Текст книги "Схватка когтей (ЛП)"
Автор книги: Элизабет Дир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)
ГЛАВА 27
ЭЙВЕРИ
Со стаевиками парни разделались, даже не вспотев. Подгоняли тварей к Уайатту, а тот рубил их, как живая гильотина. На следующем этапе появились четыре Потрошителя. Уайатт, как и ожидалось, перекинулся и принялся избивать рейфов, пока Хит и Эйден по очереди сносили им головы саблями.
Элайджа большей частью спокойно наблюдал с края площадки, изредка полоснув кинжалом рейфа, который подходил слишком близко.
Когда магия вызвала Гиганта и ещё нескольких Потрошителей-мутантов, я наконец увидела то, чего ждала.
Эйден бросил саблю Элайдже, сорвал футболку и выпустил ягуара.
Иэн присвистнул. – Ого.
И правда. Эйден был очень крупным ягуаром даже для Прайма. Густая коричневая шерсть покрывала гибкое мускулистое тело с тёмными пятнами-розетками. Голубовато-зелёные глаза светились, когда ягуар рычал на Гиганта. Вместе с медведем Уайатта он готовился к атаке.
Моя зверица навострила уши и лениво потянулась.
Да-да, он величественный кот.
В бою ягуар Эйдена не уступал волку Хита или медведю Уайатта. Зато у него была кошачья ловкость, которой другим недоставало. Особенно полезная против этого Гиганта: почти четырёхметрового человекоподобного чудовища с птичьей головой и тремя шипастыми хвостами.
Как в мой первый день тренировок Хит с Уайаттом в зверином облике одолели Гиганта вместе, теперь после долгой жестокой схватки его повалили Эйден и Уайатт. Хит оказался рядом с топором Уайатта, чтобы отрубить твари голову. Элайдже пришлось выйти из роли наблюдателя: Потрошитель, которого Хит ранее сбил, почти восстановился, и Элайджа обезглавил его.
В итоге их квад и каждого бойца наградили тысячами дополнительных очков. Никто не отнимет у них первое место – и заслуженно. Самая талантливая команда программы, с огромным отрывом.
Жаль, что талант растрачивается в магической симуляции. Но через несколько месяцев они выйдут из этой клетки и смогут применять свои умения для защиты людей за пределами охраняемых стен колледжа.
Эйден с Уайаттом удалились с арены, чтобы вернуть человеческий облик и одеться. Тени скрыли от меня обнажённого Эйдена.
Уайатта я видела голым уже не раз, но и ещё раз посмотреть не отказалась бы.
– Следом Махони! – рявкнул Кэш. – Три минуты.
Иэн похлопал меня по плечу. – Будь начеку. Не рассчитывай, что кто-то из них прикроет тебе спину.
– Поняла.
Я встала, повесила мечи на плечи и спустилась к арене. Кейс Махони ждал у кабины управления с двумя участниками своего трио: Блейном, здоровенным медведем, и Дрю, долговязой пантерой.
Когда я встала рядом, никто не заговорил.
– Как любезно, что ты к нам присоединилась, Бакстер, – сказал Кэш. – Хотел бы велеть вам быть вежливыми друг с другом, но в реальном бою так не бывает, правда? Пошли на арену.
Я побрела к центру за временными товарищами. Свет погас, магия залила площадку. Я потянулась за голову и вытащила клинки из ножен.
– Просто не путайся под ногами, сука, – сказал Кейс, даже не взглянув на меня.
Отличное начало.
Я промолчала, следя за краем площадки, откуда появятся первые рейфы. Там стоял Хит. Скрипел зубами, не сводя с меня глаз. За ним – Эйден, уже в очках, мрачно наблюдавший за Кейсом. Неподалёку Уайатт скрестил руки на голой груди; весёлая улыбка исчезла. Элайджа небрежно прислонился к стене трибуны позади Уайатта. Позу сохранил расслабленную, но губы были сжаты вместо привычной лёгкой улыбки.
На северном краю арены замерцала дюжина кошкообразных рейфов с крыльями летучих мышей. Каждый размером с ротвейлера и с двумя рядами игольчатых зубов. Они завизжали в унисон, собрались в стаю и бросились на нас.
Плана боя у нас, разумеется, не было – рубить тех, кто подойдёт ближе. Меня устраивало. Мелкие кошачьи гады были быстрыми, зато шеи тонкие; снести уродливые головы оказалось не так трудно.
