Текст книги "Третья дочь графа фон Дигби (СИ)"

Автор книги: Елена Галунец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 7

Глава 7

Знакомство с Луи меня немного напугало. Вот о чём меня предупреждал отец, говоря о том, чтобы я не лезла в политику. За ужином маранолец очень деликатно намекнул мне, что я и вправду, как говорил тот ведущий, ещё слишком молода и неопытна. Кому-то наверху пока выгодно меня пиарить, поэтому на все мои огрехи закрываются глаза и всерьёз не воспринимаются мои высказывания по внесению изменений в законодательство. И я сопоставила некоторые события с тем, как мои попытки с петицией не раз проваливались. Луи точно вёл свою игру, и я для него – лишь очередное средство для достижения его целей. Поняв это, я решила сделать всё, что он хочет, лишь бы он избавил меня от Гирсома, а затем уйду в Кемпеле и наконец-то буду собой. Я наигралась в леди по горло и жить в вечном вранье больше не могла. Мне было противно от самой себя. Луи оказался вдобавок неплохим психологом: он по полкам разложил моё деструктивное поведение и причины его появления, назвав вчерашний срыв только началом. И мне пришлось согласиться, потому что, зная о моём слабом здоровье, я начала губить его алкоголем, чем причиняла вред только самой себе. Также он чётко подметил, что с самого детства мне вкладывали в голову то, что я страшная, и Гирсом всё это только усугубил. «…Это не так, и у тебя очень красивая улыбка», – возможно, попытался он меня подбодрить, но я себя знаю с рождения, так что мне не требовалась такого вида терапия.

Вернувшись домой, Мариэлла на удивление ничего не сказала, но придирчиво оглядела, а мне было уже всё равно, что она обо мне думает. Откровенный разговор с моим «любовником» раскрыл мне глаза на многое. Теперь я осознала, как я заблуждалась во всём, что меня окружало. Я поверхностно нахваталась от отца и его компаньонов всего помаленьку и возомнила себя всезнайкой. Моя самооценка упала ещё ниже от понимания того, как действительно многие важные люди со мной снисходительно общаются. Я сама по себе никому не интересна, и меня «уважают» только за то, что я, хоть и третья, но дочь уважаемого графа и тем более невестка фельдмаршала Киртанской армии.

Весь следующий день я просидела дома. Зализывала свои душевные и физические раны. Снова мне было необходимо время на лечение последствий укола. Он блокировал мою аллергию, но запускал другие побочные эффекты. Вечером явился Гирсом, потому что я не отвечала на звонки. Тот окинул мой печальный вид своим надменным взглядом, и увиденное ему явно понравилось.

– Где ты была почти два дня? Не поверю, что у твоего любовничка. Он не стал бы тратить столько времени на такое страшилище. Скажи мне: он очень разочарован? Или он извращенец?

– Тебе какое дело? Отбить его у меня хочешь?

– Ой-ой-ой! Как остроумно! Неужели он не слился?

– У вас же с ним договор, вот и спрашивай у него.

– Обязательно спрошу. Ты зачем матери говоришь, что опять болеешь?

– Потому что она зовёт нас в гости.

– И что? Не можешь уважить её?

– Так она ждёт и тебя, но ты же всегда занят.

– Как же вы, женщины, меня достали со своими прихотями! Всем надо моё внимание…

– Мне не надо.

– А ты и не женщина. Ты – бревно с чагой вместо носа! Завтра же иди в больницу и отчитайся перед матерью!

Я кивнула и прикусила язык, чтобы не ответить оскорблением на оскорбление. В итоге мне пришлось потерпеть его ещё какое-то время, пока он не высказал мне все гадости, что накопились за эти дни.

* * *

Неделя прошла в повседневных делах и подготовке к благотворительному ужину. Луи мне звонил несколько раз и напрашивался на встречу, но я никого не хотела видеть. Мыслями я всё чаще была в Кемпеле, но перед таким важным событием я боялась туда уйти, чтобы случайно там не задержаться. Я так и не разобралась, как течёт время в том мире, так что не стала рисковать. С сестрой насчёт Ануара я не разговаривала. Мама сказала, что она счастлива, и мне не хотелось стать той, кто сломает её розовые очки. Луи обещал с этим разобраться, так что я впервые решила довериться мужчине.

