Текст книги "Развод с генералом драконов. (Не)любимая жена (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гераскина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава 47

Несмотря на торжественность и исключительность момента, пришлось отвлечь императора.

Я быстро, чётко изложил всё, что увидел, рассказал о тех тоннелях, которые были найдены на территории демонов, подробно описал тварей, которых мы видели, – змей с вытянутыми телами и драконьими мордами.

Император подозвал Кайдена и фениксов.

– Что скажете? – задумчиво спросил император, переводя взгляд на Кайдена, после того как я снова все пересказал.

Все мы были напряжены.

– Думаю, что это василиски, – медленно ответил Харальд. – Но очень много сотен лет назад некоторые из них были способны к обороту. Что стало с ними дальше, не ведаю даже я, потому что ушли они ещё раньше, чем это сделали фениксы.

Мы ещё какое-то время разговаривали, уточняя детали. Вскоре выяснилось, что точно такой же проход был найден недалеко от имения Кайдена. Только там они сразу завалили этот лаз, не исследуя его настолько далеко, как это сделали мы с Борном.

Император сказал, чтобы я держал его в курсе, потому что нам нужно было срочно возвращаться – вскоре могли начать поступать новые сведения.

Император пообещал попробовать найти сведения о василисках и передать их мне. Я также сообщил ему о яде, который демоны используют против драконов, и о том, как он действует.

Мы с Бель улетели первыми.

Снова прошлись над границей. Густой лес скрывал территорию демонов, даже если те и были там, увидеть их с воздуха было практически невозможно. Потом вернулись в лагерь.

И уже на закате пришло первое донесение. Всего в сотне шагов друг от друга, была найдена целая сеть входов, точнее сказать – выходов на нашу территорию.

Я уничтожил донесение. Уже спустя пять минут лагерь был поднят по тревоге.

Я знал, что Бель отправилась к детям и сегодня собиралась там ночевать. Гроссман находился на всё том же месте вместе с Вильямом.

– Что происходит? – спросили они, когда я в полной амуниции подошёл к ним.

– Боевая тревога. На нашей территории находятся тоннели, по которым демоны могут перебросить опасных существ, – кратко пояснил я. – Не ждите. В случае чего улетайте вместе с Бель. Мой человек, который отвечает за детей, уже проинформирован и готовиться.

Мужчины переглянулись, кивнули и отправились в свою палатку за оружием. Времени, чтобы увидеть Бель, не было. Нужно было срочно перебрасывать войска именно в те места.

Мы обернулись в драконов и вылетели.

А когда достигли присланных координат, ещё с неба было видно, что начался прорыв. Пока один тоннель засыпался и обрушивался магами земли, из других уже начали вылезать твари.

С высоты было видно, как земля буквально вспарывается изнутри. Один тоннель уже осыпался под ударами магов земли, тяжёлые пласты грунта уходили вниз, но рядом, всего в нескольких десятках шагов, разверзались новые провалы, и из них начинали выбираться твари.

Сначала показались головы. Узкие, вытянутые, с драконьими мордами, с прижатыми к черепу костяными гребнями. Потом тела – длинные, гибкие, покрытые чешуёй, которая тускло блестела в сумеречном свете. Они извивались, выталкивая друг друга наружу, шипели, рычали, издавали странные, хрипящие звуки, больше похожие на скулёж, от которого по спине проходил холод.

Их было слишком много.

Они вываливались из тоннелей, цепляясь когтями за землю, скользя длинными телами, и сразу бросались вперёд, не разбирая целей, реагируя на движение, на тепло, на запах.

Некоторые поднимали переднюю часть тела, как змеи, распахивали пасти, и тогда становились видны длинные, загнутые внутрь клыки, с которых стекала густая, тёмная жидкость.

Мы ударили первыми.

Драконы обрушились с неба, когтями, клыками, ломая строй тварей, но те не отступали. Они бросались прямо под удары, обвивали лапы, вцеплялись зубами в чешую, пытались добраться до мягких мест, до суставов, до шеи.

