Текст книги "Шарлотта и семеро братьев из Братства (ЛП)"

Автор книги: Джессика Картер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 29 страниц)

Глава 24

НАРИСОВАЛ

Стивен.СтаррЧувак, ты слышал, как девчонки подрались в SM

Дрю.ХьюзВодяная битва??? Это был Джорджи? Люблю видеть её в мокрой футболке. У неё самые красивые сиськи в кампусе

Стивен.СтаррНет, Рейвен и сексуальная Белоснежка, но на самом деле они развлекались

Дрю.ХьюзЧёрт. Мой стояк сдулся. Если бы там не было воды, мне было бы всё равно.

Стивен. СтаррТакой грёбаный извращенец. Ты всё ещё собираешься встретиться с Реджиной сегодня днём?

Дрю.ХьюзЧерт возьми, да, если она не отдаст мне товар, я все равно его заберу

Стивен.Старри,Чувак, это изнасилование, лол

Тристан Беккет и Эверетт Сойер присоединяются к чату

Тристан.БеккетЭй, чуваки! Мы всё ещё играем на 2000? Я готов выиграть $$

Эверетт. СойерК чёрту деньги. Я хочу поспорить с младшей сестрой Стивена. Этот первокурсник выглядит аппетитно.

Стивен.StarreОтвали, Сойер.

Дрю.ХьюзЯ не против, если она будет моей.

Стивен.СтаррВы слышали о своей лисичке Белоснежке?

Тристан.БеккетЧто насчет Шарлотты?

Дрю.ХьюзСегодня утром подрался в SM. Интересно, были ли на них юбки?

Дрю.ХьюзАлло?

Дрю.ХьюзПарни?

Дрю.ХьюзКак насчет 2K?

Стивен.StarreЯ думаю, они опустились

Дрю.ХьюзДа пошли вы все!

***

ШАРЛОТТА

После боя я иду в старую библиотеку и некоторое время размышляю о том, что, чёрт возьми, происходит в моей жизни. Серьёзно, этот год из плохого стал ещё хуже.

Должно быть, причиной внезапного изменения моего баланса между добром и злом стало то, что я оказался в Кроакингтоне. Я просто хочу оставаться в тени.

Просто поддерживай порядок в доме, убирайся и готовь ужин. Разве не это делала настоящая Белоснежка?

Сейчас 2016 год. Белоснежка не продержалась бы и дня в реальном мире. У тебя всё отлично получается, – подсказывает мне подсознание.

Я закрываю глаза и откидываю голову на спинку дивана. Я не знаю, что чувствую. Все мои эмоции нахлынули разом. Я должен радоваться, что наконец-то дал Рейвен то, чего она заслуживала, но какой ценой?

Слезы, обжигающие мои глаза, текут по щекам, и я не пытаюсь их вытереть. Это бесполезно, и я это знаю. Я не должна ни о чём плакать.

Я должна радоваться, что теперь знаю правду. Она никогда не была моей подругой – Рейвен была моим врагом.

Думаю, мне пора позвонить маме. Она знает, как правильно поступить и как вести себя с Дином Греем. Я не могу сражаться со всеми этими проблемами в одиночку.

Мне кажется, что я теряю себя – я не такая, какая есть на самом деле. Наконец-то я могу признать, что мне нужна помощь. Я пытаюсь сесть, но боль в боку не даёт мне этого сделать. Я просто снова ложусь и снова позволяю себе плакать.

В какую катастрофу превратилась моя жизнь за три месяца.

– Я знал, что найду тебя здесь. Я не оборачиваюсь. Я не буду оборачиваться. Я не могу смотреть ему в глаза.

– Просто уходи, Чейз. Я не хочу тебя сейчас видеть.

– Ой, Кексик, я просто хочу поговорить с тобой. – Он садится на диван и притягивает меня к себе. Я вскрикиваю от боли. – Что случилось?

“Ничего – я просто упал во время утренней пробежки и повредил бок”.

