Текст книги "Список смертников (ЛП)"

Автор книги: Джек Карр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)

Знак швейцара означал, что конгрессмен Хартли спускается. Энтони вышел из машины, толкнув тяжелую бронированную дверь, и прошел к задней правой двери, чтобы открыть ее перед выходящим из здания Хартли. Тот шел пружинистой походкой, сияя безупречной белозубой улыбкой. На нем был идеальный темно-синий костюм и ярко-желтый галстук.

– Добрый вечер, Энтони, – сказал Хартли с уверенной улыбкой. – Извини, что заставил ждать, но долг звал.

– Добрый вечер, конгрессмен, – ответил Энтони, открывая дверь, захлопнул ее за пассажиром и начал обходить машину спереди.

Черный фургон «Спринтер» едва не сбил его с ног.

– Ого! – пробормотал Энтони, восстанавливая равновесие. – Эй! – крикнул он водителю фургона.

Тот втиснулся вплотную к «Субурбану» конгрессмена – настолько близко, что снес левое зеркало заднего вида.

Совсем спятили, сопляки на доставке, – подумал Энтони, разводя руками в недоумении, мол: «Ну и что теперь?»

Подойдя к капоту «Субурбана», он разглядел водителя фургона. С густой бородой и всклокоченными волосами, тот больше походил на лесного отшельника, чем на курьера. Но когда водитель соскользнул с переднего сиденья и сместился вперед, параллельно зажатой машине, Энтони понял, что это никакой не курьер.

Время для Энтони словно замедлилось. Он глянул через лобовое стекло на Хартли – тот сидел на заднем сиденье и читал газету, не обращая внимания на суматоху снаружи. Снова переведя взгляд на водителя фургона, Энтони заметил что-то маленькое и белое в его левой руке. Тот смотрел не на Хартли и не на «Субурбан», а на людей на тротуаре. Только в этот миг Энтони осознал, что происходит. Нужно вытащить Хартли из машины. Это было его последней мыслью, прежде чем из «Спринтера» раздался звук, который он не слышал тридцать пять лет – со времен курсов по подрывному делу в морской пехоте. Пламя, оглушительный грохот и ударная волна, подобной которой он никогда не испытывал, прошили его тело и выбили воздух из легких. «Субурбан» конгрессмена качнуло и завалило на бок на бордюр, а фасад здания принял на себя удар такой силы, что Энтони подумал – дом рухнет. Широко раскрытыми глазами он смотрел на мирные улицы, которые мгновение назад превратились в зону боевых действий. Когда он снова обернулся к бородачу, вокруг были лишь заторы и хаос.

ГЛАВА 69

РИС СВЕРНУЛ ЗА УГОЛ И побежал на восток, сливаясь с толпой людей, отчаянно пытавшихся убраться подальше от места взрыва. Он невольно вспомнил кадры из новостей шестнадцатилетней давности – те самые образы, что забросили его и его братьев в самые дальние уголки земного шара на поиски виновных. Импровизируй, Рис. Он мгновенно среагировал на подвернувшуюся возможность и сорвал широкополую черную шляпу с головы бегущего впереди еврея-хасида. Тот резко обернулся влево, пытаясь вернуть свою святыню, но Рис проскочил мимо него справа и прибавил ходу. Послушная толпа, почувствовав, что непосредственная опасность миновала, начала замедляться – проснулось человеческое любопытство. К удивлению Риса, люди стали доставать телефоны, чтобы проверить новости, снять видео или запостить фото в соцсети, лишь бы не упустить ни мгновения этого «общего опыта».

Попасться с пушкой в Нью-Йорке – верная гибель дела. Как бы Рис ни любил свой «Глок 19» за надежность, для наметанного глаза он был великоват для скрытого ношения. Если его заметит зоркий офицер полиции Нью-Йорка, всей миссии конец. Отговориться не получится, а вступать в перестрелку с копами здесь – затея хуже некуда. Но и идти безоружным он не собирался, поэтому пошел на компромисс между мощностью и скрытностью. «Глок 43» был компактной версией его старшего брата с однорядным магазином под тот же калибр 9 мм. Пистолет Риса прошел глубокий тюнинг в Zev Technologies в Окснарде, Калифорния, и Рис стрелял из него почти так же метко, как из полноразмерной модели. С этим тонким, но мощным стволом в кобуре для скрытого ношения (аппендикс-кобуре), Рис мог защитить себя и при необходимости разорвать дистанцию. Он искренне надеялся, что до этого не дойдет.

