Текст книги "Оружие Ада (ЛП)"

Автор книги: Элль Рид

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 23 страниц)

Уайатт пару минут почитал со мной бумаги, а потом решил принять душ. Он оставил меня одного и не до конца закрыл дверь в ванную. Эта щель в несколько сантиметров издевалась надо мной, превращая мою концентрацию в кашу.

Это что-то значило?

Он просто доверяет мне или ему плевать, кто увидит его голым? В конце концов, я уже видел его тело, так что, может, ему реально всё равно. А может, он просто не заметил, что дверь не защелкнулась.

Я так напряженно размышлял об этой двери, что подпрыгнул, когда она распахнулась и вышел Уайатт – чистый, в одних спортивных штанах, вытирая мокрые блондинистые волосы полотенцем.

Его голая грудь напрягается и перекатывается мышцами, пока он трет голову, и у меня во рту одновременно пересыхает и текут слюни.

– Так-то лучше, – говорит Уайатт, бросая мокрое полотенце на кровать и плюхаясь рядом со мной.

Я киваю, все мысли вылетают из головы при такой близости к его коже. Взгляд прикипает к его татуировкам: на рукаве смешано всё – природа, побережье, переходящие в мрачные черепа и пистолет, обвитый лозами.

– Нашел что-нибудь новое? – спрашивает он и потянулся к бумагам у моих ног. На этот раз я качаю головой, пытаясь вернуться к задаче. – Сеффи и Рио скоро будут, может, их файлы помогут собрать пазл.

Снова кивок.

– У нас всё нормально? – внезапно спрашивает Уайатт, разворачиваясь ко мне.

– В каком смысле? – показываю я жестами.

– Ну, я вижу, что Тацита из кожи вон лезет, чтобы меня выставить. Ты решил пойти тем же путем?

Я моргаю. Он серьезно так думает? И это что, боль в его голосе?

– Нет, – подписываю я.

– Хорошо. Потому что душ нифига не помог, а я хотел сделать это уже несколько дней.

Он плавно преодолевает расстояние между нами, обхватывает мою челюсть, и его губы накрывают мои.

Я замираю от его напора. Единственная реакция – мои руки вцепляются в его талию, чтобы хоть как-то удержаться, пока мозг катапультируется в стратосферу. Его язык проходится по моим губам, и у меня вырывается стон. Я открываюсь ему, сжимая его бока сильнее – его кожа еще теплая после душа.

Я действую на одних инстинктах, когда наши языки встречаются и сплетаются. Он давит сильнее, и я чувствую, как заваливаюсь назад, пока не оказываюсь на подушках, а пространство между моими ногами не заполняется его мощным телом.

Вся кровь отливает к паху, в голове мутится, пока Уайатт продолжает целовать меня до беспамятства.

Мои бедра двигаются сами собой, толкаясь вверх, прижимая мой твердеющий член к нему, ища хоть какого-то облегчения от этой внезапной, всепоглощающей боли. Трение его эрекции о мою приносит блаженство.

Снова простонав, я разрываю поцелуй, чувствуя, как горят щеки. Уайатт приподнимается, глядя на меня сверху вниз, но я не могу встретиться с ним взглядом.

– Эй, – мягко говорит он, заставляя меня посмотреть на него. – Не нужно стесняться того, что берешь то, что хочешь.

Мои бедра снова хотят толкнуться, но я их зажимаю. Несмотря на его слова, я чувствую себя настолько неуверенно, что не могу ответить, только пальцы нервно постукивают по его боку.

– Ты хоть знаешь, сколько раз я представлял, как ты извиваешься подо мной? – спрашивает он. Он опускает голову к моей шее, осыпая её поцелуями, а затем нежно прикусывает мочку уха.

Электрический разряд прошивает позвоночник от места укуса, и мои мышцы, которые я так старательно зажимал, расслабляются. Я снова вжимаюсь в него, и на этот раз он тоже двигает бедрами. Наши члены прижаты друг к другу, и воспоминания о том, как он ощущался без одежды, заставляют меня давить еще сильнее.

– Сука, какой же ты сладкий, – шепчет он мне в ухо.

Я буквально плавлюсь в матрас, когда он внезапно отстраняется. Мои глаза встречаются с его, молча умоляя вернуться.

