![](/files/books/160/oblozhka-knigi-babochka-pod-steklom-si-153013.jpg)
Текст книги "Бабочка под стеклом (СИ)"
Автор книги: Екатерина Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)
– Скоро придёт.
– Хочу сейчас.
– Значит, сейчас придёт.
Эля лицом в его грудь уткнулась и предприняла ещё одну попытку зареветь. Похныкала, повозилась, начала тереть глаза, а Антон попросил:
– Можно потише ныть? Не слышно ничего.
Эля Диму обняла и продолжала всхлипывать, саму себя жалея. Гранович её по волосам потрепал, а сам к своим ощущениям прислушивался. Да уж, серьёзно его жизнь за последнее время изменилась, раз он вечерами теперь детей успокаивает, вместо того, чтобы устроить себе маленький праздник жизни, как поступал обычно, когда в работе наступало затишье. Теперь же он уравнения решает и черепашек рисует. А тосковать и задумываться о правильности происходящего ему попросту некогда.
Эля ногу вниз опустила и помотала ею.
– Хочу Киндер, – заявила она.
Антон фыркнул.
– Позиции сдаёшь?
– А я хочу! Ты не хочешь, Тош?
– Мне что, пять?
– А я хочу печенья, – сказал Гранович. Посмотрел на Антона. – Печенье мама нигде не прячет?
Мальчик задумался на пару секунд, потом головой покачал.
– Нет… Зато есть кукурузные шарики, шоколадные!
К тому моменту, когда Марина домой вернулась, с коробкой готового завтрака было покончено. Даже Семёну досталось немного. Правда, он сначала есть их отказывался, но Антон сумел переубедить. В рот ему насильно сунул, и вскоре котёнок уже вовсю хрустел шоколадными шариками, чем всех смешил.
– Эх, молока бы сейчас. – Дима потянулся, закинув руки за голову.
Эля заглянула в пустую коробку, засунула в неё руку по локоть, вытаскивая последние шарики. На Грановича посмотрела.
– Мама придёт, молочка принесёт.
Дима усмехнулся.
– Ты думаешь?
А как только Марина дверь открыла, Эля тут же с дивана кубарем скатилась и к ней бросилась.
– Мама, ты молочка принесла?
– Молочка? – Марина сделала несколько шагов, чтобы в гостиную заглянуть, смеясь, посмотрела на Дмитрия и сына. – А вы просили молока?
Гранович разулыбался, увидев её, а Марина с трудом расцепила Элькины руки, когда дочь в её шубу изо всех сил вцепилась.
– Мы маму просили, которая нам молочка принесёт.
– Ты долго, – пожаловался Антон. А Марина, наконец, сумела раздеться, в гостиную прошла, таща за собой на буксире дочь. – Мы тебя ждём, ждём.
Дима подвинулся, чтобы она сесть смогла, развернулся вполоборота, и Эльку подхватил, когда она к нему на колени снова полезла, чтобы к матери поближе быть.
– Как дела?
– Устала жутко, – призналась Марина и тут же рассмеялась. – Но мне нравится. Меня там слушают, – сказала она.
– Есть хочешь?
– Вот что-что, а есть не хочу. Я так напробовалась сегодня, всего на свете. А вы, мои бедные, на супе, да?
– Тоша делал горячий хлеб с сыром и кетчупом, и нас кормил!
– О-о, кулинарные изыски моего сына. – Марина его по волосам шутливо потрепала.
– Устала, – сказал ей Дима, когда дети разбежались. Руку Марине протянул и потом с дивана поднял. По спине её ладонью провёл, к себе прижал, и почувствовал, как она расслабилась в его руках.
– Устала, – согласилась она. – Ноги гудят. Но это хорошая усталость.
– Но тебе хоть нравится?
– Да. Хотя, боюсь, что это ник чему толковому не приведёт.
– Вот завтра и посмотрим. – Он к её губам наклонился и легко поцеловал. Она разулыбалась и почти повисла на нём.
– Димка, ты у меня такой замечательный.
Он весело хмыкнул.
– Да? Так я давно тебе это говорю, а ты только поняла?
– Ну тебя, – рассмеялась она.
Дом, наконец, начал погружаться в сонную тишину. Эля уснула быстро, сказалось то, что у отца днём не спала, а Марина, уложив её, ещё к сыну заглянула и попросила того, не засиживаться. А когда в спальню вошла, сразу зевнула.
– Как я хочу спать, – призналась она.
Дима руку за голову заложил и улыбнулся, за ней наблюдая.