Рис перешел на легкий бег и сместился к краю толпы. Затем, сменив бег на быстрый шаг, он нырнул в переулок на север, на ходу нахлобучив шляпу. Не останавливаясь, он скинул рюкзак, выудил черную флисовую куртку Arc’teryx и натянул ее. Маскировка не выдержала бы пристального осмотра, но в сочетании с густой бородой для первого взгляда вполне годилась.

Переулок вывел Риса на другую улицу, ведущую на восток, где он повернул направо и стал высматривать такси. Он не был в Нью-Йорке много лет, и ему потребовалось несколько попыток, чтобы расшифровать значение огней на крышах машин. Наконец, заметив свободную машину, Рис вышел прямо перед ней, преграждая путь. Водитель притормозил, и Рис быстро залез внутрь.

– Бруклин, Best Buy на Белт-Паркуэй, – сказал он с сильным восточноевропейским акцентом, гадая, насколько его подражание соответствует нелепому наряду.

Обычно и так плотное движение на Манхэттене мгновенно превратилось в мертвую пробку, едва весть о взрыве разлетелась по району. Слухи множились на глазах: домыслы, полуправда и откровенная ложь – паника распространялась как лесной пожар при штормовом ветре. Поездка, которая должна была занять считаные минуты, превратилась в мучительное ползание. Водитель, судя по виду выходец из Центральной Африки, прибавил громкость новостей. Рис пригнул голову, словно в молитве, ожидая описания подрывника. Ему пришло в голову, что сейчас самое время попросить помощи у Того, кто наверху. Пожалуйста, Господи, я никогда не просил ни о чем, кроме защиты моей семьи. Дай мне отомстить за их смерть.

Первые сообщения со слов очевидцев гласили, что преступник – мужчина ближневосточной внешности. Высокий американец со скандинавскими корнями, наряженный евреем из Восточной Европы, не смог сдержать смешок. Может, Хартли была права насчет нашей ксенофобии.

Когда они переехали в Бруклин, Рис достал из кармана джинсов последний из своих «одноразовых» телефонов. Это была старая «раскладушка» без полноценной клавиатуры, так что набор сообщения занял больше времени, чем обычно:

забери меня у мамы через 30

В это время года темнело рано, и к моменту, когда такси добралось до торгового квартала у Кони-Айленда, уже вовсю царила ночь. Рис расплатился наличными, оставив щедрые 20 процентов чаевых – достаточно, чтобы не запомниться как жмот, но не настолько много, чтобы выделиться. Скорее всего, к тому времени как водителя выследят, будет уже поздно, но лишний раз рисковать не стоило. Удача могла улыбнуться и той стороне. Он выбрался из машины на холодный ночной воздух; температура упала почти до пяти градусов, начал накрапывать дождь. Идеально. Рис постоял мгновение, делая вид, что пользуется телефоном, пока такси уезжало в поисках следующего клиента.

Рис пошел на юг, мимо отеля, оптового склада и дилерского центра «Мерседес». Проходя через темный участок между огнями двух заведений, он снял нелепую шляпу и зашвырнул ее, как фрисби, далеко в сорняки. Из рюкзака он достал потрёпанную бейсболку одного из своих старых взводов и натянул ее пониже. Эмблема на ней была понятна лишь единицам, большинство из которых были мертвы. Скоро увидимся, парни.

Рис свернул направо на 41-ю улицу и направился к воде. В аэропортах и на вокзалах было полно копов, камер наблюдения и сложного софта для отслеживания пассажиров. Марины же были тем, что Черчилль назвал бы «мягким подбрюшьем» транспортной системы – охраны и наблюдения там почти не было. Марина «Марин-Бейсин» должна была закрыться в пять вечера, и сотрудники были слишком заняты своими делами, чтобы заметить одинокую фигуру, промелькнувшую через ворота в дождливой тьме. Рис видел ходовые огни своего транспорта для эвакуации – лодка дрейфовала у самого края длинного пирса. Катер, ведомый мастерской рукой, подошел ближе, когда Рис приблизился к краю; водитель умело работал газом, не давая судну удариться о бетонные сваи в неспокойной воде. Рис шагнул с пирса и с привычной грацией приземлился на палубу. Водитель, казалось, даже не глянул на него, прибавляя ход и уводя катер от берега.

