Текст книги "Дурные намерения (ЛП)"
Автор книги: Элли Риверс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)
Глава 21
На следующее утро я не торопилась вставать с постели. Ночью Леви спал рядом, но из-за того, что теперь его не было, я предположила, что тот уехал на работу. Вполне логично, учитывая, что на нем держалась целая компания. Впрочем, я не возражала. В его отсутствие будет куда проще подобрать нужные слова; к тому же это давало возможность спокойно поразмыслить, так ли все пойдет дальше: мы засыпаем вместе каждую ночь, будто настоящая пара.
Однако, спустившись на первый этаж, я застала Леви за приготовлением завтрака.
– Доброе утро, – поздоровался он. – Как самочувствие?
– В порядке. Так же, как и прошлым вечером. Думаю, все обошлось.
– Тебе все равно стоит поберечь себя. Я подумал, можем весь день смотреть фильмы и просто отдыхать.
– Можем? Разве тебе не пора на работу?
– Могу взять еще один выходной.
– Правда? А разве не нужно ломать голову над тем, как разобраться со всем, что творит Келвин?
Леви на секунду замялся, но тут же отмахнулся от моих слов.
– Не стоит об этом переживать.
Скрестив руки на груди, я парировала:
– Скажу то же, что и Нэнси: по части тревог я настоящий профи.
– Я тоже. И хочу убедиться, что ты в порядке.
– Я могу о себе позаботиться. А ты позаботься о себе.
Леви резко поднял взгляд, и на долю секунды на скулах заходили ходуном желваки.
Стало ясно: я наступила на больную мозоль.
Но эмоция исчезла так же быстро, как и появилась.
– Я знаю свои пределы, – процедил он. Отрывистый тон оставался единственным, что выдавало раздражение.
– Правда? Уверен?
– А ты свои знаешь? – отозвался он.
Черт. Именно это я и хотела спросить.
– Да, уверена.
Леви невесело хмыкнул.
– Последние несколько дней – отличное тому подтверждение.
Хотелось разозлиться. Очень хотелось, но я понимала его правоту.
– Ладно, справедливо. Я переоценила свои силы. Но именно поэтому прекрасно вижу, когда другие себя изводят. У тебя вообще было время переварить случившееся?
Он шумно выдохнул.
– Изра с тобой говорила.
– Нет, я слышала, как Изра говорила с тобой. И она права. Тебе нужно...
– Я знаю, что мне нужно, – огрызнулся он. – И все под контролем. Это не твоя забота.
– Разве я не твоя жена? – вспыхнула я. – И даже не вздумай прикрываться отговорками про фиктивный брак. Ты спишь в моей постели. Живешь со мной. И все же я совершенно не чувствую себя настоящей женой.
– Как ты можешь не чувствовать, что все по-настоящему?! – теперь он злился. Злился по-настоящему. Я никогда не видела Леви таким: грудь тяжело вздымается, взгляд мечет молнии. Появился соблазн пойти на попятную. Но нет. Я и так слишком долго держала это в себе. – Я делал все...
– Для меня – да! Но не позволяешь мне ничего сделать в ответ. Все крутится только вокруг меня, а я, черт возьми, этого не хочу.
– И почему же?
– Потому что, раз уж все по-настоящему, мы должны быть партнерами. Я не хочу становиться той, кого ты вечно опекаешь. Да, поддержка важна. Но я хочу отвечать тем же! А ты постоянно отталкиваешь меня, даже когда в чем-то нуждаешься, и это доказывает лишь одно: ты мне не доверяешь.
– Доверяю.
– Тогда откройся! – взорвалась я. – Я все это время только и жду, когда ты решишься.
Гнев схлынул с его лица, когда до Леви наконец дошел смысл сказанного.
– Я... я не думал, что тебя это волнует.
– Я провожу с тобой почти все время. С чего бы быть равнодушной?
– Я думал, ты видишь во мне того человека, каким был девять лет назад, а не того, кем стал сейчас.
