Текст книги "Дурные намерения (ЛП)"

Автор книги: Элли Риверс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

– Нет. Там ничего нет.

Я отшатнулась, вмиг растеряв весь игривый настрой. Уж больно красноречивая реакция.

Вот только как ее расценивать? Возможно, все совершенно невинно: просто нечто, не предназначенное для моих глаз. А может, Леви действительно переписывался с другой.

Я прекрасно понимала, что раньше он делил ночи отнюдь не со мной. Но в то же время верила: изменять Леви не станет. Любые его прошлые интрижки ставились на паузу, и мы оба отдавали себе в этом отчет.

Хотелось сказать, что в подобных жертвах нет нужды, что он вправе не бросать таинственную незнакомку – лишь бы это не разрушило легенду.

Но действительно ли я желала подобного исхода?

Связь перешла в физическую плоскость, и, хотя чувств за этим не стояло, все зашло куда дальше первоначальных ожиданий. Смогу ли я спокойно жить, желая большего, пока он делит постель с кем-то еще? Или просто обреку себя на еще большие страдания?

– Я... Это совсем не то, что ты подумала.

– Это как-то повлияет на брак?

– Никак.

Перед глазами тут же возник образ бабушки, наставлявшей, что такова уж мужская природа. Сама она проходила через подобное раз за разом.

Суровое напоминание, в котором я так отчаянно нуждалась.

– В таком случае сделаю вид, будто ничего не заметила.

– Эми, – начал он, – обещаю...

– Не нужно ничего обещать.

Так будет только лучше.

Так я хотя бы уберегу себя от разочарований.

Наконец подняв на Леви глаза, я прочла в его взгляде нечто определенное.

Чувство вины.

Не помни я уроков бабушки, подобное выпотрошило бы душу.

Когда мне впервые разбили сердце, он уверял, что пожалел об этом в ту же секунду. Ему было невыносимо стыдно. Он выглядел раздавленным. И такова жизнь, Эми. Люди совершают скверные поступки, а потом мучаются угрызениями совести. Но это ничуть не оправдывает содеянного.

Леви не изменял, однако за моей спиной явно что-то происходило.

И чем бы это ни оказалось, оно должно послужить идеальным щитом, который не даст в него влюбиться.

– Давай закругляться, – вздохнула я. – Я хочу заскочить еще на одну смотровую площадку по пути, а потом нужно отмокнуть в горячей воде после нашего марш-броска.

– Хочешь снова принять ванну?

Ну уж нет. Я ни за что не допущу повторения вчерашней ночи.

– Нет, на этот раз душ. Необходимо смыть с себя всю грязь и усталость дня.

А заодно, возможно, получится смыть и липкое чувство сожаления.

Глава 15

Те сообщения оказались как нельзя кстати. На следующее утро я уже не вешалась на Леви, а значит, не сгорала от желания и не собиралась совершить очередную ошибку.

Резкое возвращение с небес на землю вряд ли назовешь приятным, зато оно пошло на пользу. Пожалуй, впервые с начала брака ко мне вернулось самообладание, появилась твердая почва под ногами.

Как-то раз Леви обмолвился, что однажды все прояснится, и оказался прав. Теперь все встало на свои места.

Как я могла упустить из виду его ночные отлучки? Почему не сообразила, что кто-то наверняка скрашивал часы? Эти люди не растворялись в воздухе, а крутились где-то поблизости.

Интересно, о чем они разговаривали? Если в рамках фиктивного брака Леви так ко мне относился, то каким представал перед человеком, с которым действительно хотел быть рядом?

Возможно, дело вовсе не в другой женщине. За этим могло скрываться нечто иное, однако мелькнувшая в глазах Леви вина ясно давала понять: правда вряд ли придется по вкусу.

Я нехотя выбралась из постели. Первым делом направилась к сумочке за таблетками и глухо застонала, обнаружив внутри лишь одну. Черт. Запасы таяли на глазах, я знала об этом, но вид сиротливой последней капсулы пугал сильнее, чем хотелось бы признавать. Препараты следовало пить ежедневно, чтобы избежать мигреней, и прерывать курс крайне не рекомендовалось.

