Текст книги "Мастер билдов 4 (СИ)"
Автор книги: Егор Петров
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
Глава 2
Задача со звездочкой
Постановка слоя была почти безболезненной и прошла довольно быстро, максимум пара минут. Единственное, снова добавилось ощущение давления маны на ядро.
Ци: 317/1375
Слои: Регенерация плоти (54%), Фантомное отражение (100%), Живая броня (0%)
Корн метался с пробирками и орал на нас обоих, чтобы мы не сидели, а тянули.
К слову, это было так же легко, как и впитывать её из разрушенного зерна. Я и начал, попутно вспоминая особенности этой брони. И почти тут же закончил, потому что спустя двадцать секунд впитывать больше не получалось. Ну да, закалки ещё нет, слой не травмирован форсированным режимом, лечить нечего. Ладно. Так что дальше просто делал вид, чтобы с Корном не спорить.
А подумать было о чём. Я специально потрогал штаны, древко алебарды, пол. Делал это всё левой рукой, чтобы правую не тревожить. И меня радовало, что ощущения совсем не изменились: подспудно был страх, что вместе с повышением крепости кожи теряется чувствительность.
В игре этот слой давал единичку брони в статы за каждые десять Ци. То есть сейчас моя броня выросла примерно на сто тридцать семь, а это показатель качественного кожаного доспеха, если брать полный комплект. К полной закалке слоя это будут почти латы, если опять же считать, как в игре. И если тут выпадет скрытое свойство на повышение коэффициента, я буду очень даже рад…
– Ну, вот и всё… – раздался голос приближающегося Корна. – Давай сюда руку, перевяжу.
Я огляделся – пыли больше не было. Растворилась, как и всегда. Пока Корн перевязывал руку, я понял, что от болевых ощущений слой не защищает совсем. Надеюсь, это только потому, что там кожного покрова не осталось. Хотя может и изменения не мгновенные.
– Ну что, пойдём дальше, мастер Корн? На S и возьмём ум?
Он посмотрел на меня обеспокоенным взглядом, даже светляк зажёг, и что-то пытался рассмотреть в моих глазах. Потом лоб потрогал.
– Тебя же по голове не били?
– Нет, не били… Мастер Корн! Я серьёзно. Вы же помните, что даёт провал испытания ума? На S-ранге нет следующей волны, она последняя. Вряд ли угадаем, но уж с волной F-тварей мы справимся.
– И что, просто так получим зерно? – спросил он вкрадчиво, как спрашивают у сумасшедшего.
– Нет конечно. Там всегда выходила табличка, мол, лестница испытаний сброшена.
На самом деле известный баг. Ну или фича, фиг его знает. Но я видел один скрин с зерном S-ранга, где чувак просто написал ответ наугад и получил награду.
– Мастер Корн, мы всё равно уже высоко. Можно посмотреть и уйти, если Сайрус скажет, что это опасно. Вдруг тут работает так же? Вы представьте, сколько это денег. Да и загадка может вам понравиться.
В общем, он ещё поворчал минут десять, просто ради процесса, и согласился. Тики-тик вызывал опасения из-за трещины в доспехе, но вёл себя как обычно и на вопросы Корна отвечал что-то на своём языке.
Когда мы добрались до последней комнаты, я огляделся. Габариты, конечно, поражали. Она была раз в десять шире во все стороны. Ну, с учётом размеров тварей на S-ранге неудивительно.
Я сразу решил брать испытание ума, чтобы потом случайно не ткнуть мимо. Имён на весь S-ранг оказалось меньше, чем на одну букву в ранге B. На одни буквы приходилось по пять-шесть названий, на некоторые ни одного, и я пробежался глазами по всему рангу за пару минут. Сайрус, к слову, сказал, что опасности нет вообще нигде. Ну и славно. Просто нереальный шанс своими мозгами заработать невероятную ценность, ну или угадать.
«Ф».
Феникс.
У этого босса были способности возрождения, мощнейшего АОЕ-урона и очень сильного массового хила. Все способности на этом ранге были абсолютно больными, но у Феникса все три были примерно равноценны, и, если придётся продавать, это зерно подходит лучше всего. Такую долю себе захапать – это либо в кабалу до конца жизни, либо валить партнёров наглухо, так что я ложных иллюзий не питал. Если и получится пройти испытание, то я просто стану очень состоятельным человеком.