События девятилетней давности служили веским напоминанием: нельзя заходить слишком далеко. И все же я постепенно начала забывать об осторожности, ведь Леви делал все ради меня, а не назло.
– С тех пор прошло много времени, – медленно произнесла я. – И если ты настроен серьезно... по отношению ко мне, то должен хоть немного приоткрыться. Дать хоть что-то.
– Я отдам тебе все, что пожелаешь.
– Значит, мне нужен настоящий ты. Даже те стороны, которые так упорно прячешь.
Леви запустил пальцы в волосы.
– Не понимаю, зачем тебе это.
– Легко сказать – «доверься». Просишь полностью на тебя положиться, и я хочу получить то же самое взамен.
Он посмотрел мне в глаза.
– Я не смотрел на ситуацию под таким углом.
– Неужели ты и правда думал, что так и продолжишь делать все ради меня?
– Честно говоря, да.
Я покачала головой.
– Может, кого-то другого такой расклад и устроил бы, но только не меня. Так что, пожалуйста, впусти меня в свою жизнь.
Леви открыл было рот, но тут же осекся.
– Кажется... я даже не знаю, как это сделать.
– Могу помочь. Для начала давай обсудим, что чувствовал ты. От этого и оттолкнемся.
– Но ведь все произошло с тобой.
– Брось, Леви. Мы женаты. Постоянно шутили над фразой «все мое – твое, а твое – мое», но в ней есть доля истины. Уверена, тебе тоже досталось изрядно стресса. А я в норме. Правда в норме. Уже оправилась. Так что настало время дать волю чувствам.
Пальцы Леви опустились на столешницу, выбивая нервную дробь – он судорожно подбирал слова. Я ждала, но, судя по всему, сомнения одолевали все сильнее.
– Идем, – я подошла ближе и, взяв его за руку, потянула к дивану.
– У меня хлеб в тостере.
– Тосты подождут. Нам нужно поговорить, – я опустилась рядом с Леви. – Изра обмолвилась, что все случившееся имеет для тебя какое-то особое значение.
Он повернул голову.
– Ты слышала?
– Слышала. И обратила внимание, как ты отмахивался от всего, что она пыталась донести.
– Просто не хотел ее тревожить.
– Да, в твоем стиле, – сухо отозвалась я. – А теперь ответь: почему ты так не хотел открываться?
– Мы с Изрой часто бодаемся, но только потому, что безумно похожи. Слишком похожи. Привыкли бросаться всех спасать, когда ситуация летит к чертям. Когда умер папа... – его голос сорвался.
– Поделись со мной, – мягко подтолкнула я.
– Я... думаю, тогда она сломалась. Как и мама. Я никогда не видел их в таком состоянии, поэтому пришлось взять все в свои руки. Организация похорон и все остальное – легло на меня. Кажется, их теперь грызет совесть, особенно Изру. С тех пор она из кожи вон лезет, пытаясь все искупить. Хотя обе не сделали ничего дурного.
– А когда же ты позволил себе прожить горе? Да и позволил ли вообще?
– Я читал. Анализировал прочитанное. Да, способ довольно опосредованный, но помогало осознание того, что люди умирают, а жизнь продолжается. И со мной правда все в порядке. В конце концов я смирился со смертью отца. К тому же рядом был человек, который мне в этом помог.
– Друг?
– Да. Его поддержка оказалась решающей.
– Вы все еще общаетесь?
Леви задумался. Я невольно задалась вопросом: неужели кто-то из друзей поступил с ним так же, как Ава – со мной?
– Какое-то время я в этом сомневался, но сейчас думаю, что да.
– Если захочешь, можешь выговориться. Насчет всего произошедшего. Не обязательно изливать душу именно мне.
– Но я хочу довериться тебе, – отозвался он.
– Тогда рассказывай. И не утаивай даже те моменты, в которых я все испортила.
– Дело не в этом... Просто не хочу, чтобы ты чувствовала себя хуже.