Слишком многое летело под откос.

Обернувшись к Леви, я задумалась, не сможет ли он помочь. Но после той неловкой тишины, в которой прошла вся ночь, язык не поворачивался просить его отвалить несколько тысяч за визит к врачу.

Проглотив последнюю таблетку, я проверила заначку на крайний случай. Запаса хватило бы для купирования надвигающегося приступа. Оставалось лишь молиться, чтобы голова не подвела меня до тех пор, пока не удастся вернуться к привычному лечению.

Накинув халат, я вышла на улицу, чтобы собраться с мыслями. Воздух обжигал утренней прохладой, но открывавшийся вид стоил того. К тому же проведя столько времени на орбите Леви, я отчаянно нуждалась в тишине.

Долгое время просто сидела молча. Затем достала телефон и открыла переписку с Ви.

Я: Кажется, на этот раз я не ошиблась

Ви: В чем?

Я: В том, что творю какую-то глупость

Ви: А что случилось?

Я: Придется слишком глубоко вдаваться в подробности личной жизни, поэтому скажу так: если видишь знаки, призывающие не доверять человеку, – не доверяй

Ви: А вдруг ты неправильно истолковала знаки?

– Да уж, а вдруг, – невесело фыркнула я.

Я: Сильно сомневаюсь. Но, по крайней мере, могу тебе выговориться. Знаю, из-за тебя я бы никогда не чувствовала себя так паршиво

Ви долго набирал сообщение. Остановился. Затем начал печатать заново.

Ви: Надеюсь, что бы ни натворил тот человек, это просто недоразумение. Трудно представить, чтобы кто-то причинил тебе боль, ведь ты этого совершенно не заслуживаешь

Сообщение прозвучало слишком мило. Впрочем, он всегда общался именно так.

Я: Тебе никогда не хотелось, чтобы мы встретились при других обстоятельствах? Например, учились бы вместе и стали друзьями в реальной жизни?

Ви: Каждый день

Я: Знаю, у нас негласное правило на этот счет, но, может, МОГЛИ БЫ увидеться вживую? В этом же нет ничего страшного. Ты, наверное, единственный парень, с которым я могу быть настолько откровенна

Я выждала пару минут, но собеседник даже не начал набирать сообщение. В ушах бешено стучала кровь, отчаянно хотелось узнать, о чем он думает.

Раздался скрип открывающейся двери, и, обернувшись, я увидела проснувшегося Леви. В руках он держал две чашки дымящегося кофе, и свою порцию я приняла с огромной благодарностью. Горячий напиток немного растопил сковавший грудь лед.

– Послушай, – нарушил он тишину. – Насчет вчерашнего.

Ох, нет. Обсуждать случившееся совершенно не хотелось.

– Кажется, я уже упоминала, что ничего не заметила. Вообще-то я практически слепая. Особенно если речь заходит о том, чтобы застать кого-то с поличным, – тон оставлял желать лучшего, а шутка прозвучала куда более горько, чем задумывалось.

– Мы вообще-то женаты. И я бы ни за что...

– Мы не женаты. Не по-настоящему. Наш союз – лишь способ отомстить Келвину. Так что совершенно неважно, свидетелем чего я стала. Мне абсолютно все равно.

– Не уверен, что ты честна.

Я задумчиво постучала пальцем по кружке. Леви оказался прав, но в одном сомневаться не приходилось: не следовало испытывать подобных чувств. Я прекрасно понимала, во что ввязываюсь. Наглядные доказательства не должны так ранить.

Ровно как не должно задевать и гнетущее молчание Ви.

– Твоей вины в случившемся... почти нет. Выдались тяжелые несколько недель. И я, как обычно, действую себе во вред, но ты ни при чем. Сейчас дело вовсе не в тебе.

Почти чистая правда. Теперь на первый план вышло пугающее отсутствие ответа от Ви.