– Спасибо, что подбросил, Рейф, – сказал Рис, подходя к водителю у штурвала.

– Не за что, а? – ответил Рейф Гастингс, не отрывая глаз от воды. Он говорил с легким акцентом, который многие приняли бы за южноафриканский. Рис знал правду.

ГЛАВА 70

Фишерс-Айленд, Нью-Йорк

38-ФУТОВЫЙ КАТЕР PROTECTOR TAURANGA покачивался в темных водах пролива Фишерс-Айленд, между островом Фишерс (штат Нью-Йорк) и островом Рам (штат Коннектикут). Расположенный у восточной оконечности пролива Лонг-Айленд, Фишерс-Айленд долгое время был связан с военными как база военно-морских сил вплоть до конца Второй мировой войны. В наши дни он стал менее известным «кузеном» Хэмптона: при длине всего девять миль и ширине в одну милю, он был, пожалуй, более эксклюзивным. Когда-то страж вод северо-востока США, теперь он превратился в убежище для ультрабогатых, с двумя частными клубами и одними из самых престижных полей для гольфа на земле. При населении менее 250 человек, живущих здесь постоянно, это было идеальное место для самых взыскательных семей страны. В конце октября лишь немногие огни горели в домах, щедро разбросанных вдоль береговой линии. Рис навел тепловизор на один конкретный дом.

Они подгадали время к моменту затишья между приливом и отливом, так как течения здесь были исключительно сильными. Из-за ветра и непогоды, которые продолжали усиливаться, морское движение сегодня было практически нулевым, но три подвесных мотора мощностью 350 лошадиных сил каждый позволяли «Протектору» без труда удерживать позицию в бурном море. Изначально спроектированный для береговой охраны Новой Зеландии, его жесткий корпус из стеклопластика с надувными бортами из хайпалона делал его поразительно похожим на катера RIB, которые «котики» использовали в морских операциях большую часть службы Риса. Правда, этот экземпляр был построен с прицелом на роскошь, а не на эффективность в бою. Дождь барабанил по ним, но ни один из мужчин, казалось, не обращал на это внимания. Хорошая погода для работы.

Рейф стоял у штурвала. Большая часть пути прошла в молчании. Будучи на пару дюймов выше Риса, рост которого составлял шесть футов, и обладая соответствующим размахом плеч, Рейф выглядел как боец ММА, запертый в теле ковбоя, который каким-то чудом оказался капитаном корабля в море. Пряди грязно-светлых волос, выбивавшиеся из-под черной вязаной шапки, выдавали человека, который явно не проводит время в залах заседаний. Шрам, тянувшийся от угла левого глаза и заканчивавшийся чуть выше верхней губы, придавал его суровым чертам угрожающий вид. Даже в темноте его зеленые глаза пронзали ночь, словно у хищника.

– Ладно. Я увидел всё, что нужно, – сказал Рис, опуская тепловизор. – Обойди с наветренной стороны. Не хочу заходить прямо на них. Они, скорее всего, ждут этого от «лягушки».

Рейф кивнул, не проронив ни слова. Он толкнул рычаг газа вперед, и маневренный катер рванул с места, легко справляясь с капризными волнами. Умело обогнув восточную оконечность острова, Рейф замедлил ход и направил «Протектор» на запад. Любой, кто посмотрел бы с берега, решил бы, что это просто очередной богатый яхтсмен, который не сверился с прогнозом и теперь, хлебнув лиха, возвращается на Лонг-Айленд на своей дорогой игрушке, стараясь обходить стороной «The Clumps» – печально известные мели.

– Здесь пойдет, – сказал Рис своему спутнику. – Чуть больше мили до берега.

