Текст книги "По следу пламени (СИ)"

Автор книги: Доктор Вэнхольм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 42 страниц)

– А вы можете сказать, что со мной? – заметно занервничала зверолюдка после его слов.

– Ах да, разумеется, – он кивнул, и вновь на его лице промелькнула улыбка. – Понимаете, дорогуша, ваш источник сейчас, он… Как фитиль, который горит и подсоединён к бомбе.

Как вообще можно говорить такое с весёлым выражением? Наверняка, что-то подобное пронеслось в мыслях у Розы. Шерсть встала дыбом, глаза округлились подобно двум монетам. До этого хоть какое-то облегчение вселяло надежду, а теперь перед ней будто сама смерть пронеслась в этой беззаботно выброшенной фразе. Даже слово вымолвить стало трудно. Её всю затрясло, как маленький листок, удерживающийся на ветке в сильный ураган.

– Келентер, прошу, я понимаю ваш специфический юмор, но не нужно пугать девочку, – вмешался лекарь, наконец закончивший со своими приготовлениями. – Прошу, сделайте пару глотков, – обратился он к ней, протянув стакан с мутноватой серой жижей внутри. – На вкус будет отвратно, но это нужно для того, чтобы не пришлось опираться на догадки господина Ларэндо.

Роза взяла снадобье и сначала принюхалась. Какого-то особого запаха не чувствовалось. Она чуть взболтнула сосуд, затем выдохнула и залпом выпила добрую треть.

Пожалуй, это было даже с перебором. Некши скривилась, кое-как проглотила жижу, на вкус больше напоминающую перемолотый мел. Оказалось не столь неприятно, как она себе представляла. Но всё же подступившая горечь заставила поморщиться.

– А что это? – она взглянула на частично опустевший стакан и подняла взгляд на врачевателя.

– Небольшое снадобье, позволяющее стабилизировать, если так можно выразиться, ваше внутреннее состояние, – пояснил тот и добавил. – И что же… Господин Ларэндо был прав. При соблюдении некоторых рекомендаций вам ничего не будет угрожать, – наблюдая за впившимся в него напуганным взглядом, пусть и немного успокаивающимся, он продолжил. – Сейчас я сделаю небольшую микстуру, она опустошит источник. В течение недели я попрошу воздержаться от колдовства любых форм. То есть даже свитки читать не рекомендую. В противном случае, мы одну болячку прибьём другой. После того, как срок пройдёт, если не будете чувствовать себя хорошо, обратитесь к целителю при гильдии. Свет из глаз спадёт через сутки-двое…

Лишение возможности колдовать совсем не радовало Розу. Хотя и не столь сильно, ведь этот нюанс был временным. Чуть более негативно сей факт восприняла Кора, ведь до этого некши являлась их голосом для связи с Арчибальдом. Да и сам свиток друидша прочитать не могла.

Поэтому, как только кошке дали разрешение вернуться в казармы, девушка попросила показать, как именно нужно связаться с дварфом-кастеляном. Зверолюдка, ещё сидя на койке у лекаря, взяла в руки бумагу, а затем положила себе на колени.

– Кора, это не сложно, – начала она объяснять, явно нервничая. Она никогда не пробовала кого-то обучать даже таким, казалось бы, несложным вещам. Оттого чувствовала определённую ответственность. И пусть это был всего лишь текст связующего заклинания, опасение того, что оно может сработать как-то не так и окончательно что-нибудь испортить, никуда не делось. – Здесь, видишь, написан текст. Его нужно прочесть. Перед этим обязательно взять его вот так, – Роза развела руки вверх-вниз, будто развернула лист. – И говоришь вот так: O veneficia, invenire rationabile animam meam, coniungere animum meum, verba mea cum eo.

Никакого эффекта, разумеется, не произошло. Свиток находился не зажатый в ладонях, поэтому сказанное наречие оставалось лишь словами. Впрочем, даже этого хватило, чтобы друидша на пару секунд застыла, переваривая услышанные слова.