– Знаешь, ты можешь мне довериться. Даже если причина тревог кроется в другом человеке.

В иные дни возникало ощущение, будто все прошлые обиды остались позади. Тупая ноющая боль сходила на нет, позволяя спокойно жить дальше.

Но стоило только, как сегодня, обнажить душу и наткнуться на глухое молчание, как пережитое накрывало с головой.

– Просто дай немного времени.

Я словно наяву услышала его непроизнесенный ответ. Которого почти не осталось.

– Бери сколько потребуется, – произнес Леви, опустившись на соседний стул и мягко переплетая пальцы с моими.

Я опустила взгляд на сцепленные руки, и острая боль пошла на убыль, уступая место знакомой глухой пульсации, сопровождавшей меня почти всю жизнь.

Спустя несколько минут она вновь сделалась вполне терпимой.

– Сегодня последний день в коттедже, верно?

– Да, но при желании можем задержаться подольше.

– А в компании нормально к этому отнесутся?

– Скорее всего, нет, – со вздохом отозвался Леви. – Но придется смириться. Что они мне сделают, уволят?

– Генеральные директора то и дело уходят в отставку, хотя обычно поводом служат какие-нибудь незаконные махинации. Погоди-ка, ты ведь не заправляешь втайне подпольным борделем для богачей?

– Разумеется, нет! – от изумления у него аж челюсть отвисла.

– Тогда тебе вряд ли что-то грозит, а вот мне... – мысли скользнули к возросшему риску мигрени из-за закончившихся таблеток. А следом пришло осознание того, что постоянное пребывание на орбите Леви заставляло творить несусветные глупости.

Пожалуй, мне тоже не помешала бы небольшая дистанция.

– Нам лучше поехать домой, – произнесла я.

– Точно не хочешь остаться подольше?

– Нет, – отрицательно покачала я головой, немного поразмыслив. – Пожалуй, я созрела для возвращения. Хочется спокойно почитать в родных четырех стенах, а тебе пора возвращаться к делам, пока не нажил неприятностей.

– Вторая причина звучит невыносимо скучно, но так и быть, – согласился Леви. – Тогда выдвигаемся.

Он скрылся в доме, оставив меня одну на веранде. Собравшись было последовать за ним, я напоследок бросила взгляд на экран телефона – проверить, не ответил ли Ви.

Но сообщение так и висело прочитанным.

На обратном пути удалось немного успокоиться, достав одну из купленных книг. Побег от реальности принес такое же облегчение, как и прикосновение Леви чуть раньше. Мысль о том, что книги никуда не денутся, в отличие от людей, дарила утешение.

Вот только время пролетело слишком быстро. К моменту возвращения в Нэшвилл я уже почти дочитала. Движение на дороге оказалось настолько плотным, что из-за постоянных остановок и рывков меня начало укачивать, и книгу пришлось отложить.

– Понравилось? – поинтересовался Леви.

– Движение?

– Нет, книга. Ты читала с таким упоением, что я чуть ли не пожалел о том, что сижу за рулем.

– Мог бы включить аудиокнигу.

– А если бы дело дошло до постельной сцены?

– Тогда я бы либо сгорела со стыда, либо тоже стала слушать. Смотря какая там эротика.

– Звучишь бодрее, – заметил он с едва уловимой улыбкой.

– Чтение всегда спасает, – отозвалась я. – Да и книга попалась отличная.

– Дашь почитать, когда закончишь?

– Строго говоря, ты за нее заплатил.

– Она твоя. И без разрешения не возьму.

– А как же принцип «все мое – твое»?

– Возможно, мне хочется проявить уважение. Книги – нечто особенное.

– Очко в твою пользу, – хмыкнула я. – Мои книги брать можно. При условии, что не станешь их портить.

– О чем она?

Я бросила на него беглый взгляд. Из головы все никак не шло молчание Ви, оставившего сообщение без ответа, однако обсуждать литературу с посторонними по-прежнему было некомфортно. Казалось, будто я совершаю предательство.

