Текст книги "Схватка когтей (ЛП)"
Автор книги: Элизабет Дир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)
ГЛАВА 19
ЭЙВЕРИ
Следующие две недели я не видела Элайджу. Ни на занятиях, которые мы посещали вместе, ни в коридорах общежития, ни в столовой – вообще нигде на территории колледжа. Наконец во время одного из наших уроков я спросила о нём Эйдена. Он сухо, без подробностей заверил меня, что Элайджа никуда далеко не уехал и с ним всё в порядке.
Встречи с Эйденом стали менее напряжёнными и откровенно заряженными, чем первая. Главным образом потому, что он решил преподавать мне самую занудную теорию рун на свете и всё время нарочно держал между нами стол. Я делала вид, что слушаю, а не украдкой смотрю на его предплечья и кисти. Он делал вид, что моё равнодушие не заставляет его глаз под очками дёргаться.
Хит и Уайатт тоже почти не попадались мне на глаза. На занятия они приходили почти каждый день, часто бывали в столовой, но пересекаться лично нам было незачем. Несколько раз я подумывала подойти к одному из них и расспросить об Элайдже подробнее, чем удалось расспросить Эйдена, но здравый смысл всякий раз меня останавливал.
Квад Блэквеллов занимал в моих мыслях слишком много места. Мне это не нравилось, и я не понимала почему.
Учёба набирала обороты и не давала скучать. Почти всё свободное время уходило на задания и тренировки с Иэном.
За последние недели изменился и порядок подготовки Стражей, поэтому я почти не виделась с большинством кандидатов в Прайм-Стражи, а не только с Хитом, Уайаттом и Элайджей. Начались первые индивидуальные испытания в СВР. Чтобы через них прошли все курсанты, требовалось время. Кэш разослал расписание: каждый день после обеда небольшие группы по очереди заходили на арену и в одиночку проходили несколько раундов против виртуальных рейфов возрастающей сложности.
Мне испытания доставили настоящее удовольствие. Я сумела самостоятельно прикончить двух Потрошителей и при этом не «погибнуть», так что уверенно держалась в верхней четверти индивидуального рейтинга Стражей. Иэн взлетел на первое место в рейтинге Отряда поддержки, и даже Кэш-придурок не нашёл причины исключить его из программы.
Рассказы о моём стремительном успехе лишь подогревали ненависть тех студентов, для которых самки-оборотни на «мужской» территории были чем-то вроде варварства. Однако больше никто не нападал на меня и не вызывал на поединок. Мне позволяли спокойно заниматься своими делами, и я уже начала верить, что, возможно, нормальная студенческая жизнь всё-таки возможна.
– Тихо стало, правда? – спросила я Джорджа, свернувшегося клубком и наполовину закопавшегося в гору подушек рядом со мной на кровати. – Может, колледж наконец привык к тому, что я Страж и что у меня то ли есть зверь, то ли нет. И дальше всё будет совсем обычно.
Из его пасти мелькнул раздвоенный язык; он негромко зашипел.
– Если стремишься к обычной жизни, советую избавиться от блестящего фиолетового питона, который всюду таскается за тобой, как щенок, – протянула Мэллори. Она сидела за моим столом, склонившись над учебником биологии.
Иэн фыркнул. Он и Броди расположились на ковре: Броди лежал на спине и листал планшет, а Иэн, положив голову ему на живот, читал учебник фармакологии.
– Да брось, Мэл. Не трогай моего мальчика. Благодаря ему у нас серьёзный авторитет среди зверей, бродящих по этим коридорам.
– Так вот почему стало тихо? – проворковала я Джорджу, почёсывая его под подбородком. – С первой недели меня никто не трогает, потому что ты верно меня охраняешь?
По утрам Джордж составлял компанию Уайатту, Хиту и Эйдену в столовой, но неизменно оказывался у меня на коленях или сворачивался у моих ног. Обычно он проводил со мной утренние занятия, после чего уползал – вероятно, на роскошный дневной сон. Однажды вечером перед уроком я застала его спящим в кабинете Эйдена и гладила красивые чешуйки, пока Эйден изо всех сил старался сделать наше занятие как можно менее соблазнительным.
Если ненавистников отпугивал Джордж, возражений у меня не было.
Хотя Элайджу мне тоже хотелось бы увидеть – просто убедиться, что он в порядке.
