Текст книги "Песня вечных дождей"

Автор книги: Э. Дж. Меллоу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 25 страниц)

Твой гнев наносит раны, а любовь затягивает их.

Наставление Ачак всплыло в ее памяти.

Любовь.

Ларкира задержала дыхание, словно это действие могло удержать ее мысли, запретить им двинуться дальше.

Но ее магия! Ее магия продолжала плавать в легких, удовлетворенная и спокойная, зная, что мужчина, который держал Ларкиру, не причинит ей вреда.

Отчаянная потребность пронзила ее. Потребность, которую она, возможно, никогда не удовлетворит.

Но Ларкира сдержалась, не позволив мыслям унести ее в ту сторону.

В настоящий момент она была полна решимости остаться прямо здесь, в Настоящем, счастливо устроившись в объятиях Дариуса.

Когда огонь догорел, оставив лишь тлеющие угли, а грохот бури за окнами заиграл убаюкивающую мелодию, глаза Ларкиры наконец закрылись.

А проснувшись, она обнаружила, что кровать пуста, но на прикроватном столике лежала записка, в спешке нацарапанная Дариусом.

«Ты стала первым чарующим созданием, которое я увидел этим утром.

И я хочу, чтобы ты была последним, на кого я смотрю каждую ночь».

Ларкира прижала бумагу к груди и уставилась на балдахин своей кровати, вспоминая, каково было лежать с Дариусом, когда его сильные руки обнимали ее, даруя чувство защищенности. Ирония состояла в том, что раньше ей казалось, будто она защищает его.

Дариус был мужчиной, который глубоко проник в ее сердце. Он стал ее сердцем.

Теперь она поняла, почему так отчаянно хотела остаться в Настоящем. Ларкира была в ужасе от того, что произойдет в Будущем.

Глава 32

Касл Айленд наводнили с грохотом проезжающие через ворота экипажи, гости стекались в печально известное закрытое поместье Лаклана. Они с интересом оглядывали пространство, перешептываясь друг с другом, когда слуги в своих новых идеальных платьях и прочих одеяниях – расходы, в конечном итоге оплаченные отцом Ларкиры, он настоял, что это станет подарком на помолвку, – проводили их через коридоры в просторный бальный зал. Потребовались все свечи и цветы, имеющиеся в городе, а также в соседних деревнях, чтобы наполнить темный замок небольшим количеством тепла, света и веселья. Но когда заиграл маленький оркестр, непрерывная буря, властвующая снаружи, оказалась почти забыта. Сегодня вечером можно было притвориться, что это обычный дом богатой семьи.

Еще один фарс.

Стоя в стороне от входа в бальный зал, Ларкира наслаждалась небольшим перерывом в приветствии любопытных гостей, сестры и Зимри оберегали ее от внимания посторонних. На ней было безупречное бирюзовое платье, которое идеально подходило к ее глазам и выгодно оттеняло светлые волосы и кожу. Даже не имея даров потерянных богов, миссис Эверетт явно обладала магией, ведь ей удалось вовремя закончить наряд, особенно учитывая количество украшавших его деталей. Маленькие жемчужины были вшиты в кружево, покрывавшее лиф и укороченные рукава, в то время как лоскутки шелка цвета слоновой кости обрамляли края и закручивались вокруг низа юбок. Несмотря на события, которые должны были произойти сегодня вечером, Ларкира чувствовала себя ослепительно красивой в этом платье, настоящей будущей невестой, особенно когда заметила проблеск тоски в глазах Нии, когда та смотрела на шитье бисером. Ларкира решила поговорить с миссис Эверетт о раннем подарке на день рождения для ее рыжеволосой сестры.

– Отцу не свойственно опаздывать, – сказала Арабесса, глядя на море гостей позади них.

– Ему нужно было кое-что выяснить до приезда сюда. – Зимри дернул запонку, в черном смокинге он выглядел красивее, чем когда-либо, его темная кожа сияла в мягком свете.

Томно обмахиваясь веером и хлопая глазами, некоторые особо любопытные гостьи пытались медленно приблизиться к нему, но, увидев прищуренный взгляд Арабессы, тихо пискнули и развернулись, семеня прочь.

Ларкира сдержала усмешку, а Ния при виде строгости, написанной на лице старшей сестры, закатила глаза.