Благотворительный ужин в этот раз был организован в Большом театре. Помимо традиционного аукциона и сбора средств для южного района, который пострадал от землетрясения, гостей ждал спектакль от знаменитого режиссёра Мишеля Левински. Нам с моими компаньонами пришлось даже постараться, чтобы уговорить его присутствовать лично, так как у него был запланирован тур по городам. Гирсом заехал за мной, как всегда, вовремя и не сразу заметил мой новый макияж. Я в этот раз не стала перебарщивать с тональными средствами и контурингом лица и даже не использовала клейкие полоски-корректоры, которые механически сужают крылья носа. Пора являть себя миру немного настоящей. Сделала акцент на глаза и надела серьги из нашумевшей коллекции «Картоньер». С причёской тоже не мудрила и ограничилась накладными прядями.

По прибытии в театр я сразу же надела маску леди Салисы с натянутой улыбкой, и началось великосветское притворство. Привычное приветствие, обмен любезностями и бесконечно фальшивый интерес друг к другу постепенно утих и вскоре высокое общество разошлось по всему холлу – по компаниям и по своим интересам. Ещё вчера в телефонном разговоре я предупредила Луи, чтобы он приехал на полчаса позже, чтобы ненароком своим появлением он обратил на себя внимание. И вот, когда Гирсом оставил меня в компании подруг, мы с благородными лицами принялись обмениваться сплетнями, наконец-то появился маранолец. Одет он был так, что не придраться, и в принципе не выделялся среди аристократов, поэтому я была вынуждена разыграть перед девушками настоящее представление. Точного плана не было, но была цель заставить всех думать, что мы не знакомы, потому что я не хотела, чтобы у меня о нём расспрашивали. Пришлось импровизировать, и ничего умнее в голову не пришло, как взять у мимо проходящего официанта бокал с шампанским и дождаться, когда Луи подойдет ближе. Вышло даже лучше, чем я представляла.

– Милая моя Жанель! Я искренне сочувствую тебе, – поддержала я тему разговора. – Я же видела твоего Густава и то, как он неуклюже залезал на коня! Зачем он его купил? – весело произнесла я, делая шаг назад.

Натолкнувшись на маранольца, я махнула рукой и «нечаянно» облила себя и его шампанским.

– Ох, прошу прощения! – воскликнула я, но тот, вынув платок из кармана, принялся вытирать капли, попавшие ему на пиджак.

Девушки «защебетали» вокруг меня, и подбежавший официант предложил мне влажное полотенце.

– Это не поможет, – забрал он из моих рук полотенце. – Останется пятно, поэтому лучше смочить водой. Могу помочь, – неожиданно потянул он меня в сторону уборной.

Я изобразила на лице удивление и обернулась на девушек. Те, вместе того чтобы хотя бы сделать вид, что сочувствуют моему испорченному платью и хотят помочь, наоборот замерли на месте и с особым интересом разглядывали незнакомого красивого мужчину.

Уединившись в туалете, Луи и вправду занялся моим платьем. Он сильнее намочил полотенце и принялся за пятно.

– Девушка в голубом платье – это Корнелия, дочь сенатора Споррела. Её жених – сын банкира, господина Торца. Свадьба через две недели. Тебе нужно на неё попасть. Там будут важные люди, которых сегодня здесь нет. Жанель – дочь графа Тросского. Она в бежевом платье. Её брат Густав сейчас занялся разведением лошадей. Ему нужна земля для них, так что он твой потенциальный покупатель. А Милли – дочь барона Краусе. Она не замужем и, судя по её взгляду, будет докучать тебе весь вечер, но с её семьи совершенно нечего взять.

– Ты сразу о делах, а как же сначала поговорить о нас? Я скучал, вообще-то, и хотел тебя увидеть, а ты, бессердечная, избегала меня всю неделю.

– Не смешно. Я на эти сборища, вообще-то, не развлекаться прихожу. Ты уверен, что Гирсом никому не проговорился о нас с тобой?

– Уверен. А ещё он знает, что после спектакля я заберу тебя к себе на несколько дней.