– Кто-то заработался? Это даже хорошо, не будешь больше на меня обзываться.
Марина притворно ахнула.
– Это как я тебя обзывала?
– А трудоголиком?
– Так это правда была. А на правду, как известно, не обижаются. – Марина ещё в коридор выглянула, и всё-таки дошла до комнаты сына.
– Антон, ты меня слышал?
– Да, да… Ещё десять минут, мам!
К Дмитрию Марина вернулась, качая головой.
– Какой он стал упрямый.
– Ага. И очень решительный.
– Это ты о чём?
– Кажется, он с отцом сегодня поругаться успел.
– Опять? – расстроилась Марина, а Гранович лишь плечами передёрнул, решив сейчас в подробности не вдаваться, на ночь-то глядя.
– Ты с ним поговори завтра.
– Поговорю, – согласилась Марина, и халат скинула. А Димке язык показала, заметив, что тот её тело, в короткой ночной рубашке, взглядом ощупывает. – Я ложусь спать.
Он спорить не стал, свет в комнате выключил, и рукой Марину обнял, когда она к нему придвинулась.
– С Игорем поговори, а не с Антоном.
– С Игорем? Почему с Игорем?
– Потому что Антон на него злится, и если ты ещё на него давить начнёшь… В общем, поговори с Игорем.
Марина положила под щёку ладонь, а глаза открыла, смотрела теперь в темноту.
– Они что, всерьёз поругались, Дим?
– Не знаю. Я со слов Эльки сужу, а Антон молчит, как упырь. Набычился сразу, и всё. А муж твой, человек всё-таки взрослый…
– Я поняла. Чувствую, завтра будет трудный день.
Дима её в плечо поцеловал.
– Я с тобой буду. Справимся.
– Посмотрите, кто у нас тут в рабочем комбинезоне! – Олег Сытин добродушно рассмеялся и подал Игорю руку. – Решил вспомнить молодость?
– Да ладно тебе, издеваться-то. – Тот на рукопожатие ответил, а после по сторонам оглянулся, отыскивая взглядом инструменты. – Что у вас тут? Помочь?
– Я и говорю, что соскучился.
– Время свободное появилось, – негромко, специально для Олега, сказал Игорь. Вокруг автомобиля обошёл, осмотрел его, потом крышку капота поднял.
– А домой не хочется, да?
– В точку.
Олег хмыкнул, наблюдая за другом, но ничего не сказал. Вместо этого вместе с Игорем под капот сунулся. Поинтересовался со смешком:
– Видел, какой у нас клиент?
– Что, важный?
– Ну, смотря для кого. – Олег машину дружески похлопал по лакированному боку. – Его автомобиль.
Игорь руки тряпкой вытер.
– Что ты мне загадки-то загадываешь? Или мэр к нам пожаловал?
– Бери выше. Тот, кто мэру платит. – Олег снова рассмеялся. А потом кивнул на распахнутую на улицу дверь. – Вон с Серёгой разговаривают. Правда, не знаю, о чём. Серёга, наверное, расписывает наш выдающийся сервис.
Игорь головой качнул, а потом сделал несколько шагов, чтобы на улицу выглянуть. И сразу настроение пропало, когда увидел на стоянке перед сервисом Грановича. Тот на самом деле стоял рядом с Беляковым, и они о чём-то разговаривали, вполне дружески, а потом даже рассмеялись. Дмитрий, в понятии Игоря, выглядел сегодня непривычно, до этого каждый раз, как они встречались, Гранович был в костюме и при галстуке, и Игорь ещё мысленно удивлялся, с чего это вдруг Марину потянуло к этому «дипломату». А сегодня Дмитрий был в джинсах, обычной куртке, и даже бейсболка на голове присутствовала. Игорь приглядывался к нему чересчур пристально, сам это понимал, но один вид этого человека заставил его почувствовать болезненный укол в самое сердце. Природа его до конца понятна Игорю не была, не исключал возможности, что это ещё собственнические замашки по отношению к бывшей жене дают о себе знать, но Гранович сам по себе ему не нравился. Не верил он в его намерения: ни в честные, ни в благие.
Игорь посомневался немного, а потом решил подойти. Поздороваться, так сказать.
– Вы не волнуйтесь, Дмитрий Алексеевич, отремонтируем вашу машину, как новенькая будет. – Беляков посмотрел себе под ноги, раздумывая, после чего аккуратно поинтересовался: – А я думал, у вас своя мастерская.
