Текст книги "Еврейские народные сказки (Предания, былички, рассказы, анекдоты, собранные Е.С. Райзе)"

Автор книги: Ефим Райзе

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 26 страниц)

Испугался арендатор. Вернулся домой: так, мол, и так, не хочу «мойрейну». А жена ему и говорит:

– Дурень ты. Раввин сказал тебе так, потому что ты пришел к нему с пустыми руками. Пойди, отнеси ему жирную курицу, и он найдет выход из положения.

Арендатор так и сделал. Взял самую жирную курицу и отнес раввину.

Раввин был очень доволен подарком и говорит арендатору:

– Будь по-вашему. В следующую субботу, когда вас вызовут к Торе, то назовут «мойрейну», и отныне всегда будут так называть.

Арендатор заколебался:

– А как же Дикий Бык и Левиафан – достанутся ли они мне на том свете?

И раввин его успокоил:

– Не бойтесь. В обмен на таких куриц я еще многим таким, как вы, невеждам присвою титул «мойрейну». В Раю им всем будет выделен особый стол, а вы будете сидеть во главе того стола.

Оба остались довольны – и раввин, и арендатор.

343. Корова раввина

Однажды в субботу люди прибежали к раввину: корова упала в яму. Можно ли ее в субботу вытащить или нет?

– Ни в коем случае, – ответил ребе, – это явное нарушение святой субботы. Корове придется пробыть в яме до следующего дня.

– Ребе! Жалко вашу корову, но если вы велите ждать до следующего дня – придется ждать.

– Что? – вскричал ребе. – Моя корова? Что ж вы сразу не сказали? Идите скорее и вытащите корову – святая Тора говорит, что можно, можно!

344. Чудо и деньги

Читая Талмуд, ешиботники дошли до истории, рассказывающей о смерти матери грудного ребенка. Из жалости к ребенку, который был обречен на голодную смерть, Бог совершил чудо: у отца ребенка выросли груди, наполнились молоком, и отец выкормил ребенка.

Один ешиботник задал каверзный вопрос:

– Ребе! Вместо такого сложного чуда не проще ли было Богу дать отцу денег? Ведь на деньги можно купить молока!

Глава ешивы рассердился:

– Безбожник! Если Бог может сотворить чудо, зачем же ему зря транжирить деньги?

345. Глупый зять

Арендатор, недавно выдавший замуж дочку, однажды пришел к раввину. Тот его спрашивает:

– Ну как, вы довольны зятем?

– Не совсем, – отвечает арендатор.

– А что?

– Понимаете, ребе, у него весь день уходит либо на молитвы, либо на чтение святых книг, а о заработке, о деле он и думать не хочет.

– Но это же хорошо, – говорит раввин. – Я ведь тоже день-деньской этим занимаюсь.

– Да, ребе, но ведь вы это делаете ради заработка, а мой дурак – искренне.

346. Он не сумасшедший

Однажды в Йом Кипур женщина прибежала к раввину с криком:

– Несчастье, ребе, мой муж сошел с ума!

– В чем дело, дочь моя?

– Я забежала на минуту домой из синагоги и вижу: Боже мой! – в святой Йом Кипур мой муж целует служанку и жует курицу!

Раввин ее успокоил:

– Он целует служанку и жует курицу? Ну, тогда он совсем не сумасшедший. Вот если б он целовал курицу и жевал служанку – тогда бы он и впрямь был сумасшедшим!

347. О раввине и трех убогих

Жил-был раввин-зануда. Однажды, это было в канун Тишебов, пришли к нему трое: один – больной, второй – дряхлый старик и третий – слепой. Все они хотели узнать, следует ли им поститься или по своей убогости освобождены они от поста. Сидят они в прихожей у раввина и ждут каждый своей очереди.

Заходит к раввину первым больной.

– Ребе! – говорит. – Я пришел узнать, надо ли мне завтра поститься, ибо я болен.

Отвечает ему раввин:

– Больной освобожден от поста, но не освобожден от правил приличия. Если больной говорит о болезни, он должен прибавить: «Не про вас будь сказано».

Услыхал старец слова раввина и, войдя к нему, сказал:

– Ребе! Я пришел узнать, надо ли мне завтра поститься, так как я, не про вас будь сказано, дожил до глубокой старости.

