Текст книги "Схватка когтей (ЛП)"

Автор книги: Элизабет Дир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)

СХВАТКА КОГТЕЙ

АВТОР: ЭЛИЗАБЕТ ДИР

СЕРИЯ: АКАДЕМИЯ СТРАЖЕЙ-ПЕРЕВЕРТЫШЕЙ

КНИГА: 1

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА

Привет! Большое спасибо, что взяли в руки эту книгу. Если вы уже знакомы с моими историями, многое покажется привычным: крутая героиня, академия, брат, крепкая семья, сочетание приключений и страсти, а также медленно развивающиеся отношения. Если читаете меня впервые – добро пожаловать! Выбор книг бесконечен, и я благодарна, что вы дали мне шанс.

Ниже несколько замечаний о содержании, а затем начнутся приключения Эйвери.

Это роман о перевёртышах в современном мире с элементами фэнтези. Здесь есть мечи, магия и чудовища, но также машины, мобильные телефоны и интернет. События происходят в сверхъестественном колледже, а всем главным героям чуть больше двадцати лет.

Кроме того, это история с несколькими возлюбленными: у героини будет четверо мужчин, и выбирать одного ей не придётся. Самих героев связывает глубокая братская, платоническая любовь; романтические отношения у них возникают только с героиней.

В серии довольно много фантастического насилия и есть элементы лёгкого хоррора. Затрагиваются темы травли и жестоких «посвящений» среди перевёртышей, но не со стороны возлюбленных. К тому же героиня умеет за себя постоять, поэтому запугать её трудно.

У нескольких главных героев в прошлом умерли родители. Также вскользь упоминается бесплодие, затрагивающее часть общества.

И ещё здесь есть змея. Он дружелюбный, но я пойму, если змеи вам совсем не по душе.

Серия задумана как трилогия. До счастливого финала в третьей книге каждая часть будет заканчиваться на самом интересном месте.

В книгах есть подробные откровенные сцены, в том числе групповые в следующих частях. Герои также любят крепкое словцо. Серия предназначена только для взрослых читателей – 18+.

Спасибо, что отправились со мной в это путешествие. Надеюсь, оно вам понравится.

Элизабет

ГЛАВА 1

ЭЙВЕРИ

– Твою зверицу видели.

Я оторвалась от засохшей крови, которую соскребала с бедра. Папа Рэнд стоял, прислонившись к тяжёлой двери больничной палаты, и его широкие плечи едва помещались в проёме. Он с тревожной обречённостью провёл ладонью по густым каштановым волосам; резкий свет ламп подчёркивал усталые морщины на лице.

– Не удивлена, – сказала я. – Драка была шумной и на виду у всех. Кто видел?

– Мартины. Выгуливали собаку на улице, где тебя нашёл Иэн.

Чёрт. Я шумно выдохнула и поникла, сидя на колючем больничном покрывале со скрещёнными ногами. Ногу, ещё несколько часов назад разодранную почти в клочья, уже затянуло. Остались лишь неровные розовые рубцы. Надеюсь, через неделю или две они исчезнут.

Раз я больше не умирала, мне позволили снять больничную рубашку и надеть просторную толстовку с пижамными шортами. Игла капельницы всё ещё торчала в руке. Я пыталась заставить суровую медсестру её вынуть и проиграла.

– Думаешь, от них будут неприятности? – спросила я.

Мартины были немолодой, тихой парой и казались добрыми при наших редких встречах. Мистер Мартин относился к перевёртышам с незначительной силой, а его жена, полагаю, была латентной, как большинство женщин. Не похоже, чтобы они стали совать нос в дела Праймов.

– Не знаю, – ответил папа. – Но у Дэниела Мартина есть влиятельный брат в Холмах. Ты редкость. Дэниел вполне может рассказать ему об увиденном. А дальше неизвестно, куда разойдётся эта новость среди перевёртышей и что с ней сделают.

– Ты параноик. – Я отмахнулась. – И выбора у меня не было. Пришлось обратиться.