– Планируется. А пока людей из Москвы гоняем, если что-то серьёзное случается.
Сергей широко улыбнулся.
– Помощь нужна?
Дмитрий хмыкнул, сразу вникнув в суть.
– Думаю, об этом не здесь разговаривать надо. Но поговорим, обязательно поговорим.
Беляков обернулся, заслышав шаги. Увидел Игоря, и глазами на него сверкнул.
– А вот и зам мой. Игорь, а мы тут с Дмитрием Алексеевичем обсуждаем возможное сотрудничество.
Гранович на подошедшего оглянулся, и только кивнул тому коротко, в знак приветствия, даже рук из карманов куртки не подумал вынуть.
– Вы вперёд-то не забегайте, Сергей Петрович. Поговорить надо, обсудить всё. Я на авось не работаю.
– Так обсудим, за чем дело-то встало? Обсудить мы всегда готовы, да, Гош?
Дима выразительно хмыкнул.
– Не сомневаюсь.
Игорь смотрел на него и продолжал тряпкой испачканные руки тереть.
– Продолжаем расширяться? – поинтересовался он чуть напряжённо.
– Как обычно, никаких форс-мажоров, – ответил Дима. И весомо добавил: – Пока.
– Да? А дальше что?
Дмитрий всё-таки повернулся к нему.
– Дальше?
– Ну, говорят, денег много не бывает. Где дальше гипермаркет открывать намерены?
– Об этом пока рано говорить. Будет день и будет пища, как бабушка моя говорила.
Игорь нехорошо усмехнулся, не спуская с Грановича придирчивого взгляда.
– Понятно.
Дима нахмурился, насторожившись от его тона. Отвлёк его зазвонивший телефон, Гранович в карман полез, а Беляков Игоря в сторону отвёл, и что-то тому внушать начал. Игорь кивал, а сам всё на Дмитрия косился, а когда до его слуха донеслось имя бывшей жены, невольно нахмурился.
– Так, не придумывай, пожалуйста. – Дима рассмеялся, отвернувшись ото всех. – Не собираюсь я задерживаться, я же обещал. Да, машину оставил… Такси возьму. Да, да… Марин, ну в конце концов!
Беляков с Игорем попрощался, а когда мимо Дмитрия прошёл, усмехнулся, и негромко сказал:
– Марине привет.
– Сергей Петрович тебе привет передаёт. – Дима вслед удаляющемуся владельцу автосервиса смотрел, а затылком чувствовал взгляд Игоря. – Приеду часа через два. Да, я умею считать до двух. Представь себе. – Улыбнулся. – Давай, целую. – Неспешно сунул телефон обратно в карман, и после этого уже обернулся. Брови заинтересованно вздёрнул при взгляде на Игоря. – Чувствую, что ты хочешь мне что-то сказать. Что?
Игорь за плечо своё глянул, проверяя, нет ли рядом чужих ушей. Шагнул к Грановичу. В лицо ему посмотрел с лёгким пренебрежением.
– Когда уезжать собираемся?
Дима снова руки в карманы куртки сунул.
– Интересный вопрос. Особенно интересный для человека, которому я отвечать не обязан.
– Не обязан? А мне кажется, обязан. Надо же мне знать, когда ты исчезнешь. Тебе, конечно, всё равно, а мне придётся детей успокаивать.
– Правда? Успокаивать? И не только детей, как я понимаю?
– Да ты вообще ничего не понимаешь. Или думаешь, что за два-три месяца все тайны открыл и всё обо всех узнал? – Игорь тряпку на землю кинул, а руки в нагрудные карманы комбинезона сунул. – Ты ничего не знаешь о нашей жизни. Марина может тебе каждый день рассказывать о себе, но ты всё равно не поймёшь. Ты ведь другой. Ты не из этой жизни. А Маринка не из твоей. Как бы ты и её отец не тянули её к себе, она всегда будет в стороне от ваших… прелестей жизни.
– Тебе очень хочется, чтобы так было, да?
– Да я знаю, что так и есть! И детям голову не забивайте. Это мои дети, мои. А то, видите ли, уже решили, где Антон учиться будет!
Дима хмыкнул.
– Он решил?
– Мне кажется, это не он решил!
– Это тебе так кажется. И ты можешь возмущаться сколько угодно, но назад не повернёшь. Антон – наследник Стеклова, и ему надо учиться. Даже если он никогда во главе компании и не встанет, ему нужно понимать, что происходит. Он за мать и сестру отвечает. И учиться он будет в Москве, а не здесь.