Кэти получила доступ к рабочей базе данных и провела часы, просеивая публичные и частные записи Хартли, пытаясь вычислить наиболее вероятное местонахождение министра обороны. Должно было быть место «вне реестров», где она могла бы затаиться. И Кэти его нашла. Глубоко в запутанной финансовой отчетности Семейного фонда Хартли обнаружилось списание средств на «Офис планирования фонда». Адресом значился почтовый ящик в Нью-Йорке, но номер телефона, указанный в одной из обязательных налоговых форм, имел префикс Коннектикута. Кэти сузила поиск до округов, граничащих с Коннектикутом, и сопоставила их с геоданными из новых цифровых фотографий пары, сделанных за последние три года. Данные совпали. Она передала информацию Рису через Signal и пожелала удачи.

Выследить Стива Хорна оказалось не самой сложной задачей. Ключ к «морской утопии» северного Нью-Йорка дала Лиз, задействовав свои контакты в авиационной среде. Через день после того, как попытка убить Риса в Нью-Гэмпшире провалилась, Gulfstream IV, принадлежащий Capstone Capital, приземлился в аэропорту Фрэнсиса С. Габрески в Вестхэмптон-Бич, где и остался вместе с пилотами в режиме ожидания. Используя свои знания, Лиз выяснила, что Хорн зафрахтовал вертолет Eurocopter AS350 для 37-мильного перелета из Вестхэмптона на Фишерс-Айленд в тот же день – местный аэродром был слишком мал для «Гольфстрима». Все дороги вели на Фишерс.

Рейф наблюдал, как его бывший соратник по команде подгоняет последнее снаряжение, извлеченное из «клетки» в Коронадо. Рис был одет в черный гидрокостюм. Участки лица и шеи, не скрытые бородой, были закрашены черным и темно-зеленым гримом. На груди был закреплен ребризер Draeger LAR V. Его карабин M4 находился внутри водонепроницаемого чехла, позволяющего вести огонь прямо сквозь него. В водонепроницаемом рюкзаке лежало боевое снаряжение и другие необходимые для выхода на берег вещи. К грузовому поясу был прикреплен «навигационный планшет» – нейтрально плавучий пластиковый прямоугольник размером с небольшой ноутбук с очень прочным компасом, часами G-Shock и глубиномером, подсвеченными крошечным химсветом, обмотанным изолентой так, чтобы наружу пробивалась лишь тонкая полоска света. Эти инструменты позволяли ему скрытно выйти точно к цели.

Когда снаряжение было готово, Рис встал, повернулся к другу и протянул руку. Рейф помедлил мгновение, а затем крепко ее пожал.

– Спасибо, – сказал Рис сквозь шум ливня искреннее, чем когда-либо в жизни.

– Всё, что тебе нужно, уже на месте. Подтверждено.

– Спасибо, – повторил Рис.

– Я был тебе должен, – твердо ответил Рейф, подчеркнув прошедшее время.

Рис слегка улыбнулся, подошел к борту, натянул маску на зачерненное лицо, вставил загубник и начал процедуру предварительного дыхания, чтобы очистить организм от углекислого газа перед переходом на чистый кислород ребризера. Спустя пару минут он был готов.

– Эй, Рис? Теперь мы в расчете, – твердо сказал Рейф.

Рис кивнул и соскользнул в темные воды Атлантики.

ГЛАВА 71

ДЖЕЙ-ДИ И ЛОРРЕЙН ХАРТЛИ арендовали дом на Фишерс-Айленд последние пятнадцать лет через подставную корпорацию, связанную с их семейным фондом. Это обеспечивало им необходимую анонимность и возможность списывать налоги. Дом стоял прямо у прекрасного пляжа, обращенного к Нью-Лондону, штат Коннектикут. Нет ничего лучше красивой жизни, чтобы помогать обездоленным мира сего. Хотя поместье было не таким роскошным, как дома семей Рокфеллеров или Дюпонов, лачугой его тоже нельзя было назвать. Несмотря на живописное место, Хартли уже присматривались к поместью в восточной части острова, поближе к полям для гольфа.