Я подтвердил Феникса, протянул руку к испытанию ума, и убрал.
– Мастер Корн. Заготовку кристалла дайте, пожалуйста.
Он посмотрел на меня подозрительно, но полез в кольцо и выложил на тумбу камешек.
– И?
– Мы тогда встали на том, что он пустой и проверить нечем. – Я взял камешек в левую. – А если и тут спросят про то же самое? Две задачи из двух были про заготовку и потоки. Если и третья будет про них, а у меня в руке окажется полный кристалл, мы сможем попробовать руками, а не гадать.
– А если не про то же?
– Тогда потеряем немного времени. – Я покрутил камень. – Мастер Корн, если получится, то куш того стоит. Представьте, сколько денег отдадут за такое зерно.
– Отдадут ли, партнёр? Есть суммы, при которых проще сделать так, чтобы продавец исчез, чем платить.
– Но лучше ведь иметь такое, чем не иметь?
Старик пожевал губами, посмотрел на камешек, на меня.
– Лучше, – сказал он неожиданно быстро. – Лей.
Я начал заряжать кристалл таким же образом, как работал с алхимическими ингредиентами. Рука подъедала реген, из-за этого было сложно оценить, сколько забирает заготовка, но итог был понятен. Энергия просто исчезала в кристалле, и заряжать так его можно очень долго и без особого толку. Мало того что, как ни дави, внутрь заходит совсем по чуть-чуть, так ещё и в цифрах отследить не получалось.
Минут через двадцать Корн спросил:
– Ну как?
Я постарался почувствовать, есть ли моя энергия вообще в кристалле. Была, но совсем мало. Тут, походу, реально пару недель нужно.
– Так себе.
Ладно.
Я нажал на испытание ума. Часы выросли из камня, такие же, как на F и на D, с тем же мелким белым песком. На стене проступили буквы.
Резонирующая грань найдена, следующие вы подбирать научились. Как довести заготовку наименьшим числом граней, не разрушив её?
Песок пошёл.
Я прочитал это дважды, сначала споткнувшись на «вы», что указывало на прямую связь задач, а со второго раза заорал так, что Корн подпрыгнул.
– Мастер Корн! Резонирующая! Надо ловить отклик!
– Чего?
– Вторую загадку помните? С какой грани начинают рез! – Я тыкал пальцем в первое слово. – Резонирующая! Прикладываешь и ведёшь, и она либо отзывается, либо нет, и вот с той, которая отозвалась, и режут. А остальные шесть не хуже. Они просто не подходят!
Старик стоял и молчал.
– Вы это сами сказали, – добавил я. – Когда уходили от стены. Что странно спрашивают, как будто грань у каждой заготовки своя. Вот почему!
– Говорил, – согласился он.
Он подошёл, встал рядом со мной и посмотрел на стену, и я думал, что сейчас будет про то, какие мы оба дураки, что сразу не отгадали.
Но Корн спросил другое.
– Тут написано, как выбирают грань, и написано так, будто это знает всякий. А это не знает никто. Партнёр, сколько стоит вещь, которую не умеет делать ни один живой человек?
Я открыл рот и понял, что ответа у меня нет, и что у него тоже нет, и что он именно это и имеет в виду.
И тут он пошёл вдоль стены.
Он ходил туда и обратно, и бормотал, и в один момент начал спрашивать, непонятно даже, у себя или у меня.
– Не разрушив её… Может, это про объём? Задачи связаны, первая задача говорит нам о законе: лопнет… Ну или разрушится…
После его слов я понял, что ещё и последним словом по сути был ответ на первую загадку.
– А вторая?
– Что из всякого закона есть исключение, если подобрать правильную грань… Как же довести заготовку нужным количеством граней. – Он выделил последние слова. – Судя по «подбирать научились», одну загадку мы пропустили.
– Ну, судя по контексту, надо заново ловить резонанс. Разве это что-то даёт?
– Даёт. – Корн остановился. – Ты его заново ловишь, значит, ты его заново можешь не поймать. А пока не поймал, заготовка следуют первому закону. Вот там она у тебя и лопнет.
Я сел на тумбу.
