Текст книги "Вся жизнь — игра"
Автор книги: Елена Ласкарева
Соавторы: Татьяна Дубровина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)
Глава 4
ДИКОЕ МЕСТО
Солнце раскалило полотнище палатки. И Рита раскинулась в душном брезентовом полумраке.
Опять снилась пустыня… Раскаленный песок, забивший легкие… Песок до самого горизонта…
Невесть откуда взявшаяся муха с громким противным жужжанием носилась в тесноте палатки, натыкаясь на стены, и никак не могла найти выход.
Она уселась передохнуть на торчащий из спальника нос, переступила лапками, расправляя уставшие крылья, проползла по губам, потом по щеке…
– Кыш! Черт!
Рита махнула рукой и села, непонимающе глядя перед собой.
Шелковая золотистая ткань намокла от пота и прилипла к телу. Бока ныли от неудобных выступов под днищем палатки.
Она провела ладонями по лицу, тряхнула головой, пытаясь прийти в себя.
Кожа в каких-то складках, липкая и измятая… Хорошенький же у нее сейчас видочек!
Хорошо, что Георгия нет рядом. Не видит ее, потерявшей весь лоск… А кстати, где же он?
Не успела! Проспала! Уже полдень, наверное… вон как печет!
Муха с новой энергией заметалась вокруг Риты, и она распахнула палатку и принялась размахивать лежавшим в изголовье свитером.
– Пошла вон! Кыш!
А заодно и выглянула настороженно, не видно ли его поблизости?
Нет, поляна пуста.
Рита выбралась из палатки и перво-наперво подбежала к джипу.
Все двери заперты. Конечно же, он уже успел вынуть ключи, которые она ночью оставила в замке зажигания…
Очаг погашен, но еще теплый. Стоит на камне немытая посуда с засохшими остатками еды, а на решетке – закопченный чайник.
Рита подняла его, тряхнула… что-то есть… Глотнула прямо из носика. Тепловатая кипяченая вода. И только-то…
Она вернулась к палатке и сняла платье. Слишком жарко, противный потный шелк стягивает тело.
На ней остались только крошечные кружевные трусики да еще бриллиантовое колье на шее и перстни на пальцах. Куда девать драгоценности, она не придумала, решила пока походить так.
Пусть спадет эта жара, пусть найдется Георгий… а тогда можно будет решить, что делать дальше.
Она спустилась к ручью, умылась и несколько раз обошла поляну.
Пожалуй, здесь не так уж плохо… В полуголом виде и босиком она чувствовала себя амазонкой.
Можно представить себе, что эти горы, сосны, длинное глухое ущелье – ее владения. И нет здесь ни одной живой души, кроме нее.
Ну не брать же в расчет опять неизвестно куда исчезнувшую вторую «живую душу»…
Рита всерьез засомневалась, есть ли вообще у Георгия эта самая «душа»…
За неимением зеркальца она посмотрелась в тонированное стекло джипа. В темном зеркальном отражении плохо видно, нет ли под глазами кругов, не слишком ли бледна кожа на щеках…
Рита пригладила волосы руками и постаралась расчесать пятерней спутанную гриву. Бесполезно.
Без любимой «косметички», которая на все случаи жизни была под рукой, Рита чувствовала себя совершенно выбитой из колеи.
В маленькой пузатой коробочке из мягкой кожи умещалось немыслимое множество жизненно необходимых для любой леди вещей.
И упругая складная щетка для волос, и набор теней всевозможных цветов, и прозрачный пузырек с жидкими румянами нежного, естественного оттенка. А за специальной перегородкой плотно удерживались тюбики с кремами – для рук, для губ, для ресниц, на нижние веки от усталости и на верхние, увлажняющий с липосомами и питательный для шеи… Но главное, там был великолепный маникюрный набор с миниатюрными ручками из слоновой кости: щипчики, ножницы, пластинки для кожи на ногтях, разнообразные пилочки… С их помощью Рита всегда молниеносно поправляла свой маникюр… Ведь настоящую леди легче всего определить именно по рукам…
А сейчас на пальце саднит ободранная заусеница… и ноготь обломился, когда она ночью впопыхах запиралась в джипе…
Без всего этого она чувствовала себя еще более голой, нежели без платья…
Ну что, искупаться? Что еще остается в такое пекло?
