Текст книги "Большой куш"

Автор книги: Джефф Эбботт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)

Глава 16

Ужин получился особым и назывался «Сладкая месть»: мясо акулы-молота на гриле с маленькими чашечками растопленного масла, куда нужно было опускать кусочки рыбы; крупная кукуруза прямо в початках; картофель фри, нарезанный соломкой толщиной в палец. Уит Мозли и Дэвид Пауэр сидели в заведении «У Стабби» в тени дубов, широко раскинувших над ними свои ветви. Еда была великолепна, хотя это место явно не предназначалось для гурманов.

Забегаловка «У Стабби» представляла собой всего-навсего трейлер с окном-стойкой и барбекю в задней части вагончика, где готовили свиные ребрышки и грудинку. Но нынешним утром сын хозяина подцепил на выходе из бухты Святого Лео невезучую акулу, и теперь блюдо из нее торжественно открывало меню на сегодня. Столами здесь служили старые катушки для кабеля, вокруг которых были расставлены пеньки, отполированные тысячами сидевших на них задниц. Хотя вечернее небо было затянуто облаками, на улице все еще стояла жара, и духота мешала в полной мере насладиться едой на свежем воздухе. Но Дэвид хотел именно к Стабби. Народу здесь было мало, а значит, и меньше шансов, что их кто-нибудь подслушает.

Дэвид энергично вцепился зубами в акулу, наводя Уита на грустные размышления о суровости этого беспощадного мира.

– Давай сначала проясним один момент. Я не собираюсь преследовать Люси на том основании, что ты имеешь к ней какое-то отношение. Можешь в этом не сомневаться. Но я просто не могу не рассматривать ее особу, и ты это сам понимаешь.

– Но у тебя же есть другой подозреваемый. Джимми Берд.

– А ты откуда знаешь?

– Его жена тебя не переваривает. Она кое-что сообщила мне по телефону, а я сразу перезвонил Холлису. У нее есть подозрение, что Джимми сбежал в Новый Орлеан, – сказал Уит и подумал: «Пусть они сами обсудят это с шерифом».

– Ну а мне почему об этом не рассказал?

– Ты был слишком озабочен тем, чтобы поделиться со мной своими подозрениями по поводу Люси, – ответил Уит. – К тому же миссис Берд просила ничего тебе не говорить.

– Она обычная алкоголичка.

– Сегодня я получил анонимное уведомление, – спокойно продолжил Уит.

Дэвид положил на тарелку свой початок, по его подбородку потекло масло.

– И скажи после этого, что ты не популярен в народе.

– Я слышал, что Пэтч Гилберт пытался без лишнего шума занять в городе сто тысяч долларов.

– С какой целью? – поинтересовался Дэвид.

– Этого я не знаю.

– Я надеюсь, это уведомление поступило не от чиновника кредитного отдела банка?

– Нет. Поэтому оно и было анонимным, – слегка улыбнувшись, ответил Уит. – Но тебе не кажется, что было бы разумно проверить финансовые дела Пэтча? Посмотреть, не было ли у него долгов, может быть, проигрышей. Ну, не знаю, что еще, но это должно касаться крупных сумм.

– Уже проверяем, – отозвался Дэвид и пробормотал: – Господи, сто тысяч.

– По словам Люси, его вторая племянница, Сюзан, просила Пэтча одолжить ей именно такую сумму. Но в разговоре со мной Сюзан отрицала это. Она заявила, что попросила у Пэтча десять тысяч, но старик отказал ей. И тогда Сюзан, по ее словам, взяла эти деньги у своих друзей. Люси утверждает, что она и ее приятель, бывший уголовник, постоянно имеют проблемы, связанные с игрой.

– Люси, я вижу, неплохо информирована.

– У Пэтча были деньги, – сказал Уит, не обращая внимания на выпад Дэвида. – По крайней мере, у него было много земли. Я не вижу причин, которые побудили его искать ссуду у частного лица.

– Ты точно не в курсе, откуда поступило это уведомление? Это был телефонный звонок?

