Текст книги "Поворот судьбы (ЛП)"

Автор книги: Джеймин Ив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

ГЛАВА 4

СЛЭЙД

Чем больше времени я проводил рядом с омегой, тем сильнее она меня интриговала. Дошло до того, что мой мозг был на девяносто процентов занят разгадкой тайны ее самой и ее жизни. Я хотел знать все: как она росла, как это ее сформировало, откуда в ней столько огня, когда обычно омеги непритязательны и покорны – особенно своему альфе.

Омеги стояли вне обычной иерархии доминирования в стае, и хотя нам никогда прямо не объясняли почему, считалось, что они не дают нашим внутренним зверям взять над нами верх. Удерживают альфу от потери контроля. Никогда не предполагалось, что их способность противостоять приказам может быть использована как фактор для управления альфами или противостояния им.

Хотя у меня была теория, что, возможно, именно в этом и заключалась причина.

Наша омега была спокойной и рассудительной, даже когда боролась вопреки всему. Она действительно усмиряла моего зверя – насколько вообще можно усмирить дракона, – но чувствовалось, что в ней есть нечто большее.

Особенно удивляло ее сострадание – и раздражало то, как легко оно могло навлечь на нее беду. Я был опасным оборотнем, а она уже несколько раз теряла бдительность в моменты уязвимости рядом со мной.

Она ни в коем случае не должна была проявлять такую же мягкость с другой стаей. Это было небезопасно. А у меня появился новый, личный интерес в том, чтобы оберегать ее.

– Не спорь со мной, дракон. Ешь эту чертову еду.

Мой дракон зарычал, но не от злости. Ее пламя манило нас, и я почти улыбнулся. Эмми рядом с моим зверем казалась милым котенком, но я позволил ей сохранить видимость власти – хотя бы для того, чтобы она не сорвалась в очередной приступ паники.

Я не хотел больше видеть то выражение на ее лице, когда она царапала себе кожу, сражаясь с врагом, которого я не мог уничтожить – врагом в ее разуме.

– Все, что тебе нужно, Снежок, – сказал я, потянувшись за миской. Ее губы приоткрылись, зрачки расширились, когда я наклонился к ней и взял тарелку. Она повторила мое движение, потянулась вперед – и в этот момент дверь наверху лестницы распахнулась от удара.

Альфа, который раньше довел ее до слез, начал спускаться. Блэйн. Она выкрикивала его имя в панике, и мне хотелось оторвать ему голову только за то, что он дышит с ней одним воздухом.

Не удостоив его вниманием – он не был мне ровней, – я не сводил взгляда с Эммелин. У меня была слабость к тому, как быстро менялись выражения на ее лице. Она не умела прятать эмоции, выставляя их напоказ, и именно это в ней меня притягивало.

И все же она оставалась загадкой.

А я любил загадки.

Блэйн дошел до низа лестницы и издал, как ему, видимо, казалось, грозное рычание, нависая над своим без сознания товарищем. Я не понимал, в чем его проблема – тот жалкий альфа был жив и, скорее всего, полностью восстановится, если его исцеление сработает как надо.

Я был даже слишком щедр. Они должны были поблагодарить меня, оставив нас в покое, пока я не придумаю, как уничтожить их всех, не подвергая Эмми опасности.

– Я убью тебя, драконье отродье.

Да чтоб тебя. Мошкара раздражает, пока их не прихлопнешь.

Похоже, прошлый урок был недостаточно наглядным. Со вздохом я поставил миску с похлебкой. Когда повернулся к нему, Эмми придвинулась ближе, ее руки дрожали, а сладкий аромат сменился резким запахом страха.

Так она не реагировала на другого дикаря, но этот самодовольный альфа ее пугал.

На этот раз мой дракон действительно разозлился.

– Что он тебе сделал? – прошипел я, едва сдерживая зверя. – Расскажи все. Подробно. Ничего не упускай.

Магические кандалы еще не проверялись на прочность – места для превращения здесь не хватало. Поэтому я просчитывал другие пути побега. Но если бы они хоть как-то угрожали Эмми, мое самообладание закончилось бы.