– Но что может быть важнее сегодняшнего вечера? – Арабесса нахмурилась.

– Возможно, мы можем спросить его сами, – предложила Ния. – Он как раз только что вошел.

Граф Рейвита, из второго дома Джабари, шагал сквозь толпу, остановившись только один раз, чтобы взять бокал пунша с подноса в руках официанта. Несколько гостей поспешили убраться с его пути, прежде чем повернуться и что-то пробормотать ближайшему спутнику. Долион Бассетт всегда знал, как эффектно появиться, едва ли войдя в комнату. Его рост, волосы цвета янтаря и борода, а также элегантный костюм делали все остальное.

Мало кому удавалось сдержаться и не глазеть на этого мужчину.

– Дочери. – Подойдя, Долион улыбнулся трем девушкам и поцеловал каждую из них в макушку. – Д’Энье. – Затем пожал руку Зимри. – Вы все великолепно выглядите.

– Спасибо, отец, – ответила Ларкира в унисон с сестрами, с его появлением напряжение, охватившее плечи Ларкиры, ослабло.

– Как много гостей. – Долион обвел взглядом комнату.

– Несмотря на бурю снаружи, едва ли кто-то отказался бы взглянуть на такой таинственный замок, – ответила Ларкира.

– Безусловно.

– Ну и? – Ния скрестила руки на груди. – Что тебе нужно было сделать, прежде чем прийти сюда?

Долион взглянул на своего верного помощника, который просто пожал плечами.

– Лишь ответы способны остановить эти любопытные умы, – сказал Зимри.

– Безусловно, – приподняв бровь, ответил Долион, когда посмотрел на своих дочерей. – Возможно, мы обнаружили, кто может быть виновен в нашей утечке.

– Кто? – ахнула Ния, привлекая взгляды стоящих неподалеку гостей. Арабесса шикнула на нее.

– Простите. – Ния понизила голос.

Долион почесал бороду, держа каждого из них в напряжении, ну, кроме Зимри, который, казалось, больше беспокоился, какой эффект произведут следующие слова мужчины.

– Ничего не доказано, все это лишь слухи.

– Но у этих слухов вполне веские основания, – добавил Зимри.

– М-м-м, – кивнул Долион. – Дальнейшие действия заставляют меня поверить в его вину.

– Отец, пожалуйста. – Ларкира привлекла внимание мужчины, потянув его за рукав. – Объясни подробнее.

– Как вы, девочки, знаете, кроме слежки за герцогом во время его отлучек, с тех пор как была обнаружена утечка, у нас имелись свои уши во всех частях королевства. Притоны, торговые порты, игорные дома, стены переулков…

– Мы поняли, – перебила Ния. – Везде.

– Что ж, – сказал Долион, – мы наконец-то получили зацепку, основанную на описании емкостей, которое дала нам ты, Ларкира. Мы смогли отследить его до притона Серебряные Грезы. Они продают свои более крупные заказы в круглых емкостях, подобных тем, которые нашла ты. – Он кивнул Ларкире. – На этом бы все и закончилось, ведь мы не обнаружили доказательств того, что хозяин притона замешан в каких-либо незаконных сделках со своими клиентами. Однако потом заметили одну закономерность.

Девушки наклонились ближе к отцу.

– Лорд Эзра.

Ларкира раскрыла рот от удивления.

– Алос Эзра?

– Тот самый, – крайне недовольно подтвердил Долион.

– Но… – Ния моргнула, открывая и закрывая рот, словно пыталась найти слова. – Но… как?

– Один из членов его команды, – объяснил Зимри, – регулярно посещал заведение. Но он никогда не баловался зельями, только выпивал несколько больших стаканов виски. Я последовал за ним в один из его любимых залов духов, где подслушал, как он бормотал, что капитан обогатит их всех. Матрос утверждал, что капитан поручил ему организовать серию оптовых закупок у Серебряных Грез… все, конечно, совершенно законно. Подозрительным показалось то, что они делала с форрией после. По его словам, бочонки с перекачанной магией за пределами королевства стоят дороже, чем внутри. Затем его доставили к нам для дальнейшего допроса.

– И ты обнаружил, что это правда? – спросила Арабесса. – Может, просто недовольный пьяный пират, распространял слухи о своем хозяине. Мы все знаем, что лорд Эзра – суровый капитан, но даже такой негодяй, как он, знает, насколько строго карается нарушение правил, установленных в королевстве.

