Текст книги "Фиктивно, но эффективно. Сырники для миллионера (СИ)"

Автор книги: Елена Валерьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 76. Демид

Глава 76. Демид

Глава 76. Демид

Совместная жизнь с Варей очень быстро научила меня двум вещам.

Первая: в доме действительно может быть больше тридцати кружек, и ни одна из них, как выяснилось, не лишняя, потому что “у этой история”.

Вторая: я, взрослый мужчина, управляющий людьми, объектами, цифрами и чужими кризисами, абсолютно беспомощен перед красным носком в белой стирке и тем, как моя будущая жена смотрит на меня после этого открытия.

С другой стороны, мне было даже приятно.

Нет, не то что я чуть не погубил её блузки. Тут я рисковал жизнью и осознавал это трезво.

А то, что рядом с ней можно было быть не только сильным, контролирующим и всё умеющим. Можно было быть живым. Ошибающимся. Смешным. И тебя за это не перестанут уважать.

Наоборот.

Варя смотрела на меня после носка с таким количеством возмущения, смеха и нежности одновременно, что я снова убедился: именно такой любви мне и не хватало всегда.

Любви, в которой можно быть не бронёй, а человеком.

Вечером мы лежали в гостиной на диване. Она у меня под боком, с ногами под пледом, с книгой в руках, которую давно уже не читала, потому что каждые две минуты отвлекалась, чтобы что-то мне сказать.

Я делал вид, что работаю в ноутбуке.

Тоже, в общем-то, давно уже не работал.

– Ты очень смешной утром был, – сказала она, тыкая меня пальцем в ребро.

– С чем именно? С гречкой или с носком?

– Со всем. Особенно с выражением лица “я сильный мужик, но этот режим стирки меня морально сломал”.

Я усмехнулся.

– Между прочим, я стараюсь.

– Я вижу.

Она подняла левую руку и снова посмотрела на кольцо. Это была уже почти привычка. Не нарочитая. Просто как будто сама себе время от времени напоминала: да, это правда, тебя выбрали, ты любима, ты не выдумала.

И каждый раз, когда она так смотрела, во мне что-то сдвигалось тише, но глубже.

– О чём думаешь? – спросил я.

– О том, что мы с тобой очень быстро стали... такими.

– Какими?

Она пожала плечом.

– Настоящими. Я даже не заметила момента, когда твой дом перестал казаться мне твоим.

Я убрал ноутбук в сторону.

Повернулся к ней всем телом.

– А мне кажется, я этот момент заметил очень хорошо.

– Когда?

– Когда увидел твою заколку в ванной и не захотел, чтобы она когда-нибудь исчезла.

У неё дрогнули губы.

– Боже. Кто вообще дал тебе право быть таким?

– Ты.

– Неправда. Я не подписывала разрешение.

– Поздно. Все документы оформлены.

Она тихо засмеялась.

Потом неожиданно стала серьёзной.

– Демид.

– М?

– А ты правда хочешь детей?

Я посмотрел на неё внимательнее.

Не испугана. Не напряжена. Не как в прошлый раз с тестом.

Скорее... думает.

Взвешивает.

Подходит к теме уже не из страха, а как к части нашего будущего.

– Да, – ответил я. – Очень. Но только когда ты будешь готова.

Она помолчала.

Потом тихо сказала:

– Я раньше думала, что сначала надо обязательно стать идеальной. Устроиться. Всё продумать. Подготовиться. А сейчас вдруг начала ловить себя на том, что думаю не “когда будет правильно”, а “как это будет с тобой”.

Я замер.

Господи.

Вот так просто женщина и может лишить взрослого мужчину воздуха одной фразой.

– И как? – спросил я хрипловато.

Она улыбнулась.

– Шумно.

– Амбициозно.

– Я предупреждала. И вообще, если уж рожать, то не скучно.

Я рассмеялся.

Притянул её к себе ближе.

– Мне нравится твоя стратегия.

– А если будут двойняшки?

– Переживём.

– А если трое?

