Текст книги "Развод с генералом драконов. (Не)любимая жена (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гераскина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Глава 12

Рейгард

– Анна Вуд, – Гроссман встал так, чтобы перекрыть мне обзор.

Я сделал непроизвольный шаг в сторону.

Не мог оторвать взгляда от фигуры, закованной в узкие, замшевые штаны, высокие сапоги на тяжёлой подошве, куртку, под которой ясно угадывалась осиная талия.

Высокая. Изящная. И слишком вкусно пахнущая.

И снова Гроссман заслонил мне вид на… некую Анну Вуд.

Я наконец вернул всё внимание мужчине. Тот протягивал мне руку, в которой была кожаная папка, запечатанная имперской печатью.

Я принял её, ответив на твёрдое рукопожатие имперского эмиссара.

– С какой целью прибыли на границу? – строго произнёс я.

– Анна Вуд. Травница. Но подчиняется только прямым приказам Императора. Мы с Вильямом – её охрана.

Я нахмурился. Травница, которую охраняют двое приближённых воинов Императора?

Здесь что-то было нечисто.

Я заложил руки за спину и открыто посмотрел Гроссману в глаза.

– Травнице нужен лук?

– В лесу бывает опасно, – не моргнув глазом ответил эмиссар.

– Какого рода задания она будет выполнять на границе?

Гроссман юллил. Он это знал. И знал, что я вижу его насквозь.

– Мы подчиняемся только Императору и отчитываемся тоже только перед ним. Если Его Величество счёл нужным сообщить тебе, генерал, о цели нашего пребывания на границе – всё будет в этих письмах.

Я понял: не найду там ни черта.

– Не мешайтесь мне.

– Конечно. Даже не думали. Единственное – Анне нужно выделить дом в поселении, в безопасном месте. Находиться там она будет по необходимости.

– Хорошо.

Я ещё раз посмотрел в ее сторону и развернулся, чтобы уйти. Хотя дракон внутри не желал лишаться этого запаха – тянуло подойти к женщине, встать ближе, вдохнуть глубже.

Три часа я занимался тем, чем всегда: перераспределял запасы. Никогда не мог позволить себе отдать это другим. И только за полночь сел, чтобы разобраться с императорскими приказами.

И первое, что я увидел, разорвав сургуч на кожаной папке, – была бумага о разводе.

Я взял её в руки.

И именно в этот момент в шатёр вошла Беатрис.

Её глаза блеснули беспокойством, а потом – радостью. Она преодолела разделяющее нас пространство, обошла мой стол и заглянула в бумаги.

– Это… То, о чём я думаю?! – она не смогла сдержать восторг.

Пробежала пальцем по строкам развода. Я всё ещё не выпускал бумагу из рук.

Мой билет на свободу был у меня в ладонях.

Признаться, я до последнего сомневался, что Его Величество одобрит прошение.

– О боги, Рей! Это же… это же значит, что мы можем пожениться! – она бросилась мне на шею. Залезла на колени.

Я вдохнул запах её волос. Пахло антисептиками и настойки. Не самый приятный аромат для дракона.

Я отстранил Беатрис, мягко, но решительно, ссадил её с колен. Убрал бумагу о разводе обратно в папку и откинулся на спинку стула.

Было странно. Эта бумага не принесла радости.

Казалось бы – вот он, билет в жизнь, где я сам выбираю женщину.

Но что-то было не так.

Смазано. Пусто.

Я потёр переносицу. Видимо, просто усталость.

Зато Беатрис радовалась за нас обоих.

– Ты не рад?

– Я просто устал. И… разве ты не должна заниматься перебором лекарственных средств?

Улыбка пропала с ее лица.

– Этим занимается младший персонал.

– Но ведь руководить должны целители высшей категории, – нахмурился я.

Беатрис снова улыбнулась. И снова устроилась у меня на коленях, обняла за шею, провела кончиками пальцев по коже.