Моя зверица, сонная и притихшая, пока мы восстанавливались, гордо рыкнула. Ей редко удавалось вырваться на свободу, зато сегодня мы выстояли вопреки всему.

Папа с трудом сглотнул. – Знаю, милая. Нам повезло, что Иэн подоспел вовремя.

Иэн, мой брат на тринадцать месяцев младше, сидел на единственном пластиковом стуле рядом с кроватью. На коленях лежала катана. Заодно он присматривал за двумя моими вакидзаси, аккуратно убранными в ножны. Их крепления свисали с подлокотника: обычно я носила их на виниловой портупее, как рюкзак, когда выходила в патруль. Мечи оказались дальше от меня, чем мне нравилось.

С тех пор как меня привезли, Иэн, похоже, так и не сдвинулся с места. Он сверлил меня взглядом, и от его обычной беспечной улыбки не осталось следа.

– Да, невероятная удача – наткнуться на сестру, которая обратилась в зверя, истекает кровью посреди улицы и в одиночку дерётся с двумя рейфами. Один точно Потрошитель, другой, мать его, похоже, Гигант.

Обратиться мне пришлось, потому что Гигант раздробил ногу. Нужно было быстро исцелиться. Я успела изранить рейфов, сначала мечами, потом когтями, и достаточно ослабила их к приходу Иэна. Он перерубил обоим шеи с той ничтожной помощью, на которую у меня ещё хватило сил.

– Прости, – сказала я брату. – Мы очистили квартал. Всю ночь попадались одни стаевики. – Я повернулась к папе. – Какого чёрта такие рейфы вообще оказались в городе?

– Понятия не имею. После того как тебя унесли, Джозеф и Кай ещё раз обошли весь квартал. Больше никого не нашли.

От этих слов у меня ёкнуло сердце. Другие мои папы прекрасно владели мечами, но столкнись они с такими же рейфами, пришлось бы туго без Рэнда – того самого, который хмурился на меня из дверного проёма. В бою он мог пустить в ход зверя.

Пума Кая была свирепой, но небольшой, а Джозеф обращался в лиса, с которым против большинства рейфов не повоюешь. Зато зверь Рэнда – могучий волк-Альфа, настоящий Прайм по силе. Правда, в тот момент он нёс меня пять кварталов до единственной небольшой городской больницы, где работали перевёртыши.

Во всяком случае, так мне рассказали. После того как Иэн отсёк последнему чудовищу голову, я потеряла сознание.

– Эти две твари убили кого-нибудь до того, как нашли меня?

Папа кивнул, помрачнев. – Двоих. Мы их не знали. Тела лежат в маленьком морге в подвале.

Проклятье Луны. Не впервые – и не в последний раз – рейфы убивали тех, кто жил здесь, в городе, вдали от поселений перевёртышей. Но моя семья и ещё несколько человек изо всех сил старались свести потери к минимуму.

Больше этим заниматься было некому: Стражи даже не удосуживались патрулировать так близко к городу.

– В ближайшие дни выяснится, добрались ли они до людей, – добавил папа. – На улицах кто-то гулял.

Ночь выдалась катастрофической. Мы с Иэном без труда уничтожили небольшую стаю стаевиков, забравшихся в наш квартал. Папы расправились с другой стаей и слабым Потрошителем. Потом всё стихло, и я побежала по улице – хотела успеть к киоску с кебабом до закрытия в полночь.

И тут всё полетело к чёрту.

Но я выжила, а последствия того, что зверица сражалась на виду у всех, нам по силам пережить. Я выпрямилась на кровати и изобразила уверенность. – Пап, всё будет хорошо. Знаю, ты боишься, что со мной случится то же, что и с мамой…

– Не боюсь, Эйвери. Я знаю.

– …но мы будем осторожны. К тому же времена меняются. С каждым поколением женщин со звериной душой становится больше. Мы уже не такая редкость. Только замшелые фанатики считают нас чудовищами.