Каменная лестница, вырубленная в утесе, вела к идеально ухоженному газону, над которым возвышался дом в новоанглийском стиле, словно сошедший с открытки. Джей-Ди проводил здесь гораздо больше времени с тех пор, как его политическая карьера дала сбой. Он нашел это место идеальным для того, чтобы скрывать свои похождения от любопытных глаз папарацци и, что важнее, от жены, которая оказалась куда более искусным игроком в политику, чем ее непутевый муж.

Сегодня этот непутевый муж отсутствовал на картине классического совершенства восточного побережья. Было подтверждено, что именно его тело находилось внутри бронированного Chevrolet Suburban у квартиры в Сохо. На опознание ушло несколько часов, так как от конгрессмена мало что осталось после того, как его выпотрошило ударное ядро из расплавленной меди, превратившее броневик и его пассажира в огненное месиво из стали, стекла, плоти и костей.

– Как, черт возьми, этот ублюдок нашел его? – спросила Лоррейн Хартли скорее у себя, чем у безупречно одетого Стива Хорна, сидевшего рядом. Ей самой стоило огромных трудов отслеживать перемещения мужа. То, что Рис сделал это с такой легкостью, приводило ее в ярость. Она отметила спокойствие Хорна. Он начинал раздражать ее тем, как даже в их нынешнем положении умудрялся сохранять лоск и выдержку.

Стив Хорн поболтал коньяк Rémy Martin Louis XIII в хрустальном бокале, откинулся в массивном кожаном кресле и посмотрел на тлеющие угли в камине. Он заметил, что министра обороны больше волнует вопрос, как Рис нашел Хартли, чем сам факт смерти супруга. Он тщательно подбирал слова.

– Послушай меня, Лоррейн, – начал он тоном, граничащим с покровительственным. – Весь этот проект, несомненно, принял скверный оборот. Я заработал свое состояние, будучи сильным, когда другие проявляли слабость, ища возможности в хаосе. В данном случае, госпожа министр, у нас есть возможность заработать еще больше денег, чем раньше.

Лоррейн Хартли не верила своим ушам. Даже сейчас он думал о прибыли.

– Пока коммандер Рис бегает кругом и убивает всех как маньяк, он на самом деле тасует колоду в нашу пользу и играет нам на руку. Бойкин, Холдер, Сол, Ховард, Пилснер, а теперь и твой муж – упокой Господь его душу – убраны с пути. Мы получим значительно большую сумму денег, не говоря уже о том, что стало гораздо меньше «длинных языков». С твоим капиталом и статусом очевидного кандидата в президенты от твоей партии, ты сможешь протолкнуть одобрение FDA для тех жизненно важных препаратов, которые должны защитить наших солдат от ПТСР еще до того, как они пойдут в бой. Подумай, Лоррейн, кто лучше справится с этой инициативой, чем женщина-президент, чей муж был зверски убит ветераном, страдающим от последствий ПТСР? Кроме того, благодаря коммандеру Рису, ты сможешь значительно расширить полномочия исполнительной власти и принять Закон о внутренней безопасности. Мы станем богаче и влиятельнее, а страна – безопаснее. И мы все сможем жить без страха, – добавил он для эффекта.

– Стив, ты не понимаешь? Он убьет нас всех.

– Глупости. – Он видел, что она на грани срыва. Такое поведение не подобало главнокомандующему, которого он планировал контролировать.

– Мне напомнить тебе, что он уже сделал, Стив? – она была почти в истерике. – Он отрубил голову мусульманскому священнику и насадил ее на кол у мечети! Он выпотрошил беднягу Ховарда! Мои люди говорят, что его съели заживо!

– Госпожа министр, я хочу, чтобы вы очень внимательно выслушали то, что я сейчас скажу. То, что произойдет здесь сегодня ночью, а может быть завтра или послезавтра, катапультирует вас прямиком в Белый дом.

Хартли посмотрела на него как на сумасшедшего. Он что, совсем спятил?

– Мы здесь не в безопасности, Лоррейн. Совсем скоро этот маньяк Рис совершит попытку убить нас, и это именно то, чего мы хотим. Ловушка расставлена. Пора с этим покончить.

– Ты говорил, что в этом доме я буду в безопасности, – кротко прошептала она.