– Но ведь даже высшим целителям положен отдых.

Её слова мне не понравились.

Я никогда не позволял себе подобного – и своим людям тоже. Мне ли не знать, как резко всё может измениться. Сейчас спокойно, а через мгновение демоны пойдут в наступление. А под рукой нет оружия, не готовы лекарские наборы и бинты до сих пор на складе, а не в шатре.

– Отдых будет тогда, когда будет выполнена вся работа. И ты сейчас должна быть со всеми целителями.

– Ты строг со мной, – она поджала губы.

– Я строг со всеми. И прежде всего – с собой, – я дал понять, что разговор окончен. – И мои приказы должны выполняться сразу. Независимо от того, что нас с тобой связывает. Поблажек не будет, Беатрис.

– Ты никогда таким не был, Рей… – она медленно соскользнула с моих колен. Я продолжал сидеть, откинувшись на спинку кресла. – Ты сейчас даже никогда не улыбаешься. Всё время хмурый и мрачный.

– Спокойное время давно прошло. И мы изменились. Ты сама это говорила.

– Да. Конечно. Впрочем, мне всё равно. Я всегда любила тебя. И приму тебя любым. Ты прав – не стоит полагаться на младший персонал. Всё это действительно нужно контролировать. Я прослежу.

Она вышла из шатра, оставив после себя горькое послевкусие.

Я принялся за письма.

Снова открыл императорскую папку.

Второе письмо после развода оказалось личным посланием Императора. Из него следовало, что над ядом работают его алхимики, но результата пока нет.

Я сжал кулак. Я так надеялся, что Нортану помогут. Ввернулся к чтению, но в последнем абзаце перечитал строки несколько раз.

И чудилась мне между строк – насмешка.

Ни слова о настоящей задаче загадочной травницы, которую охраняли лучшие воины. Опять Его Величество оставлял этот шлейф таинственности. Признаться, это раздражало.

Но фраза:

«Ты можешь вежливо попросить Анну осмотреть твоего друга. Возможно, у неё получится помочь» – выбила меня из колеи.

Особенно как Император подчеркнул чернилами «вежливо попросить».

Во что играет Его Величество?

Сейчас совершенно не до этого!

Глава 13

Аннабель

Это было как удар.

Я знала, что будет тяжело. Знала, что будет трудно. И что, как бы я ни настраивала себя – ни блокировала чувства, ни поднимала внутри гнев и злость на собственного мужа, – увидеть его всё равно будет сложно.

Как же хорошо, что мне не нужно было специально подходить к нему и представляться. За меня это сделал Гроссман. А по распоряжению Эрэйна я и вовсе могла не контактировать с бывшим.

Конечно, это не значило, что мы не увидимся. Было бы глупо рассчитывать на иное, находясь в одном лагере.

Тем более что уже завтра я собиралась хотя бы со стороны увидеть своих детей. Благо Гроссман был личным тренером Арта, и моё присутствие на тренировке не будет выглядеть чем-то необычным.

А сейчас я смотрела на собственного бывшего мужа и захлёбывалась в чувствах. От чистой, но растоптанной любви, до злости, ослепляющей и отчаянной. Меня колотило изнутри.

Рейгард внимательно рассматривал меня. Его взгляд скользил от самых кончиков сапог вверх – к капюшону. Медленно. Пристально.

Внутри всё было как на горках: ощущение, будто я резко лечу вниз, потом снова поднимаюсь, снова падаю.

Но нужно было взять себя в руки. Пришло время научиться жить без него.

Мы не смогли построить доверительные отношения, построенные на любви. Значит, на этом всё.

Теперь мы просто родители общих детей.

Я настолько глубоко ушла в собственные мысли, что не заметила, как Гроссман уже вернулся. Продолжала смотреть в широкую спину бывшего мужа, пока голос не вырвал меня из этого состояния.

– Анна, где будем разбивать шатёр?

