Текст книги "Третья дочь графа фон Дигби (СИ)"

Автор книги: Елена Галунец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

– Ты говорила, – он поставил передо мной пустую кружку, а сам заглянул в холодильник и вынул коробку апельсинового сока.

– Не думала я, что наше знакомство может перерасти во что-то большее, поэтому рассказала о себе не совсем правду.

Свирид заинтересованно посмотрел на меня и, наполнив кружку оранжевым напитком, сел напротив. Я поведала ему про зайца, про свои перемещения и места появления. Потом очередь дошла до того, как я сегодня познакомилась с Трояной, и следом сдала с потрохами бабулю. Мужчина очень внимательно слушал, а потом сказал, что помнит некоторые сказки Алвены Ханн, так что наша загадочная Ане Рутке, которая не дала парням разбирать коробки с книгами, и вправду может быть той самой писательницей. По глазам моего бородача я видела, что он мне верит, и это придавало сил говорить дальше. Опустошив кружку, я кратко описала свой мир и призналась, кем я являюсь в нём, а уже в самом конце озвучила то, что замужем и жду с нетерпением развода. Про Луи пока язык не повернулся рассказать.

– Почему ты сразу не подала на развод? Или у вас рукоприкладство – это нормально? – серьёзно спросил он, как только я замолчала.

– С чего ты взял? – смутилась я.

– Я прекрасно помню нашу первую встречу и твои разбитые губы. Теперь я понимаю, почему ты вела себя так странно.

– Ты мне веришь?

– Конечно, а как иначе? – улыбнулся он.

– Теперь ты и не захочешь связываться с такой проблемной мной.

– Чувствовал, что не будет просто, но назад дороги нет. Я уже полюбил тебя и уж как-нибудь переживу, что моя девушка из другого мира. Это я должен волноваться, что не подхожу твоему высокому статусу, – потянулся он и взял меня за руку.

– Здесь я просто Санни, поэтому можешь забыть о том, из какого я благородного рода, так как с родителями всё равно не получится познакомиться, – грустно улыбнулась я.

– Останешься сегодня со мной?

Я кивнула и совершенно была не против, если бы он захотел чего-то большего, но, когда я принимала душ, он ко мне не присоединился. Выдал чистую футболку с полотенцем, а сам принялся менять постельное бельё, чем меня порадовал. Было приятно от того, что он таким образом заботится обо мне. Выйдя из ванной, я легла в кровать в предвкушении долгожданного секса, но, пока ждала, когда он помоется, незаметно уснула.

Глава 15

Глава 15

Я проснулась от какого-то дискомфорта. Не поняв сначала причину – пошевелилась, не открывая глаз. Первое, что вызывало неудобство, – это тяжёлое одеяло, из-за которого было жарко. Второе – это что-то колючее в районе шеи. И уже потом своей спиной и пятой точкой ощутила мужское тело с приличной эрекцией. Хотела возмутиться, чтобы Луи убрал от меня свой орган, и уже открыла рот, как вдруг вспомнила, с кем я и где.

– Доброе утро, – шепнул мне на ухо Свид.

– Действительно доброе, – поёрзала я задом и ещё плотнее прижалась к мужчине.

Тот принялся целовать мне шею и плечо, а я уже была готова и без всего этого отдаться ему. Хоть я и жутко смущалась, но откинула одеяло в сторону и сама перешла к активным действиям. Наше «доброе утро» плавно перешло в ванную, затем снова в кровать. От его признания, что у него давно не было женщины, мне стало очень приятно – прямо как бальзам на душу. Впервые я узнала, что такое настоящий оргазм, потому что с Гирсомом даже близко такого не было. В первые два раза мне было очень больно, потом непонятно, а дальше о моём удовольствии никто и не заботился. Я либо не успевала, либо он обзывал меня так, что и желания никакого не было… Так что, распробовав, что такое заниматься именно любовью, я из кровати даже не хотела вылезать, но восполнять силы надо было, поэтому мы продолжили обниматься и целоваться даже на кухне, пока готовили поздний завтрак. К обеду у меня уже нестерпимо болела кожа на лице, и не было ничего, чем я могла бы её намазать, чтобы успокоить раздражение.

– Хочешь, я побреюсь? – спросил мой колючий бородач, видя, как я мучаюсь и больше не лезу с поцелуями.