– Сообщение было анонимным, что тут еще непонятно? – пожав плечами, ответил Уит. Он был обязан Гучу жизнью, и, если Гуч хочет анонимности, Уит предоставит ее. Конечно, лгать было противно, но он все равно не изменил своего решения.

– Но ты все-таки знаешь, кто это был, верно? – Дэвид смял вощеную бумагу, на которой было подано жареное акулье мясо. – Ну ладно. Я не собираюсь ломать вокруг этого копья, судья. Я просто хотел бы напомнить, что ты – судебный чиновник. Лицо официальное и публичное. И ты ни в коем случае не можешь идти на сделку с совестью, тем более если речь идет о правопорядке, сэр.

– Дэвид, отнесись к этому, как к любому другому уведомлению.

– Но оно точно было не от Люси?

– Нет, это была не Люси.

Дэвид вытер рот салфеткой, вынул кусочки мяса, застрявшие в передних зубах, и буркнул:

– Угу.

– Это была не Люси, – повторил Уит.

– Понятно. Но я давно заметил, что в этой семье принято указывать пальцем друг на друга. Может быть, всего чуть-чуть, совсем немножко. Да? – Дэвид показал это жестом, разведя указательный и большой пальцы на сантиметр.

– Я знаю, что на самом деле ты не подозреваешь Люси. – Уит постарался, чтобы его голос звучал уверенно.

– В понедельник ночью она была с тобой?

– Да.

– Чем вы занимались с ней в ночь с понедельника на вторник?

– Ты ее уже спрашивал об этом.

– Я задаю вопрос вам, ваша честь. – Дэвид сделал ударение на последних словах. – Как представителю правосудия.

Уит разломал кусочек картошки пополам.

– Мы ужинали у меня дома. Потом смотрели телевизор.

– Что было на ужин, что за фильм вы смотрели?

«Вот придурок», – подумал Уит, но все же ответил:

– Гаспачо.[19]19
  Гаспачо (исп.) – холодный томатный суп.


[Закрыть] Жареная форель. Салат. Немного австралийского белого вина, которое она принесла. Рыбу готовил я. Фильм назывался «Влюбленный Шекспир». Люси взяла его напрокат.

– Я и не сомневался в этом. Она не осталась на ночь?

Уит мог воспротивиться и затеять спор, но решил этого не делать. В конце концов, им скрывать нечего.

– У нас у обоих с утра было много работы. Она ушла домой около одиннадцати.

– А ты?

– Я пошел спать.

– Когда ты увидел Люси после этого, судья?

– Когда она появилась в здании суда, чтобы рассказать мне об исчезновении Пэтча.

Дэвид хмыкнул и неожиданно заявил:

– У нее большие долги. Может, это связано с горячей экстрасенсорной линией? Знаешь, ей звонит масса детей. Родители жалуются, что их затраты на это увеличиваются. В результате народ перерасходует деньги по кредитным карточкам, и те закрываются. Но это не значит, что персонал Люси и ее расходы уменьшаются. Финансово она попала в тяжелое положение. Она говорила тебе, что в прошлом месяце пара кредиторов подала на нее иски?

Уит молчал.

– Значит, не говорила, – подытожил Дэвид. Он облизал масло с пальцев.

– И все-таки я не пойму, почему ты связываешь ее бизнес с совершением убийства? Причем таким способом, каким были убиты Пэтч и Туй?

– Похоже, мне удалось найти твою болевую точку, да? – Дэвид холодно улыбнулся.

Уит видел, что он обижен этими анонимными уведомлениями, звонком миссис Берд, самой мыслью, что у Уита есть перед ним преимущество.

– Я думаю, что у тебя такой же точкой была Клаудия, – сказал Уит, зная, что его слова могут ранить не хуже выпущенной стрелы.

Но Дэвид даже не моргнул.

– Я покончил с Клаудией. Можешь сказать ей об этом, когда увидишь ее в следующий раз.