– Где угодно, – ответила я и кивнула в сторону Рейгарда. – Только подальше от него.

Гроссман согласно качнул головой.

– Понял тебя. Тогда начнём разгрузку.

И, разумеется, мне никто не позволил заниматься вещами. Ни Вильям, ни Гроссман не дали никому притронуться к тому, что я привезла с собой.

Пользуясь собственным положением, они подвели карету почти вплотную к лагерю и сами разгрузили всё.

Мужчины внимательно выбирали место. Выбрали, конечно, не так далеко, как мне бы хотелось, но я понимала: на самой окраине лагеря может быть опасно.

А спать и чувствовать себя в безопасности всё же было важнее.

Шатёр Рейгарда – высокий, самый крупный – находился в центре лагеря. Он был виден из моего шатра, но не слишком близко. Нас разделяло около десяти палаток.

Меня это устраивало.

Гроссман и Вильям быстро поставили мой шатёр. Небольшой, но уютный. Он заметно отличался от остальных – всё же Эрэйн никогда не скупился на вещи для меня.

Внутри было просторно.

Отдельное место для сна.

Гроссман где-то раздобыл стол и стул – для походного лагеря это было роскошью. Поставили жаровню. Мужчины быстро сколотили мне кровать. Вскоре появился матрас, мягкие подушки, одеяло.

За ширмой установили латунную ванну. Мне даже показалось, что Эрэйн предусмотрел это заранее – настолько слаженно и быстро Гроссман и Вильям оборудовали мне место для жизни.

Завтра мне покажут дом, который выделят в поселении. Вероятно, он будет недалеко от дома моих мальчиков. Чтобы я могла наблюдать за ними. Почему наблюдать?

Потому что каждый их сыновей сделал свой выбор. И я… должна уважать его, как бы мне не было больно и не приятно.

Я сама воспитала их такими.

Вильям принёс воды, бросил в неё подогревающий артефакт. Мужчины оставили меня, сказав, что их палатки будут рядом.

Я разделась и окунулась, позволяя себе расслабиться. Дорога закончилась, но впереди был новый путь.

Я знала: завтра на рассвете Рейгард тренируется с сыновьями.

Значит, я увижу своих мальчиков.

А потом будет немного времени на подготовку.

И уже в сумерках мы выдвинемся в Лесной клан.

Моё первое задание.

Только стоило выйти из ванной и закутаться в полотенце, как за пологом раздался женский голос.

– Войди, – разрешила я.

Сама же потянулась к халату, который ждал меня на кровати, застеленной шкурами животных. Накинула его и завязала крепким узлом.

Полог откинулся.

И я увидела… её.

Замерла. Не смогла сделать не то что шага – даже малейшего движения. Вцепилась пальцами в пояс халата и просто смотрела.

Чуть больше десяти лет прошло с нашей последней встречи.

С того самого раза, когда она целовала моего – на тот момент ещё будущего – супруга.

Дорогая и обожаемая бывшая невеста Рейгарда сейчас стояла передо мной в форме фронтовой целительницы.

Белокурая.

Голубоглазая.

С кукольными чертами лица.

Я всегда была её копией. Я сама постаралась стать ею. И только сейчас поняла, как незаметно превратилась в её тень.

И теперь она здесь. А Рейгард свободен.

Когда сын проговорился о некой Беатрис, я даже подумать не могла, что это та самая Беатрис.

Незакрытый гештальт прошлого. Живое напоминание о том, кем я когда-то пыталась стать – и кем так и не стала.

Как же мне сейчас было больно.

Но на лице застыла маска.

– Что тебе нужно?

Глава 14

Я видела, как Беатрис поджала губы. Да, я была слишком резкой. Но ничего не могла с собой поделать.

И ещё меня раздражало, что она первой посмела войти в мой шатёр. Я только что приехала. И зачем она здесь?

– Меня зовут Беатрис Эрвье. Я пришла познакомиться.