– К тому же, – добавила Ларкира, – никогда не видела, чтобы его команда болтала о своих делах.

– Потому что те, кто любит распространяться о его делах, не задерживаются в его команде. – Долион покрутил в руках бокал. – Они находят свой путь в Забвение быстрее, чем успевают произнести хоть слово.

– Тогда как получилось, что этот человек жив?

– Кто сказал, что он жив?

– Не понимаю, так он жив? – Зимри удивленно взглянул на Долиона.

– Нет. – Долион вопросительно наклонил свой бокал в сторону остальных, взглядом спрашивая, добавлен ли туда эликсир?

– Еще нет, – ответила Ларкира на его безмолвный вопрос.

Долион кивнул, прежде чем сделать глоток.

– Поэтому я и опоздал.

– Что случилось? – спросила Ларкира.

– Пирата нашли мертвым в камере.

– Он убил себя?

– Отрезанный язык и перерезанное горло свидетельствуют об обратном.

– О силы моря Обаси, – пробормотал стоявший неподалеку гость, услышав последнюю фразу их отца.

– Проклятие подслушивающего все время слышать чудовищные слова, – сказала Арабесса мужчине.

– Да что вы, я никогда!

– Так ли это было необходимо, моя музыкальная? – спросил их отец, когда гость поспешил в другой конец комнаты.

– Вероятно, нет, – ответила Арабесса. – Но как жить без шуток.

– Как его могли убить? – тихо спросила Ларкира, возвращая их разговор к прежней теме. – Эти тюрьмы неприступны.

– Но вы трое пробрались туда.

– Да, ну, мы особенные, – заявила Ларкира.

– Я бы сказал чересчур особенные, – пробормотал Зимри.

– Ты тоже мог бы стать особенным, – заметила Арабесса. – Если бы не был таким заурядным.

– Как мило. – Он прищурился, пристально посмотрев на нее.

– И что же нам делать? – Ларкира взглянула на отца. – Ты допросишь лорда Эзру?

– Я бы так и сделал, если бы он не исчез.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Ния.

– Именно то, что сказал. Кажется, он исчез.

– Но ведь это невозможно, – возразила Ния. – Король может найти кого угодно.

В ответ на комплимент их отец довольно улыбнулся:

– Верно, что делает действия Алоса гораздо более впечатляющими.

– И доказывает вину, – добавил Зимри.

Ния нахмурилась:

– И какова цена, если эти обвинения правдивы?

Долион уставился в свой пунш, крутя ножку бокала.

– Изгнание, если не смерть.

Группа затихла, вечеринка закружилась вокруг них, пока они переваривали новости. Ларкира наблюдала за Нией, которая была ослепительна в своем персикового цвета платье, когда ее взгляд остекленел, а уголки губ опустились.

– А планы для этого бала? – спросила Ларкира, нарушая молчание.

– Все в силе. – Отец поймал ее взгляд. – Мы согласились помочь, и мы поможем.

Узел в животе Ларкиры, образовавшийся во время их разговора, немного ослаб.

– А вот и моя будущая невеста. – Дерзкий голос герцога коснулся обнаженной кожи на шее Ларкиры. – Я везде искал вас. И вижу, что вы проводите время в обществе членов своей прекрасной семьи. Граф Бассетт, надеюсь, у вас все хорошо. – Хейзар поклонился отцу Ларкиры, его светло-бирюзовый костюм с фраком переливался в отблесках света.

– Да, ваша светлость. – Долион кивнул. – Я рад быть здесь, чтобы отпраздновать грядущие счастливые дни.

«Хороший выбор слов», – подумала Ларкира.

– Мой союз с вашей дочерью действительно доставит радость, особенно с одним или двумя законными наследниками, – Герцог подмигнул Ларкире, испорченная магия вытекала из его рта, когда он широко улыбнулся, – которые скоро будут бегать по этим залам.

– Безусловно. – Казалось, единственный ответ, который мог дать Долион.

Уловив краем глаза вспышку цвета меди за Арабессой, Ларкира посмотрела в ту сторону и увидела Дариуса, ее кожу обдало теплом, стоило ей вспомнить последнее мгновение, которое они провели вместе.