Выходит, каждый лишний заход – это ещё один бросок костей. Первый ты делаешь наверняка, потому что грань нашёл по резонансу. А дальше камень уже не тот, что был, и каждый раз ты ищешь заново, и однажды не найдёшь.
– Наименьшим числом граней, – повторил я вслух.
Значит, их считают. И это не фигура речи.
«Он делал кристалл за три грани, когда остальные делали за восемь».
– Мастер Корн. У меня есть числа. Восемь – это как делали все. Три – это как делал один конкретный талантливый человек.
– Откуда?
– Рассказывали.
Он посмотрел на меня, понял, что дальше я не скажу, и не стал давить.
– Пять заходов, – сказал он. – Между мастером и всеми остальными – пять заходов. Партнёр, это огромная разница. Как если один алхимик варит целостность с каждой попытки, а остальные выкидывают три порции из четырёх.
Мысль была хорошая и мне понятная, но никуда не вела. У меня были знания альтернативных рецептов… Но что было у отца Ашера?
Песка тем временем было чуть больше половины.
Я пошёл по кругу заново и через минуту упёрся в то же самое, во что упёрся Корн. Чтобы сокращать подходы, надо знать, куда уезжает отклик после реза. А это и была пропущенная загадка, и мы её не видели. А ведь если бы увидели, могли бы сказать что-то точнее.
Причём понятно, где эта загадка была. Табличку с умом показывали дважды после грани. На B я отказался, потому что провал вывел бы на нас A-волну, когда у Сайруса ещё не было оверчарджа, и это был бы конец. На A принимать было бессмысленно, потому что, во-первых, провал давал волну следующего ранга, а во-вторых, на S не было бы испытания ума. Я её не открыл, и это было правильно, и я бы отказался снова, даже если бы знал, что получу. Но было обидно.
– Сколько за раз льют? – сказал Корн от стены.
– Что?
– Ты же в неё что-то вкладываешь, пока ведёшь. Иначе бы после реза ничего не оставалось, один порезанный камень. – Он остановился. – Меньше заходов – значит, за заход больше.
Вот оно.
Меньше ударов – бей сильнее. Меньше заходов – вкладывай больше. Это работало в игре, это работало на жерновах, это работало в каждом бою, где я считал множители. Я даже выдохнул от того, как оно сошлось.
Корн тем временем сам себя оборвал.
– Хотя у меня наоборот. Кто в зелья льёт от души, тот варит брак. Ты и сам на этом прогорал не раз. – Он махнул рукой. – Но это про зелья, партнёр. Тут про кристалл.
– Тут другое, – согласился я, потому что искать тут второе дно было некогда.
Песка оставалось на четверть.
– Партнёр, пиши.
– Мастер Корн, давайте вы. У меня с правой рукой дела не очень, а левой я не умею.
Корн подошёл, ещё раз проговорил и вписал: вкладывать за заход столько, сколько заготовка примет, и тем самым сокращать число подходов.
Прочитав такой ответ в книге, я его перепроверил. Ну да – надо лить столько, чтобы заготовка не разрушилась, мы это учли. Но всё равно оставалось ощущение, что тут что-то не то. А времени придумывать другое уже не было.
Песок кончился.
Испытание провалено: ответ неверный.
Лестница испытаний сброшена.
Часы с глухим стуком ушли обратно в камень, и все надежды на зерно Феникса ушли вместе с ними.
– Значит, не судьба, – сказал Корн, и голос у него был совершенно ровный, и это звучало хуже привычного ворчания.
Дальняя стена разошлась, и оттуда пошли твари. Сайрус лениво подошёл, пинками и небрежными взмахами глефы забил мелочь F-ранга.
Я даже не встал.
Испытание окончено. Выход открыт.
В дальней стене разрослась фиолетовая трещина.
Пыли с мелких не было даже видно, да и тара у Корна кончилась. Он на неё и не отреагировал, просто смотрел на стену, где до сих пор была надпись.
Неверный ответ ведь означает, что верный существует. И у меня было очень стойкое ощущение, что он короткий. И ответы на задачи, и это «вы» создавали ощущение, что это задачка со звёздочкой. Из тех, на которую очень легко и просто ответить, если ты видишь картину целиком.
Мы не пошли сразу. Сидели ещё около часа, в тишине, и, кажется, каждый думал о своём.