Она вышла на берег моря.
Ой! Раскаленные булыжники сразу же припекли ноги. Как по горячей сковородке ступаешь…
Нелепо подпрыгивая, Рита поскорее добежала до воды, поскользнулась и плюхнулась на мелководье, взметнув фонтан искрящихся на солнце брызг.
Ах, хорошо!
Не думая больше ни о чем, она перевернулась на спину и поплыла, только слегка шевеля ногами, плотно прижав к туловищу руки. Плотная соленая вода уверенно держала ее тело, даже будто выталкивала снизу.
Отплыв подальше, Рита раскинула руки в стороны и застыла, покачиваясь на волнах и глядя в бездонное, совершенно белесое небо.
И вдруг что-то пружинисто пихнуло ее снизу. Такое огромное, скользкое, дикое…
Рита завизжала, потеряла баланс и с головой ушла под воду, отбиваясь от морского дьявола всеми четырьмя конечностями.
Горько-соленая вода наполнила рот…
А когда Рита вынырнула, отплевываясь, увидела рядом с собой чью-то голову в маске, с торчавшей изо рта трубкой.
– Эй, русалка! – фыркнул Георгий и стянул маску. – Поплыли со мной в подводное царство.
– Дурак! – как девчонка, пискнула Рита. – И шутки у тебя дурацкие! Ты меня чуть не утопил!
– Ну, я сперва понаблюдал, как ты плаваешь… И убедился, что не утонешь…
Даже сейчас он уверен в своей правоте!
– Никуда я с тобой не поплыву! Оставь меня в покое! Дай отдохнуть от тебя хоть минутку!
– Ты так устала от общения со мной? – Он кружил по воде вокруг Риты. – Скажи, а что, так модно: купаться в море в бриллиантах? Или ты вообразила себя царицею морскою? Помнишь, чем кончилась сказка о рыбаке и рыбке?
– Отстань!
Рита изо всех сил поплыла в сторону, резко взмахивая руками.
– Как угодно… Здесь есть много чего гораздо более интересного…
Георгий напялил маску и опять нырнул.
Вдоволь наплававшись, так, что даже в ушах зашумело, Рита выбралась на берег, на пологую скалу, выступающую из-под воды за мысом их небольшой бухточки.
Наученная горьким опытом, она сперва принялась плескать на раскаленную скалу воду пригоршнями и только потом, когда горячий камень перестал шипеть, как утюг, осторожно улеглась на него.
Как глупо, что она полезла купаться в трусиках… Все равно ведь никого нет… Надо просушить, иначе в чем ходить остаток дня?
Рита стянула трусики и разложила рядом с собой на скале.
С наслаждением подставила солнцу спину… Вот только шершавая поверхность царапает нежную кожу на груди.
И зачем только она рванула за Георгием в Сочи? Лежала бы сейчас на Канарах, в уютном шезлонге… Крем от загара, крем для загара, темные очки прикрывают от солнца нежные веки…
Официанты разносят по пляжу ледяной джин-тоник в запотевших стаканах… а на тонкой соломинке нанизана долька лимона…
– Что вам еще угодно, мадам? Немного подвинуть зонтик, чтобы не обгорело ваше прелестное личико?
И ноги в мягких сандалиях ступают по ровному золотистому песку, как по ковру…
Это вам не скакать козой по острым камням!
А после моря непременный пресный душ, и ласковое махровое полотенце само льнет к коже… А потом номер с кондиционером, широкая кровать с накрахмаленным бельем…
И вечерние прогулки по барам… Музыка, сияние огней, нескончаемое веселье, вечный праздник…
– Позвольте вас пригласить… Вы обворожительно танцуете…
Новый элегантный красавец кавалер каждый вечер и… легкие, ничего не обещающие поцелуи под ночной шепот волн…
Это так романтично… так заманчиво…
Рита вздохнула и перевернулась. Спину изрядно напекло. Она опрометчиво решила, что уже достаточно загорела на Сочинском пляже, но тут солнце светило совсем иначе: в полную, разнузданную мощь, просто палило, а не ласкало.