И сказать ему, что мне жаль: рассказ об убийстве его матери на мгновение выбил меня из колеи.
Ведь то, что после покушения её тело стало отвергать магию, пугающе напоминало историю моей матери.
– Этот долбаный комендантский час достал, – пожаловался Иэн. – Когда начало лунного цикла выпадает на выходные, должны делать исключение.
Броди ласково провёл рукой по его светлым волосам. – В следующие выходные куда-нибудь тебя свожу. А сейчас я не верю, что вы с Эйвери не отправитесь искать рейфов, если тайком выберетесь из кампуса.
Во время этого цикла ночной комендантский час начался вчера на закате и закончится только в понедельник на рассвете. Сейчас был вечер субботы, новолуние, и Броди был прав: руки так и чесались взяться за мечи.
– Как-то неправильно лежать в кровати и читать о славянском фольклоре, когда на наших соседей дома могут нападать, – сказала я.
– Папа ещё во время последнего воскресного видеозвонка просил нас пропустить несколько циклов, Эйвс, – ответил Иэн. – Они справятся.
Я знала, но всё равно готова была лезть на стены.
– Можно спуститься в учебную комнату и посмотреть, как продвигается кампания Аллена и Ченса в D&D, – предложила Мэллори и через плечо лукаво улыбнулась мне. – Во время комендантского часа это всегда главное событие вечера.
За последние недели я узнала, что Аллен очаровательно помешан на настолках и совершенно без ума от Мэл. И мне это нравилось.
Может, зайти в комнату для D&D и подцепить себе милого парня-гика? Не все здешние мужчины были Праймами или входили в квад, который ищет центральную связь.
Вдруг другой парень отвлечёт меня от мыслей о том, как Хит волновался, когда я получила травму, и о прикосновении его грубой, собственнической ладони к моей обнажённой коже – словно он хотел стереть следы рук доктора Ли.
От воспоминаний о зелёных глазах Уайатта, горевших желанием, и о том, как дрожало его могучее тело, когда я схватила его за горло.
От того, как Эйден на занятиях демонстративно избегал смотреть на меня, но во время наших уроков почти не отводил от моего лица пристального взгляда ореховых глаз.
И от мыслей об Элайдже, чья весёлая, опасная натура будоражила меня, а спарринг с ним казался чем-то привычным, словно мы занимались этим годами.
Кого я обманываю? D&D тут не поможет.
Я сползла с кровати и сунула ноги в пушистые сапожки.
– Мэл, если хочешь, провожу тебя к Аллену. А сама, пожалуй, выйду просто… подышать воздухом.
Она захлопнула учебник. – Конечно. Если ты уходишь, мне тоже пора. Пусть Броди и Иэн займутся тем, чем они обычно занимаются наедине.
Броди закашлялся. Иэн подарил Мэл ангельскую улыбку.
– Как заботливо. – Улыбка исчезла, когда он прищурился на меня. – Эйвс, я вижу, как ты тянешься к мечам. Думаешь, я не понял, что ты задумала?
– Можно я хотя бы обойду периметр и притворюсь, будто делаю что-то полезное? – попросила я. – Джорджа возьму. Ему тоже нужна прогулка, он целый день тут валяется.
Иэн смотрел на меня. Я смотрела на него.
«Собираешься упрямиться?» – спрашивали его глаза.
«Ещё как», – ответили мои, когда я повела бровью.
Он обречённо вздохнул. – Если ты хоть пальцем ноги переступишь защитный барьер без меня, дорогая сестрёнка, я украду три пары твоих самых откровенных трусиков и отнесу Уайатту.
Я ахнула. – Не посмеешь.
– Посмею.
– Посмеет, – мудро кивнул Броди. – Но я ему не помогу, Эйвери! Мне мои яйца дороги.
Иэн наклонил к нему голову и соблазнительно ухмыльнулся. – Покажешь, где именно они находятся?
– Нам пора, Мэл, – объявила я, накинув мечи поверх толстовки, и взглянула на кровать. – Идём, Джордж. Посмотрим, стоят ли эти барьеры серебра, которым их вырезали. – Когда Джордж развернулся и заскользил с кровати, я сурово погрозила Иэну и Броди пальцем. – На моём ковре не трахаться.
