Текст книги "Еврейские народные сказки (Предания, былички, рассказы, анекдоты, собранные Е.С. Райзе)"

Автор книги: Ефим Райзе

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 26 страниц)

Долго смотрел Шайке на пятак, потом поблагодарил и благословил богача такими словами:

– Дай вам Бог капитал в пять раз больше этого.

Богач вспылил и стал ругать Шайку, но тот спокойно ответил:

– У вас еще есть возможность дать мне две тысячи рублей под это благословение.

181. Страшный сон

Шайке Файфер возвращался с ярмарки. Был лютый мороз, Шайке озяб и проголодался. С трудом добрался он до корчмы. Стучится. Хозяйка не открывает: муж, дескать, в отъезде, дома только она и работница. Еле-еле упросил Шайке хозяйку впустить его в тепло. Впустить его хозяйка впустила, но еды не дала ни крошки: говорит, что гости все съели. Шайке не поверил:

– В такую погоду у вас были гости?

А хозяйка в ответ:

– Вот вас же черти принесли!

Видит Шайке, с кем имеет дело, и решил ее проучить.

– Неужели у вас так-таки нечего поесть?

– Вот вам несколько бубликов. Только они черствые. Если хотите – ешьте.

Попробовал Шайке бублики – камень.

«Ну, ладно, – думает, – я с тобой рассчитаюсь. Такая жирная, сытая, а бедняку жалеешь кусок хлеба. Будешь ты иметь веселую ночь!» А вслух сказал:

– Оставлю-ка я эти бублики на завтра.

Потом говорит:

– А куда мне прилечь, хозяйка?

– Мало вам пола? – отвечает корчмарка и указала Шайке на земляной, давно не метенный пол.

– А чем укрыться, что под бок положить?

– Нет ничего!

А сама быстренько уволокла за загородку висевший на стене тулуп.

«Ладно, – думает Шайке Файфер, – за все будет уплачено сразу».

Хозяйка ушла, а Шайке лег на голый пол, подложил под голову кулак и подождал, пока хозяйка уснет. Когда же услышал ее храп, встал потихоньку, убрал со стола спички, налил в таз воды, поставил таз около постели хозяйки и как закричит не своим голосом:

– Караул! Караул!

Хозяйка ни жива ни мертва вскочила с кровати, угодила ногой в таз, расплескала воду, упала в лужу, вся мокрая забегала по комнате в поисках спичек, наконец дрожащими руками зажгла лампу и подошла к продолжавшему кричать Шайке.

– Что с вами, реб еврей?

А он:

– Ой, не спрашивайте, страшный сон!

– Какой сон?

– Мне приснилось, что кто-то украл мои бублики, то есть ваши бублики, которые вы мне дали.

– Тьфу на вашу голову!!!

182. Шайке Файфер – купец

Однажды евреи-торговцы прибежали к Шайке Файферу и стали умолять его о помощи. Оказывается, купец из соседнего местечка, продававший им по оптовым ценам бакалею, вдруг приехал с товаром на ярмарку и стал продавать свой товар по оптовой цене в розницу. Бакалейщикам грозило полное разорение. Что делать?

Шайке подумал и говорит:

– Дайте мне шелковую капоту и сто рублей. Уж он попомнит, как отбивать заработок у бедняков.

В тот же день Шайке явился к оптовику и заявил, что будет покупать у него оптом по розничной цене, тут же стал отбирать товар, к вечеру отобрал товара на пятьдесят рублей, отложил его и уплатил деньги. На следующий день снова стал отбирать товар, а купец распорядился всех покупателей гнать в шею – ему-то выгоднее было продавать товар этому богатому купцу. К вечеру Шайке, отобрав товар, тоже уплатил наличными. На третий день Шайке набрал товару на двести рублей, на четвертый день – на триста, и сказал, что расплатится, когда товар погрузят на подводы. Через неделю, когда ярмарка закончилась, Шайке вдруг заявил, что передумал покупать. Так оптовик остался со своим товаром, а местные купцы весь свой товар распродали. Можете себе представить, как они были благодарны Шайке Файферу.

КОЛЕВ ЛЕЦ

183. Свежая рыба

Колев Лец зашел в корчму. Ему подали рыбу. Посмотрел Колев на рыбу и нагнулся к ней, будто шепчет ей по секрету. Подошел к нему хозяин и спрашивает:

– Реб Колев, что это вы шепчете рыбе?