Кожа будто ссохлась, натянулась на лице и плечах от соли и невыносимого пекла. Так, чего доброго, еще нос обгорит…
Рита потянулась, на ощупь нашла рядом свои трусики и прикрыла ими шею, а на лицо перекинула копну тяжелых мокрых волос.
– Непостижимо! – совсем рядом сказал Георгий. – Ты прикрываешь совсем не то, что следовало бы…
Рита приподнялась и посмотрела на него сквозь спутанную гриву.
– Который час?
– Это все, что тебя интересует?
Он стоял перед ней против солнца, как Посейдон, с металлическим трезубцем в одной руке и сеткой, наполненной рыбой, в другой.
– Ты что, поймал рыбу?
– Наконец-то заметила.
– Как?
– Элементарно, – серьезно объяснил Георгий. – Подплываешь и накалываешь вот на эту вилку. Проще, чем грибы собирать.
– А как она называется?
Рита потянулась к сетке.
– Осторожнее, – он предусмотрительно отодвинул сеть. – Уколешься. Это морские ерши. У них в плавниках яд…
– А… Так их нельзя есть… – Рита была заметно разочарована.
– Можно, – заверил Георгий. – И даже очень вкусно.
Между прочим, давно пора было поесть… За весь вчерашний день миска пригоревшей каши, а за сегодняшний вообще глоток воды. Он ее голодом решил уморить?
– Только вот беда, – притворно вздохнул Георгий. – Почистить-то ее некому?
– Как это некому? А ты?!
– Я ловил.
Рита со злостью запустила в него первым, что попалось под руку, – трусиками.
Он с хохотом увернулся, и ажурное французское чудо булькнулось в воду.
– Достань!
– Зачем? Они действительно совершенно не нужны…
Рита вдруг смутилась от его взгляда. Была бы она сейчас причесана, подкрашена, да после душистой ванны… А то… дикарка чумазая…
Она обхватила руками колени и накрылась распущенными волосами.
– Достань! Я же не могу вернуться в город голая!
– А кто тебе позволит? – поддразнил он, однако извлек из моря ее единственную деталь туалета и протянул с издевательским поклоном. – Как ты можешь считать себя голой, когда на тебе столько драгоценностей? Они защищают лучше, чем броня…
Нет, он просто невыносим!
– Ты притащил меня сюда обманом… и бросил! – всхлипнула Рита.
– Наоборот, это ты собиралась меня бросить…
– Когда?
– Ночью, Разве забыла? Ты же хотела укатить на джипе, чтобы я на себе тащил всю обратную дорогу палатку и вещи.
– А ты… ты даже не защитил меня!
– От кого?
– Не ври! Ты прекрасно слышал! Здесь все сотрясалось от воя… – Рита зябко передернула плечами.
– Подумаешь, шакал скулил… Они никогда не подходят близко к человеку.
– Шакал? Да здесь полночи бродил снежный человек! Хоть бы нос высунул из палатки! Такой лохматый, страшный… бр-р…
Георгий расхохотался.
– То-то я утром смотрю, котелок перевернут… Думал, это ты хотела подкрепиться…
– Я не шучу!
– Да видел я его… Тоже мне, чудовище! Гориленок заблудился…
– Не морочь мне голову, – предупредила Рита. – Мы не в Африке. И не в Бразилии, «где так много диких обезьян»…
– Газеты читать надо, – усмехнулся Георгий. – Ты знаешь, что в Сухуми был обезьянник?
– Д-да…
– И знаешь, что происходило в Абхазии?
– Ну?
– Ну и звери разбежались.
Рита с недоверием посмотрела на него:
– Так ведь где Сухуми, и где мы…
– В зоологии ты не сильна, – констатировал Георгий. – В географии тоже… А еще возражаешь против роли кухонной рабочей.