***
– Ты удивительно бесшумен для такой огромной змеи, – сказала я Джорджу. Он без единого шороха скользил по траве рядом со мной. В густых зарослях за ухоженными газонами основных корпусов он почти терялся. Небо было облачным и безлунным, и даже его блестящая фиолетовая чешуя казалась тёмной и тусклой. – Так ты охотишься? Или просто валяешься и ждёшь, когда папочка принесёт тебе дохлую еду?
Если бы змеи умели закатывать глаза, он бы именно так и сделал. Джордж тихо зашипел и ускорился; длинное толстое тело извивалось в сухой траве, словно штопор.
– Я не осуждаю, Джордж! – крикнула я, торопясь следом. – Я ведь тоже не добываю себе еду охотой. Прихожу в столовую, и мне её подают. Зачем надрываться ради обеда, если можно обойтись без этого?
Вдалеке раздался звериный визг. Если сосредоточиться, мой чуткий слух улавливал в ответ приглушённые мужские крики. Я уже полчаса обходила территорию колледжа и второй раз слышала отдалённое сражение с рейфами. Вокруг стояло несколько постов Стражей; они делали свою работу.
Во мне закипало раздражение. С одной стороны, я всё ещё сердилась на Стражей за то, что они бросали оборотней в городах на произвол судьбы. С другой – мне до боли хотелось оказаться там, рубить рейфов, слушать пение клинков и ловить восторг от каждой победы. Ни с чем не сравнимое чувство.
Я провела ладонью по кирпичной стене с защитными чарами, ограждавшей кампус. Должно быть, колледж держал целую армию специалистов, которые под полной луной обновляли барьеры: даже с внутренней стороны толстой стены я чувствовала под пальцами слабую пульсацию магии. Во время полнолуния эта магия полыхала бы костром. В том-то и беда с рейфами: появлялись они лишь тогда, когда наша магия слабела.
Моё внимание привлёк хруст шин по гравию. Мы с Джорджем приближались к главным воротам. На время комендантского часа их запирали серебряной цепью и навесным замком. Ни войти, ни выйти – и удачи тому, кто попробует вскрыть замок, не расплавив кончики пальцев. Приближающаяся к кампусу машина стала неожиданностью.
Джордж, видимо, подумал так же: метнулся вперёд и прибавил ходу. Мы поспешили заглянуть сквозь кованые прутья.
Большой чёрный внедорожник «Кадиллак» резко затормозил в нескольких метрах от ворот, рядом с будкой, где обычно сидел охранник. Из-за закрытия кампуса сегодня будка пустовала.
Дверь открылась, и наружу вывалилась девочка-подросток.
– Чёрт! – Она постучала маленьким кулаком в стекло будки. – Луна тебя побери. – Девочка затравленно огляделась, провела ухоженной рукой по идеальным каштановым кудрям и слегка пошатнулась на каблуках кожаных сапог. Под шерстяным пальто виднелась юбка. Сомневаюсь, что, выбирая наряд на вечер, она планировала проникать на территорию колледжа «Протей».
– Эй! – окликнула я её громким шёпотом через ворота. – Что ты делаешь? Сейчас опасно выходить.
Она резко повернула ко мне испуганное лицо, и плечи её опустились – кажется, от облегчения. Подбежала к решётке. – Знаю, сейчас новолуние. Я поступила ужасно глупо, но просто… не знала, что делать, – сказала она дрожащими губами. На вид она была слишком юной даже для того, чтобы водить оставленную машину. Слова посыпались с невероятной скоростью: – Я была на свидании во Фредерикстауне, и всё пошло плохо. Мне нужно было сбежать, а домой я не могу. Здесь учатся мои братья. Я больше никуда не придумала поехать. Ты их знаешь? Хит и Эйден Блэквеллы. Меня зовут Клара Блэквелл. Подожди, это змея Элайджи?
Я моргнула раз, другой, прежде чем соображение вернулось ко мне. – Да, знаю твоих братьев. И да, это Джордж. Я Эйвери. Ты им звонила?
Клара замотала головой. – Я выключила телефон. Не хочу, чтобы родители меня отследили.
– Почему? – медленно спросила я. Мне было трудно представить, что в поисках защиты я побежала бы куда угодно, кроме как к своим отцам. – Что происходит?