Отвечает ему раввин:

– Глубокий старик освобожден от поста, но не освобожден от правил приличия. Говоря о своей старости, он должен прибавить: «Про тебя и про детей твоих будь сказано».

Услыхал замечание раввина слепой и, войдя к раввину, сказал ему так:

– Ребе! Я пришел к вам узнать, можно ли мне завтра не поститься, так как я, про тебя и про детей твоих будь сказано, слепой на оба глаза.

348. Чем больше, тем меньше

Вдова водовоза работала поденно по домам. Хлеб и прочую еду, которую ей давали, она приносила домой, а деньги отдавала на хранение раввинше – копила на саван.

В первый раз она принесла раввинше четыре гроша, во второй раз дала ей еще три гроша и спросила:

– Ребецн, сколько у вас моих грошей?

– Шесть грошей, Ента-сердце.

Принесла еще два гроша и спросила:

– А сейчас, ребецн?

– Сейчас – пять грошей.

Подумала бедная вдова и спросила:

– Ребецн! Сколько грошей мне надо вам еще принести, чтобы вы перестали быть мне должны?

РАССКАЗЫ О ПРОПОВЕДНИКАХ

349. Женские грехи

В одно местечко приехал проповедник, балдаршон, и все мужское население наслаждалось, слушая его умные проповеди, его находчивые замечания, смешные отступления и трогательные сравнения.

Пришли к балдаршону три женщины – жена раввина, жена даяна и жена шойхета – и говорят ему:

– Почему вы все время проповедуете мужчинам, разве наука только для них? А если вы думаете, что женщины не смогут вас отблагодарить, – вот вам вперед три полтинника.

Согласился балдаршон сказать проповедь женщинам. В субботу после обеда собрались женщины в синагоге на верхней галерее. И балдаршон начал проповедь так:

– Расскажу вам историю. В одном местечке жила-была женщина. Жила-жила и умерла. Умерла и похоронили ее. На следующий день после погребения приходит к раввину шамес и говорит, что тело той еврейки выброшено из могилы. Стал раввин искать в Святых книгах и нашел, что если еврейская женщина при выпечке хлеба не благословляет теста и не «отделяет халу», то в наказание после смерти земля не принимает ее.

Что же делать с покойной? И раввин велел ее сжечь. Разложили около могилы костер и бросили тело в огонь. А оно не горит.

Начал раввин перелистывать Святые книги и нашел, что та женщина, видимо, преступала повеленье Божье о молитве над субботними свечами. В книгах написано, что преступившую это повеление женщину после смерти никакой огонь не берет.

Что же делать с покойной? И раввин велел бросить ее в воду. Привязали к рукам и ногам четыре больших камня и бросили в воду. Но тело тут же всплыло, и волна выбросила его на берег. Снова стал раввин перелистывать Святые книги и сказал: «Эта женщина преступила повеление Божье об обязательном омовении в микве, и поэтому ее и вода не принимает».

Тут все собравшиеся женщины начали громко плакать и причитать. Но балдаршон, воздев руки к небу, успокоил их, закончив проповедь следующими словами:

– Вы же, честные и набожные дщери Авраама, Исаака и Якова, не должны бояться, ибо вы исполняете все законы и повеления Господни, а раз так, то знайте же, что и земля вас поглотит, и огонь пожрет, и вода утопит. Аминь!

350. Проповедь

Один магид, будучи навеселе, произнес следующую проповедь:

– Святая Гемара уподобляет человека трудолюбивому ослу. Если осел бежит без понукания – это настоящий осел, если его надо подстегивать – это все-таки неплохой осел, а если ему не помогают ни понукания, ни подстегивания – фе, это совсем не осел! Так и еврей. Если он утром рано, не евши, не пивши, бежит в синагогу молиться – это настоящий осел, если он утром поест и попьет и идет после этого молиться в синагогу – это все-таки осел, но если он, рабойсай, поест и попьет, а в синагогу молиться идти не хочет – фе, это совсем не осел.

351. Он скупает краденое

Некто составил книгу комментариев на Пятикнижие. В поисках покупателей своей книги он ездил из местечка в местечко и в одном местечке обратился к раввину с просьбой указать на возможных покупателей. Раввин отправил его к одному богачу. Богач грубо прогнал автора.