Потом Корн разложил на тумбе бумагу, придавил склянкой с настоем с одного края и чернильницей с другого и начал писать. Аккуратно, никуда не спеша, красиво выводя каждую букву.
Это было что-то вроде договора. Сайрус обязуется выплатить Рэю и Корну по трети от пятисот монет, Рэй обязуется выплатить Корну и Сайрусу по трети от двух с половиной тысяч золотом, после продажи всех трофеев, полученных в этом походе. И снизу даже список трофеев, где перечислены зёрна разных рангов и разломные зелья.
– Про долг мне вычёркивай, – бросил Сайрус.
– Знаю, слышал. Пишу и снизу зафиксирую твой отказ, чтобы никто ничего не забыл.
Он дописал строчку, провёл под ней черту, подписал сбоку, дал Сайрусу и показал, где и что заполнить. Тот, что удивительно, спокойно выполнил его требования.
Потом Корн повернул лист ко мне. Тут я подзавис. Ни разу ещё ничего здесь не подписывал. Ну и вывел ник, левой рукой, и вышло довольно криво. Старик хмыкнул, посыпал лист чем-то из кольца, сдул и свернул.
– Мастер Корн.
– М?
– А почему вы не указали настой Ци, который тут собирали?
– А ты что, ещё и за него мне платить хочешь, партнёр? Там всё честно, каждому по трети.
– А почему тогда…
– Свою треть я отдам тебе. Зачем мне мёртвый партнёр? Такой денег не заплатит.
– Вы о чём?
– Мы поговорим об этом, когда ты почувствуешь, как идёт твоя закалка с новым кругом.
Ну, тут я заткнулся. Зерно у меня меньше часа, и закалка пока не шла, но давление от круга стабильно ощущалось.
Старик тем временем подошёл к книге и взялся за неё обеими руками. Она не поднялась. Он попробовал ещё раз, потом телекинезом, потом просто постоял над ней и посмотрел на меня.
– Нет? – спросил я.
– Нет, – сказал он с таким сожалением, будто у него из рук забрали последнее.
Заготовку с тумбы я забрал себе. Буду заряжать, пока иду. Всё-таки теперь у меня есть понимание, как именно резать кристаллы заклинаний. Зарядить сначала, потом искать резонанс. И, несмотря на опустошение, эти мысли никак из головы не выходили.
И, видимо, не у одного меня, потому что Корн взял такой же камешек. И тоже держал в руке.
– Пошли, – сказал Сайрус.
Тики-тик присел, Корн влез на плечо, и мы вышли.
Снаружи был вечер. Закатное солнце висело низко и красило всё вокруг в алые цвета. Первый вдох сухого наружного воздуха, в котором не было ни капли золотой пыли, показался неожиданно пустым.
За спиной раздался тихий хлопок. Я обернулся: фиолетовая трещина затянулась, не оставив следов, словно её тут и не было никогда.
Всё. Второго Бестиария у меня не будет.
– Еды сколько? – спросил я.
– До столицы дойдём, – отозвался Корн сверху. – Впритык, конечно, но дойдём.
Мы прошли шагов двести на юг.
Сайрус остановился и развернулся. Он смотрел назад, на восток, в ту половину неба, которая уже темнела, и стоял достаточно долго, чтобы я успел подойти и посмотреть туда же. Удивительная игра красок, фиолетовое плавно переходило в алое.
– Мы сместились, – сказал Сайрус. – Назад.
– Насколько назад? – спросил Корн.
А я тихонько офигевал. Если я правильно понял, нас до этого каждым разломом смещало на запад, а теперь вдруг на восток?
– Посмотри на гору. – Сайрус кивнул в сторону. – Мы сейчас там, где шли костегребни.
Получается, если мы пойдём дальше на юг, то увидим бывший лагерь клана Костяной Мост. Я невольно поёжился, вспомнив, как балрог разбил купол.
Мы прошли ещё метров пятьсот и почти вышли из поля разломов, когда Сайрус поднял руку.
Опустился и потрогал странную зелень под ногами. Взял в руку, понюхал.
– Это болотная тина.
– И что?
И Корн, и Сайрус уставились на меня, как на дурака.
Так, тина… Вокруг и близко нет никаких болот. Но есть разломы… Может, что-то болотное, и упало с монстра? Последнее я и сказал.