– С чего это?

– Ты моя. Забыла? – улыбнулся он и направил на мокрое пятно общественный фен.

Тёплый воздух разметал мои накладные волосы, и я, подняв взгляд на мужчину, молча посмотрела в слегка прищуренные улыбающиеся глаза.

Шутит или нет? Непонятно… Но разбираться с этим не было времени.

– Сейчас выходим и идём к моему отцу.

– С удовольствием познакомлюсь с будущим тестем, – убрал он на место фен и поправил мне волосы.

«А не слишком ли у него игривое настроение?» – подумала я и, глянув на себя в зеркало, покинула помещение.

«Подруги» с горящими глазами стояли неподалёку, и я даже представила, что они там успели нафантазировать.

– Девочки, знакомьтесь: Луинджи Суинелле. Инвестор и будущий партнёр моего отца.

– Быстро ты! – воскликнула Милли и, мило улыбаясь, тут же обратилась к Луи: – Добрый вечер, не могли бы вы уделить нам совсем чуть-чуть вашего времени, чтобы познакомиться поближе?

И это «поближе» было сказано с флиртующей интонацией. Мне стало даже стыдно за неё, потому что, похоже, только её бедный отец не знает, в скольких постелях побывала его дочь.

– Милые дамы, обязательно будет у нас на это время, но сейчас я обещал леди де Аренберг познакомиться с графом фон Дигби.

– Дела можно обсудить и в другой день, – капризно произнесла вдруг Жанель.

– В очередь, девочки, – рассмеялась я и указала направление туда, где находился отец с Гирсомом. Наши взгляды встретились, и я даже ощутила, с какой злобой он глянул на меня, а затем на Луи.

Когда мы наконец-то покинули приставучих подруг, Луи шепнул мне:

– Ты ревнивая?

– Если бы у нас с тобой и вправду были отношения, я, возможно, и подумала бы серьёзно над этим вопросом, а так… Посмотри под арку. Там стоит вдова графа Лайона. Сын только в этом году стал совершеннолетним, но, похоже, умом не вышел, и наследством мужа, как и всеми его делами – а это контроль западного района, – занимается вдовушка. Если ты за ней даже приударишь, чтобы оттяпать себе весь район, я думаю, что вряд ли буду тебя ревновать.

– У меня другие методы, но этот тоже жизнеспособный. Мне нравится, как ты мыслишь, – не скрыл он в голосе иронию.

– Папа, познакомься: Луинджи Суинелле, инвестор.

– Генри фон Дигби, очень приятно. Судя по фамилии, вы из Маранолы?

– Да, давно хотел с вами познакомиться. Вы не против обсудить кое-какие дела? – глянул он на Гирсома.

Тот каким-то чудом не скривил лицо и, протянув руку, тоже представился. Хорошо, что он уважает моего отца и ведёт себя при нём просто идеально. Несколько минут они говорили о том, что с иностранцами наша страна плохо «дружит» и сколько проектов в ближайшем будущем было бы неплохо осуществить. Глядя, как отцу понравился новый собеседник, я подхватила Гирсома под руку и решила увести его, чтобы не мешал Луи со знакомством.

– Милый, я хочу пить, – улыбаясь, проговорила я.

Отец даже не обратил на нас внимания, потому что при нём я всегда ласково общаюсь с мужем. А вот Луи успел заметить, как Гирсом схватил меня за бок в отместку за то, что я тут устроила. Ущипнул так, что, скорее всего, будет синяк.

– Как ты посмела его сюда позвать? – прошипел он мне на ухо.

– Я не звала. Кто-то другой, видимо, дал ему приглашение. Можешь спросить у Жанель или Милли, что встреча произошла случайно и я буквально наткнулась на него.

– Хватит врать. Я давал ему разрешение вечером забрать тебя из дома, а не отсюда!

– Я что, твоя личная вещь? Почему он вообще должен спрашивать у тебя разрешения?

– Заткнись и иди лучше захлебнись, – подтолкнул он меня к столику.

Пришлось действительно взять стакан с соком. Не успела я подумать о том, с кем следующим мне знакомить Луи, как ко мне подошла Жанель.

