Текст книги "Поворот судьбы (ЛП)"
Автор книги: Джеймин Ив
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)
ГЛАВА 24
Хантер
Мой волк без умолку выл, пока я шел обратно по коридору в комнату Келлана. Мои влажные спортивные штаны нужно было сменить, но я еще не был готов расстаться со сладким ароматом Эмми после оргазма. Он пропитал мои штаны так же, как и вода из ее ванны.
Он был мне необходим, чтобы продержаться следующие несколько часов, ведь я едва получил тот глоток, которого так жаждал.
Лучше бы у Джулс были хорошие новости, иначе со мной будет справиться труднее, чем со Слэйдом, а как полноправный альфа этой стаи, я не мог до такого опускаться. Но если и была ситуация, которая разбивала мой контроль вдребезги, так это когда один из моих соратников балансирует на грани жизни и смерти, мой член пытается пробить штаны, а яйца уже посинели от напряжения.
– Говори, – прорычал я, войдя в спальню Келлана и увидев Джулс, склонившуюся над его неподвижным телом. Слэйд и Финли внимательно за ней наблюдали.
Никто из нас не доверял этой ведьме полностью. Ни в прошлом, ни сейчас, но она была нашим сильнейшим союзником в мире магии, и за эти годы мы обменялись множеством успешных услуг. Мне нужно было вести себя любезно. Ну, насколько это было в моих силах.
– Мы создали контрзаклятие, – сказала она, резко вскинув голову. – Но мне нужно было сначала осмотреть его, чтобы определить его силу, и после лихорадки, которая указывает на то, что первоначальное заклинание проникло глубже, я не думаю, что он достаточно силен. Контрзаклятие, скорее всего, убьет его.
Ни за что, блядь.
– Без контрзаклятия он умрет, – напомнил я ей, едва сдерживая своего волка. – Лучше рискнуть, чем просто позволить ему угаснуть. Он достаточно силен.
Я знал своего брата по стае лучше, чем большинство, и Келлан будет бороться до последнего, чтобы остаться с нами. Чтобы остаться с Эмми. У него буквально никогда не было больше причин жить.
Джулс не выглядела убежденной, ее лицо исказилось, когда она переводила взгляд с Келлана на меня.
– Судя по вашему настроению и вашим прошлым поступкам, я не сомневаюсь, что вы убьете меня, если мое заклинание убьет его. Не уверена, что готова так рисковать. – Она слегка прищурилась. – Если только, конечно, вы не хотите предложить несколько очень крупных услуг от каждого члена вашей стаи, чтобы подсластить задачу.
Мой волк снова завыл, когда она наконец признала истинную причину, по которой медлила с контрзаклятием: она хотела выжать из каждого из нас все до последней капли.
Слэйд набросился на нее так быстро, что она едва успела пискнуть, прежде чем его рука сомкнулась на ее горле. Дракон никогда не позволял другим прикасаться к себе – за исключением тех редких случаев, когда им удавалось пробить его защиту во время тренировок или боев. Но если он прикасался к тебе, то это никогда не сулило ничего хорошего.
И Джулс это прекрасно знала.
Ее лицо побледнело, когда она, застыв, смотрела на него снизу вверх, совершенно не в силах говорить. Она могла бы использовать магию, но против Слэйда ей потребовалось бы нечто большее, чем обычная защита. Если ты пытаешься сразиться с его драконом с помощью магии, у тебя должна быть сила, сравнимая с атомной бомбой.
– Никаких услуг. И если ты немедленно не дашь Келлану заклинание, ты умрешь. – Его голос и выражение лица были бесстрастными, если не считать едва заметных вспышек пламени в глазах. – По крайней мере, если ты дашь ему заклинание и он выживет, ты тоже выживешь.
Обычно я бы вмешался и разрядил обстановку, но пока мой волк бился в клетке моей кожи, у меня не было ни малейшего желания спасать ведьму. Она приоткрыла губы, но он сжимал ее слишком сильно, чтобы она могла вымолвить хоть слово. Ее лицо приобрело опасный синюшный оттенок, когда он наконец ослабил хватку, позволив ей захрипеть.
– Я-я п-произнесу з-заклинание.
С шумным выдохом, пахнущим огнем и пеплом, Слэйд разжал пальцы, и Джулс тяжело рухнула на пол.