– А вдруг я тебя и полюбила из-за бороды? – рассмеялась я.

– Вот и проверим, а пока давай-ка съездим до аптеки.

После того как я купила нужный крем, мы проехались по ломбардам и ювелирным магазинам, чтобы сдать украшения. Мне пришлось сначала его уговаривать и объяснять, зачем я это делаю, потому что он был против и просил оставить украшения себе. Говорил, что он в состоянии обеспечить меня здесь и постарается сделать так, чтобы я ни в чем не нуждалась. Я, чтобы не обидеть его, сказала, что мне не нужно это золото и будет спокойнее, если я не буду ни от кого зависеть, но все же все деньги отдала ему, так как он теперь в прямом смысле кормит детей и бабулю. Он привозит им продукты и следит за тем, чтобы им всего хватало.

Приехав к бабуле, мы застали Лиса на кухне. Он помогал госпоже Рутке чистить картошку для супа. Пини была на занятиях в школе, и в доме царила тишина и спокойствие. Свид сегодня не пошёл в свою мастерскую и весь день был с нами. Вечером я понаблюдала за тем, как Пини аккуратно пишет прописи, и похвалила её за старание. Девочка не упустила шанс выпросить у меня ещё поход в магазин, и я не смогла ей отказать. Поговорив с бабулей наедине, я призналась, что выдала её тайну Свириду и теперь он мой полноправный жених, так что он не только опекун детей, но и самый настоящий член нашей семьи. Оставив ей мои деньги, мой бородач забрал меня сразу же к себе домой, и мы, как изголодавшиеся, первым делом пошли в спальню. Я была счастлива как никогда. Полночи мы не спали: любили друг друга, болтали, понимая, что предстоит разлука на неопределенное время. А утром он вернул меня обратно, и я занялась Пини, так как занятия у неё только с обеда. Мы обошли три магазина. Купили ей тёплую одежду, сумочку и детскую косметику. Лису мы взяли школьный рюкзак, в который я положила записку и деньги, которые он может потратить только на себя, и, попрощавшись с бабулей, ушла в комнату.

Вынув зайчика из потайного места, я приложила голову, как делала это у себя дома на чердаке, но ничего не произошло, и тогда я поняла, что у меня осталось единственное место перехода – это дом семейства Куат. Пока я шла по улице, подумала про второго зайчика, и ко мне пришла вполне неплохая мысль: если точно такого же когда-то делал Свид, то он наверняка сможет починить и этого. Свернув к Травяному переулку, я пошла к своему жениху.

Он обрадовался, увидев меня, но мне пришлось его огорчить:

– Сможешь починить? – вынула я из кармана свёрток. – Я не могу теперь из дома бабули уйти.

– Я уж подумал, что ты решила остаться, – проговорил он, глядя на зайца, но не торопился брать его в руки. – Что, если после моего вмешательства ты не сможешь перемещаться?

– Значит, это моя судьба – быть с тобой. Разве ты не будешь этому рад?

– Главное, чтобы не винила меня потом.

– Ты прав. Мне тогда нужно попасть на чердак, порешать дома дела, и в следующий раз ты починишь его.

– Как скажешь, но мне теперь тревожно: а вдруг там… у тебя дома, что-то произойдёт, и я тебя больше никогда не увижу? – обхватил он мои плечи и прямо посмотрел в глаза.

– Я миллион раз об этом думала, и мне самой очень страшно от этой мысли, – честно призналась я и прижалась, крепко обнимая своего любимого.

Постояв так немного, он предложил позвонить Годвину и поговорить насчет забора, потому что позавчера о конкретном дне не было речи. Тот ответил, что скоро освободится, но жена дома, так что можно уже прийти, посмотреть объём работы и даже начать разбирать старые доски. Когда мы подъехали к воротам, Миранда нас уже ждала. Точнее, она ждала только Свирида, но, увидев меня, обрадовалась и, указав моему работяге на сарай, где он может взять инструменты, если понадобятся, повела меня в дом. Было очень стыдно за то, что пришлось устраивать это представление, но я не знала, каким образом мне попасть на чердак среди бела дня. Ночью я бы сюда точно не пошла, да и калитка была бы закрыта. Поговорив на всякие пустяковые темы, она занялась обедом, а я пошла смотреть, на какой стадии уже идут работы. Выйдя из дома, увидела, как подъехала машина и из неё вышли Годвин с Трояной. Девочка сразу побежала ко мне, а мужчины принялись обсуждать работу.