– Монстры вряд ли носят сапоги. Тем более три разные пары.
Я пригляделся. И действительно. В куче тины были следы сапог, которые вели на юг.
Глава 3
Свои, считай
Следы тянулись дальше на юг, забирая немного в сторону, как раз к тому месту, где был купол клановых. Поэтому мы свернули на запад, прошли пару километров вдоль поля разломов и только тут стали заворачивать южнее.
Спорить никто не стал. Столица была в той стороне, и это первое. Второе я услышал, когда всё-таки спросил, почему бы не глянуть хоть краем глаза, кто эти трое и куда они всё-таки шли.
– Незачем, – сказал Сайрус.
Вся аргументация. Добавлять тут было и нечего: от колонны Костяного Моста он нас в своё время увёл точно так же, без объяснений.
Ещё часа четыре, уже в темноте, продолжали идти. Небо затянуло тучами, и единственным источником света были разломы на севере. Что не особо помогало, потому что между нами и разломами шла гряда, перекрывающая свет. Шли без разговоров, только Корн сверху бурчал что-то про слишком поздний ужин. Я на ходу давил Ци в заготовку, и это ощущалось до одури медленно. Хорошо хоть я чувствовал, что моя энергия никуда оттуда не испаряется, и рано или поздно я её наполню.
Встали в темноте, без костра. Я улёгся на плащ и сразу провалился в глубокий сон, где мы провалили испытание и на нас нападали десятки монстров SS-уровня, и почему-то никто ни с кем ничего сделать не мог. Брр, приснится же такое. Нет таких монстров.
Утром Сайрус уже стоял над нами с глефой за спиной, а значит, успел куда-то сходить и вернуться.
– Забираем севернее.
– Насколько?
– Сильно.
Крюк вышел здоровый. Мы шли вдоль гряды, и она тянулась на юго-запад, так что свернуть севернее мы смогли только часа через полтора. Всё это время Сайрус периодически останавливался, иногда немного возвращался назад, а потом снова нас догонял. Глядя на огромные, в пять-десять сантиметров глубиной, следы Тики-тика размером с метровый таз, я понимал, что по следам нас найдет кто угодно. Ну, поэтому мы, видимо, и не старались петлять, а просто пытались максимально быстро вернуться на север.
– Бегом, – скомандовал Сайрус, в очередной раз нас догнав.
Мы побежали, и от шагов Тики-тика земля затряслась гораздо сильнее, чем раньше. Корн вцепился в край купола и не ворчал. Это напрягало.
Только когда мы обошли гряду и до разломов было максимум сто метров, я увидел тройку людей, что шли параллельным нам курсом.
Они шли неспешным шагом и были от нас максимум в полукилометре. Копейщик, лысый мужик с двумя мечами на поясе и третий, безоружный. Вот он-то поднял руку в небо и выпустил ветвистую красную молнию.
Сайрус встал как вкопанный и нам сказал остановиться.
– Почему? – не понял я.
– Предлагают поговорить, – ответил Сайрус.
Я не совсем понял, почему он теперь решил принять это предложение, хотя столько времени пытался уйти от них.
– Если не остановимся, следующее заклинание будет по нам.
Оу. Жалкие сто метров до спасительных разломов остались. Хоть это Сайрус и не объяснял, но было понятно, что мы направлялись туда, чтобы скрыться.
Значит, встречаем.
Они продолжили спокойно идти в нашу сторону, вальяжно даже.
– Если будут спрашивать про Тики-тика, не лезьте, – сказал сверху Корн. – Я сам отвечу.
– Когда я нападу, сразу бегите к разломам. Я догоню, – сухо бросил Сайрус.
Охренеть! Он даже не рассматривает возможность мирного исхода?
– Может, они просто поговорить хотят? Иначе бы сразу нас атаковали, а не предупреждали.
– Партнёр. Им добыча нужна, а не угли.
Вот же…
Безоружный остановился метрах в пятнадцати. На вид лет сорок пять, в обычной охотничьей одежде, с открытым и располагающим лицом. Улыбнулся нам, махнул рукой и сказал:
– Надо же! Представляете, были уверены, что за монстром А-ранга идём, такие огромные следы оставляет. А это, оказывается, люди. В этих диких местах свои, считай. Чьих будете?