– Они заставляют меня ходить на… свидания, – прошептала она. – Мои отцы – очень влиятельные Праймы, а я их единственная дочь. Поэтому они… решили устроить мне выгодную связь. – Она вцепилась в прутья и подалась ближе. – Я этого не хочу, но им всё равно. А те парни сегодня были ужасны. Один всё хватал меня за бедро под юбкой, а оба говорили, что, эм… не дождутся, когда узнают, «так ли хороша киска латентной Прайм, как все рассказывают».
Я прикусила щёку, чтобы от вспышки ярости у меня не полезла шерсть. Девочке вряд ли было больше шестнадцати. – И ты сбежала со свидания?
Она снова кивнула. – Стащила ключи от машины со стола, пока они не смотрели, ушла в туалет и вылезла через окно. Потом угнала их машину и приехала сюда. За пределами городских барьеров, в комендантский час… Знаю, это глупо, но я запаниковала. Наверное, они уже идут по моему следу. Один из них – альфа-волк. Он учует запах. Чёрт.
– Она дёрнула прутья.
Чёрт. Думай, Эйвери.
– Молодец, Клара. Ты правильно сделала, что выбралась оттуда. Сколько их?
– Двое. Братья. Волк и лев. Мой отец очень хочет, чтобы у меня была связь со львом.
К чёрту львов. Двое – всё же лучше, чем целый квад.
– Ладно. Придумаем, как провести тебя за ворота, потом найдём братьев и пусть они разбираются с твоими кавалерами. Если только… Хит с Эйденом к этому не причастны? – Мне трудно было представить, что они помогают продавать младшую сестру-подростка ради выгодной связи против её воли. Но если так – я сама их пырну.
Клара решительно замотала головой. – Нет. Они постоянно звонят отцам и ругаются из-за этого. Просто сейчас ничего не могут… сделать. По-настоящему.
Я испытала огромное облегчение, услышав, что Хит с Эйденом всё-таки не подонки. Не время думать почему. – Так. Я попробую перелезть через ворота, а потом подсажу тебя…
Из глубины леса донёсся рёв. За ним – волчий рык.
Это были не рейфы.
Клара напряглась и посмотрела на меня широко раскрытыми ореховыми глазами. – Это они! Они меня нашли!
– Чёрт. Ладно. Им незачем причинять тебе боль, но рисковать не будем. Джордж, пролезай и посторожи её.
Джордж протиснул чешуйчатое тело между прутьями и свернулся клубком в нескольких метрах между Кларой и машиной. Понятия не имею, что он сможет сделать с молодым Праймом, но скоро узнаем.
По щекам испуганной Клары покатились слёзы. – Я не хочу, чтобы они меня поймали. Наверное, они очень злятся.
Я накрыла ладонями её руки на прутьях. – Послушай, Клара. Я перелезу через ворота и не позволю им тебя тронуть. У меня мечи. И открою тебе секрет: у меня тоже есть зверь, так что я очень сильная.
Она всхлипнула.
– У тебя… правда есть?
Снова послышались рёв и рычание – громче, ближе.
– Ага. Ну что ж, была не была.
Я отошла от ворот на несколько метров, разбежалась и прыгнула изо всех сил. Приземлилась на половине их высоты, упираясь ступнями в прутья и отчаянно цепляясь руками выше головы. Оттолкнулась ногами и взлетела ещё выше, пока не ухватилась за верх ворот. Перебросила тело на другую сторону, приготовившись спрыгнуть.
Из деревьев на дорогу позади внедорожника выскочил огромный бурый волк.
Клара вскрикнула.
Следом из леса вырвался тёмно-серый лев – брат волка.
Времени больше не было.
Глубоко вдохнув для храбрости, я оттолкнулась от ворот и бросилась прямо в схватку.
ГЛАВА 20
ЭЙВЕРИ
– Эйвери! – завизжала Клара, когда волк перемахнул через внедорожник и бросился на неё.
Он уступал размером Хиту, моему отцу и даже тому козлу Рипу, но, повзрослев, наверняка их догонит.
Я приземлилась рядом с Кларой; удар оказался сильным даже для моего укреплённого тела. Выдернула мечи из ножен, готовая проткнуть потерявшего контроль юного Прайма. Оставалось надеяться, что Клара при этом не пострадает.
Зря волновалась.