– Не волнуйся, я о тебе позабочусь, – говорит он, медленно спускаясь по моему телу. Его руки возятся с поясом моих штанов, расстегивают ширинку и стягивают их вместе с бельем, освобождая мою эрекцию.

Я могу только наблюдать, как он пару раз медленно проводит рукой по моему члену, прежде чем наклониться и взять головку в губы. Я почти бьюсь в конвульсиях от первого же движения его языка; я тяжело дышу, пока волна удовольствия накрывает меня, как цунами.

Это что, минет всегда такой охеренный? Неудивительно, что парни вечно об этом мечтают.

– Смотри на меня, прелесть, – Уайатт отрывается на секунду, чтобы приказать. – Я должен тебя видеть. Должен понимать, если я делаю что-то, что тебе не нравится.

Я делаю, как он просит, позволяя всей благодарности и возбуждению отразиться на моем лице. Я не хочу, чтобы он останавливался.

Он снова принимается за дело, лаская головку языком, оттягивая крайнюю плоть, чтобы лизнуть чувствительную уздечку. Я пугаюсь, что он остановится, когда с кончика начинает капать предэякулят, но на этот раз он стонет – похоже, ему нравится мой вкус.

Я немного успокаиваюсь, отдаваясь эйфории, когда он уходит глубже, заглатывая меня почти до основания одним махом. Я снова на грани. Его рот горячий, мокрый и тесный.

Его глаза ни на секунду не отрываются от моих, в зрачках сияет восторг. Ему это нравится – и это открытие поражает меня, ведь я и сам бы с радостью сделал это для него. Хотя у меня явно не хватило бы тех навыков, которые он демонстрирует сейчас.

Он начинает двигать головой, заглатывая меня до самого горла и обратно, используя язык, чтобы довести меня до пика.

Вскоре давление в яйцах становится невыносимым, я пытаюсь отстраниться, чтобы не кончить ему в рот, но он прижимает мои руки и придавливает меня к матрасу, положив руку мне на живот.

Он начинает сосать и лизать еще интенсивнее, и я не могу сдержать оргазм, который налетает на меня, как поезд. Мой член дергается, выстреливая струю за струей прямо ему в горло. Он проглатывает всё до последней капли и вылизывает головку начисто, прежде чем отстраниться.

Я откидываюсь назад, бездыханный и вялый. Не уверен, что вообще когда-нибудь смогу ходить. Уайатт массирует мои бедра, проводит руками под футболкой по моему прессу мягкими мазками, а затем натягивает на меня белье и штаны, приводя одежду в порядок.

Он нежно целует меня в бедро, прежде чем подняться. Я сажусь и уже собираюсь спросить, могу ли я ответить ему тем же, когда в дверь стучат. Уайатт наклоняется и быстро целует меня снова, его язык врывается в мой рот, заставляя меня почувствовать вкус самого себя, а затем он отходит, чтобы впустить остальных.

Несколько листов, которые я изучал, теперь измяты подо мной. Я быстро сгребаю их и пытаюсь разгладить, пока Сеффи и Рио заходят в комнату.

Глава 21. Тацита

– Ты изменил условия испытания.

Я поджидала Гаррика в его кабинете и испытала прилив гребаного удовлетворения, когда он подпрыгнул на полметра от неожиданности. Видели когда-нибудь видео, где коты подпрыгивают до потолка, если рядом положить огурец? Вот этот котяра сейчас исполнил ровно то же самое.

Его глаза сузились, когда он пришел в себя и направился ко мне – я как раз вальяжно пристроилась на краю его стола.

– Как ты, блядь, всё время сюда попадаешь?

– Скажешь, зачем поменяли игру – может, и я тебе скажу, – соврала я. У меня не было ни малейшего намерения раскрывать секрет прямо сейчас. Пусть помучается подольше.

– Я знаю, что ты видела планы. Нельзя давать тебе преимущество. – Он внимательно следил за моей реакцией на это признание.

– Преимущество? Ты серьезно думаешь, что три столетия работы на Аида весят меньше, чем знание правил игры? Или тот факт, что я – демон, и я сильнее всех этих людишек вместе взятых?