– Мне нужно было выманить тебя сюда, Лоррейн. В наш информационный век почти невозможно спрятать всё. Тот, кто умеет копать, найдет след. И в данном случае, – он сделал паузу, – кое-кто нашел.

ГЛАВА 72

СКАНИРОВАНИЕ ЧЕРЕЗ ТЕПЛОВИЗОР и ПНВ с борта «Протектора» не выявило ничего необычного. Может, их там нет? Может, он промахнулся? Очередной приступ головной боли накрыл его на подходе к берегу, хотя этот был не таким сильным, как тот, что едва не свалил его в мечети. Он никогда не знал, какая из этих вспышек боли станет последней. Не зная скорости роста опухоли, он чувствовал острую необходимость вычеркнуть оставшиеся имена в списке до того, как воссоединится с женой и дочерью. Заход на цель через LAR V – классическая операция боевых пловцов – позволил ему избежать обнаружения тепловизорами охраны.

Оказавшись под давно заброшенным пирсом на участке Фишерс-Айленд, который всё еще принадлежал ВМС и иногда использовался для мониторинга подводных лодок, Рис использовал сваю как укрытие. Он осторожно осмотрел пляж, скалы, лестницу и возвышенности заброшенного аванпоста. Об острове годами ходили теории заговора: мол, в запретной зоне находится лаборатория по разработке биологического оружия, подобно слухам вокруг острова Плам на юге. Рис надеялся, что сегодня это лишь слухи.

Рис отстегнул свой «Дрегер», затопил его и дал уйти на дно. Затем прикрепил ласты к грузовому поясу и сбросил их на дно, после чего пробрался под пирсом к скалистому берегу. Пути назад не было. Шум дождя и ветра маскировал звуки: он вытащил M4 из чехла, быстро скинул гидрокостюм и переоделся в камуфляж AOR2 (лесной паттерн). Накинул разгрузку и застегнул пистолетный ремень. Надев шлем с ПНВ, он еще раз осмотрелся и двинулся к лестнице.

Наверху ступеней Рис свернул на северо-восток и опустился на колено на небольшой поляне, чтобы прислушаться. Погода была на его стороне – маскировала движения и загоняла цивилизованных людей в сухие и теплые дома. Рис сверился с GPS, закрепленным на прикладе M4. Перед глазами всплыло воспоминание о том, когда он проверял его в последний раз – прямо перед засадой в Афганистане. Скоро всё закончится.

Двигаясь так, словно его вели души воинов, которые сами не могли совершить возмездие, Рис пробирался сквозь густые заросли островного рая – мимо красных дубов, американских буков и красных кленов, под аккомпанемент завывающего ветра. Отличная ночь для расплаты.

Придерживаясь лесного массива, Рис огибал луга и пруды, делая крюк вокруг больших особняков, которые в это время года стояли практически заброшенными. Не обремененный привычным весом бронежилета, он быстро и бесшумно приближался к цели. Густые кустарники, мягкая земля и гниющие бревна напоминали ему скорее Центральную Америку, чем то, что он ожидал увидеть у побережья Нью-Йорка. Он бы с удовольствием исследовал эти дебри вместе с детьми, если бы их не убили те, за кем он сейчас охотился.

Добравшись до точки, которую за морем он назвал бы «рубежом атаки», Рис снова замер у кромки леса, глядя на здание-цель. Дождь в сочетании с влажностью от разгоряченного тела заставляли ПНВ запотевать с раздражающей регулярностью, но это было лучше, чем ничего. Рис занял удобную позицию и начал наблюдение.

Наконец он увидел их. Четверо мужчин сидели в работающем внедорожнике, укрывшись от дождя, прямо у въезда на территорию роскошного дома. Те самые люди, которые должны были патрулировать периметр в любую погоду, сидели в Chevy Tahoe и вовсю строчили сообщения, борясь со скукой. Видимо, они не верили, что он может добраться сюда так быстро, чем и объяснялось отсутствие охраны с тыла. Через ПНВ он видел их лица, подсвеченные экранами смартфонов. Мало того что они отвлекались от работы, так еще и экраны напрочь «убивали» их ночное зрение. ПНВ у них наверняка были, но никто их не надел.

Странно. Те же чувства, что хранили его и его людей на передовой войны с террором до того последнего выхода, сейчас кричали, что здесь что-то не так.

