Текст книги "Оружие Ада (ЛП)"

Автор книги: Элль Рид

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

– Жить вместе?

– Да, а почему нет?

Он замолчал, будто всерьез обдумывая это и только сейчас осознавая, на какие отношения подписался. Чертов eejit², надеюсь, я его не спугнул. Тацита меня убьет.

– Сколько она тебе рассказала? – Вопрос смахивал на ловушку, но я решил не юлить.

– Что спала с тобой пару раз. И что сначала поговорила со мной об этом. Скажу честно, это укололо, но я доверяю ей и хочу её. Мы все новички в этом деле, так что я могу простить ей пару мелких промахов.

– И это всё?

Я перерыл память, но, кажется, упомянул всё важное.

– Да.

Он потер лицо ладонями и прикрыл глаза.

– Тридцать… – он осекся, когда я вскинул бровь. – Уайатт. Это щекотливый вопрос, учитывая игры. Я офицер, отвечающий за весь этот процесс. Я вообще не ожидал, что окажусь в отношениях, но я рад, что так вышло. О будущем поговорим, когда до него доберемся. Но пока мы должны скрывать нашу связь.

– Но ты не против?

– Да.

Груз упал с моих плеч. Я шагнул вперед, собираясь по-дружески обнять Гаррика, когда снаружи раздался шум, а в дверь неистово забарабанили.

– Гаррик! Ты нужен нам, это срочно!

– Буду через минуту! – рявкнул он своим обычным резким тоном, в котором смешались рычание и раздражение.

– Нет, нужно сейчас. Это Девяносто Восьмая и Девятнадцатый.

Сердце провалилось куда-то в желудок, пролетело сквозь ноги и расплескалось по полу. Взгляд Гаррика встретился с моим, и я увидел в его глазах тот же первобытный ужас.

Я рванулся к двери, пока Гаррик хватал с кровати спортивные штаны. Он оказался быстрее: в одной руке зажата одежда, полотенце отброшено, и он захлопывает дверь прямо перед моим носом, не дав мне открыть её и на дюйм.

– Мне нужно к ним! – взмолился я.

– Тебе нельзя здесь находиться. Выходи через окно.

– Думаешь, мне не плевать на камеры? Я проявил вежливость, когда забирался сюда, но сейчас мне абсолютно насрать, как я уйду.

– Ладно, но дай мне открыть дверь самому, – фыркнул он.

Я отступил на шаг, давая ему пространство натянуть штаны, и он распахнул дверь. На пороге стоял офицер Блейк. Вид у него был убитый, и я мгновенно зафиксировал кровь на его руках.

Нет. Нет-нет-нет. Пожалуйста, пусть это будет не их кровь.

Лицо Блейка вытянулось от шока, когда он заметил меня за спиной Гаррика.

– Где они? – на этот раз Гаррик по-настоящему зарычал.

– О нем мы поговорим позже, – офицер Блейк (Таррон) ткнул в меня пальцем. – Доминик забирает их в лазарет. Произошел инцидент во время игры. Я не добился от Тациты ничего внятного, но, Гаррик, ты должен знать… – Он замолчал, косясь на меня.

– Просто выкладывай, Таррон. И рассказывай на ходу. – Гаррик вылетел в коридор, на ходу натягивая кроссовки. Через пару шагов он резко обернулся ко мне: – Если ты повторишь хоть слово из того, что увидишь или услышишь, или если просто встанешь у меня на пути – я тебя убью. Понял?

Я был в слишком сильной панике, чтобы бояться его угроз. Сейчас я соглашусь на что угодно, лишь бы поскорее увидеть своих и узнать, какого хера произошло.

Офицер Блейк всё еще колебался, снова глядя на меня.

– Гаррик… у неё были крылья. Она демон.

Сердце догнало меня и с размаху врезалось в ребра. Что. За. Нахер?

– Она на камерах? Кто еще знает? – распорядился Гаррик абсолютно мертвым тоном.

– Не знаю. Я открыл дверь, и она была там. Девятнадцатый истекал кровью. Она была в истерике. Я приказал одному из младших позвать Доминика. Она бормотала что-то о засаде, о какой-то группе с «плененными душами» в лесу. Как только Дом поднял парня, чтобы отнести в лазарет, я пришел за тобой.

– Майло… он… он мертв? – Я едва выдавил слова, но должен был знать.