– А это я с ней разговариваю. Вот спросил ее, откуда она родом. Говорит, из Двины. Спросил, какие новости в Двине. Говорит, что не знает, ведь вот уже месяц, как она оттуда.

184. Семейный праздник

Колев Лец приехал к богатому родственнику просить денег. Вначале богач было отказал, но, увидев, что Колев прочно обосновался в его доме и не намерен уезжать без денег, дал немного денег и строго-настрого наказал больше не появляться, разве только на каком-нибудь семейном празднике.

Колев уехал, но спустя несколько часов вновь появился в доме богача.

Тот был взбешен:

– Я ведь сказал тебе: не появляйся в моем доме, разве только на каком-нибудь семейном празднике.

– Потому-то я и вернулся, – сказал Колев. – По дороге я представил себе, какой у вас в доме сейчас праздник по случаю избавления от меня. Ну, а раз у вас такой большой семейный праздник, я и выполнил ваше напутствие и поспешил вернуться.

185. Везет – не везет

Колев Лец пришел к богачу и просит одолжить ему двести рублей. Он, дескать, хочет открыть торговлю. Богач говорит:

– Вы, реб Колев, такой неудачник, что можете сразу потерять все эти деньги. Лучше я буду выдавать вам каждый месяц по десять рублей.

Колев не согласился:

– Вам-то всегда везло в жизни. Я боюсь, что вы умрете в первый же год.

186. Он тоже хочет жить

У Колева Леца сильно разболелась голова, и он пошел к врачу. Ему говорят:

– Зачем вам тратиться на врача? Голова сегодня болит, завтра перестанет.

– Рабойсай! – отвечает Колев. – Врач тоже человек, он тоже хочет жить.

С прописанным врачом лекарством Колев побежал к аптекарю. Ему говорят:

– Реб Колев, неужели вы верите в лекарства?

– Рабойсай! – отвечает Колев. – Аптекарь тоже человек, он тоже хочет жить.

Получил Колев лекарство, вышел из аптеки и как хватит склянкой с лекарством о камень. Ему говорят:

– Колев! Неужели вам не жалко своих денег?

– Рабойсай! – отвечает Колев. – Я тоже человек и тоже хочу жить.

187. Бог пожалел Иова

Спросили Колева Леца, почему Господь отнял у Иова все, кроме жены, которая была ему оставлена? Ответил Колев:

– Потому что Бог знал, что Он вернет Иову все отнятое в двойном размере. И Он пожалел его.

188. Вторая жена

Колева спросили, какая жена – первая или вторая – приятнее человеку? Он ответил:

– Если суждено человеку, чтобы у него умерла жена, лучше, чтобы сначала умерла вторая жена.

189. Бог-банкрот

Колев как-то сказал со вздохом:

– Сочувствую я Богу. Он ведь обанкротился.

– Реб Колев! Объясните, что вы хотите этим сказать?

– Очень просто. Когда наступает банкротство? Когда расходы превышают доходы. Какие доходы у Бога? Людские молитвы, людские добродетели и изучение Торы. А какие расходы у Бога? Дрова, чтобы топить ад и жарить грешников.

Когда-то у Бога было много доходов и совсем мало расходов, а сейчас – наоборот.

ФРОИМ ГРАЙДИГЕР

190. Почему он вздыхает

Фроим Грайдигер зашел в трактир и попросил подать ему жаркое. Посмотрел Фроим на поданный ему кусочек мяса и начал глубоко вздыхать.

Испугался хозяин:

– Что с вами? Почему вы вздыхаете?

– Как же мне не вздыхать, – отвечает Грайдигер, – когда из-за такого крошечного куска мяса зарезали, верно, большого вола!

191. Он станет шапочником

Фроим Грайдигер был неудачником: за что бы ни взялся, ему во всем не везло, так что другого такого бедняка, как Фроим, трудно было сыскать.

Приходит Фроим однажды к парнесу и просит установить ему от общины жалование, хоть самую малость – десять пятиалтынных в неделю.

– Если же нет, – прибавил Фроим угрожающе, – я стану шапочником.

Парнес рассмеялся:

– Что мне с того, что ты станешь шапочником?

– А вот что! После того как я стану шапочником, все женщины, я в этом уверен, начнут рожать безголовых детей.

192. Оба ошибаются

Как-то спросили Фроима Грайдигера:

– Какого вы мнения о нашем канторе?