– Я взрослая девочка. Переживу как-нибудь.
Леви тяжело вздохнул. Неужели снова придется вытягивать из него слова клещами? Но секунду спустя Леви наконец заговорил.
– Мне не впервой возвращаться домой и обнаруживать тяжелобольного близкого человека. Папа узнал о раке задолго до того, как решился признаться семье. А я пребывал в полном неведении вплоть до того дня, когда вернулся домой и нашел его в спальне без сознания.
У меня перехватило дыхание.
– Леви, я...
– Просто дай договорить. Иначе не уверен, что когда-нибудь смогу это произнести.
Я кивнула и жестом попросила продолжать.
– Я постоянно ломаю голову, почему ты не открылась. И почему папа тогда промолчал. Всю жизнь только и делал, что пытался вытаскивать людей из неприятностей, а они мне, как выясняется, совершенно не доверяют. Если бы можно было все перечеркнуть и начать с чистого листа, я бы не раздумывал ни секунды. Потому что, очевидно, свернул не туда.
– Леви, нет, – я подалась вперед и накрыла ладонью его руку. – Даже начни ты все заново, идеальных людей не бывает. Мы раним друг друга, совершаем ошибки... прямо как я, скрыв мигрени. А ведь должна была рассказать. В браке нет места тайнам.
Леви открыл было рот, собираясь возразить, но я опередила.
– Теперь моя очередь говорить, потому что сказать нужно очень многое, – я судорожно вдохнула. – Мой выбор от тебя не зависел. Причиной молчания стала собственная неуверенность. Казалось, узнай ты правду, и сразу пойдешь на попятную. Но я ошибалась. Прости.
– Все в порядке.
– Это можно назвать как угодно, но только не «в порядке». Я облажалась и честно это признаю, ясно?
– Не могу сказать, что не понимаю такую логику. Вырасти я в семье вроде твоей... оказался бы в точно таком же положении.
– У меня все было не так уж мрачно, – возразила я.
Леви окинул меня сомневающимся взглядом.
– Уверена?
– У меня была бабуля, – напомнила я. – Именно она заставила пойти к врачу. Относилась со всей серьезностью и хотела, чтобы я поступала так же. А теперь, когда ее не стало... кажется, я начинаю забывать ее уроки.
– Понимаю. Отец пилил меня за привычку вечно всех спасать, и вот к чему это привело.
– Значит, иногда нужно будет об этом напоминать. Мы можем стать командой, – предложила я. – Я буду напоминать тебе, если ты пообещаешь делать то же самое для меня.
– И именно этого ты хочешь? Со мной?
Бабулины наставления все еще были свежи в памяти, и главное из них касалось доверия. Она учила никогда не открываться человеку, пока не будешь на сто процентов уверена, что он не причинит тебе боли.
Нам с Леви еще о многом предстояло поговорить. Оставались нерешенные вопросы.
Но я этого хотела.
– Да, – отозвалась я. – А ты?
– Больше всего на свете.
В конечном счете именно звонок от Салли вынудил Леви сорваться на работу, как бы он ни рвался остаться. Оказалось, один из ведущих сотрудников сходил на собеседование к Келвину и хотел слить инсайдерскую информацию о том, какие условия предлагает брат. Леви порывался все-таки остаться дома, но я настояла, чтобы он поехал и со всем разобрался, добавив, что договорить мы сможем и позже.
Он взял обещание немедленно позвонить, если самочувствие хоть немного ухудшится.
Меня это совершенно не тревожило. По плану был тотальный отдых, чему я и собиралась неукоснительно следовать. Наконец-то появилось время уложить кудри и привести себя в приличный вид, после чего устроилась на диване с книгой в ожидании, пока высохнут волосы.
Ближе к полудню, когда я раздумывала, не пора ли перекусить, зазвонил телефон: на экране высветилось имя Эммы.
– Боже, – выпалила она, стоило взять трубку. – Надежная машина – это просто спасение, когда живешь у черта на куличках.