– Ты пришла за своим кольцом? – спросила она, прижимая к груди розового медведя.

Я кивнула, хотя на самом деле совершенно забыла о нём.

– Оно в комнате, пойдём! А ещё покажу тебе друзей Тиньки-виньки, – поманила она меня в дом.

Я поздоровалась с Годвином и сообщила, куда мы пошли, задержав взгляд на моём бородаче, который понял мой намёк и, слегка улыбнувшись, кивнул.

В комнате у девочки и вправду было очень много самых разных медведей. Познакомившись со всеми этими Тиньки-миньками, Тиньки-финьками и Тиньки-молями, я решила полностью завербовать мою сообщницу и предложила ей оставить кольцо у себя, потому что я снова скоро появлюсь у них на чердаке. Пришлось договориться с ней о том, чтобы она пока не рассказывала обо мне родителям, и тогда она сейчас сможет увидеть, как я исчезаю. Девочка заворожённо меня слушала, и мы с ней поднялись на чердак. Дверь не закрывали, чтобы она не боялась, и я, глядя на то, как она замерла в проходе, отошла подальше и достала из кармана зайца.

– Передай дяде Свириду, что я ушла. Только шёпотом и на ушко. Хорошо?

Девочка кивнула, и я, надеясь, что Свид уж что-нибудь придумает, что сказать Миранде и Годвину, если Трояна не сможет удержать это в тайне, приложила заячью голову к телу.

Фух! Я дома!

Первым делом, как только я зашла в спальню, взяла телефон и набрала Луи. Тот поворчал на меня, потому что вместо обещанных пары дней меня не было восемь. Затем сообщил, что скоро приедет, так как есть важный разговор и ещё куча всего, что не следует обсуждать по телефону. После этого я сразу позвонила маме, и та тоже меня отчитала, потому что вовсю идёт подготовка к свадьбе Саниры и в некоторых вопросах требовалась моя помощь, а я, видите ли, уехала отдыхать в Маранолу. После разговора с мамой я была готова расцеловать Луи за то, что он и вправду оказался отличным прикрытием. Дальше, как всегда, у меня начались рабочие созвоны, и я, разговаривая с Кларой, спустилась на кухню. В холодильнике ожидаемо было пусто, потому что за неделю то, что было, уже испортилось, и Мариэлла выбросила всё, оставив только свои две коробочки из доставки, которые она постоянно заказывает. Попив водички, я решила привести себя в порядок и вместе с Луи где-нибудь пообедать. Не знаю, где была Мариэлла, но мне пришлось идти открывать дверь, когда приехал маранолец. Тот окинул меня придирчивым взглядом, и первое, что спросил, – призналась ли я Свириду. Мой ответ ему не понравился, потому что он хотел меня уже отговорить и вообще запретить туда уходить.

– Ты стала для меня очень дорога, в прямом смысле. Хотел тебя завоевать и чтобы ты была моей.

– Опоздал, друг, – улыбнулась я, не веря его словам.

– Неужели он так хорош, твой бородач?

– Очень. Расскажи лучше, как обстоят дела с моим разводом.

– Пока идёт всё очень тяжело. Они не хотят оставлять тебе дом даже как моральную компенсацию.

– Мне бы хотя бы чердак отсудить, – выдохнула я, представив, что мне потом придётся и в этот дом тайком пробираться.

Пообедав в ресторане, Луи отвёз меня к родителям и специально перед мамой показушно поцеловал на прощание.

– Что-то ты совсем не загорела.

– Не до пляжа было. Дела… дела… одни дела, – вздохнула я.

– Могу представить, какие у вас там с Луи были дела, – рассмеялась мама.

– Не буду ничего рассказывать, давай лучше ты.