– Хорошего, – сказал Фроим. – Он очень порядочный и добрый человек.

– Как же так, реб Фроим! Он-то вас ругает и отзывается о вас очень плохо!

– Что ж, – заметил Фроим, – мы, верно, оба ошибаемся.

193. Богач и смерть

Фроим Грайдигер зашел к одному богачу за пожертвованием для бедных. Спрашивает богач:

– Говорят, Фроим, что ты умный человек, тогда объясни мне странную вещь: все бедняки живут милостыней, которую получают от богатых, но при этом все бедняки нас ненавидят. Почему?

Грайдигер ответил:

– Такова и смерть. Заработок очень многих людей связан со смертью, а все же все ее ненавидят.

БИНЬКА ДИБЕК

194. Бинька и вареники

Бинька Дибек однажды зашел к богачу Авром-Мойше. Тот сидел за столом в окружении сыновей, а на столе стояла огромная миска с дымящимися варениками.

Когда Бинька увидел, что его не собираются приглашать к столу, он сказал:

– Только ради Бога не угощайте меня варениками, а то от них я начинаю болтать и шутить.

Авром-Мойше подмигнул сыновьям: сыновья схватили Биньку за руки, а Авром-Мойше подошел с вареником, намереваясь запихнуть его в рот Биньке силой.

Тогда Бинька сказал:

– Пусть лучше меня держит один, а двое бросают в рот вареники.

195. Бинька поздравляет богача

Был в Лядах богач, скряга, каких мир не видывал. И купил однажды этот богач место на кладбище для будущей своей могилы.

А в Лядах жил бедняк-весельчак Бинька Дибек. Встретил он однажды богача и стал его горячо поздравлять:

– Мазл-тов, реб Довид, с новой квартирой вас! Дай Бог, чтоб вы вскоре переехали в новую квартиру, чтоб вы устроили новоселье и чтоб вы пригласили на новоселье бедняков, которых вы так любите.

196. Ему шкаф не нужен

Некто предложил Биньке Дибеку купить по случаю платяной шкаф.

Бинька удивился:

– А что я туда буду класть?

– Что значит что? Одежду, конечно.

– Одежду? А самому голым ходить?

197. Можно и дешевле

Некто жаловался Биньке Дибеку:

– Что делать, Бинька? Сыновей у меня нет, кто будет по мне читать кадиш через сто двадцать лет?

– Раз у вас нет сыновей, то кадиш обязаны читать ваши зятья!

– Да, но вы же их знаете. Разве я могу на них положиться?

– Тогда наймите человека, который будет молиться.

– Бинька, да где же я такого найду?

– Да хоть я! Я буду читать по вам кадиш очень аккуратно.

– Я не прочь, Бинька, а сколько это будет стоить?

– Вы будете платить мне до дня своей смерти гривенник в неделю.

– Но ведь это обойдется мне в целое состояние!

– Хотите дешевле – умирайте раньше.

198. Склеп раввина

Бинька Дибек однажды судился с купцом. Бинька был прав, но купец сунул раввину несколько рублей, и Бинька проиграл дело.

Ни слова не говоря, Бинька вынул из кармана кирпич и положил его на стол.

– Что это? – спросил раввин.

– А это я плачу вам за ваше мудрое решение, – ответил Бинька. – Если каждое ваше решение будет таким же правильным и честным, как по моему делу, и если вы за каждое такое решение получите от каждого пострадавшего по такому кирпичу – вам вполне хватит на прекрасный склеп.

199. Как Бинька благословил богачку

Бинька Дибек всю жизнь голодал, как собака в девятидневный пост.

Однажды в пятницу, как раз во время девятидневного поста, зашел Бинька просить милостыню в дом богачки Шимы-Перл.

Зашел и услышал, как хозяйка ругает кухарку за то, что та передержала в печи цимес и компот.

– Бог с вами, Шиме-Перл, вы, вероятно, забыли, что в пост нельзя сердиться, – сказал Бинька.

Разъяренная богачка стала выгонять его из дома, а Бинька и говорит:

– Я не буду вас за это проклинать, наоборот, благословлю. Дай вам Бог, чтоб вы стали богаче в десять раз, чтоб вы построили себе еще десять домов, чтоб в каждом доме было по десять комнат, а в каждой комнате по десять кроватей, и дай вам Бог, дорогая Шиме-Перл, такую лихорадку, чтоб она вас все время швыряла с одной кровати на другую.