Воспоминания о вчерашней ночи наводнили ее разум. Ощущение гладкой кожи Дариуса на ее собственной, то, как его сильные руки обхватили ее талию.

Щеки Ларкиры вспыхнули, и она не смогла сдержать улыбку, о которой тут же пожалела, когда герцог проследил за ее взглядом. Увидев, куда направлен ее взгляд, он недовольно поджал губы.

– Мальчик! – рявкнул он, привлекая внимание гостей, которые прервали свои разговоры, когда увидели, что это был хозяин вечеринки. – Мальчик, – снова позвал Хейзар. – Не надо вести себя как стеснительный крысеныш. Иди сюда и поздоровайся со своими будущими родственниками.

Дариус смутился, но все же поднял подбородок и направился к ним. Он выглядел очень привлекательным в своем черном смокинге, его рыжие волосы были зачесаны назад, открывая лицо. Взгляд молодого лорда остановился на Ларкире, и она поразилась интенсивности, плескавшейся там, затем он повернулся, чтобы поприветствовать ее семью.

– Я счастливчик, правда, сынок? – Герцог слишком сильно хлопнул Дариуса по спине. – Ведь у меня такая красивая невеста.

– Да, сэр.

– О, да ладно тебе. Ты даже не взглянул на нее. Смотри. – Он указал на Ларкиру. – Разве она не изумительна?

Зеленые глаза Дариуса снова скользнули по ней, и сердце Ларкиры забилось быстрее, когда она обнаружила, что его взгляд потеплел.

– Так и есть, ваша светлость.

Герцог ухмыльнулся нечестивой улыбкой, больше похожей на оскал.

– Надеюсь, ты не завидуешь своему старику, что он поймал такую красивую птичку, – продолжал Хейзар. – Просто оглянись вокруг. Возможно, ты сможешь выбрать себе в жены одну из других красивых сестер.

О силы потерянных богов. Ларкира едва сдержалась, чтобы не скривиться. Он в своем уме? Хейзар, конечно, был негодяем, но раньше она никогда не видела, чтобы он проявлял подобную наглость на публике. Видимо, экстаза от наличия в крови форрии было недостаточно.

– Если бы я знала, что сегодня вечером нас выставят на аукцион, – холодно ответила Ния, – обязательно приколола бы номер к юбке.

– Великолепная идея, – усмехнулся герцог, когда Долион положил руку ему на спину, привлекая к себе его остекленевший взгляд.

– Ваша светлость, давайте оставим молодых, пусть поговорят вдоволь. А я с радостью взгляну на ваш кабинет. Мы, мужчины, гордимся своими личными берлогами и тем, что храним там, верно?

На лице Хейзара появилось выражение крайнего восторга, он явно наслаждался вниманием со стороны такого важного человека, как отец Ларкиры.

– Конечно, граф, – сказал он, прежде чем повернуться, чтобы взять руку Ларкиры. Он поцеловал ее, покрыв липкой пленкой белую перчатку. Ответная улыбка Ларкиры получилась вымученной. – Когда мы вернемся, – начал Хейзар, – возможно, начнем праздник с представления, которое вы с сестрами обещали, м-м-м? Если бы я знал, что вы умеете петь, то попросил бы вашей руки гораздо раньше.

– Вы слишком добры, – ответила она с натянутой улыбкой.

Удаляясь с герцогом, отец бросил на оставшихся взгляд, говоривший: «Делайте то, что должны».

– Понятия не имею, как тебе удалось так долго терпеть этого человека, – с усмешкой произнесла Ния.

– Иногда это было… совсем не легко.

– Дай сюда свою перчатку. – Арабесса потянулась за испорченной вещью на руке Ларкиры. – Даже если только мы видим следы, надо от нее избавиться, она воняет. Вообще-то, дай мне обе…

– Я не могу, – Ларкира спешно перебила старшую сестру. – Мой палец.

– Силы небесные и морские, да кого это вообще волнует? У тебя красивые руки.

– Знаю, но…

– Вот. – Ния стянула свои перчатки. – Возьми мои. Не время проявлять небрежность.

– Кстати о… – прервал девушек Дариус. – У нас проблема.

– Что за проблема? – спросила Ния.

– Эликсир для гостей. – Дариус беспокойно огляделся по сторонам. – Он исчез.