– Тебе не нужно мне лгать. Я знаю, что случилось, и поэтому я здесь. Никто не видел и не слышал тебя за последние четыре часа. Я всё это время знал, где ты, но я понимаю, что тебе нужно было побыть одному.

“ Чейз, просто прекрати это представление.

“Какой поступок?”

Я отталкиваю его. – Знаешь, притворяться, что тебе не всё равно, когда это не так. Ты заставляешь меня чувствовать себя особенной, любимой и желанной, но на самом деле ты ничего этого ко мне не чувствуешь.

– Я хочу быть с тобой, я всегда этого хотел, но Наталья всегда будет рядом. Ты любишь её, и я это понимаю, она может делать то, чего не могу я, и между вами есть связь. Я просто…

«Почему ты настаиваешь на том, чтобы оттолкнуть меня или выставить плохим парнем? Я никогда ничего не могу объяснить…»

Я встаю, не обращая внимания на боль. Я просто не хочу слышать то, что он собирается сказать.

“ Нет, ” он встает, хватая меня за руку.

– Ты больше не убежишь от меня. Это отвратительная привычка. Ты убегаешь, когда не хочешь решать свои проблемы или сталкиваешься с чем-то, будь то плохое или хорошее.

“Шарлотта, ты должна прекратить это делать”.

– Ты не можешь указывать мне, что делать. – Боже, вот-вот польются слёзы, а я не хочу плакать перед ним.

– Ты не можешь мне ничего говорить. Я не доверяю Рейвен. Я не доверяю тебе – я даже себе больше не доверяю. Я не хочу, чтобы мне причинили боль или причинили боль кому-то ещё. Я просто не могу. Оставь меня в покое, Чейз.

Он прижимает меня к своей груди. Я пытаюсь сказать ему, чтобы он отпустил меня, как можно более решительно и уверенно, но из-за слёз и всхлипываний это трудно. И всё же Чейз стоит, обнимая меня, успокаивая.

Он прав, я убегаю, потому что мне никогда раньше не приходилось сталкиваться с подобными проблемами. Честно говоря, единственная проблема, с которой я когда-либо сталкивалась в колледже, – это выбор следующего рецепта.

Я держалась особняком, подальше от парней и драм – мне так нравится. Я заметила, что девушки становятся злобными, когда в дело вмешиваются парни или когда они просто хотят побыть стервами.

И парни такие же. Но не братья по братству, и вот я отталкиваю их всех и собираюсь совершить величайшее предательство.

“ Чейз, я должна тебе кое-что сказать. Я шмыгаю носом.

– Нет, позволь мне сначала кое-что тебе сказать. Он делает шаг назад.

«Я влюбляюсь в тебя, и я не хочу, чтобы ты когда-нибудь почувствовала, что не можешь поговорить со мной ни о чём. Мне больно слышать, что ты мне не доверяешь. Я хочу, чтобы ты мне доверяла…»

“Я действительно доверяю тебе, но только не сердцем”.

– Скажи мне, что я могу сделать, чтобы это изменить? Ты нужен мне в моей жизни до последнего вздоха. Раньше я думала, что знаю, что такое любовь, но это… это похоже на неё, и меня пугает, что после выпуска я больше никогда тебя не увижу…

Его слова задевают меня за живое. Я чувствую его слова и знаю, что должна сказать правду. Если его чувства так же глубоки, как он говорит, то мы можем двигаться дальше, несмотря на то, что я должна ему сказать. Я не могу сражаться в этой битве в одиночку.

– Я хочу тебе кое-что сказать и надеюсь, что ты по-прежнему будешь относиться ко мне так же, потому что я тоже испытываю к тебе такие же чувства. Я отвожу от него взгляд и смотрю в окно.

– Что происходит? – он отступает от меня на шаг, и я уже жалею, что открыла рот. Сейчас он смотрит на меня по-прежнему, но я знаю, что, когда я скажу ему это, всё изменится.

 

Глава 25

ДЕНВЕР

Кирия.ХименесБелоснежка и Чейз расстались.