– Ах ты!..
– Осторожнее. Я больше не буду вылавливать твое белье.
Глава 5
ПЕРСТЕНЬ С САПФИРОМ
Они после долгих препирательств сговорились на том, что ершей чистит Георгий, а посуду все-таки моет Рита.
Она решила уступить, уж очень хотелось есть… Ведь не хлебать же из грязной миски.
К тому же ерши все еще трепыхались, грозно раздували колючие плавники – не подступишься.
Георгий расположился неподалеку на плоском камне. Для разделки этих коварных рыбешек нож не годился, приходилось орудовать походным топориком.
– Тюк… Плямк… – глухо шлепали ритмичные удары, отсекая колючки.
Рита брезгливо вертела в руках черный от сажи котелок и слушала «предобеденную проповедь» Георгия.
– За этими шипами прячется нежнейшее мясо, – изводил он ее. – По вкусу очень напоминает крабов… А аромат!.. Особенно если добавить в уху душистого перчика да лаврушечки… Перловочки всыпать…
– Терпеть не могу перловку!
– Глупая. Она самый смак придает… Ершаков разварить как следует, прямо целиком… Сперва следует выпить бульончик… А потом берешь из тарелки рыбку двумя руками, за хвост и голову, и объедаешь с боков… Само во рту тает… даже глотать не надо…
– Ну-у… – простонала Рита. – Прекрати.
– Вкусно?
– Соловья баснями не кормят.
Он подошел сзади, посмотрел, как она бултыхает в воде котел, не зная, с какого бока подступиться, и посоветовал:
– Наскреби между камней песочек и мелкую гальку. Лучше посудомоечной машины.
– Сам бы и наскреб, советчик! – огрызнулась Рита.
– А я свою долю уже сделал, – сообщил он. – Имею право освежиться. – Он уселся на камень и принялся натягивать ласты. – Ты, когда помоешь, сложи рыбу в котелок и принеси. А я так и быть разведу костер.
– А… долго будет вариться?
– Оглянуться не успеешь, – заверил он и нырнул.
Рита вздохнула, посмотрела с жалостью на свои холеные ручки… и зачерпнула ногтями со дна песок с камнями.
Это шикарно сказано: песок. До него еще надо было добраться сквозь плотный слой скользкой гальки.
Как Золушка… Драит жидкой грязью жирный котел… Уже все руки в саже, и даже коленки…
– Вжик-вжик… – с остервенением, но споро.
Быстрее почистит – быстрее поест…
Вот уж режимчик, почище, чем в колонии Макаренко…
Щелк… Ноготь сломался.
Хруп… Второй…
Теперь все подстригать придется… А она так привыкла к изящному маникюру…
Еще горсть морской грязи…
Рита вынула руку и почувствовала, что чего-то не хватает.
Так и есть! Кольцо с сапфиром, подаренное Лучано, соскользнуло с пальца. Оно было немного великовато…
Рита быстро зашарила по дну руками. Оно где-то здесь! Никуда не могло деться. Она же только что погрузила пальцы в эту ямку… Сейчас нет прибоя – море, как гладкое зеркало… Может, под камень закатилось?
Рита с натугой вывернула скользкий, поросший водорослями камень. Нет… пусто.
Она подождала, пока успокоится взбаламученная вода, и низко нагнулась, всматриваясь в неровное дно.
Главное, что глубина здесь по щиколотку, отчетливо видны все камушки… Стоп… что-то синеет. Сапфир!
Она выхватила его из воды и разочарованно скривилась.
В руках тускло блестел гладко обкатанный волнами осколок синего бутылочного стекла.
Вот идиотка! Непростительная дура! Зачем она таскала его с собой? Зачем вообще приняла от Лучано фамильный перстень?
Выпендривалась… Все равно он ей впрок не пошел – утопила.
Или перстень сам ускользнул от нее?
Не имела она права его носить. Положено дарить невесте, так нечего было брать, раз не могла обнадежить влюбленного итальянца.