– Он… – выдохнула она, и вместе с этим во мне вспыхнула новая волна ярости. Огонь моих предков всегда жил во мне, но ее страх стал топливом, которого я не знал раньше. Я не терял контроль уже много лет, но сегодня… был на грани.

С рассеянным взглядом Эмми потянулась к плечу и провела пальцами по грубому шраму. Я шагнул вперед, схватил самодовольного альфу за горло и без труда приподнял, так что его ботинки лишь скребли по полу. Медленно подтянул ближе.

– Что он тебе сделал, Снежок? Расскажи все – и я обеспечу ему долгую смерть.

Моя хватка усилилась, он заскреб по моей руке, даже частично обернув когти, но вырваться не смог.

– Он помог маме… изрезать меня, – прошептала Эммелин. – Чтобы преподать урок. А потом уничтожил и ее. Он чудовище.

Когда я сжал пальцы сильнее, через открытую дверь потянуло серой, а кандалы вспыхнули магической энергией. Разряд был достаточно мощным, чтобы вырубить обычного оборотня. Я ослабил хватку, и альфа, задыхаясь, отполз, схватил своего товарища и бросился вверх по лестнице. Жалкое зрелище.

Отвернувшись от его бегства, мое сердце чуть не остановилось, когда Эмми пошатнулась и начала падать. Я успел подхватить ее, чувствуя, как кожа зудит от соприкосновения, но на удивление это ощущение было слабее обычного. Легко игнорируемое. Я сосредоточился на проверке ее состояния, надеясь, что ведьмин разряд не причинил вреда.

Быстрая оценка показала: кроме потери сознания, все в порядке – пульс ровный, дыхание стабильное, запах, хоть и пропитанный серой, нормальный.

Вот почему нападение и побег должны были подождать, пока мой план не станет безупречным. Хотя времени у нас было немного – нельзя позволить им собрать новые силы.

Времени было в обрез, и я собирался рассчитать всё так, чтобы это было идеально для моей омеги.

Эмми понадобилось десять минут, чтобы прийти в себя. Я использовал это время, чтобы спланировать нашу атаку, одновременно следя за ее пульсом и сердцебиением… и свободно прикасаясь к ней, как будто это не было для меня совершенно нехарактерно. Годами я ждал, что любое прикосновение к моей коже причинит боль, и потребуются целые жизни, чтобы сломать этот инстинкт. Не то чтобы я когда-либо пытался перенастроить свой мозг в отношении прикосновений, но на мгновение мне захотелось быть не таким сломленным.

– Слэйд, – пробормотала она.

Меня забавляло, что она никогда не использовала наши титулы правильно. Мы все были достаточно сильны, чтобы перед нашими именами стояло звание «Альфа». Не то чтобы Эммелин было до этого дело, и за это я ею гордился.

– Я здесь, – сказал я, уделяя ей восемьдесят процентов своего внимания, в то время как остальные двадцать оставались наверху, где я отслеживал около дюжины членов их армии. Я проредил их ряды еще в Голден-Кло, но недостаточно. – Как ты себя чувствуешь? У них есть ведьма или, по крайней мере, доступ к заклинаниям, которые могут ослабить нас через эти цепи. Мне нужно придумать, как их снять, прежде чем мы попытаемся сбежать.

Она приподнялась и огляделась; ее лицо было бледным, а поразительные глаза потемнели.

– Возможно ли снять магически усиленные кандалы, не используя саму магию?

Я возился с тем, что был на моей правой лодыжке, с самого нашего прибытия сюда, и уже успел погнуть и повредить механизм, но не мог разорвать последнее соединение.

– Не уверен. Обращение сломало бы их, но здесь не хватит места. Я продолжу работать над этим, пока ты восстанавливаешься. Доешь еду, чтобы набраться сил… даже салат. – Первую порцию травы я уничтожил, но на подносе была еще одна миска.

