. С тех пор как Лили перестала идти на поводу у родителей и начала жить для себя, она стала неземной.
Когда подруга поднялась, чтобы его поцеловать, я отвела глаза. Меньше всего хотелось, чтобы на лице отразилось собственное одиночество.
– Вообще-то Эми пришла по делу, – спустя мгновение подала голос Лили.
– Разве дружеские посиделки – недостаточный повод? – удивился он.
– Еще какой, но у меня действительно просьба, – я нервно потерла шею сзади. – Кажется, мне нужна работа.
– Ого, – протянул Себастьян. – А что со старой?
– Брат прибрал компанию к рукам и уволил меня, – вздохнула я. – Но клянусь, я буду пахать как проклятая, и даже готова ездить в офис.
От одной только мысли об этом по спине пробежал холодок, однако я не подала виду.
– В команде свободных мест нет, да я бы и не хотел становиться твоим начальником.
– Я не настолько ужасна.
– Дело исключительно в дружбе. Не хочу, чтобы кто-то решил, будто я сделал тебе поблажку или взял по знакомству.
– Но ведь это оно и есть.
– Попробую выбить собеседование. Насчет найма ничего не обещаю, но как минимум порог ты переступишь.
– А не подкинешь пару советов для интервью? – слабо улыбнулась я. – Думаю, мне понадобится любая помощь.
– Да, конечно. Посмотрю, что смогу найти.
– Вот видишь? – с улыбкой добавила Лили. – Все образуется.
– Надеюсь. Спасибо, Себастьян, ты просто спаситель, – с тайной надеждой обнаружить приглашения на другие собеседования я заглянула в телефон, но увидела лишь сообщение от Ви. Подняв глаза и заметив, как Лили с мужем воркуют о прошедшем дне, я выключила телевизор. – Пожалуй, оставлю вас наедине. Созвонимся завтра?
– Да, – Себастьян моргнул, словно позабыв о моем присутствии. – Я дам знать, если что-нибудь подыщу.
Поблагодарив их еще раз, я ушла. Оказавшись на улице в вечерней прохладе, протяжно выдохнула.
Стресс грозил просочиться в каждую сферу жизни, разливаясь едкой, неконтролируемой горечью. Нечто подобное уже происходило, когда я отвоевывала дом: все тогда замерло, встало на паузу. Я даже книги забросила, пока не убедилась, что есть где жить.
Ви: Так, со «Справедливыми первородными» покончено. Неплохо. Кровищи хватает. Что читаем дальше?
Прежде чем ответить, я тяжело вздохнула.
Я: Без понятия. Честно говоря, жизнь сейчас – сплошная катастрофа. Не уверена, что найдутся силы на книги. Знаю, мы обычно такое не обсуждаем, но не хочется пропадать с радаров, как пару лет назад
Ви тогда совсем не обрадовался моему исчезновению, и я пообещала, что впредь буду предупреждать, если что-то пойдет не так. И все же подобная откровенность казалась слегка неуместной, учитывая, что обсуждали мы исключительно книги.
Ви: Все в порядке?
Я: Не особо. Надеюсь, все наладится, но пока сплошная неопределенность




