Его лицо ожесточилось, и во взгляде проступил волк-Альфа. – Проблема не в том, что ты способна обращаться. Проблема в том, кем ты становишься. Ты прекрасно знаешь. Я не стану рисковать твоей жизнью. На твою мать охотились и убили из-за того, кем она была. Мы не допустим, чтобы с тобой случилось то же.

В дверь постучали, избавив меня от необходимости отвечать на напоминание о страшнейшей потере нашей семьи. Папа открыл, и в палату проскользнул усталый Кай. На нём была та же тёмная терморубашка, которую мы все носили во время зимних патрулей. Бок разодрали крупные когти. Катана всё ещё висела за спиной, чёрные волосы торчали во все стороны.

– Ты проснулась, – мягко сказал он, подошёл и поцеловал меня в макушку. – Мы до смерти перепугались, Эйв.

– Не специально же, – буркнула я.

Он быстро осмотрел ногу. Убедившись, что я не умираю, сжал Иэну плечо и сел на подоконник. За окном улица тонула во мраке, который едва разгоняли тусклые жёлтые фонари. На этом фоне его высокая гибкая фигура выделялась особенно отчётливо. Лунного света не было – потому-то мы все и вышли на дежурство.

Кай вопросительно приподнял тёмную бровь, глядя на Рэнда, который опять подпирал дверь. – Убедил её?

– Работаю над этим.

Теперь я почувствовала ту же обречённость, что и папа. Я знала, о чём они заговорят. Родители не раз предлагали мне это, а я каждый раз отказывалась.

Здесь была моя семья. Здесь требовалась помощь. Я не хотела уезжать.

– Пора, Эйвери, – решительно сказал папа. – Если поступишь в колледж «Протей», окажешься далеко от дома, если кто-то начнёт тебя искать. Защитные чары и тысячи студентов-перевёртышей помогут тебе затеряться.

– Но пап…

– И главное: если пройдёшь подготовку Стражей и докажешь, что способна защищать нас от рейфов, там ты будешь под лучшей защитой, чем здесь. Стражи – могущественная независимая сила. Они своих не бросают. Влиятельные люди увидят, что ты им полезна и нужна, несмотря на то, кто ты.

Кай кивнул. – Даже если бы этой ночи не случилось, ты не сможешь вечно так жить, Эйв. Прятаться. Не позволять зверице бегать с нами по лесу. Постоянно оглядываться. Рисковать жизнью в схватке с рейфом или другим сильным врагом, когда нужно обратиться, и рисковать ею же, если не обратишься. Твоя мама была осторожна, но все мы слишком расслабились. Стали беспечными. Больше мы такого не допустим.

Воздух в палате словно отяжелел от их тревоги и от боли утраты, которая никогда не заживёт до конца. На глаза навернулись слёзы. Я стёрла их.

Мысль о настоящей студенческой жизни немного манила, но к Стражам я относилась неоднозначно. Они были нужны, а попасть в их ряды считалось одной из высших почестей для перевёртыша. Их уважали и щедро платили им, ведь опаснее этой работы мало что существовало.

Работы, которую моя семья несколько дней в месяц выполняла бесплатно, потому что Стражам, как и всему нашему обществу, было наплевать на тех, кто жил за пределами поселений перевёртышей.

Я повернулась к брату.

– Что скажешь? – тихо спросила я.

Он выглядел таким же усталым, как все остальные, но на лице наконец появилась улыбка.

– Думаю, пора сменить обстановку. Я еду с тобой.

В груди разлилась радость.

– Правда?

Он закатил глаза.

– Естественно.

– Думаешь, нас возьмут посреди учебного года? – спросила я папу.

Он пожал огромным плечом. – Джозеф знает там преподавательницу ещё со времён обучения аптекарской магии. Она поможет быстро передать наши заявления нужным людям. А в анкете Эйвери мы недвусмысленно намекнём, что я её биологический отец.