– Ты же сама этого хотела.

Она ткнулась носом мне в шею и тихо сказала:

– Я уже не боюсь так, как раньше.

Я провёл ладонью по её спине.

– Это хорошо.

– Это ты.

Нет, ну кто ей вообще разрешил так говорить? Это же прямое покушение на мужское сердце.

Я поцеловал её в макушку.

Потом в висок.

И подумал, что, пожалуй, мы оба уже давно идём не просто к свадьбе.

Мы идём к жизни, в которой дети – не абстракция. А желанное продолжение нас.

И если когда-нибудь Варя скажет мне, что беременна, я, наверное, перестану дышать от счастья.

Опасная мысль.

Слишком прекрасная.

И очень, очень настоящая.

Глава 77. Варя

Глава 77. Варя

Глава 77. Варя

Я всегда думала, что перед свадьбой женщина должна сиять.

Ну знаете, вот это всё:

невеста на подъёме,

щёки румяные от счастья,

голос звенит,

глаза горят,

она с утра выбирает цвет лент и неубиваемо прекрасна.

Это явно была не я.

Я сияла, да.

Но как нервная гирлянда в период скачка напряжения.

Потому что чем ближе становилась свадьба, тем больше мир, кажется, считал своим долгом подкинуть мне то одно, то другое, то третье.

То салон внезапно переносил примерку.

То ведущая спрашивала, не хотим ли мы “немного интерактива с гостями”, и я едва не упала в обморок от самого словосочетания.

То мама с Ингой всерьёз спорили, нужны ли живые цветы на столах или лучше композиции “на память”.

На память, видимо, о моём нервном срыве.

И вот сегодня, когда я стояла перед зеркалом в свадебном салоне, всё шло примерно по плану.

То есть плохо.

Платье было красивое.

Очень.

Мягкое, струящееся, без мучительного корсета, с открытыми плечами, с тем самым ощущением, будто на тебе не тонна ткани, а просто белое счастье.

Но я стояла и смотрела на себя так, будто вместо невесты вижу женщину, которая вот-вот не выдержит и убежит в простыне.

– Ну? – спросила консультантка с лицом человека, который ждал, когда я начну рыдать от восторга.

– Красиво, – честно сказала я.

– Тогда почему лицо такое, будто вас ведут не к алтарю, а на допрос?

Очень точная женщина. Надо же.

Жанна, сидевшая на диванчике, сразу встрепенулась.

– Потому что она психует, – бодро пояснила за меня. – Но это не из-за платья. Это у неё любовь тяжёлая для нервной системы.

– Спасибо, – мрачно сказала я.

– Всегда пожалуйста.

Я снова посмотрела на отражение.

Красивая.

Правда красивая.

И кольцо на пальце.

И в груди дрожит.

Но вместо восторга почему-то нарастала тревога. Не про платье. Не про свадьбу.

Про нас.

Про будущее.

Про ту самую тему, к которой мы с Демидом уже подходили всё ближе – детей.

И, кажется, организм решил добавить огня в мой внутренний костёр.

– Жанна, – сказала я тихо.

Она сразу встала и подошла ближе.

– Что?

– Меня опять тошнит по утрам.

Подруга моргнула.

Раз.

Потом ещё.

И очень медленно перевела взгляд с моего лица на живот, как будто рассчитывала там уже увидеть как минимум младенца с табличкой “сюрприз”.

– Варя...

– Не начинай.

– Я не начинаю. Я просто... ты считала?

Я закрыла глаза.

Конечно считала.

Не могла не считать.

После того первого ложного тревожного теста я вообще стала отслеживать себя слишком внимательно. И да, последние дни цикл опять вёл себя как творческая личность без графика, а утреннее состояние всё чаще намекало, что организм может внезапно знать что-то раньше головы.

– Пока нет, – призналась я. – Но мне не нравится, что эта мысль уже не кажется мне ужасом.

Жанна молчала.

Потом тихо сказала:

– Потому что ты уже не одна.