– Вот и сделай это, блядь. Сегодня же.
Он вернулся на то место, где стоял мгновение назад, его руки были расслабленно опущены, и ничто не выдавало, что он только что чуть не задушил ее одной рукой. Джулс осталась лежать на полу, ее глаза были широко раскрыты и остекленели, пока она делала несколько рваных вдохов, каждый из которых сопровождался кашлем.
До нее наконец-то начало доходить, что мы уже не та стая, какой были в нашу последнюю встречу. Мы нашли свою последнюю пару, сердце нашего квинтета, и пока наши узы не завершены, наши звери будут дикими. Вероятно, и после этого тоже.
– У нас нет выбора, кроме как обеспечить выживание Келлана, – сказал я ей, не делая ни малейшего движения, чтобы помочь ей подняться с пола. Насколько я понимал, не было ни одной причины прикасаться к другой женщине, если это не Эмми. – Как нам укрепить его с помощью уз стаи?
Она снова кашлянула и потерла горло.
– Единственный верный способ – это завершенный квинтет.
В этот момент в комнату вошла Эмми, одетая в синий спортивный костюм. Ее влажные волосы казались темнее обычного и обрамляли ее лицо в форме сердечка. Ее кристально-голубые глаза были широко распахнуты, а на лице отражалось смятение, когда она уставилась на Джулс, лежащую на полу.
– Ты хочешь сказать, что он слабеет из-за отсутствия нашей связи? – выдавила она, переводя взгляд на меня в поисках правды.
Я протянул руку, и, словно молот Тора, она без колебаний направилась ко мне. Будто я, черт возьми, наконец-то стал достоин.
Когда я прижал ее к себе, то заметил, что ее аромат смешался с запахом кофе и карамели – этого сочетания оказалось достаточно, чтобы наконец успокоить моего зверя.
Наклонившись, я провел носом по мягкой, гладкой коже ее шеи, глубоко зарычав.
– Хорошая, блядь, девочка, – пробормотал я, довольный, что она подчинилась моей команде. Ни одна омега не обязана подчиняться, поэтому, когда она это делала, удовлетворение было еще сильнее. – Мне нужно, чтобы на тебе всегда был мой запах.
Она задрожала, прижавшись ко мне, и я уловил стон, который она пыталась подавить.
– И нет, это не твоя вина. Ни сейчас, ни когда-либо. Мы понятия не имеем, повлиял бы завершенный квинтет на его способность бороться с этим заклятием. Магия непредсказуема, а Джулс просто гадает.
Она обмякла в моих объятиях, и мой все еще твердый член дернулся в штанах, но я даже не потрудился его поправить. Я гордился тем, что мог показать всему миру, как сильно я жажду ее, мою идеальную пару.
– Джулс нашла контрзаклятие, – сказал я, сообщая ей последние новости. – Но учитывая, насколько глубоко первоначальное заклятие проникло в энергию Келлана и насколько мощно это контрзаклятие, есть опасения, что он может оказаться недостаточно силен, чтобы пережить этот процесс.
Я видел, что в этом Джулс не солгала.
Эмми сосредоточила все свое внимание на кровати, ее глаза были широко раскрыты и покраснели. Я чувствовал запах слез, которые она сдерживала; ее скорбь пропитала воздух горечью, что лишь усугубило мое и без того неуравновешенное эмоциональное состояние.
– Но без заклятия он умрет, – прошептала она. – Будучи полным квинтетом, мы были бы сильнее?
По какой-то дурацкой причине она повернулась к Финли, явно ища того, кто скажет ей всю правду. Не то чтобы я ей лгал, но я смягчал свои ответы, в то время как медведь этого делать не стал бы.
Поверх головы Эмми я испепелил Финли взглядом, молча напоминая ему, что если он причинит ей боль без необходимости, я буду избивать его до тех пор, пока он не начнет молить о смерти. Я не мог использовать доминирование, чтобы заставить его, не выдав Эмми своего превосходства, а я хотел, чтобы она поверила, что его ответ был искренним.
– Как уже сказал Хантер, мы не знаем, был бы он сильнее с полностью сформированными узами, – наконец пробормотал Финли. – Все это – догадки и надежды. Как и большая часть гребаной магии: если она не раздражающая и опасная, то она бесполезна. Золотой середины тут нет.