Автор с обидой вернулся к раввину, тот стал оправдываться:

– Я имел в виду только вашу пользу. Этот человек всю жизнь занимается скупкой краденого. Вот я и подумал – ваши комментарии как раз ему подойдут.

352. Еще одна напасть

Некий раввин приехал в какое-то местечко собирать по подписке деньги на издание своей книги. И надо же было ему попасть к местечковому безбожнику!

– О чем ваша книга? – спросил тот.

– Это комментарии на Псалмы и Екклезиаста.

– Было бы лучше, если б вы написали комментарии на Книгу Иова.

– Почему именно Иова? – спросил автор.

– Видите ли, – ответил безбожник, – на голову Иова свалилось так много напастей, что напастью больше, напастью меньше…

АД И РАЙ

353. Ад и Рай

Умер один еврей. Попал на тот свет и очутился перед великолепным хрустальным дворцом. Вошел во дворец, а там на каждом шагу то золотая колонна, то алмазные окна. Пошел он по дворцу, встретил одного старика, в котором узнал недавно умершего благочестивого талмудиста. Обрадовался еврей: значит, он попал в Рай. Идет он дальше и то и дело встречает знакомых старцев – восьмидесятилетнего раввина, девяностодвухлетнего даяна. Проходит в следующий зал и вдруг видит: идет молодая кокетливая девушка, недавно умершая дочь аптекаря, о которой говорили, что она неравнодушна к молодым людям. В другом зале еврей заметил покойную жену зубного врача, ту самую, о которой шла молва, что она любит только молоденьких офицеров и терпеть не может своего сорокалетнего мужа, которого считает стариком. Еврей упал духом: неужели, думает, я попал в Ад?

Стоял он так, стоял, предавался горестным раздумьям, вдруг видит: девяностодвухлетний даян и жена зубного врача кружатся в танце, тесно прижавшись друг к другу. Даян зажмурился от удовольствия, а жена врача скривила от отвращения свое надменное лицо.

Все смешалось в голове у еврея. Он растерялся, не знает, куда это он попал.

Подходит к ангелу, который стоит у входа в зал, и обращается к нему с вопросом:

– Реб ангел! Извините, что отвлекаю вас от работы. Скажите, что здесь – Рай или Ад? Если Рай – то как здесь появились молодые дамы, а если Ад – то за какие грехи сюда брошены эти святые старцы?

Ангел разгладил свою длинную широкую бороду и ответил:

– Не удивляйтесь, реб еврей. Здесь и то и другое – Ад для этих дам и Рай для святых старцев.

354. Как вор попал в Рай

В одном местечке умерли раввин, шойхет и вор. Вначале поднялся на Небо раввин и предстал перед Небесным Судом:

– Кем ты был при жизни? – спросил Суд.

– Я был раввином, – ответил покойник, но слова его потонули в криках и жалобах множества женщин, пришедших свидетельствовать против него.

Одной он запретил пользоваться мясным горшком из-за того, что под него подтекло вскипевшее молоко, другой он запретил есть бульон, признанный им трефным; все обвиняли его, все проклинали, и Суд Небесный постановил: бросить раввина в Ад!

Потом перед Судом предстал шойхет, и не успел он раскрыть рта, как налетели разъяренные женщины: этой он не так зарезал курицу и сделал ее трефной, той бедняге он нанес ущерб, заставив выбросить трефного гуся. И Суд Небесный постановил: бросить шойхета в Ад!

Тут поднялся на небо вор.

– Ты кто такой? – спросил его Небесный Суд.

– Я посланник Божий, – скромно ответил вор.

– Что же это значит? – спросили его.

– Когда Бог постановляет, чтобы такой-то и такой-то был обворован, – я выполняю это постановление.

– Ну, если так, – решил Суд, – тебе место в Раю.

И вор попал в Рай.

355. Сказка о раввине, попавшем в Ад

Умер шкловский раввин. Похоронили его с подобающими почестями. Вскоре сын раввина сильно стосковался по отцу. А в Шклове на старом рынке день и ночь стояли балаголы, которые любого домчат на подводе куда угодно. Подходит к такому балаголе сын раввина и спрашивает:

– Сколько будет стоить поездка на тот свет?

– Это вам будет стоить, – отвечает балагола, – десять рублей, как один коржик – одна копейка.

Нанял сын раввина балаголу и велел, чтоб тот отвез его в Рай. Он был уверен, что его святой отец находится там, где пребывают все праведные души.