И вот от этой простой фразы мне почему-то стало и легче, и страшнее одновременно.

Да.

Я не одна.

Но это не отменяло того, что если окажется “да”, жизнь изменится ещё сильнее, чем я успела привыкнуть.

– А если это просто нервы? – спросила я.

– Может.

– А если нет?

Жанна посмотрела на меня очень внимательно.

– А если нет, то ты будешь не несчастной женщиной, которой всё свалилось на голову. Ты будешь любимой женщиной любимого мужчины, с которым вы оба уже хотите семью. Это не одно и то же, Варя.

Господи.

Ну почему все вокруг говорят со мной так, будто специально поддевают самые важные струны?

Я ничего не ответила.

Только снова посмотрела в зеркало.

На платье.

На себя.

На кольцо.

И вдруг впервые за всё время примерки отчётливо подумала:

а если я уже иду к нему не одна?

От этой мысли под коленями стало мягко.

Очень.

– Мне надо выйти, – сказала я.

Жанна без слов пошла за мной.

В туалете я долго умывалась холодной водой и смотрела на своё отражение.

– Ну что, Орлова, – прошептала самой себе. – Если это правда, то ты вообще в какой момент решила так быстро стать взрослой?

Телефон в сумочке завибрировал.

Демид.

Я ответила сразу.

– Да?

– Как примерка? – спросил он.

И вот от одного его голоса меня вдруг так качнуло нежностью, что я едва удержалась на месте.

– Красиво, – сказала я. – Но, кажется, я сейчас умру.

– Что случилось?

Тут же.

Сразу.

Без промедления.

Мой мужчина.

– Ничего, – соврала я.

– Варя.

Пауза.

Две секунды.

И вся моя храбрость, как назло, решила в этот момент пойти покурить.

– Я куплю тест, – выдохнула я. – После примерки. И тогда пойму, это я просто нервная невеста или уже что-то посерьёзнее.

На том конце стало очень тихо.

Настолько, что я даже на секунду испугалась.

– Демид?

– Я приеду, – сказал он хрипло.

Господи.

Ну всё.

Кажется, сегодняшний день снова решил быть лёгким. Как бетонная плита на душу.

–

Глава 78. Демид

Глава 78. Демид

Глава 78. Демид

Есть фразы, после которых мужчина уже не может сидеть в офисе и делать вид, что мир состоит из отчётов, переговоров и здравого смысла.

“Я куплю тест.”

Всё.

После этого любые графики, любые цифры, любой важнейший контракт могли идти к чёрту строем.

Я сидел у себя в кабинете, держал телефон у уха и чувствовал, как внутри меня одновременно поднимаются три вещи:

страх,

надежда,

и какая-то почти животная потребность немедленно быть рядом с ней.

Не чтобы давить.

Не чтобы решать вместо неё.

А чтобы просто быть.

Потому что если женщина, которую ты любишь, стоит где-то в свадебном салоне, в платье, вероятно, уже похожая на самое красивое, что ты в жизни увидишь, и боится того, что, возможно, у вас уже получилось создать новую жизнь, – ты не имеешь права оставаться в кресле и изображать занятость.

– Где ты? – спросил я.

– В салоне ещё.

– Жди меня.

– Демид, не надо, у тебя...

– Варя.

Она замолчала.

Потом очень тихо сказала:

– Хорошо.

Я уже вставал, когда в кабинет заглянул Лев Борисович.

– Совещание через...

Он увидел моё лицо и остановился.

– Что случилось?

Иногда полезно иметь рядом умного человека. Не потому что он всё решит. А потому что не задаёт десять лишних вопросов, если видит, что вопрос уже не рабочий.

– Варя может быть беременна, – сказал я.

Лев моргнул.

Потом неожиданно усмехнулся.

– По тебе видно, что ты сейчас или счастлив до безумия, или напуган так же.

– И то и другое.

– Тогда иди. Здесь я разберусь.

Я кивнул.

И уже через минуту ехал к ней.