Денвер.ДжонсЛжет??!

Лакриша.ХейзЯ даже не знала, что они существуют.

Кирия.ХименесДа. Я видела, как они выбежали из старой библиотеки – он кричал на неё.

Лакриша.ХейзЧто он сказал?

Денвер.ДжонсЧёрт возьми! Что, чёрт возьми, происходит в Кроакингтоне? У них скандал за скандалом.

Лакриша.ХейзЭЙ, ПРИВЕТ, ЧТО ОН НА НЕЁ НАКРИЧАЛ?

Кирия.ХименесНе знаю, но у него на шее вздулись вены, а лицо покраснело – я почти уверена, что он кричал.

Лакриша.ХейзБоже мой, Кирия, ты такая дура,

Денвер.ДжонсИзвини, Кай, но я на стороне Риши в этом вопросе. У тебя даже нет соответствующих рецептов, чтобы сообщать такие новости.

Кирия.ХименесЯ был в наушниках. Извините.

Лакриша.ХейзЗначит, ты не мог вытащить их из уха ни на минуту? Что с тобой не так, чёрт возьми.

Кирия.ХименесЯ слушала Джей Би, и подошла моя любимая часть. Вы, ребята, знаете, как я отношусь к Джастину.

Денвер.ДжонсДайте мне провести небольшое исследование, и я вернусь к вам, сучки, с квитанциями.

***

ПОГОНЯ

Чейз.ТакерЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ СОБРАНИЕ В ДОМЕ!

Винсент.БеккетГде Чарльз?

Даррен.РидС ней все в порядке?

Остин.КрамерЧто, блядь, происходит??!

Чейз. ТакерОна в порядке. Сейчас она со мной по дороге домой. Убедитесь, что Тристан, Мигель и Эверетт тоже там.

***

ШАРЛОТТА

Я хотела, чтобы он закричал, разозлился или сделал что-нибудь, когда я расскажу ему, что происходит. Но он не сделал ничего из вышеперечисленного. Он молчал и смотрел в окно.

У меня начинают потеть ладони, пока я стою в комнате, молча ожидая и наблюдая за ним. Я не пытаюсь заговорить, потому что не знаю, что ещё сказать.

Он медленно поворачивает ко мне голову, и я наблюдаю за ним – он обдумывает, что сказать дальше.

– Чейз, мне правда очень жаль, – говорю я, наверное, в миллионный раз.

– Вы когда-нибудь находили наш бизнес-план? – спокойно спросил он меня.

“Да”. Я смотрю в пол.

– И что ты сделала? – Он нежно приподнимает мой подбородок. – Я постараюсь не злиться, если ты отправила это декану Грею.

– Я не делала этого. – Я пристально смотрю ему в глаза, надеясь, что он увидит правду. – Но я фотографировала их на свой телефон.

“И...”

“Я удалю их, когда мы вернемся в дом”.

Он кивает головой. – Ты рассказал родителям, что декан пытается с тобой сделать?

Я качаю головой и пытаюсь сдержать подступающие слёзы. Возможность поговорить об этом с кем-то – это облегчение, но говорить об этом с человеком, которого я собиралась предать, довольно неприятно.

Чейз кажется таким спокойным и уравновешенным на протяжении всего этого разговора, и я снова начинаю паниковать.

– Чарльз…почему ты ничего не сказал – хотя бы родителям?

“Я не могу”.

“Почему, черт возьми, нет?”

“Потому что—”

– Нет, это не потому. То, что декан с тобой делает, чертовски незаконно, и, вероятно, за этим стоит Кэнданс.

Он сжимает кулаки. Я знаю, что должна была сказать ему раньше, потому что он зол. Мне не нравится видеть его таким, но он говорит мне то, что я должна услышать.

“Ты прав”.

– И не говори мне – подожди, что? Ты только что сказал, что я права?