Запах крови почти сразу смешался с тем самым тухлым, липким запахом, который я чувствовал в тоннелях. Воздух наполнился рыком, криками, хрипами. Земля дрожала под ударами.

Я бился в гуще.

Пришлось скинуть оборот. Деревья мешали вести борьбу, твари стали умнее и не высовывались на открытые пространства.

Одна собакоподобная тварь рванулась ко мне сбоку, я перехватил её за шею, переламывая позвоночник, тут же отбросил тело, но на его место уже бросились две другие.

Василиском было много. Они были быстры. Слишком быстры для таких размеров. Извивались, уклонялись, бросались снизу, с боков, сзади.

Я рубил, колол, уходил от бросков, чувствуя, как проливается их и моя кровь. Тут были не только василиски, но другие странные твари, которых я никогда не видел. Те самые, что были в клетках.

Один из василисков рванулся ко мне прямо в грудь, я шагнул в сторону, ударил снизу вверх, вспарывая брюхо, но второй уже ударил хвостом, сбивая с ног. Я перекатился, встал, тут же пронзил его горло.

Воины дрались рядом. Кто-то обрушивал землю, засыпая один из тоннелей, кто-то держал линию, не давая тварям прорваться дальше.

Я видел, как один из магов рухнул, когда тварь вцепилась ему в бедро, как другой ударил магией. Я шёл вперёд.

Рубил.

Бил.

Не давая им прорваться.

Один из василисков зацепил плечо, клыки прошли вскользь, но я уже не чувствовал боли. Оставался один тоннель. Последний. Если его не закрыть – они продолжат вылезать.

– Магов сюда! – рявкнул я, отбрасывая ещё одну тварь.

Я шагнул вперёд, прикрывая магов, которые начали обрушивать своды. Земля задрожала, посыпались комья грунта.

И именно в этот момент я почувствовал удар.

Со спины.

Сталь вошла под лопатку, прошла насквозь, пробивая грудь. Воздух вышибло. Я захлебнулся кровью.

Ещё один удар – ниже. По ногам. Лезвие перерубило сухожилия.

Я рухнул на колено, не удержавшись, пальцы вцепились в землю, перед глазами потемнело.

Кровь хлынула в рот. Я попытался вдохнуть и закашлялся.

Громкий надрывный крик разнесся над полем боя.

Бель тут не должно было быть. Но… она была.

Я вскинул голову. Кровь текла изо рта, дышать я почти не мог, только хрипел, захлёбываясь, но во всём этом хаосе чётко нашёл её. Мой дракон почувствовал её раньше, чем я увидел.

Она была в самой высокой точке. Заняла позицию на дереве и стояла, ловко балансируя на толстой ветке. Возвела лук. Сделала выстрел.

Позади меня кто-то упал. Кровь потекла рядом, тут же впитываясь в подстилку из листвы и земли.

Перед тем как темнота поглотила меня, я увидел, что мои воины справились, удержали линию, не дали тварям прорваться дальше, и все они уже окружили меня плотным кольцом.

На лице каждого читался ужас и страх.

Перед глазами появилось лицо Бель. Я закашлялся, кровь снова пошла изо рта, обжигая горло. Она опустилась рядом, перехватила моё лицо ладонями.

А потом ко мне пришел лютый холод и больше меня не стало.

Глава 48

В нос ударил гнилостный запах. А потом лица коснулся шершавый язык. Послышалось утробное рычание.

– Мальчик, ко мне, – прозвучал знакомый голос Белль.

Я открыл глаза, сделал выдох-вдох, но было больно. Проморгался, не сразу понимая, где я и что со мной.

Перед глазам прояснилось. Надо мной появилась морда крупного вейра. Страшная, собакоподобная тварь нависла надо мной и смотрела своими красными глазами прямо в мои.

Хотел поднять руки, но сил не было. Сердце заколотилось о грудную клетку, разгоняя кровь, я зарычал, пытаясь отогнать тварь. Похоже, меня бросили на поле боя.

Руки не слушались от слабости. А ноги – тем более.

Но тут раздался свист, и вейр, капнув слюной мне на лицо, слез с меня.

И тут же надо мной склонилась Бель. Вытерла лицо мокрой тряпкой.