Джордж подскочил с земли и стрелой метнулся верхней половиной тела к волку. Вонзил несколько рядов загнутых зубов в его мощную шею и сбил прямо в воздухе. Волк взвизгнул, зарычал и отчаянно затряс головой – тщетно. Джордж уже обвивал длинным телом его мохнатую шею.
– Во имя Луны, – выдохнула Клара.
– Он его душит, – объяснила я. – Джордж! Не убивай.
Пришлось верить, что он послушается: вмешаться я не успевала. На нас с рёвом прыгнул лев.
Мой зверь яростно бился под кожей. Насколько проще было бы выпустить её и поручить разобраться с этим гадом! Как и любой Прайм, он был крупнее дикого льва, но до размеров взрослого Прайма-кошачьего ещё не дорос. Мой зверь разорвал бы мелкого ублюдка. Однако я понятия не имела, есть ли здесь камеры.
Поэтому опять мечи. Как всегда, чёрт побери.
Я оттолкнула Клару в сторону и сама прыгнула в противоположную. Лев пролетел мимо, затормозил у ворот, развернулся и снова бросился на меня с разинутой пастью, метя зубами в шею.
Я пригнулась и ударила обоими мечами снизу вверх. Один пронзил его мохнатую грудь, вторым я лишь вскользь распорола плечо. Лев взревел от боли; я выдернула клинок и повалилась наземь, но его задняя лапа всё-таки приложила меня по черепу.
– Эйвери! – снова крикнула Клара. – Пол! Оставь её!
Пол-лев яростно зарычал на неё. Из груди текла кровь, слипаясь на тёмном мехе. Я поднялась на четвереньки, потом на ноги. В ушах звенело. По виску потекло что-то тёплое: видимо, при падении я рассекла голову о мостовую.
– Теперь ты меня разозлил, Пол, – сообщила я. – Верни человеческий облик и уходи, иначе Джордж задушит твоего брата насмерть.
Он зарычал, обнажив смертоносные клыки.
– Неправильный ответ, – сказала я утробным рыком. Зверь внутри скалился и драл когтями кожу.
Пол бросился на меня, на сей раз прижавшись к земле. Махнул острыми когтями, я отбила удар клинком и глубоко рассекла ему переднюю лапу. Он быстро оправился и прыгнул. Его тяжёлое тело сбило меня с ног. Мозг вспыльчивого подростка-оборотня работал на пределе; мечи его уже не останавливали.
Я вскрикнула от злости, падая под ним, и вонзила оба клинка в живот. Клара опять кричала, но сейчас я могла только ждать – если не выпущу зверя. Пол ревел и хрипел, тяжестью придавливая меня к земле. Я держала мечи на месте. Он терял много крови, надо лишь дождаться, когда ослабеет.
Но я забыла о козыре в рукаве.
Джордж отпустил добычу: волк неподвижно лежал перед внедорожником всего в нескольких шагах. Змей метнулся ко мне, ударил Пола и обвился вокруг львиной шеи, как только что вокруг волчьей. От удара Джорджа лев сдвинулся настолько, что я смогла выкатиться из-под него.
Я плюхнулась на спину и минуту лежала неподвижно, глядя в тёмное облачное небо. Надо мной появилась Клара и протянула руку.
– Они оба… без сознания, – тихо сказала она, помогая мне встать. – Я думала, Джордж их убил, но животы поднимаются. Дышат.
Джордж бесшумно подполз к нам; его змеиные глаза поблёскивали. – Какой ты молодец, – заворковала я. – Эффективный маленький боец. Самый лучший на свете, да, именно ты.
– Он страшный, – прошептала Клара. – Элайдже не разрешают приносить его к нам домой. Мама думает, он съест Бонбона и Парфе.
– Кого?
– Её корги.
Я фыркнула от смеха, вложила мечи в ножны и размяла шею с плечами. Голова всё ещё болела, одежда была заляпана львиной кровью.
Получилась грандиозная каша, но убирать её предстояло не мне. Я своё сделала.
Я направила Клару к воротам и, собрав остатки сил, подсадила наверх. Потом перебралась сама тем же способом – разбежалась, прыгнула и взобралась. Джордж проскользнул между прутьями, и мы побрели искать братьев Блэквелл.
***
– Знаю, дом Эйдена где-то здесь, – задумчиво сказала Клара. – Это ведь жильё преподавателей?