В предсвадебной суматохе днём я не успевала скучать по моему бородачу, и только уже засыпая, все мои мысли были только о нём. Как же хотелось взять телефон и позвонить ему! Или хотя бы отправить сообщение… но… это просто невозможно…

С Санирой мы помирились, хотя вроде как и не ссорились в обычном понимании этого слова. Обнялись при встрече и даже не стали обсуждать её жениха, а сразу засели за обдумывание торжества. Она показала мне списки гостей, затем мы поговорили насчёт угощений, и я, опираясь на собственный опыт, сразу отметала то, что мне не нравилось. Не знаю, что она или Луи сделали с Ануаром, но в один из вечеров он приехал к нам домой с огромным букетом белых роз. Мы с мамой решили, что он своей будущей жене привёз их, но оказалось – мне. Он наконец-то извинился за всё, что когда-либо говорил и делал, и мне показалось, что это было искренне. Возможно, он и вправду перестал общаться с Гирсомом и наконец-то начал думать своими мозгами.

В итоге все наши переживания были напрасны. Свадьба прошла великолепно. Санира осталась очень довольна, и мне казалось, что довольнее её была только мать Ануара. Эта женщина изрядно меня выводила из себя своим звонким, наигранным смехом. К кому бы она ни подходила, сразу начинался этот театр. Слава богам, на меня она только поглядывала и не навязывалась на светскую беседу. Её больше интересовал мой маранолец, который постоянно был рядом, и она уже знала, что он не просто папин инвестор. Представляю, как они с моей свекровью мне кости перемывают.

На следующий день после свадьбы я отсыпалась и точно никуда не собиралась, хотя очень сильно хотелось к Свириду. Работал бы зайчик из спальни, то я сразу бы туда ушла, но теперь мне предстоит каждый раз играть в шпионские игры, чтобы покидать чердак незамеченной. Так что теперь мне надо более подготовленной туда уходить и сразу на несколько дней.

Уже вечером, сидя на кухне, я доедала свой скудный ужин, состоящий из макарон с сыром, как вдруг кого-то принесло без предупреждения. В связи с тем, что Мариэлла теперь старается на глаза мне не попадаться, вдобавок я её не видела уже несколько дней, и, судя по тому, что она не пошла открывать дверь, это значило, что её, оказывается, не было дома. Пришлось идти самой, и совершенно я была не готова увидеть свою свекровь. Одну.

– Впустишь? – спросила она, и мне пришлось отойти в сторону.

Она неспеша прошлась по холлу, и как будто кого-то ждала, и только через некоторое время повернулась ко мне.

– Где слуги?

– Их давно нет. Мариэлла только осталась, но я не знаю, где она в данный момент.

– Ты живёшь здесь одна?

– А с кем мне жить? – усмехнулась я, подумав, что она пришла поймать меня с поличным и обвинить в неверности.

– Я имею в виду, что ты всё здесь делаешь сама?

– А, вы про это! Да, я и готовлю, и убираюсь сама.

– О боги! Какой кошмар! Это Гирсом с тобой такое сделал? – подошла она ближе и принялась рассматривать моё лицо.

Не так уж я сегодня и плохо выгляжу. Подумаешь, в халате и без макияжа, с собранными волосами на затылке.

– Бедная девочка! Я и подумать не могла, что мой сын такое чудовище. Я не могла поверить в то, что говорил адвокат. Ох, что же он с тобой сделал! – всхлипнула она, а я выпала в осадок.

Я думала, она начнёт меня гнобить и заставлять отказаться от дома, а она меня жалеет.

– Спасибо, что хоть вы на меня не набросились, – слегка улыбнулась я.

– Да что ты такое говоришь? Как ты могла обо мне плохо подумать? Ты же мне как дочь! Что же ты молчала? Хоть бы намекнула… Да и я ещё настаивала на детях… Мне так стыдно сейчас… Кстати, о них. Я познакомилась с внуками.

– Только с ними? – не удержалась я от саркастической улыбки.

– О, эта женщина мне сразу не понравилась! Вульгарная особа с полным отсутствием манер. Девочка такая же крикливая и избалованная, как мать, а вот на мальчика Брендон возлагает большие надежды. Он хочет лишить его дурного материнского воспитания и, как только подрастёт, отдать его в кадетский корпус. Раз не вышло вырастить нам достойного сына, то, может, хоть внук порадует на старости лет.

– Скоро о нашем разводе узнает весь свет, так что Гирсому вряд ли найдёте хорошую партию. Жените их с Элизой, она вам много внуков родит. Фельдмаршал целый гарнизон воспитает.