– Рада, что она появилась, – ответила я.
– Но я верну, если Леви не выполнил свою часть уговора, – предупредила она. – Ну как, выполнил?
– Пока нет.
– Вот видишь! Я так и знала, что он вешает лапшу...
– Не потому, что передумал, а потому, что мы были немного заняты.
– Чем же?
Я шумно выдохнула. Тревога Леви и его родных лишний раз показала, до чего же сильно я привыкла замалчивать проблемы.
А Эмма такого отношения не заслуживала.
– В отделении скорой помощи. Снова жуткий приступ мигрени.
– Вот дерьмо, – выругалась сестра. – Я же видела, что ты сама не своя.
– Наверное, один из самых страшных приступов в жизни. Таблетки закончились, а...
– В смысле закончились? – встряла она.
– Можешь хотя бы ты не устраивать допрос? Поверь, мне столько нотаций прочитали, что больше просто не вынесу.
– Постараюсь. Так что стряслось?
– Запасы иссякли после увольнения, а в страховку Леви меня еще не вписали.
– Разве страховка не действует еще какое-то время? До конца месяца, например?
– Только не в том случае, когда все решает Келвин.
– Вот же мудак! – вспылила она. – Твою мать, как я его ненавижу.
– Взаимно, – вздохнула я. – К тому же я натворила глупостей. Леви чуть с ума не сошел, вернувшись домой и увидев меня.
– Все произошло до того, как ты ему рассказала, или после?
– До, – созналась я, невольно поморщившись.
– Да ладно. Эми, я же просила...
– Знаю! Но все завертелось слишком быстро. А хуже всего то, что, как оказалось, для него это больная тема. Отец точно так же скрывал диагноз, когда заболел раком.
В трубке послышался резкий вдох.
– Да ладно?
– Угу. Не самый мой блестящий поступок.
– Сильно поругались?
– Вообще-то... Злился он куда меньше, чем я того заслуживала. Особенно если учесть, какой астрономический счет из больницы теперь выставят.
– С чего вдруг тебя так заботят деньги? Ты же замужем за богачом!
– Наличие денег еще не означает желания спускать такие суммы.
– Жаль, что я не рядом – врезала бы тебе как следует. Эми, ну прекращай.
– У мамы с папой денег куры не клевали, почти как у него, но все равно ныли из-за каждой копейки.
– Так они те еще мудаки. Родителям нравилось сливать все время и средства на самого паршивого ребенка.
– Знаю, – обреченно отозвалась я. – Леви заявил то же самое.
– И у тебя есть повод ему не доверять?
– По крайней мере, Леви их не давал.
– Зато мама с папой постарались на славу?
– Ты же видела, как они себя вели.
– За что ужасно хотелось их отпинать, но чутье подсказывало, что ты такой жест не оценишь.
– Мне даже в голову не приходило, что жизнь может быть иной, пока не появился... Леви. Он вызвался решить абсолютно все мои проблемы, а я только и делаю, что жду подвоха – жду, когда сказка закончится и он исчезнет.
– Ой, да брось. Никуда он не денется.
– И откуда такая уверенность?
– Эми, он на тебе помешан. Когда мы ездили в магазин, у него рот не закрывался – все про тебя да про тебя. Понимаю, защитная реакция и все такое, но звучит это как жалкая отговорка: ты намеренно держишь его на расстоянии, вместо того чтобы наконец позволить себе заслуженное долго и счастливо.
– Правда говорил только обо мне?
– Ага. Причем светился, как мальчишка, распаковывающий рождественские подарки. До того мило, что аж блевать потянуло.
– Я дура, да?
– Не то слово.
– И каким-то непостижимым образом молодцом оказалась ты.
– Ты годами вправляла мне мозги, чтобы подготовить к этому дню. Не переживай, через пару недель я снова выкину какую-нибудь глупость, и опять придется спасать мою задницу. К тому же ты впервые по-настоящему сблизилась с человеком. Разумеется, это нелегко: замешаны чувства.