– Как, ещё раз?

Со второй попытки стало более понятно. Роза проговорила текст уже по слогам, и он хоть немного, но отложился в голове.

Читать свиток при своей спутнице и других посторонних Кора не стала. Забрав его у некши, она ушла в самую дальнюю часть коридора, куда даже из обитателей гостевого дома никто не захаживал, и самостоятельно, выполнив все указания, прочла:

– O veneficia, inve-nire rationa-bile animam meam, conium-gere animum meum, verba mea-cum eo.

Несмотря на запинки и кое-где не совсем верное произношение, заклинание сработало. Текст засветился серебром, а в голову проник лёгкий холодок, окутывающий разум.

– Докладывайте, – голос Арчибальда, явно раздражённый, появился в этой размеренности, как рухнувшая льдина.

– Это «Чёрные соколы». Задание выполнено, – отрывисто начала Кора, не помня, как с ним через свиток общалась Роза. И уж, тем более, Марисса. Хотя демонокровная делала это в явно более дружеском ключе, но с самим дварфом она явно была знакома задолго до того разговора.

– Так, – произнёс кастелян, ожидая больших подробностей.

– Мы проникли в лагерь, разбили яйца, – продолжила друидша. – Многие культисты мертвы. Чародей спасён и идёт на поправку.

– Кто из вас сейчас со мной говорит? – будто и не обратил он внимания, куда больше фокусируясь на голосе.

– Кора, – прозвучал сухой ответ.

– А с другой что?

– Находится у лекаря.

– Рогатая или которая в прошлый раз со мной говорила? – уточнил Арчибальд.

– Некши, – спокойно ответила Кора. – Марисса пропала. Мы думали, она находится в плену у культистов, но не нашли её там. Только рог. Вы не можете нам в этом помочь?

– Я посмотрю, что можно сделать, – выдохнул дварф. – Если задачу выполнили, возвращайтесь в Гриобридж. Чародея прихватите с собой. Всё ясно?

– Ясно, – согласилась девушка.

– В таком случае, до встречи.

Сеанс связи окончился довольно внезапно. Приятный холодок исчез из головы, и Кора осталась окружённая полной тишиной в небольшом закутке в коридоре. Несколько секунд она вслушивалась, не добавит ли ещё чего-то исчезнувший Арчибальд, но он молчал. Текст на свитке потух, и Кора свернула его.

– И долго ты будешь тут стоять и молча смотреть на буквы? – голос Галантия, раздавшийся сзади, заставил вздрогнуть.

Девушка развернулась и, нахмурившись, взглянула на него. Эльф вальяжно стоял, опираясь на угол стены. Вид его, конечно, расслабленной ухмылке совсем не соответствовал. Изодранная одежда, потрёпанная ранами и царапинами кожа – по-хорошему, ему бы стоило прилечь на денёк у врача и, заодно, выпить парочку регенеративных снадобий. Правда, когда Кора напомнила ему об этом, остроухий вор лишь отмахнулся, мол, чувствует себя прекрасно.

***

А вот Норико и Орикс за помощью всё-таки обратились. Вернее, только Орикс. Островитянин, не обращая внимания ни на какие меры приличия, принялся искать среди ящиков бинты, а после того, как Магнуссен указал, где именно они лежат, стал менять перевязки, наложенные ему ещё в пути.

Полуорка же волновал весьма конкретный вопрос, который он не знал, как можно задать.

– Скажите, если есть человек… Гипотетически, – уточнил орк-полукровка. – И он, когда колдует, то происходит что-то не то. Что это может быть?

– Что ж, варианты могут быть разные, – равнодушно процедил лекарь.

Конечно, он сразу понял, что никакого гипотетического волшебника не существует, а человек с такими симптомами сидит прямо перед ним. Орикс даже с первого взгляда выглядел испытывающим огромное волнение, будто пытался выведать какую-то совершенно постыдную информацию.