– Хорошо, что твоё чувство юмора никуда не делось, – улыбнулась женщина. – Я постараюсь уговорить свёкра оставить тебе этот дом. Жаль, что мужчины в нашей семье слишком чёрствые и принципиальные. Прости, но суды будут идти очень долго.

– И вы меня простите. Я старалась сохранить всё в тайне, чтобы ни на меня, и ни на вас не упала тень позора. Если захотите узнать, как было на самом деле, я вам расскажу. Мне нет смысла наговаривать на Гирсома.

– О нет. Я уже всё знаю. У вас очень хорошие юристы.

– Я правда терпела все его издевательства, пока он не начал меня бить…

Свекровь взмахнула руками от возмущения и неожиданно обняла меня.

– Не нужно слов, я теперь и так всё вижу.

Я еле сдерживала улыбку, обнимая женщину в ответ. Впервые моя специфическая внешность стала мне плюсом.

Попрощавшись с ней, я в приподнятом настроении написала сообщение Луи и сообщила о произошедшем. Ему новость понравилась, так как теперь женщина начнёт влиять на своего мужа, а тот – на своего отца. И, как говорится в пословице, ночная кукушка дневную перекукует.

На следующий день я отметилась на ежегодном мероприятии и попросила свою помощницу не записывать меня никуда на месяц вперёд. Я была уже в предвкушении, как вернусь домой и сразу же уйду в Кемпеле, но на выходе меня перехватил Луи.

– Куда ты меня повёз? – спросила я у него, видя, что он пропустил поворот.

– К себе. Хочу тебя соблазнить.

– Чем? Мороженым?

– Можно и с мороженым. Посмотрим, кто кого будет облизывать.

– А если серьёзно?

– Маттео приглашает отпраздновать. Его проект победил в конкурсе.

Когда мы вошли в квартиру, нас встретил насыщенный запах еды. Маттео вышел из кухни в фартуке, чем удивил меня.

– Всё готово. Вы вовремя. Привет, Салли, – улыбнулся он.

– Привет! Ты умеешь готовить? Неожиданно!

– Я сделать мясо, а это ресторан, – указал он на сервированный стол.

– Пахнет божественно, – чмокнула я приветственно парня в щёку и пошла мыть руки.

– А меня ты не целуешь, – услышала я за спиной обиженный голос Луи.

Ужин в приятной компании закончился ближе к ночи. Мы не столько ели, сколько разговаривали и смеялись. Маттео – невероятно одарённый парень. Он прилично подтянул наш язык и уже вовсю проектирует что-то новое. Ночевать с Луи я не захотела, и ему пришлось везти меня домой. Чтобы отпроситься к своему бородачу, мне пришлось еще постараться, и тот нехотя дал добро. Только у самого дома я призналась, что есть риск не вернуться обратно.

– Ты не пожалеешь, если там останешься? – серьёзно спросил маранолец. – Я не хочу тебя потерять. Ты мне правда очень нужна.

– Бабуля сказала, что если я там оказалась, то с какой-то целью. Значит, я там тоже кому-то нужна.

– Я буду тебя ждать, – взял он меня за руку, и мне стало совестно.

А что, если он говорил правду, что я ему нравлюсь? Каково это – знать, что девушка, которая тебе небезразлична, сейчас уйдёт к другому?

– Если не вернусь, расскажешь родителям правду, – сжала я его ладонь и, подержав её немного, вышла из машины.

И только в комнате я поняла серьёзность ситуации. В принципе, настоящих подруг у меня нет, так что с кем-то из девушек прощаться я не хочу. С родителями и сёстрами мы активно общались всю неделю перед свадьбой, и специально ехать к ним сейчас тоже не хотелось. Так что, надев на себя всё необходимое, я написала несколько прощальных писем, убрала их в шкатулку и пошла на чердак.