Выехали из города. Смотрит сын раввина и видит, что едут они дорогой, почти сплошь заросшей бурьяном. Видать, мало кто ездит по этой дороге. Ехали-ехали и приехали.

Сошел сын раввина с подводы, подходит к маленькому приземистому домику. Долго искал дверь, наконец нашел, а она вся заросла мхом и паутиной. Открывает дверь и видит – стоит покойник-сторож, с ног до головы облаченный в саван. Молча, ни слова не говоря, покойник пропустил его в дом. Вошел сын раввина и видит длинный стол, а вокруг стола сидят старики и изучают Гемару; около каждого под столом стоит ящик с мацой. Если кто проголодается, может, нагнувшись, взять кусок мацы и поесть, не прерывая изучения Гемары. Стал сын раввина спрашивать стариков:

– Не знаете ли вы, рабойсай, где находится мой отец, знаменитый Шкловский раввин?

Отвечают ему ученые:

– Твоего отца мы не видели и не слыхали про него.

Молодой человек был ошеломлен:

– Как же так, неужели моему отцу, этому святому, по свидетельству всех знавших его, человеку, нет места среди ученых людей, допущенных в Рай? Неужели у знаменитого Шкловского раввина были тайные грехи, из-за которых Господь не допустил его в это место?

Что делать? Надо сыну раввина возвращаться. Выходя, видит он: висит над дверью большая полка, а на ней сидит старый еврей с длинной бородой, в руках у него горшок с кашей. Старик тот кричит:

– Есть хочу! – но кашу не ест.

Сын раввина вышел из домика, сел в подводу и вернулся в Шклов. Вернулся и думает: «Десять рублей я уже потратил, израсходую-ка еще десять рублей и поеду в Чистилище. Может быть, у отца моего был какой-нибудь незначительный грех и его временно поместили в Чистилище с тем, чтобы потом перевести на постоянное пребывание в Рай».

И он снова нанял того же балаголу и поехал теперь уже другой дорогой, которая вела из Шклова в Чистилище.

Едет сын раввина и дивится разнице между дорогой в Рай и этой дорогой в Чистилище. Дорога в Рай была пустынна, заросла травой и бурьяном, а эта дорога – настоящая, благоустроенная, красивая дорога, и по ней с шумом и свистом мчится множество подвод.

Подъехали к высокому, красивому дому. Был уже вечер, окна дома ярко сияли, так что свет был виден за версту.

Вошел сын раввина в Чистилище и сразу же увидел знакомых – шкловских музыкантов: вот Бейнеш-скрипач, вот Берче-барабанщик, вот Шмул-Йойсеф-флейтист, а вот много красивых молодых девушек, которые танцуют под музыку клезмеров, старых клезмеров, которые на этом свете играли очень хорошо и еще лучше играют на том свете. А красивые девушки хорошо танцевали на этом свете и, видать, еще лучше танцуют на том свете. И безгранично веселье, и бесконечны танцы.

– Реб Бейнеш, реб Берче, реб Шмул-Йойсеф! – обрадовался сын раввина. – Как дела? Как вам здесь живется? Я вижу, у вас тут не жизнь, а сметана: сплошная музыка, сплошные танцы, это мне очень по душе. Объясните мне, что все это значит?

Отвечают ему музыканты:

– Мы бы тебе подробно ответили, друг наш, но, увы, сзади нас стоят черти. Так вот, пока мы играем, они стоят спокойно, но стоит на секунду отвлечься, как нас хватают за горло и начинают душить. Вот уже двадцать восемь лет мы играем без перерыва, не останавливаясь ни на минуту. Мы уже заболели, играя, мы уже тысячу раз падали в обморок от усталости! Посмотри, какие огромные капли пота текут по нашим лицам, каждая капля – с горошину!

Тогда сын раввина спрашивает у клезмеров:

– Мой отец недавно умер. Искал я его в Раю и не нашел. Верно, он здесь, в Чистилище, не знаете ли вы, где мне его найти?

Отвечают ему клезмеры:

– Тут его нет, это мы точно знаем.

Услыхав это, сын раввина был потрясен: как это так? – для святого шкловского раввина не нашлось места ни в Раю, ни в Чистилище!