– И вам здравствуйте, – отозвался Корн сверху. – Республиканские.
– Сигурд. Костяной Мост. – Он мотнул головой назад, и двое воинов подошли к нему ближе. – То-то я думаю, чего тварь так странно ходит, направление меняет. Голем, что ли?
Костяной Мост. А я думал, что они все погибли. Судя по тому, что их трое, это именно они вышли из разлома. Хотя не факт, потому что улик вроде следов тины не было. И раз за монстром А-ранга они шли так спокойно, в себе эта тройка была очень уверена.
– Да где уж голем! Таким управлять никакой маны не хватит. Годы инженерных разработок, пара артефактов и много металла.
– Доспех, получается? И кто внутри?
– Тику, мой близкий друг.
Маг покивал, словно этого ответа ему хватило, и продолжал дружелюбно задавать вопросы. Задержал взгляд на трещине в броне Тики-тика, перевёл взгляд на мою замотанную руку и на зарубки в лезвии глефы Сайруса. Тот держал её на плече, опершись на посох Короля Обезьян, и не двигался. Только рассматривал воинов, словно показательно игнорируя мага.
– Как добыча? Смотрю, вас потрепало. – Он покачал головой. – Может, вам помощь какая нужна? Не бесплатно, конечно, но можем обменяться. Еда, вода, зелья?
– Да своих запасов еще полно. И добычи пока слишком мало, чтобы меняться или возвращаться.
Корн, кажется, смог задеть какие-то струны в его душе, потому что лицо мага было полно сочувствия.
– У вас тоже так, да? Умри, но поставленную задачу выполни?
– Конечно. Оно так везде.
Клановый маг снова покивал.
– А у нас, представляете, какая беда. Вышли из разлома три дня назад, а на точке сбора пусто. Всё вытоптано и выметено, как языком слизали. Может, вы кого встречали?
Я слушал и молчал. Куда делись люди, было понятно. Но вот кони, телеги, шатры… Неужели совсем следов нет?
– Нет, вы первые.
– По уму выходит, что эти недалёкие писари снова что-нибудь придумали. Ядро снялось раньше, точку перенесли, а нам даже знака не оставили. Ух, вернусь – накостыляю лично.
Лысый хохотнул. Копейщик даже не улыбнулся.
Сигурд спросил, откуда идём. Корн ответил, что с востока и что тут, в поле клятых разломов, по своей воле никто ходить не будет. Сигурд согласился и пожаловался на болото: зёрен мало, вечно всё в воде и поясница ноет. Корн немедленно сообщил, что от болей в пояснице есть отличная мазь и он бы её продал, будь у него с собой хоть одна целая банка. Всё-таки, это именно та тройка, судя по тому, как он красочно описывал болото.
Я стоял и ждал. Несмотря на показное дружелюбие, люди, которые столько времени шли по следам огромной хреновины, так просто не расходятся, поговорив о мази. И весь этот разговор был странным. Вроде как всё вежливо, но чем дальше, тем опаснее казались вопросы мага. Переспрашивал по кругу, жаловался на плохую память и, кажется, вообще ничему не поверил.
Сигурд тем временем посмотрел на неподвижного Сайруса.
– Боец, конечно, у вас суровый. Или это тоже доспех? Оба стоят и совсем не двигаются. – Он рассмеялся.
– Лисс-э, тао, – бросил хмурый копейщик.
– Оль-сэ! Нок! – зло бросил маг и обернулся снова к нам. – Вы простите моего невоспитанного подчиненного. Он с чего-то решил, что разговор с вами – это трата времени. Но я, представляете, всей душой чувствую, что это не так!
Сигурд продолжал плести свои словесные кружева, спрашивал, почему Тику молчит, как он вообще видит через эти прорези и что там светится. Корн отбрехивался как лев, все время уводил диалог на ремесло и на себя, обсуждал магию и её невероятные возможности, говорил о старческих болячках и вещах, которые его раздражают в людях и начальстве. М-да, не просто так он постоянно поминает, сколько лет за прилавком провёл.
В один момент я заметил, что Сайрус смотрит за моё правое плечо. Я тоже глянул, но там никого не было. А потом заметил, что трава метрах в тридцати странно шевельнулась. И тут же начал плести пленку по всему телу. Рука сама потянулась к алебарде, что была за спиной.