Она поморщилась, но спорить не стала и, подползя вперед, подобрала разбросанный поднос. Открыв одну из бутылок с водой, она сделала огромный глоток, а затем протянула вторую мне. Когда я брал ее, наши пальцы соприкоснулись. Она вздрогнула, а я заставил себя не реагировать.

Желание наброситься или содрать с себя кожу присутствовало, но было гораздо слабее, чем когда-либо прежде. Это было почти незначительно. Я бы никогда не поверил, что кто-то сможет за несколько часов приучить меня к своим прикосновениям – Хантеру потребовались годы, чтобы просто проходить мимо, не получив кулаком в лицо. С остальными членами нашей стаи было то же самое. Если я инициировал контакт, это было одно, но они никогда не могли прикоснуться ко мне первыми.

Эммелин прислонилась к стене, держа в руках тарелку с салатом и с недовольным видом запихивая в себя зелень. Она выглядела такой несчастной, поедая листья салата, и надутые губы отвлекли меня от моей задачи.

Да, мое увлечение ею продолжало расти, и я начал задаваться вопросом, не будет ли моя обычная ограниченная терпимость к оборотням иметь тех же пределов в случае с Эммелин.

– Хочешь немного? – спросила она, протягивая мне миску. На ее лице промелькнула надежда, что я заберу ее.

Я почти рассмеялся. Настоящим, веселым смехом.

Когда я забрал блюдо из ее рук, она издала самый облегченный вздох, который я когда-либо слышал, и мой сдержанный смешок вырвался наружу. Ее облегчение сменилось шоком, и она уставилась на меня так, будто никогда раньше не видела оборотня. Не обращая на нее внимания, я бросил отвратительную зелень на поднос и вернулся к своей задаче – освободиться от этих кандалов.

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы оправиться от шока; она внимательно наблюдала за мной краем глаза. В конце концов, она поднялась на ноги и начала расхаживать по комнате – еще одна странность для омеги, эта ее неутолимая потребность двигаться.

– Твои раны полностью зажили? – спросил я, не чувствуя больше боли, но нуждаясь в ее подтверждении.

Она на мгновение замерла, проверяя свои конечности и сделав несколько прыжков на месте.

– Еще немного болит, но в остальном, кажется, все в рабочем состоянии. Думаю, мое исцеление улучшилось с тех пор, как я стала чаще выпускать свою волчицу.

С годами оно будет только улучшаться, но она никогда не достигнет того потенциала, который могла бы. Самые важные периоды роста приходятся на наши первые обращения, а ее сдерживали мать и стая. Это будет настоящий праздник, когда вся их стая будет мертва.

– Нам нужно скоро бежать, – сказал я, ковыряя боковую часть кандалов. – Наша единственная проблема – это магия ведьмы. Эти кандалы дают им прямую связь с нашей сущностью оборотня, и мое обычное сопротивление ослаблено. Нам нужно сначала убрать их ведьму. Если она будет без сознания или мертва, ее магия станет не такой эффективной.

– А что, если это не настоящая ведьма? – задумчиво произнесла Эмми, склонив голову. – Ты же сам сказал, что у них мог остаться доступ к ее заклинаниям.

По моему опыту, большинство ведьм не оставили бы свою магию в руках оборотней, но я также никогда не встречал стаю, которая получала бы столько магической помощи, как стая Роджерс. Между этой стаей и ведьмами была какая-то более глубокая связь. Та, которую мне не удалось обнаружить в ходе своих изысканий.

– У них мог остаться доступ к заклинаниям, – наконец признал я. – Именно поэтому я нападу первым, а ты останешься здесь. Я достаточно силен, и даже если ведьма там, ей придется потратить много сил, чтобы меня одолеть. Если же ее там нет, им придется исчерпать свои запасы энергии, чтобы меня остановить. В любом случае, это поможет нам в конечном итоге выбраться отсюда.

Лицо Эмми стало встревоженным, ее глаза – пронзительными, льдисто-голубыми. Ее эмоции было легко прочесть, но истинное беспокойство и страх таились в самой глубине ее взгляда.