– Мне показалось, или Гирсом тебя толкнул? У вас всё в порядке? Он даже не поздоровался со мной.

– Я просто оступилась, не придумывай. А то, что неучтиво повёл себя с тобой, – да, пожалуй, он немного злится. Приревновал меня к господину Суинелле. Он видел, как мы выходили вместе из уборной.

– Это так мило. Ревнует – значит, любит. Корнелия тебе уже присылала свадебное приглашение?

– Конечно. Меня немного смущает дресс-код. Жёлтые оттенки… Серьёзно? Золотая свадьба, что ли?

– Я пыталась её отговорить. Смотри, наша Милли уже взяла в оборот господина маранольца.

– Пусть развлекается, не будем мешать.

– Ну конечно, у тебя есть любимый муж, а я? Ты заметила, что за сегодня ко мне вообще никто не подошёл? Может, моя судьба – уехать в Маранолу?

– Попроси Корнелию дать ему пригласительный на свадьбу. Там у тебя будет шанс обратить его внимание на себя.

– Отличная идея! Ты такая умница! – чмокнула она меня в щёку и поспешила к нашей подруге.

«Умница-благоразумница… так, так, так… а вот и Густав!», – решила за раз сделать все дела, что озвучила Луи. Подойдя к его компании, я тут же стала центром их интереса.

– Леди, вы сегодня само очарование. Что-то в тебе, моя милая подруга, изменилось, но не могу понять, что, – поцеловал мне руку барон Тесский.

– Я бы мог предположить о скором прибавлении в вашей семье, так как твоё лицо мне кажется каким-то одутловатым, но твоё прелестное, облегающее живот платье говорит, что я не прав, – присоединился Густав.

– С лицом точно что-то не так, – задумчиво проговорил ещё один парень, имя которого я вечно забываю.

– Даже подруги меня так не разглядывали, как вы. Вам бы поменьше женских журналов читать, – рассмеялась я. – Открою вам тайну: я жуткий аллергик, и то, что в прошлые наши встречи я выглядела не так, – мне просто везло.

– А я хотел тебя пригласить на скачки. Мой Счастливчик будет участвовать, но тебе, наверное, нельзя на природу. Там рядом на поле какая-то трава сейчас цветёт.

– Ты прав, не буду рисковать. Кстати! Я сегодня познакомилась с одним молодым человеком, у которого есть в собственности земля, которую он собирается продать. Ты же вроде хотел…

– Это тот, с которым ты в уборной уединялась? – поиграл он бровями.

– Ты что, следишь за мной?

– Ты же знаешь, ты для меня как солнце, и я постоянно тянусь к тебе.

– То-то ты рыжий, как подсолнух, – рассмеялся барон.

– А в каком районе у него земля? – попался братец на мою удочку.

– Он с отцом говорил, и я случайно услышала, так что не знаю подробностей. Подойди сам к нему, тем более смотри: твоя сестра, похоже, скоро будет драться за него с Милли.

Посмотрела я на комичную сцену. Девушки кокетничали перед мужчиной и глупенько смеялись, а тот явно забавлялся и поддерживал с ними беседу.

Когда начался аукцион, мне пришлось вернуться к мужу и сесть рядом с ним, затем я сбежала к отцу, и потом мы вообще с мамой сели в сторонке. Сёстры сегодня не смогли прийти, потому что старшая была в командировке, а средняя простудилась и решила остаться дома. Точнее, дома у Ануара. По маминым словам, он за ней неплохо ухаживает.

После аукциона я представила Луи ещё некоторым влиятельным особам, и на спектакле мне снова пришлось сидеть рядом с Гирсомом. Тот превосходно, в своей манере, одновременно игнорировал меня и был чрезвычайно вежлив, когда кто-то на нас смотрел. По окончании представления режиссёр и артисты были награждены заслуженными овациями, и можно было наконец-то покинуть театр. Попрощавшись с родителями, мне пришлось некоторое время постоять с мужем и подождать наш автомобиль, когда его к выходу подгонит парковщик. За это время мимо нас проходили другие уезжающие, и, прощаясь, мне приходилось улыбаться, говорить напоследок стандартные фразы и держать под руку Гирсома. Когда наконец-то мы сели в машину и поехали в сторону дома, вся доброжелательность со стороны моего супруга тут же испарилась.