– Я даже не представляла, насколько тяжело придется.
– Но он ведь хороший парень. Разве это ничего не значит?
Еще как значило. Эмма редко замечала в людях светлую сторону. Всю жизнь она вдалбливала мне, что семейка – полный отстой, а парни на одну ночь не стоят даже нескольких часов в постели.
– Однажды ты научишься видеть себя глазами окружающих. Спроси хотя бы ту женщину, что была на свадьбе.
– Лили?
– Ту шатенку с веснушками. Вроде приятная особа.
– Она чудесная, – подтвердила я.
– Готова поспорить, она бы меня поддержала. А если нет – грош ей цена.
– Она не... – взгляд зацепился за окно: к дому как раз подходила та, о ком шла речь. – Кстати, она идет сюда.
– Вот и славно. Вам стоит пообщаться. Мне-то все равно пора собираться на работу.
Попрощавшись с сестрой, я распахнула входную дверь.
– Привет, – улыбнулась я Лили. – Как успехи?
– У меня-то? Прекрасно. А вот тебя давненько не было видно на прогулках.
– Обращаешь внимание на мои прогулки?
– Сама же научила, как забавно наблюдать за соседями, – демонстративно уперла руки в бока Лили.
– Не думала, что ты так быстро обернешь мое же оружие против меня.
– Ничего я не оборачиваю. Простое любопытство.
– Теперь все в порядке, – заверила я.
– Значит, до этого было не в порядке?
– Много чего навалилось. Заходи, введу в курс дела.
– Я вообще-то собиралась прогуляться до кофейни, раз уж на улице наконец потеплело. Могли бы приобщить к новостям и Райли.
Я выглянула на улицу: щебетали птицы, распускались новые цветы. Сидя взаперти, столько всего пропустила.
– С удовольствием, но пойдем не спеша. Исчезновение отчасти связано с тем, что я приболела.
– Заболела? – Лили округлила глаза. – Если хочешь, поедем на машине.
– Нет, погода чудесная. Дойду без проблем, если мы не станем торопиться.
– Договорились. А если устанешь, я вернусь и заберу тачку.
В нос ударил согревающий кофейный аромат, и я с облегчением заметила за стойкой Райли. Видимо, выбрали удачный момент: в кофейне в кои-то веки не толпилась очередь до самых дверей.
– Привет, девчонки, – обрадовалась Райли, завидев нас. – Я уж начала гадать, когда снова вас увижу.
– Сделала перерыв в писательстве, чтобы окончательно не выгореть, – отчиталась Лили. – И наконец-то вытащила Эми из дома, так что у нас особый случай.
– Да и посетителей немного, а значит, я смогу выслушать, что там у вас с Леви.
– А заодно и про последнее жизненное потрясение.
– Случилось что-то еще? – ахнула бариста.
– Поездка в скорую считается?
Девушки изумленно распахнули глаза.
– Чего? – первой отмерла Лили. – Когда это тебя, черт возьми, занесло в больницу?
– Ты как? – тут же подключилась Райли. – Принести чего-нибудь?
– Нет, все хорошо. Позавчера провела там всего пару часов – снимали приступ мигрени. Так что, пожалуй, обойдусь без кофеина. Стоит переборщить, и боль может вернуться.
– Так вот почему пропала твоя машина? – догадалась Лили.
– А, нет. Ее я отдала сестре еще до приступа.
– Получается, на тебя столько всего навалилось. А мигрень... это первый приступ?
– Далеко не первый. Обычно я о них помалкиваю: раньше окружающих жутко раздражали мои жалобы.
– Но ведь в первую очередь они должны волновать именно тебя, разве нет? Ты же страдаешь, – поразилась Райли.
– Семейка у меня та еще, – вздохнула я. – Пытаюсь отучиться от привычки замалчивать боль. До сих пор тошно от того, при каких обстоятельствах все выяснил Леви, но перестроиться сложно.