Выходя из Чистилища, сын раввина опять увидел полку над дверью, на которой сидел знакомый длиннобородый еврей. Как и в Раю, он держал в руках горшок каши и, не притрагиваясь к каше, кричал:

– Есть хочу!

Вернулся сын раввина в Шклов и думает: «Но ведь где-нибудь мой отец должен же быть! Если его нет в Раю, нет в Чистилище, то он, наверное, в Аду. Раввин ведь не может совсем пропасть! Поиски отца уже обошлись мне в двадцать рублей, пусть будет потрачено еще десять: поеду в Ад и найду отца!»

Нанял он того же балаголу, уплатил ему десять рублей и поехал.

Выехав на дорогу, которая вела в Ад, сын раввина восхитился ее красотой, шириной, оживленным движением, шумом. Подводы, дроги, коляски, кареты. Кажется, сама дорога бежит, мчится, плывет. Подвода остановилась у огромного стоэтажного дома. Все окна в доме были освещены электричеством, свет нестерпимо слепил глаза.

Сын раввина приоткрыл дверь и увидел, что привратником служит сам праотец Авраам. Вошел сын раввина в прихожую и спросил разрешения войти в дом.

– Если ты обрезанный – проходи беспрепятственно, – сказал Авраам.

Войдя в дом, сын шкловского раввина остановился в растерянности, не знает, куда идти, где искать отца.

– Кого ты ищешь? – спросил его праотец Авраам.

Сын раввина рассказал ему о своих поисках, просит показать, где ему искать своего отца.

– Да, – сказал праотец, – он действительно здесь. Работает кочегаром. Подкладывает дрова в топку. Можешь с ним повидаться.

И он дал сыну пропуск в кочегарку.

Когда сын раввина вошел в кочегарку, его поразило огромное вращающееся колесо. На том колесе тысячи крюков, и на каждом крюке висит раввин. Колесо крутится, и раввины вместе с ним: один вверх, другой вниз – вращение безостановочно – пар вертит колесо, а сам шкловский раввин беспрерывно подбрасывает дрова в топку.

– О, папа! Здравствуй! Еле нашел тебя – искал в Раю, в Чистилище, вот, наконец, нашел тебя здесь. Рассказывай, как ты здесь живешь?

Продолжая подкладывать дрова, шкловский раввин сказал:

– Я свое уже отбыл. Всего месяц висел, как все эти, на колесе. Теперь меня сняли, и основное наказание закончилось. Я стал «вольным», и меня назначили на «вольную» работу. Одно плохо: жалко мне глядеть на всех этих раввинов, висящих на колесе…

И ни слова, почему он попал в Ад. Ни слова о том, почему здесь столько раввинов.

Несколько часов пробыл сын с отцом. Вдоволь наговорились. Пришло время уходить, ибо по закону, кто из гостей остается в Аду после полуночи, останется там навсегда. Выходя из Ада, сын раввина и здесь заметил над дверью полку, и на полке, как в Раю и Чистилище, сидел тот же самый длиннобородый еврей, в руках его тот же самый горшок с кашей. Но на этот раз он с таким аппетитом уплетал кашу, что с него градом катился пот.

Сын раввина не удержался и спросил голодного обжору:

– Реб еврей! Почему вы не хотели есть в Раю, где так тихо и спокойно, а забрались в Ад, где так шумно, и так противно, и жалко смотреть на страдания раввинов?

– Я отвечу, сын мой, на твой вопрос. У меня была каша в горшке. Каша была мясная, а ее перемешали молочной ложкой. Возник ритуальный вопрос, но ни в Раю, ни в Чистилище не оказалось раввинов, чтобы разрешить его. Не было там ни одного раввина, все они попали в Ад. Голоден я был смертельно, а есть ведь невозможно, пока раввин не разрешит. Каша в руках, а есть нельзя. Ну, я и кричал не своим голосом. Но вот я пришел сюда, и что я вижу? Это колесо, все утыканное раввинами. Все они здесь за то, что запрещали бедному люду есть сомнительную пищу. Здесь они, конечно, не посмели объявить мою кашу трефной и разрешили мне ее есть.

Тут-то сын шкловского раввина и понял, почему такой святой человек, как его отец, попал вместе с другими раввинами в Ад.

РАССКАЗЫ О БЕЗБОЖНИКАХ

356. Отец, сын и борода

Отец, благочестивый еврей, пишет сыну, живущему в большом городе: «Дорогой сын! Пуще всего береги свою бороду – символ благочестия, символ нашей веры».