Офицер Блейк посмотрел на меня с жалостью:

– Не знаю. Всё выглядит скверно.

– А она? Ранена? – спросил Гаррик.

– Нет, насколько я понял. И она приняла человеческий облик до прихода Дома.

– Таррон, – Гаррик замер у входной двери. Мне хотелось орать на него, чтобы он двигался быстрее. – Нужно стереть все записи с камер, где она засветилась. Проверь входы и те, что смотрят в небо. Всем офицерам, видевшим её, прикрой рты. Я разберусь с ними позже.

– Но почему? Ты ведешь себя так, будто это не сюрприз.

– Это не сюрприз. Расскажу позже.

Он распахнул дверь и снова замер. Порог был залит кровью. Из горла Гаррика вырвалось звериное рычание, и он сорвался на бег. Я перепрыгнул через красные пятна и бросился следом – бесполезный, способный только бежать за ним в хвосте.

Мы ворвались в лазарет и сразу увидели Тациту. Она сидела на полу, поджав ноги; на ней был только спортивный топ и невообразимое количество крови.

Меня едва не вывернуло от мысли, что это кровь Майло.

Услышав нас, она вскочила и бросилась к Гаррику:

– Эти гребаные ублюдки! Те, кого вы допрашивали. Они устроили засаду. Шестьдесят Второй ударил его… использовал магию, чтобы направить нож, и ударил!

Она колотила кулаками по груди Гаррика. Я никогда не видел её такой неистовой. По щекам размазаны слезы, волосы в беспорядке.

– Те, что были в камерах? – спокойно уточнил Гаррик, перехватывая её за руки.

– Да. Они пришли за кровью. Мы прошли игру. Пошли за оружием и попали в эту чертову засаду. Я была недостаточно быстрой, – она снова надломилась, ноги подкосились. – Он умрет, и это моя вина, и это так больно, черт возьми.

Гаррик присел рядом, пока я стоял, онемев от этой сцены. Он обхватил её подбородок, заставляя посмотреть на себя:

– Ты принесла его сюда. Если его можно спасти, Доминик сделает это. Мы не можем остановить каждого мудака, одержимого жаждой убийства.

– Пообещай, что накажешь их. Я заперла их души.

– С огромным удовольствием, Богиня, – Гаррик улыбнулся ей. В этот момент между ними промелькнула такая нежность, на какую, я думал, они не способны.

Медленно Гаррик помог ей подняться. Он прошептал что-то о помощи Доминику (видимо, медику) и осторожно передал её в мои руки.

– Уайатт, – выдохнула она сквозь новые слезы. Она обхватила меня за плечи, вцепившись в ткань на спине. – Прости, мне так жаль.

Не зная, как реагировать, я просто прижал её к себе и держал, пока рыдания сотрясали её тело.

– Тебе не за что извиняться. Если на Майло напали, я знаю, ты сделала всё, чтобы защитить его. – Я нежно гладил её по волосам, вдыхая родной аромат. Запах сочных фруктов, смешанный с кровью и потом, почти успокаивал – если бы не тошнотворный комок в желудке при мысли о том, чья это кровь.

Казалось, мы стояли так часами, цепляясь друг за друга в ожидании. Гаррик вышел один раз сказать, что Майло жив, но они продолжают работу, чтобы так оно и оставалось. Он окинул меня оценивающим взглядом и, видимо найдя то, что искал, ушел обратно без лишних слов.

Время шло, матовое стекло входной двери начало светлеть – пробились первые лучи солнца. Я не выпускал свою девочку из объятий. Мы больше не разговаривали; кажется, она ненадолго заснула, но мы так и не разомкнули рук.

Наконец Доминик вышел из операционной. Он выглядел измотанным, но улыбнулся, увидев нас на полу.

Я легонько толкнул Тациту, и она вскинулась:

– Дом, пожалуйста, он в порядке?

– Состояние стабильное. Людей чертовски трудно удерживать на этом свете, не буду приукрашивать. Но организм ответил на лечение, думаю, он будет жить.

От последнего слова на меня обрушилось горячее облегчение. Откинув голову на стену, я сам не сдержал слез. Тацита вскочила и обняла Доминика. Тот ответил на объятия, прежде чем она отстранилась, рассыпаясь в благодарностях.

– Можно к нему? – спросила она.