– Нет. Но ты можешь подпортить шансы другим участникам. Двоим конкретно – если отчеты моих парней не врут. – Он уставился на меня в упор, ожидая, что я удивлюсь. Типа его команда заметила, сколько времени я провожу с Майло и Уайаттом. К этому списку уже можно было добавить и Сеффи, но, судя по всему, Гаррик намеренно её пропустил – особенно после того, как допрашивал меня про секс с Уайаттом.

– То, что ты это вспомнил, подтверждает только одно, Гаррик, – сказала я, скрещивая руки под грудью.

– И ты даже не будешь отрицать, что сблизилась с двумя участниками?

– С чего бы? Я этого и не скрывала. А вот то, что ты об этом заговорил, значит, что тебе не всё равно, кто мои союзники.

– Мне глубоко плевать.

– Серьезно?

– Абсолютно. – Он сердито навис надо мной, сделав еще шаг и почти прижав меня к столу.

– Тогда какого хера мы говорим об Уайатте и Майло, когда я пришла обсудить Игру?

– Потому что Тридцать Девятый и Девятнадцатый тебя отвлекают.

– Иди нахер! – Тут я уже не выдержала, сорвалась с места и вплотную приблизилась к его лицу. Пусть обвиняет меня в чем угодно, но к своей миссии я отношусь серьезно.

– Задел за живое, Богиня?

– Если ты ставишь под сомнение мой профессионализм – то да. В жопу тебя, и в жопу это всё. – Я попыталась пройти мимо него, решив, что пытаться выудить что-то полезное об этом детективном квесте бесполезно.

Он шагнул в сторону, блокируя выход.

– Дай пройти.

– Нет. Отвечай сейчас. Мне доложить Аиду, что ты запала сразу на двух подозреваемых из нашего списка?

Я сжала кулаки, усмиряя своего демона. Под кожей всё горело – тело требовало трансформации.

– Во-первых, Аид был там, когда мы обсуждали мой трах с одним из них, так что он в курсе. Во-вторых, то, как я веду миссию – не твоё дело.

– Моё, если ты «поплыла». Судя по тому, что я слышал, разовый перепих превратился в привычку.

И тут я сорвалась. Ну, не полностью – я выпустила рога, хвост и когти. Крылья за спиной я удержала, чтобы не разорвать куртку в клочья. Я толкнула Гаррика так сильно, что он отлетел назад, а мои острые когти зацепили его рубашку, с треском распарывая ткань.

– Следи за тем, с кем разговариваешь, Гаррик, – прошипела я.

Он ответил мгновенно. Бросился на меня, перехватил мои запястья и вжал их мне же в грудь. Используя сверхъестественную силу своей пантеры, он попятил меня назад, пока я не уперлась бедрами в его стол.

Я ждала, что он остановится, но он продолжил давить, опрокидывая меня на стол, пока я не потеряла равновесие и не рухнула спиной на столешницу. Я попыталась подогнуть ноги, чтобы прописать этому уроду мощный пинок – желательно по яйцам, – но он вклинился между моими бедрами, раздвигая их своим телом.

Я оскалилась, он зарычал в ответ, нависая надо мной и наваливаясь всем весом на мои прижатые к груди руки.

– Здесь главный я, – пророкотал он низким голосом.

У меня бешено заколотилось сердце – его доминирование действовало на меня пугающе возбуждающе. Я могла бы перехватить инициативу, но… может, я этого и не хотела. Оказаться зажатой под его едва сдерживаемой звериной натурой было охеренно. В голове вспыхнула мысль: а каково будет увидеть, как этот хищник окончательно теряет контроль?

– Насколько я помню, я вхожу в ближний круг Аида, а ты – просто его цепной пес, – поддразнила я.

Гаррик перехватил мои запястья и завел их за голову, растягивая мои руки до упора, чтобы не задеть мои рога. Его тело опустилось еще ниже, воздух между нами буквально искрил. Клянусь, я чувствовала статическое электричество на коже даже через одежду.

– Я тебе, блядь, не пес, – прорычал он, его глаза превратились в узкие щели, в которых полыхнуло пламя.

– Да неужели? А по мне, так ты обычный грубиян.

– Заткнись. – По его телу прошла судорога – контроль начал давать трещину.

– Заставь меня, – бросила я вызов.