– Вейр… – прохрипел я, чтобы она опасалась.

– Да, – спокойно ответила она. – Он ушел.

– Не… понимаю…

– А что тут понимать? Вожак принял тебя, – раздался голос императора, и он тоже навис надо мной. Он не улыбался. Был хмурым и сосредоточенным. – Не сожрал и не обглодал твои драконьи кости. Может, ты тоже не совсем дракон, м? Признавайся, кто был в твоей родословной?

Я совершенно не мог ничего понять. Вейр, который принял меня, Бель, император…

Под спиной что-то было жёсткое, неровное и колючее. Было темно, и только костёр, разведённый недалеко, давал свет.

– Он ведь встанет? – император выпрямился. Я с трудом повернул голову и посмотрел на Бель, которая тоже замерла и смотрела на меня. – Или ты и правда с букетом вереска наперевес пойдёшь? Это ведь иносказание, да? Так присущая предсказаниям?

Но Бель молчала и смотрела на меня, а до меня начало доходить.

Я калека.

Я попытался почувствовать руки. Пальцы чувствовал и мог ими шевелить.  Просто была слабость. А вот ног… сколько бы ни пытался, не чувствовал. Совсем. Потом всплыло, как мне перерезали сухожилия, как проткнули грудь… со спины. Подлый удар в спину клинком.

Я закашлялся. Бель тут же поднесла к губам деревянную чашку. Пить хотелось, но там был какой-то настой. Горький, вязкий. Но я всё равно жадно выпил.

Кашель ушёл, стало легче, боль притупилась. Я повернул голову в сторону императора и прожёг его злым взглядом.

Тот вздохнул и присел на кусок дерева, стоявший неподалёку.

– Где… я? Сколько я уже в таком… состоянии? – едва хрипел. – Чем… все… закончилось?

– Неделю провалялся без сознания. Напугал. Лишиться сразу двух генералов – это удар по империи. Я теперь даже склонен думать, что вас специально вывели из строя. Неприятно думать, что враги в край обнаглели. Даже не демоны, а мои собственные подданные. Я вместо того, чтобы быть со своей беременной супругой, ночую у Гиблого Леса, хотя есть в этом и преимущество – здесь ни меня, ни её никто искать не будет. Кому в голову придёт, что император тут.

Потом Эрэйн рассказал, что прорывы были закрыты. Ни одна тварь не ушла в глубь территории.

– Кто… это был? Кто… в спину… ударил…

– Белль была так милосердна, что оставила в живых предателя. Мы обыскали его и допросили. Вернее, твои воины сами это сделали. Офицеры у тебя хорошие. Каждый из воинов желал помочь, пока мы тебя доставляли сюда.

Он устало провёл рукой по лицу.

– Оказалось, он прибыл с последним пополнением. И был перевербован. Он мятежник-клеверник. Но я подозреваю, что из той части мятежников не где мой брат, тот самый с ожогом на виске парень, а с той частью мятежников, которые в сговоре с демонами и которые помогали им принимать личину драконов.

Он скривился.

– Какими нужно быть беспринципными тварями, чтобы ударить в спину генерала, который охраняет их же задницы. Что в головах у тех идиотов, которые думают, что демоны помогают просто так? Они пройдут огнём по нашим землям. Убьют мужчин, возьмут в рабство женщин и детей. Как можно помогать им? Ладно, мятежники против моего правления. У каждой власти есть те, кто недоволен ею. Но чтобы якшаться с демонами – это нужно быть совершенными уродами и мерзавцами.

Я с трудом выдохнул.

– У тебя есть брат? Какая у него… магия?

– Не знаю. Но он то появляется, то исчезает. И он, конечно, совершенно зол на меня за то, что я убил нашего отца. И вообще в моей семье слишком много тайн. Но сейчас не об этом. Главное – армия осталась без генерала. А демоны как-то начали создавать тварей, да ещё и василисков откопали. Бездна их всех раздери! – процедил император и сжал кулак. – Почти все воины, что закрыли прорыв, отравлены. Бель, не смыкая глаз, варит зелье противоядия и ухаживает за тобой.