К концу волны я убила восьмерых, остальные в команде справились с четырьмя. Блейн хромал от какой-то смоделированной раны. Возможно, твари вцепились ему в ногу. В человеческом облике он был тяжёлым и медлительным, медведем – ненамного быстрее. Стаевику нетрудно его поймать.
– Не впечатлён, Махони, – выплюнул Кэш через динамики. – Одна девушка убила больше рейфов, чем всё ваше трио. Ведите себя как грёбаные Праймы.
За эти слова я получила три ненавидящих взгляда. Спасибо, Кэш.
– Очки у нас общие, – напомнила я товарищам, указав мечом на большой экран. Молчаливый тренер Джаред с планшетом и вечно недовольной физиономией загружал туда результаты. – Так что не за что.
– Заткнись, – огрызнулся Кейс. – Ты позоришь программу, колледж и вообще всех женщин-оборотней.
Я вздохнула. – Если у тебя маленький член, так и скажи, Махони.
С трибун послышались смешки.
Его глаза вспыхнули серебром, из груди вырвался рык. – Как ты смеешь, чёрт тебя…
Перед нами возникли два Потрошителя, отвлекая Кейса. Он обнажил меч и помчался к тому, что слева. Блейн перекинулся в медведя и побежал за ним. Дрю бросился в бой, на ходу превращаясь в пантеру.
С другим рейфом меня оставили одну. Спасибо, ребята.
Тварь размером не уступала моему отцу-волку. Тело походило на лошадиное; тёмно-серая плоть перекручивалась узлами, как древесная кора. На ненормально длинной толстой шее сидела треугольная голова, увенчанная переплетением ветвистых рогов. На вид очень острых. Пустые глаза светились нежно-голубой магией, скреплявшей тело.
Рейф фыркнул, ударил копытом и помчался на меня. Я приготовилась, сохраняя тело расслабленным, а мечи наготове. Он пригнул голову, собираясь проткнуть меня рогами. Я нырнула вниз, скользнула на коленях и выгнула спину, пожертвовав одним клинком: вогнала его в грудь твари, когда она пронеслась надо мной.
Рейф взревел и, шатаясь, ушёл в сторону. Меч остался в гниющей серой плоти. Я поднялась на ноги и резко вдохнула. Одна из тяжёлых ног ударила меня в бок, и магия заставила ощутить как минимум пару сломанных рёбер.
Рейф кружил, готовясь напасть снова. Краем глаза я видела, как медведь Блейна встал на задние лапы и повалил их тварь. Пантера Дрю полосовала ей морду, а Кейс, всё ещё человеком, рубил шею мечом.
Мой рейф снова бросился, теперь зубами. Я отбивалась оставшимся клинком. Рёбра вопили от боли.
«Это не по-настоящему», – мысленно огрызнулась я.
Он щёлкнул зубами ещё раз, я опять ударила мечом. Двигался рейф уже медленнее, хоть до неповоротливости было далеко. Видимо, клинок в груди причинял ему боль; из раны сочилась серая слизь.
Разумно было удерживать дистанцию – продолжать этот танец, позволить рейфу нападать, истекать кровью и терять силы, пока товарищи не расправятся со своим противником и не помогут мне. Так я поступила бы, окажись здесь мои отцы или Иэн.
Но их рядом не было. Следовало рассчитывать только на себя.
При следующей атаке рейф вновь пригнул голову, метя рогами. Это защищало морду от меча, зато он на несколько секунд терял меня из виду.
Когда тварь понеслась на меня, я опять опустилась на колени, пропуская рога, скользнула вбок и на ходу обеими руками рубанула снизу вверх по шее изо всех сил.
Клинок глубоко вошёл в толстую узловатую мышцу. Рейф отвратительно завизжал с бульканьем и зашатался.
Этого хватило.
Я вскочила и вогнала меч прямо под рёбра, толкая чудовище всем телом.
Оно снова пошатнулось, завизжало, словно стая умирающих сов, споткнулось и рухнуло набок.
Я выдернула клинок, взяла его обеими руками и жестоким ударом сверху вниз перерубила шею.
Голова отделилась и с мерзким стуком ударилась о пол.
Готово.
Магия отпустила, рейф замерцал и исчез. Я тяжело дышала, пытаясь отдышаться, затем нагнулась за вторым мечом на мягком полу.
Поднимаясь, заметила Эйдена у края площадки. Он расхаживал туда-сюда раздражённой, но всё равно кошачьей походкой. Рядом стоял Элайджа: руки небрежно в карманах спортивных брюк, глаза светились жёлтым и смотрели только на меня.