Глава 16

Глава 16

В Кемпеле было утро. Это я определила по солнцу, посмотрев в окно. А ещё ночью было холодно, потому что на траве видна изморозь. Теряясь в догадках, сколько меня тут не было, я, осторожно ступая, подошла к двери. Я даже дышала через раз, боясь разбудить семейство Куат. Как только я вышла, под ногами увидела бумажку. Сначала хотела пройти мимо, но подумала про девочку: возможно, это послание для меня, – и я не ошиблась. Печатными буквами было написано: «ЖДУ» и стрелочка, указывающая на кривой прямоугольник с крючком. Повертев этот шифр, я догадалась, что она нарисовала свою дверь. Вдруг с первого этажа раздался кашель, и я, недолго думая, поспешила спрятаться у Трояны. Она спала, но мне не хотелось возвращаться на чердак и неизвестно сколько сидеть, ожидая, когда мне удастся покинуть дом. Глянув на настенные часы, уверенность в том, что придется девочку разбудить, только возросла, потому что было почти семь утра, а это значит, что скоро родители всё равно придут её будить.

– Доброе утро, – прошептала я и прикоснулась легонько к её руке.

Девочка заворочалась и явно не хотела просыпаться.

– Доброе волшебное утро! Если не откроешь глазки, то останешься без подарка, – погладила я её по спутанным волосам.

Трояна проснулась и мгновенно схватила меня за руку.

– Ты пришла! Я ждала!

– Поможешь мне выйти из дома?

– А где подарок?

– Скажи, что хочешь, и я куплю.

Ребёнок оживился и сразу же начала перечислять свои желания. Я терпеливо выслушала первые штук десять, и пришлось остановить её, сказав о лимите в одну штуку. После этого она задумалась, а я была уже вся на взводе и постоянно оглядываясь на дверь.

– Набор для домика. Тиньки-виньки нужна кровать, стол, стул…

– Хорошо, давай вставай и сходи на разведку. Я подожду, – потянула я девочку из кровати.

Пока она ходила, я заметила на столе фотоальбом и, не сдержав любопытство, сунула в него свой большой нос. Детские фотографии Трояны, там, где она была совсем малышечкой, были в большинстве, но также присутствовали фотографии её родителей в разные годы, и в самом конце моё внимание привлекла старая, немного пожелтевшая карточка, на которой была изображена семья: мужчина, очень похожий на нынешнего Готвина, женщина с короткими кудрявыми волосами и мальчик лет десяти. Удивительно, как сын похож на отца, и снова у меня возникло ощущение, что я их где-то видела.

– Идём. Дедушка в туалет пошёл, а он там до-о-олго сидит, – выдернула меня из задумчивости Трояна.

– Какой дедушка? – не поняла я, откуда он тут взялся, если в прошлый раз тут его не было.

– Мой дедушка! Он приехал в гости, – объяснила мне шестилетка.

Выйдя на улицу, я пообещала принести подарок, но не сегодня, чтобы она не ждала напрасно. Трояна надула губы, но ничего не ответила, но мне было уже не до неё, потому что, глянув на окна родительской спальни, я увидела, как открылись шторы. Пришлось бежать к калитке через кусты.

«Надо с этим что-то делать. Насколько меня хватит исполнять такое? Может, купить этот дом?» – с этими мыслями я сразу пошла в мастерскую, зная, что Свирид обычно рано начинает работать. Пока дошла, время как раз уже перевалило за восемь, но двери были закрыты. Наверное, зря я сюда пошла, но мне так нетерпелось увидеться, и, тем более, идти сюда ближе чем до дома. Вздохнув, я собралась уже идти к бабуле, как к ателье подъехала машина и оттуда вышла Агата. Она, мельком глянув на меня, стала возиться в сумочке, ища ключи.

– Доброе утро, – решила подойти я к ней.

– Доброе, – буркнула она и, после того как нашла ключ, посмотрела на меня.

Узнала, потому что левая бровь тут же поднялась, и она с интересом оглядела мою одежду.

– Я телефон потеряла, не дадите свой сделать один звонок?

– Свириду?

Я кивнула, и тогда она, вынув его из кармана, не стала мне давать, а сама набрала номер. Когда на той стороне раздалось мужское «Говори», Агата расплылась в милейшей улыбке и елейным голоском заговорила:

– Муженёк! Тут девушка пришла, позвонить тебе попросила.

– Санни? – удивился он.

– Не знаю, не представилась, но я помню, как ты приводил её ко мне штаны заштопать. Это и есть твоя невеста? Или у тебя ещё какая-то есть? – расхохоталась она.

– Пусть у тебя подождёт, я уже еду, – сбросил он звонок.

Агата недовольно глянула на меня и предложила войти.