Он замолчал, затем продолжил:

– Я перевожу новые партии на фронт. Но правда в том, что армия сейчас не способна на противостояние с демонами. Ещё один такой прорыв – и эти твари расползутся по лесам, уничтожая всё на своём пути и мирных жителей тоже. А после демонам никто не будет мешать вторгнуться и закончить начатое. Мы в полной заднице, генерал.

Я сглотнул, чувствуя горечь во рту.

– Предсказание… Я так понял, что Гиблый… Лес примыкает к границе демонов. Там… что-то есть…

– Об этом будет узнавать Бель.

– Нет.

– Да, Рейгард. Другого выбора нет.

– Я ведь просил… забрать её. Ваше величество…

– Можешь звать меня Эрэйн.

– Я официальное… прошение написал.

– Я, как император, – усмехнулся Эрэйн, – проигнорировал его. Есть у меня такая блажь. Вот такой вот я подлец и самодур.

Он чуть подался вперёд, посмотрел на меня внимательнее.

– Это, конечно, хорошо, что ты тут подыхать собрался. Кучу бумаг подготовил. Но управлять армией некому. Так что вперёд, генерал, лечись. Или твоя супруга пойдет одна через Гиблый Лес.

Он на секунду замолчал, потом еще больше оскалился в улыбке.

– А хочешь, я тебе кое-что расскажу? Бель говорила, что вот для таких как ты нужна мотивация.

Я обвел взглядом пространство. Бель тут не было. Она куда-то ушла.

Потом император закинул ногу на ногу и, покачивая носком сапога, проговорил:

– Помнишь своего дружка, лорда Пирея Эна?

Я напрягся. Эта заноза давно сидела в моём сердце. Это была та самая точка, после которой я уже не был прежним.

– Вижу по глазам – помнишь своего товарища. Твоими руками убитого. Ты так убивался по этому поводу. Был раздавлен. Столько проблем сулила вся эта ситуация. Ты ведь единственный наследник и мог загреметь в казематы. А там еще и у отца твоего проблемы начались. Впали в немилость ко мне.

– К чему всё это? – прохрипел я.

– Так жив твой Пирей. Живёт себе припеваючи в Песчаном клане. Жену завёл. И не вспоминает о друге, которого подставил.

– ЧТО?!

Это новость как молния прошила меня. Я начал подниматься. Зелье Бель действительно давало силы. Я приподнял корпус, пот струился по вискам, меня шатало, мутило, но… я все равно не хотел лежать трупом после всего, что услышал!

Сил было мало, я почти заваливался обратно, но злости было больше. Я на локтях потянул тело в сторону императора, а тот довольно скалился, наблюдая за моими попытками.

– Ты уже догадался, да? – издевался император. А у меня такая пелена упала на глаза. Хотелось схватить и убить императора. И плевать, кто он.

– Это ты все устрроил?

– Твоя Бель выбрала себе мужа – я ей дал его. А методы уж какие были… – пожал плечами Эрэйн, словно речь шла о какой-то мелочи.

– Ты собиррался меня посадить за то, что я не соверршал!

– А не нужно выбирать себе сомнительных друзей, которые опоили тебя и подставили. Кстати, твой друг охотно принял деньги на погашение своего карточного долга, – оскалился Эрэйн. – И спокойно согласился с предложенными условиями, решив просто исчезнуть с приличным отступным.

– Ты сказал: либо я женюсь, либо иду в тюрьму за его убийство. И у отца будут тоже проблемы.

Он прищурился, словно вспоминая. А я уже полз к нему, желая вцепиться в его горло. Но Эрэйн встал и отошел дальше.

Утробное рычание вырвалось из моей груди. Я не заметил, что вернулась Бель.

– Ты же сказала, что он лежачий, Бель! А он вон какой… активно ползающий!

– Убью… – прохрипел я, чувствуя, как внутри поднимается глухая ярость.

– Я уже и не помню, чем тебя шантажировал, – оскалился Эрэйн.

Врет ведь! Все помнит! Я стиснул зубы и снова полз на локтях к нему.