И он сорвался. Его губы врезались в мои – это был тот самый взрыв, на который я надеялась. Его язык был горячим и властным, он буквально ворвался в мой рот. Его бедра прижали меня к столу, я чувствовала, как его член между нами становится каменным. Между ног у меня стало мокро за доли секунды.

Это казалось неизбежным. Всё это напряжение, копившееся неделями, все эти едкие замечания и взаимное раздражение – всё привело к этому: мы выплескивали это через наши тела.

Его когти вспороли мою майку по центру, обнажая грудь. К счастью, он убрал когти, прежде чем сжать мою грудь ладонью – он схватил её целиком, сладко сминая, а затем ущипнул сосок через ткань бюстгальтера.

Я сорвала с него рубашку. Мы оторвались друг от друга на мгновение, чтобы я могла полностью стянуть одежду с его торса. Он воспользовался моментом, чтобы сорвать с меня остатки майки и лифчик.

Я во все глаза смотрела на него – он был невероятен. Футы оливковой кожи, натянутой на идеально прорисованные мышцы. Пресс и грудь напрягались под моим взглядом, заставляя меня хотеть вылизать каждый дюйм.

Его пылающий взгляд был таким же пьяным от похоти, как и мой. Разделавшись с верхом, я снова закинула руки за голову. В этом сценарии я была не против отдать инициативу ему.

– У тебя три секунды, чтобы отступить, – протянул он, хватаясь за пояс моих штанов.

– Если ты сейчас остановишься, я тебя просто убью, – выдохнула я, дрожа от предвкушения.

Приняв мою угрозу как согласие, он сорвал с меня остатки одежды, оставляя меня голой и раскинутой на его столе.

Его взгляд зацепился за тату – гирлянду роз и белладонны на моем бедре. Он провел большим пальцем по контуру, доходя до кинжала на внешней стороне.

– Это ведь ведьминская татуировка?

– Моргана делала, – быстро ответила я, начиная раздражаться из-за его заминки.

Его глаза расширились, он снова посмотрел мне в лицо.

– Должно быть, это влетело тебе в копеечку.

– Она стоила каждого гроша. И я покажу тебе, как она работает, если ты не войдешь в меня в ближайшие пару секунд.

Его ладонь хлестнула меня по заднице, чуть пониже татуированного кинжала. Боль прошила меня до самых костей, вышибая воздух из легких.

– Здесь главный я, Богиня. – В его голосе снова послышался звериный рык.

Пусть себе думает, что хочет, но он выполнил мою просьбу: расстегнул ширинку своих тактических штанов и достал член.

Я не успела его толком рассмотреть – он вошел в меня одним мощным толчком до самого упора. Я вскрикнула от неожиданности, вспомнив об одной особенности его вида – широкой головке члена. Когда он продвинулся глубоко внутрь, я почувствовала, как он заполняет меня до краев. Каждое его движение назад, когда он почти выходил, заставляло меня стонать от капитуляции – его ширина так сладко растягивала мои стенки.

Я вцепилась руками в край стола над головой. Эта пантера между моих ног задала карающий ритм. Одной рукой он прижал мою ногу к моей же груди, чтобы входить как можно глубже. Другой ладонью он продолжал яростно мять мою грудь.

Он снова крутанул мой сосок, на этот раз сильнее, и я опять закричала: удовольствие и боль смешались в такой коктейль, что в глазах всё поплыло.

– Ты что, забыла, Богиня, каково это – трахаться с кем-то, у кого есть демоническая сила? Совсем одомашнилась со своими людишками? – Голос Гаррика творил что-то странное с моим мозгом. Пока моё тело принимало его напор, слова отозвались яростной ясностью.

Я рывком села, вытянула руку вперед и впилась когтями в его горло.

– Не приплетай их сюда.

– Ого, какая защитница.

– Они не имеют к этому никакого отношения, – прорычала я, сжимая пальцы сильнее и протыкая кожу острыми ногтями.

Гаррик шикнул, отпрянул, выходя из меня, и прижал руку к шее. Пальцы вернулись в крови.

– Не понимаю. – Его ярость вдруг сменилась искренним любопытством. – Ты ведь это серьезно.

– Серьезно. То, что я делаю с ними, никак не касается вот этого всего, – отрезала я. – Не то чтобы «это» вообще что-то значило.