Я оглядела узкую улицу, освещённую мягким светом фонарей и застроенную симпатичными домиками из красного кирпича. – Я здесь всего-то месяц учусь, – пожала я плечами. – Перевелась недавно.
Клара постучала пальцем по губам – идеальная помада и контур сохранились, несмотря на всё пережитое. Надо спросить, какой маркой она пользуется. – Он где-то тут. На выходные Хит всегда остаётся у Эйдена, а во время комендантского часа они вряд ли вышли за пределы кампуса, да?
– Узнаем. – Я была рада, что Клара настояла на поисках дома Эйдена, а не повела нас по общежитию искать комнату Хита. Для приличного общества я была слишком окровавлена; жильё преподавателей на западной стороне кампуса стояло гораздо более уединённо.
– О! Может, Джордж знает дорогу? – спросила она.
Наверное, по голове мне досталось сильнее, чем я думала. Конечно! Сейчас Джордж лениво скользил по ухоженному газону у тротуара. – Эй, приятель, покажешь нам дом Эйдена?
Он кивнул.
Отлично.
Мы пошли за ним до первого перекрёстка, там он свернул направо, прополз по каменной дорожке и поднялся на крыльцо углового дома. Дом был двухэтажный, с покатой крышей и окнами в тёмно-синих ставнях. Тонкие белые колонны поддерживали край кровли над крыльцом. Под одним из больших окон стояли два выцветших кресла-качалки и маленький столик между ними. На столике забыли чёрную кофейную кружку.
Я нажала на звонок и для верности стукнула кулаком в дверь. Терпение кончилось. Пусть этот вечер уже закончится.
Дверь распахнулась. Похоже, Луна решила вознаградить меня за сегодняшние мучения: на пороге стоял Эйден в одних тёмно-синих спортивных штанах. В отличие от брата, на его широкой груди не было татуировки зверя. Только гладкая загорелая кожа поверх упругих мышц. Тусклый свет лампы над нами лёг в бороздки пресса. Я позволила утомлённому взгляду одну секунду проследить их линии до косых мышц, исчезавших под поясом штанов.
– Клара? Эйвери? Что за чёрт…
Клара всхлипнула и бросилась ему в объятия. Он обнял её, крепко прижал к себе; рельефные бицепсы напряглись. При этом смотрел он на меня – озадаченно и встревоженно, увидев мой вид.
– Клара? Что случилось?
Из-за его плеча выглянул Хит. К разочарованию, полностью одетый – в простую белую футболку и мягкие серые штаны. Он увидел рыдающую у Эйдена на плече сестру, затем меня. Челюсть у него отвисла, а глаза опасно сузились.
– Хорошо, что вы оба здесь, – произнесла я таким же усталым голосом, как себя чувствовала. – У нас проблема, и разгребать её придётся вам.
Хит рванулся мимо Эйдена и Клары, схватил меня за руку, втащил в дом и захлопнул дверь. Затем усадил на диван в уютной маленькой гостиной.
– Что произошло? – прорычал он, нависнув надо мной. Взял за подбородок и другой рукой осторожно ощупал рану на голове. – От тебя разит кошачьей шерстью и кровью. Ещё где-то ранена? Сними толстовку.
Он потянулся к её краю, я оттолкнула его руки. – Прекрати. Кровь не моя. Это кровь Пола, того подонка, с которым ваши родители отправили сестру на свидание.
Эйден посадил Клару рядом со мной. Теперь над нами стояли два властных Блэквелла; на их окаменевших лицах тревога боролась с яростью. Клара шмыгнула носом и взяла меня за руку. Она опять дрожала, и я ободряюще сжала её пальцы.
– Клара, – начал Хит, заставив себя говорить мягче, чем со мной. – Папа отправил тебя на свидание с Полом Бланкеншипом? Как ты оказалась здесь?
Она кивнула. – Там были Пол и Харрисон. Они… они были ужасны, Хит. Мне пришлось сбежать, а куда ещё ехать – не знала.
Она пересказала подробности свидания, побега, лихорадочной поездки к воротам колледжа и всего, что произошло, когда Харрисон и Пол добрались до неё. По мере рассказа радужки Хита наливались золотом, а глаза Эйдена загорались моим любимым неоновым бирюзовым. Оба кипели, борясь с желанием убить.
И правильно.