– И всех ты так рразводишь?..

– Не рычи, генерал. С тобой было сложнее всего. С Кайденом, например, проще было. Он был так опустошён, что ему уже было всё равно. После смерти первой жены он потерял смысл жизни. А с тобой пришлось целый план разрабатывать.

– Убью…

– Если встанешь – можешь даже в морду мне дать разок. Только встань для начала! – оскалился Эрэйн и расхохотался.

– Рррр!

Но тут хохот императора резко оборвался.

– И кстати, Бель ничего не знала. Я вообще думал, что всё пойдёт без таких мер с моей стороны, но ты чего-то не чувствовал её запаха и истинности. Потому пришлось всё усложнять.

Бель с побелевшим лицом смотрела на Эрэйна. Тот подошёл к ней и обнял её, потянулся и поцеловал в лоб.

– Эрэйн… зачем… – тихо проговорила она.

– Я всегда буду исполнять твои желания, моя хорошая. Да и человеческого во мне так мало. Может, станет больше с появлением Соль. Но… ты не волнуйся. Если он не встанет, мы тебе другого мужчину найдём. Уж я-то постараюсь ради тебя еще раз.

Я только услышал это, как перед глазами все покраснело. А воображение уже нарисовало вид красивой Бель в белом платье и рядом другого дракона.

А потом кровать и сплетенные на ней тела…

– Рррр…

– Опять рычишь, генерал? Так знай, она не умрёт от тоски по тебе. Я всё организую в лучшем виде.

– Рррр…

Я полз, а император всё отходил, издевательски наблюдая, и при этом поглядывал на побледневшую и растерянную Бель.

– Ах, ты думал, что умрёшь и не узнаешь об этом? Для этого письмо свое мне написал? Нет, генерал. Я буду каждый день наведываться к тебе и рассказывать, как она счастлива рядом с другим мужчиной.

– Убью…

– А ещё подумай, генерал, что твою дочь будет воспитывать чужой мужик.

– Что…

– Поздравляю. Ты, к слову, станешь отцом в третий раз. Посыпай голову пеплом. Ты развёлся с беременной супругой. А по поводу твоей Беа – зря ты её отпустил. Я вот не такой добрый. Узнал нечто интересное. Ты знаешь, что она своего супруга на тот свет отправила? А теперь представь, что она могла бы попытаться отравить Бель и твоих детей. И никто бы не спас твою семью. А сколько таких опасностей будет ещё? Она ведь многоликая. И дети твои тоже не чистокровные драконы. А в нашей империи еще не скоро станет безопасно для таких как они. А тот, кто мог спасти, написал кучу официальных заявлений… собираясь закончить жизнь калекой. Бель… – император повернулся к ней.

А мы так и смотрели, не отрываясь друг от друга.

– Ты, кстати, очень богатая женщина. Он всё отписал тебе. Может мне поступиться своими желаниями и планами на генерала. Воспитаем другого, м?

Но его никто уже не слушал. Мир сузился только до нас двоих.

– Ладно. Я пошёл.

Его слова остались без ответа.

Я не мог оторваться от своей Бель. Жадно смотрел и пытался вдохнуть запах вереска. Даже убивать не хотелось… хотелось прижаться к ней. Дотронуться до… живота.

Только сейчас понял, что увидел Бель без куртки, в свободной рубашке.

Император забрал с собой два ящика и пошёл во тьму Леса.

А мы смотрели друг на друга, и не видели никого больше.

Глава 49

Император умел быть убедительным.

Я был в ярости. Осознание того, какими методами он заставил меня жениться, сменилось тёплой, почти болезненной нежностью.

Вся злость от того, что он не послушал, что проигнорировал моё письмо, что сделал по-своему, смылась, как волна цунами, когда пришло главное – трепетная новость о том, что моя Белль беременна.

Дочка. У меня будет дочка.

Это было что-то настолько ошеломляющее, что ударило под дых.

Каждое слово императора било точно в цель, метко, на разрыв.

Бель – многоликая. Такой опасно быть в империи. Каждый из моих детей имеет часть её крови. А моя дочь… она ведь тоже может родиться многоликой.