– И теперь ты хочешь неприятностей для Люси? Хорошо. Не забывай только обдумывать каждый свой шаг. Будь внимателен, Дэвид, потому что, если ты сделаешь ошибку, я так возьму тебя за задницу, что мало не покажется. Я думаю, мне стоит поговорить об этих скелетах непосредственно с твоим боссом, потому что сам ты, похоже, не придаешь им особого значения.

– Я этого не сказал. – Дэвид встал. – Я не отбрасываю ни одной версии. Как и должен делать настоящий следователь. Но тебе, судья, я дам один совет. Я не думаю, что ты можешь позволить себе и дальше встречаться с Люси Гилберт. Пресса не будет к этому снисходительна. Репортерам понравится мысль о том, что такая броская маленькая штучка, как Люси, могла убить двух стариков, чтобы получить деньги для спасения своего бизнеса с телефонными консультациями экстрасенсов.

– Мне кажется, что тебя эта броская маленькая штучка интересует больше, чем поиск истины.

– Ничего подобного, – возразил Дэвид. – А если ты будешь упорно настаивать, чтобы я оставил Люси Гилберт в покое, мне придется выступить с заявлением к прессе. У меня уже созрела парочка подходящих фраз для этого. И ты в два счета предстанешь перед комиссией по надзору за деятельностью судов. А может, тебя вообще переизберут.

– Не нужно мне угрожать.

– Не беспокойся. Если это действительно сделала Люси, я не приду к тебе за подписью на постановление об ее аресте.

После того как Дэвид высадил его у здания суда, Уит поехал домой, в свой домик для гостей, расположенный позади принадлежащего их семье огромного дома в викторианском стиле. Он собирался немного поработать на своем компьютере и взять чистую одежду, прежде чем вернуться в дом Пэтча и остаться там с Люси на ночь. Его отца Бейба и выписанной им из России мачехи Ирины не было дома, и Уит вздохнул с облегчением. Ему сейчас не хотелось ни с кем разговаривать. Он зашел в свою маленькую кухню и, налив себе воды со льдом, упал на диван. С одной стороны, он испытывал желание побыстрее вернуться к Люси, с другой, наслаждался тихим спокойствием настоящего момента.

Он закинул ноги на столик и подумал о том, что скоро поедет к Люси и пораньше ляжет спать, если, конечно, она позволит ему. Завтра будет пятница, долгий, утомительный день рассмотрения дел суда для несовершеннолетних, самая нелюбимая из всех его повседневных судебных забот, а потом он…

Уит вдруг заметил, что дверь его спальни была заперта.

Он никогда не закрывал ее. В летнюю жару кондиционеры, установленные на окнах, превращали запертую комнатку в настоящую Антарктику, тогда как в остальной части маленького дома царил душный, липкий зной. Правда, нужно было быть аккуратным: иногда дверь, старая и немного покосившаяся, могла захлопнуться сама собой, когда он просто проходил мимо.

Уит подошел к двери и прислушался к глухому жужжанию напряженно работавшего кондиционера, затем открыл ее. Спальня выглядела так же, как и тогда, когда он последний раз ночевал здесь, – в ночь убийства Пэтча. Взгляд Уита скользнул по стопке книг на тумбочке, по застеленной в спешке кровати и грязной одежде, сложенной в ожидании субботней стирки. Шкаф был закрыт. Он подошел к нему и открыл дверцу… Одежда висела стройными рядами – целая кавалькада тропических рубашек с аляповатым, ярким рисунком. Уит посмотрел на компьютер, стоявший в углу, и маленький письменный стол, за которым он работал дома. Несколько папок и книги «Практика гражданского судопроизводства в штате Техас» были на месте. Ничего не пропало.

И все же у него появилось ощущение, что в комнате что-то не так, а каждая вещь, казалось, была чуть-чуть сдвинута. Уит пролистал папки, открыл выдвижные ящики стола, заглянул под кровать. Все как обычно, но папки на столе сложены в две стопки вместо одной, а стопка книг наклонена, чего он не мог терпеть.

Кто-то обыскивал его комнату. Уит даже ощущал странную, нервную неторопливость человека, вошедшего на его территорию.