– Конечно. Пойду перекушу и, возможно, посплю. Я уже на пределе, но зовите, если понадоблюсь. – Он мягко похлопал Тациту по руке, кивнул мне и вышел.

– Идем, – Тацита протянула мне руку.

Я набрал в грудь воздуха, пытаясь собрать волю в кулак, но остался сидеть. Моя девочка присела передо мной на корточки:

– С ним всё будет хорошо.

– Я знаю. Просто… мы едва не потеряли его.

– Но не потеряли, – тихо сказала она.

С трудом поднявшись, я взял её за руку. В процедурной пахло дезинфекцией. Помещение выглядело чистым и почти безмятежным. В углу Гаррик убирал медикаменты. На больничной койке, укрытый белоснежными простынями, лежал мертвенно-бледный Майло. Его обычно алебастровая кожа казалась почти прозрачной. Кроме капельницы, ничто не напоминало о сокрушительной травме.

– Он придет в сознание не скоро, ввели большую дозу седативных, – сообщил Гаррик.

Тацита бесшумно подошла к кровати и взяла Майло за свободную от игл руку. Она нащупала пульс, и её лицо мгновенно разгладилось. Убрав волосы с его глаз, она поцеловала его в лоб:

– Прости меня.

– Эй, – окликнул я. – Мы договорились: никаких извинений.

Я встал с другой стороны и переплел свои пальцы с его. Ладонь была холоднее обычного, и я накрыл её второй рукой, чтобы согреть.

– Сладкий, ты не должен был так нас пугать.

Гаррик подошел к Таците со спины и положил руку ей на бедро. Она тут же прижалась к нему, ища опору. Их связь была очевидна.

– Лезвие рассекло диафрагму. Пробило левое легкое, но, к счастью, не задело сердце. Дом всё восстановил, на заживление уйдет несколько дней. Легкое спалось из-за заполнившей его крови.

– Несколько дней? – удивился я. – На это же должны уйти недели?

Гаррик снисходительно усмехнулся:

– Ты больше не в человеческом мире. Дом использовал свой дар целителя. Это не мгновенное исцеление, но клетки будут регенерировать гораздо быстрее обычного.

– Здесь правда есть магия? Вы все обладаете силой?

– Ты вообще слушаешь то, чему мы пытаемся тебя научить? – Снова этот его сердитый тон.

– Иногда, – огрызнулся я.

Губы Тациты дрогнули в полуулыбке.

– У нас нет активной магии. Кроме Аида и еще нескольких избранных. Но Дом – потомственный целитель, он черпает магию этого измерения. Это дар, который подвластен лишь немногим. Кроме лекарей, магию могут обуздать только ведьмы.

В моей голове всплыли обрывки информации, которые я получил сегодня.

– Ты одна из них? – спросил я. – Тот охранник сказал, что у тебя были крылья.

На её лице мелькнул страх, но не из-за моего вопроса. Она вырвалась из рук Гаррика:

– Сколько человек меня видели? Они все знают?

Гаррик покачал головой:

– Не думаю, что многие, но даже так – вряд ли они свяжут это с твоим вторым «я». Кроме Таррона. Он знает, что мы спали… то есть, что я спал с «другой» тобой. И еще ты кричала мое имя и имя Дома. Я приказал ему стереть записи и пригрозил офицерам.

Она поникла и оперлась бедром о кровать Майло.

– Я не подумала.

– Твоя тайна останется в секрете. А если Таррон и догадается, он будет молчать. Я ему доверяю.

– Кто ты такая? – потребовал я, не слишком вежливо. Я думал, с секретами покончено.

– Прости, Уайатт. – Она обошла кровать и встала передо мной. – Я хотела сказать, собиралась сегодня вечером… пока всё не покатилось к чертям.

– Рассказывай, – взмолился я.

Вместо слов моя девушка начала меняться на глазах. Из спины вырвались гигантские черные крылья, из головы проросли рога с красно-черным градиентом, а вокруг ноги обвился хвост.

Я затаил дыхание. Она была потрясающей – даже измотанная, в грязи и крови. От неё исходила сила, которая манила меня, как песня сирен.

– Пожалуйста, скажи что-нибудь. – Её голос прервал мое восхищение.

– Ты демон? – спросил я, прокашлявшись.

– Да.

– Ты никогда не была человеком?

– Нет.