– Вот как? – Его глаза потемнели, и он снова двинулся на меня. Я взвизгнула, когда он набросился, перевернул меня на живот и снова вклинился между ног, когда мои стопы коснулись пола. – Тогда ты не будешь против, если я поимею тебя как шлюху, а потом ты побежишь обратно к своим драгоценным людишкам.

Он вошел в меня сзади. Полнота его члена и новая поза мгновенно превратили меня в податливый воск в его руках. Его грубость и полные злости слова раздули жар внутри меня до состояния пожара.

Раньше я думала, что его темп был жестким. Это было ничто по сравнению с тем диким, животным способом, которым он трахал меня сейчас. Зажав в кулаке мои волосы, он тянул меня на себя, пока входил так глубоко, что мне казалось – он меня сейчас насквозь проткнет.

Звуки, которые я издавала, были настолько греховными, что я бы покраснела, если бы вся кровь не прилила к низу. Моя киска сжималась вокруг него, когда он буквально выбивал из меня оргазм. Я могла только цепляться за край стола и молиться, чтобы выжить.

Когда я кончила, это было нечто первобытное, чисто демоническое. Удар был такой силы, что я выгнулась дугой, подаваясь назад, чтобы Гаррик оставался глубоко внутри меня, пока я проживала волну за волной.

– Блядь, ты просто нереальная. Вид твоей задницы может убить мужика, – прохрипел он надо мной. Я не ожидала похвалы, но она вызвала новую волну мурашек по коже и заставила меня улыбнуться.

Он отпустил мои волосы, обхватил обеими руками мои бедра и сделал еще несколько мощных толчков, прежде чем кончить самому. Струи его горячей спермы смешались с моей смазкой, и запах секса заполнил комнату.

Я думала, он сразу выйдет, но он не шевелился, оставаясь внутри, пока его член не начал опадать. Он убрал волосы с моей спины, перекинул их через плечо и начал медленно водить ладонями по моему позвоночнику.

Опершись на локти, я пыталась восстановить дыхание, наслаждаясь моментом тишины после бури. Но вскоре жесткий стол подо мной стал причинять дискомфорт, и мне пришлось подняться.

Гаррик зарычал, когда наши тела разъединились, но придержал меня за плечи, когда мои ноги предательски задрожали. Он всё еще не давал мне пространства, продолжая гладить мою обнаженную кожу и обнимая за талию.

Одна его рука поднялась и коснулась основания моего рога. Ноги у меня подкосились.

– Там очень чувствительно, – выдохнула я, уводя голову в сторону. Его это не остановило, он снова коснулся их, заставляя меня прижаться спиной к его груди. Снаружи они могут казаться твердыми и неживыми, но на деле всё наоборот.

– Ты совсем не такая, какой я тебя представлял, – прошептал он так тихо, что я не уверена, хотел ли он, чтобы я это слышала.

– Ты тоже не особо оправдываешь ожидания. Раньше ты был таким профессиональным.

– А ты за всё время ни слова не сказала, – хмыкнул он. Это правда: все наши контакты до этого были сугубо рабочими, и я была в маске. – Но ты права, я должен быть профессионалом.

И тут он отстранился. Я мгновенно почувствовала холод, будто между нами выросли ледяные стены. Он начал собирать одежду, разбросанную по комнате. Протянул мне мои вещи, включая разорванную майку, и молча оделся, больше ни разу не взглянув на моё тело.

Его сперма всё еще стекала по моим бедрам, а он уже вел себя так, будто мы просто коллеги. От таких перепадов можно получить психологическую травму.

– Гаррик… – начала было я.

– Не надо. Я перешел черту. Этого больше не повторится. – Он подошел к столу, сел в кресло и начал поправлять вещи, которые мы сдвинули во время нашей встряски.

Я промолчала и натянула кроссовки. Оставив разодранный топ на стуле, я помедлила еще пару секунд, прежде чем принять тот путь отступления, который он мне давал.

Это место реально выносит мне мозг. Не знаю, что я хотела ему сказать, но мне стоит радоваться, что он считает это разовой акцией. Тогда почему у меня внутри такая пустота?