Эмми нахмурилась, ее веснушки сбились в кучку, когда она моргнула, а затем повернулась к Слэйду, после чего подняла на меня свой очаровательно растерянный взгляд. Я оставался спокоен, пока она скользила по мне взглядом, будто могла раскрыть все мои секреты по одному лишь виду.
Ощущать на себе ее полное внимание, глядя в ее поразительные голубые глаза, уступало лишь возможности пробовать ее на вкус и прикасаться к ней. Наша омега была так прекрасна, что, когда она полностью сосредотачивалась на мне, я, блядь, замирал, как щенок. Это причиняло боль. В самом лучшем смысле.
– Как нам ему помочь, Хантер? – прошептала она, и в ее взгляде читалась мольба о том, чтобы у меня были нужные ей ответы. Обычно у меня была масса вариантов, но сегодня – ни черта.
Мой волк снова взбесился, и я сжал Эмми так сильно, что ей, должно быть, стало больно. Не то чтобы она издала хоть звук или попыталась отстраниться. С усилием я ослабил хватку и сделал глубокий, успокаивающий вдох.
– У нас нет выбора, кроме как попробовать это заклятие и надеяться, что он достаточно силен. Жар у него спал, и он забрал у нас часть энергии, что очень поможет ему.
Джулс с трудом поднялась на ноги и снова подошла к Келлану.
– Тогда нужно делать это сейчас, – сказала она, и ее голос стал более хриплым. – С каждой минутой ожидания заклинание набирает силу и все глубже проникает в его сущность и энергию оборотня. Если вы все согласны с этим решением, я начну готовиться.
Грудь Эмми вздымалась от рвущихся наружу рыданий, пока она цеплялась за меня. Не знаю, понимала ли она, как крепко вцепилась в мое предплечье своими крошечными ручками, ища поддержки. Я буду опорой для нее до конца наших дней.
– Да, нужно провести ритуал сейчас, – пробормотала она.
Мой взгляд встретился со взглядом Слэйда, и он медленно кивнул. Финли выглядел так, будто его вот-вот стошнит или он обратится в медведя, но тоже кивнул. Решение было принято, и я, как полноправный альфа, должен был отдать приказ.
– Да. Проводи контрзаклинание. Сейчас же.
Джулс подбежала к двери и схватила свою коричневую кожаную сумку. Финли и Слэйд подошли к нам ближе, образуя единую стаю. Эмми, на лице которой все еще застыли боль и отчаяние, повернулась к Слэйду:
– Ты говорил, у тебя есть идея, как ему помочь, но она мне не понравится. Что это было?
Слэйд не обсуждал это со мной, но я отчетливо догадывался, о чем он думал.
– Теперь это в любом случае не имеет значения, заклинание стало сильнее, – пожал плечами мой брат. – Для этого тебе нужно было бы создать с ним связь, а это невозможно, пока Келлан не придет в сознание, чтобы завершить свою часть ритуала. Я размышлял над тем, как наполнить его энергией и вернуть в сознание на время, достаточное для создания связи. Но для этого пути уже слишком поздно. У нас нет времени.
Лицо Эмми словно разбилось на мириады осколков, и я не мог вынести этого зрелища.
– Это невозможно, так что даже не думай об этом, – сказал я ей, подводя ее ближе к кровати. – Давайте снова сплотимся, пока Джулс не проведет ритуал.
– Я позвала еще нескольких ведьм из своего ковена, – напряженно произнесла Джулс, доставая ингредиенты из сумки. – Они скоро будут здесь.
– Значит, у нас есть время, – сказал Слэйд, присоединяясь к нам у кровати. – Хантер прав, мы должны дать Келлану как можно больше сил.
Не успел он договорить, как Эмми уже была на кровати, склонившись над Келланом. Его рубашку сняли еще раньше, когда мы собирались вокруг него, и Эмми, не сдерживаясь, рыдала, прижавшись к его коже. Видеть ее боль и не иметь возможности помочь было невыносимо.
Кстати, о медведях. Я заметил, как мука исказила черты Финли, когда он смотрел на нее с братом, но он тут же вернул лицу безразличное выражение. Он подошел и положил руку на плечо Келлана, стараясь не коснуться Эмми. Мы со Слэйдом сделали то же самое, все мы прикасались к его коже.