Команда Кейса, видимо, закончила бой примерно тогда же. Их рейф исчез среди запыхавшихся зверей и Кейса, который придерживал свободную от меча руку.
Кэш не дал передышки. Магия пульсировала, на площадке возникли два Гиганта.
– Чёрт, – выругался Кейс.
Согласна. Два Гиганта – кошмар. Впрочем, один с несколькими Потрошителями ничуть не лучше. На этом этапе испытания варианты менялись.
Эти рейфы выглядели как трёхметровые оборотни-волки: стояли на двух ногах, с когтями на ступнях и огромных ладонях. Под тёмно-серой шерстью бугрились мышцы, в местах отсутствующих кусков кожи и меха виднелись рёбра. Вдоль позвоночника тянулась полоса игл дикобраза. Волчьи глаза светились бело-голубым светом магии.
Дрю с Блейном всё ещё были зверями и напали на одного из волков, как только тот шагнул вперёд. Кейс бросил меч на пол и побежал ко второму; тот завизжал так, что заложило уши.
Кейс обогнул тварь сзади, развернулся и помчался ко мне. Глаза искрились, по рукам струилась белая шерсть. Он уводил Гиганта за собой прямо в мою сторону.
Похоже, наш вожак наконец поумнел. Чтобы одолеть обеих чудовищных тварей, требовалось нападать парами.
Он приближался, рейф гнался по пятам. Я изготовила клинки. В десяти метрах от меня Кейс завершил перекидывание и побежал уже на четырёх лапах, крупным белым волком. По уму ему следовало обогнуть меня и атаковать чудовище вместе со мной, лицом к лицу.
Но он сделал совсем другое.
Кейс прыгнул прямо на меня. Всё внимание было приковано к монстру за ним, и я не успела подготовиться. Я не ожидала нападения огромного альфа-волка, который должен был быть моим товарищем.
Двигалась слишком медленно, подняла мечи слишком поздно.
Он сбил меня с ног. Спина ударилась о пол, выбив воздух из лёгких. Я боролась, но клинки оказались зажаты под тяжёлым волчьим телом. Кейс зарычал и вцепился в плечо, разрывая плоть, пока зубы не упёрлись в кость.
Боль была невыносимой. Перед глазами вспыхнул ослепительно-белый свет.
Это не часть симуляции. Это происходило на самом деле.
Я закричала.
В следующее мгновение волк исчез, увернувшись от рейфа, который прыгнул сверху на меня.
Огромные когтистые руки прижали меня к полу.
Зверица взревела и забилась о прутья своей клетки.
А потом я потеряла с ней связь.
Ледяная боль пронзила грудь и разлилась по конечностям. Я не могла пошевелиться. Всё стало тяжёлым. Моргала снова и снова, но вокруг темнело.
«Магия заставляет моё тело чувствовать, как рейф пожирает душу».
Голова бессильно повернулась. У края площадки Иэн вырывался из рук Уайатта и кричал, но слов я уже не слышала.
Затем всё погасло.
ГЛАВА 28
ЭЙВЕРИ
Я пришла в себя под яркими лампами медпункта колледжа. Узнала маленькую палату, куда Хит притащил меня после вызова Рипа с шайкой идиотов на лужайке в первую неделю учёбы.
– Очнулась, Убийца?
Лёгок на помине.
Хит сидел в своём обычном кресле в углу, скрестив руки. На лице во всей красе застыло неодобрительное выражение вожака квада.
Да, после двух наших совместных визитов сюда у него появилось «обычное кресло». Не знаю, оказались ли мы в той же палате или все палаты здесь одинаковые, но как мило: у Хита всегда есть собственное место.
Я застонала и попыталась сесть на кровати. В плече теперь стояла тупая непрерывная боль, сменившая прежнюю невыносимую агонию. Футболки Стража на мне не было – видимо, её уничтожил предатель-волк. Остались спортивный лифчик, леггинсы и красивая повязка, плотно обмотанная вокруг раненого плеча.
– Не начинай, Блэквелл, – устало сказала я. – Зачем ты здесь?
Он склонил голову и пристально посмотрел на меня. – После того как мой язык побывал у тебя между ног, думаю, мы можем называть друг друга по имени. Не согласна?
Я поискала, чем в него запустить. Кроме одежды на мне и медицинской кушетки ничего не было, а подушка крепко к ней привязана. – Ты именно сейчас решил об этом вспомнить?