– Тогда почему ты среди участников?

– Я под прикрытием. Во многих смыслах. – Она взглянула на Гаррика.

– Рассказывай, Mo Stór, – подбодрил я. – Я справлюсь.

– Возможно, ты слышал о Несущей Смерть.

Слова дошли до меня не сразу. Я снова посмотрел на её рога, крылья – всё совпадало с описанием фигуры в плаще, которая появлялась после каждого убийства за последние недели.

– Я – главный ликвидатор нашего Лорда, Аида. У меня много имен: Несущая Смерть, Ассасин Аида, Тихая Смерть. Даже в демоническом мире никто не знает, кто я на самом деле, все видят лишь маску.

– Значит, Тацита?..

– Это мое настоящее имя. Только несколько близких друзей знают, что это один и тот же человек.

Гаррик хмыкнул.

– Это ты к чему? – Тацита сузила глаза.

– Могла бы и уточнить, что твои друзья – это Аид и его муж Хаос. Если только у тебя нет других, о которых я не знаю.

– Мои родители знают правду! – надулась она.

– Как давно ты в курсе? – бросил я мужчине.

– С того дня, как вас обоих швырнули в мои камеры, – ответил Гаррик. – Поверь, для меня тоже было шоком узнать, что среди людей затесался шпион с нашей стороны. Да еще и Несущая Смерть. В нашем мире она личность легендарная.

– Майло знает? – спросил я.

– Не совсем, но он был в сознании, когда я несла его сюда.

Я посмотрел на грудь Майло – он дышал ровно, будто легкие не восстанавливались после смертельной раны. Затем я шагнул к женщине, ловящей каждую мою реакцию. Не знаю, ждала ли она криков или побега, но я коснулся её щеки.

– Это твой последний секрет?

Она кивнула:

– Ты знаешь настоящую меня, Уайатт. Это больше, чем знает почти любой в этом мире. Ты уже полюбил Тациту. Просто она оказалась еще круче, чем ты думал.

– Хочешь, я раскрою тебе свой секрет?

Она моргнула и вопросительно склонила голову.

– Я люблю тебя, – прошептал я. – Уже давно. Мне плевать, кто ты, хотя мне чертовски интересно узнать побольше о Несущей Смерть. Я хочу знать твое прошлое, твою работу, всё. Но это не меняет моих чувств.

– Ты не злишься, что я скрывала это?

– Злюсь, немного. Но я понимаю. Я сам жил двойной жизнью, помнишь? Я был киллером. У меня был псевдоним. Я понимаю необходимость защиты. К тому же, именно твоя сущность спасла сегодня вторую любовь моей жизни. Как я могу по-настоящему злиться?

– Я тоже люблю тебя, Уайатт, – сказала она.

Я приподнял её голову и поцеловал. Она обняла меня за талию. Когда моя ладонь скользнула вверх по позвоночнику, она выгнулась навстречу, но как только рука коснулась основания крыльев, она резко отстранилась.

– Они очень чувствительные, – усмехнулась она, прикусив губу.

– Учту, – ответил я и снова поцеловал её. На этот раз более целомудренно. – А что насчет рогов?

– Ей нравится, когда её держат за них, – подал голос Гаррик.

– Серьезно? – Я игриво взглянул на свою девочку. Я должен был бы ревновать, но вместо этого воображение начало рисовать весьма заманчивые сценарии.

Тацита приняла человеческий облик прежде, чем я успел проверить теорию.

– Ты пожалеешь, что сказал ему это, – пригрозила она.

– Уверен, что нет, Богиня. – Гаррик подошел ближе. – Полагаю, он только что представил, как ставит тебя на колени и держит за эти острые рожки, пока я трахаю тебя в глотку.

Что ж, Гаррик явно готов делиться. Я отложил эту мысль на потом – идея звучала чертовски заманчиво. Пришлось поправить штаны из-за визуализации, которой он меня накормил.

Гаррик усмехнулся, заметив мои манипуляции. Он поцеловал Тациту, не заботясь о том, что она всё еще в моих руках.

– Мне пора, нужно всё проверить. Думаю, Таррон уже собрал тела, что ты оставила в лесу, да и Аид, вероятно, ждет в кабинете.

– Я пойду с тобой, – Тацита выпрямилась.

– Нет, оставайся здесь. Я справлюсь. Дай мне пару часов, я вернусь и посижу с Майло, чтобы вы могли принять душ и поспать.