Но Леви смотрел с неподдельным любопытством.

– Про женщину, которая отправляется в автомобильное путешествие не с тем парнем, – сдалась я. – На самом деле, очень забавная история.

– Читаешь про поездку во время поездки?

– Там все несколько масштабнее. Они едут через всю страну.

– Мы тоже могли бы. Да и сейчас можем. Только скажи, и я увезу тебя куда угодно.

Меня вполне устроило небольшое путешествие, но, даже будь это не так, дальние поездки не привлекали. Я никогда не могла поручиться, что смогу наслаждаться ими, как все нормальные люди, и совершенно не хотелось, чтобы Леви – да и кто бы то ни был – видел меня в худшем состоянии. Оказаться вдали от дома во время приступа мигрени – сущий кошмар, ведь тогда не останется ни малейшего шанса сделать вид, будто все в порядке.

– Все хорошо. Мне нравятся горы недалеко от дома. К тому же готова поспорить, авторы сами проделали путь. Слишком уж много подробностей.

– А как же любовная линия?

– Главные герои ведут себя как полные идиоты, но в этом вся прелесть.

– Расскажи подробнее. Обожаю, когда они тупят.

И я пустилась в объяснения, в красках расписав, с чего начались отношения героев и к чему они пришли на отметке в семьдесят процентов. Леви слушал с жадным вниманием. Если и оставались какие-то сомнения в том, что он действительно читает любовные романы, теперь они окончательно развеялись.

Около полудня мы подъехали к дому. Смена обстановки пошла на пользу, но возвращение в родные стены принесло невероятное облегчение.

– Там кто-то из соседей, – заметил Леви, выбравшись из машины и приветственно кому-то помахав.

Он смотрел вовсе не на ту сторону, где жили Лили и Себастьян. Медленно обернувшись, я увидела мистера Бьюфорда – тот стоял на улице и пристально за нами наблюдал.

Твою мать. Я же так и не ввела его в курс дела.

Я бы непременно позвала соседа на свадьбу, появись он на улице хоть раз за последние несколько недель. Мелькала мысль оставить записку, но, заглянув в почтовый ящик соседа, я обнаружила, что тот забит.

Словно хозяина вообще не было дома.

– Это мистер Бьюфорд, – пояснила я. – Иди в дом. Мне нужно с ним поговорить.

– Все в порядке? – насторожился Леви.

– Да, все отлично. Просто мы давненько не виделись, накопились новости.

Я не оставила Леви шанса на дальнейшие расспросы. Рванула прямиком к участку мистера Бьюфорда.

– Это еще кто такой? – подозрительно прищурился сосед.

– Здравствуйте, – улыбнулась я. – Чудесный выдался денек, правда?

– Увиливаешь от ответа, детка.

Я поморщилась.

– Ладно, но для начала позвольте оправдаться: все произошло слишком быстро, к тому же вы таинственным образом куда-то пропали.

– А что именно произошло? – нахмурился он.

– Я вышла замуж.

Брови соседа поползли вверх.

– За кого? За того типа на крыльце?

Обернувшись к дому, я заметила, что Леви по-прежнему торчит на улице и наблюдает.

Проклятье. Мог бы просто послушаться.

– За друга детства. Он замечательный, а все случившееся... закрутилось словно в вихре, честное слово.

– Охотно верю, – хмыкнул старик. – Особенно если учесть, что во время последней беседы ты была совершенно свободна.

– Мы держали отношения в тайне, но потом решили, что оно того не стоит. Живем один раз, чего тянуть?

Мистер Бьюфорд по-прежнему сверлил меня прищуренным взглядом.

– Он с тобой хорошо обращается?

– Очень хорошо.

– И это означает, что ты переезжаешь?

– После всего, через что пришлось пройти ради этого дома, я от него не откажусь. Это он переехал ко мне.

Лицо мистера Бьюфорда озарила улыбка.

– Именно на это я и надеялся. Не могу же лишиться любимой соседки.