Этим он изрядно заинтересовал чародея, и тот почти сразу перешёл на более интригующего пациента. Правда, диагноз, хоть и оказался весьма необычен, однако в практике уже встречался.

– Вы знаете, дорогой, почему волшебники весьма нечасто посещают Нестабильные земли? – спросил его Ларэндо, пока лекарь что-то упорно записывал на бумаге. Орикс отрицательно помотал головой. Да и по его памяти в отряде, когда он отправился к центру континента, было сразу три чародея. – Всё дело в том, что они, как это ни странно, – полуэльф даже немного улыбнулся, – нестабильны, друг мой. Магия в них работает немного не так, как мы к этому привыкли. Ну, то есть элементы там точно такие же, и они также образуют всё то, что нас с вами окружает. Только плетение и всю энергетическую структуру они создают… своеобразно.

– И… что это значит? – пока тот выдерживал паузу, спросил его Орикс.

– Представьте, что туда отправился очень сильный и опытный целитель, который своими заклинаниями чуть ли не с того света возвращает, – привёл чародей наглядный пример. – И вот его спутнику оторвало руку, и он попытается при помощи собственной магии её ему отрастить заново. Для очень сильных волшебников такое возможно, – уточнил он свой размах. – И вот он прочтёт свою молитву, обольёт того нужным реагентом, и кисть вырастет. Но во лбу, – выкатил новый поворот в истории Ларэндо. – Или отрастёт нормально, но другая исчезнет. Или ещё что. И вот такое там постоянно. А это я привёл вам безобидный вариант. Если нахимичить со стихией, то может рвануть так, как рвануло на юге. Я так полагаю, к слову, это ваших рук дело, – покосился на Орикса чародей, и тот неуверенно кивнул. – Полагаю, «Некрокульт» оказал вам сильное сопротивление. Что ж привело к такому эффекту?

– Другой маг и его доспех, – соврал Орикс. Очень уж не хотелось, чтобы кто-то знал, что именно «сокол» стал причиной огромного всплеска энергии и десятков трупов.

– Причина вашего нюанса весьма проста, – продолжил за Ларэндо врачеватель. – Иногда влияние Нестабильных земель выражается в том, что источник ваш «наглотался» скверной энергии. В таком случае даже после вашего возвращения в нормальное место применение вами колдовских способностей может нести за собой довольно неприятные последствия. Особенно у неопытных заклинателей.

– А от этого… Можно как-то избавиться?

– Процесс долгий, но не безвозвратный, – лекарь кивнул, закончив писать. – Проблема решается упорной и кропотливой практикой. Желательно, на безопасном расстоянии от других людей и при помощи базовых заклинаний.

– И сколько оно должно так быть?

– В лучшем случае, но я бы на это не ставил, займёт год, – Магнуссен озвучил нереалистично оптимистичные сроки. – А в худшем – несколько лет. Зависит от того, как вы подойдёте к вашей практике.

– А можно это дело как-то побыстрее сделать? – при всём желании избавиться от треклятой нестабильности в одном месте Ориксу никак не хотелось тратить на это годы своей жизни. Проще уж тогда было совсем отказаться от магии.

– Можно. Взгляните, – лекарь придвинул к нему листок. – Это рецепт одной микстуры. Действует, как успокоительное. Перед практикой примите, и на несколько часов вам обеспечено расслабление, но, при этом, повышенное внимание. Однако учтите, что принимать её часто не стоит – вызывает привыкание.

***

После разговора с Арчибальдом Кора последовала в кабинет к главе «Змеиных арий». Лея Элеонора Буш сидела за столом и заполняла кипу каких-то документов. Друидша в этот раз вламываться не стала, и, пусть и открыла дверь без стука, но лёгким покашливанием оповестила о своём присутствии. «Дамочка» приветственно кивнула ей, а затем сходу задала вопрос:

– Взрыв, что народ перепугал, ваших рук дело?

– Культистов, – сухо ответила девушка.