– Не знаю, что случилось бы, если бы Эйвери и Джорджа там не оказалось, – всхлипнула Клара. – Конечно, если бы они причинили мне вред, у них были бы большие неприятности, но подростки-оборотни…
– Не всегда контролируют своих зверей, – договорил Эйден. Он провёл рукой по волнистым волосам и впился взглядом в меня. – Эйвери, какого чёрта? Ты вышла против двух Праймов-зверей с одними мечами?
– Вообще-то только против льва. – Я махнула рукой в сторону Джорджа: тот свернулся у камина и сладко спал, словно сегодня не придушил двух огромных зверюг. – С волком Джордж справился сам, а потом помог мне добить льва. Если бы не он, я бы всё ещё лежала под этим мелким гадом и ждала, пока он истечёт кровью.
Хит с руганью провёл ладонью по лицу. – Чёрт. Не знаю даже, кому первому перегрызть глотку: папе или этим мелким ублюдкам. Клара, мне так жаль, что это случилось.
– Ты не виноват, Хит.
Он посмотрел на неё с тоской в ореховых глазах. – Мы что-нибудь придумаем, ладно? А ты пока… срывай им эти встречи с придурками-Праймами. Выиграй нам время.
Клара ахнула. – О! Эйвери может научить меня обращаться с мечом? Тогда я смогу пырнуть того, кто тронет меня без разрешения.
– Нет, – хором ответили братья.
– Да, – заявила я, сердито уставившись на них. – С радостью. Хотя и твои братья отлично владеют клинками. Попроси Элайджу научить тебя пользоваться кинжалом.
– О, точно, попрошу. – Она задумчиво промычала. – Он ведь тоже не умеет мне отказывать. Не то что эти двое.
Входная дверь распахнулась, и в гостиную ворвался Уайатт. На нём была одежда для тренировок, от него пахло потом и восхитительными мужскими феромонами. – Эй, какого хрена никто не берёт трубку? Только что звонила Уиллоу, сказала, Клара пропала к чертям… О.
Клара помахала ему рукой. – Привет, Уайатт. Моя мама звонила твоей и искала меня?
– Ага. – Его взгляд с Клары скользнул на меня. Два тёмных изумруда впились прямо в грудь. Их затянуло красноватой дымкой – настоящий зов сирены для моего зверя. – Какого чёрта тут происходит?
– Хорошо, что ты вернулся, – сказал Хит. – Останься с Кларой. Сегодня она переночует в моей комнате, а я лягу у Эйдена.
Уайатт по-прежнему смотрел на меня. – Кто-нибудь наконец объяснит? Почему Дикая кошечка вся в крови и пахнет львом?
– Клара расскажет, – ответил Эйден. – Нам с Хитом надо кое-чем заняться. Присмотри за ней, пока мы не вернёмся. Никому не открывай, кроме нас. Если родители снова позвонят, не говори, что она здесь.
Уайатт шумно выдохнул и опустил широкие плечи. – Понял. Идите.
Хит протянул мне руку. – Пойдём, Убийца. Ты с нами.
– Я? – Я тупо уставилась на его ладонь. – Нет, я своё сделала. Хочу спать.
– Сегодня ты сделала чертовски много. И всё же я не выпущу тебя из виду. Мы разберёмся с двумя мелкими гадёнышами, которые посмели распустить руки возле моей сестры. Потом ты отправишься в медпункт, даже если мне придётся связать тебя и притащить туда силой.
Я вздёрнула подбородок. – Я не подчиняюсь твоим приказам, Хит Блэквелл.
Клара прыснула.
Эйден отодвинул Хита плечом. Наклонился ко мне и положил руку на подлокотник дивана справа. Его длинные пальцы обхватили кожу – зрелище, которое не должно было казаться привлекательным, но, увы, казалось. Он наклонился ещё ниже, почти касаясь моего носа своим, и мягко прорычал: – Приказам своего преподавателя вы подчинитесь, мисс Бакстер. Поднимете свою прекрасную задницу с моего дивана и останетесь рядом с нами, пока я не разрешу вам вернуться в общежитие. Ясно?
За стёклами очков глаза пылали бирюзой, бросая мне вызов. Правильной реакцией было бы откусить голову этому самонадеянному ягуару, но моя зверица лишь лениво махнула хвостом и заинтересованно навострила уши.
ТЫ. МНЕ. НЕ. ПОМОГАЕШЬ.