– Анна Вуд, – ответила я. – Можно на «ты». И без «леди».

– Так вы тоже леди, – уколола она змеёй, при этом лицо оставалось ангельским, словно ничего и не было.

Я усмехнулась про себя мысленно, сложила руки на груди. Снова посмотрела на неё – оценивающе.

И вдруг поняла, как же я была глупа.

Зачем я взяла её внешность?

И сама себе ответила: потому что её выбрал Рейгард. Потому что он любил её, потому что я боялась, что он отвергнет меня. А так… так он будет видеть во мне её.

Боги, какая же я дура! Растворилась. Стала ее тенью. Суррогатом.

А когда появилась настоящая Беатрис – всё и закрутилось. Хорошо, что теперь мне больше не нужно прятаться.

– Повторю вопрос. Зачем ты пришла?

Я видела, как она смотрит на меня, как после слов «Анна Вуд» в её взгляде мелькает недоумение.

– Не слышала о таком роде.

Её осанка стала ещё прямее, подбородок – ещё выше. Даже здесь, на фронте, где, казалось бы, иная иерархия, снова начиналось это сравнение: кто выше, кто ниже.

Я приподняла бровь, ожидая ответа. Больше ничего не сказала. Даже не стала комментировать ее слова о моем роде.

Наконец её взгляд скользнул в угол моего шатра, защищённого магическим коконом – туда, где стоял мой стратегический запас.

– Старший целитель видел, как из вашей кареты разгружали лекарственные средства. Он просил передать, может ли он на них рассчитывать.

– Передай старшему целителю, что это мои личные вещи. И что из столицы прибыл обоз с лекарственными средствами, на которые он может рассчитывать.

Беатрис поджала губы, сжала челюсти. Я-то точно знала, что в том обозе была партия, которую я сделала раньше. А мои четыре ящика – личные. Два из них я доделала в ночь перед отъездом.

– Я поняла, – кивнула она.

Губы растянулись в фальшивой улыбке, глаза сверкнули злостью.

– Если вам понадобится какая-то помощь, то лекарский шатёр находится…

– Я знаю. Видела его.

Она скрипнула зубами. Ей не нравилось, когда её перебивают. А мне не нравилось, что она находилась в моём шатре.

Беатрис больше не сказала ни слова и вышла.

Следом вошёл Гроссман. Окинул меня взглядом с ног до головы – удостоверился, что жива. Хотя, скорее всего, что жива была Беатрис.

– Поговорили?

– Ты знаешь, кто она?

– Мужикам иногда скучно бывает, – он хмыкнул. – Так что им тоже хочется почесать языками. И мне жаль.

Я махнула рукой, расслабилась и села на край кровати.

– Приходила прощупать почву.

– И как, удалось?

– Нет, – рассмеялась я. – Старший целитель уже претендует на мои зелья. Так что, Гроссман, никому их не выдавать. Это наш личный стратегический запас. Задание у нас опасное. Потом приму решение. Тем более я знаю, что с обозом прибыла ещё одна партия зелий.

– Разумно, – покачал головой Гроссман. – Мы тут уже разобрались. Палатки поставили. До половины ночи будет Вильям на страже, потом я.

– Не думаю, что стоит меня охранять в военном лагере. Что здесь может произойти?

– Мы люди новые, как видишь, интересующиеся есть. Так что сегодняшнюю ночь проведём именно так.

Я кивнула.

– Гроссман, я хотела попросить тебя.

– Да?

– Арт будет тренироваться на рассвете. Ты – его личный тренер. Не мог бы ты присутствовать на тренировке… и взять меня с собой?

– Ты хочешь с ним поговорить?

– Нет. Я просто буду стоять и смотреть со стороны. Не более.

– Конечно. О чём речь. Разбужу тебя на рассвете. Отдыхай.

Я сдержанно улыбнулась. Он кивнул и вышел.