– Я хочу дождаться, пока он проснется, – упрямо заявил я.

– Он проспит еще минимум сутки. Тебе нужен отдых.

– Он прав, Уайатт, – добавила Тацита. Только осознание того, как она измотана, заставило меня уступить.

– Я вернусь, как только смогу, – пообещал Гаррик.

Они снова поцеловались. Я отступил к Майло.

В наших отношениях произошел очередной сдвиг, а он об этом и не знает. О той окончательности, которую я теперь чувствую. Думаю, он будет доволен.

– Стой, Гаррик! – окликнула его Тацита уже в дверях.

– Да?

– Я совсем забыла, что оставила Сеффи и Рио в лесу. Пожалуйста, не делайте с ними ничего. Они ни в чем не виноваты.

– Понял, – бросил он и вышел.

Глава 29. Тацита

Мы с Уайаттом возвращаемся в лазарет на закате. После вчерашнего жуткого шторма небо снова прояснилось, и установилась изнуряющая жара. Последние лучи солнца обжигали щеки, пока мы пересекали взлетную полосу.

Дом вернулся вместе с Гарриком около полудня. Мы дождались, пока целитель закончит осмотр Майло, а затем ушли в комнату Уайатта, чтобы немного отдохнуть.

Впрочем, приятная тянущая боль между бедрами готова поспорить с самим определением слова «отдых». Душ, который мы принимали вместе, поначалу не задумывался как нечто сексуальное, но закончился именно этим. Любопытство Уайатта к моим демоническим чертам, похоже, только раззадорило его и без того ненасытное либидо. Мы едва успели высохнуть, как он потребовал, чтобы я снова сменила облик: ему не терпелось поближе познакомиться с моей истинной сущностью.

И хотя те каморки были слишком тесны для моих крыльев, надо отдать Уайатту должное – он изобретателен и быстро учится. Кажется, нам удалось поспать от силы час.

Дом предупредил, что Майло должен прийти в себя сразу после наступления темноты, так что мы заправились кофе, прихватили еду навынос из столовой и зашагали обратно к лазарету, переплетя пальцы и размахивая руками на ходу. В груди было легко – чувство, которого я не знала уже много дней. Несмотря на то что Майло едва не погиб, я не могла подавить бурлящее в теле счастье.

Мы поймали убийцу. Кэмерон заперт в камере и ждет отправки в Тартар. Остальных членов его банды уже переправили туда.

Уайатт знает мой главный секрет, а Майло на полпути к этому – я всё расскажу ему, как только его сознание прояснится. Гаррик и Уайатт, кажется, ладят, и я уже начинаю видеть наше общее будущее после того, как парни пройдут последнее испытание в этих играх.

Я, технически, тоже его пройду – раз уж решила доиграть роль до конца, оставаясь под прикрытием. Хотя бы для того, чтобы немного помочь моим людям, если понадобится.

Войдя в палату к Майло, я не смогла сдержать улыбку: на краю кровати, свернувшись клубком, лежал гигантский самец пантеры.

Но не успела я вымолвить и слова, как Уайатт так сильно дернул меня назад, что я врезалась в его широкую грудь, а пакет с едой выскочил у него из рук и шлепнулся на пол.

– Какого хера, Уайатт? – пробормотала я, пытаясь развернуться в его стальной хватке.

– Ты же видишь этого огромного хищника на кровати Майло, да? – прошипел он с неприкрытым страхом в голосе.

– Расслабься. Это Гаррик.

Черный кот вскинул голову, услышав свое имя (или из-за шума, который мы подняли), и его желтые глаза встретились с моими. Я и так была почти уверена, что это Гаррик развалился на кровати, но взгляд подтвердил догадку.

– Это Гаррик? – Уайатт едва не поперхнулся.

Точно… До этого момента Гаррик скрывал свою сверхъестественную сторону от участников.

Усмехнувшись, я высвободилась из объятий Уайатта, подошла к кровати и почесала Гаррика за ухом. Он прижался к руке в знак приветствия.

Оборотни-пантеры могут быть смертоносными, невероятно ловкими и сильными, но на самом деле они – огромные неженки, завернутые в острые когти и летальные челюсти.

Я сказала ему об этом вслух, и он шутливо замахнулся на меня лапой, заставив хихикнуть, прежде чем спрыгнуть на пол.