– Думала, что сразу прыгнешь к нему в постель? Я передумал. Я не хочу иметь жену-шлюху! Отвезу тебя домой, и только с моего разрешения ты оттуда выйдешь.

То есть для меня нормально иметь мужа-козла, а тут, видимо, он не ожидал, что Луи от меня не откажется. Муженек хотел поглумиться надо мной, но не получилось. Ответить на оскорбление я не успела, потому что нас догнала спортивная машина и, сначала прижав к бордюру, а затем вообще преградив путь, заставила остановиться. Гирсом выругался, понимая, кто еще мог так дерзко поступить, но не стал препятствовать моему «похищению».

Глава 8

Глава 8

Луи, как какой-то киношный герой-любовник, эффектно вышел из автомобиля, открыл дверь с моей стороны и собственнически потянул на себя. Приобняв за талию, он аккуратно усадил меня в свою затонированную спортивную машину и с визгом шин сорвался с места, стремительно покидая Театральную улицу.

– Я устала и хотела бы к себе домой, – положила я голову на подголовник.

– Потерпи немного, и будешь рада оказаться там, куда я тебя отвезу.

– Ты не сможешь меня отвезти туда, где я буду рада, – ответила я, подумав о Кемпеле.

Луи ничего не ответил, но по направлению, куда он меня вёз, я поняла, что в аэропорт.

Нас ждал частный самолет, и вскоре я узнала, что мы летим в Маранолу. Когда я села в удобнейшее кожаное сиденье, сразу же сняла туфли и вытянула ноги. В подобных удобствах я уже несколько раз летала, так что ничего нового для себя не увидела, кроме маранольских угощений.

– Для чего такая спешка? Зачем мы летим на твою родину? – спросила я, как только самолет поднялся в воздух.

– Мне не терпится познакомить свою семью с моей будущей женой.

– А ты им скажешь, что я пока ещё замужем? Или это не важно?

– Мне нравится, что ты задала именно этот вопрос, а это значит, что ты не против выйти за меня.

– Это был бы мой следующий вопрос. Зачем я тебе в качестве жены? Может, я другого люблю и хочу, освободившись от Гирсома, уйти к нему.

– И где же он? Если бы он был, я бы уже узнал о нём.

– Так зачем мы летим на ночь глядя?

– Я так захотел. Отец сказал, что будет нас ждать.

– Что ты задумал? Можно ведь и завтра?

– Можно, но я о тебе забочусь. Пока ты вся такая нарядная, тебе будет спокойнее.

– А что, потом я не смогу накраситься и одеться?

– Нет, тебе будет не до всего этого.

– Ты так говоришь, как будто меня ждёт какой-то секс-марафон, из-за которого я не смогу вылезти из кровати.

– А ты этого хочешь?

– Нет.

– Вообще не хочешь?

– Хочу, но не тебя.

– Даже так. Ты серьёзно про кого-то говорила? Я его знаю?

– Нет. Он женатый бородач и не знает о моих чувствах.

– Могу ради тебя тоже бороду отрастить.

– Не надо. Тебе не пойдёт. Сколько лететь?

– Почти три часа, можешь поспать. Подушку или плед дать?

Я не стала отказываться и воспользовалась предложенным, чтобы хоть как-то добавить себе удобства. Хотелось бы переодеться и снять волосы, но придётся терпеть ради действительно моего спокойствия. Как пройдёт встреча с одним из высокопоставленных лиц Маранолы, я не могла себе представить; пусть хотя бы мой внешний вид будет придавать мне немного уверенности.

Резиденция «моего будущего свёкра» находилась вдали от района небоскребов. Нас сопровождал кортеж, и я начинала чувствовать себя ещё в большей опасности. Если Луи уже сейчас так уверенно заявляет на меня права, то получается, я поменяю шило на мыло. Никакой свободы у меня не будет, и с потерей дома я потеряю способность перемещаться в Кемпеле. Вряд ли отсюда будет работать мой зайчик.

«На кой я ему сдалась?» – думала я, глядя на красивого мужчину. «У него же должно быть куча любовниц… Да главное, чтобы не бил, а на унижения у меня уже иммунитет».