Я забралась под одеяло. Нужно было отдохнуть. Но сон не шёл. Мысли лезли одна за другой. Пришлось встать и накапать себе пару капель снотворного. Только после этого я уснула.

Проснулась от того, что меня тронули за плечо. Распахнула глаза, вскинула руку для удара, но Гроссман перехватил.

– Анна, ты опасная женщина, – усмехнулся мужчина.

– Когда рядом лес и опасность, ничего не могу с собой поделать, – повинилась я.

Я села, поправила халат, наклонилась, растёрла лицо. Отбросила кинжал, который заранее положила под подушку.

– А ты говорила, что не нужно тебя охранять, – проворчал он. – Даже с тем, что мы всю ночь дежурили под твоим пологом, ты всё равно не чувствуешь себя в безопасности. Это о многом говорит.

– Ладно, не будем пока об этом. Просто знай: ко мне действительно лучше не подкрадываться.

Взгляд его стал понимающим. Мужчины ничего не знали обо мне. Но это не мешало догадываться им о многом. Гроссман вышел из шатра.

Я быстро привела себя в порядок. Надела тёмно-синий походный костюм: узкие замшевые брюки, сапоги на толстой подошве, чёрную рубашку с узкими манжетами и широкими рукавами. Широкий пояс – под грудь. Волосы убрала в высокий хвост. Мой любимый кинжал отправился в голенище сапога.

Я посмотрела на лук и стрелы. Подумала – нет, пока не буду брать. Мы ненадолго.

В зеркале я выглядела так, будто проснулась дома – выспавшаяся, отдохнувшая. Ровный цвет лица, сияющие зелёные глаза, блестящие рыжие волосы – почти огненные. Моя природная особенность всегда позволяла выглядеть так, словно я провела день в расслабляющей ванне, где бы ни находилась.

Я вышла на прохладный воздух.

Гроссман и Вильям уже завтракали. Перед нашими палатками, расставленными полукругом, горел собственный костёр. На нём грелась вода, рядом лежали толстые бревна, на которых можно было сидеть как на стульях.

Я улыбнулась. Вильям протянул мне чашку с кофе.

– Мы даже корицу нашли.

– Удивительное дело, – рассмеялась я.

– Повариха сразу вручила её мне, как только я к ней подошёл.

– Его Величество постарался, – проговорила я и сделала первый глоток. – Не удивлюсь.

Это снова было приятно. Потом мы съели пару бутербродов и Гроссман поднялся.

– Анна, пойдём. Я уже узнал, что генерал всегда тренируется с сыновьями в одно и то же время.

– Тогда пошли.

Мы вышли, миновали палаточный лагерь с полусонными мужчинами и дозорными, прошли по узкой тропе, ведущей к деревне. Там было пять небольших улиц – скромные, с каменными, добротными домами.

Мирные жители продолжали здесь жить, никто никуда не уезжал, хотя место было опасное. Никто не хотел до последнего покидать свои дома и бросать нажитое имущество.

Мальчики жили на второй улице. Дом был крепкий, двор – просторный. Мы сразу прошли на него.

Я остановилась, прислонившись плечом к каменной стене.

Гроссман пошёл вперёд.

Мальчики уже стояли во дворе. Перед ними – мой бывший муж. Он что-то говорил им, но я не слышала. Я просто смотрела на своих мужчин. На тех, кого внезапно лишилась, оставшись за бортом жизни.

Я настолько погрузилась в собственные мысли, что почти не слышала окружающих звуков. Снова эта жгучая, рвущая боль в груди привела меня в чувства.

И тут звуки вернулись ко мне.

Гроссман в это время присел перед Артом, потрепал его по волосам.

– Ну что, боец, не ударил в грязь лицом?

– Нет, ты очень хорошо его подготовил, – ответил Рейгард и подал Гроссману руку.

Тот поднялся, пожал её и снова потрепал Арта по голове. Сын расплылся в счастливой улыбке.