Уит вернулся к входной двери. С виду замок был целым, никаких царапин. Он проверил запасной ключ – тот по-прежнему был спрятан у крыльца, под горшком с разросшимся кустом папоротника. Он осмотрел окна. Заднее окно было не заперто, и Уит не мог вспомнить, когда он оставил его открытым. Если он вообще сделал это. Закрыв окно, Уит вернулся в кухню и снова налил себе воды.

Испытывая потребность пожаловаться кому-то на действия Дэвида Пауэра и получить поддержку, он позвонил домой Клаудии Салазар, но трубка молчала. Он набрал номер сотового телефона Гуча. Тоже никакого ответа: Гуч, вероятно, все еще был на пути в Новый Орлеан.

Так кто же все-таки был в твоем доме?

Уит тщательно проверил каждую комнату. Может быть, он просто неаккуратно прикрыл дверь в прошлый раз и она захлопнулась сама? Или, возможно, рассказ Дэвида о Люси, ее праве на наследство и ее долгах вызвал у него приступ паранойи? О Господи, что еще о ее жизни ему неизвестно?

Наверное, она просто растерялась и ей было стыдно.

Наступило время заставить Дэвида отцепиться от Люси и найти доказательства, которые помогли бы избавить ее от нелепых подозрений. Дэвид был компетентным специалистом, но лишенным мало-мальского воображения. Он даже проигнорировал желание Пэтча тайно найти финансирование на сто тысяч долларов и существование скелетов, найденных вместе с телами убитых. Конечно, все это могло быть незначительными отвлекающими моментами, не имеющими ничего общего с разгадкой этого дела. И поиски Алекса в Новом Орлеане, которые вел Гуч, возможно, тоже не дадут ожидаемых результатов. Но ему все равно нужно действовать.

Итак, что еще было у него в наличии? Имя, написанное на бутылке, парень, который, по словам Сюзан, интересовался покупкой Блэк Джек Пойнта.

Уит взял стакан с водой и сел к компьютеру. Он зашел в Интернет, открыл поисковую программу и задал поиск по словам Стоуни Вон.

Находки были не ахти какие: пара статей в газете Корпус-Кристи, заметка в каком-то крутом финансовом журнале, о котором Уит раньше никогда не слышал. Стоуни быстро поднялся в мире инвестиций, такой себе охотно дающий интервью эффектный персонаж, каких любит пресса. Задиристый сын ловцов креветок, убитых во время его учебы в Техасском университете, где он учился, получая полную стипендию. Степень магистра по экономике, истории и деловому администрированию Стэндфордского университета. Некоторое время он работал в Силиконовой долине на фирме, занимавшейся венчурными вложениями, обжегся при банкротстве интернет-компании, вернулся в Техас и, видимо, начал звонить по телефонам из «Светского альманаха» в поисках клиентов. В газетной статье была помещена его фотография. Внешность обыкновенная, волосы, пожалуй, слишком блестят от геля, наметившийся животик – в общем, крутой, уверенный в себе молодой человек, которому многочисленные обеспеченные пожилые леди на побережье с удовольствием предоставляют возможность распоряжаться своими деньгами.

Негусто. Следующие несколько ссылок были помещены на сайте газеты «Корпус-Кристи коллер таймс». Они касались открытия Стоуни своего офиса и сообщения об окончании строительства громадного дома в Копано Флэтс. Была еще ссылка на нечто под названием Лига Лаффита. Уит щелкнул кнопкой.

На экране открылся простой веб-сайт со старинным портретом лихого мужчины с ухарскими усами, в котором безошибочно угадывался грабитель достопочтенных граждан. Ниже портрета было написано:

Лига Лаффита исследует жизнь и прославляет Жана Лаффита, знаменитого пирата залива, одну из самых необычных и загадочных фигур в истории Америки. Членство в Лиге открыто при условии взноса 50 долларов в год. У нас есть представительства в Новом Орлеане, Галвестоне и Корпус-Кристи, а общее число членов достигает 100 человек. Среди нас есть ученые, историки, учителя, студенты, бизнесмены, пилоты реактивных самолетов, сиделки, пенсионеры, и всех нас объединяет интерес к дням минувшим. Мы спонсируем поездки на Галвестон, в Гранд Терр и другие места с целью исследования жизни Лаффита, а также издаем ежеквартальный бюллетень по всем вопросам, касающимся личности Жана Лаффита.