Дорога показалась длиннее, чем все переговоры моей жизни. На каждом светофоре хотелось выйти и передвинуть город руками. В голове крутились картинки, от которых становилось одновременно тепло и страшно:

Варя с животом.

Её руки на нём.

Мои дети.

Наши дети.

Двойня.

Тройня, чёрт побери, если судьба решит пошутить по-крупному.

Я поймал себя на том, что улыбаюсь как идиот.

Потом на следующей секунде – что у меня холодеют ладони.

Потому что если вдруг “да”, то это счастье. Огромное. Но и ответственность, перемены, страхи Вари, свадьба, её состояние – всё сразу.

А если “нет”?

То, чёрт возьми, я, похоже, расстроюсь сильнее, чем это принято считать логичным в нашей ситуации.

Эта мысль впечатлила меня даже больше остального.

Когда я вошёл в салон, меня сразу заметила Жанна.

Её лицо было бесценно:

восторг,

тревога,

любопытство,

желание немедленно вручить мне ситуацию как горячую картошку.

– Она там, – шепнула она, показывая в сторону коридора.

Я уже шёл туда, но на секунду остановился.

– Как она?

Жанна вздохнула.

– Держится. Но ей страшно. И, если честно, не только от возможной беременности. А от того, как сильно она тебя любит. Всё остальное у неё уже просто на этом фоне.

Я посмотрел на неё и кивнул.

Хорошая подруга. Настоящая.

У туалета я остановился и постучал.

– Варя, это я.

Тишина.

Потом щелчок замка.

Она открыла дверь.

Без платья уже, в джинсах и свитере, но глаза...

Господи.

В этих глазах сейчас было всё, что мне хотелось у неё забрать себе пополам.

– Ты приехал, – сказала она тихо.

– Конечно.

И в следующую секунду она просто шагнула ко мне.

Прижалась всем телом.

Без слов.

Я обнял её сразу.

Крепко.

– Я не знаю, чего хочу больше – чтобы было “да” или чтобы не было, – призналась она мне в шею.

Вот.

Самая честная фраза на свете.

Я провёл ладонью по её спине.

– Тогда не решай это сейчас. Просто давай узнаем.

Она кивнула.

И я понял: что бы ни показал этот чёртов тест, дальше уже всё равно начинается новая жизнь.

Потому что прежними мы точно не выйдем из этого дня.

–

Глава 79. Варя

Глава 79. Варя

Глава 79. Варя

Есть моменты, когда женщине не нужен совет.

Не нужно “успокойся”.

Не нужно “всё будет хорошо”.

Не нужно “ну что ты накручиваешь”.

Ей нужен мужчина, который просто приедет.

Демид приехал.

И как только я увидела его в дверях, весь тот хрупкий внутренний каркас, на котором я держалась с утра, моментально дал трещину. Не в смысле “я развалилась”. А в смысле “наконец-то можно не тащить всё в себе одной”.

Я прижалась к нему и впервые за весь день позволила себе честно сказать:

– Я боюсь.

Он даже не спросил “чего именно”.

Потому что, наверное, уже и так понимал:

всего.

Да – боюсь.

Нет – тоже боюсь.

Боюсь быть слишком счастливой.

Боюсь, что рано.

Боюсь, что если не сейчас, то вдруг потом не получится.

Боюсь, что если сейчас, то выдержу ли.

Боюсь, что свадьба и так уже превращает меня в эмоциональную гирлянду.

В общем, богатый набор.

– Пойдём, – сказал он тихо.

Мы вышли из салона вместе. Жанна, как добрая и очень любопытная фея трагедии, проводила нас взглядом, полным поддержки и желания потом узнать всё в подробностях до температуры воздуха в аптеке.

Аптека, разумеется, была почти рядом.

Идти туда с мужчиной, с которым вы уже выбираете между “мы просто любим друг друга” и “мы, возможно, родители”, – это удивительное ощущение.

Стыдное.

Трогательное.

Невероятно взрослое.