– Ого, – вырвалось у них одновременно.
– Раз уж на то пошло, – помолчав, добавила Лили, – готовься к тому, что я стану жутко назойливой. Стоит тебе пропасть с радаров, и я тут же приду с проверкой.
– Я возобновила прием лекарств, так что, надеюсь, приступы станут реже.
– А я возьму под контроль дозы кофеина, – подключилась Райли. – Одна чашка в день. Ну, может, две, если буду в хорошем настроении.
– Да бросьте, девчонки. Не стоит так переживать.
– Мы же твои подруги, – напомнила Лили. – Это как-то связано с Келвином?
– А кто такой Келвин? – поинтересовалась Райли.
– Мой брат, – закатила я глаза. – Не знаю, заметила ли ты, но он пытался вломиться на свадьбу...
– Какую-то драму я краем глаза уловила, но тогда как раз пыталась успокоить расшумевшегося младшего, – отозвалась она. – Его что, не пригласили?
– Не пригласили. Только вот ни Келвин, ни родители никогда не слушают, что говорят. Тем не менее многие считают, что именно он – гордость семьи. Куча народа использует меня, просто чтобы подобраться к нему поближе.
– Во-первых, это ужасно. А во-вторых, в чем конкретно он лучше? – нахмурилась Райли.
– Он популярный. При деньгах. И все от него без ума.
– Прямо-таки все? – парировала она. – А человек-то насколько хороший?
– Отвратительный.
– А чувство юмора у него есть?
– Не особо.
– Как насчет близких друзей?
– Понятия не имею. Нет ни малейшего желания сближаться с ним настолько, чтобы это выяснить.
Райли поморщилась.
– Значит, он просто фальшивка. И уж точно ничем не лучше тебя.
– Передайте это родителям.
– Порой родители выбирают любимчика, – печально улыбнулась Райли. – Мама именно так и поступила, причем фавориткой назначила отнюдь не меня. К счастью, со временем она одумалась, но мне просто повезло. И все равно тот период оставил глубокие шрамы. Те самые, которые я потом тщательно прятала.
– Вполне в твоем духе, – заметила Лили.
– Не позволяй брату внушать тебе комплекс неполноценности. И вытирать об себя ноги тоже не давай.
– Она и не всегда позволяет, – Лили повернулась. – Расскажешь про дом?
– Ах да. Я увела у него из-под носа целый дом.
– Чего?
– Дом достался Келвину по бабушкиному завещанию, хотя он этого совершенно не заслуживал, – пояснила я. – Келвин собирался его продать, чтобы на вырученные деньги отгрохать на участке бассейн.
– Требую подробностей! – воскликнула Райли. – Но, судя по тому, что только что услышала, в подруги я бы предпочла выбрать именно тебя.
– И я, – поддакнула Лили.
– Вы – первые, кто так считает.
– Значит, до этого тебя окружали одни говнюки, – отрезала Лили. – При первой встрече ты вела себя очень приветливо... Я даже не думала, что ты захочешь общаться: куда мне до такого уровня доброжелательности. К тому же вы ведь с Райли сдружились.
– Сдружились – слишком громко сказано.
– А я вот хотела дружить, – призналась Райли. – Просто решила, что у тебя и так приятелей навалом.
Щеки тут же обдало жаром. Неужели окружающие видят меня именно такой?
Черт. Эмма оказалась права. Стоит все рассказать, и она до конца жизни будет это припоминать.
– Видимо, я просто этого не замечала.
– Даешь официальное разрешение навязаться тебе в подруги? – поинтересовалась Райли. – Я ведь могу.
– А я помогу, – подхватила Лили.
Я не удержалась от смеха.
– Даю. Мой номер у вас есть.
– Ты об этом либо пожалеешь, либо придешь в восторг, – хмыкнула Райли. – Но для начала я бесплатно налью декаф.
– Да не стоит...
– За мной свадебный подарок, а еще презент в честь выздоровления. Так что заткнись и позволь сделать хоть что-то приятное.