200. Зять Дибека

Бинька Дибек был приглашен субботним ойрахом к одному богачу, который был известен своей скупостью. В пятницу Бинька явился к богачу в сопровождении некоего молодого человека. Увидев двух гостей вместо одного, хозяин перепугался насмерть.

– Реб ойрах, кто этот молодой человек?

– Этот? Это со мной.

– Я вижу, что с вами. Вы что, думаете, его тоже накормят?

– А что ж, по-вашему, он будет делать – смотреть?

– Но я взял вас, больше никого знать не желаю.

– Именно потому, что вы взяли меня – вы должны взять и его.

– Почему? – не выдержав, закричал богач. – Где это написано?

– Это написано в его брачном контракте. Этот молодой человек – мой зять, и, согласно брачному контракту, я обязан его бессрочно кормить. То, что ем я, должен есть и он.

201. Полдела сделано

Однажды в канун Пейсаха Биньке Дибеку пришлось очень туго. Пора уже было припасать продукты к празднику, а у него не только не было ни копейки денег, но в доме вообще не было ни крошки хлеба.

Спрашивают люди:

– Бинька, как ты готовишься к Пейсаху?

– Все, слава Богу, идет отлично.

– А именно?

– Да у меня уже пол-Пейсаха в доме готово.

– Неужели? – удивляется народ. – Кто это тебе помог? Пол-Пейсаха – не шутка.

– Именно пол-Пейсаха, – подтверждает Бинька. – Судите сами: из чего состоит Пейсах? Во-первых, надо, чтобы дом был чист от хомеца, и, во-вторых, надо, чтобы в доме была маца. Так вот, чтоб я так жил, как у меня уже два дня нет в доме ни крошки хлеба. Считайте, пол-Пейсаха готово.

202. Корова-коза

Какой-то арендатор привел продавать свою корову на ярмарку и заломил за нее такую цену, что все покупатели шарахались от него. Но это еще полбеды. Другие скототорговцы, глядя на этого арендатора, тоже стали запрашивать дороже.

Пришли люди к Биньке Дибеку с жалобой на арендатора:

– Сделай, Бинька, что-нибудь.

Подумал-подумал Бинька Дибек и говорит:

– Ладно. Отдаст он свою корову по цене козы. Но вы должны помочь мне.

Хорошо. Подходит Бинька к арендатору:

– Реб еврей! Сколько вы хотите за свою козу?

– Какую козу? Что у тебя – глаза на затылке, не видишь, что я продаю корову?

– Какая корова? У тебя же коза, а не корова!

– Иди, иди. Хватит глупости говорить! – рассердился арендатор.

Бинька ушел, переоделся и снова подошел к арендатору.

– Дяденька! Сколько вы хотите за козу? – спрашивает.

– Еще один сумасшедший! Где ты видишь козу?

– Как же! Вот ведь она – коза.

– Это корова. Иди к черту!

Бинька еще раза два подходил и спрашивал, почем коза.

Потом он стал подсылать по одному других покупателей, и все спрашивали цену козы. Арендатор божился, убеждал, что это корова, а не коза. Люди смеялись и говорили, что он, наверное, пьян, а они, слава Богу, нет, так что видят: у него коза, а не корова. Арендатор уже сам начал сомневаться, в своем ли он уме. Тут снова подошел Бинька.

– Ну, реб еврей! Продадите ли вы, наконец, козу?

– Черт ее знает, мою жену! Она мне привязала к веревке корову, а все кричат, что это коза! Может быть, это, упаси Боже, оборотень?

– Послушайте, хозяин, у вас коза заколдованная, ее надо зарезать. Либо отведите ее домой, либо продайте. Я вам даю хорошую цену.

Арендатор плюнул от злости:

– Ладно уж. Давайте деньги.

ИОСЛ МАРШАЛИК

203. Философская бочка

Однажды завязалась оживленная беседа на философскую тему – что важнее, внешние признаки предмета или внутренние? Раввин и крупные знатоки каббалы изощрялись в доказательствах, каждый глубокомысленно отстаивал свою точку зрения, ссылаясь на слова того или иного талмудиста.

Маршалик только посмеивался, слушая этот ученый спор, и каждому из спорящих задавал только один вопрос:

– А скажите, вы-то сами, лично испытали на себе разницу между внешними и внутренними признаками?

Каждый вынужден был со смущением признать, что не испытал, но в книгах, мол, все написано.