Я стояла у полки с тестами и чувствовала себя человеком, которого внезапно поставили в центр собственной судьбы и спросили:

“Ну что, выбирай комплектацию”.

– Любой, – выдохнула я.

– Давай два, – спокойно сказал Демид.

Я повернулась к нему.

– Зачем?

– Чтобы ты не сомневалась.

Господи.

Ну за что он такой правильный именно в самые критичные моменты?

У кассы мне хотелось провалиться сквозь пол. Не потому что беременность – стыдно. А потому что кассирша смотрела на нас так, будто уже мысленно подписала открытку “с пополнением”. Или, что хуже, “свадьба по залёту”.

Фу.

Я сжала пакет с тестами так, будто хотела задушить сразу все чужие интерпретации.

Демид это заметил.

Конечно.

– Не смотри на неё, – сказал он тихо, выводя меня на улицу.

– Я не смотрю.

– Врёшь.

– Меня бесит, что люди сразу всё додумают.

Он остановился.

Развернул меня к себе.

– Варя.

– Что?

– Даже если бы это было так, мне было бы всё равно. Потому что ребёнок от тебя не может быть для меня поводом для стыда. Только для счастья.

Всё.

После этой фразы я, кажется, вообще перестала понимать, как у меня до сих пор сердце выдерживает этого мужчину.

Мы поехали домой молча.

Нет, не тяжело.

Слишком глубоко.

Дома я долго не могла заставить себя пойти в ванную.

Села на край кровати. Пакет с тестами у меня в руках, как будто там не пластиковые штуки, а уже готовый ответ судьбы.

Демид сел рядом.

Ничего не говорил.

Просто был.

И в этом “был” было столько поддержки, что меня снова накрыло нежностью.

– А если там две полоски? – спросила я, глядя перед собой.

– Тогда я, наверное, сойду с ума от счастья, – честно ответил он.

Я повернула голову.

Он не шутил.

Ни капли.

– А если одна?

– Тогда мы просто будем жить дальше. Любить друг друга. Жениться. И однажды всё равно дойдём до этого, когда будем готовы. Но, если совсем честно... – он усмехнулся почти виновато. – Я уже подозреваю, что слегка расстроюсь.

У меня перехватило дыхание.

Вот же.

Вот же мужчина.

Так и хочется то плакать, то смеяться, то срочно родить ему сразу троих просто за одну честность.

– Ты ненормальный, – прошептала я.

– Есть такое.

Я глубоко вдохнула.

Поднялась.

– Ладно. Пойду.

Он встал тоже.

– Я здесь.

– Я знаю.

И вот почему-то именно это “я знаю” оказалось сейчас важнее любой храбрости.

Потому что впервые в жизни я шла делать такой тест не одна.

–

Глава 80. Демид

Глава 80. Демид

Глава 80. Демид

Я никогда не думал, что могу так нервничать из-за двух полосок, которых, возможно, ещё нет.

Смешно.

Взрослый мужчина.

Бизнес.

Сделки.

Люди.

Ответственность.

Риски.

И вот я хожу по спальне туда-сюда, пока любимая женщина в ванной делает тест, и чувствую себя так, будто сейчас решается вообще всё.

Хотя умом понимаю:

не всё.

Любовь есть.

Свадьба будет.

Дом у нас уже общий.

Даже если сегодня будет одна полоска, это ничего не разрушит.

Но сердце, как выяснилось, на логику в такие моменты плевать хотело.

Оно уже где-то давно побежало вперёд.

К детям.

К утрам.

К Варе с животом.

К нашей жизни, которая и без того уже стала настоящей, но с этой новостью могла стать ещё глубже.

Из ванной не было ни звука.

Это нервировало сильнее всего.

Я остановился у двери, но не постучал. Не потому что не хотел ворваться и быть рядом. Хотел. Очень.

Но это было её пространство, её момент, её секунда наедине с собой.

Я должен был выдержать.

Через минуту дверь открылась.

Варя вышла.

Лицо непроницаемое.

Слишком непроницаемое.

Я сразу напрягся.