Целый штат прислуги вышел встречать нас, и мне было даже некогда разглядывать интерьер, потому что к нам навстречу вышел седой мужчина. Он заговорил с небольшим акцентом, и казалось, что был и вправду рад нашему прибытию. От ужина я отказалась, потому что время было позднее и хотелось больше спать, чем есть, и тем более разговаривать, но после того, как вышла мать Луи, которая вообще не знала наш язык, я очень удивилась, насколько просто она выглядела. Совершенно обычная женщина в домашнем хлопковом платье. Она обняла сына, и по интонации я поняла, что она его отчитывает. Скорее всего, он давно здесь не появлялся. Ко мне отнеслись не как к потенциальной невестке, а как к деловому партнеру, чему я была рада. Поэтому, обсудив несколько дел, Луи рассказал, как прошёл этот вечер в театре и сколько ему поступило предложений. Отец внимательно слушал и, как мне показалось, немного зауважал меня, понимая, кому Луи теперь обязан входом в мир аристократов, который наглухо закрыт для иностранцев. Пообещав скоро снова увидеться, Луи увёл меня из дома отца в половину второго ночи. Отвёз уже сам в свою квартиру и оставил одну, предупредив, что утром приедет и меня ждёт сюрприз. Сюрприз так сюрприз, поэтому не стала расспрашивать и, найдя в ванной всё необходимое, сразу же принялась разоблачаться. Спала я прекрасно, но мало, потому что маранолец разбудил меня, как и обещал, ровно в восемь. Нет чтобы голосом оповестить о своём прибытии – он потянул на себя простынь.

– Это домогательство. Я не одета, – схватила я сползающую с меня ткань.

– Между нами не должно быть секретов, и я как твой любовник имею право теперь не только смотреть, но и трогать.

– Нарываешься на грубость.

– Ой, как нарываюсь, – снова потянул он простынь.

Пришлось отпустить ткань и лечь на живот. Мой голый зад он уже видел, когда ставил укол, так что ничего нового он не обнаружит.

– Ты мне правда интересна, и я хотел бы стать тебе чуть ближе, – дотронулся он до моей голени.

– Не надо. Ты мой партнёр, а с партнёрами я не сплю, – повернула я к нему лицо.

– Травмированная ты моя девочка. Обещаю, через год ты будешь свободна и очень богата. Наши семейные юристы уже начали знакомиться с делами семейства де Аренберг. У фельдмаршала рыльце давно в пушку, так что будет увлекательный сериал.

– Я не хочу ничего знать.

– Как пожелаешь. Ты и так уже сделала за один вечер то, чего я добивался два года. Только за это я готов носить тебя на руках, – сел он на край кровати, продолжая мять мою ногу, переходя на пятку.

– Заманчиво, но не надо. Разбалуешь. Мне понравится, а потом тебе спину лечить.

– Заботливая. Точно женюсь.

– Я решила, что никакого замужества в моей свободной жизни не будет, пока не закончу университет. Я в следующем году пойду сдавать экзамены.

– Похвально. Могу устроить тебя здесь на международный факультет, заодно маранольский выучишь.

– Нет. Я в медицинский.

– Неожиданно… Ладно, не буду пока тебя смущать, собирайся, нас уже ждут, – поднялся он и, накинув на меня простынь, вышел из комнаты.

Пришлось вставать и обмотаться тем, что есть. Выйдя из спальни, я обнаружила небольшой выбор одежды, состоящий из сарафана, майки, шорт, блузки, юбки, двух упаковок нижнего белья и женского набора личной гигиены. Этот мужчина не переставал удивлять меня тем, что знает мой размер и вообще, что нужно женщине. Вопрос только: когда он успел это приобрести? Приведя себя в порядок, я надела сарафан, так как климат тут был жаркий и хотелось, чтобы тело дышало. Я поняла, что косметики у меня нет. Мою заминку заметил Луи и успокоил, что она мне не понадобится, так как увезет он меня на побережье океана, на их семейную виллу.