В прошлый раз, когда ты не послушал этот голос, ты погубил всю группу, Рис. В прошлый раз я заботился о жизни своих людей. Теперь я один, и я уже мертв.

Терпение, Рис. Не стоит спешить на встречу со смертью. Сделай всё как надо. Продолжай осмотр.

Вот тогда он и заметил снайпера.

ГЛАВА 73

К югу, в пятидесяти ярдах от основного здания, стоял классический гостевой коттедж, построенный в том же стиле, что и его «старший брат». Вспышка света – возможно, от налобного фонаря или зажигалки – на мгновение осветила окно и погасла. В этой игре порой большего и не требуется.

Это была отличная позиция: городское укрытие, защищенное от непогоды, на возвышенности, с панорамным видом на воду, причал и пляж внизу. Громилы в «Тахо» были наживкой. Снайпер сидел здесь, чтобы прикончить его. Их ошибка заключалась в предположении, что Рис придет прямо с моря; это, а также отсутствие охраны с тыла.

Рис отошел глубже в лес и пробрался в «мертвую зону» за коттеджем, снова замерев, чтобы прислушаться. Убедившись, что фактор внезапности на его стороне, он плавно перемещался от дерева к дереву, пока не оказался у входа в коттедж с M4 на изготовку. Дверь была не заперта, и Рис медленно толкнул её в сторону.

– Эй, Тим, ты должен был выйти на связь по рации, прежде чем переться сюда! – сердито бросил снайпер, оборачиваясь.

Он сидел у стола, установленного так, как это делают стрелки на соревнованиях по бенчресту. Мебель в гостиной была сдвинута, чтобы обеспечить стрелку беспрепятственный обзор и чистую траекторию пули вниз, к берегу. M4 Риса выплюнул одну пулю; глушитель в сочетании с воющим ветром сделал звук почти неслышным. Пуля попала будущему убийце в голову с влажным шлепком, разбрызгав мозги и ткани по винтовке, в которой Рис узнал Accuracy International .338 Lapua с прицелом Schmidt & Bender. Хороший ствол.

Рис подошел к скрюченному телу и, закинув карабин за спину, нашел рацию и гарнитуру. Послушав мгновение радиообмен, он прикрепил её к снаряжению и снова вышел в шторм.

Осталась последняя группа наемников. Для Риса не имело значения, что дома их наверняка ждут жены, дети или родители. Для него они были просто мишенями, препятствиями на пути к главной цели. И они должны были исчезнуть. Когда выбираешь такую жизнь, это часть контракта. Не удивляйся, когда за тобой придет жнец.

Достав из рюкзака подрывной заряд – последнее приобретение из его арсенала в Коронадо – Рис выставил таймер на устройстве MK147 на десять минут. Казалось, прошла вечность с тех пор, как он начал готовиться к этой миссии, хотя в каком-то смысле он готовился к ней всю жизнь. Он прополз на четвереньках к задней части внедорожника и задвинул заряд так далеко под днище, как только смог. Затем, отступив от машины, он взял на мушку особняк.

ГЛАВА 74

Стив Хорн допивал третий бокал бренди, когда скорее почувствовал, чем увидел фигуру, появившуюся из теней. Хотя он допускал такую возможность, он не мог до конца осознать, как Рис миновал наемников – ведь это были лучшие «солдаты удачи» на рынке. Несмотря на наличие последнего плана «Б», Хорн почувствовал, какой животный ужас внушает ему этот темный человек в ПНВ, возникший из ниоткуда.

– Коммандер Рис! – выкрикнул Хорн громче, чем следовало, пытаясь вернуть себе самообладание.

Лоррейн Хартли подпрыгнула в кресле от его крика. Рис медленно вошел в комнату, откинув ПНВ на шлем. Темная борода, боевой грим и стекающая с него дождевая вода только добавляли ему угрожающего вида.

У камина вместе с Лоррейн Хартли и Стивом Хорном сидел Бен Эдвардс. С бренди в одной руке и маленькой коробочкой в другой. Рис ожидал увидеть всех троих. Чего он не ожидал, так это четвертого человека: на ковре рядом с Беном на коленях сидела Кэти Буранек. Руки связаны за спиной, во рту кляп из банданы, лицо в синяках, волосы спутаны.