Уайатт всё еще нерешительно топтался у двери, явно разрываясь между желанием подойти к Майло и желанием сбежать из комнаты.

Гаррик направился к нему, слегка припав к полу, словно собирался прыгнуть. Но не дойдя до Уайатта, он начал меняться. В мгновение ока черный кот исчез, и перед нами предстал Гаррик в человеческом обличье.

– Спасибо за еду, – сказал он, поднимая пакет, который выронил Уайатт.

– Твою мать, как же это круто! – Уайатт мгновенно ожил и засыпал Гаррика вопросами, пока мы разбирали бургеры и картошку фри.

Надеюсь, Майло не обидится, что мы используем его кровать вместо стола. Он всё еще мирно спал. Время от времени я проводила пальцами по его руке или убирала непослушную прядь с лица, но он не открывал глаз.

– А зачем ты вообще оборачивался? – спросил Уайатт.

– Так легче учуять незваных гостей.

– Думаешь, опасность еще не миновала? – спросила я, полностью включившись в разговор.

– Не знаю. Аид весь день допрашивал Кэмерона. Тот признался, что сливал информацию Ангелам.

Аппетит мгновенно пропал.

– Как он с ними связывался?

– Похоже, они нашли способ общаться с ним телепатически.

– Дерьмо! Значит, всё, что он видел, слышал или узнал, тут же передавалось им?

– Нет. Судя по тому, что Аид выудил из его головы, связь не была постоянной. Но мы не знаем, когда состоялся последний сеанс.

– Чего Ангелы хотят от Ада? – спросил Уайатт.

– Мы не знаем наверняка, – ответила я. – Мы никогда не были друзьями, но обычно не лезем в дела друг друга. У них своя система круговорота душ, у нас – своя. Между мирами есть баланс. Но десять лет назад они сорвали эти отборочные игры. Погибли все.

Уайатт нахмурился, переваривая информацию. Он съел еще немного картошки, прежде чем спросить:

– Они подослали Кэмерона, чтобы он повторил это сейчас?

– Мы предполагаем именно это, – ответил на этот раз Гаррик. – Аид не может вытянуть из него эту часть плана. Возможно, он и сам не знает подробностей.

– А нельзя его просто убить? Каким бы ни был план, он больше не сможет передавать информацию, и Ангелы потеряют связь. – Уайатт выпятил грудь, полагая, что его простое решение спасет мир.

– Технически, он и так мертв, – Гаррик осадил его энтузиазм. – Аид реанимировал его труп после того, как Тацита прикончила его в лесу. И вообще, вы в Аду. Его душа не умрет еще очень-очень долго.

– Тартар?

– Именно. – Блеск в глазах Гаррика выдавал, как сильно он предвкушает расправу над Кэмероном, когда Аид закончит с ним. Надо будет попросить разрешения посмотреть на пытки.

Шорох одеял прервал наш разговор. Майло зашевелился: сначала потянулись ноги, затем пальцы дернулись, ощупывая ткань простыни.

Мы замерли. Его веки дрогнули, великолепные ресницы затрепетали на бледных щеках, и наконец открылись пронзительные малахитовые глаза.

– С возвращением, сладкий, – мягкий ирландский акцент Уайатта нарушил тишину.

Майло перевел взгляд с одного на другого, пока не остановился на мне. Он изучал меня внимательно, словно пытался заглянуть глубже того, что видел сейчас.

– Ты помнишь, что случилось? – мягко спросила я.

Его взгляд на мгновение затуманился – должно быть, он продирался сквозь пелену седативных и обезболивающих. Но затем он замер, и глаза вмиг стали ясными.

Я почувствовала рывок: он выдернул свою руку из моей. Холод кольнул где-то в животе, пока я не увидела, что он сделал то же самое с Уайаттом. Ему просто нужны были руки, чтобы говорить на языке жестов.

«У тебя были крылья».

Я уже собиралась ответить, но Уайатт опередил меня. Он наклонился к Майло с лукавой улыбкой:

– Да, у нашей девочки был припрятан последний секрет. – Он выпрямился и кивнул мне: – Покажи ему.

Отступив на шаг, я молча стянула топ. Гаррик прислонился к столешнице и подмигнул мне, когда я расправила крылья. Для полноты картины я выпустила и рога, но когда глаза Майло расширились и он перестал моргать, я решила придержать хвост. Его легкие сейчас были слишком слабы, и я не хотела причинять ему лишнего волнения.