Добирались мы туда часа полтора на машине, и это ещё без учета того, что по пути остановились в придорожном кафе и позавтракали. Особняк мне понравился тем, что он был весь – что снаружи, что внутри – отделан в старомаранольском стиле. Натуральные материалы присутствовали везде, и сам дом стоял среди мангровых лесов. Луи предупредил меня, чтобы смотрела под ноги и в кусты не лезла, так как тут куча местных гадов и насекомых. В предоставленной мне комнате обнаружился шкаф с женскими вещами и различными купальниками, среди которых я могла точно что-нибудь подобрать, но смысла в этом не видела, так как мне было достаточно и одних плавок. Собери волосы под кепку – и со стороны может показаться, что Луи приехал сюда с другом. Понятное дело, оголяться я не спешила, а вот погулять в округе сразу же согласилась. Территория была закрыта от посторонних, и я постепенно начала расслабляться, вдыхая солёный воздух. Луи ненадолго оставил меня одну, чтобы дать слугам распоряжения, и я решила пока прогуляться по берегу.

Шагая по мягкому песку, я оставляла за собой следы и, оглядываясь на них, рассматривала, как волны, что лениво накатывали на берег, размывали их. Каждый раз, когда волна отступала, она оставляла на песке причудливые узоры из ракушек и водорослей. Расположившись прямо на песке, я прикрыла глаза и стала слушать, как шумит прибой. Он успокаивал и одновременно наполнял энергией. Зарывшись пальцами в мокрый песок, я нащупала крупную ракушку и, вынув ее, принялась разглядывать. Красивая. Цвет переливчатый: от тёплого кремового у основания до нежно-розового и перламутрово-серого ближе к краю. Мне даже захотелось такие серьги, и, немного подумав о моей ещё одной мечте детства – стать дизайнером ювелирных украшений, – записала себе мысленно выбрать время, чтобы наведаться к госпоже Мирель. Она давно приглашала меня в свою мастерскую. Снова задумавшись о делах, я оглянулась и, не увидев никого, улеглась на спину, прикрыв лицо руками от палящего солнца.

Здесь, у океана, время течет по-другому. Секунды растягиваются в минуты, а минуты превращаются в часы. Нет ничего важнее этого момента, этого единения с природой.Я бы так и лежала, но мою неподготовленному к загару кожу требовалось поберечь. Вернувшись в дом, поздоровалась с женщиной, занимающейся готовкой, и сразу же скрылась в комнате. Не знаю, где был Луи, но настало время примерить какой-нибудь купальник. Выбор пал на самый простой чёрный бикини: верх в виде небольших треугольников на тонких лямках и плавки без драпировок и оборок. Обильно намазала себя кремом и волосы спрятала под панамку с широкими полями.

Пока я плавала, мысли о западне меня не покидали. Я не представляла, что мне ожидать от Луи, и всё больше склонялась по возвращении домой сразу же уйти в Кемпеле.Надо только отменить все запланированные встречи, а остальное свалить на Садрию. Она знакома с моими помощницами, так что они справятся с предстоящим мероприятием, на котором мое присутствие не обязательно.

Вышедшего из дома Луи в плавательных шортах я заметила сразу. Он целенаправленно шёл ко мне, и я оценила подтянутую и явно занимающуюся спортом фигуру. Гирсом, хоть и был стройным, но у него на животе уже завязался жирок, и вообще никогда не было такого рельефа, как у маранольца. Тот нырнул в воду и вскоре оказался подле меня.

– Как водичка? – спросил он.

– Прекрасно. Ты сказал повару, чтобы не усердствовала с морепродуктами? У меня на многое аллергия.

– Сказал. Не беспокойся.

– О чём ты вчера мило щебетал с моими «подружками»?

– Ревнуешь всё-таки?

– Меня в первую очередь волнуют дела.

– Вот именно. Ты можешь отключиться и расслабиться?

– Пока не могу.

– Шлюшка Милли попыталась пригласить меня на коктейль.

– Как грубо.

– Называю вещи своими именами.

– А меня как называешь?

– Своей будущей женой.

– А как же жениться по любви?

– К тебе тот же вопрос.

– Я была обманута и на тот момент действительно влюблена.

– Я поднял архив и видел твои свадебные фотографии. Тогда твои глаза светились от счастья. Если ты подпустишь меня к себе, я постараюсь сделать тебя снова счастливой.