– Да, я должен был сказать тебе или хотя бы моим родителям. Но я не сказал, и…

– Ты скажешь им сегодня вечером. Как только мы вернёмся домой, ты позвонишь и всё им расскажешь.

Он выходит из комнаты, и я следую за ним. Вот почему мы с ним не очень хорошо ладим: его требовательность – это серьёзно отталкивает.

“Ты просто не можешь указывать мне, что делать!”

“Неужели?”

“Да, действительно”.

Он останавливается и смотрит на меня. Не думаю, что кто-то из людей должен краснеть так, как он сейчас. Я делаю шаг назад, когда он медленно поднимает руку и указывает на меня пальцем.

По выражению его лица я понимаю, что мне предстоит серьёзный разговор с Чейзом Такером.

– Ты позволяешь этому чёртовому декану и его шлюхе-дочери указывать тебе, что делать, что опять же, чёрт возьми, незаконно. И всё же я говорю тебе только одно: позвони родителям – к чёрту всё, Шарлотта, пойдём, – шепчет-кричит он мне.

Он снова уходит, и на этот раз я не тороплюсь, следуя за ним, оставляя между нами достаточное расстояние.

Мне кажется, что моё сердце вот-вот разорвётся, когда мы подъезжаем к общежитию. Меня бросает в холодный пот, и боль в боку тоже не помогает.

Встретиться лицом к лицу с шестью другими парнями будет сложнее, чем всё, что я делал раньше. Они мне как семья, и я знаю, как они будут разочарованы во мне.

– Шарлотта? Я поднимаю взгляд и вижу, что Чейз возвращается ко мне. Я не заметила, что остановилась. – Ты в порядке?

– Да, моя сторона – о, хорошо. Чейз подхватывает меня на руки и несёт до дома. – Тебе не обязательно это делать.

– Я знаю. Я забыл, что тебе больно, и только усугубляю ситуацию, позволяя тебе идти сюда пешком. Я разочарован в тебе… но мне не нравится видеть тебя в таком состоянии.

Я крепче обнимаю его за шею, пока он поднимается по лестнице к входной двери. Дверь открывается, когда мы достигаем верхней ступеньки, и я утыкаюсь лицом ему в грудь.

– Чёрт возьми! Ребята, это Чейз и Чарльз! – кричит Остин.

– Чейз, опусти меня…Я не хочу, чтобы все видели меня такой, – шепчу я ему на ухо.

– Ни за что. Мне не нужно смотреть на него, чтобы понять, что на его глупой физиономии сияет улыбка. Он входит в дверь, и я ещё глубже утыкаюсь лицом ему в грудь. Я просто не хочу, чтобы ребята видели меня такой.

Некоторым девушкам понравилось бы, если бы парень обнимал их вот так, но не мне. Мне не нравится эта атмосфера «девицы в беде». Парни говорят все разом, спрашивают, всё ли со мной в порядке.

Или если им нужно отправить кого-то из девушек в комнату Рейвен в общежитии.

– Нет, пожалуйста, не посылайте никого причинять ей боль. Я быстро поднимаю взгляд, боясь, что они могут сделать что-то подобное. Может, она больше и не моя лучшая подруга, но она была мне как семья, и я не хочу, чтобы ей причиняли боль.

– Просто оставьте это, ребята… эм, Чейз, ты можешь меня опустить? – я смотрю на него, и он кивает. Он медленно опускает меня на пол, и все они смотрят, как я пытаюсь не хромать, добираясь до дивана.

– Почему ты так идёшь, Чарльз? Эверетт упирает руки в бока.

“Та пробежка, которую я совершил, была убийственной”.

– Итак, ты собираешься солгать или сказать им правду, потому что они знают, что ты дрался с Рейвен. Чейзу просто нужно было что-то сказать. Клянусь, ему, должно быть, нравится смотреть, как я страдаю в неловких ситуациях. – Чёрт, весь кампус знает.

– Да, Чарльз, мы знаем, и, наверное, весь кампус тоже. Остин засовывает руки в карманы и пожимает плечами.