– Мне не нравится мысль, что ты пойдешь туда без меня, – сказала она, потирая переносицу и привлекая мое внимание к россыпи веснушек на ее щеках. Кто бы мог подумать, что веснушки тоже могут быть такими пленительными. – А что, если тебя ранят? Что, если они тебя убьют? Я ведь даже не узнаю.

Обо мне никогда никто не беспокоился, и на то были веские причины.

– Если они смогут убить меня, то у тебя, Снежок, не будет никаких шансов выжить. В таком случае тебе стоит беспокоиться о себе.

Выражение ее лица поникло, она тут же замкнулась, скрестив руки на груди, и кивнула.

– Да, хорошо. Логично.

Я быстро оглядел ее, пытаясь понять, что в моих словах ее так расстроило. Разнообразие эмоций, которые испытывало большинство оборотней, было мне незнакомо. Я жил в мире черного и белого, фактов и цифр, данных и кода. Эммелин Андерс же была воплощением всех цветов и оттенков серого, спонтанности и красоты. Это был иностранный язык.

Ирония в том, что я мог говорить почти на всех языках, известных оборотням.

Вот только, видимо, не на языке Эммелин Андерс.

ГЛАВА 5

ЭММИ

Слэйд вернулся к работе над кандалами на своей лодыжке, которые он уже превратил в искореженную груду металла, хотя они все еще оставались на его черных брюках. Я сделала еще глоток воды и продолжила свое новое любимое занятие: наблюдать за оборотнем-драконом и гадать, смогу ли я когда-нибудь пробиться сквозь его непроницаемую оболочку.

Каждый раз, когда мне удавалось сделать хотя бы небольшую вмятину, он отступал и снова обдавал меня холодом, что лишь заставляло меня стараться еще усерднее.

– Мне правда не нравится идея, что ты пойдешь туда без меня.

Он уже объяснил свои причины, и они были совершенно логичны. Мы оба сошлись на том, что в физическом плане от меня будет помощи меньше чем ноль. В этом не было никаких сомнений после того, что я видела, как он поступил с Донни и Блэйном. Однако он недооценивал, насколько сильна моя моральная поддержка.

– Тебя нужно защищать, – это все, что он сказал, и хотя часть меня растаяла, другая часть была раздосадована.

Я многое пережила в одиночку. Слэйд считал меня хрупкой, жалкой омегой без капли доминантности. Еще немного, и он назовет меня милашкой, щелкнув по носу, и я смогу собрать полное трио неудачницы-оборотня.

Я начала расхаживать по комнате, наслаждаясь возможностью использовать ноги, хотя цепи, прикрепленные к моим кандалам, все еще позвякивали.

– Чего они ждут? – прорычала я. Голос уже достаточно окреп, чтобы снова издавать приличный рык.

Слэйд не поднял головы, отрывая еще одну полоску внешнего слоя металла.

– Если бы мне пришлось гадать, чего я не особенно люблю, то они переоценивают ситуацию и пытаются придумать, как удержать меня теперь, когда я вырвался из их клетки. Вероятно, они также жалеют, что взяли меня с собой, хотя в тот момент это был их единственный логичный выбор.

– А что, если бы они тебя убили?

Звук, вырвавшийся из его груди, был темной, искаженной версией смеха.

– Меня не так-то просто убить, и это единственная причина, по которой я здесь с тобой.

Слава богине, что Слэйд на моей стороне.

Раздался еще один лязг и скрежет, когда он оторвал кусок металла. Внезапно он резко вскинул голову и замер, и я тоже застыла.

– В доме осталось всего несколько человек, – наконец произнес он, и мой пульс участился от хищного наклона его головы.

Сегодня он выслеживал не меня, но моя инстинктивная реакция «бей или беги» осталась прежней.

Его глаза потемнели, чернота проступила сквозь зелень, и он вскочил на ноги так быстро, что исчез прежде, чем я успела ахнуть. Он двигался, словно жидкость, перетекая с одного места на другое, и я задумалась, были ли мои рефлексы еще медленнее, чем я предполагала. Или это он был настолько быстрее обычного альфы? В любом случае, это полностью выбило меня из равновесия.