– Пустяки, – сказал Иосл, – все, что написано в книгах, – ничто перед опытом. А я вам говорю из личного опыта, что верить надо только внутренним признакам, тем, которые испытываешь внутренним своим ощущением.

Все оживились, зная, что у Иосла Маршалика, наверное, припасена на этот счет остроумная шутка.

– Объясните, реб Иосл, что вы имеете в виду?

– А вот что. Расскажу вам о том, что случилось со мной в прошлом году. Ехал я зимой в одно местечко. Была жестокая стужа. В санях стояла бочка водки. Я к ней привалился, думаю, может, согреюсь. Куда там! Я обнял бочку, лег около нее, прижался к ней. Ничего не помогает. Вот вам внешние признаки. Прибыли мы в корчму. Корчмарь принял бочку, открыл ее, налил мне рюмочку-другую, у меня сразу потеплело на душе, посветлело в глазах – вот вам внутренние признаки. Так вот, я спрашиваю вас – что важнее? Разве не внутренние признаки, а?

204. Он разжевал ответ

Один богатый купец как-то прилюдно спросил Иосла Маршалика, почему тот, против обыкновения, тих и задумчив.

– Я сейчас бьюсь над очень сложным вопросом и никак не найду на него ответа, – сказал Иосл.

– А ну-ка, скажи мне, может, я найду ответ, – сказал купец.

– Извольте, реб Арн, скажите мне, пожалуйста, что делать, когда семье не на что пообедать?

Тщеславный купец понял, на что намекает Иосл, и дал ему несколько грошей.

Через неделю Иосл зашел к купцу с тем же вопросом. Купец рассердился:

– Я ведь тебе уже дал ответ на этот вопрос, чего же ты опять ко мне пришел?

– Видите-ли, реб Арн, я пришел тогда с вашим ответом домой, чтоб его разжевать, и вскоре у меня ничего от него не осталось. Вот я и пришел за новым ответом.

205. Маршалик и парнес

Местный парнес однажды рассердился на Иосла Маршалика за едкую остроту в свой адрес и в сердцах побил его палкой. Потом подумал: не стоит иметь своим врагом Маршалика. Послал за ним, извинился и подарил ему свою нарядную, шелковую, почти новую капоту.

И вот в субботу Иосл Маршалик пошел в синагогу в новой капоте. Тут подошел к нему приказчик парнеса и говорит:

– Зачем тебе такая дорогая капота? Продай ее мне.

– Почему бы нет? Я с тебя возьму ровно столько, во сколько она мне обошлась.

– По рукам, – сказал довольный приказчик.

Тут Иосл схватил палку и начал дубасить приказчика. Тот еле спасся, прибежал к парнесу и говорит, что Иосл Маршалик ни с того ни с сего избил его палкой.

Рассерженный парнес потребовал к себе Иосла:

– Где это ты набрался такой наглости: ни за что ни про что избил моего приказчика!

– Ничего подобного, – ответил Иосл, – я и не думал его избивать. Это я продал ему свою капоту по цене, которую сам уплатил.

И напомнил о побоях и подаренной капоте.

Парнес рассмеялся, но все же был недоволен самоуправством Маршалика: тем, что тот осмелился избить его приказчика. Подумал и вынес такое решение: Иосл должен немедленно отдать приказчику капоту.

Иосл Маршалик вышел из себя.

– Боже Правый! – возвел он глаза к небу. – Где это видано, где это слыхано – такой грабеж, такая несправедливость?!

– А в чем же несправедливость? – удивился парнес.

– Реб парнес! Моей бедной спине ваша капота обошлась в тридцать горячих палочных ударов. А ваш приказчик получил только пять холодных. Пусть уж он получит и остальные двадцать пять. Согласитесь: я бедный человек и не хочу остаться в убытке.

206. Дорогие гости

Иосл Маршалик приехал из местечка в город, в котором его мало кто знал, остановился в заезде и предупредил хозяина, известного скрягу, который никому еще в жизни добра не сделал, чтобы тот приготовился к встрече дорогих гостей. Хозяин обрадовался и велел готовить роскошный обед.

Вскоре приехали «гости»: жена, теща и дети Маршалика. Без долгих уговоров они стали уничтожать все приготовленное хозяином. После обеда хозяин подал им счет, но они сослались на Посла, а тот сказал хозяину:

– Моя семья у вас никогда еще не бывала, поэтому они все ваши гости. Где же мне уплатить за такой обед? Я человек бедный.