– Твой полноправный альфа приказывает тебе бороться, – пророкотал я у самого уха Келлана, вкладывая в слова всю властность своего зверя. – Ты будешь достаточно силен. Ты не позволишь этой магии победить. Ты вернешься в нашу стаю, потому что ты нам нужен, Золотой Мальчик. Ты нужен нам здесь.
Эмми зарыдала еще сильнее, уткнувшись лицом ему в грудь и обхватив его руками.
– Пожалуйста, будь в порядке, Келлан, – прошептала она. – Пожалуйста. Молю богиню. Я не справлюсь без тебя.
В Келлане было что-то такое. Эмми, может, и была сердцем и душой нашей стаи, но Келлан был сразу за ней. Он не давал нам утонуть в нашей гребаной тьме, и за это мы будем вечно ему обязаны и будем любить его вечно.
ГЛАВА 25
ЭММИ
Я, блядь, не могу этого сделать!
Я не могла этого сделать.
Я не могла сидеть здесь и смотреть, как Келлан умирает от магии, предназначенной для меня.
Как мне это исправить?
Я бы сделала что угодно. Я бы в мгновение ока создала полный квинтет, если бы это спасло жизнь Келлана. Но, как сказал Слэйд, пока он без сознания, это не вариант, а у нас больше не было времени валять дурака. Заклинание действовало все быстрее, глубже вонзая свои смертоносные крюки, и мы не могли больше ждать.
Мои слезы стекали по его коже на простыни. В обычных обстоятельствах меня бы раздражало, что я так расклеилась перед другими альфами, особенно перед Финли, но сегодня мне было все равно. Мой милый Келлан не заслуживал такой судьбы, и это причиняло невыносимую боль.
Альфы считали, что завершенная связь ничего бы не изменила, но они не знали истинной силы омеги. Если Келлан умрет здесь сегодня, это будет моя вина, потому что я противилась этой связи. Моя вина. Моя вина.
Жесткие кончики пальцев коснулись моих щек, и, открыв глаза, я увидела, что это был Слэйд, из всех гребаных альф. Покалывания от его прикосновения хватило, чтобы вырвать меня из панических рыданий.
– В нашей жизни не так много тех, кто стал бы по нам плакать, – отстраненно заметил он, убирая пальцы от моих щек и разглядывая оставшуюся на них влагу. Я моргнула, внимательно наблюдая за ним и цепляясь за эту возможность отвлечься.
Затем, к моему изумлению, он поднес пальцы к губам и попробовал мою скорбь на вкус. В его груди что-то глухо заклокотало, и я почувствовала, как дракон рвется наружу из-под человеческой оболочки.
Богиня, да он был неземным.
Этот момент прервала Джулс, свалив кучу магических принадлежностей в изножье кровати. Альфы отступили, отпуская Келлана, а я прижалась губами к его щеке, задержавшись еще на секунду, чтобы вдохнуть его запах.
– Я люблю тебя, – прошептала я, зная, что все в комнате меня слышат. – Я надеру тебе задницу, если ты не выживешь, Золотой Мальчик. Пожалуйста, не заставляй меня этого делать.
Я отстранилась от его тела как раз в тот момент, когда Хантер подхватил меня на руки. Я ожидала, что он поставит меня на ноги, уступая дорогу Джулс, но вместо этого он поднял меня выше, пока наши лица не оказались совсем близко. Он потерся щекой о мою, а затем, подобно Слэйду, попробовал на вкус влагу, оставшуюся на моей коже.
– У тебя вкус сладкого отчаяния, – пробормотал он мне на ухо. – Когда я вижу, как ты плачешь, мне хочется уничтожить саму ткань мироздания. – Он снова провел языком по моей щеке, и, несмотря на ситуацию, мое тело откликнулось так, словно он коснулся меня гораздо интимнее. – Перестань плакать, Эмми. Келлан не захочет упустить возможность попробовать тебя на вкус, маленькая омега. Он будет бороться за тебя.
Слэйд и Хантер так потрясли меня, что неудержимые слезы прекратились, и я нашла в себе силы собраться, готовая сражаться рядом с Келланом.
– Опусти меня, – сказала я с решительным кивком. – Сейчас главное – Келлан.
На этот раз Хантер без споров поставил меня на ноги, но остался рядом.
– Всем отойти как минимум на метр, – предупредила Джулс, пододвигая свое магическое снаряжение ближе к нашему избраннику. – Мне нельзя мешать.