– А я не могу лишиться любимого сада для прополки. Клянусь, ваши сорняки растут с невероятной скоростью.

– Все из-за проклятых инвазивных видов. Плодятся как кролики. Когда я покупал участок, ничего подобного не росло. Но кому-то обязательно понадобилось занести заразу.

– Я избавлю вас от напасти.

– За это я и зову тебя любимой соседкой, – улыбнулся он. – Даже несмотря на то, что выскакиваешь замуж и ничего мне не сообщаешь.

– Если простите, я прощу то, что вы не рассказали, куда пропали.

– Принудительный семейный отпуск ради моего же здоровья, – пояснил он. – Племянница изо всех сил следит за тем, чтобы я не сгнил заживо в собственном доме.

– Очень заботливо с ее стороны.

– Пришлось тащиться на пляж, – пробурчал он. – Терпеть не могу солнце.

– Ох, бедняжка. Вывезли на отдых в кругу семьи.

– Будешь продолжать в том же духе, перестану варить тебе кофе.

Я ахнула.

– Какая жестокость!

На следующий день Леви пришлось выйти на работу. Как я и подозревала, генеральные директора – люди чрезвычайно занятые: им полагается руководить компаниями, а не прохлаждаться бесконечно в свадебных путешествиях.

Я просидела дома, то и дело заглядывая в телефон в надежде на ответ от Ви. Время шло, но сообщение по-прежнему висело последним. Молчание оглушало. Неужели зря я вылезла со своим предложением?

Скорее всего.

Но можно ли теперь дать задний ход, не выставив себя идиоткой?

Однозначно нет.

Впрочем, я все равно решила рискнуть.

Часы показывали четыре, когда я наконец отправила сообщение.

Я: Забудь предыдущее сообщение. Очевидно, на меня нашло какое-то помутнение. Хочешь, расскажу про книгу, которую только что дочитала?

Ответ прилетел так быстро, что я заподозрила, уж не держал ли он приложение открытым.

Ви: Прости, был кое с кем занят. Возможно, еще какое-то время буду набегами

Слабое утешение, зато честно.

Я старалась не зацикливаться на этом, но ничего не могла с собой поделать. Мысли о переписке – точнее, об ее отсутствии – не отпускали даже тогда, когда я высматривала возвращение Леви. Его машина свернула на подъездную дорожку около шести.

Однако в дом он так и не зашел. Вместо этого прислал сообщение.

Леви: Привет, я припарковался у дома, но на вечер появились планы. Буду позже

Хотелось верить, что та куча сообщений в его телефоне меня больше не волнует, но внезапные планы – сразу после того, как застукала его за перепиской, – обожгли грудь острой вспышкой гнева. Что Леви задумал? Ведет какую-то девицу в бар? Едет к ней домой?

От этой мысли на глаза навернулись слезы.

Мы с Леви даже не были вместе. Не по-настоящему. Я вспомнила о бабушке. Как ей удалось пережить разбитое сердце? Как нашла в себе силы жить дальше после того, как любящий человек причинил ей боль?

О любви к Леви не могло быть и речи. Но он мне определенно нравился.

И это грызло изнутри. Я не могла оставаться наедине со своими мыслями. Мне жизненно необходимо было с кем-то увидеться и выговориться.

Выглянув в окно и заметив машину Лили, я напросилась в гости. К счастью, она согласилась.

– Где Себастьян? – спросила я, переступая порог.

– Уехал за продуктами, а это всегда на целую вечность.

– Разве можно столько ходить по магазинам?

– Для него супермаркеты – сплошное развлечение. Пока мы работали под началом его отца, Себастьяну вообще не удавалось туда выбраться.

– Какая прелесть.

Устроившись на диване, мы заказали пиццу. Как только с этим было покончено, Лили подалась ко мне.

– Ну, как прошел медовый месяц?

В памяти пронеслись воспоминания о том, чем все закончилось, но я тут же отогнала их прочь.

– Леви чуть не угробил меня, затащив на подвесной мост высоко в горах.