– Самое время, – сказал он. – Их осталось слишком мало, чтобы меня остановить. Я хочу, чтобы ты подождала здесь, пока я расчищу путь. Я позову тебя, Эммелин. Не двигайся с места, пока не услышишь мой зов.

Я открыла было рот, чтобы возразить, что меня оставляют, но он уже взлетел по чертовой лестнице.

Буквально за пару секунд.

Мне определенно нужно было добавить кардио в свою жизнь, но сейчас было не время сравнивать наши способности. Слэйд не мог… ну, должно же быть что-то, что он не умел делать так же хорошо, как я. Например… менструировать.

Точно! В этом я была экспертом. Кстати говоря, они должны были начаться со дня на день, и было бы просто превосходно, если бы этого не случилось, пока я в плену. Обычно месячные выбивали меня из колеи как минимум на день из-за обильного кровотечения и жутких спазмов, а в доме, полном альф, скрыть запах крови было невозможно.

Ну да, ладно, очевидно, даже в менструации я не была экспертом, но все равно справлялась с ней лучше, чем Слэйд.

Подобравшись к основанию лестницы, я заглянула наверх, на сломанную дверь и косяк. Краешек ручки был едва виден, пока дверь болталась на одной петле. Я напрягла слух, пытаясь уловить хоть какой-то звук или шум борьбы, но жуткая тишина, составившая мне компанию, сбивала с толку.

Я только поставила ногу на нижнюю ступеньку, как наверху появился Слэйд.

– Можешь подниматься, – коротко бросил он, и я, не теряя времени, взбежала по лестнице. Я оказалась в маленькой старомодной кухне с обоями в розово-бело-желтый цветочек и деревянными шкафчиками, выкрашенными в еще более яркий желтый.

– Что случилось? – прошипела я, оглядываясь в поисках Блэйна и остальных, но комната была пуста. Весь дом казался пустым.

Выражение лица Слэйда оставалось злым на все десять оттенков, что, как ни странно, делало его только привлекательнее. Его взгляд метнулся к задней двери.

– Как только я вышел из подвала, немногие оставшиеся крысы сбежали, заперев весь дом магией. Я проверил каждую комнату – мы одни. Это просто тюрьма побольше, и я не сомневаюсь, что скоро они вернутся с армией, достаточной, чтобы меня прикончить.

Охренеть как здорово.

– Ладно, так есть ли способ пробиться через этот магический замок до их возвращения? Насколько он сильный?

Когда он выдохнул, меня окутал его пепельно-сладкий аромат, и колени подогнулись. Я протянула руку и как можно небрежнее прижалась ладонью к стене с цветочками, нуждаясь в опоре. Надеюсь, он не заметит, что я использую дом, чтобы не упасть.

– Достаточно сильный, чтобы этот дом пришлось строить с магией в самом фундаменте. Может, даже в земле под ним. Возможно, я смогу пробиться, все будет зависеть от того, сколько у нас времени до их возвращения.

С этим можно было работать.

– Чем я могу помочь?

Он оглядел маленькую кухню.

– Поищи еду, что-нибудь с высоким содержанием белка и жиров. Мне нужно подпитать энергию для борьбы с магией. Это будет изматывающе.

Возможность реально помочь подняла мне настроение, и я тут же направилась к холодильнику.

– Принято. Ты займись тем, как нас отсюда вытащить, а я разберусь с едой.

Подойдя к древнему холодильнику, который когда-то, должно быть, был белым, а теперь пожелтел от времени, я открыла дверцу, и меня обдало ледяным холодом. Термостат был сломан, но, по крайней мере, все внутри выглядело свежим.

– Откуда у них вообще доступ ко всей этой магии? – спросила я, вытаскивая с середины полки фунт говяжьих полосок и фарша, а также кучу бесполезных овощей, которые я собиралась использовать только для увеличения объема блюда. К счастью, нашлось хотя бы несколько картофелин, на фоне которых зеленые, фиолетовые и оранжевые овощи выглядели просто жалко. И когда вообще появилась фиолетовая морковь? Само ее существование было неправильным. Как и оранжевой.