Прочитав письмо, сын сбрил бороду, вложил ее в конверт и написал отцу так: «Дорогой отец! Я очень занят и не могу как следует беречь бороду. Посылаю ее тебе. Ты ее сбережешь лучше, чем я».

357. Благочестивый конь

Некто хвалил своего зятя:

– Он так благочестив, что по субботам не ведет никаких будничных разговоров.

Ему на это заметили:

– Тогда конь еще более благочестив – он не ведет никаких будничных разговоров даже в будни.

358. Отец в гробу

Некто выкрестился. Стали его укорять:

– Неужели вам отца покойного не стыдно? Он от позора, должно быть, перевернулся в гробу.

– Ничего, это пустяки. На днях должен выкреститься мой брат – тогда наш папа снова перевернется и ляжет как лежал.

359. Он боится

Одного эпикойреса спросили, почему он пугается, когда во время грозы грохочет гром и сверкает молния.

– Видите ли, – ответил он, – когда Господь Бог дал евреям Тору на горе Синай, Он это проделал под аккомпанемент грома и молний. Вот почему я боюсь. Я опасаюсь, как бы Бог не дал нам еще одной Торы.

360. Она шутит, а он толкается

Женщина переходила через речку подоске. Затрещала доска, чуть не упала женщина в воду, испугалась и обратилась к Меиру-чудотворцу:

– Если перейду благополучно через речку, подарю синагоге фунт свечей.

Дошла до середины, видит, что напрасны были опасения – доска надежная. Тут она и подумала: «Целый фунт свечей? А одной свечи тебе мало?»

Задумавшись, потеряла равновесие, снова чуть не свалилась и испуганно вскрикнула:

– Посмотрите-ка на него, на реб Меира! Я шучу, а он уже толкается!

361. Напомнил

Шел еврей в местечко Чортков. Идет и повторяет про себя наизусть Мишну. Вдруг остановился, стал вспоминать: куда же я иду? Забыл…

Встречает мужика и спрашивает:

– Не знаешь ли, куда я иду?

– А кто тебя знает, куда ты идешь?

Встречает другого мужика:

– Добрый человек! Может быть, ты знаешь, куда я иду?

– А Бог тебя знает, куда ты идешь?

Встречает еще одного мужика, снова спрашивает:

– А не скажешь ли, куда я иду?

– А черт тебя знает, куда ты идешь! – ответил тот сердито.

– Ай, спасибо! Правда, таки правда. Я иду в Чортков!

362. Я тоже бондарь

Некий хазан приехал в одно местечко. Но не понравилось людям, как он пел. По окончании молитвы подошел к хазану местный бондарь реб Арье и, протянув руку, сказал:

– Шолом алейхем.

– Алейхем шолом, – ответил хазан. – Кто вы такой?

– А я тоже бондарь, – ответил реб Арье.

363. Слабительное

У одного хасида ребенок заболел запором. Побежали мать и отец к цадику. Цадик велел хасиду читать псалмы. Прошло два дня, и ребенок выздоровел.

Через год ребенок вновь заболел. На этот раз поносом. Опять побежали отец и мать к цадику, и снова цадик велел читать псалмы.

Посмотрела мать на цадика с укором и удивлением:

– Ребе! Псалмы ведь – слабительное!

364. Лучший татарин

Заболел ребенок. Собрались к матери на совет ее подруги.

– Надо вызвать старого фельдшера, он – почти профессор, – сказала одна.

– Лучше позвать татарина. Так лечить детей, как он лечит, никто не может, – возразила другая.

– Только псалмы, – категорически сказала третья. – Из всех татар Господь Бог – лучший татарин.

365. Черт знает на что

Женщина пришла к цадику, уплатила рубль и стала жаловаться на бедность, уверяя, что она вместе с детьми умирает с голоду.

– Откуда же, – спрашивает цадик, – ты взяла рубль, чтоб уплатить мне?

– Что вам сказать, ребе? Вы ведь сами знаете: денег нет, а черт знает на что всегда найдутся.

РЕМЕСЛЕННИКИ И БАЛАГОЛЫ

366. Дырка от бублика

Некто обратил внимание на то, что бублики, которые он ежедневно покупал у пекаря, с каждым днем становятся все меньше. И он обратился к пекарю со следующим вопросом:

– Я понимаю, зачем ты уменьшаешь булочки, – чем они меньше, тем больше твоя прибыль. Но бублики! Что тебе стоит сделать дырку побольше?