Под этим текстом находились ссылки на архив этих бюллетеней, он-лайн форум для дискуссий о Лаффите и сайты исторических исследований. Ниже следовал список функционеров Лиги, где Стоуни Вон фигурировал в качестве президента представительства в Корпус-Кристи. Уит просмотрел оставшуюся часть сайта, но никаких упоминаний о Пэтче Гилберте там не было.

Фан-клуб мертвого пирата. Невозвращенная книга о Лаффите. Скелеты. И Стоуни Вон, который дарит виски, покупает землю и с удовольствием засвечивает свое имя, словно какая-нибудь кинозвезда.

Уит вернулся к статьям бюллетеней, чтобы узнать, часто ли там обсуждалась тема исчезнувших сокровищ. Этот вопрос не обсуждался вообще – просто речь шла о снабженной всевозможными ссылками истории. Темы статей простирались от детального анализа битвы при Новом Орлеане во время войны 1812 года, где Лаффит сыграл ключевую роль, до размышлений о том, как сложилась судьба Лаффита в конце его жизни. Несколько статей было написано писателем по имени Джейсон Сэлинжер, а его короткая биографическая справка в конце каждого подробно исследованного эпизода указывала, что Джейсон является независимым писателем, работающим в Порт-Лео, штат Техас.

Уит посмотрел имя Джейсона Сэлинжера в телефонной книге. Не указано. Значит, он сможет вычислить его только завтра.

Бросив взгляд в окно, Уит увидел в мягком свете кухни большого дома фигуру своего отца и направился к нему.

– Так ты хочешь, чтобы я сменил замки? – спросил Бейб Мозли, после того как Уит объяснил ему ситуацию.

– Только из предосторожности, папа.

– Зачем, скажи на милость, кому-то нужно было вламываться в дом, если ничего так и не взяли? – Бейб отхлебнул из чашки кофе без кофеина. Это был крупный мужчина за шестьдесят с усталым красивым лицом.

– Этого я не знаю. Но если ты сменишь замки, я буду чувствовать себя намного лучше.

– Хорошо, вызову мастера завтра. – Бейб поставил чашку. – Ты опять будешь ночевать у Люси?

– Да.

– Приезжайте лучше сюда.

– Она хочет побыть в доме Пэтча, а я не могу оставлять ее одну.

– И все-таки я бы предпочел, чтобы вы были здесь, – настаивал Бейб. – Мне бы тогда определенно спалось спокойнее.

– С нами все будет в порядке.

На полпути в Блэк Джек Пойнт Уит подумал: «А чего, собственно, ждать? Возможно, Стоуни Вон сегодня вечером дома. Вот и расспрошу его о Гилбертах».

Он проехал мимо Пойнта в направлении Копано Флэтс, высматривая на берегу огромный крутой особняк.

Глава 17

Алекс не застрелил Стоуни только потому, что тот успел сказать:

– Я не знаю, о чем ты говоришь относительно изумруда, но очень скоро здесь будут эти ребята, и сначала мы должны все уладить с ними.

– Я сам смотрел на него. Вблизи. Он не настоящий. – Голос его звучал глухо и отчетливо, в нем чувствовалось нетерпение. – Глаз должен быть немного красноватым.

– А я и не знал, что ты у нас являешься экспертом по изумрудам.

– Где он? – не слушая Стоуни, спросил Алекс.

– Лучше ответь, почему у тебя оказались ключи от обоих замков. Мы же договаривались…

– Ты, блин, украл камень, – перебил его Алекс, – и еще смеешь отчитывать меня? – Он покачал головой, словно не верил собственным ушам, и пистолет в его руке на мгновение опустился дулом в пол.

– Я ничего не крал у тебя. – Стоуни посмотрел в окно в сторону бухты. – О Боже, вот они!