– Спасибо. И да, я Саннива фон Дигби, – постаралась я быть вежливой.

– Какая странная фамилия. Иностранка, что ли?

Я кивнула и проследила за тем, как она кинула на прилавок свою сумку и принялась открывать ставни. Женщина была точно не в духе, потому что не захотела со мной больше разговаривать. Ну и ладно. Главное – мне не на улице ждать, а до мыслей каких-то женщин мне вообще всё равно.

Мой бородач примчался очень быстро. Я увидев в окно его машину, попрощалась с Агатой и вышла на улицу. По тому, как крепко он меня к себе прижал, поняла, что не одна я очень сильно соскучилась. Рассказав про то, что Трояне снова нужно купить подарки, мой столяр обрадовал тем, что у него где-то оставалась нераспроданная игрушечная мебель, а ещё у него не было срочных заказов, так что мог устроить себе выходной. Пока я нашла среди деревянных игрушек требуемое, пришёл Азих, и мы с моим столяром сразу же пошли домой проведать бабулю с детьми. В этот раз меня здесь не было столько же, сколько я провела у себя дома, и этому я была рада.

Весь день мы провели с семьёй, а вечером уехали к Свириду. Нам не терпелось остаться наедине, а также поговорить о том, как мы провели это время порознь. На следующий день я отправила своего мужчину работать, а сама занялась готовкой и уборкой. Написала целый список того, что нужно купить, а потом ушла к детям. Госпожа Рутке радовала меня своим бодрым настроением. Пини очень быстро привыкла к хорошей жизни и вольготно чувствовала себя в доме. Лис гонял её по урокам, а в остальном жили они очень мирно. Бабуля начала приучать девочку к порядку, и та уже могла сама завести стирку и убраться у себя в комнате. На прошлой неделе приходила госпожа Фокс с проверкой и ушла очень довольная.

– Сегодня будут фаршированные блины! – крикнула я Лису и достала из холодильника яйца.

Тот любил помогать по кухне, так что быстро присоединился, и вскоре к нам пришли и бабуля с Пини. Кто бы мог подумать, что девочке понравится это занятие и она будет усердно заворачивать начинку? Она, кстати, за это время отъелась, и теперь на щёчках появился румянец. Красивая девочка растёт!

И тут я посмотрела на Лиса:

– У вас с Пини разные отцы?

– Ага. Её батя помер.

– А твой?

– Не знаю. Мать не говорила.

– Не хочешь его найти?

– Зачем? Надеюсь, он тоже сдох.

– Почему так грубо? Если бы не он, и тебя бы на свете не было.

– Моей мамке сейчас двадцать восемь, вот и считай, – хмыкнул он.

Бабуля со стуком поставила чашку на блюдце и уставилась на парня, а я, не так быстро, но сообразила, что её так удивило. Госпожа Ферн была ещё совсем девочкой, когда родила его! Да за такие дела его папаше самое место в тюрьме, если конечно, он был совершеннолетним. С ума сойти! Она сейчас так плохо выглядит, что я думала, ей под сорок…

Чтобы сменить тему, я спросила, чем он хочет заниматься в будущем, и он удивил меня тем, что будет учиться на инженера, а если не поступит, то пойдёт к Свириду в подмастерье.

– А я буду поваром! – воскликнула Пини и, уложив в тарелку последний блин, облизала пальцы.

Я поморщилась и решила приобщать её к этикету. Лис сначала хотел уйти, но потом тоже заинтересовался и сел рядом. На этом занятии нас прервал звонок от моего бородача.

– Нас приглашают на ужин Годвин с Мирандой.

– Какой повод? – усмехнулась я, догадываясь, что это дело рук Трояны.

– Говорят, что дочка их очень просила. Но мы-то с тобой знаем, что она просто хочет игрушки, – рассмеялся он, подтверждая мои мысли.

– Ну что ж. Раз так, то вечером идём в гости! С детьми. Предупреди, пожалуйста, их.