Он не смутился. – Если ответить на вопрос: я здесь потому, что снова доставил тебя в медпункт.
– Я тебя не просила. Где Иэн?
Хит кивнул на дверь. – В приёмной. Под охраной.
– Что? – резко спросила я.
Он поднял брови, предлагая мне сменить тон.
Я впилась убийственным взглядом в его дурацкое идеальное лицо.
– За ним присматривает Уайатт. Или ты хотела, чтобы брат убежал убивать Кейса Махони? Он уже дважды пытался.
Зверица, к счастью, вернувшаяся ко мне, взревела в груди.
– Пусть в очередь встаёт, – прорычала я.
– Ты его тоже не убьёшь. – Хит указал на мои глаза. – Убери её. С меня хватит тебя, твоего брата и Элайджи, которого Эйдену пришлось вытащить на пробежку вокруг колледжа, чтобы Кейс не стал обедом василиска.
– Никто не просил тебя разбираться со мной или Иэном. А Элайдже стоило позволить сожрать подлого ублюдка…
В дверь вежливо постучали. Вошёл доктор Ли – точёные скулы, добрые глаза. Блестящие чёрные волосы слегка растрепались, будто весь день он носился, спасая жизни. Привлекательность удвоилась.
– О, хорошо, ты проснулась, – весело сказал он. Подкатил маленький врачебный стул и присел возле кровати, осторожно ощупал перебинтованное плечо. – Обычно смерть души, смоделированная магией, лишает сознания примерно на полчаса. Но мы думали, что настоящая рана и кровопотеря продлят обморок. Рад, что не продлили.
Я подняла бровь. – Так мы теперь это называем? «Настоящая рана»? На меня напал товарищ по команде, намеренно подставил под удар.
В его тёмных глазах была искренняя жалость. – Так и есть. Главному врачу колледжа оборотней часто приходится лечить студентов после драк друг с другом. И тебя, мисс Бакстер, я уже не впервые лечу после нападения других учеников. Твоё возмущение оправданно. Но такого беспричинного нападения внутри команды во время подготовки Стражей я ещё не видел. – Он через плечо выразительно посмотрел на Хита. – А вы, мистер Блэквелл?
– Нет, – буркнул Хит. Он смотрел на руки доктора, касавшиеся моей кожи, словно это было личным оскорблением.
Доктор Ли размотал повязку и осмотрел рану. – Плечо лечили и обычными швами, и магией. Кость и мышцы придут в норму через несколько дней, а швы рассосутся через пару недель.
Когда он снова перевязал меня, я осторожно повращала рукой. Туговато, немного кололо. – Спасибо, доктор. Когда мне разрешат полноценные бои?
Из-за его весёлой улыбки можно было завести тысячу блогов на Tumblr. – Дашь мне две недели?
Я небрежно пожала плечами и кокетливо ответила: – Постараюсь.
Хит невнятно проворчал что-то.
– Вот и хорошо, мисс Бакстер. – Доктор откатил стул и поднялся. – Оформлю выписку, потом сможешь идти.
Выходя, он с трудом протиснулся мимо внушительной фигуры, возникшей в дверях.
Уорд Гейл. Здоровенный медведь собственной персоной.
Пришёл поговорить со мной.
– Мисс Бакстер, можно на минуту? – От басовитого рокота его голоса, кажется, задрожали петли двери.
– Э-э, конечно. – Я жестом пригласила его войти.
Хит не особенно удивился визиту Уорда. Выдохнул и слегка осел в кресле. Может, радовался, что происшествие пришёл обсуждать отец Уайатта, а не Кэш.
Я тоже радовалась. Хотя из них двоих до дрожи меня пугал именно Уорд Гейл.
Уорд закрыл дверь и привалился к ней, скрестив громадные руки на широкой груди. Сегодня он был в полной полевой форме Стражей. Лысая голова блестела под резким светом. Вблизи я заметила, что густая борода у него рыже-красная, как медвежий мех Уайатта, а не тёмно-каштановые волосы Уайатта-человека. Глаза – насыщенного кофейного цвета вместо ярко-зелёных.
Возможно, Уорд был его биологическим отцом. Но из разговоров курсантов я поняла, что все четверо отцов Уайатта – Праймы-медведи и каждый хоть какое-то время служил Стражем. Как и я, Уайатт, вероятно, не знал, кто именно его зачал, и не желал знать.