Уайатт встал у изголовья кровати, не сводя с меня глаз. Несомненно, он вспоминал, как сжимал основания моих крыльев, беря меня сзади, и как удовольствие волнами расходилось по мембранам, превращая меня в вибрирующий комок желания.

– Похоже, у нас с самого начала был личный телохранитель, Майло, – сообщил Уайатт. – Наш собственный демон-хранитель.

Гаррик фыркнул, а мне пришлось кашлянуть, чтобы скрыть смех.

– У Майло, может, и был, но я отлично помню, как она разделала тебя, когда я впервые натравил её на вас, – подколол Уайатта Гаррик.

– Это была всего лишь прелюдия, правда, Mo Stór?

– Я оставлю тебе эту иллюзию, Уайатт, если ты признаешь, что я – лучший ассасин, – я снова подошла к Майло, плотно прижав крылья к спине, чтобы не задеть изножье кровати.

– Нам придется перепроверить факты. Учитывая твой возраст и всё остальное, нужно перевести статистику в проценты: количество убийств в день и так далее, иначе это нечестно.

Днем, лежа в постели, я рассказала Уайатту чуть больше правды о себе: о том, что мне скоро пять веков, и что для нашего мира это совсем не много.

Майло слушал нашу перепалку и постепенно расслаблялся. Его пульс пришел в норму. Лишь когда Гаррик подошел ближе к кровати, Майло снова напрягся, но, получив подтверждение, что всё в порядке, успокоился.

Мы долго говорили – все вместе, восполняя для Майло пробелы того времени, пока он был в беспамятстве. Я рассказала всё и ответила на каждый вопрос. Гаррик тоже разоткровенничался, хоть и в своей обычной колючей манере. Уайатт ни на секунду не разрывал контакт с Майло – он постоянно касался его рукой. То, как он смотрел на него, и то, как его глаза светились счастьем, пару раз заставило мои мысли путаться.

Уайатт всегда отдавался чувствам целиком, и его любовь, похоже, не была исключением.

Пальцы Гаррика нашли мои, заставляя меня посмотреть на него. Я не увидела в его лице ничего враждебного. Я ободряюще сжала его руку и сложила левое крыло, освобождая ему место рядом с собой. Он наклонился и запечатлел поцелуй на моем лбу.

Я знаю, что впереди нас ждет непростая задача – найти баланс в отношениях, которые завязываются между нами. Тем более что ни у кого из нас нет в этом опыта. Но я просто не могу представить свою жизнь без каждого из них.

Глава 30. Гаррик

На возведенном во внутреннем дворе помосте красуется туша под номером Шестьдесят Два. Кэмерон распят на кресте, и серо-голубой оттенок его кожи подчеркивают многочисленные открытые раны. Включая ту самую, что моя прекрасная богиня оставила на его шее.

Будь моя воля, шпиона Ангелов уже давно отправили бы в Тартар, но Аид настоял на показательной казни. И потому Кэмерон прозябал в камерах до самого конца второго раунда.

В игре осталось всего тридцать два участника, включая Тациту. После всех убийств и второго тура обитателей в лагере поубавилось – по сравнению с тем, что было пару недель назад, здесь теперь почти пусто.

Сегодня Аид должен был произнести речь перед третьим раундом. И, возможно, именно сегодня начнется настоящий хаос. Мы с Аидом и Хаосом планировали это с самого начала, но я еще не успел рассказать Таците о тех изменениях, которые внес в правила игр.

– Мы готовы? – спрашиваю я Таррона, подходя к платформе.

– Да. А ты? – Таррон усмехается. Он знает: хоть я и стою за этим поворотом сюжета, особого восторга я не испытываю.

– Будем надеяться, что среди них не так много оборотней, – ворчу я.

– Пора их собирать? – к нам подбегает Тедди, переводя взгляд с одного на другого.

Участники сейчас в столовой, завтракают и даже не подозревают о макабрическом зрелище, которое мы для них подготовили. Ну, большинство из них. Я предупредил Тациту и её парней о трупе, из которого мы собираемся устроить шоу. Сюрпризом для неё станет лишь вторая часть мероприятия.