На самом деле мы не знали, кто из троих мой биологический отец. Мне нравилось, что не знали. Мы с Иэном оба пошли в маму: васильковые глаза и пепельно-светлые волосы, почти серебристые. Но Иэн обращался в лиса и обладал выраженной склонностью к аптекарской магии, поэтому все предполагали, что его биологический отец – Джозеф.

Я сморщила нос.

– Собираешься выставить меня наживкой для квада Праймов.

– Не моя вина, если они решат, что ты латентная девушка из рода сильных перевёртышей, – снова пожал он плечами. – Тогда тебя быстро примут, даже в середине года. Именно это нам нужно. А заодно договоримся о приёме Иэна.

Кай с подоконника умоляюще посмотрел на меня.

– Может, не отбрасывай сразу мысль о связи, Эйв. Лучший способ получить постоянную защиту – связаться с сильным квадом. Особенно если они ещё и подготовленные Стражи.

Я нахмурилась. – Не собираюсь продавать себя кучке придурков, которые даже не могут нормально делать свою работу. Иначе вот этого, – я резко указала на заживающую ногу, – не случалось бы на пороге Фултон-Сити.

Папы переглянулись, но прежде чем они успели возразить, дверь снова открылась. Вошёл Джозеф. Длинные золотистые волосы были привычно собраны в растрёпанный узел. На лбу зияла рана, зато одежда хотя бы осталась цела.

Он подошёл прямо ко мне и крепко обнял, пока Рэнд закрывал за ним дверь.

– Никогда больше так нас не пугай, милая, – прошептал он. – Врач сказал, ты потеряла много крови.

– Прости. – Не знаю, почему продолжала извиняться перед родными, словно была виновата в случившемся. Но мне было жаль, что я заставила их бояться. – Теперь я совсем здорова. Видишь?

Он отпустил меня, и я нарочито согнула и разогнула ногу.

Впечатления это не произвело.

– Ты всё ещё бледная. Врач разрешил забрать тебя домой, но никаких схваток с рейфами до конца этого лунного цикла. Если завтра ночью они опять выйдут на улицы, мы вчетвером справимся. Ясно?

Я надулась.

– Ладно. Нам с Иэном всё равно нужно собираться в колледж.

– Хорошо, что ты согласилась, – ответил он. В больших зелёных глазах светились гордость и, пожалуй, облегчение. – Мы будем по вам скучать, но так лучше. Вы с братом заслужили настоящую юность, Эйвери. И тебе нужна для этого максимально безопасная обстановка.

Я сомневалась, что за стенами колледжа «Протей» будет намного безопаснее. Да и примут ли меня вообще на легендарную программу подготовки Стражей, не говоря уж о том, чтобы защитить от опасностей, которые отцам мерещились за каждым углом? Но если это поможет моей семье спокойно спать, завтра начну собирать вещи.

Из пересохшего горла вырвался смешок.

– Ну что ж. Счастливого мне Рождества.

ГЛАВА 2

ЭЙВЕРИ

От нашего дома на окраине Фултон-Сити до предгорий Голубых Утёсов, где располагался колледж «Протей», было всего полтора часа езды. Одно из немногих в стране высших учебных заведений только для перевёртышей и место подготовки Стражей всего Юго-Восточного региона, он словно венчал россыпь поселений перевёртышей на севере Джорджии.

Мы с Иэном набили мой десятилетний RAV4 вещами и ехали на север по трассе I-77, связавшей городки и небольшие города перевёртышей. Они тянулись вдоль дороги на сто двадцать километров – от окраин Фултон-Сити, крупного города, где жили в основном люди, до самых гор. К востоку и западу от поселений простирались густые леса, обычно принадлежавшие ближайшему городку. Там можно было относительно спокойно выпускать зверей на волю.

Чем дальше от города, тем больше среди жителей было перевёртышей и богачей. Наконец начинались обширные закрытые кварталы и ухоженные городки, вместе известные как Холмы. К югу от гор и колледжа селились самые богатые и могущественные семьи перевёртышей.