«Среди студентов ходит фотография». Даррен подходит ко мне и показывает свой телефон.

– Видите ли, Чарльз, или мне следует называть вас Шарлоттой Эли? Вы неплохо поработали над Рейвен. Не думаю, что кто-то будет вас беспокоить до конца вашего пребывания здесь. – Он усмехается.

«Боже мой, неужели я действительно так с ней поступила?» Лицо Рейвен опухло, правый глаз заплыл, а губа разбита. Я не могла этого сделать. Драка длилась не больше пяти минут... кажется.

– Шарлотта Эли, мы тебя боимся, – Тристан плюхается на диван рядом со мной. – Так что, Чейз, ты поэтому нас сюда позвал или есть что-то ещё? Мне кажется, есть что-то ещё.

“Шарлотта?”

“Чейз...”

– Говорим мы в унисон.

Ребята смотрят на нас обоих в замешательстве.

– Ты хочешь, чтобы я им рассказал? Чейз наклоняет голову, и я киваю. Я не могу заставить себя рассказать им эту историю, и не думаю, что они будут рады мне.

– Что рассказать? – Винсент садится на подлокотник дивана напротив меня.

– Я знаю, что вы все, возможно, захотите присесть на этот раз. Чейз почесывает затылок.

Я спряталась за волосами, пока он рассказывал им, что произошло и что я сделала. Сначала было тихо, слишком тихо, а потом все начали кричать. Не на меня, а в целом.

Кроме того, было много сообщений и телефонных звонков. Парни были в своём маленьком кругу доверия, а я сидела на диване, чтобы меня не заметили. Тристан встал и больше не садился рядом со мной.

Может быть, я слишком много думаю об этом, потому что он всё ещё стоит и расхаживает взад-вперёд.

Я пыталась поймать взгляд Винсента или Даррена, но они не смотрели в мою сторону.

– Мигель? Можно с тобой поговорить? Все прекращают свои занятия и смотрят на меня. – Наедине.

– Э-э, конечно, Чарльз. – Кажется, он не понимает, почему я хочу поговорить с ним, а не с кем-то другим. – Ты хочешь пойти в столовую или…

– Не волнуйся, мы собираемся уходить. Чейз откашливается, глядя на меня.

“Вышел? Например, куда?” Я спрашиваю.

– Нам нужно кое-что сделать. Думаю, Мигель может остаться здесь, пока мы не вернёмся, – отвечает он.

– И, Чарльз, я знаю, что это может показаться слишком, но не мог бы ты приготовить ужин?

“Эверетт”, – все произносят его имя одновременно.

– Что? Я проголодаюсь к тому времени, как мы вернёмся, чёрт возьми! – Он закатывает глаза и выходит из гостиной.

– Конечно, Эверетт, я справлюсь. Я хотела всё исправить, и моя стряпня – один из способов снова понравиться парням, если они ненавидят меня за то, что я сделала.

Конечно, сейчас они не ведут себя по-другому по отношению ко мне, но позже могут начать. Как только они осознают, что я сделал или собирался сделать.

– Но куда именно вы идёте, ребята? – снова спрашиваю я. Чейз не дал мне чёткого ответа в первый раз.

– Мы направляемся на стоянку. Нам нужно кое-что проверить с подрядчиком. Мы ненадолго, может, на два-три часа, максимум, – Винсент улыбается мне.

“Хорошо, к тому времени ужин должен быть готов”. Я улыбаюсь в ответ.

– Ребята, нам пора идти. Остин смотрит на часы. – Мы не хотим заставлять их ждать слишком долго.

– Верно. Чейз ещё раз смотрит на меня, прежде чем выйти из гостиной и из дома вслед за парнями. Мы с Мигелем выглядываем в окно и наблюдаем, как парни садятся в машины.

Я чувствую, как у меня стучит сердце в ушах, а ладони потеют, пока я смотрю, как они едут по улице.

Я поворачиваюсь к Мигелю. – Ты понял? – спрашиваю я.