Глава 33

Дариус наблюдал за растерянностью, отразившейся на лицах остальных, когда произнес эти слова. Слова, которые казались кислотой, стекающей с его губ.

– Что значит, исчез? – переспросила Ния. – Мы отдали его вам сегодня утром.

– Да, и я спрятал его в надежном месте в своих комнатах.

– Видимо, место оказалось недостаточно надежным.

– Дариус. – Ларкира обратилась к нему, привлекая его внимание. – Ты уверен, что его там нет?

Он кивнул, страшась разочарования, которым скоро наполнится ее взгляд. Ему очень хотелось вернуться в то время, когда они лежали на кровати в ее спальне, в тот момент, когда все было идеально.

– Как и планировалось, я пошел проинструктировать персонал. Сказал им, что герцог будет пить лишь свой лучший бренди, а не пунш, который подают гостям, шампанское для тоста перед вашим выступлением ему тоже не понадобится.

– Когда это произошло? – спросила Ларкира.

– Я вернулся к себе, чтобы одеться. И как только остался один, подошел к отодвигающемуся камню у камина, чтобы забрать эликсир, но там ничего не оказалось.

– Кто-нибудь видел, как вы положили его туда? – спросил Зимри.

– Не то чтобы я видел, но… – Дариус нахмурился.

– Но что?

– Это Касл Айленд. Здесь повсюду есть глаза.

– Это вряд ли поможет делу. – Арабесса нахмурилась. – Давайте разделимся и поищем. У нас нет времени сокрушаться и просто стоять здесь. Эликсир не появится сам по себе.

Когда они вышли из бального зала, Дариус проигнорировал протянутые руки гостей, желающих поприветствовать его. Несмотря на напряжение, которое вызовет подобное поведение, он знал, у них есть более важное дело, которое не терпит отлагательств.

Свернув в более тихий зал, крыло с предметами искусств, где с портретов на них смотрели предки, группа поспешила по коридору.

– Куда нам пойти? – спросила Арабесса.

– Мы точно не станем искать везде, – недовольно проворчала Ния. – На это уйдет по меньшей мере неделя.

– Больше, – пробормотала Ларкира.

– Я поищу в своем крыле, – ответил Дариус. – Остальные могут отправиться в помещения для прислуги. Возможно, кто-то подумал, что это особый напиток, и украл его.

– Подожди… – Ларкира остановила Дариуса, положив руку ему на плечо. – Слуги.

– А что с ними?

– Боланд ведь твой камердинер?

– И что? – Дариус растерянно моргнул.

– Надменный дворецкий? – спросила Ния.

– Он одновременно и мой…

– Он присутствовал, когда ты давал указания слугам? – перебила его Ларкира.

– Не уверен точно, но…

– А перед тем как ты стал одеваться? Мог ли он видеть тебя с эликсиром?

– Да, он помог мне одеться, но я не думаю, что Боланд стал бы…

– Где он может быть сейчас?

– Понятия не имею.

– Мы должны немедленно найти его. – Ларкира быстро зашагала прочь.

– Зачем? – спросил Дариус.

– Интуиция.

– А, раз дело в интуиции, – начала Ния, – предлагаю поставить на это все деньги.

– Дорогая, мне кажется, ты пристрастилась к азартным играм, – сказала Арабесса, когда они свернули за угол в другой зал, стены которого были украшены вырезанными из камня изображениями зверей.

Дариус всегда ненавидел эту часть дома, но когда они спешно прошли мимо, заметил, что либо у каждого существа в когтях был маленький букет цветов, либо на голове красовался венок из цветов.

Так ужасные сцены стали казаться глупыми, и, несмотря на затруднительное положение, Дариус поймал себя на том, что мысленно улыбается. Он не сомневался, это результат работы блондинки рядом с ним.

– Подожди. – Ларкира показала пальцем в сторону. – Кажется это он там.

Худая фигура в черном с узнаваемым крючковатым носом появилась в поле зрения в конце коридора, а затем прошла в одну из небольших библиотек.

– Быстрее. – Ларкира бросилась бежать.

– Разве она не знает, что мы в корсетах? – фыркнула Ния, бегущая последней.

– Отец заставлял нас тренироваться в корсетах. – Арабесса не отставала от младшей сестры. – Мы должны бегать в платьях так же быстро, как и в брюках.