– Фотки есть? – я достала телефон, демонстрируя все кадры, присланные Леви. – Ничего себе. Да тут почти везде ты.

– Он просто мастерски притворяется.

– Куда лучше, чем в свое время Себастьян, – заметила она. – На снимках ты выглядишь счастливой. И почему-то притворяешься даже искуснее него. С чего бы это?

– Все началось с того, что мы... вроде как переспали.

– Что? И почему ты не начала рассказ именно с этого?

– Потому что позже застукала его за перепиской с кем-то другим. Может, в этом и не было ничего такого, но Леви все скрыл.

– Ладно, – покачала головой Лили. – Значит, вы целовались и переспали.

– Поцелуй мы списали на тренировку, а вот все остальное... Можно я просто свалю вину на горы?

– Вряд ли они тут при чем.

– Значит, у меня просто помутился рассудок. Зарекалась ведь, но, видимо, напрочь забыла о том, что все происходящее – лишь план мести.

– Как и он, судя по всему.

– А может, и нет. Вдруг Леви переспал со мной исключительно из чувства мести?

– Какая мерзость. Причем во всех смыслах.

– Согласна, но кто знает? Однажды он уже причинил боль, а я сама позволила повторить на бис.

Подруга пристально посмотрела на меня, а я гадала: не подбирает ли она слова, чтобы помягче сообщить, какая же я непролазная дура?

И я бы ее даже не осудила.

Стоило произнести это вслух, как пришло пугающее осознание: я на всех парах мчусь к собственной разбитой вдребезги душе. Как бы ни клялась не допустить подобного, отрицать симпатию к Леви становилось все сложнее. Он нравился мне с того самого дня, когда, казалось бы, предпочел Келвину. А теперь подарки и забота лишь усугубляли ситуацию, не оставляя иного выбора, кроме как безропотно плыть по течению.

Но Лили оставалась Лили – воплощением безграничной доброты.

– Что ж, ты принимаешь весьма... специфические решения.

– Знаю, что не самые удачные. И прекрасно понимаю: в итоге страдать придется мне.

– Ну, вроде того. Разве что ты совершенно неверно истолковала поведение Леви.

– Вряд ли.

– Я тоже мнила, будто знаю о Себастьяне абсолютно все, и посмотри, к чему привело. Мы потеряли четыре года жизни, строя дурацкие домыслы друг о друге.

– Да, но я-то точно знаю: Леви использует меня ради мести. Ну и, возможно, ради рта? Ему, кажется, весьма понравился минет.

Глаза Лили округлились, а взгляд метнулся к двери. Я обернулась, и лицо мгновенно залило краской: на пороге стоял только что вошедший Себастьян.

– Что, черт возьми, я услышал? – опешил он.

– Девичьи секреты, – невозмутимо отозвалась Лили. – Думала, ты проторчишь в магазине подольше.

– Лучше бы так и сделал. Ухожу на кухню и надеваю наушники. Слышать продолжение я категорически отказываюсь.

– Уверен? – крикнула я вслед. – Ты же у нас вроде как свой!

– Ни за что!

Он испарился прежде, чем я успела добавить хоть слово.

– Ну почему я вечно влипаю в такие ситуации?

– Будем честны, разговоры всегда немного со странностями. К тому же, по-моему, вышло уморительно.

Бросив еще один виноватый взгляд в сторону кухни, я снова повернулась к подруге.

– Так на чем мы остановились?

– На домыслах и вероятности того, что ты ошибаешься.

– А казалось, я распиналась о том, насколько оказалась права.

Лили упрямо поджала губы.

– И вовсе нет.

– Да все нормально. Даже если я в итоге разобью себе сердце, хотя бы останутся деньги на ведерко-другое мороженого.

– И ты обязательно встретишь кого-нибудь получше.

Вспомнив Ви и в очередной раз пожалев, что мы так и не увиделись вживую, я тяжело вздохнула.

– Да. Не сомневаюсь, что так и будет.