Стряхнув с себя чувство отверженности, я убедилась, что в коридоре никого нет, и выскользнула из здания охраны. Я и так уже дико опаздывала на встречу с Майло, Уайаттом и нашей бандой. У меня не было времени зацикливаться на том глобальном сдвиге, который я только что пережила.

Глава 22. Гаррик

Какого хера я натворил?

Я никогда не отрицал, что Девяносто Восьмая чертовски привлекательна, но и в мыслях не было, что я реально на неё залезу. Особенно после того, как узнал, кто она на самом деле. Эта паутина слишком липкая, чтобы я в неё впутывался.

Она – одно из самых могущественных существ в королевстве, и сейчас она под моим надзором. Не говоря уже о том, что она умудряется бесить меня до икоты и безупречно нажимать на все мои кнопки. Даже когда мы трахались, она умудрилась довести меня до исступления.

Мой внутренний кот шипит, требуя заявить на неё права. Он хочет её с какой-то собственнической страстью, которую я отказываюсь признавать, хотя он уже считает её нашей.

В дверь стучат. Прежде чем я успеваю подумать, я иду и открываю. Увидев на пороге Таррона, я впускаю его и снова падаю в кресло за столом.

– Что там? Только не говори, что у нас новые трупы. – Этого я сегодня точно не вывезу.

– Нет, но Зафира просила передать, что одна группа, кажется, вот-вот выберет не то оружие.

– Ну, это будут их похороны. – Я покачал головой. Я знал, что какая-нибудь команда поспешит, выйдет на ложный след и в итоге самоликвидируется. – Чья группа?

– Та, где эта хакер.

– Девятнадцатый? – сердце на секунду болезненно скакнуло. Девятнадцатый в одной банде с Тацитой.

– Нет, баба, Двадцать Третья. – На лбу Таррона пролегли складки, когда он считал мою реакцию. Я изо всех сил постарался скрыть облегчение.

Он не сел, а замер где-то между стульями и дверью.

– Садись, если не торопишься. Мне нужно пробежаться по группам, которые сформировались.

– Э-э… я бы с радостью, но тут так несет сексом, что я не уверен в стерильности поверхностей, – нерешительно выдал он.

– Пошел нахер. Стулья чистые. – Он немного вздрогнул, хотя я послал его в шутку. Меня задевает, что наши отношения сейчас такие хрупкие после того, как я вставил ему пистон за потерю пропуска. Это был глупый косяк с его стороны, но я реально зла не держу. У меня проблемы покрупнее.

Он – мой заместитель и человек, которого я бы назвал своим лучшим другом. Не хочу, чтобы между нами была вражда.

– Хватит вести себя так, будто я тебя сейчас пороть буду. Я уже забыл про тот пропуск, давай проехали.

– Точно? Я знаю, что обосрался.

– Да уж, поверь, я сейчас, возможно, обсираюсь куда масштабнее, чем потеря гребаной карточки. – Я тяжело вздохнул и запустил обе руки в волосы. Признание накрыло меня волной костлявой усталости.

– Это как-то связано с тем вторым человеком, чей запах я тут чувствую?

Я принял мгновенное решение.

– Это была Несущая Смерть.

У Таррона отпала челюсть.

– В смысле… – начал он, но осекся, потеряв дар речи от шока.

– В смысле личный ассасин нашего босса, персональная машина для убийства Аида? Да.

– Охренеть. – Таррон расплылся в шокированной ухмылке, растягивая слова. – Ну ты даешь, Гаррик. Как ты её уломал? Она ведь «она», да?

– Да, баба. И это твоя первая мысль?

– А какая должна быть?

– Ну, например, о том, насколько это, блядь, тупо!

– Не, ну ты явно прыгнул выше головы. Хотя, может, она уродина? Она маску снимала?

– Снимала, – подтвердил я.

Он подался вперед, в глазах зажегся азарт:

– Значит, ты знаешь, как она выглядит. Колись, она горячая? Внешность соответствует мощи?

– Я тебе ничего не скажу.

– Да ладно! Ты не можешь вот так меня обломать. Я-то думал, ты тут какую-то участницу оприходовал. А тут такое!

Боги, если бы он только знал всю правду.

– И ты улыбаешься. Было круто, да? – Таррон вскинул бровь, и я понял, что и правда лыблюсь.