Мы остановились выпить кофе в уютном центре одного из городков. День был серым, зимним, но разноцветные фасады магазинов, чистые улицы и безупречно подстриженные газоны радовали глаз. Обычный маленький американский город – пока не замечаешь вывески: Hermès, Gucci, Prada, Tiffany и ещё бренды, чьи названия я даже выговорить не могла.

– Представляешь, каково здесь жить? – спросил Иэн.

– Совсем иначе, – ответила я, потягивая холодный кофе из стакана, который держала ещё более холодными руками. – Наверняка три дня в месяц по улицам не бегают стаи рейфов. Вокруг Холмов, наверное, десятки постов Стражей, а границы закрытых кварталов защищены лучшими чарами.

– Да. – Он вздохнул, с тоской окинул улицу взглядом, а потом улыбнулся. – Но мне всё равно наша жизнь больше нравится.

– И мне.

Наши родители много лет жили в маленьком горном городке Колорадо, но после гибели мамы забрали нас и уехали. Мне было три года, Иэну – два, и прежней жизни мы не помнили. Жить так близко к густонаселённому человеческому городу решались лишь перевёртыши, которые не хотели тесно общаться с остальными. Нам это подходило. В нашем маленьком квартале было всё необходимое. Мы с Иэном росли и ходили в школу с человеческими детьми и редкими ровесниками-перевёртышами.

Но у обособленной жизни вдали от поселений перевёртышей, особенно богатых, была опасная сторона. Души перевёртышей притягивали рейфов куда сильнее человеческих, а появиться чудовища могли где угодно. Стражи не патрулировали районы, где перевёртышей мало, особенно в крупных городах. Мы остались одни.

Мы сели в машину и вернулись на шоссе. После обеда нам предстояла встреча с назначенным куратором, а завтра начинался весенний семестр.

– Хорошо, что папа позволил нам устроить последний патруль перед отъездом, – сказал Иэн. – Повезло, что занятия начинаются так поздно, в конце января: это новолуние мы провели дома.

На этот раз ночь и правда выдалась спокойной. Я пригрозила проткнуть любого, кто вздумает оставить меня дома или суетиться вокруг ноги. Да, она ещё немного болела, но уже прекрасно работала.

– Мы ведь сможем иногда приезжать и помогать, – заметила я. При мысли, что папам придётся защищать наш район без нас, в груди сжалось. Они прекрасно справлялись, но всё же. В последнее время становилось хуже – встреча с Гигантом посреди города тому доказательство. – Если Рэнд признает, что намечается тяжёлое новолуние, может, они нас позовут.

Иэн фыркнул.

– Мечтай, Эйвс. Они хотят поскорее спрятать тебя за первоклассной защитой и, как бы ни была нелепа эта идея, связать с квадом Праймов. Никто нас домой не позовёт.

– Я не буду связываться с квадом, – процедила я. – Все забыли, что я вовсе не латентная? После того как прикончу пару тварей на тренировке Стражей, это станет очевидно. Папа говорит, сильные квады по-прежнему верят, будто звериная душа у центральной партнёрши мешает делиться силой, успокаивать зверей и заниматься прочей подобной чепухой.

– Никогда не знаешь, – пропел он с наглой ухмылкой. – Маме это не мешало быть центральной партнёршей. Может, встретится квад с более современными взглядами. Не все боятся женщин со зверем.

– Как скажешь, – проворчала я. Пора было менять тему. – Успел попрощаться с Рикардо? Или ты опять встречаешься с Брайаном?

Он рассмеялся. – С обоими попрощался. По нескольку раз. Очень обстоятельно.

– Ну конечно, развратник.

Иэн цокнул языком.

– Зависть тебе не идёт, Эйвс. То, что ты ни с кем не спала с тех пор, как Тэд уехал преподавать скалолазание в Колорадо…

Я нахмурилась.

– Наши отношения себя исчерпали, ты же знаешь.

– Знаю. Он симпатичный, но если бы всё затянулось, ты бы страшно заскучала.