Игорь сделал к нему шаг, приблизившись почти вплотную.
– Ты меня не слышишь?
– Слышу, но ничего заслуживающего внимания ты не сказал. – Гранович нехорошо усмехнулся. – Или ты спохватился?
– Это моя семья, а не твоя.
– Ты сейчас об этом вспомнил?
Игорь отступил от него, кинул едкий взгляд исподлобья.
– Ну, конечно, Маринка поплакалась, наверняка. Я ведь такая сволочь, я детей бросил, я её бросил. Вот только я детей не бросал. Я ради своих детей всё делаю!
Дима рукой махнул.
– Меня избавь от этих разговоров, мне абсолютно всё равно ради чего или кого ты что-то делаешь. Это не моё дело. Тем более отчитываться передо мной не надо. Но я сейчас и здесь могу сказать, что будет лучше для твоего сына. Если он на самом деле решит, – не сейчас, а через несколько лет, – войти в бизнес деда, то Николай Викторович для него сделает всё, и Антон будет учиться в Москве. Или не в Москве, а где-нибудь подальше, – выразительно проговорил он. – Я здесь не при чём. Я его не уговаривал и золотые горы не обещал. А если он… Если он не хочет идти по твоим стопам, то в этом я точно не виноват. И вообще, что ты пытаешься мне сказать? Чтобы я к твоей, – с особым выражением проговорил Гранович, – семье не подходил? Так ты опоздал. И кто ты мне такой, чтобы я тебя слушал?
– Ты ведь уедешь, – Игорь сверлил его злым взглядом, – ты уедешь из нашего города. А Маринке голову морочишь. И чем ты лучше меня?
Дима бейсболку на голове поправил, приподнял козырёк.
– А это точно не твоё дело.
Игорь заметил сомнение в его взгляде, недоверчиво усмехнулся.
– Или ты думаешь, что она поедет с тобой?
– А ты думаешь, что не поедет?
Напротив сервиса остановилось такси, Дима на машину оглянулся, но напоследок ещё раз на Игоря взглянул.
– У тебя нет права вмешиваться. Не ты решаешь.
– Зря ты так думаешь.
– Уже смахивает на угрозу, – пробормотал Дима себе под нос, направляясь к такси.
Марине он так и не рассказал о таком интересном разговоре с её бывшим мужем. Она бы разволновалась, Дима точно знал, к тому же, он не совсем представлял, как ей передать правильно интонации и некоторые фразы. Ведь то, что Игорь раскаялся и уже жалеет о случившемся недавно разводе, было ясно, как Божий день, по крайней мере, для Дмитрия. Марина же всегда от таких заявлений с его стороны отмахивалась, от разговора убегала, и это Грановича несколько настораживало. Понимал, что ещё немного, и им всё-таки придётся поговорить начистоту. А уж сейчас, после угроз Игоря, вполне реальных, надо сказать, становится понятно, что поговорить им придётся довольно скоро. И Дима, наверное, сразу бы и поговорил, не привык он тянуть, но в последний момент решил, что портить Марине праздник тоже не стоит, завтра, в конце концов, восьмое марта. Три выходных дня, дети не учатся, а ему и Марине сегодня предстояло посетить корпоративный вечер в честь праздника. Антон с Элей были отправлены на ночёвку к бабушке, заодно и поздравить ту нужно было, Марина даже подарок бывшей свекрови купила.
– Купила ей скатерть, – сообщила она Грановичу, правда, почему-то при этом нахмурилась. – Как ты думаешь, это нормально?
Дима на неё глаза вытаращил.
– Ты меня спрашиваешь?
– А кого мне ещё спрашивать?
– Если меня, то я отвечу. Я бы вообще ничего не покупал.
– Так я же не от себя, Дим, а как бы от детей!
– А-а.
– Что «а»? – рассердилась она.
– Тогда нужно цветы купить, раз уж Антон у нас такой чуткий внук. Скатерть подарит, и цветы.
Лицо Марины прояснилось.
– Точно!
Вот только Антон совсем не обрадовался.
– Почему я должен дарить? Я не люблю дарить подарки, мам. Ты же знаешь!
– Ну, ничего. Один раз подаришь. И бабушку не забудь поцеловать.
Антон глаза закатил, посмотрел на Грановича, ища у того поддержки, но тот только руками развёл.
– А мне что завтра подарят? – заинтересовалась Эля. Она стояла перед зеркалом в прихожей, ждала, когда остальные оденутся, и от нечего делать, язык своему отражению показывала.