Он подходит к своему рюкзаку и вытаскивает конверт из плотной бумаги.

– Если ребята узнают, что это сделал я, после всего, что только что произошло, мне надерут задницу и, возможно, я потеряю друзей. Положи это в надёжное место. – Он протягивает мне конверт.

“Мне очень жаль—”

– Не говори этого. Просто не облажайся. Я ведь был тебе должен, помнишь? Послушай, спрячь его где-нибудь в надёжном месте и убедись, что никто из парней его не найдёт.

– Верно. Так ты поможешь мне с ужином? – я медленно встаю. Боль в боку утихла, но всё равно адски болит.

– Вообще-то я собираюсь встретиться с Валери на пару часов, но я вернусь до того, как ребята придут домой.

Он выходит из гостиной. – Подожди, – он высовывает голову из-за угла. – Положи конверт в надёжное место, Шарлотта. Я серьёзно.

– Я собираюсь повесить его прямо сейчас, – улыбаюсь я, размахивая им.

“Хорошо. Проверю тебя позже”.

– Позже. Я не думаю, прежде чем что-то сделать... очевидно. Я надеюсь, что, когда всё закончится, ребята поймут мои истинные намерения.

 

Глава 26

ШАРЛОТТА

Что сегодня на ужин? Я несколько раз задавала себе этот вопрос, стоя перед холодильником.

Курица размораживалась в раковине, но я не уверена, что она успеет приготовиться вовремя. Паста без мяса должна подойти.

Жужжание

На столешнице загорается мой телефон.

НейтПривет, Шарлотта, ты в порядке?

ШарлоттаЯ в порядке, спасибо, что спросила.

НейтНе проблема. Я слышал, что случилось, и решил проведать тебя.

ШарлоттаВерно.

НейтТы занят?

ШарлоттаСобираюсь готовить ужин, но у меня есть несколько минут, чтобы поболтать. Как дела?

НейтЯ как раз проходил мимо общежития. Не против компании? Я могу помочь тебе с готовкой.

ШарлоттаМмм... конечно.

Раздаётся стук в дверь. Он что, пробежал остаток пути? Положив телефон на стол, я иду к двери.

“Привет, Шарлотта”. На его лице ленивая улыбка.

– Это было быстро. Пожалуйста, проходите. Вы знаете, где кухня. – Я отхожу в сторону.

“Ребята здесь?”

– Нет, я отлучился на несколько минут. Я проверяю курицу в раковине, зная, что она всё ещё заморожена, – мне просто нужно было чем-то заняться. Волк просто смотрит на меня.

– Итак… – Он обходит стойку. – Я подумал, что, может быть, нам с тобой стоит дать друг другу шанс.

– Э-э-э… простите? – я подхожу к шкафу, оставляя между нами достаточное расстояние. Я надеюсь, что он поймёт намёк, но, похоже, это не так.

Он подходит ко мне, и я могу думать только о том, собирается ли он что-то предпринять. Я молюсь, чтобы он этого не делал. Волк стоит позади меня и хватает сковородку, к которой я тянусь.

“Ты мне нравишься, и я знаю, что я тебе тоже нравлюсь...”

“Как друг”, – добавляю я.

“Друг? Мы тусовались для—”

– Чарльз, я забыла свой… какого чёрта он здесь делает? Почему ты в моём доме?

Мигель резко сворачивает за угол, останавливается как вкопанный и смотрит на меня и Волка. О, это не к добру. В последний раз эти двое виделись у костра, и это была не самая приятная встреча.

– Эй, Мигель, он просто заскочил проведать меня. Он слышал о драке с Рейвен.

Я подхожу к нему. Если я встану между ними, это должно помочь. Не думаю, что кто-то станет драться, если я буду рядом… или станет?

“Да, именно для этого и существуют телефоны”.

– Мигель… перестань. Он просто зашёл в гости и собирается помочь мне приготовить ужин. Я кладу руки ему на грудь, слегка отталкивая его. Я не хочу, чтобы они ссорились.