– Должны, – выдавила запыхавшаяся Ния, – но это… очень… сложно…

Они забежали в библиотеку.

– Мистер Боланд! – позвала Ларкира, заметив мужчину на другой стороне слабо освещенной комнаты.

В то время как в поместье имелось множество впечатляющих библиотек, нынешняя была скромной, всего с двумя этажами книг. Дариусу сказали, что все началось именно с этой библиотеки, а уже позже коллекция книг разрослась. В этот зал почти никто не заходил, но его всегда содержали в чистоте и порядке, а на тележке у углового окна стояло немного бренди одного из лучших сортов.

Дворецкий развернулся и посмотрел на них.

– Боланд? Что ты делаешь? – Дариус перевел взгляд с левой руки мужчины, в которой тот держал стакан с янтарной жидкостью, на правую, сжимающую тонкую серебристую бутылочку с эликсиром.

Мужчина удивленно посмотрел на потревоживших его гостей, а затем остановил взгляд на Дариусе.

– Я знаю, что происходит.

– Не думаю, что ты понимаешь, – сказал Дариус, но мужчина лишь покачал головой.

– Я не могу позволить, чтобы это бремя легло на ваши плечи, милорд.

Бремя?

Дариус похолодел.

– Боланд, где ты взял эту бутылку? Давай ты просто отдашь ее мне, и мы обо всем забудем.

– Я предполагал, что все может закончиться таким образом, – продолжил дворецкий, как будто не слыша слова хозяина. – Но я не могу позволить вам взять на себя этот грех. Надо было давным-давно положить этому конец.

– О чем ты говоришь?

– О нет, – пробормотала Ларкира.

Дариус нахмурился, глядя на нее сверху вниз.

– Ты понимаешь, о чем он говорит?

– Интуиция кое-что подсказывает.

– Думаю, это слово следует убрать из твоего лексикона, – вставила стоящая сзади Ния.

– Мистер Боланд, – спокойно сказала Арабесса, подходя к нему. – Не сомневаюсь, что ваши намерения чисты, но, похоже, вы немного заблуждаетесь насчет того, что именно держите в…

– Назад, – выпалил дворецкий, и Арабесса остановилась. – Это вы заблуждаетесь насчет того, что пережил мой молодой хозяин. – Рукой, держащей бутылку, он указал на них. – Может, у меня и нет даров потерянных богов, но я все равно чувствую зло, которое очень давно вошло в этот дом. Жестокость хозяина этого замка слишком долго беспрепятственно господствовала здесь. Возможно, я не помню всего, как и мой бедный молодой хозяин, но я понял. Сопоставил факты и осознал, но все, что сделал, – это помогал скрывать те случаи. Понимаете? Я ничего не сделал, просто стоял в стороне и позволял вам страдать, мой господин. Теперь я искуплю свою вину.

– Боланд. – Дариус попытался привлечь внимание мужчины. – Ты был верен моей семье еще до моего рождения. И я ценю любую помощь, которую ты, по твоему мнению, оказываешь, но…

– Вот почему я должен это сделать. – Голос мужчины дрогнул. – Я сделаю это ради вас и ваших родителей. Зло нужно остановить. – Перевернув бутылку с эликсиром, он вылил все содержимое в бокал с бренди..

– Боланд!

– Нет!

– Остановитесь!

В комнате раздались протестующие крики.

Но было слишком поздно. Напиток вспыхнул, а затем снова приобрел цвет темного янтаря.

– Вот крысеныш, – проворчала Ния. – Ты понятия не имеешь, что потратил впустую.

Но Боланд, не обращая внимания на ее слова, побежал к ближайшему углу. Нажав потайную кнопку рядом с нижним шкафом, он открыл дверь для прислуги и проскользнул внутрь.

– Куда он направляется? – спросил Д’Энье, когда они бросились в погоню, заходя в узкий коридор.

– Все это начинает раздражать, – тяжело дышала Ния.

Коридор был настолько узким, что им пришлось идти друг за другом. Дариус шел первым, и когда они проходили мимо нескольких факелов, освещавших помещение, он заметил фрак дворецкого.

– Боланд! – позвал Дариус. – Пожалуйста, ты можешь остановиться?

– Да, вежливая просьба определенно поможет, – съязвила Ния.