– Слушаюсь, мэм.
– До чего же здорово общаться со взрослыми, – протянула она, отходя к кофемашине. – При детях-то особо матом не покроешь.
Вручив стаканчик, бариста бросила взгляд нам за спины и разом поникла. Я обернулась и обнаружила у входа приличную очередь.
– Поболтаем позже, – лучезарно улыбнулась я.
– Какая же тоска, когда приходится работать, – буркнула она себе под нос.
Лили подхватила меня под руку и потащила к столику.
– Итак, какой урок мы усвоили? – спросила она.
– Что у меня проблемы с самооценкой, и виноваты в них родители?
– И?
– И что у меня появились подруги?
– Умница. Делаешь успехи.
– Стараюсь. Ситуация с Леви наглядно показала, что в такие моменты без посторонней помощи не обойтись. Из-за увольнения таблетки закончились, а где достать новые, я ума не прикладывала. Зато Леви все устроил.
– Ты упомянула, что возобновила прием. А почему вообще бросала?
– Без страховки цена переваливает за две тысячи. И это только за один препарат.
– Я бы все оплатила, – не задумываясь, выпалила Лили.
– Что?
– Сбережений хватает.
– Но вряд ли я смогла бы вернуть долг.
– Ой-ой-ой, я потрачу немного деньжат, зато подруге станет легче? Какая трагедия.
– И все-таки просить о таком – перебор. Ты бы сама ко мне с подобным обратилась?
Лили шумно выдохнула.
– Ладно, справедливое замечание. Но ты бы точно помогла.
– Помогла бы.
– И я ради тебя тоже.
– Тут не поспоришь.
– Почему ты никому не рассказывала?
– Сложно вслух обсуждать то, что самой не по душе. Хочется казаться вечной оптимисткой, но на деле это не так. Порой я лежу пластом в постели, и от боли даже пошевелиться не могу. И это жутко бесит – причем как меня саму, так и окружающих.
– Но ты же не властна над ситуацией. А я точно знаю, что ты мне небезразлична. И я способна помочь.
Я благодарно улыбнулась.
– Я усваиваю урок, честное слово. Просто непривычно... когда у тебя есть настоящие подруги.
– Понимаю, – кивнула она. – Но мы справимся. К тому же твой фиктивный муженек, похоже, тоже не остается в стороне.
– Даже не знаю, такой ли уж он фиктивный.
– О... как интересно.
– Не особо-то ты шокирована.
– Ни капельки. Все твердила, что ни за что не влюбишься, но, честно говоря, это больше смахивало на попытку убедить саму себя, а не меня.
Я неловко потерла шею.
– Все-таки раскусила, да?
– Ага. Хотя подробностей до сих пор не знаю, так что давай-ка, выкладывай начистоту. А потом готовься повторить историю для Райли, как только она закончит с очередью.
– На дворе март, – простонала Лили на обратном пути к дому. – Какого черта так жарко?
– Просто издевательство какое-то, – поддержала я. – Откуда вообще взялось пекло?
Подруга лишь покачала головой. Когда мы выходили из дома, на улице гулял прохладный ветерок, поэтому дорога туда далась легко. За болтовней в кофейне мы просидели до второй половины дня, и за это время солнце успело как следует раскалить асфальт.
– Заметка на будущее, – пропыхтела Лили, – в следующий раз едем на машине, даже если на выходе погода кажется идеальной.
– У меня строгий постельный режим, – отозвалась я. – Так что пойду попью воды, пока не заработала очередную головную боль.
– И правильно! – одобрила подруга и, махнув рукой, скрылась за дверью дома.
Я же зашла к себе и отыскала самый большой стакан, какой только смогла. Как раз жадно глушила воду, когда распахнулась входная дверь.
Взгляд Леви моментально отыскал меня.
– Ты чего так рано? – удивилась я. – Еще и пяти нет.
– А ты почему в таком виде, будто только что отпахала тренировку?