– А тебе за что? – удивился Антон.
Она попыталась дотянуться кончиком языка до своего носа, после чего повернулась к брату и веско заметила:
– Я же тоже женщина. Я точно знаю, что должен быть подарок. Бабушке же купили!
Гранович поначалу замер, а потом расхохотался. Марина даже по спине его стукнула, пытаясь успокоить, хотя сама никак улыбку убрать с лица не могла. А Антон дёрнул сестру за помпон на шапке.
– У тебя ещё нос не дорос.
– Дорос, дорос! Мама, скажи ему!
Дима на часы посмотрел.
– Мы опаздываем. А ещё за цветами заезжать.
Антон уныло поплёлся к машине.
– Везёт вам, вы будете там веселиться, а мы у бабушки кашу пшённую есть.
– Не ной, поздравитель.
– И когда я только вырасту?
Дмитрий улыбнулся и промолчал.
На вечере они пробыли почти до самого конца. Марина даже удивилась этому, ведь в начале, когда с Натальей встретилась и вежливо с ней поздоровалась у всех на глазах, была уверена, что больше часа они здесь не проведут. Ведь главное, что они заехали поздравить сотрудников, точнее, сотрудниц, а закончить вечер можно вдвоём, в ресторане, к тому же, Димка сам ей это предлагал. Но неожиданно они с лёгкостью влились во всеобщее веселье, и Марина хоть и замечала любопытные взгляды, но они не сильно её напрягали. Может, привыкать начала? И танцевать она с Димкой пошла, когда он позвал, и старалась не смеяться, когда он ей на ухо всякие глупости нашёптывал.
Домой вернулись поздно, на такси, Дима Марину под локоть поддерживал, фонарь на дороге за их домом почему-то не горел, и они замешкались в темноте, наступили в грязь, и Марина громко охнула.
– Куда ты меня ведёшь?
– Куда? – удивился он. – Домой надеюсь попасть.
– Ты только надеешься. Дим, мы в грязи стоим!
Гранович наклонился к ней, и в следующую секунду Марина почувствовала его ладони на своих щеках, а потом горячее дыхание.
– Мы сегодня одни? – шепнул он.
Марина почувствовала, как от его многообещающих интонаций у неё дыхание сбилось. Руки цеплялись за отвороты его пальто, сама к его губам потянулась.
– Дим…
– Что?
Замерла, прижавшись носом к его подбородку, осторожно подышала. Слова подбирала.
– Я не знаю, что бы я без тебя делала.
Его губы дрогнули в мимолётной улыбке.
– Что бы делала? Ты бы справилась.
Марина головой замотала.
– Нет.
– Справилась бы, – настаивал он. – Я знаю.
Она носом в его шею уткнулась, затем губами прикоснулась. Дима её руками обхватил, и улыбнулся в темноте.
– Пойдём в дом. Мы стоим в грязи, ты помнишь?
– Какая разница?
– Действительно. – Он пальцем её подбородок приподнял и поцеловал.
Утром проснулся первым. Некоторое время лежал, чувствуя, как Марина прижимается к нему, её руку на своей груди, накрыл её своей ладонью, а потом зевнул. Семён, видимо, увидел, что он проснулся, на кровать запрыгнул и чуть слышно мяукнул. Дима ему кулак показал, но котёнок не впечатлился, и вместо того, чтобы испугаться, замурлыкал и направился к нему, мягко переступая лапками по одеялу. Добрался до груди Дмитрия и носом в его лицо ткнулся. Гранович нетерпеливо отмахнулся.
– Тебя только не хватало, – шёпотом проговорил он.
– Ты куда? – спросила Марина, когда Дима с кровати решил встать. Вроде бы отодвинулся от неё осторожно, руку её переложил на подушку, но Марина всё равно проснулась.
– Я в кабинете буду, а ты спи. – Наклонился и поцеловал её.
– Трудоголик, – ворчливо пробормотала она, переворачиваясь на другой бок.
Но спустя час, когда Марина проснулась, в кабинете она Грановича не нашла. Дверь открыла, постояла в некотором ступоре, до конца ещё так и не проснувшись, а потом вздохнула. Совершенно ясно, что Димка уехал в «Стелс». Конечно, как он может спокойно жить несколько дней, не вспоминая о работе? Марина даже решила на него разозлиться, так, для порядка. Потом вспомнила про время, снова мысленно отругала Грановича за то, что не разбудил её вовремя. Даже Семён уже бегал за ней хвостом и мяукал, напоминая о том, что время завтрака давно прошло.