Она начала рисовать углем пентакль на груди Келлана, а затем расставила белые и фиолетовые свечи вокруг пятиконечной звезды. Внутрь круга она положила пучок трав и несколько крошечных костей, скорее всего, маленькой птицы или грызуна. Свечи были соединены темной, мерцающей нитью, и, хотя я понятия не имела, что это за материал, он был прошит золотом. Когда нить закрепили, соединив все пять вершин пентакля, золото вспыхнуло так ярко, что на него стало больно смотреть.
Свечи зажглись по щелчку ее пальцев; комнату наполнил запах серы, лаванды и ладана, почти ошеломляющий своей интенсивностью. Через открытую дверь потянуло прохладным ветерком, и я ожидала, что он развеет аромат свечей, но тот лишь усилился. И стало жарче. Так, что мы оказались словно в магической сауне.
Со следующим порывом ветра в комнату вплыли три ведьмы: мужчина и две женщины. Они были разного роста и с разным цветом кожи, но от всех исходил тот же горьковатый, неземной запах магии. Запах тех, кто баловался энергией, недоступной всем остальным.
– Быстрее, – рявкнула Джулс, и жар усилился, когда она провела рукой над пентаклем. – Мне нужно, чтобы вы присоединились и немедленно усилили заклинание.
Ведьмы сцепили руки с резким щелчком, словно оттачивали это движение до идеальной синхронности. Они начали читать заклинание на другом языке, тихо и неразборчиво. Если мои скудные познания о магическом сообществе были верны, большинство заклинаний требовали древнего диалекта латыни.
Жар усиливался по мере того, как их песнопения становились громче, и если бы не крепкая спина Хантера, меня бы сбило с ног порывами ветра. В этой магии была тяжесть, она давила на нас, напоминая, что мы всего лишь смертные, которым позволено существовать в этом мире. Магия была вечна, а мы – лишь мгновения в жизни.
Песнопение достигло своего пика, и когда затихла последняя нота, они резко развели руки, и Джулс сжала в ладони большой, богато украшенный кинжал. Инстинкт заставил меня дернуться вперед – меня встревожило, что она держит оружие так близко к Келлану, – но не ему было суждено оказаться под острым лезвием.
Кинжал вонзился в ладонь Джулс, которую она держала над пентаклем и грудью Келлана. Упало ровно восемь капель, и когда они зашипели на его коже, я затаила дыхание.
Вот оно. Момент, когда заклинание подействует.
Именно сейчас мы узнаем, достаточно ли он силен, чтобы принять контрзаклятие и уничтожить магию, державшую его в заложниках. Ведьмы молчали, их глаза были закрыты в течение многих напряженных секунд, и мне пришлось втянуть в себя горячий, пряный воздух… Обморок Келлану не поможет.
Джулс взмахнула рукой над свечами, и пламя погасло.
– Следующий час – решающий, – сказала она, встретившись взглядом с Хантером. На ее лбу выступила тонкая пленка пота, и она слегка задыхалась. – Я провожу остальных и вернусь, чтобы помочь тебе дежурить.
Ведьмы повернулись, чтобы уйти так же тихо, как и появились, и я поспешно добавила:
– Спасибо, что предложили свою энергию и магию, чтобы спасти нашего соратника. Мы это ценим.
Грудь Хантера шевельнулась у меня за спиной, и я услышала, как в ответ зарычал его волк. Упс. Неужели я только что непреднамеренно перешла черту и подорвала авторитет самодовольного альфы?
– Да, мы вам благодарны, – наконец сказал он, и я снова расслабилась. – Я распоряжусь, чтобы наши бухгалтеры сегодня же перевели обычную плату за такую работу.
Я никогда не слышала упоминаний о деньгах, но Хантер знал, как все это устроено. Все трое уважительно кивнули и вышли из комнаты.
Вместе с ведьмами исчезли и гнетущая магия, и запах тухлых яиц, и я была рада, что они ушли. Я не любила ни незнакомцев, ни магию, а они были худшим сочетанием и того, и другого.
– Ты чувствуешь какие-нибудь изменения в Келе? – спросила я, не зная, можно ли нам теперь к нему подходить.
Слэйд подошел к кровати и опустил руку прямо на грудь брата, размазав пентакль.