– Пожалуйста, замолчи, – огрызнулась Ларкира, когда они поспешили из коридора и вошли в небольшую кладовку; постельное белье, сломанные стулья и полки с неиспользованными канделябрами заполнили пространство. Внимание Дариуса привлекла полоска света, исходящая от того, что казалось задней частью огромного холста. Потайная дверь, оставленная приоткрытой. Раз это был единственный выход, значит, Боланд мог уйти только этим путем.

Толкнув дверь, Дариус снова оказался в бальном зале… очень многолюдном бальном зале.

Дариус резко остановился, и остальные врезались в него. Небольшая группа гостей обернулась, удивленно подняв брови при их необычном появлении через картину, вдобавок заметив сбившееся дыхание вновь прибывших.

– Вот и моя идеальная прическа. – Ния сдула выбившуюся прядь, упавшую ей на лицо.

– Мне нравится ваш веер. – Арабесса сделала комплимент стоявшей рядом даме. Женщина хмыкнула, прежде чем отвернуться.

– Некоторые люди совсем не умеют принимать комплименты, – прокомментировала Ларкира, когда они прошли дальше.

Дариус лихорадочно разглядывал толпу, моля потерянных богов помочь ему найти знакомый крючковатый нос.

– Он там. – Д’Энье кивнул в другой конец комнаты, где Боланд спокойно подошел к герцогу, держа бренди на серебряном подносе. Отчим Дариуса развлекал группу гостей историей, драматически размахивая руками.

– Как думаете, что он делает? – спросила Ларкира.

– Точно не знаю. – Дариус наблюдал, как дворецкий терпеливо ждет, держа на подносе напиток. Он стоял прямо, почтенно склонив голову вниз – воплощение идеального слуги.

Камердинер взглянул на Дариуса и едва заметно кивнул, на что Дариус решительно покачал головой, одними губами произнося: «нет».

Боланд чуть повернулся, протягивая руку с подносом Хейзару, тем самым предлагая взять бокал..

– Это ужасно, – сказала Ларкира.

– Все пропало, – добавила Арабесса.

– Мы должны уйти, – ответила Ния.

– На что мы смотрим? – внезапно Долион появился рядом.

– Дворецкий. – Д’Энье жестом указал в сторону мужчины, пока они смотрели, как герцог делает глоток бренди.

– И что с ним? – спросил Долион.

– Он вылил весь эликсир в бренди, которое сейчас пьет мой отчим.

– Зачем ему это делать?

– Полагаю, он думал, там яд, – объяснила Ларкира.

– Потише. – Арабесса толкнула сестру локтем, натянуто улыбаясь любопытным гостям.

– Полагаю, он думал, там яд, – шепотом повторила Ларкира.

Нахмурившись, Дариус недоуменно посмотрел на нее.

– С чего бы ему так думать?

– Жестокость хозяина этого замка слишком долго беспрепятственно господствовала здесь. – Ларкира повторила слова Боланда. – Вероятно, он считает, что это отчим наносил тебе те раны. Он ведь видел, как с годами их становится все больше и больше, верно?

И тут Дариус все понял. Боланд годами помогал ему одеться, он видел этот зверский рисунок из порезов и шрамов, украшавший тело молодого хозяина… и он же молча стоял в стороне, пока Хейзар извергал мерзкие оскорбления в адрес Дариуса, пока это не стало обычным явлением.

«Я ничего не сделал, просто стоял в стороне и позволял вам страдать, мой господин. Теперь я искуплю свою вину».

Присутствие Боланда всегда дарило Дариусу чувство комфорта. Даже если он не мог предотвратить появление порезов, он помог Дариусу оставаться сильным, молчаливым, надежный спутник в его одинокой жизни. Грудь Дариуса сдавило при мысли о том, каково, должно быть, было старику наблюдать за всем этим. Как неотступно преследовали его воспоминания и чувство вины, раз он почувствовал необходимость пойти на такой шаг.

– Преданный глупец, – пробормотал Дариус, снова взглянув на дворецкого.

– Что ж… – Долион почесал бороду. – Похоже, как это обычно и бывает, все случилось за те полводопада песка, что я отсутствовал.

– Должно быть, он видел тебя с эликсиром в твоих комнатах. – Ларкира придвинулась к Дариусу.