– Не смотри на меня так, – попросила его Марина, – это твой хозяин виноват. Сначала полночи спать мне не давал, а потом сбежал и не разбудил.
Сёма присел у её ног, помёл хвостом по полу и уныло опустил голову.
Марина только душ принять и переодеться успела, как услышала, что к дому машина подъехала. Выглянула в окно спальни и поспешила вниз, встречать детей и Игоря. Пока по ступенькам спускалась, похлопала себя по щекам, вдохнула поглубже, и навесила на лицо улыбку.
– Вы уже приехали! – «поразилась» она.
– Ты же сама сказала, чтобы мы пораньше вернулись, – напомнил Антон.
Марина тут же кивнула.
– Конечно. Это просто к слову было. Надеюсь, вы позавтракали у бабушки?
– А что? У тебя, в кои-то веки, пустой холодильник? – Игорь вошёл следом за детьми, с Мариной глазами встретился, и вдруг ей подмигнул. А потом протянул ей букет тюльпанов. – С праздником, Мариш.
Марина с некоторой неловкостью приняла цветы, смотрела на розовые бутоны и не знала, что сказать, удивлённая таким вниманием. Затем пробормотала:
– Спасибо.
– А где Дима? – заинтересовалась Эля, расстёгивая куртку.
– Дядя Дима, – машинально поправила её Марина. – Он скоро вернётся. А ты иди наверх, и переоденься. И руки помыть не забудь!
Дети убежали, а Марина на бывшего мужа смотрела, не понимая, почему тот тянет и не уходит. Что, у него сегодня дел нет? Игорь стоял, оглядывался по сторонам, руки глубоко в карманах куртки, а когда на неё взглянул, хмыкнул.
– Как вечер прошёл?
– Вечер? – Марина поначалу удивилась, а потом поняла, что дети рассказали ему о том, что они с Димой вчера в свет выходили. Кивнула. – Хорошо. В конце концов, я теперь тоже имею отношение к этому коллективу, – попыталась пошутить она.
– Да? И что, довольна?
– Представь себе. Это очень интересно. Заходи как-нибудь…
– Когда соскучусь по твоей стряпне?
– Например.
– Ладно, как-нибудь, – выразительно повторил он, – зайду. С праздником тебя.
– Спасибо. И за цветы спасибо.
– Я просто подумал, что кроме меня никто не подарит.
После этих слов Марина нахмурилась.
– Ты зачем это сказал?
– Ой, да ладно, это была шутка.
– Плохая шутка, Игорь. – Марина дверь перед ним открыла. – Ещё раз спасибо за цветы, и до свидания. Нине Владимировне привет.
Игорь вдруг рассмеялся.
– Ты чего разозлилась-то?
– Ничего! Иди уже, тебя, наверняка, ждут. И Димка скоро вернётся.
– А что? Он против моих визитов?
– Ты специально решил мне праздник испортить? Молодец, у тебя получается.
Игорь за дверь всё-таки вышел, правда, снова к Марине повернулся, и рукой упёрся в дверной косяк.
– Ты заметила, что избегаешь разговоров со мной?
– Правда? – вроде бы удивилась она. – Интересно, и почему это я так делаю? Может, потому, что мне сказать тебе нечего?
– Так уж и нечего?
Они глазами встретились.
– Так бывает, Игорюш, – тихо сказала Марина, понимая, что, наверное, зря бередит старые раны, и напоминает ему его же собственные слова. – Не мы первые. Что-то закончилось, началось новое. И не играй с огнём, пожалуйста. Я устраиваю свою жизнь, и ты не имеешь права мне мешать.
– Ты просто до сих пор не можешь мне простить.
– А ты думаешь, что прощение может что-то изменить в нашей ситуации? Очень сомневаюсь. – Игорь наклонялся к ней всё ближе, и Марина в итоге толкнула его рукой в грудь. – Уходи.
Он медленно втянул в себя воздух, а потом и улыбнулся.
– Ухожу. Ухожу.
Марина дверь за ним захлопнула, но ещё некоторое время продолжала стоять, размышляя о том, что у Игоря на уме может быть. Его поведение в последнее время сильно изменилось, и это начинало беспокоить. Да ещё тюльпаны эти… Кажется, это уже не просто из вежливости.
– Сумасшедший дом, – проговорила она себе под нос, и отправилась искать вазу под небольшой букет.