– Ах ты сукин сын! – прошипел Рис, вскидывая M4.

– А-а... – протянул Бен, приподняв и встряхнув коробочку в руке.

В ответ на вопросительный взгляд Риса Бен рукой, в которой держал бокал, отвел волосы Кэти назад, обнажая несколько витков тонкого желтого шнура вокруг её шеи.

– Да, это детонирующий шнур, дружище. А это – детонатор, – сказал он, снова встряхнув коробочку. – У вас в «командах» таких игрушек еще нет, бро. На случай, если тебе интересно: мой большой палец сейчас прижимает кнопку. Как только я его уберу – пух! И голова Кэти долой.

Рис держал Бена на мушке, но краем глаза следил за министром и Хорном.

– Ты не выглядишь удивленным, бро. – Я не мог поверить, когда всё наконец сошлось, Бен. У меня были подозрения, но группа захвата у твоей хижины их подтвердила. Ты был единственным, кто знал, что я еду туда. – Ага, я так и думал, что это тебя наведет на след. Моя ошибка. Зато это позволило тебе почти закончить список, что, кстати, нам очень помогло. До сих пор не верю, что ты устроил тем парням идеальную засаду и оставил их в живых. Мягчеешь, дружище.

«Как ты мог во всем этом участвовать, Бен? Как ты мог приложить руку к убийству Лорен и Люси?»

– Черт, бро, я этого не делал. Когда меня привлекли, эти решения уже были приняты. Министр просто хотела, чтобы я выяснил, что ты знаешь об опухолях. Я понятия не имел, что они убьют твою семью. Но когда это случилось, назад пути уже не было. Мне жаль, что так вышло, но это всё гораздо масштабнее, чем ты или я.

– И поэтому ты молчал, а потом использовал меня, чтобы убрать всех, кто знал об экспериментах. Министр избирается, принимается Закон о внутренней безопасности, и вы все делаете состояние на RD4895. – У каждого есть цена, бро. Моя, судя по всему, состоит из десяти цифр.

Рис смотрел на своего лучшего друга с яростью и отвращением.

– Вот почему ты так и не дал мне данных по этому типу? – Рис кивнул в сторону Хорна. – Тебе нужно было, чтобы он двигал план дальше. Он был нужен тебе для твоей выплаты? – Ты всегда был умным, Рис. И да, именно поэтому тебя не убили в том кондоминиуме. Ты так эффективно подчищал наши хвосты, одновременно увеличивая нашу долю прибыли, что логичным бизнес-решением было позволить тебе продолжать. До этого момента. Честно говоря, я нервничал, что ты сообразишь быстрее. Эмоции подвели тебя, бро. Не дали увидеть всю картину.

– А Джей-Ди Хартли? – Рис посмотрел на министра обороны. Лоррейн Хартли, не в силах вымолвить ни слова, с ненавистью посмотрела на Стива Хорна.

– Не прикидывайся удивленной, Лоррейн, – отмахнулся Хорн. – Его смерть поможет тебе попасть в Белый дом на волне сочувствия. Вы годами не спали в одном доме. Он и так был обузой для кампании. Не делай вид, что будешь по нему скучать.

– Вы придумали план, по которому Рис будет убивать наших партнеров, и не сообщили мне? – в шоке спросила министр Хорна. – Как бы мне ни хотелось приписать это себе, не могу. Это была идея Бена. После того как его джихадисты не смогли убрать Риса в Лос-Анджелесе, Бен пошел дальше и разработал план, который позволил Рису продолжать крестовый поход, делая нас всех богаче. Когда он ввел меня в курс дела после того, как Рис убил Холдера, Тедеско и Пилснера, я подумал, что это гениально.

Хорн продолжал: – Бен на самом деле умнее, чем кажется. Не ведись на татуировки. Он был прав во многом, в том числе и в том, что Рис пройдет мимо моих охранников и окажется в этой комнате. Отсюда и наш страховой полис на полу, – он указал на Кэти. – Ваш друг верил в ваши навыки больше, чем я, мистер Рис. Как видно, не зря.