– Да.

– А услышав, что ты сказал слугам, видимо, поду-мал…

– Да.

– Мне жаль. – Она нежно коснулась его руки.

Дариус отстранился, чувствуя себя недостойным ее прикосновения. Ну почему он все испортил? После всего, через что они прошли, чтобы попасть сюда. Учитывая, как сильно помогла ему семья Ларкиры, как много она сама сделала для него.

– Дариус? – В ее глазах вспыхнула боль, словно вонзая еще один кинжал в его грудь.

– Ты должна послушать Нию и уйти, пока можешь, – твердо сказал он. – Я разберусь с сегодняшним провалом, а ты должна выяснить, как…

– Мы закончим это дело вместе, – не терпящим возражения тоном заявила Ларкира. – И никуда не уйдем.

– Но вы не можете выступать. Хейзар теперь невосприимчив к магии, в то время как остальные наоборот. Плану конец.

– К концу, – начал Долион, обращаясь к Дариусу, – могут вести разные дороги, не обязательно одна.

Силы моря Обаси, неужели эта семья никогда не сдавалась? Но в данном случае, когда дело касалось Дариуса и жившего с ним монстра, ситуация была обречена на провал.

– Неужели вы не понимаете? – Дариус покачал головой. – Не существует дру…

Вопль боли прорезал веселье. Повернувшись вместе с остальными гостями, Дариус увидел, как герцог наклонился, бокал выскользнул из его рук и разбился. Хейзар застонал, схватился за голову, затем за живот, наконец, обняв себя, как будто невидимый противник атаковал его.

– Ваша светлость? – Боланд, всегда верный и заботливый слуга, подошел к нему. – Вам?..

– УБИРАЙСЯ. – Герцог толкнул мужчину, отчего тот упал, растянувшись на мраморном полу.

Гости ахнули; несколько женщин вскрикнули, отступая в сторону.

– ВОН. – Герцог упал на колени.

– Что происходит? – прошептала Ларкира.

– Как интересно, – пробормотал Долион.

– Ты знаешь, что происходит? – Арабесса шагнула ближе к отцу, как и другие Бассетты.

– Он выпил весь эликсир, предназначенный для того, чтобы сделать участников вечеринки невосприимчивыми к магии.

– И?

– Ну. – Долион продолжал пристально смотреть на стонущего герцога на другом конце комнаты, – чтобы стать действительно невосприимчивым, надо избавиться от собственной магии, верно?

Сестры тихо ахнули, когда снова повернулись к сцене: Хейзар рвал на себе одежду и царапал лицо.

– Не оставляй меня! – болезненно проскулил герцог.

– А он выпил весь эликсир, – подытожила Ларкира.

«Силы потерянных богов, – подумал Дариус, – как такое возможно?»

Краденая магия отчима… она покидала его, и быстро. Их план сработал, хотя и немного по-другому. Любой, кто страдает зависимостью – особенно такой сильной, какой, по их словам, страдал герцог, – начиная принудительно и с пугающей скоростью избавляться от нее, несомненно, покажется сумасшедшим.

Пока комната наблюдала за человеком, страдающим от неожиданной и сильной лихорадки, Дариуса захлестнула волна вины. Несмотря на то, что он планировал подобное и после смерти матери отчим превратил его жизнь в сущий кошмар, Дариус обнаружил, что не может просто стоять и смотреть. Похоже он не мог наблюдать за тем, как страдает человек, пусть и больше напоминавший зверя.

– Ты куда? – Ларкира дернула его за рукав, когда он шагнул вперед.

– Я должен сделать хоть что-нибудь.

– Нельзя отменить дей…

– Я должен сделать хоть что-нибудь, – повторил он и направился прочь.

Проталкиваясь сквозь толпу и шагая ближе к герцогу, Дариус присел рядом с ним.

– Отец. – Он заставил себя произнести слово, которое поклялся никогда не произносить. – Позволь мне увести тебя отсюда. Тебе нехорошо.

– НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ. – Герцог толкнул Дариуса в плечо.

– Все будет хорошо, просто…

– Ты капризный ребенок, – выплюнул Хейзар, слюна скатилась по его губам. Он вцепился в собственные волосы, порча прическу. – Ты никогда не слушал. – Хейзар взмахнул рукой, как будто пытался ударить пасынка.