Но это был не «Юпитер», а небольшой рыбацкий траулер, проплывавший у ближнего края бухты.

– Пожалуйста, отдай Глаз, – угрожающе произнес Алекс. – Я не стану помогать тебе разбираться с Дэнни и его парнями, пока ты не выложишь мне камень.

– Послушай, я взял его, чтобы защитить.

– Правда? И каким же образом? – поинтересовался Алекс, будто у него было время, чтобы выслушать все подробности.

– Дэнни… – начал Стоуни и запнулся. – Послушай, он знает, что мы проводили раскопки. Он был на месте и видел бумаги о Блэк Джек Пойнте и убийствах. Он знает, что Глаз у нас. Он мог найти, где мы его прячем. – Затем, разыграв приступ ярости, он перешел в наступление. – Слушай, у тебя самого был ключ, о котором я ничего не знал! Так что мы квиты.

– Ни хрена мы не квиты! – Пистолет Алекса поднялся и уперся в грудь Стоуни.

– Если со мной что-то случится, – торопливо залепетал Стоуни, – полиция получит пленку с записью всех наших разговоров за последние пару месяцев. О Пэтче Гилберте. О сокровищах Лаффита, о Глазе Дьявола, о твоем небольшом проколе в Новом Орлеане. Я сделал несколько копий этой пленки и спрятал их в разных местах. В различной форме: магнитофонная лента, звуковые файлы и еще парочка вариантов, о которых ты никогда не догадаешься. Но все это обязательно обнаружится, если я исчезну или умру, Алекс. Я тебе не бессловесный, на все согласный Джимми.

– Ты блефуешь. Ты бы не пошел на то, что может подставить тебя самого.

– Мог и пойти. Для страховки. Я всегда перестраховываюсь.

Алекс опустил пистолет, развернулся и вышел из кабинета.

– Ты куда? – спросил Стоуни. Он последовал за Алексом в большую белую гостиную, где все стены были увешаны старыми морскими картами и повсюду лежали толстые старинные книги в кожаных переплетах. Алекс присел перед выложенным камнем камином и открыл лежавший рядом пенал с декоративными спичками. Эти длиннющие спички могли довольно долго гореть, не обжигая пальцы. Он повертел в руках пенал и, вернувшись к тому месту, где на нижних ступеньках лестницы стоял Стоуни, сильно ударил его кулаком в лицо, разбив губы. Тот упал на спину, и по его подбородку потекла тоненькая струйка крови вперемешку с соплями.

– Уфф, – промычал Стоуни.

Алекс схватил его за грудки, с силой толкнул на ступеньки и процедил сквозь зубы:

– Твоя страховка может обойтись тебе очень дорого.

Стоуни сплюнул кровью.

– Не могу поверить, что ты, ублюдок, ударил меня, – возмущенно сказал он, но легкая дрожь в голосе выдавала его страх.

Алекс легко размахнулся и, словно играючи, залепил Стоуни звонкую пощечину.

– Ты украл Глаз, а потом позвонил мне и рассказал, что Дэнни похитил твоего брата и собирается обменять его на Глаз Дьявола. Значит, мы отдаем им поддельный Глаз, чтобы спасти твоего брата? А я потом так никогда и не узнаю, куда подевался настоящий?

– Можно подумать, что ты позволил бы мне отдать Глаз какому-то Дэнни. Я не настолько наивен. Ты бы никогда этого не сделал. – Стоуни вытер нос. – Ты же слышал, что говорят приятели Дэнни по телефону.

– Ну, слышал. И это не произвело на меня никакого впечатления. У тебя могут быть свои друзья, о которых мне ничего не известно, Стоуни, и которые могут разыграть по телефону весь этот цирк. – Алекс мрачно посмотрел на него и добавил: – И все с единственной целью – одурачить меня. – Он схватил Стоуни за горло. – Говори, где Глаз?

– Я не…

Алекс провел кончиком спички – незажженной – по бровям Стоуни и дальше, по краю уха.

– Щекотно?

– О Боже, не надо, – прошептал Стоуни. – Прошу тебя.