Гранович вернулся через час. В дом вошёл, замер, прислушиваясь к тому, что происходит, а потом заглянул в гостиную, откуда музыка доносилась. Элька танцевала перед включённым телевизором, а с экрана пел Дима Билан. Девочка ему с удовольствием подпевала, крутилась перед телевизором, и вытягивала шею, чтобы увидеть своё отражение в стекле книжного шкафа. Судя по тому, как увлеклась, была собой очень довольна. Дима наблюдал за ней минуту, другую, и резко повернулся, почувствовав, что кто-то дотронулся до его локтя.
– Дима, где ты был? – Марина смотрела на него с укором. – Я проснулась, а тебя нет.
– Волновалась?
– Нет. Но ты уехал на работу!
– Да неправда! – Он наклонился к ней, и Марина его рукой за шею обняла, притягивая ближе к себе.
– Кому ты врёшь?
Он разулыбался, быстро её поцеловал, а потом признался:
– Я за цветами ездил.
– Ты цветы купил? – удивилась Марина. – Сам, поехал и купил?
Дима её развернул в сторону журнального столика, на котором стояла цветочная композиция, на специальной подставочке и красиво упакованная. Цветы самые разные – и небольшие розочки, и тюльпаны, и хризантемы. Марина взяла цветы в руки и осмотрела со всех сторон.
– Дима, как красиво.
– Да, – согласился он и чихнул в сторону. – Только можно я не буду восторгаться долго?
Марина улыбнулась.
– Чихаешь? Таблетку дать тебе?
– Не надо. Эля, иди сюда!
– Ой, ты пришёл! – Элька из комнаты выскочила и уже по привычке на Дмитрия прыгнула. – Где ты был?
Дима на руки её взял и указал на небольшой букетик на столе.
– А это тебе. Женщина ты наша!
Эля глаза смешно вытаращила, цветы со стола забрала, осторожно понюхала.
– Мне настоящие цветы? Мама, мне цветы подарили! Антон, Антон! – Элька бросилась бегом вверх по лестнице, прижимая к себе цветы. А Марина к Дмитрию подошла.
– Как ты догадался?
– Как? Очень просто. Две женщины в доме, значит, нужно два букета. Умею я до двух считать, умею, я уже говорил.
Цветы Марина унесла на кухню, поставила на подоконник, потрогала бантики и листочки, получше рассмотрела коробочку, в которую они были как бы вставлены.
– Красота… – ещё раз похвалила она.
Димка за её спиной снова чихнул.
– Чёрт.
– Дим, давай таблетку дам. – Марина обернулась к нему с улыбкой.
– Ну, давай. – Он нос потёр, а потом его взгляд наткнулся на тюльпаны в вазе. – Ещё цветы?
Марина ещё старательнее начала искать в ящике таблетки от аллергии, не желая отвечать. Но Димка ответа ждал, и тогда она небрежно пожав плечом, сообщила:
– Игорь принёс. Он детей привозил, ты же знаешь.
– Не знаю, но догадываюсь.
Налила в стакан воды, и к Грановичу подошла, протянула ему таблетку.
– Вот, выпей.
Дима таблетку в рот закинул, водой запил, и всё это не спуская с Марины глаз.
– Ты ведь понимаешь, что он опомнился?
– С чего ты взял?
Дмитрий в стакан с водой заглянул.
– Ну, скажем так, был у нас интересный разговор. Недавно.
– О боже. – Марина стакан у него забрала. – Зачем?
– Как это зачем? Должен же я знать, что он задумал.
– Дима, ты зря переживаешь.
– А вот я в этом не уверен.
– Ты во мне не уверен?
Он поморщился с досады.
– Марин, не переворачивай всё.
– Но тебе ведь это покоя не даёт, – настаивала она.
Гранович глаза отвёл, а Марина в свитер его вцепилась, и позвала:
– Дима. Просто давай решим… Мы поговорим, и больше не будем возвращаться… – Марина сделала попытку улыбнуться, хотя, из-за того, что нервничала, получилось не очень. – Ни к Натальям, ни к бывшим мужьям. Если ты этого хочешь, конечно.
Димка выдохнул и лбом к её лбу прижался.
– Я не хотел портить тебе праздник, правда.
– А ты и не испортил.
– Мы всё решим, – пообещал он.
Она кивнула, поцеловать его хотела, но услышав голоса детей, поспешила отстраниться. Антон первым на кухню влетел, на сестру оглянулся и вновь её поддразнил:
– Ты ещё маленькая и цветы тебе не положены!