367. Машиах поможет портным

Авром-Лейб – бедный портной: он, как говорится, три раза в день умирает с голоду. Что делать, когда в местечке на каждого жителя приходится по одному портному?

Сидит однажды Авром-Лейб в компании портных и мечтает:

– Нас спасет только приход Машиаха.

– Почему, Авром-Лейб?

– Очень просто. Придет Машиах – воскреснут мертвецы. А их миллиарды – вот тебе и клиенты.

– Да, но сколько среди этих мертвецов будет портных – вот тебе опять конкуренты!

– Глупости. Разве эти портные знают, как пошить модную одежду?

368. Никто не смеется

Подрядчик заказывает местному портному свадебный костюм для сына:

– Только прошу вас, реб Мойше, сшейте как следует, чтобы, упаси Боже, жених не был посмешищем.

– Не беспокойтесь, реб Арье. Я уже двадцать лет портняжу и не помню случая, чтоб люди смеялись над моей работой, наоборот, как увидят ее, сразу плачут…

369. Не испортил

К часовщику зашел сердитый заказчик.

– До того как я отдал вам часы в починку, они кое-как, но шли. Но после того как вы их отремонтировали, они совсем перестали ходить – вы их только испортили!

Такое обвинение вывело часовщика из себя.

– Я испортил? – закричал он. – Пусть у меня рука отсохнет, если я хоть пальцем дотронулся до ваших часов!

370. Наставления балаголы

Один балагола наставлял своих пассажиров:

– Когда лошади везут в гору – надо сойти с подводы, это – милосердие к животным, когда лошади везут с горы – надо сойти с подводы – ехать в подводе опасно. Когда подвода катит по ровному – тоже надо сойти с подводы – это ведь одно удовольствие пройтись пешочком по ровной дороге.

– Когда же пассажирам следует сидеть в подводе? – спросили балаголу.

– Когда будем кормить лошадей, – ответил балагола.

371. Балагола и молитвенник

Один балагола купил новый молитвенник. Пришел в субботу в синагогу. Вышел на минутку, вернулся, а молитвенник уже успели украсть.

Тогда поднялся балагола на биму, стукнул по столу кулаком и в наступившей тишине сказал:

– Рабойсай! У меня только что слямзили молитвенник. Но молитвенник – это дерьмо, мне плевать на молитвенник. Меня возмущает, что у нас в синагоге возможно такое свинство!

372. Из записей Айзика-ройфе

Рассказывают, что после кончины небезызвестного винницкого фельдшера Айзика-ройфе, его сын Лейб-ройфе нашел среди его бумаг различные записи на медицинские темы. Вот некоторые из них:

1. Испытано и проверено: против лихорадки имеется только два способа лечения – и оба не помогают.

2. Средство от зубной боли. Усесться в теплых штанах у холодной печи. Если не поможет – во всяком случае не повредит.

3. Еще одно испытанное средство от зубной боли. Набрать полный рот льда. Снять брюки. Усесться на раскаленную печь и не слезать до тех пор, покуда лед не закипит.

4. Средство от кашля. Когда больной сильно кашляет, надо ему дать сильное слабительное. Если он застенчивый – побоится кашлять.

ШАДХАНЫ

373. Единственный недостаток

Шадхан пришел к одному холостяку сватать ему невесту.

– Позвольте, – сказал жених, – я ее знаю, она ведь хромая!

– Ну и что ж? – ответил шадхан. – Ведь это хорошо для вас. Она не будет бегать за вами, не будет следить, куда вы ходите и где бываете.

– Но она ведь и подслеповата!

– Тем лучше – она не увидит, когда вы будете гулять с другими женщинами.

– Но ведь она и глуховата!

– Это тоже большое достоинство – вы сможете говорить при ней все что захотите.

– Позвольте, но она, кажется, и немая!

– Это тоже неплохо – в доме будет полная тишина.

– Да, но у нее ведь падучая.

– Что да, то да, – согласился шадхан, – но что же вы хотите – чтоб у невесты все-таки не было ни одного недостатка?

374. Она хочет

Старый богатый вдовец вызвал к себе шадхана:

– Реб Лейб! Я вас пригласил ради сватовства.