– Я не хочу тебя поджаривать. – Алекс чиркнул спичкой по стене, и она тут же загорелась. – Но я это сделаю, а затем потащу тебя на твой причал. Возьму там немного бензина, который, надеюсь, подействует на тебя благоприятно. Заруби это себе на носу.

– Дева Мария, Матерь Божья, не надо, – прохрипел Стоуни.

– Где камень?

Стоуни, не отрываясь, смотрел на огонь.

– Глаз на лодке. На моей лодке. Именно там я его и спрятал. Он попал в руки Дэнни, хотя тот об этом даже не догадывается.

– И они сейчас плывут сюда?

– Да. И теперь ты сможешь получить его.

Алекс задул спичку.

Было уже почти восемь часов.

– Не думаю, что эти плохие парни явятся сюда, Стоуни. – Алекс смотрел на пустой причал через выступающее окно кухни. В умирающих летних сумерках на небе появились первые звезды. – Мне кажется, нас обманули.

– Господи Иисусе. Они же сказали, что привезут моего брата… чтобы получить деньги, после того как убьют Дэнни…

– Что-то ты, приятель, неважно выглядишь.

– Господи. – Стоуни потянулся за бутылкой виски и сделал маленький глоток. Алекс следил за ним. Маленькие глоточки не оказывают действия, пока их количество не перевалило за сотню.

– Я считаю, Человек-кремень, что тебе необходимо приготовиться к плохим новостям. Я думаю, что эти парни убили твоего брата и его девушку. Поэтому они и не показываются. Они просто поняли, что за труп денег не получат.

Стоуни громко всхлипнул.

– Теперь дальше, – невозмутимо продолжил Алекс. – Этот Дэнни. Он ведь по-прежнему где-то тут.

Стоуни посмотрел на него с отсутствующим выражением и опустил голову.

– Допустим, Дэнни все еще жив, – как ни в чем не бывало говорил Алекс. – Но он потерял свои козыри, потому что его головорезы убили твоего брата и девушку. Поэтому ему нужно что-то делать. Он наверняка попытается снова выйти на тебя – ему все равно важнее получить сокровища, чем засадить тебя в тюрьму. Разве не так? Вряд ли он станет обвинять тебя в убийстве, поскольку они сами совершили то же самое. Так куда теперь направится Дэнни?

– Я не знаю.

– У него ведь есть друзья. Ты же знаешь его, Стоуни. Думай!

– Нет… Насколько мне известно, друзей у него здесь нет.

– А другие ребята из Лиги Лаффита?

– Может быть, кто-то в Корпусе. Его у нас не слишком-то любят. Многие считают, что он чокнутый.

– Ага. Тогда сейчас тебе придется взять телефонную трубку и…

В этот момент в дверь позвонили. Стоуни замер у телефона.

– Ни слова. – Алекс вытащил пистолет, торчавший у него сзади за поясом, и прижал дуло к щеке Стоуни. – Или я убью и тебя, и того, кто стоит на крыльце. Ты меня понял?

– Ни… Ни слова, – повторил Стоуни охрипшим голосом.

Алекс тихонько проскользнул к входной двери и заглянул в глазок.

На крыльце стоял, оглядываясь по сторонам, какой-то парень, светловолосый, высокий, в ярко-оранжевой рубашке с тропическим рисунком. Из-за искажения в стекле его голова казалась необычно круглой.

Алекс отодвинулся от двери. Звонок зазвенел снова, после чего раздался стук.

Алекс ждал. Выглянув через окно гостиной и осторожно отодвинув край занавески, он увидел, что парень стоит на подъездной дорожке и разговаривает по мобильнику. Потом он выключил телефон, и через несколько секунд снова раздался стук в дверь, потом звонок.

– Мистер Вон! Это Уит Мозли. Я местный мировой судья. Я знаю, что вы сейчас дома. Откройте, пожалуйста.

Алекс, затаившись, продолжал ждать. В дверь еще несколько раз постучали. Минут через пять Уит Мозли сел в свой «форд-эксплорер», и машина с ревом рванула с места. В холл вышел Стоуни.