– Ну? – спросил тихо.

Она подошла ко мне.

Встала близко.

Очень близко.

И вдруг уткнулась лбом мне в грудь.

– Одна, – сказала глухо.

Я закрыл глаза.

Вот оно.

Странное двойное чувство.

Первое – облегчение. Потому что она не будет сейчас проходить через всё это в вихре предсвадебной суеты и стресса.

Второе – тихое, почти глупое сожаление. Потому что какая-то часть меня уже успела захотеть это счастье немедленно.

Я обнял её.

Прижал к себе крепко.

– Эй.

Она шмыгнула носом.

– Я знаю, что так даже лучше, – пробормотала. – Но у меня всё равно какое-то странное ощущение.

– Какое?

– Как будто я уже успела на секунду представить тебя отцом.

Господи.

Ну за что мне эта женщина с её честностью и этой способностью говорить ровно туда, где мужчину уже ничего не спасает?

Я провёл ладонью по её затылку.

– Я тоже успел, – сказал тихо.

Она подняла голову.

И в глазах её было такое количество любви, нежности и растерянного счастья, что меня опять накрыло.

– Правда?

– Да.

– И тебе тоже... не всё равно?

Я даже не нашёлся, что ответить в первую секунду.

– Варя, – сказал наконец. – Если однажды ты скажешь мне, что носишь моего ребёнка, это будет один из самых счастливых дней моей жизни.

У неё задрожали губы.

Ну всё.

Ещё чуть-чуть – и мы оба здесь расплачемся как два ненормальных человека над одной полоской.

– Но не сейчас, – добавил я мягче. – Сейчас я счастлив, что ты не испугана. Что мы можем спокойно пожениться. Что у нас есть время хотеть этого правильно.

Она кивнула.

Выдохнула.

И вдруг тихо рассмеялась сквозь остаточную дрожь:

– А я уже придумала, что если будет двойня, ты поседеешь.

Я не удержался и тоже усмехнулся.

– Если будет двойня, я куплю дом больше.

– А если тройня?

– Тогда, видимо, ещё и микроавтобус.

Она рассмеялась уже по-настоящему. Слабо, но живо.

И именно этого я сейчас и хотел больше всего – вернуть ей воздух, лёгкость, ощущение, что это не провал и не разочарование, а просто ещё не сейчас.

– Иди сюда, – сказал я, поднимая её лицо за подбородок.

– Я и так...

– Нет. Совсем.

Поцеловал её.

Медленно.

Тихо.

Не как женщину, с которой мы только что не дождались новости.

А как ту, с которой я всё равно дойду до любой новости в своей жизни.

Когда мы оторвались друг от друга, Варя смотрела мягче.

Спокойнее.

– Значит, свадьба без токсикоза? – спросила она.

– И без риска, что ты убьёшь кого-нибудь букетом на фоне гормонов.

– Самоуверенный.

– Практичный.

Она вздохнула и снова прижалась ко мне.

И я понял:

нет, сегодня мы не стали родителями.

Но стали ещё ближе.

Потому что теперь уже оба знали – тема наших детей не где-то в фантазиях.

Она уже живая между нами.

Просто ждёт своего часа.

Глава 81. Варя

Глава 81. Варя

Глава 81. Варя

После истории с тестом я почему-то стала спокойнее.

Не в смысле, что у меня резко прорезалась духовная зрелость и дзен.

Нет.

Я всё ещё нервничала из-за свадьбы, путалась в списках, периодически хотела убить организатора, а ещё сильнее – тех, кто придумал фразу “давайте сделаем референс по сервировке”.

Но где-то внутри стало тише.

Как будто мы с Демидом перешли через ещё один невидимый мостик.

Не к ребёнку – пока нет.

К другому.

К тому уровню близости, где уже не страшно вслух говорить:

да, я представляла тебя отцом.

да, мне от этой мысли не больно, а тепло.

да, это однажды будет нашим счастьем, а не поводом для паники.