Попалась.
– Во всем виновата погода. Мы с Лили прогулялись до кофейни. Туда дошли прекрасно, а вот на обратном пути началось сущее пекло. Так что теперь отпаиваюсь, чтобы избежать нового приступа.
– Эми...
– Я в порядке! – уперлась я. – Честное слово. Чувствую себя абсолютно нормально. Таблетки выпила, так что все отлично. К тому же ты так и не ответил на вопрос.
– Захотел тебя проведать и убедиться, что не перенапрягаешься.
– А. Ну... я и старалась. Просто солнце коварно ударило в спину. К тому же мне в любом случае пора возвращаться к нормальной жизни. Понимаю, ситуация тебя напугала, но я-то уже стреляный воробей.
– Допустим, но я не особо уверен, что ты вообще способна поступать себе во благо.
– Дикий приступ мигрени, упекший меня в больницу, наглядно доказал неправоту. Обещаю, теперь я прислушиваюсь к здравому смыслу. Так что не нужно включать режим гиперопеки.
– Понимаешь ведь, почему я так себя веду? – плечи Леви поникли.
– Потому что ты по уши в меня втюрился, и я – свет твоей жизни?
– Звучит как шутка, но вообще-то все именно так. Я хочу о тебе заботиться.
– И это прекрасно получается. Но мне хотелось пообщаться с Лили и почувствовать себя чуточку нормальной.
– Помогло?
– Ага. А еще звонила Эмма и дала на удивление дельный совет.
– И по какому поводу звонила?
– Хотела проверить, купил ли ты машину. Пришлось рассказать про мигрень и заговорить ей зубы. Теперь надо бы взять тачку напрокат, иначе заставит меня забрать старушку обратно.
– Зачем напрокат? Мы может купить любой вариант на твой выбор.
– Ты серьезно? Целую, мать ее, машину?
– А что, в качестве альтернативы полмашины?
– Я... ну ты понял, о чем я. Это же безумно дорого, а с учетом счетов из больницы...
– Прекрати забивать голову. Я все оплачу.
Боже, надо срочно написать Райли и выведать, выкидывает ли ее богатенький муженек такие же фокусы. Я ума не прикладывала, что ответить.
Но новую машину мне ой как хотелось.
– Ладно. Спасибо.
– А ко мне ты теперь прислушиваешься?
– Только когда сама того захочу. Какой бюджет?
– Бюджета нет.
– Что? Да ладно, какие-то рамки же должны быть. Назови конкретную цифру.
– Никаких рамок. Ты получишь именно то, что хочешь. Так что выкладывай, о чем мечтаешь.
– Вполне хватит внедорожника. Просто чтобы помещалось все для сада. Можно взять подержанный...
– Никаких подержанных.
– Вообще-то можно было бы. Но, с другой стороны, есть одна машина, на которую я давно заглядываюсь.
– И что же это? «Вольво»? «Мерседес»?
– «Тойота».
– Серьезно? – изогнул он бровь.
– Только не смейся. У меня свои вкусы, и это практичный выбор. К тому же вообще видел цены на автомобили? Вот видишь? Бешеные деньги, – не удержалась я, когда Леви достал телефон и вбил запрос, а на экране высветилось пугающее количество десятков тысяч.
– Эми, это сущие копейки. Какой цвет хочешь?
– Ц-цвет? Зачем?
– Подбираю вариант.
– Есть один серый оттенок, который слегка отливает зеленым. Постоянно сворачиваю шею, когда такая проезжает мимо.
– Понял, – кивнул он. – Завтра поедем и заберем.
– Ты уве... – Леви одарил меня невозмутимым взглядом. – Ладно-ладно, прости. Едем завтра.
– Умница, – отозвался муж. – А теперь бери воду и садись.
– С чего бы? У тебя грандиозные планы?
– Будем отдыхать, – постановил он. – И, возможно, почитаем.
Звучало как идеальный план, к выполнению которого не терпелось приступить.