Я тщательно подбирал слова для ответа:

– Это был взрыв.

– Думаешь, повторишь?

– Всё сложно.

– Уверен, что так. Но если она сняла перед тобой маску, значит, ты ей реально нравишься, со всей твоей ворчливой жопой.

– Ха! – я коротко хохотнул. Это было максимально далеко от истины.

– Не делай так.

– Как «так»?

– Не обесценивай себя. Я знаю, ты думаешь, что должен строить из себя крутого парня, но тебе пора уже кого-то найти. Ты и так женат на работе слишком долго.

– Я не это имел в виду. – Я заерзал в кресле.

Таррон – мой самый близкий друг уже пару веков, за это время у него было несколько романов, и сейчас он счастливо женат на классной гарпии. Я же, напротив, был один. И меня это устраивало.

– Она будет часто здесь бывать до конца Игр?

– Думаю, да. По крайней мере, пока мы не выясним, кто из этих ублюдков работает на Ангелов. – Я не мог сказать ему, что она вообще-то живет в комплексе всё это время.

– Ну, значит, у тебя есть шанс узнать её получше. Будь открыт для этого.

Я сузил глаза.

– Я почти уверен, что это был разовый перепих.

Он фыркнул.

– Серьезно? Потому что я не знаю ни единого человека, который бы знал её настоящее лицо. Если ты знаешь, кто она – это о чем-то да говорит.

– Нет, ни о чем это не говорит.

Он примирительно поднял руки и пожал плечами:

– Говорю то, что вижу.

– Значит, видишь ты нихера не правильно, – отрезал я. – Можем мы уже сменить тему?

– Ладно-ладно, только не уходи в себя, как ты обычно делаешь.

Таррон знает меня слишком хорошо: это мой стандартный сценарий с бабами, с которыми я сплю. Даже с теми, кто мне нравился и с кем я виделся не один раз. Если честно, работа требует от меня слишком многого, и те, с кем я встречался, этого не понимали. Я не могу бросить всё и бежать по первому зову. От меня зависит куча людей, и я не могу позволить себе лажать. Тартар забит худшими душами нескольких миров. Аид доверил мне держать их на замке и обеспечивать безопасность персонала, а это требует дохрена часов личного контроля.

Я еще раз тяжело выдохнул и наклонился над столом, сложив пальцы домиком.

– Ладно, докладывай по группам, которые сколотили участники.

Глава 23. Майло

Я набрасываю новые связи на стене Уайатта – мы превратили её в доску для расследования, – пока остальные проваливаются в очередной бессмысленный треп. Мы часами корпели над информацией, выданной для этого задания, и пришли к выводу: нам не хватает еще двух досье. Их придется либо выменивать, либо красть у других команд.

Мы неплохо продвинулись в разгадке. Уайатт и Сеффи докопались до сути: нужно найти орудие убийства. Досье описывали членов некоего синдиката, и один из них прикончил другого.

Сейчас все пытаются вычислить мотив. Я в этом дерьме не силен. Моя стихия – конкретные действия: движение денег, цифровые отпечатки. Некоторое время назад решили, что это преступление на почве страсти. Я взял на себя роль летописца – записываю выводы и рисую связи. «Стена убийств» над запасной кроватью Уайатта уже выглядит внушительно.

Тацита пришла поздно. Она необычно тиха и забилась в изножье кровати. Она не рассказала, где была, но я заметил, как она избегает моего взгляда. Такое чувство, будто мне на плечи накинули неуютное колючее одеяло. Я сделал что-то не так?

Уайатт и Рио шумят всю ночь, споря о теориях. Никто не замечает, что Тацита выпала из реальности, но только не я. Мне хочется поскорее вернуться в нашу комнату и спросить, всё ли у неё в порядке.

– Готов поспорить, брат сойдет с ума, когда ему скажут, что я исчез. Он ни за что не поверит, что я мертв или какое там еще дерьмецо они ему скормят, – говорит Уайатт. Эта деталь цепляет мое внимание – разговор явно ушел в сторону от задания.

У него есть брат?

– Сколько ему? – спрашивает Сеффи.

– Младше меня, всего двадцать шесть. Но он вывел концепцию «дикого второго ребенка» на новый уровень. В двенадцать укатил в Штаты, подделав кучу подписей, чтобы пойти в школу экстерном. В семнадцать уже получил диплом Массачусетского технологического.