Когда я упомянула об этом Слэйду, он почти улыбнулся.

– Фиолетовая морковь на самом деле – это прародитель всех сортов, она появилась задолго до привычной нам оранжевой.

От этого она мне понравилась еще меньше.

– То есть… ты хочешь сказать, что именно с них началась вся эта ерунда с овощами?

Покачав головой, Слэйд проигнорировал мою войну с овощами и ответил на мой предыдущий вопрос.

– Я не уверен, какая у них связь с магическим сообществом. Мои изыскания не показали, чтобы эти альфы как-то особенно выделялись в мире финансов или власти.

Он фыркнул, и я, оглянувшись через плечо, увидела, как он навалился плечом на дверь. Я прервала сбор ингредиентов, чтобы рассмотреть его поближе.

– Ищу слабое место, – объяснил он, и я едва расслышала его за звуком рыдающих яичников. В самый пик фертильности, когда вот-вот должны были начаться месячные, а этот бог-оборотень крушил стены, я попала в серьезную передрягу. – Где-нибудь оно точно найдется, и это наш лучший шанс на быстрый побег.

Точно, точно. – Надеюсь, ты скоро его найдешь, – солгала я.

Покачав головой, я оставила Слэйда заниматься своим делом и принялась открывать все шкафчики в поисках кастрюли побольше. Мне также повезло найти пакет риса и специи, и я понадеялась, что смогу состряпать из этого что-то съедобное.

Плита была такой же древней, как и все остальное на кухне. Электрической конфорке понадобилось пятнадцать минут, чтобы хотя бы начать нагреваться, и к этому моменту Слэйд уже вышел из комнаты.

Я слышала, как он стучит по стенам, и старалась не думать о его мускулистых руках, которыми он, казалось, сотрясал весь дом. Я сосредоточилась на том, чтобы приготовить лучшую еду, на которую была способна. Обжарив овощи в масле, я добавила соль и приправы, а затем подрумянила мясо. В конце я долила воды, бросила еще специй и оставила все тушиться. В другой кастрюле я сварила рис, чтобы добавить его к блюду.

Готовить я научилась за годы работы в закусочных и ресторанах, но это блюдо было чистой импровизацией в надежде на лучшее. Цель была одна – приготовить как можно больше еды, чтобы у Слэйда были силы. Как бы приятно ни было наблюдать, как он включает альфу и дубасит стены, я и вправду хотела, чтобы мы убрались отсюда до возвращения стаи Роджерс.

Через двадцать минут на кухне восхитительно запахло, и я подняла крышку, чтобы вдохнуть пряный аромат. В ящике нашлось лишь несколько пыльных ложек, которые я сполоснула, чтобы попробовать свое творение.

Насыщенный, сытный вкус говядины ударил по языку, и лишь легкий привкус овощей ощущался на фоне. Картошка еще не разварилась, но со временем это произойдет, и жидкость загустеет. Это было не лучшее блюдо, которое я когда-либо пробовала, но сойдет. В таких обстоятельствах привередничать не приходилось, да и до готовки Джеральда мне было как до луны.

Снова накрыв кастрюлю крышкой, чтобы рагу еще немного потомилось, я вышла из кухни в гостиную. Слэйд стоял в углу и ковырял железной кочергой край старого эркерного окна. Как и холодильник, краска на подоконнике и стенах когда-то давно была белой, но теперь пожелтела, и ее хлопья с каждым тычком кочерги осыпались на пыльный деревянный пол.

– Нашел слабое место, – сказал Слэйд, когда я подошла ближе. – Заклинание здесь лежит не так плотно. Думаю, я смогу расширить проход, чтобы мы выбрались, примерно через двенадцать-восемнадцать часов. С учетом четырех часов на сон.

Я потянулась к стене, но он зарычал, и я замерла, не донеся руку на несколько дюймов.

– Не трогай периметр. Он заряжен магией и снова ударит по твоим наручникам. У меня нет времени возиться с тобой, пока ты без сознания.

– Черт, прости. Надо было догадаться.