Слава Богу, Лучано уже не узнает, какая судьба постигла его подарок…
Рите показалось, что с утерей перстня она утратила нечто большее – талисман… оберег… Этот сапфир, видимо, излучал какую-то магическую энергию любви. Недаром его преподносили только возлюбленным.
Она опять взбаламутила морское мелководье, тщательно просеивая между пальцами камушки, ракушки, мелкие коричневые водоросли…
Даже позвала, словно кольцо могло услышать ее:
– Сапфи-ир… Ну, где ты? Куда спрятался? Сапфир! Я тебя буду беречь… Я тебя буду любить… Колечко-колечко, выйди на крылечко…
Но перстень не желал вновь попадаться к ней в руки…
От этого бесполезного занятия Риту оторвал шумный всплеск совсем рядом с берегом.
Георгий?
Она быстро выпрямилась, не желая, чтобы он застал ее за поисками перстня. Опять начнутся ненужные расспросы и подкопы. Еще и позлорадствует…
Да, он определенно будет рад, что исчезло напоминание о «сопернике»… Ему плевать, что Лучано делал свой подарок от чистого сердца… Да и вообще, сцепился с итальянцем, как обычная дворовая шпана… Сила – лучшее доказательство правоты…
Блестящая черная спина блеснула на солнце, на миг показавшись из воды, и опять с шумом скрылась в глубине.
Чуть поодаль взвилась вверх вторая спина… Острый, загнутый назад плавник, как у акулы…
И тут же длинноносая круглая морда высунулась на поверхность и маленькие блестящие глазки уставились на Рту…
Дельфин! Два дельфина!
Они поочередно взвивались свечами вверх, словно приглашали поиграть с ними. И Рита могла бы поклясться, что при этом дельфины улыбались.
Как зачарованная, она с восторгом наблюдала за их игрой.
Какая прелесть? И главное, так близко!
Может, они уловили, услышали неведомым чутьем ее отчаяние и приплыли помочь найти колечко?
Говорят, что именно так дельфины спасают утопающих. Сквозь толщу воды воспринимают ультразвуковые волны страха, паники и тут же направляются туда, откуда получен сигнал.
Милые мои, хорошие, это бесполезно. Вы не сумеете подплыть на мелководье, распорете брюшки об острые камни…
Но все равно спасибо.
Она улыбнулась, и дельфины заплескались еще энергичнее.
Оба выскочили из воды одновременно, вытянули лоснящиеся сигары черных тел, как две торпеды, замерли, повисли в воздухе на секунду… и так же синхронно ушли ко дну.
Вот они снова взвились. Теперь один пониже, а другой – высоко-высоко… Он перелетел, будто играя в чехарду, через спину приятеля…
И опять кульбит… Дельфины перекрутились в воздухе, сверкнув светлыми брюшками… Настоящее сальто…
Может, они дрессированные?
Рита захлопала в ладоши.
Две морды с умными глазками высунулись из воды и замерли, словно требуя более существенной награды за выступление…
Так у нее же есть рыба! Целая дюжина очищенных и выпотрошенных ершей!
Рита схватила рыбку и, сильно размахнувшись, швырнула в воду.
Ап! Один подлетел вверх, поймал угощение на лету.
Теперь второму.
Оп! И опять первому!
Надо же, эти звери весят, наверное, целую тонну, а какая грация!
И на мордах отчетливо читается благодарность…
Рита подбрасывала им рыбку за рыбкой, пока… не обнаружила, что запас иссяк.
– Все, – она виновато показала им пустые руки.
Дельфины кувыркнулись еще раз и повернули в открытое море. Только два плавника стремительно бороздили водную гладь, удаляясь, пока не превратились в две едва различимые черные точки.
А потом и они исчезли.
Рита помахала им на прощание и принялась складывать посуду в котел.
Что-то Георгий велел захватить с собой… Ах, черт! Рыбу!
А ее нет… Дельфинчики неплохо подкрепились.
Ну и ладно! За такое выступление не жалко. В конце концов, может еще наловить. Это же так просто – натыкай себе на гарпун, и все.