А Сигурд болтал с Корном, словно ничего этого не замечал. Хотя Сайрус прямо-таки пялился, а потом бросил, не поворачивая головы:
– Рано.
А потом сорвался в рывок и ударил ногой в грудь фигуру, которая проявилась только от столкновения.
Я уже дёрнулся к разломам, как он и велел, и только тут до меня дошло, что «рано» он сказал нам.
Сайрус направил глефу в грудь Сигурду и прорычал:
– Держи руки на виду, маг!
Между ними было примерно такое же расстояние, какое Сайрус уже преодолел, и намек был очевиден. Типа: в следующий раз я буду бить не ногой.
– Стоять! – рявкнул Сигурд, и его воины, уже готовые сорваться к нам, замерли. Он повернулся к нам, и на лице у него было искреннее, почти обиженное удивление. – Вы простите. В столь интересном диалоге забыл отдать своим людям команду. А они горячие и не слышали таких убедительных объяснений.
Он поднял руки ладонями вверх, глядя на Сайруса, и продолжил:
– Решили, недотепы, что это какие-то предатели рода людского, а не честные добытчики, раз шатаются с монстром. – И еще раз улыбнулся. – Что же клановый брат делает тут с чужаками?
– Заказ, – хмуро бросил Сайрус, и не думая убирать глефу. – Может, ты и остальным прикажешь выйти из скрыта?
– Хайне! – бросил Сигурд, и одна за другой проявились еще три фигуры воинов. Четыре вместе с тем, кого приложил Сайрус. – Я, честно, чувствую вину за свою непредусмотрительность. Может, мы вместе позавтракаем и решим эту проблему? Или вот этот скромный дар пойдет как вира за мою забывчивость?
Он достал из поясного мешочка зерно С-ранга и кинул его Корну.
Зерно упало точно в ладонь Корна, и он, кажется, растерялся.
Старик посмотрел на зерно сверху вниз. Потом на кланового мага.
– Вира за недоразумение, – сказал Сигурд. – Берите.
Сайрус не опустил глефу.
– Скомандуй своим воинам уйти тебе за спину.
– Эрза, конанс! – бросил Сигурд, а потом добавил: – Недотепа Лидус там пока полежит, вы не против? – И рассмеялся, как будто происходящее его искренне забавляет. – Он, верно, и не поднимется в ближайшее время после такого пинка. Ваша сила действительно впечатляет.
– Устраивает.
– Так вот, может, мы поговорим? До столицы далеко, а вы путешествуете явно дольше, чем мы. Разве вам не интересно, что там сейчас происходит? Вы бы знали, какие перемены… – Маг закатил глаза. – И я, честно говоря, был бы больше всего на свете рад нормальному разговору. Без вот этого.
– Заказ, – повторил Сайрус. – Мы идём своей дорогой. Ты – своей.
– А может, вы хотите еще пару зёрен? Я видел, как расширились глаза у того молчуна, когда я сказал название клана. – Он кивнул на меня. – Мне не жалко, я готов заплатить за информацию. Два замечательных зерна за пару предложений, невероятная сделка!
Я подумал, всё взвесил. Они к нам пристали, как клещи, и не отцепятся. Может, рассказать всё, что я видел? Какая разница по большому счёту? А так, глядишь, свалят. Всё-таки те потери, что понёс их клан, явно заставят сменить приоритеты.
– Мы стояли на холме, только вышли из разлома, – сказал я. – К юго-востоку отсюда. Они были за соседним, я видел только защитный купол.
– Как интересно, – протянул с улыбкой Сигурд и перевёл взгляд на Корна. – А ваш старший говорил, что мы первые, кого вы встречали.
– Встречали первых, – сказал я. – Видели не только вас.
– А дальше?
– А плата? – вернул я ему улыбку, стараясь держать лицо в его стиле. – Кидай старику.
Ох, я затылком чувствовал прожигающий взгляд Корна. Он всегда требовал называть его «Мастер Корн» и никак иначе. Но он ведь сам имени не называл, и будет тупо, если я его так спалю.
– О, парень, а ты не промах. Держи. Ты ведь меня не будешь обманывать?
Он снова кинул два зерна Корну.