– Пришёл сообщить, как обстоят дела после сегодняшнего, – сказал Уорд. Бегло осмотрел меня и, видимо убедившись, что я цела, продолжил: – Несмотря на явную подставу товарища, отменить потерю очков за твою гибель от рейфа четвёртого уровня в СВР нельзя…
Я резко вдохнула. – Что?
– …как и за второго рейфа четвёртого уровня, которого ваша команда тоже не убила.
Я недоверчиво взглянула на Хита. – Какого чёрта?
Он вздохнул и провёл ладонью по пышным светлым волосам. Я не могла вцепиться в них, когда его голова находилась между моих бёдер: Эйден слишком крепко держал мои руки. – Кейс убежал за границу площадки, чтобы его не убили, – объяснил Хит. – За это, как ты знаешь, снимают столько же очков, сколько за смерть. Другой рейф вырубил Дрю. Блейн не успел причинить ему серьёзный вред, прежде чем симуляцию остановили.
– В результате Махони опустились в рейтинге настолько, что больше не имеют шансов попасть на летнюю полевую подготовку, – продолжил Уорд. – Обычно мы отсеиваем в конце семестра. Но сейчас я уже сообщил им об исключении. Возвращаться на тренировки им запрещено.
– Ясно. – Я обдумала услышанное и коротко кивнула. – Это хорошо.
– Думаю, не нужно объяснять, мисс Бакстер: потеря стольких очков на таком позднем этапе серьёзно усложнит тебе попадание в Стражи. На несколько недель тебя отстранят от боёв, пока доктор Ли не разрешит полный контакт. А до конца семестра запланировано всего одно состязание квадов.
Он был прав. Чтобы перейти к следующему этапу, мне придётся набирать очки и в индивидуальных боях, и в команде из четырёх бойцов. Особенно за убийство Гигантов.
Я вздёрнула подбородок. – К тому времени буду готова. Если меня поставят в команду, которая не попытается меня убить.
Лицо Уорда едва заметно смягчилось. Я на секунду увидела того человека, которого называли заботливым отцом четырёх дочерей. – Верю тебе, Эйвери. Но если не пройдёшь отбор, в следующем году мы будем рады принять тебя в Отряд поддержки, хотя кандидатам в Стражи, не прошедшим дальше, обычно этого не предлагают. Вы с братом очень талантливы. Я восхищаюсь твоим упорством, но без зверя-Прайма шансы стать полноценным Стражем с самого начала были против тебя.
Хоть за то спасибо, что не упомянул отсутствие члена.
– Благодарю, сэр. Но я приехала стать Стражем. Все предположения о том, существует ли мой зверь и каков он, сейчас остаются лишь предположениями.
Хит уронил голову в ладони и с мучительным стоном вцепился в волосы.
– Что с ним? – спросила я, указав большим пальцем на Хита и невинно хлопая глазами перед Уордом.
Уорд усмехнулся; в этой улыбке проявилось сходство с Уайаттом. – Будь с ним помягче. Парням потребуется время, чтобы перестать теряться перед загадками женской души.
Хит вскинул голову. – Да ладно, Уорд.
Тот не обратил внимания. – Отдыхай, мисс Бакстер. Надеюсь, вскоре опять увидеть тебя в верхней половине рейтинга.
– Спасибо, сэр.
Когда Уорд ушёл, мне не требовалось смотреть на Хита, чтобы понять: всё его внимание вновь приковано ко мне. Горячий взгляд будоражил тело. Сейчас у меня не было сил сопротивляться.
– Хотел бы, чтобы ты передумала, – сказал он спустя минуту.
Я нахмурилась. – Насчёт чего?
– Насчёт всего этого. – Он наклонился, положив локти на колени. По ореховым глазам прокатилось золото. – Это опасно, Убийца. Мы только что увидели, что случается даже в грёбаной магической симуляции, которая, как ты нам постоянно кричишь, вовсе не настоящий бой с рейфами. Даже когда ты ранена, не желаешь перекидываться. И я не могу обещать, что ты как женщина не будешь постоянно становиться мишенью для отсталых козлов с маленькими членами, чьи звериные мозги не способны принять тебя на поле боя. В какой-то момент это перестаёт стоить того.
Приятное возбуждение исчезло. Вместо него поднялась ярость.
– После всего, что я сделала с первого дня в этом дурацком колледже… – начала я, кипя. – Моих результатов на тренировках. Побед в вызовах студентов. Помощи твоей сестре. – Я посмотрела на ноги, свесившиеся с кушетки. Хотела бы я не принимать всё так близко к сердцу. – Ты всё ещё не веришь в меня.