– Ну, тогда покажи, – сказал Гроссман и сделал несколько шагов назад.

И в этот момент я увидела, как резко напряглась спина моего бывшего мужа.

Ветер подул с моей стороны – в его.

Его спина вмиг закаменела.

Он повёл носом – по-звериному, хищно.

А потом развернулся.

И мы встретились взглядами.

И он увидел меня настоящую.

Глава 15

Рейгард

Подул ветер и принёс запах дикого вереска. Одуряюще густого. Ещё до того, как обернуться, я знал, кого увижу. Незнакомку в капюшоне.

Но стоило повернуться и увидеть… её – как воздух вышибло из лёгких.

Это было как удар клинка в грудь. Остро. Резко. Неотвратимо.

Я смотрел в её огромные зелёные глаза, на огненные рыжие волосы, собранные в хвост – и дурел.

Дракон внутри взревел и зацарапался. Снаружи я оставался спокоен. Внутри… внутри всё рвалось.

Именно ее видел накануне во сне.

Она шла по вересковому полю, и на голове у неё был венок.

Всё – точь-в-точь!

Что это за магия такая?

Вещий сон?

– Представишь нас? – спросил я Гроссмана.

– Конечно.

Шаг.

Ещё шаг.

И вот я уже стою рядом.

– Анна Вуд, – она подала мне руку, внимательно всматриваясь в меня.

И голос у нее такой низкий, бархатный. По хребту мурашки побежали от него.

Она тоже чувствует это?

Или…

Я сжал её хрупкую ладонь в своей, отпустить было сложно. Но она сама высвободилась. Ни один мускул не дрогнул на её лице.

Собранная. Натянутая, как тетива.

Я прислушался к себе. К дракону. Пришлось натянуть ментальный поводок, ведь ящер сходил с ума.

Зверь принюхался ещё раз.

От неё не пахло драконицей.

Она – человек. Разумеется, с примесью драконьей крови. Чистокровных людей давно не осталось. Но зверя в ней не было.

Анна опустила взгляд – и только тогда я понял, что позади стоят мои дети.

Арт вышел вперед и протянул руку.

Анна присела перед ним, чтобы быть с ним на одном уровне. Улыбнулась.

Внутри снова всё дёрнулось. Она подала ему ладонь.

– Я Арт.

– А я Анна. Приятно с тобой познакомиться.

– А… Это мой брат Филипп, – добавил Арт.

Филипп тоже подошёл. Анна так же протянула ему руку.

Я заметил, как оба сына странно замерли.

Фил почти сразу сделал два шага назад, но продолжал наблюдать за Анной.

А Арт… удивил. Он подошёл ближе и потянулся прямо к волосам Анны, а потом глубоко вдохнул рядом с ней воздух. Я же заметил, что цвет их волос совершенно одинаковый.

– Арт. Так не делают, – одёрнул я сына и взял его за плечо, оттянув назад.

Мелкий был словно дезориентирован. Не сразу пришёл в себя. Маленькие драконы слишком восприимчивы к запахам. Особенно если те им нравятся. И обнюхивать кого-то столь открыто не принято.

И в подтверждение моих мыслей сын выдал:

– От вас пахнет так же, как от моей…

– Рейгард!

Беатрис перебила его резко. Момент был нарушен.

Анна уже встала, откинула длинные волосы, собранные в хвост, за спину.

– Что случилось? – я нахмурился.

– Я… – Беатрис не просто шла. Она бежала.

Я напрягся.

– Что с Нортаном?

Я заметил, как резко напряглась Анна. Она сделала шаг назад и посмотрела на Беатрис. Та была в сером платье и переднике, волосы заплетены в косу.

– Нет. Нет. С ним всё по-прежнему.

От сердца отлегло. Но тогда что?

– В чём дело?

Беатрис явно собиралась броситься мне на шею, но я сразу остановил её взглядом. Она сдержалась.