Вот если бы только он согласился открыться.

Вскоре привезли пиццу, и мы уселись ужинать. Себастьян справился со смущением, к концу вечера даже начав снова смотреть мне в глаза, и мы отлично провели время.

Домой я выдвинулась в девять, будучи полностью уверенной, что Леви вернулся.

Но дом встретил пустотой.

Можно было бы просто лечь спать, предоставив ему возможность явиться хоть под утро, но я понимала: если Леви провел время с другой женщиной, наверняка останутся следы. И как бы сильно ни хотелось изображать равнодушие к его похождениям, я прекрасно знала – мне далеко не все равно.

Устроившись поудобнее, я достала телефон. Он вернулся домой только к одиннадцати.

– О, ты еще не спишь? – заплетающимся языком протянул он.

– Ты пьян? – подозрительно прищурилась я.

– Нет, – ответил он и тут же громко икнул.

Я нахмурилась, но оставила мысли при себе. Моя нелюбовь к алкоголю не означала, что остальные должны разделять эти взгляды. Радовало хотя бы то, что перед уходом Леви оставил машину дома.

Интересно только, с кем он пил?

– Надеюсь, хоть время провел отлично? – поинтересовалась я, поднявшись навстречу, чтобы забрать у него рабочий портфель.

– Да, вот только на виски налегать явно не стоило.

– Пожалуй, тебе стоит проспаться.

– Однозначно, – пробормотал он, неуверенно зашагав в сторону гостевой спальни. Я придержала Леви за плечо, опасаясь, как бы он не споткнулся о какой-нибудь коврик. Заодно скользнула взглядом по шее, всей душой молясь не обнаружить там ни следов помады, ни засоса.

К счастью, ни того, ни другого не оказалось.

– Ты такая хорошая, – пробормотал он. – И очень красивая. Чертовски красивая.

– Приятно знать, что в пьяном виде ты становишься таким милым, – произнесла я, чувствуя, как вопреки раздражению предательски обдало жаром щеки.

– И как только люди тебя не замечают, Эми? Как они могут видеть одного лишь твоего говнюка-братца?

– Ты сейчас назвал его говнюком? – опешила я.

– Именно. Потому что он такой и есть. Здоровенный, отборный, гребаный кусок дерьма. А ты совершенно на него не похожа.

– Спасибо, – тихо отозвалась я. Мне отчаянно необходимо было услышать эти слова, пусть даже наутро Леви ничего не вспомнит. – Пойдем-ка в кровать, пока ты не изобрел новые способы отомстить моему говнюку-братцу.

– Не люблю я мстить, – со вздохом протянул Леви. – Честно говоря, вообще ненавижу.

– Ну да, конечно, – поддакнула я. Будучи единственным трезвым человеком в комнате, прекрасно понимала истинное положение дел. Брак строился исключительно на мести, и, протрезвев, Леви непременно об этом вспомнит.

– Как же хочется, чтобы Келвин оставил попытки пустить мой бизнес по миру. Вот бы он вообще испарился, и не пришлось бы с ним возиться, – пробормотал Леви, стягивая рубашку, когда мы наконец добрались до гостевой спальни. Из деликатности отведя взгляд, я проследила за тем, чтобы он добрался до постели, и лишь затем закрыла дверь.

Истинный смысл сказанного дошел лишь тогда, когда я осталась одна.

Пустить бизнес по миру? Я, конечно, догадывалась, что Келвин переманивает к себе врачей, но и подумать не могла, что все зашло настолько далеко.

При этом прекрасно понимала: спроси я мужа напрямую, он ни за что не признается.

Терпеть не могу секреты, а его скрытность выводила из себя еще сильнее. Если брат как-то пытался навредить Леви, я обязана была выяснить подробности. Нужно было подготовиться к грядущим последствиям, в самом эпицентре которых суждено оказаться. С Келвином иначе просто не бывало.

И теперь, зная, что за этим кроется нечто большее, настала пора попытаться выяснить, какие именно козни брат строит.