– И родители разрешили? – удивляется Рио.

– Им было плевать. Он разорвал с ними связь, как только уехал. Я пытался наладить контакт, но уже несколько лет с ними не общался.

Отработанный материал, оба.

– Вы с братом, должно быть, близки, раз думаешь, что он будет тебя искать, – заключает Сеффи.

– Да, даже на разных континентах созванивались каждый день. Стали реже, когда я начал мотаться по миру по работе, и совсем редко – когда загремел в тюрьму. Но мы были не разлей вода. Надеюсь, он в порядке.

От ноток эмоций в его голосе мне хочется подойти и как-то его утешить. Но я не двигаюсь. Не знаю, остается ли наш секс секретом или он готов к проявлениям нежности при других.

Он ловит мой взгляд. Он сидит на кровати, а я стою на ней, чтобы дотянуться до записей на стене.

– Уверена, у него всё хорошо. Звучит так, будто он умеет за себя постоять, – Сеффи произносит те самые слова поддержки, которые не решаюсь сказать я.

– Да, прорвется. Надеюсь, когда я пройду это испытание, смогу его отыскать. Если они смогли открыть портал, чтобы притащить нас сюда, значит, мы сможем ими воспользоваться, когда всё закончится.

– А мне некого ждать, – тихо говорит Сеффи. – Я была совсем одна. Пара друзей, но их больше волновало, как бы переплюнуть друг друга во всём.

– У меня тоже никого. Был в банде, но им нужны были только мои навыки, а не я сам. Уверен, мне уже нашли замену, – Рио усмехается.

– А ты? – Сеффи толкает Тациту в ногу.

– О, мои родители замечательные. Они живут всего лишь через… – она осекается, будто едва не сболтнула лишнего. – Я имею в виду, жили в тридцати минутах от моей квартиры. Мы обедали почти каждую неделю.

– Они тоже в «бизнесе»? – Уайатт вцепляется в крупицу информации. Я тоже внимательно слушаю, прислонившись к стене.

– Ассасины? – Тацита смеется. – Нет, они учителя. Но они знают, чем я занимаюсь, и поддерживают меня.

– Ого. Скучаешь по ним? – спрашивает Сеффи.

– Да. Я давно так надолго не пропадала со связи. – Тацита едва заметно улыбается и теребит ткань одеяла.

– Значит так: как только это дерьмо закончится, мы с тобой найдем способ вернуться на Земной план, – заявляет Уайатт.

Я чувствую укол в сердце от того, что меня не включили в этот план, но никак не реагирую.

– И ты, конечно, тоже. Нам ведь нужно будет выследить твою родню? – Уайатт хлопает меня по ноге. Секундное тепло в груди сменяется ледяным холодом.

Я качаю головой.

Перед глазами вспыхивают лица семьи, которая меня бросила. Ощущение ненужности накрывает волной. А следом пытаются выбраться демоны потемнее – те, что сотканы из огня, дыма и крови. Так. Много. Крови.

Ударив кулаком по стене, я спрыгиваю с кровати. Это было глупо. Я был глупцом. С чего я решил, что здесь станет лучше? Они никогда не уйдут.

Прежде чем кто-то успевает меня остановить, я вылетаю за дверь.

Дыхание сбивается. Я врываюсь в свою комнату и ныряю под одеяло. Сворачиваюсь клубком, пока голову наполняют крики, а в носу стоит резкий запах бензина. Воспоминания пытаются меня утопить.

– Эй, – женский голос прорезает гул разрушения, матрас рядом прогибается. – Всё хорошо. – Рука ложится мне на бок поверх одеяла, в которое я зарылся, пытаясь сбежать.

Нихера не хорошо. Хочется орать. В моем прошлом нет ничего хорошего. В настоящем тоже, но я притворялся.

– Что это было? – глухой голос Уайатта достигает моих ушей.

– Понятно же, что разговоры о семье для него триггер, – цыкает Тацита.

– Оу.

Матрас прогибается сильнее. Меня подхватывают вместе с постелью и перетаскивают на колени к Уайатту. Я сопротивляюсь, пытаюсь вырваться, но он больше. И сильнее.