Я сердито посмотрела на Эйдена. Он выпрямился, скрестил на груди обнажённые руки и, безупречно изогнув бровь, ждал ответа. Хит пристально следил за мной. Уайатт ухмылялся моей беде. А Клара, неблагодарная предательница, продолжала хихикать.
– Ладно, – сказала я. – Но без медпункта. Мэллори зашьёт рану и магией уберёт головную боль. Больше со мной ничего не случилось.
Хит и Эйден обменялись взглядами.
– Договорились, – сказал Хит. – Пошли. Надо добраться до этих козлов, пока они не стали едой рейфов. Они бы заслужили, но тогда проблем с уборкой будет куда больше.
***
Всю дорогу к главным воротам Хит и Эйден молчали. Они шагали по обе стороны от меня, с каменными лицами сдерживая звериную ярость, которая наверняка бушевала внутри. Почти ничто не мешало контролю так сильно, как угроза близкому человеку.
Уж я-то знала. В старших классах человеческой школы я однажды едва не выпустила зверя прямо в коридоре: наткнулась на двух тупоголовых спортсменов, осыпавших гомофобными оскорблениями Иэна, который тогда только поступил в девятый класс.
Иэн втащил меня в раздевалку для девочек и сунул под холодный душ. Только после этого мне разрешили вернуться на уроки.
Так что, как бы меня ни раздражало, что я всё ещё не иду к себе в комнату из-за очередной команды братьев Блэквелл, я понимала: на этой вылазке кому-то нужно сохранить холодную голову. Похоже, этим кем-то буду я.
У ворот мы обнаружили Харрисона-волка, уже в человеческом облике и совершенно голого. Он отчаянно волок звериное тело Пола-льва к внедорожнику, оставляя за собой тёмный кровавый след. Несмотря на крепнущую силу молодого Прайма, затащить бесчувственную тушу льва на заднее сиденье было бы нелегко.
В лесу за его спиной раздавались потусторонние визги и рёв. Видимо, Стражи загнали рейфов сюда. Неудивительно, что Харрисон паниковал – а разгневанных братьев Клары он ещё даже не заметил.
Хит сердито выдохнул и остановился рядом, прижавшись плечом к моему. С другой стороны стоял Эйден – теперь, к сожалению, в футболке и флисовой куртке. Он не касался меня, но ближе подойти уже не мог. Стоял тихо и неподвижно, как могила. Если не считать агрессии, стремительно сочившейся из каждой поры.
– Пол до сих пор без сознания, – процедил Хит. – Сколько дыр ты в нём проделала, Убийца?
Я мысленно вернулась к схватке, загибая пальцы. – По-настоящему – всего около трёх. Обоих в итоге вырубил Джордж, так что при следующем кормлении Элайджа пусть выдаст ему особо сочного хорька или что он там любит.
– Всё равно Полу повезло, что позвоночник цел. – Хит поверх моей головы взглянул на Эйдена. – Сможешь заставить его перекинуться?
Эйден фыркнул. – Ему сколько, семнадцать?
Харрисон бросил льва и вытер пот со лба. Тут он наконец поднял взгляд и увидел нас троих за железными прутьями ворот. Глаза у него комично округлились, и он, даже не оглянувшись на лежащего брата, бросился в лес.
Хит коротко рассмеялся и подпрыгнул на добрый метр, ухватился за прутья и перебросил себя через ворота гораздо ловчее, чем я. Помчался вслед за Харрисоном, который, словно последний идиот, запустил охотничий инстинкт Хита, убегая, как добыча.
– Останься здесь, пожалуйста, Эйвери, – тихо попросил Эйден. – Ты права, на сегодня ты сделала достаточно.
– Ладно. – Лезть через ворота в третий, а потом и в четвёртый раз мне не хотелось. Как и убивать случайного рейфа, который забредёт сюда. Вот насколько я устала. – Только держите себя в руках. Вы оба. Иначе мне придётся выйти и уложить вас, прежде чем убьёте одного из этих идиотов.
Эйден повернулся ко мне. Его неоновые глаза осветили тесное пространство между нами. – Мы с братом прекрасно умеем сдерживаться, – прогудел он. Низкое мурлыканье голоса прокатилось по мне, словно колыбельная. – Если мы теряем контроль, значит, сами это позволяем. Стой. Здесь.