Лис идти с нами отказался, а вот Пини выбрала свой, по её мнению, самый красивый наряд и первой залезла в машину, как только за нами приехал Свирид. Трояне детская мебель понравилась, и они вместе с Пини ушли играть в комнату, а нам был представлен дедушка – отец Годвина. Я это сразу поняла, стоило лишь взглянуть. Поседел и осунулся, но я всё равно узнала того мужчину, что был изображён на фотографии. Но когда было озвучено его имя, у меня снова что-то зашевелилось в воспоминаниях. Эта запоминающаяся внешность и имя не давали мне покоя весь вечер, и тут, видимо, снова случилось волшебство, потому что прибежала Трояна и, забираясь на колени к дедушке, принялась трясти перед его лицом какой-то книжкой.

– Дедуля! Пини не верит, что это твоя мама написала!

– Ох, а я и не знал, что вы сохранили эту книжку, – улыбнулся Естияр.

– И не её одну. Пять штук удалось найти, – сказал Годвин, и, пока Свирид усаживал за стол Пини, я разглядела обложку и имя писательницы.

Алвена Ханн.

Вот сразу в голове и сложилась картинка. Естияр, как и Годвин, очень похожи на мужа бабули. Я же очень часто вижу эту чёрно-белую фотографию, которая теперь стоит в рамке в её кабинете. От нахлынувших чувств я не сразу смогла подобрать слова, потому что они ведь считают её умершей. О боги! Сколько же на самом деле лет этой бабуле?

– Простите, Естияр. Ваша фамилия Ханн? – наконец спросила я.

– Да, сыну мы решили дать фамилию жены из-за кое-каких неприятных событий в прошлом.

– Я знаю о тех событиях. Извините. Время ещё не сильно позднее, так что не откажите, пожалуйста, прокатиться с нами кое-куда. Откладывать это просто нельзя, – проговорила я и посмотрела на Свида, который тоже понял, что к чему.

– Заинтриговали, – рассмеялся дедушка Трояны, и я, оглядев всю их семью, поняла, почему я оказалась у них на чердаке.

Вот моя цель в этом мире: найти бабулиных родственников.

Спешно накормив Пини, мы, держа интригу, посадили дедушку в машину и повезли домой. С остальными родственниками госпожа Рутке, а вернее госпожа Ханн, сможет познакомиться и завтра. Не тащить же на ночь глядя всю толпу! Поднявшись в её спальню, я порадовалась, что она ещё не спала, но готовилась ко сну.

– Надевайте свой самый красивый халат, я вам подарок привезла.

– Ты и есть мой подарок, забыла? – покачала она головой.

– Идёмте, госпожа Ханн, – потянула я её за руку.

Она, услышав свою настоящую фамилию, насторожилась, но всё равно пошла следом.

Естияр со Свиридом ждали нас в гостиной. Я переживала, чтобы с пожилыми людьми не случился какой-нибудь удар от радости, но всё обошлось, потому что они поздоровались и искренне не понимали, что происходит. Тогда я сбегала за фотографией, где Естияр был ещё ребёнком, и вот на их лицах отразилось понимание и узнавание. Мужчина не мог поверить своим глазам, но тут же подошёл и взял бабулю за руки, а потом обнял.

– Как? Мама! Я не верю. Как же так? – шептал он.

От этой радостной встречи я сама расплакалась и уткнулась в плечо Свириду.

Лис с Пини стояли в сторонке и с интересом разглядывали нового «родственника». Я, утерев слёзы, решила увести детей, чтобы не мешать нашим старичкам общаться, и те сами вскоре ушли в кабинет. Отправив детей спать, мы ещё долго ждали, пока мать и сын наговорятся, и далеко за полночь Свирид увёз Естияра домой, а я, удостоверившись, что с бабулей всё в порядке, тоже пошла спать.

На следующий день, ожидаемо, к нам приехало всё семейство Куат. Бабуля очень обрадовалась внуку, а уж от правнучки была вообще в восторге. За разговором я узнала, что Естияр уже давно вдовец и живёт в столице. Годвин предложил ему перебраться сюда, но тот отказался. Там у него завязались отношения с соседкой, так что дедуля наш – ещё тот ловелас. Наобщавшись вдоволь, теперь я была спокойна, потому что помимо Свида за бабулей и детьми в моё отсутствие теперь будет ещё кому приглядеть. Когда родственники уехали, я тоже стала собираться к своему жениху. Мне казалось, что я проделала какую-то невероятно тяжёлую работу и теперь мне требовалось отдохнуть, и желательно – в обнимку с моим любимым мужчиной.