Дальше я рассказал про волну костегребней, про вспышки магии и про балрога, естественно, просто описав внешность. И чем дальше, тем сильнее лицо Сигурда превращалось в восковую маску, теряя подвижность. А Сайрус смотрел только на Сигурда.
– Подошло к куполу, постояло и ударило один раз.
Сигурд ждал.
– Купол исчез, – сказал я. – Оно пошло дальше и больше не останавливалось. Вспышки за холмом были ещё какое-то время, а потом кончились.
Сигурд молчал. Лысый вдруг засмеялся, но в абсолютной тишине быстро стушевался и перестал.
– Врёшь, – сказал он.
Сигурд за это время не шевельнулся ни разу. Он смотрел мимо меня, куда-то на разломы.
– Ядра больше нет, – тихо сказал он.
– Ставь щит, маг, – бросил Сайрус. – И мы уйдем.
Он не реагировал. Сайрус вновь рванул вперед, и прямо перед лицом Сигурда растянулось широкое полотно белесого щита. Метров десять в ширину и пять в высоту, наверно, и удар глефы это полотно погасило вообще без проблем.
– Бегом! – скомандовал Сайрус, и мы понеслись к разломам.
Я оглянулся на бегу. Бойцы так и стояли у Сигурда за спиной, куда их отправил Сайрус, и теперь от нас их отделяло белесое полотно. В обход никто не рванул: Сигурд смотрел нам вслед и приказа не давал.
– Что это было? Зачем? – напитывая каналы в ногах Ци, проорал я.
– Маг не может снять щит сразу, как поставил, – пояснил мне Корн. – А пока не снял щит, не может использовать ту красную молнию.
– А зачем атаковать было? Я специально рассказал, чтобы от нас отвязались!
– Сюда, – сказал Сайрус и нырнул в разлом. Кажется, в первый попавшийся, чтоб его.
Тики-тик с Корном на плече зашёл следом, а потом и я, оглянувшись напоследок.
Щита уже не было, и Сигурд с улыбкой помахал мне рукой. А потом развернулся, и бойцы потянулись вслед за ним.
Под ногами был песок.
Я чувствовал какую-то непонятную злость. С одной стороны, меня этот Сигурд тоже напрягал, но ведь Сайрус его убить мог! И тогда точно было бы сражение, где кто-то из нас мог пострадать. Не то чтобы я был сильно экспертом по воинам Ци, но все эти бойцы мне до безумия напоминали Сайруса. Те же экономные движения, пластика, привычка замирать, вообще не двигаясь. Может, и не такие сильные, как текущий Сайрус, но точно очень непростые бойцы. И их было семь! Ну, пять, если не считать лежачего и Сигурда.
Да и надежды на разговор и слова про столицу меня сильно заинтриговали. Не может же быть, что все вокруг враги?
Однако Сайрус на мои выпады отреагировал на удивление спокойно.
– И почему их было семь, как думаешь?
– Э… – не ожидал я такого вопроса.
– Клановые элитные отряды всегда ходят по трое. Два воина Ци и маг.
До меня медленно доходило. Шесть бойцов и один маг – это три тройки, а магов в них должно быть трое. У воинов Ци есть техники сокрытия, поэтому они двинулись вперед.
– Значит, ещё двое магов нас где-то обходили, – сказал я.
Сайрус кивнул.
– Они и не думали отпускать нас живыми. А уж после твоего рассказа… – Он махнул рукой.
– Почему? Он же нам вслед помахал.
На этот вопрос ответил уже Корн.
– Они сюда за добычей и обогащением пришли, партнер. И потеря такого количества воинов и магов – это огромная потеря денег. Их клану сейчас нужны финансы как никогда. И если есть возможность убить непонятную тройку людей, которая вышла из разлома после боя, и забрать их добычу, и железного монстра в придачу, с которого упадёт зерно, – такую возможность они не упустят. Ты же не думаешь, что он мне поверил? А помахал, потому что ману тратить смысла нет. Мы в разлом ушли, ловить ему больше нечего.
– Оу… Простите… – начал я.
– Не стоит. Сегодня ты им повода напасть добавил, тут Сайрус прав. Зато теперь им не до нас: домой побегут, а не у поля караулить станут. Так что, если в целом, всё правильно сделал.