Алекс наставил на него пистолет.

– Так это был судья? Что он тут делает?

– Возможно, хотел рассказать мне, что найдено тело моего брата, – ответил Стоуни. Его голос звучал уже гораздо спокойнее.

– Тебе бы позвонили. И сделал бы это не судья.

– Я не знаю, что тебе ответить, да и какая нам разница, – сказал Стоуни. – Опусти пистолет. Не могу разговаривать, когда в лицо направлен ствол.

– Ты сейчас не в том положении, чтобы что-то требовать. Ты обманул меня. Мы договаривались, что перепрячем клад, закопав его в земле, которую ты выкупил в Пойнте. А потом снова раскопаем как сокровища Лаффита и заработаем кучу денег, станем знаменитыми, – напомнил ему Алекс.

– Только не нужно грузить мне все это дерьмо, Алекс, – огрызнулся Стоуни. – Особенно про то, что ты хотел прославиться. Тебе нужны были только сокровища. Но мы оба еще можем получить то, что хотим. Нам необходимо работать вместе и не лгать друг другу. Из-за тех убийств и этой непонятной ситуации с Дэнни все пошло кувырком. Сейчас я выпью, и мы сможем поговорить.

Он повернулся и отправился в кухню. Алекс опустил пистолет и пошел за ним.

– Что случилось? Откуда появилось столько смелости? – оскалившись, полюбопытствовал Алекс.

Стоуни налил в стакан немного бурбона и залил виски водой со льдом.

– От осознания необходимости заключить с тобой большую сделку.

– Вот как? Сделку… – Алекс всегда с неохотой шел на убийство, но сейчас он подумал, что ему, наверное, будет приятно прикончить Стоуни. Он даже представил, как прозвучит один-единственный выстрел, – словно щелчок пальцами.

– Сначала мы должны найти Дэнни, – заявил Стоуни. – И спасти моего брата.

– Как я могу быть уверен, что все эти фокусы с похищением не очередной твой спектакль?

– Нет, Алекс. Клянусь, нет. В этом можешь не сомневаться. – Стоуни сделал глоток из своего стакана. – Дэнни мог пойти на обман, чтобы потом ему легче было прикончить нас. Он псих. Нельзя надеяться, что он будет вести себя как нормальный человек.

Алекс глубоко вздохнул.

– Значит, будем просто сидеть и ждать?

– Я не буду звонить членам Лиги Лаффита, показывая свой интерес к Дэнни. Они могут потом об этом вспомнить. Давай наберемся терпения. Он обязан позвонить, потому что привык доводить начатое до конца. Мы подождем его здесь, вдвоем. Когда он появится, ты сможешь его убить.

– Я? А почему не ты? Ведь он забрал твоего долбаного братишку.

– Потому что ты хорош в нападении, а у меня лучше получается в обороне. – Стоуни поставил стакан. – А теперь послушай, как можно разрулить ситуацию и остаться довольными друг другом. Я предлагаю тебе три четверти золота и серебра. Ты можешь переплавить металл или продать монеты на черном рынке. Мне достанется остальное плюс Глаз. Я снова закопаю это в землю, а после раскопок получу свою долю славы.

– Как единственный в истории человек, который нашел настоящие пиратские сокровища.

– В этом случае у нас не будет претензий друг к другу и отпадет необходимость наносить взаимные удары, – сказал Стоуни.

Алекс задумчиво посмотрел на него.

– А как же твой брат и его подружка-коп?

– Эти парни наверняка убили ее. А с моим братом можно договориться.

– Он может начать болтать, – возразил Алекс.

– Мой брат сможет больше никогда не работать, если сам этого не захочет, – ответил Стоуни. – О нем не беспокойся. Теперь дальше. Ты можешь продолжать строить из себя крутого, еще раз грубо наехать на меня и в результате облажаться уже полностью и вылететь из дела. Или можешь остаться тут, со мной, и выяснить, не появится ли сегодня ночью Дэнни, после чего мы оба будем свободны. Так что ты выбираешь?

Алекс скрестил руки на груди.

– Я не сплю на диванах.