Мой мозг отключился с того самого момента, как я проснулась и увидела склонившегося надо мной Блэйна Роджерса. Чувствуя, как щеки заливает румянец, я быстро сменила тему:

– Еда будет готова минут через десять. Хочешь, я покормлю тебя, пока ты работаешь?

Слэйд резко вскинул голову, и я оказалась под прицелом его пронзительного взгляда.

– Покормишь меня? – пророкотал он с таким недоумением, будто я заговорила на иностранном языке, а он пытался понять смысл сказанного.

– Ага, – кивнула я, едва сдерживая усмешку. – Так обычно с младенцами делают, но не волнуйся, я не буду изображать самолетик, поднося ложку ко рту. Если только ты сам не попросишь, конечно.

Он несколько раз моргнул, а затем покачал головой.

– Я способен одновременно сражаться с энергией и есть. Просто оставь тарелку рядом.

Богиня, этому парню нужно было расслабиться, пока он не заработал сердечный приступ на нервной почве.

– Будет исполнено, сэр.

Я вытянулась по стойке смирно и картинно отдала честь. Слэйд сощурился, но я поспешила уйти, прежде чем он успел меня отчитать. К счастью, его жесткий график по пробиванию дыры в магической стене почти полностью его поглощал.

Вернувшись на кухню, я выключила конфорку, но оставила посуду под крышкой, чтобы еда еще несколько минут доходила на пару. Я нашла тарелку достаточно большую для порции Слэйда, сначала положила в нее рис, а затем добавила огромную порцию рагу, стараясь накладывать побольше мяса.

Когда я вернулась в гостиную, то с радостью увидела длинные лучи света, пробивающиеся сквозь проделанную им щель у окна. Хотя нам было еще далеко до того, чтобы пролезть, это уже был прогресс.

– Вот твоя еда, – сказала я, подойдя ближе.

Впервые в жизни я заметила легкий блеск пота на лбу, лице и горле Слэйда, смешанный с остатками крови от ошейника на шее. Его запах тоже стал сильнее, и меня совсем не обрадовало, когда нижняя половина моего тела начала просыпаться и трепетать.

Не время, вагина. Сейчас точно не время.

– Спасибо, – выдохнул он, выдернув меня из моего похотливого оцепенения. Кивком он указал, чтобы я поставила тарелку у окна. – Вон та полка подойдет.

Осторожно поставив дымящуюся еду, я прислонила ложку к краю миски.

– А где твоя? – спросил он, нахмурившись еще сильнее. – Если это вся еда, что ты приготовила, то сначала съешь свою порцию.

– Я ела не так давно, – напомнила я ему, – а ты тот, кто пробивает нам выход отсюда чертовой чайной ложкой. Тебе нужны силы. Со мной все будет в порядке.

Я уже направлялась обратно на кухню, чтобы принести ему стакан воды, когда его рык заставил меня споткнуться на ровном месте. Какого хрена он это сделал? Это было даже не доминирование… а что-то другое.

– Ты будешь есть со мной, Эммелин. Сейчас же.

Сделав самый глубокий вдох, на какой только была способна, пока мое тело было практически сковано этим властным ящером, я сказала с притворным спокойствием:

– Я не голодна, Слэйд. Мне не нужно есть.

– Ложь, – отрезал он. – Никогда не лги мне, Снежок. Я слышу твой желудок и чувствую твою потребность. Ты поешь, прежде чем я прикоснусь к еде.

Эти чертовы альфы и их тяга все контролировать.

– Хорошо, – вздохнула я, решив, что у нас нет ни времени, ни сил на этот спор. Услышав мое согласие, он отпустил меня из той хватки, в которой держал своим рычанием, и я, ворча, поплелась на кухню.

Ворчала и сияла – мое тело оживилось так, как бывало только рядом с моей стаей. Забота этих альф пробуждала к жизни давно подавленные части меня.

Огонь и потребность, гнев и надежда, желание и отчаяние. Множество противоречивых эмоций бурлило внутри, и я никогда не чувствовала себя такой живой.