Я просто не мог позволить себе смириться с собственной судьбой.

– Бель… это ведь правда? – переспросил я. Наверное, самый глупый вопрос на свете.

А ведь те травы… тот самый чай, который она пила перед тем, как я ушёл… точно такой же она пила и с Филиппом, и с Артом. Уже тогда я должен был заподозрить.

– Да, Рейгард.

И тут послышался крик, Филипп и Арт, разрушили тот самый зрительный коридор, который образовался между нами. Я обернулся, посмотрел, как двое наших сыновей спешили ко мне, упали на колени, обняли, вцепились в шею. И Филипп, который обычно всегда был сдержан, и Арт, который вовсе расплакался.

Я обнял детей и сжал их в своих объятиях. Объятия мои были слабыми, немощными, но волна злости накрыла меня за такую слабость.

Я не привык быть таким. Не привык себя жалеть. Мне нужно встать.

Посмотрел поверх голов своих детей на Бель, которая наблюдала за нами.

– Что мне нужно сделать, чтобы встать?

***

Аннабель

Маски сброшены. Все тайны выложены. Между нами больше нет никаких секретов.

Хотелось убить Эрэйна за все его слова, которые так причиняли боль Рейгарду, злили его, выворачивали душу.

Мне самой хотелось стукнуть Эрэйна – я ведь не знала, каким образом он заставил Рейгарда жениться на мне. Но брат, пусть названный, пусть не родной по крови, но такой родной по духу, сделал всё для меня, чтобы мой истинный был рядом.

А сейчас ни единой тайны, которая стояла бы между нами, не осталось.

Мы были чистыми. Мы были голыми друг перед другом – без недосказанностей, без скрытых мотивов, без лжи.

Да, я думала сама сообщить о собственной беременности, потом, когда-нибудь, когда всё станет спокойнее, но Эрэйн снова произвёл точечный удар, и это подействовало на Рейгарда как пощёчина.

Смотреть на некогда сильного, гордого, разящего своим клинком врагов генерала было больно.

А стоило только вспомнить, как его проткнул собственный воин, подло, в спину, одним ударом – все внутри сжалось. Это будет сниться мне ещё долго в кошмарах.

Меня с детьми сразу пытались эвакуировать, но Гроссман и Вильям знали меня, видимо, гораздо лучше собственного супруга, потому что увезти меня могли только связав магией и верёвками, и то не факт, что это бы помогло.

Потому они занялись детьми и сразу же улетели с ними к Гиблому Лесу.

Именно подготовкой к жизни там я занималась, когда Рей ушел на разведку.

Я едва удержалась от того, чтобы не насмерть выстрелить в того предателя. Нужно было допросить его, узнать, кто решил покуситься на генерала, на того, кто грудью стоит на защите империи.

Яд, которым было обработано лезвие, принёс значительный урон. Сухожилия невозможно было срастить магией, но и непоправимого вреда он не нанёс, потому что я поила Рейгарда противоядием, он был буквально накачан им под завязку. А еще моими восстанавливающими элексирами. Видимо, это и спасло его.

Смотрела, как он обнимает наших мальчишек, как его злость резко сменилась трепетом и нежностью в глазах, как он закрыл их, потом снова открыл и посмотрел на меня… с еще большей нежностью.

Его вопрос.

– Что мне нужно сделать, чтобы встать?

После этого вопроса я поверила – он точно встанет. А я приложу все силы.

Я честно ответила, что не знаю, сколько это может занять по времени. Слишком многое зависело от того, как быстро восстановятся ткани, как отреагирует организм, насколько глубоко повреждены сухожилия.

Но добавила, что есть одна целительница, которая как раз занимается Нортаном, и, насколько стало известно, она продвинулась в лечении, смогла добиться того, что раньше считалось невозможным. Значит, шанс есть. И немалый.

Потом я подошла ближе и тоже опустилась на колени рядом со своими мужчинами. Мальчики оторвали лица от отца и посмотрели на меня. Рейгард продолжал опираться на них, они придерживали его, словно боялись, что он снова упадёт.