– Ты чистила дымоход? – заявил он, едва увидев Риту.
– А… что? Я грязная?
Она машинально поправила волосы, и он тут же закатился обидным смехом.
– Заставь дурака Богу молиться, он и лоб себе пробьет.
Рита бросила котел и подбежала к джипу. Боковое наружное зеркальце безжалостно отразило мазки сажи на щеках и лбу.
Господи, и под ногтями черные полосы. Как у шахтера…
– Дай мне мыло! – нетерпеливо потребовала Рита.
– Подумаешь! – хохотал он. – Ходи так. Кто тебя, кроме меня, видит? И потом, мыло не поможет. Здесь требуется Мойдодыр с «бешеной мочалкой».
Однако все же полез в рюкзак и бросил ей пластмассовую мыльницу.
Рита побежала к ручью отмываться.
– Эй, а где рыба?
Она только что успела намылить лицо.
– Я…
– Забыла?
– Нет… отдала…
Мыло нещадно щипало глаза.
– Кому? – изумился он.
– Дельфинам…
Рита сочла объяснение достаточным и энергично заплескалась в ручье. Кажется, все. Более-менее чисто… Теперь можно поворачиваться.
– Там были два дельфина, – невинно отозвалась она. – Ты бы видел, как они прыгали!
– Та-ак… – протянул Георгий.
Рита пожала плечами.
– Не понимаю, что такого? Ты же можешь поймать еще.
– Чем?
– Ну… твоей «вилкой».
– Вилкой в ресторане в тарелке ловят, – отрезал он. – У меня была острога.
– Какие тонкости! – фыркнула Рита. – А… почему была?
– Я ее утопил.
– Как?
– Очень просто. Нырнул, а ершак сорвался и унес ее в глубины морские…
– Ну и обойдемся без ухи, – Рита сглотнула слюнку. – Можно тушенку открыть.
– А она в магазине осталась.
– Сам виноват, а на других сваливаешь! – взорвалась Рита. – Надо было крепче держать!
– Не надо было дарить наш улов кому попало!
– Что же мы будем есть?
– А о чем ты раньше думала? Я взял только пакет перловки.
– Ты… серьезно? – уставилась на него Рита. – Ты притащил меня сюда и даже не позаботился о припасах?
– А я всегда так езжу, – невозмутимо отозвался Георгий. – Все необходимое можно раздобыть на месте.
– Да уж! Из тебя добытчик! – презрительно фыркнула Рита. – Ешь сам свою перловку. А я здесь больше ни секунды не останусь!
– И куда же ты денешься? – ухмыльнулся он. – Ключей ты больше не получишь.
– Пешком уйду!
Рита принялась натягивать платье. Нашла одну туфлю, надела, поскакала на одной ножке в поисках второй.
Георгий скептически наблюдал за ее сборами.
– Ты ничего не забыла?
– У меня больше ничего и не было!
– Трусики взяла?
– Дурак!
– На таких ходулях далеко не уйдешь.
– Не твое дело!
– Действительно, не мое… – Он пожал плечами. – Поступай, как хочешь. А я сварю себе сейчас кашки.
– Приятного аппетита! – гордо бросила Рита и нашла наконец вторую туфлю.
Георгий поставил на очаг котелок с водой и подбросил в огонь большую сухую ветку.
– Надеюсь, ты не растеряла свои драгоценности? А то предъявишь мне счет, пустишь по миру…
Неужели он заметил отсутствие сапфира?
– Нет. Не волнуйся. Я надеюсь, что вообще больше о тебе не услышу!
– Неужели путь к сердцу женщины лежит через желудок? – насмешливо пробурчал он себе под нос. – А я думал, постели достаточно…
– Ты просто скотина! – залившись краской, выпалила Рита. – Самовлюбленный хам!
– А мне казалось, что тебе понравилось… – нагло заявил он.
– Тебе показалось! – прищурилась Рита.
– Ну, раз так, тогда тебя здесь больше ничто не держит, – холодно сказал он и принялся сыпать в кипяток противную серую крупу.