“ Если хочешь, чтобы кто-нибудь помог тебе готовить, тогда я останусь.

Он смотрит на меня, а затем на Волка. «А теперь вали отсюда. Не знаю, чего ты хотел добиться, придя сюда, но этого не будет, братан».

– Ты не можешь указывать ей, кого она может приглашать, а кого нет. Насколько я помню, она не замужем, и я не понимаю, почему она не может пригласить меня.

Почему он не может просто стоять на месте и молчать? Мигель напрягается, и я клянусь, что вижу, как у него на шее вздуваются вены. Чёрт, зачем парни ушли? Зачем Мигель вернулся? Чёрт, это уже слишком.

“ Знаешь что, Волк? Я оборачиваюсь.

– Я думаю, тебе, наверное, лучше уйти. Мне жаль, но, чтобы у нас больше не было проблем, думаю, нам лучше не общаться.

– Я имею в виду, что ты никогда раньше со мной не разговаривал, и… я просто хочу сказать тебе спасибо за помощь с моей домашней работой в тот раз. Не уверен, что смог бы…

– Шарлотта, прекрати. Я всё понимаю… не нужно объяснений и так далее. Честно говоря, я просто хотел потрахаться. Просто хотел отомстить Чейзу, но я вижу, что у тебя слишком много телохранителей для этого. Увидимся, Мигель.

Волк усмехается, берёт со стола яблоко и направляется к задней двери.

Мне требуется секунда, чтобы осознать, в чём только что признался Волк. Я хочу заплакать из-за своей глупости, но не сейчас, когда здесь Мигель.

На его лице уже написано: «Я же тебе говорил». Я тяжело вздыхаю и возвращаюсь к холодильнику, доставая все ингредиенты для сегодняшнего ужина.

Как я могла быть настолько глупой и наивной, чтобы не понять, чего на самом деле хотел от меня Волк? Тот откровенный купальник у костра должен был стать явным сигналом. До этого момента никто меня не замечал. Боже, я такая глупая.

“Эй, может быть, нам стоит вместо этого заказать пиццу”.

Мигель забирает у меня из рук банку с соусом. «Ты сейчас дрожишь, и, может быть, тебе стоит прилечь на несколько минут. Я знаю, что тебе было тяжело после того, что сказал этот придурок. Если хочешь, я могу пойти и разбить ему морду».

– Давайте будем честны, вы сделаете это независимо от того, что я скажу. Я знаю вас лучше, чем вы думаете. Я знаю всех, кто сказал мне что-то не то, вы подходили к ним.

– Я знаю такие вещи, как, например, то, что вы все собираетесь что-то сделать с деканом и/или Кэндис. Я приподнимаю брови.

– Верно. – говорит он коротко и ласково. – Ну же, Чарльз, не притворяйся, что тебе это не нравится.

– Сначала я так и делал, а потом перестал. Некоторые студенты в кампусе боятся со мной разговаривать из-за вас, ребята, а те, кто со мной разговаривает, просто пытаются втереться ко мне в доверие, чтобы сблизиться с вами. Теперь это раздражает.

– Эй, эй, фейерверк, – думаю, мы не задумывались о последствиях наших решений. Я приношу извинения от имени ребят и от своего собственного. Ты особенный, Чарльз, и мы не хотим, чтобы тебе было больно.

– А теперь иди приляг, а я закажу пиццу, когда ребята сообщат, что возвращаются.

– Нет, мне нужно готовить, чтобы отвлечься. Так что, раз уж ты остаёшься, чтобы помочь мне, мне нужно, чтобы ты нарезал пе…

– Вообще-то, я тебе не помогаю. Я просто сказал это, чтобы выпроводить Вольфа. Я буду в гостиной смотреть «Мыслить как преступник». Он целует меня в лоб и быстро уходит. – Прости, Чарльз, – кричит он.

– В любом случае, я не нуждалась в твоей помощи, – кричу я в ответ, качая головой и улыбаясь.