Так и было. Мой прошлогодний роман с парнем из спортзала оказался коротким, но приятным развлечением. Когда он закончился, сердце мне никто не разбил.

С людьми встречаться было проще: они понятия не имели, чем мы от них отличаемся. Не оценивали твою генетику, зверя и вторичные магические склонности, решая, подходишь ли ты для связи. Мужчин-перевёртышей – особенно сильных Праймов – с детства приучали искать в партнёрше определённые качества. А у меня этих качеств не было.

Последние полчаса дороги мы провели в комфортной тишине, оба покачиваясь в такт K-pop-плейлисту Иэна.

Мы съехали с трассы, оставили Холмы позади и начали подниматься по извилистой дороге к главным воротам колледжа «Протей».

Послеполуденное солнце наконец пробилось сквозь облака и осветило сияющие синие горы вдали.

По обе стороны от внушительных железных ворот колледжа уходила вдаль краснокирпичная стена.

– Что это? – спросила я, сбавляя скорость.

По всей внешней стороне стены, чуть ниже верхнего края, тянулась полоса блестящего металла шириной примерно с мою ладонь.

На поверхности можно было различить тонкую гравировку рун.

– Охренеть. Думаешь, это чистое серебро?

– Скорее всего, – протянул Иэн. – Лучшие защитные чары требуют лучшего проводника магии, который только можно купить.

Обвести чистым серебром весь периметр кампуса – это должны быть астрономические деньги.

Не говоря уже о том, что любому с кровью оборотня пришлось бы работать в специальных перчатках.

И доплата за вредность наверняка огромная.

Серебро для нас ядовито.

– Кажется, я начинаю понимать, как живёт другая половина, – пробормотала я.

Наши родители зарабатывали вполне прилично, но мы были крепким средним классом.

Наш забор точно не был обшит серебром.

Руны защитных чар вокруг дома Кай вырезал дрелью прямо в бетонном тротуаре.

– Папа точно уверен, что нам дали нормальную финансовую помощь?

– Да, успокойся. Когда зайдём, постарайся вести себя как плодовитая латентная девочка, которая только и мечтает рожать мальчиков-Праймов.

– Заткнись.

Я припарковалась возле маленькой будки охраны и опустила стекло.

Охранник мельком взглянул на нас, потом снова повернулся к монитору и протянул руку.

– Документы.

Он был оборотнем – мы все чувствовали насыщенный землистый запах феромонов друг друга.

Но определить что-то ещё было невозможно, если только он сам не обратится или не скажет.

Он мог быть латентным.

Могущественным Праймом.

Или кем угодно между этими крайностями.

Убедившись, что мы числимся в каком-то нужном списке, охранник нажал кнопку в будке.

Ворота медленно заскрипели и распахнулись.

Мы поехали по въездной дороге, обсаженной с обеих сторон густым лесом из дубов, клёнов и других величественных деревьев.

Когда лес расступился, нас встретило старинное готическое здание из ржаво-красного кирпича, местами почти полностью скрытого плющом.

По бокам располагались учебные корпуса поменьше в том же архитектурном стиле.

Повсюду – ухоженные газоны, высокие деревья, аккуратные кусты.

По дорожкам шли несколько студентов и преподавателей, большинство в тёплых пальто.

Два небольших волка перебежали через лужайку перед зданием и скрылись за углом.

За ними пронеслась гиена.

Я моргнула.

– К этому придётся привыкать.

– И не говори.

Я поставила машину на огромной парковке перед главным зданием.

Несколько минут мы с Иэном просто молча сидели, разглядывая место, которому предстояло стать нашим домом на ближайшие годы.

– Мне кажется, легко здесь не будет, – тихо сказала я. – Вообще.

Он протянул руку и сжал мою ладонь, лежавшую на почти зажившей ноге.

– Нет, не будет. Но пора расправить лапы, Эйвс. И я безумно рад, что буду рядом и увижу всё собственными глазами.

Я улыбнулась.

Он прав.

Что бы ни бросило нам это место, мы справимся вместе.