– Я верю, что больше не могу смотреть, как тебя ранят!
Он резко встал и принялся мерить шагами тесное пространство.
Я вздохнула. – Это не твоя забота…
– Это мучительно, Эйвери. – Хит остановился. Непроницаемое лицо стало почти несчастным. – Хочу, чтобы это прекратилось.
Мы смотрели друг на друга. Я не знала, что сказать. И уж точно не собиралась давать ему ответ, которого он, похоже, ожидал: «Хорошо, папочка, брошу мечи и Стражей, снова притворюсь примерной латентной девушкой, которая приехала ради поиска связи и диплома по литературе».
Но мне не нравилось, что мои постоянные травмы мучают Хита. Я не просила его так обо мне заботиться, и всё же от этой мысли становилось тепло где-то в девичьем сердце.
А если перестать на мгновение отрицать собственные чувства, то, наверное, окажется, что мысль о серьёзной ране Хита для меня тоже мучительна.
И что мне теперь с этим делать?
Продолжить разговор нам не дала медсестра: она вошла и объявила, что меня выписали. Я сползла с кушетки и направилась к двери. Хит молча последовал за мной.
В приёмной сидел мрачнее тучи Иэн и сверлил взглядом Уайатта из неудобного пластикового кресла. Уайатт стоял у противоположной стены, скрестив руки на груди поверх чёрной футболки и самодовольно улыбаясь красивым лицом.
С одной стороны от Иэна сидел Броди, с другой – мечи и спортивная сумка занимали соседний стул.
– Ты не сможешь следить за мной круглые сутки, Гейл, – насмешливо говорил Иэн. – Станешь личным телохранителем Махони? А мне и пальцем шевелить не придётся. Просто попрошу приятеля Джорджа пробраться ночью в окно к Махони и задушить во сне. Ради моей сестры он это сделает.
Уайатт закатил глаза. – Джордж никому не подчиняется, Бакстер. Успокойся. Мы с твоим парнем согласны: сестра сожжёт колледж, если позволить тебе убежать и погибнуть от руки Кейса Махони.
– Он прав, – сказала я, входя. – Пока с этим разобрались, Иэн.
Он вскочил и обнял меня. – К чёрту всё, Эйвс. Это было второе худшее событие, на которое ты заставила меня смотреть за последние три месяца. Больше не вынесу.
Уайатт ошеломлённо посмотрел на меня. – Какого чёрта с тобой случилось, что было хуже этого?..
Нет, причину, по которой я вообще оказалась в таком положении, обсуждать не будем. Я проигнорировала его и крепче обняла брата. – Прости, – сказала я Иэну, и говорила искренне. – Но доктор Ли меня подлатал. Сделай мне потом одно из своих обезболивающих зелий, и буду как новенькая.
Иэн отпустил меня, осмотрел в поисках повреждений, затем игриво пошевелил светлыми бровями. – Доктор Ли уже рассказал мне о твоём состоянии. Если меня потом будет лечить он, я, пожалуй, позволю Махони меня немного погрызть.
Броди мечтательно вздохнул. – Как-то раз он вылечил мне сломанную ногу. Всё жду случая сломать вторую.
Хит пробурчал что-то недовольное.
Уайатт схватил меня за руку и оттянул от Иэна, который недовольно фыркнул. Осмотрел, взглядом лаская всё тело. И я остро осознала, что по-прежнему без футболки. – Теперь лучше, Дикая кошечка?
– Ага. Буду жить.
Его челюсть напряглась, в глазах мелькнуло красное свечение. Он осторожно провёл ладонью по повязке на моём плече. – Очень на это надеюсь.
Я отступила, прежде чем поддаться желанию растаять в его крепких объятиях. Устала я сильно; было бы слишком легко позволить Уайатту нести меня отсюда до самой кровати.
Порывшись в сумке, нашла футболку с длинными рукавами, натянула и осторожно закрепила за спиной мечи. Привычная тяжесть между лопатками успокаивала зуд внутри.
– Пойдём, – сказала я брату. – Мне нужны мороженое, ванна и десять часов сна.
Он улыбнулся. – Устроим.
Мы вышли из медпункта. Иэн с Броди шли по бокам, как два очаровательно лишних телохранителя. Я не оглядывалась, но знала, что Хит и Уайатт смотрят вслед, пока я не скрылась за дверями.