***

Я слышу, как дребезжит ручка входной двери. Я смотрю, не собирается ли Мигель поставить на паузу шоу, которое мы смотрим, но он так увлечён, что не замечает этого.

Я закончила ужинать почти час назад и решила посмотреть с ним «Мыслить как преступник». Не знаю, как кто-то может смотреть такое шоу ночью. Я становлюсь параноиком по любому поводу.

Я всё время оглядывался по сторонам, и Мигель считал это забавным. Такие сериалы, как «Мыслить как преступник», заставляют задуматься о людях и их способностях.

– Мигель, – я вытягиваю ногу и постукиваю по его бедру. – Мигель…

– Что, Чарльз? – он смотрит сначала на мою ногу, а потом мне в лицо.

“Кто-то стучит в дверь. Пойди проверь”.

– Ты боишься? Наверное, это парни. – Он смотрит на свой телефон. – Прошло почти три часа... наверное, это они. Перестань вести себя как трус.

– Но у них был бы ключ. Так зачем им играть с дверной ручкой? Пойдём, проверим.

Он смотрит на меня и тяжело вздыхает. – Ладно, Чарльз, давай.

“Я?”

– Да, пошли, – он останавливает шоу и встаёт, увлекая меня за собой. – Ты трусиха, и я хочу доказать тебе, что бояться нечего.

“Я думаю, что останусь здесь”.

“Нет, поехали”.

Мы подходим к двери, и он открывает её. Там никого нет, но я знаю, что слышала. Он выходит на улицу, смотрит налево и направо. Никого.

“ Чарльз, серьезно, там никого нет. Он закрывает дверь.

Мы оборачиваемся, и видим, что кто-то стоит в проёме кухонной арки. Мы видим только силуэт. Мне нужно было оставить там свет включённым.

Не знаю, кто закричал громче, Мигель или я. Но я предполагаю, что его инстинкты наконец взяли верх, потому что он шагнул вперёд и схватил ближайшую к нему вещь – хоккейную клюшку Остина.

– Чарльз, уходи, – шепчет он через плечо, прежде чем обратить внимание на незваного гостя. – Кто ты, чёрт возьми? Выйди на свет – покажись.

– Рада видеть, что тебя защищает такой сильный парень, тыковка. – Человек заходит в прихожую. – Милая, положи хоккейную клюшку. Не думаю, что ты когда-нибудь ударишь меня – ни при каких обстоятельствах.

“Мама?” Я выглядываю из-за спины Мигеля.

Мигель бросает взгляд на меня и мою маму, опуская палку.

– Что ты здесь делаешь? – Я подхожу к ней. – Как ты сюда попала? Что ты здесь делаешь? Где папа?

С другой стороны двери доносятся смех и разговоры. Это парни, и я не хочу, чтобы они встретились с моей мамой. О боже, что сейчас происходит?

Дверь открывается, и входят ребята с моим отцом. Должно быть, мне это снится, вот и всё. Наверное, я заснул, пока смотрел телевизор с Мигелем, это единственное разумное объяснение происходящему.

Я щипаю себя снова и снова, но не просыпаюсь. Чёрт возьми, это по-настоящему – это происходит на самом деле.

– Привет, тыковка, – папа наконец замечает меня и крепко обнимает.

– Папа, пожалуйста, скажи мне, что это какой-то сон. – Я стою неподвижно, напряжённо.

– Это не сон, тыковка. Мы с твоей мамой проделали весь этот путь, потому что нам сообщили, что с тобой и школой что-то происходит.

– Подожди с этим, милая. Мне нужно в туалет. Куда идти? Моя мама откашливается. Остин предлагает показать ей, где это.

– О, тыковка, в следующий раз запри заднюю дверь, а то незнакомцы могут просто войти и убить тебя, – она качает головой и поднимается по лестнице вслед за Остином. Теперь я знаю, как она попала внутрь. Я никогда не запирала дверь после ухода Волка.

“Итак, папа, кто тебе звонил?”