– Да, спасибо, Тедди. Иди и приведи их, – командую я, и он тут же убегает.

– У парня отлично получается, – замечает Таррон, и я ловлю себя на том, что киваю в ответ.

Я всё еще раздумываю, как наградить команду, работающую на играх в этом году, когда участники начинают выходить из главного здания. Разговоры стихают, едва они замечают мертвеца на помосте за моей спиной, и тут же вспыхивают с новой силой – в теле узнают одного из своих.

Тацита и Уайатт выходят одними из последних, держась позади группы; Майло стоит между ними. Этот щуплый парень прижимается к груди Уайатта, но его пальцы переплетены с пальцами моей Богини. Я до боли хочу подойти к ней. Прошло всего пара дней с тех пор, как Майло выписали из лазарета, но я был слишком занят, чтобы провести с Тацитой хотя бы минуту. А поскольку новых убийств не было, у Несущей Смерть тоже не было повода появляться в лагере.

Вчера, после одного из её занятий, нам удалось урвать быстрый и отчаянный поцелуй, но на этом всё. Я горю от желания снова коснуться её.

Сегодня она распустила волосы; их яркие пряди колышутся на легком ветерке, которым нас благословили небеса. Хочу запустить в них пальцы, намотать на кулак и трахать её до потери сознания.

Таррон толкает меня в бок, вырывая из фантазий. Я прихожу в себя и вижу, как на сцене рассеивается дым. В центре стоят Аид и Хаос, и правитель уже обращается к собравшейся толпе:

– Сегодня – день триумфа. Поздравляю всех вас с тем, что вы зашли так далеко.

Аид расхаживает по сцене, чеканя слова. Хаос отходит в сторону, давая мужу пространство. Он присаживается на край деревянного помоста, болтая ногами рядом со мной.

– Ну что, вы готовы? – спрашивает он, сияя, как чеширский кот. От его лучащегося восторга по стенкам моего желудка пробегает нервная дрожь. – Утро обещает быть забавным.

– Мы всё подготовили, – отвечаю я. – Ты сможешь остаться и помочь тем, у кого проснутся способности ведьм?

Я снова перекроил график персонала, чтобы на ближайшие пару дней освободить хотя бы по одному представителю каждого сверхъестественного вида для наставничества.

– Конечно, не терпится начать, – Хаос так и лучится радостью. – Я никогда раньше не преподавал, но думаю, у меня получится.

– Однако прежде чем мы перейдем к следующей игре, – продолжает над нашими головами Аид, – я хочу напомнить кое-что всем, кто думает, что может перейти мне дорогу и остаться безнаказанным. Уверен, вы все узнали того, кто стоит на этой сцене вместе со мной. Выяснилось, что номер Шестьдесят Два был двойным агентом. Он сливал информацию Ангелам в Небесное царство, чтобы уничтожить нас всех.

В толпе слышны испуганные вздохи. Но я слежу лишь за яростью, исходящей от двух киллеров в задних рядах, и за тем, как плотно они сдвинулись плечом к плечу.

– Как?! – выкрикивает номер Восемьдесят Шесть.

– Почему бы мне не позволить ему самому рассказать об этом? – Аид указывает на труп и делает пасс рукой. Шестьдесят Второй судорожно вдыхает – тело оживает под воздействием магии, которую вливает в него Аид.

– Что, черт возьми, происходит? – хрипит Кэмерон. Нож, которым Тацита полоснула его, повредил голосовые связки, но ему всё же удается говорить.

– Мы дали тебе возможность выступить перед аудиторией в последний раз, – отвечает Аид с таким видом, будто они просто болтают в баре.

– Мне больше нечего сказать, – Кэмерон плюет Аиду под ноги.

Секунду спустя его охватывает пламя.

– Как ты смеешь проявлять неуважение! – осаживает его Аид, пока Кэмерон кричит от жгучей боли.

– О-о, обожаю, когда в нем просыпается страсть, – воркует мне на ухо Хаос. Я бросаю взгляд на Таррона; в наших глазах читается одинаковый легкий страх перед гневом нашего Лорда.

Шестьдесят Второй вопит, как банши, пока Аид не убирает пламя – огонь исчезает так же внезапно, как и появился.

– Думаешь, сможешь меня сломить? Тебя, должно быть, бесит, что я не предам тех, кто меня нанял, – тяжело дыша, бросает Кэмерон.