Хозяин вышел из себя и стал поносить Посла последними словами. Тогда Маршалик похлопал разошедшегося хозяина по плечу и говорит:

– Реб еврей! Вы меня не знаете. Я люблю шутить. А ну-ка, приготовьте нам две лучшие комнаты, а завтра вы убедитесь в том, что мы действительно дорогие гости.

С этими словами Иосл открыл сундучок, вынул оттуда мешочек и, подавая жене, сказал:

– Вот тебе, жена, мешочек с червонцами, которые я получил от пана помещика, спрячь золото под подушку.

Жена посмотрела на него с недоумением, но Иосл подмигнул и тряхнул мешочком.

Тут же им были отведены комнаты, а хозяин стал любезен и притворно услужлив.

Ночью хозяин потихоньку забрался в комнату жены Посла и выкрал из-под подушки мешочек с червонцами.

Наутро Маршалик поднял крик, созвал людей, пригласил раввина и стал требовать, чтобы хозяин вернул деньги. Хозяин стал все отрицать, но Иосл показал собравшимся пролитый около кровати жены мед. Когда осмотрели шлепанцы хозяина, они оказались выпачканы в меду. Оказывается, Иосл предусмотрительно вылил мед у постели жены. Тут хозяин заезда вынужден был во всем признаться и принес мешочек. Но, увы, в мешочке оказались черепки от разбитых тарелок, а Иосл стал кричать, что у него там было триста рублей. Пришлось хозяину дать Иослу пятьдесят рублей деньгами, а на остальные двести пятьдесят рублей – вексель.

Уезжая, Иосл сказал хозяину:

– Ну что, не сказал ли я вам вчера правду, что к вам едут дорогие гости?

ШЛОЙМЕ ЛЮДМИРЕР

207. Жена хуже каторжной родни

Как-то в пути Шлойме Людмирер, изрядно устав и проголодавшись, остановил встречного еврея и спросил, не знает ли он, у кого поблизости можно отдохнуть и подкрепиться.

– Знаю, – ответил тот, – недалеко отсюда, вон за этим лесочком, живет арендатор. Богат как Корах, но такой скряга, каких мир не видывал. У него гостеприимства не жди. Разве только шадхан сможет у него поживиться: у хозяина дочь засиделась в девках.

Шлойме только того и надо было. Он зашагал к дому богача, но, придя, представился не шадханом, а ешиботником, которого богач тут же стал рассматривать как возможного жениха для своей дочери. «Жених» катался как сыр в масле. Все лучшее подавалось на стол. Роскошная постель, лучшие вина – все было в распоряжении молодого Шлойме Людмирера. Так прошла неделя, две. Нетерпеливый богач, которому Шлойме очень понравился, вскоре сказал, что не прочь назвать его зятем, и Шлойме в добрый час обручился. Свадьба была назначена через полгода. А Шлойме наслаждался жизнью, с тоской думая о том, как летит время. Когда до свадьбы оставалось три дня, Шлойме отозвал богача в сторону и говорит:

– Послушайте, дорогой тесть, так как до свадьбы осталось всего три дня, я обязан рассказать вам весь свой ихус, чтоб вы потом не говорили, что я что-то, упаси Боже, скрыл от вас. Так знайте же, что мой брат развратник.

– Ну и что ж с того?

– Мало того, золовка известна во всей округе как распутница и содержательница публичного дома.

– Если уж меня не беспокоит брат, то золовка тем более, – ответил хладнокровно будущий тесть.

– У меня двое дядьев: оба картежники и пьяницы, – продолжал Шлойме.

– Пфе… чтоб большей беды у меня не было! – отмахнулся богач.

– Моя сестра нагуляла мамзера.

– Мамзер? Гм, это, конечно, плохо, да… ну уж ладно…

– В моей семье два сутенера, четыре вора и шесть человек на каторге.

– Ну так что? Какое это имеет к вам отношение? Тащим корову, и пусть горит коровник!

– И жена у меня тоже есть… – тихо добавил Шлойме.

Тут богач преобразился. Он побагровел и, молча схватив Шлойме за плечи, вытолкал его вон из дома.

208. Цена и стоимость

Скупой богач однажды пригласил к себе ойрахом на субботу Шлойме Людмирера. Изголодавшемуся Шлойме больше всего приглянулась свежая, пухлая, ароматная хала. Он налег на нее изо всех сил.