Дети пока не знали о наших отношениях. Я собирался сказать им позже. И в принципе выставлять чувства напоказ было недопустимо. Она это знала.

Наступило тяжёлое молчание.

– Я хотела сказать, что свободна сегодня после обеда.

Серьёзно?

Я стиснул зубы, втянул воздух, одуряюще пахнущий вереском.

– Ты разве не должна быть на обходе? – процедил я.

– Так рано ещё, – опешила Беатрис.

Я посмотрел на Анну, которая наблюдала за нами обоими. Она сложила руки на груди. По лицу – ничего не понять.

И тут до меня дошло.

Вот почему Беатрис решила поставить меня в известность о том, что свободна. Хотя я ее не о чем не спрашивал. Она метила территорию.

Я не намерен был терпеть подобную глупость.

– Анна, – я заговорил первым. – Я хотел после обхода попросить тебя осмотреть моего друга. Он в тяжёлом состоянии. Отравлен демоническим ядом. Его Величество сообщил мне в письме, что я могу обратиться к тебе.

Анна нахмурилась. Перестала смотреть на Беатрис, которая заметно растерялась.

Потакать любовнице и столь открыто метить территорию мне претило. С ней ещё предстоит разговор. Впрочем, позже. Сейчас её место было явно на обходе.

– Если Его Величество так написал, – ответила Анна, – то я посмотрю. Но что я могу сделать такого, чего не смогли целители с шестилетним образованием? – она усмехнулась и покосилась на Беатрис. – Я всего лишь травница.

Её слова задели. Совсем недавно я говорил почти то же самое… своей жене.

– Я доверяю словам Его Величества.

Уголки губ Анны дернулись, показалось, что ее задели слова о доверии к императору. Я нахмурился, не понимал ее реакции.

Впрочем, единственный раз, когда я пренебрёг словами Императора и его приказом, – это был развод с супругой и мои собственные слова, сказанные Аннабель.

Но Анна не может этого знать.

– Не буду ничего обещать, – пожала она плечами.

– Этого будет достаточно, – заверил ее.

После этого я заставил себя отойти от Анны и начать тренировку.

***

Аннабель

Я смотрела на то, как проходит тренировка. Как слаженно, уверенно, красиво двигались мои мальчики. Мне всегда нравилось за этим наблюдать.

Гроссман стоял чуть в стороне, широко расставив ноги и скрестив руки на мощной груди. Судя по его лицу, он был весьма доволен.

Только вот Беатрис, которая совершенно точно прибежала метить территорию, так и не уходила.

– Он мой, – вдруг проговорила она.

Я повернулась в её сторону и приподняла бровь.

– Твой кто?

Она стушевалась. Сжала кулаки и вскинула подбородок.

– Я его…

И не смогла подобрать слово.

Неужели её статус до сих пор так и не определён?

Я хмыкнула. Щёки Беатрис покрылись красными пятнами.

– Любовница? Подстилка? Грелка? Содержанка? – спокойно уточнила я. – Точно не жена. Скорее женщина без подтверждённого статуса.

– Мы вместе, – зло процедила она.

– Думаешь, это важная информация для меня? – я склонила голову к плечу. – Или ты всем вновь прибывшим из столицы спешишь сообщить о своём горизонтальном положении при генерале, м?

Было больно.

И… смешно.

Внутри всё жгло, и злой усмешки не смогла сдержать.

– Я говорю это, – продолжила она, – чтобы не было недопонимания.

– У меня нет недопонимания по этому вопросу. Потому что он меня, в принципе, не интересует. Но теперь меня волнует другое.

Я посмотрела на неё оценивающе, как и она. Я не повышала голос.

Мне это и не требовалось.

– Ты точно приехала сюда нести службу и выполнять свою работу? Или твоя основная задача – скрашивать досуг генерала и мечтать о том, как из походной «жены» стать настоящей, а?  В таком случае и жалование тебе должны назначить соответствующее… основному роду твоей деятельности.