Я сама поднырнула под его плечо, осторожно поддерживая, чтобы ему было легче держаться.

– Теперь тебя можно перевезти в дом.

– Здесь есть дом? – он удивился. – В Гиблом лесу?

– Да, – подтвердила я. – И построил его Эрэйн.

– Сам?

– Я помогала как могла. В Гиблом Лесу опасно. Кто в своем уме будет тут строиться. Да и мы посчитали, что это место должно остаться в секрете. На случай опасных ситуаций, когда нужно будет скрыться.

– А тебе здесь не опасно?

– Я привыкла. Это мой дом. И у меня есть защитники, мои вейры. А с другими опасными чудовищами я научилась справляться.

– Как ты смогли их приручить?

– Возможно, это связано с моей кровью. Может быть, с тем, что меня принял и воспитал этот Лес. Эрэйн часто называл меня хранительницей Гиблого Леса. Он не любит чужаков как со стороны демонов, так и со стороны драконов. И… мне тут нравится.

Он внимательно смотрел на меня, будто пытался сопоставить всё услышанное.

– А твой вейр, выходит, принял и меня. Как это возможно?

Я покачала головой.

– Возможно потому что мы истинные, – ответила я, а потом посмотрела на сыновей. – Привезите коляску.

Мальчики убежали. Но вскоре выкатили ее из дома. Она тоже была заготовлена мною.

Мы с мальчиками помогли подняться Рейгарду. Это далось тяжело. Рей стиснул зубы, опирался на нас, почти повисая на наших плечах, ноги по-прежнему не слушались, и каждое движение отзывалось у него болью.

А я чувствовала её. Именно сейчас я чувствовал это слишком остро. Нашу связь, усиленную связью с Лесом. Всё это переплеталось, становилось почти осязаемым.

Коляска была простой, с широкими колёсами, чтобы можно было двигаться по лесной земле. Мы аккуратно усадили Рейгарда, он тяжело выдохнул, когда напряжение с рук немного спало.

Только тогда он поднял голову и увидел дом.

Он прятался в тени деревьев, одноэтажный, небольшой, сложенный из бревен, почти полностью поросший плющом. Крыша темнела под ветками, окна были узкими, и если не знать, что он здесь есть, можно было пройти мимо и не заметить.

Дети взялись за ручки коляски. Филипп встал сзади, Арт сбоку, а я пошла вперед, направляя. Мы медленно двинулись к дому.

– Почему я был на земле? – спросил Рейгард. Он старался сам передвигать колеса, работая руками, но те нет-нет, но соскальзывали и тогда Рей стискивал челюсть, снова злился на себя, и снова старался толкать колеса коляски вперед, чтобы нам не было так тяжело.

Я посмотрела на него.

– Когда Эрэйн был в тяжёлом состоянии, я тоже лечила его на этой земле. Понимаешь… во мне хоть и нет магии, я не могу ею пользоваться, плести заклинания, но я чувствую, что от этой земли идёт сила. Поэтому ты и был здесь.

Горел костёр, было темно, свет от него ложился на стволы деревьев, на дом, на нас. Колёса мягко шуршали по смятой траве. Филипп молчал, сосредоточенно толкая коляску. Я взяла Арта за плечи, он шёл рядом, иногда поглядывая на отца.

Дверь скрипнула, когда я открыла её. Дети подтолкнули коляску, и Рейгард въехал внутрь.

Внутри было просторно. Одна большая комната. Грубо сколоченные кровати стояли вдоль стен. Сразу стало ясно – жить мы будем все вместе.

Здесь же, за занавеской, находилась небольшая кухня. Простая печь, стол, полки с травами и посудой. Была ещё одна дверь.

– Там вода. Можно принять душ, – сказала я.

И ещё одна маленькая комнатка-чулан. Бывшая комната Эрэйна.

Генерал осмотрелся.

– Здесь кроватей… столько же, сколько нас.

– Я готовилась, Рейгард.

Он поднял на меня взгляд.

– То есть ты даже не собиралась слушать меня и уходить?

– Нет. Вместе до конца.

– Вместе до конца, – повторил, как поклялся, Рейгард.