Богач видит, что еще не начали есть, а уже полхалы исчезло в утробе ойраха, и решил намекнуть ему:

– Реб еврей! Знаете, это очень дорогая хала, она в два раза дороже обычной!

– Она таки стоит этих денег, – ответил Шлойме.

209. Долг и стол

У Шлойме был заимодавец, которому он давно был должен двадцать рублей и с которым никак не мог рассчитаться. И действительно, откуда у бедняка Шлойме деньги? А заимодавец прямо покою не давал Людмиреру: на базаре, в синагоге, у раввина – где бы он его ни встретил, сразу требовал свои деньги.

Однажды заимодавец явился к Шлойме домой и стал требовать, чтоб тот немедленно с ним рассчитался. А Шлойме стоит, улыбаясь, и только молча качает головой. Это еще больше вывело заимодавца из себя, он стал топать ногами и стучать по столу с криком: «Мои деньги, мои деньги!» – так что ветхий стол едва-едва не развалился.

А Шлойме все улыбается.

– Ты еще смеешься надо мной?! – вскричал заимодавец.

– Да не над вами, – ответил Людмирер, – а над вашим способом получать деньги, требуя их от стола. Этот стол у меня уже тридцать лет. Если бы я знал, что в ответ на удары он даст денег, поверьте мне, он давно был бы расколот в щепки.

210. Богач-наследник

Шлойме Людмирер состоял членом благотворительного общества «Ахносас кало». Он часто ходил по домам и собирал пожертвования на приданое для бедных девушек. И если уж Шлойме брался добыть приданое, то невесте не о чем было беспокоиться – приданое будет!

Однажды к Шлойме обратился приятель, такой же бедняк, как и Шлойме, у которого была дочь на выданье, дескать, подвернулся жених, а приданого нет. Что делать?

Шлойме Людмирер не заставил себя просить дважды, взял палку и пошел по местечку собирать пожертвования.

Приходит он к богачу-скряге реб Менделю. Отказать Шлойме богач побоялся, дать наличными – пожалел. Вот он и говорит:

– Я дам десять рублей, но не сейчас, а ближе к свадьбе.

Шлойме заставил его в том поклясться и ушел довольный.

Но надо же было случиться несчастью: невеста вдруг заболела, проболела несколько дней и умерла.

Богач Мендель, услыхав об этом, плакал, но в душе был рад – избавился от долга.

Ровно через неделю Шлойме явился к богачу и стал требовать обещанные десять рублей.

– Как? – закричал реб Мендель. – Невеста ведь умерла!

– Ну и что ж с того? – хладнокровно сказал Шлойме. – Почему вы хотите быть ее наследником?

211. За чем дело стало?

В бес-медреше долгим зимним вечером собрался у печки тесный кружок вокруг Шлойме Людмирера. Начался жаркий спор на вечную тему: богатство-бедность. Один сетовал на то, почему Бог одному дает все, а другому – ничего, другой возмущался тем, что Господь, установив праздники, не дает бедным евреям возможности соблюдать их, как это предписано Торой, то есть устраивать обильную трапезу.

– Надо бы уничтожить бедность, – сказал третий.

– Ша! У меня есть план, как сделать так, чтобы всем было хорошо – и богатым, и бедным, – вмешался четвертый.

– А ну, скажи, какой план?

– А вот какой: надо, чтобы все до единого люди внесли в общую кассу все свое имущество и брали бы оттуда потом каждый по своим потребностям. Уверяю вас – всем хватило бы.

– Правильно. Вот это план! – зашумели все и, обращаясь к молчавшему Шлойме Людмиреру, спросили: – Ну, Шлойме, что вы скажете об этом?

Поглаживая бороду, Шлойме Людмирер ответил так:

– Ничего не скажешь, хороший план. Но в чем заковыка? В том, чтоб все были согласны. Надо суметь уговорить людей внести в общую кассу свои деньги. Знаете что? – Тут он обратился к предложившему план: – Давайте разделим усилия: я берусь уговорить бедных – их больше, а вы уговорите богатых – их ведь меньше.

212. Обрезание или похороны?

– Шлойме, – спросили однажды Людмирера, – что вы предпочитаете – богатые похороны или богатое обрезание?

– Разумеется, обрезание! – ответил Шлойме.

– Почему?

– Очень просто. При богатом обрезании есть еще надежда, что будут богатые похороны. А после богатых похорон уж точно ничего не будет.