– Зачем тебе это? Я и так сделаю для тебя всё, что захочешь.

– Я знаю, – приблизился он ко мне и, встав ногами на дно, притянул меня к себе.

Я не стала сопротивляться и, зацепившись за его шею, позволила себя полапать. Луи огладил мою спину, затем ягодицы и, подхватив меня под бёдра, заставил обхватить его ногами. В такой позе мы двинулись к берегу, и он, не отпуская, донёс меня до шезлонга и сгрузил на него. Установил зонт и улёгся на соседний.

– Когда ты вернёшь меня домой? – спросила я, укладываясь поудобнее.

– Хотелось бы никогда, но послезавтра.

– Вот скажи мне: ты весь такой идеальный, в чём подвох?

– Я далеко не идеальный… В твои годы я вообще был бродягой. У нас с отцом были разногласия, и я несколько лет не общался с семьёй. Он лишил меня денег, и я скитался по миру, учась самостоятельно зарабатывать, а после гибели моего брата вернулся, так как повзрослел и понял, что мои родители – это самое важное в жизни. Ни друзья, ни отношения, ведущие в никуда, не дадут мне того, что у меня есть благодаря любящей семье.

– Тем более тебе нужна жена, которая подарит тебе ощущение уюта в доме и родит тебе детей.

– Нет. Мне нужна именно ты. Потому что только ты подаришь мне свободу. Ты не будешь меня контролировать…

– С чего ты это взял? Вдруг я влюблюсь и захочу нормальных отношений… А! Поняла! Я снова буду прикрытием! На что-то другое, видимо, в ваших мужских глазах я и не гожусь! У тебя тоже есть женщина, которую не одобрил бы отец?

– Почему «тоже»? – приподнялся он.

Со вздохом я повернулась на бок и принялась рассказывать самую главную тайну Гирсома.

Реакция Луи на услышанное мне была непонятна. Он явно о чём-то крепко задумался, но свои мысли не озвучил. Я улеглась обратно на спину и принялась разглядывать прекрасный вид наслаждаясь лёгким бризом. Отбросив все мысли подальше, меня потянуло в сон, как вдруг со стороны дома раздался звон колокольчика. Через несколько секунд звон повторился, и я приподнялась, чтобы посмотреть, кто и для чего это делает.

– Так оповещают о том, что обед готов, – объяснил мне маранолец и, поднявшись, предложил свою руку.

После обеда я увлеклась местным телевидением и, развалившись на диване, щёлкала каналы. Луи сначала был занят своими делами и разговаривал по телефону, а потом присоединился ко мне. На новостном канале он перевёл мне, о чём идёт речь. А потом вообще сел ближе и разместил мою голову у себя на бедре. Обсуждая новости, он был расслаблен и, возможно даже не отдавая отчёт своим действиям, принялся перебирать мои волосы, массируя кожу головы. Я разомлела от мягких прикосновений и, совершенно расслабившись, закрыла глаза.

– Зачем ты красишь волосы в этот цвет? – вдруг спросил Луи.

– Это мой родной, а что, не нравится?

– Он очень необычный. Никогда ни у кого такого не видел.

– На солнце они светлеют и становятся седыми, поэтому стараюсь прятать.

– Я заметил, что ты всё прячешь: и тело, и душу.

– Ну, до души моей ты уже добрался, да и тело видел, хотя, как по мне, что там, что там смотреть не на что.

– Неправда. Ты полностью соответствуешь моим стандартам красоты.

– Видать, ты и вправду извращенец, как назвал тебя мой муженёк, решивший, что у нас с тобой что-то было.

– Ты не против, если к нам присоединится мой друг?

– Конечно, у нас же не медовый месяц, – улыбнулась я.

Отдыхать на побережье в гордом одиночестве и без лишних разговоров было замечательно. Луи не напрягал меня своим обществом, и я, спокойно наплававшись, лежала под зонтом и в телефонном режиме порешала все волнующие меня дела. В принципе, мне можно было не появляться дома почти месяц, так что я тут же принялась мечтать о том, как перемещусь в Кемпеле и чем там буду заниматься.