– Ох, почему нет? У меня таки есть для вас порядочная женщина…

– Какая женщина? Мне нужна молодая девушка, и притом, чтоб она была красива!

– Молодая? Почему нет? У меня как раз для вас есть такая на примете. Красива как свет. Но я не знаю, сумеете ли вы ей доставить то, что она хочет.

– Пустяки. Я ей доставлю все, что она захочет. А что именно она хочет?

– Сейчас она молодая девушка, но хочет не позже, чем через год-два после свадьбы, стать молодой вдовой.

375. Нынешние девицы

Шадхан пришел к холостяку.

– Есть у меня для вас особенная девица.

– Не надо, – запротестовал холостяк, – знаю я нынешних девиц!

– О нет, вы ошибаетесь! – возразил шадхан. – Это девица не нынешняя, а сорокалетняя.

376. Иногда

Шадхан расхваливал девицу: и красива, и богата, и знатна, и скромна.

Сказал будущий жених:

– Все это хорошо, но я хочу знать, какие у нее недостатки. Ведь не бывает невест без недостатков.

Шадхан горячо похвалил жениха:

– Вот умница! Верно. Есть у невесты небольшой недостаток, но он проявляется только время от времени.

– Но все-таки скажите, какой?

Шадхан осторожно кашлянул и сказал:

– Я слыхал, что иногда у нее бывают тяжелые роды.

377. Стоит ли сравнивать?

Шадхан предложил почтенному Виленскому еврею невесту для сына из местечка Калинковичи. Выслушав восторженные похвалы шадхана, отец жениха решил сам съездить в Калинковичи, чтобы на месте убедиться в достоинствах невесты. Приехал. Расспросил одного уважаемого человека. Еще одного. Все говорят:

– Что вы! Она ведь гуляет со всеми врачами и всеми чиновниками нашего местечка!

Вернувшись в Вильно, отец жениха набросился на шадхана с упреками:

– Какая наглость – предлагать такую невесту моему сыну!

Шадхан медленно вынул табакерку, понюхал раз, другой и сказал примирительно:

– Что вы, реб Айзик, сравниваете Калинковичи с Вильной? Сколько в Калинковичах, прости Господи, чиновников и врачей?

378. Только доктора!

Дочь одного богача заупрямилась: она, мол, хочет в женихи только доктора! И каких он ей ни предлагал женихов, она одно заладила: доктора, и все тут.

Шадхан выбился из сил, подыскивая доктора.

Однажды он пришел сияющий: нашел для нее почти доктора – фельдшера. Услыхала это девица, скривилась и говорит:

– Нет! Только доктора!

Шадхан исчерпал весь запас доводов и наконец выдвинул последний, самый убедительный:

– Разве на лестницу поднимаются одним прыжком? Все делается постепенно: сначала надо выйти замуж за фельдшера, а затем, в добрый час, за доктора.

КУПЦЫ И ЛАВОЧНИКИ

379. Тонкий расчет

Проповедник ругал купцов, открывающих лавки для торговли по субботам. Он обрушивал на них проклятья и сулил им на том свете ужасные кары.

На следующий день проповедник обходил дома и собирал плату за проповедь. Заходит он к купцу, известному тем, что его лавка открыта каждую субботу.

Купец принял проповедника очень приветливо, дал ему целковый.

Удивился проповедник:

– Вы раскаялись и решили, верно, соблюдать субботу?

– О, совсем наоборот, – ответил купец. – Я рассчитываю, что благодаря вашей грозной проповеди, другие купцы, мои конкуренты, раскаются и перестанут торговать по субботам.

380. Тяжелые деньги

Некто собрался ехать на ярмарку в Бердичев. Пришли к нему местные купцы с поручениями купить для них товаров. Каждый принес список, но деньги для закупок принес только один купец. Остальные просили закупить в долг.

Когда тот человек вернулся, оказалось, что привез он товар только тому купцу, который дал денег. Всем же остальным купцам он рассказал такую историю: по дороге поднялся вихрь и унес все списки, поэтому он и не знал, что кому купить.

– Да, – сказали купцы, – но почему же вихрь не унес список вот этого купца, которому ты привез товар?

– Очень просто! У него в список были завернуты деньги – тяжелые монеты, а ваши списки вихрь развеял.