213. Великая нация

Однажды в синагоге заспорили: какая нация самая великая? Одни говорили: еврейская – сам Бог ее избрал; другие, мол, ничего подобного – русская: русские все герои и храбрецы; третьи утверждали: английская, Англия – владычица морей; четвертые настаивали: немецкая – у немцев машины…

Один только Шлойме Людмирер, усмехаясь, качал головой:

– Вы все не правы: все нации ничто пред той, которую я имею в виду.

– Ну, если ты такой умный, Шлойме, то скажи!

– Очень просто: самая великая нация – это ассигнация!

214. Пришелец с того света

Усталый, голодный, в истрепанной одежде, забрел Шлойме Людмирер в одну корчму. Видит Шлойме, что хозяина нет, в корчме осталась только его жена, и Шлойме решил поживиться. Он был наслышан о том, что хозяева корчмы славятся по всей округе тем, что ни разу не подали нищему ни копейки.

«Их следует проучить, – подумал Шлойме, – и заодно как следует поесть, сделать кой-какие запасы и, кстати, приодеться – вон как на мне все истрепалось».

Заходит Шлойме в корчму, притворившись праведником: глаза обращены к небу, губы шепчут молитву, моет руки, садится к столу, вынимает из котомки книгу и начинает тихо, нараспев, читать. Хозяйка, преисполнясь уважения к святому человеку, спрашивает:

– Кто вы, ребе?

– Неужели вы не знаете? – отвечает Шлойме. – Я – Шабес Нахаму.

Хозяйка, хоть и не поняла, что это такое, но переспрашивать не посмела и вместо этого спросила:

– А откуда вы, ребе?

– Сейчас только с Неба, – отвечает Шлойме, – прямо из Рая. Пришел на этот свет по делам не вашего разумения, через два дня уйду обратно.

Услыхала это корчмарка, задрожала и спрашивает умильно пришельца с того света:

– Не видели ли вы в Раю моих родителей? Как они там?

– Конечно видел! Ой, Боже, какой у них вид! Мицвес они накопили мало, и они там постоянно голодают, оборваны, босы, даже рубах нет. Вам следует выполнить дочерний долг и послать им хоть что-нибудь.

Хозяйка побежала в кладовую, собрала чистое белье, платье, капоту, мужнины ботинки, завернула в тряпку еду – масло, сахар, пряники, целую курицу, все это завязала в платок и отдала пришельцу, не забыв передать ему для родителей целых пять рублей.

Взвалил Шлойме Людмирер узел на плечи – и был таков.

Не успел Шлойме далеко уйти, как вернулся домой корчмарь. Узнал от жены о том, что их посетил святой человек Шабес Нахаму, понял, что это был мошенник, запряг скорее коня в повозку и бросился вдогонку.

А Шлойме между тем, услышав погоню, остановился около хаты на краю дороги и начал подмазывать стену, будто он хозяин той хаты. Проезжает корчмарь и спрашивает Шлойме, не видел ли он человека с мешком за спиной.

– Конечно, видел, – отвечает Людмирер, – он пошел вон туда, по узкой дороге, она круто идет то под гору, то в гору – тебе с повозкой никак не проехать. Оставь-ка повозку здесь.

Корчмарь так и сделал: отдал Шлойме лошадь с повозкой. Только он повернул за угол, Шлойме положил узел на повозку и помчался в другую сторону.

А скупой корчмарь плутал-плутал, пока, наконец, не понял, что прохожий человек обманул не только жену, но и его самого.

Вернулся корчмарь домой, а жена спрашивает:

– Где конь с повозкой?

Отвечает корчмарь:

– Там же, где мои капота и ботинки. Уговорил меня твой святой, что ему тяжело подниматься пешком на Небо. Пришлось отдать коня, а заодно и повозку.

215. Нечистая сила в перине

В одном селе жил богатый корчмарь, и был он так скуп, что никогда никому не налил и кружки воды даром. И вот однажды сговорились два умных бедняка – Гершеле Острополер и Мотька Хабад наказать скупого богача и заодно выманить у него несколько рублей. Наняли они подводу, обтянули ее простыней, так что получилось нечто вроде кареты, в каких обычно разъезжают цадики-чудотворцы. Гершеле переоделся цадиком, а Мотька Хабад стал его «шамесом». Приезжают они в корчму. А корчмарь как раз женил сына, так что в корчме было много гостей.