– Внутри него идет битва. Две магии воюют, и я не могу сказать, какая из них сильнее.
– Келлан будет сильнее, – без тени сомнения в голосе произнес Хантер.
Я подошла к Келлану и взяла его за руку. Она снова была горячей на ощупь, но уже не так, как раньше. Этот жар был умеренным, он согревал мою ладонь, не обжигая.
– Давай, Золотой, – выдохнула я, сжимая его пальцы. – Ты справишься.
– Я принесу нам поесть, – сказал Хантер, направляясь к двери. – Никуда не уходите, пока я не вернусь.
Финли сел по другую сторону от Келлана и взял его вторую руку.
– Не думаю, что еда так важна, – сказал он, взглянув на Хантера. – Ведьма сказала, что этот первый час – решающий.
– Несколько минут, чтобы убедиться, что мы все сыты, не повредят, – быстро возразил Хантер, и хотя я не видела его лица – он стоял у меня за спиной, – я заметила, как Финли посмотрел сначала на него, а потом на меня.
Надо было догадаться, что он собирался накормить не «всех нас».
– Я в полном порядке, – фыркнула я, откидывая голову назад, чтобы встретиться с его темным взглядом. – Я могу подождать час или дольше. Мы все должны быть здесь, с ним.
Хантер положил руку мне на плечо, и это твердое прикосновение успокоило.
– Я слышу, как у тебя урчит в животе. С помощью Флоренс я управлюсь за пару минут.
Честно говоря, у меня не было сил с ним спорить, поэтому я просто пожала плечами, и когда он вышел из комнаты, я постаралась не думать о том, как сильно мне не хватает и его присутствия, и его прикосновения.
Слэйд сел на стул, а мы с Финли остались на кровати, сжимая руки Келлана. Мы втроем молча смотрели на нашего соратника. Поразительно, что, несмотря на внутреннюю битву, Келлан выглядел безупречно. Его кожа была здоровой и загорелой, волосы – густыми и блестящими, мускулы и телосложение – по-прежнему широкими и рельефными. Если не считать отросшей темно-русой щетины на щеках и посторонней нотки в его карамельно-коричном запахе, никогда бы не подумал, что с ним что-то не так.
Он не мог умирать. Как мог кто-то настолько сильный и здоровый просто исчезнуть?
Я мысленно призывала его бороться, посылая ему свою собственную энергию. Если бы у нас была связь, я бы придумала, как буквально передать ему свою сущность и силу. Я видела, как моя мама делала это не раз – иногда по своей воле, часто насильно. Сегодня в силе не было бы нужды.
– Магия становится сильнее, – сказал Слэйд, подавшись вперед в кресле. – Он слабеет в борьбе.
Мое сердце ухнуло вниз, а паника взорвалась внутри настоящим, осязаемым взрывом. Я беспомощно оглядела комнату, отчаянно пытаясь найти решение, но ничего не было.
– Прочти одну из его книг, – внезапно сказала я. – Почитай ему. Ему нужно спокойствие и знание, что он не один.
Слэйд вскочил на ноги в ту же секунду, Финли – сразу за ним. Они поспешили к полкам Келлана и изучали их секунд десять, прежде чем оборотень-медведь выдернул одну книгу.
– Это его любимая, – сказал он, торопливо возвращаясь к кровати. – Я почитаю ему.
Мое разочарование от того, что я не умею читать, снова подняло голову, но то, что книгу взял именно Финли, почему-то казалось идеальным.
Он устроился рядом с Келланом и открыл первую страницу.
– Ночь была ледяной и суровой, когда я нашел любовь всей своей жизни. Нашел и потерял ее. Я был частью стаи Ночного Царства, и мы сражались в Адском лесу против темных эльфов, которые войной почти довели нас до полного истребления…
Его низкий, рокочущий голос успокаивал, и я поймала себя на желании свернуться калачиком рядом с Келланом и задремать под звуки тревожаще сексуального голоса Финли. Этот медведь сбивал меня с толку больше, чем любой другой оборотень или человек, которого я когда-либо встречала. Он был соткан из теней и острых углов, но порой в нем проявлялись такие моменты мягкости и эмоциональной глубины, что это полностью меняло мое восприятие.
Но как бы то ни было, его идеальный голос подействовал именно так, как я и надеялась, и успокоил оборотня на кровати. И меня тоже, если быть честной.