– А мне подарили, подарили! – Эля по-прежнему букет к себе прижимала, а потом к Диме кинулась. – Скажи ему, что я большая!
– Очень большая. – Гранович девочку на руки поднял. – Цветы давай поставим в воду? А то они завянут.
Эля с сомнением посмотрела на тюльпаны, и вынуждена была согласиться, правда, сделала это с видимым сожалением. Но тут же добавила:
– В моей комнате поставим!
– Конечно, в твоей.
Дима замер, принюхался и поспешно опустил девочку на пол. И снова чихнул.
– Да что же это такое? Я в кабинете буду!
Он поспешил сбежать из кухни, а Эля озадаченно посмотрела ему вслед.
– Мама, почему он на мои цветы чихает?
– Потому что у дяди Димы аллергия. Эля, отдай мне цветы и принеси жёлтую вазу из гостиной. Беги.
К вечеру пришли гости, Тома с мужем, Марина с воодушевлением накрывала на стол, и время от времени на Грановича поглядывала. Обещание важного разговора её взволновало, и теперь только этого и ждала, чувствуя, как сердце замирает всякий раз, как думает о том, что услышит. Что он ей сказать намерен? Димка ведь ни разу не заговаривал с ней о том, что любит, что она ему нужна, что не отпустит её. Это Марина ему признавалась, по крайней мере, пыталась. Правда, каждый раз всё выходило как-то не так, скомкано, и становилось неловко, но ведь знала, что Грановичу всё это важно, но он продолжает упрямиться и молчать, и иногда Марине хотелось стукнуть его посильнее, ведь терпеть дальше неизвестность было очень трудно.
Тома толкнула её локтем.
– Прекрати на него смотреть.
– Что? – Марина удивилась и даже усмехнулась. – Что ты выдумываешь?
– Да ничего я не выдумываю. Глаз не спускаешь. Пусть покурит спокойно, а ты в нём взглядом дырку протираешь.
– Он сегодня пил таблетки от аллергии, а сейчас курит, – попыталась оправдаться Марина.
– Да мужики все такие. Они дышать не будут, но курить будут. Но как у вас вообще дела?
– А то ты не знаешь. Мы вчера с тобой час по телефону разговаривали.
– Так то телефон! А теперь я сама вижу.
– Что ты видишь?
– Что дети от него не отходят. Особенно Элька. Она от него на пять шагов хоть когда-нибудь удаляется?
Марина у стола остановилась, снова на Димку взгляд кинула.
– Иногда удаляется. Иногда…
– Но что-то тебя беспокоит?
– Да нет, просто… Игорь в последнее время едва ли не каждый день приезжает, – очень тихо поделилась с подругой Марина. – И оказывается, они с Димкой уже поговорить успели. Он мне сегодня сознался.
– Дима?
Марина кивнула.
– И Игорь сегодня вёл себя странно. Цветы мне подарил, представляешь?
Тома громко хмыкнула, спохватилась, и сама над собой рассмеялась, когда Марина ей кулак показала.
– Женщины, мы сегодня за стол сядем или нет? – поинтересовался муж Тамары. – Кушать хочется, между прочим!
– А я тебе говорила: поешь дома! А теперь ты ноешь?
– Чего это я дома есть буду? Я место берёг на Маринкины кушанья. Она и раньше хорошо готовила, а теперь всё должно быть, как в ресторане. Я должен всё попробовать!
Марина улыбнулась, пообещала:
– Ещё десять минут. Потерпите! – А когда к Томе повернулась, продолжила шёпотом: – И что мне со всем этим делать, я просто ума не приложу.
– Детьми, говоришь, занялся?
– Ну, раз он Эльку к себе домой даже забирал…
– Это точно серьёзно. Интересно, как его мадмуазель это восприняла.
– А Димка бесится.
– Что вполне понятно.
– Я спорить не буду, но я не могу постоянно его успокаивать. Я просила Игоря не являться к нам каждый день, но он меня не слушает. А если я Диме пожалуюсь… Боюсь подумать, что будет.
Марина на спинку стула облокотилась, другую руку в бок упёрла, и подскочила от испуга, когда Гранович её сзади приобнял. Посмотрела на него и рассмеялась.
– Ты с ума сошёл? У меня сердце остановилось!
Он поцеловал её в щёку.
– Нужно сплетничать с меньшим воодушевлением.
– Мы не сплетничали!
– Конечно. Антон, куда стул утащили? Обратно к столу поставьте!