И, наверное, именно поэтому, когда утром я стояла в кухне и размешивала тесто на сырники, мне было не грустно из-за одной полоски.

Мне было... спокойно.

Почти радостно от мысли, что у нас есть время.

Время быть женихом и невестой.

Время пожить вместе.

Время побыть только вдвоём, прежде чем нас разнесёт в стороны общий детский хаос, о котором мы оба уже, кажется, слишком подробно фантазируем.

Демид вошёл на кухню в тот самый момент, когда я на полном серьёзе нюхала творог.

– Я боюсь спрашивать, – сказал он.

Я обернулась.

– Почему?

– Потому что у тебя лицо женщины, которая сейчас либо готовит завтрак, либо собирается судиться с молочкой за нарушение состава.

Я закатила глаза.

– Он странно пахнет.

– А почему ты его нюхаешь так сосредоточенно?

– Потому что я ответственная будущая жена и не хочу отравить будущего мужа.

Он подошёл ближе.

Обнял сзади.

Поцеловал в шею.

И всё. Всё. Все мои попытки быть просто хозяйственной женщиной моментально полетели к чёрту.

– Ты уже и так опасна для моего сердечно-сосудистого, – пробормотал он.

– Не отвлекай. Я в процессе великой кулинарной оценки.

– И как вердикт?

– Живём.

Он тихо рассмеялся мне в волосы, а я поймала себя на том, что вот такие обычные, глупые, тёплые утра люблю едва ли не сильнее всех наших больших красивых моментов.

Потому что в них нет спектакля.

Нет “люблю” перед коллективом.

Нет кольца под светом витрин.

Нет слитых фото, бывших и скачущих нервов.

Есть только мы.

Кухня.

Сырники.

Его руки на моей талии.

И ощущение, что жизнь наконец стала на вкус такой, как я всегда хотела.

Разумеется, долго идиллия не продержалась.

Потому что в дверь позвонили.

Я вздрогнула.

Демид, напротив, даже бровью не повёл. Вот что значит мужчина, который дома не ждёт плохого по умолчанию.

– Ты кого-то ждёшь? – спросила я.

– Нет.

Я отложила ложку.

Он пошёл открывать.

И по тому, как через несколько секунд в прихожей стало слишком тихо, я сразу поняла:

ничего хорошего за дверью нас не ждало.

Вышла из кухни.

И застыла.

На пороге стоял отец Демида.

Высокий, сухой, идеально одетый мужчина с лицом человека, который всю жизнь привык оценивать других на предмет “подходит / не подходит”.

Я видела его только на фото в новостях и один раз мельком на каком-то корпоративном мероприятии.

Там он мне не понравился.

Сейчас – ещё сильнее.

– Я не вовремя? – спросил он, хотя по интонации было понятно: мнение на этот счёт у него своё, и ответ не особенно интересует.

Демид стоял прямо.

Собранно.

Очень спокойно.

Слишком спокойно.

– Смотря зачем ты пришёл, – ответил он.

О, ну прекрасно.

Значит, это не просто “здравствуйте, папа”. Это то самое. Семейное. С подводными минами.

Отец перевёл взгляд на меня.

Окинул с ног до головы.

И вот в этом коротком взгляде было ровно то, за что я терпеть не могла определённый тип богатых мужчин:

они иногда думают, что людей можно оценить за полсекунды, как мебель для гостиной.

– А это, полагаю, та самая Варвара, – сказал он.

Не “здравствуйте”.

Не “приятно познакомиться”.

Просто “та самая”.

У меня внутри что-то холодно щёлкнуло.

Но прежде чем я успела открыть рот, Демид сделал полшага вперёд.

Незаметно для постороннего.

Очень заметно для меня.

И заслонил меня собой ровно настолько, чтобы отец понял: тут не рынок, и товар вы не оцениваете.

– Это моя невеста, – сказал Демид. – И если ты пришёл разговаривать в подобном тоне, можешь сразу уходить.

Ну вот.

Доброе утро.

Сырники, видимо, подождут.

–