– Что ж, это многое объясняет. Но в следующий раз, совет вам, стоит действовать более аккуратно. Лишнее привлечение внимания иногда очень негативно сказывается.

В её интонации не звучало какого-то упрёка. Только мысли вслух. Но Кора явно почувствовала его. Лее-то легко говорить с её положения. Она сидит в удобном кресле, у неё есть собственные люди, которых можно отослать на задание и которые за плату выполнят его беспрекословно. И, разумеется, её влияние на определённые сферы казалось неоспоримым. Но кто Мисс Буш вообще такая, чтобы судить тех, кто рисковал своими жизнями, защищая покой всех жителей этого округа. Впрочем, пока что Кора решила смолчать.

– Мы доложили Арчибальду, – спокойно проговорила друидша. – Он сказал возвращаться в Гриобридж.

– Что ж, сегодня вы можете оставаться здесь, – Лея кивнула. – А на утро сможете отправиться в путь.

– Мы так и сделаем, но у нас в лагере сломалась повозка. Вы сможете нам дать новую? – изложила Кора вполне законную по её мнению просьбу.

– Эта просьба вполне выполнима, – и вновь кивок. Взгляд в этот раз даже не оторвался от бумаг. – Я выдам долговую расписку. Повозку мы вам выдадим. Хорошего качества, чтобы та не развалилась, пока вы будете ехать по тракту. Задаром сделать это мы не можем, поэтому, как доберётесь до Гриобриджа, сдадите её в представительство «Арий», либо сможете выплатить компенсацию за выкуп.

В этот раз Кора молчать не стала. Для неё было просто дикостью, что глава «Змеиных арий» пытается стрясти с «соколов», что могли погибнуть в проклятой шахте, столь ничтожную плату, будто мелочный торговец. В голове не укладывалось, как вообще, зная, что они отправились спасать всю эту страну от того ужаса, что принёс ей «Некрокульт», можно ещё что-то требовать. И друидша высказала это в полной мере.

– Вы зарываетесь, юная леди, – на лице Леи, хоть та и подняла глаза, сохранилась каменная маска. – Вас нанял достопочтенный господин Боттлгран. Какую сумму он вам озвучивал и какие условия вы с ним обговаривали, я не знаю. Мне лично на этот счёт он ничего не говорил. Разве что, когда узнал, что наши пути пересеклись, попросил в случае чего немного подсобить вам, – она отложила ручку, поставила локти на стол и продолжила. – Мы безвозмездно предоставили вам возможность проживания и медицинские услуги. Мы отстояли вас перед стражей и даже внесли часть залога перед вашим спутником, когда он оказался схвачен Даркармами. И сделали это даже несмотря на то, что его действия привели к определённым репутационным потерям. Не кажется, что вы не в том положении, чтобы требовать?

Её слова звучали разумно с точки зрения организации. Лея всегда действовала исходя из прагматичного расчёта. Даже её помощь «соколам» несла для неё и коллегии выгоду. В частности, это очень способствовало поднятию в глазах властителей Гриобриджа. Сами же бандиты, как их окрестил Арчибальд Боттлгран, для неё являлись не более чем наёмниками, руками которых можно было решать очень важную проблему.

Появление «Некрокульта» в лесном городе, разумеется, выделяло на фоне всей мирской жизни куда более важные задачи. «Змеиные арии», как и все в городе, изрядно пострадали от этого варварского нападения и, насколько могли и насколько их просили, оказывали помощь. Часть казны отправилась на восстановление разрушенных зданий, а разведка при помощи информаторов из коллегии получала несколько больше необходимых сведений.

Возникшие, при этом, весьма внезапно посреди ночи «Чёрные соколы» в планы Мисс Буш изначально не входили. Но раз уж за них попросила столь уважаемая персона, то всё можно было скорректировать.

Но на своём Лея стояла очень твёрдо. Несмотря на возмущения Коры и вполне объективные доводы, «дамочку» переубедить не удалось. Свой должок она всё-таки передала «соколам», и Кора, молча схватив листок, покинула кабинет. Но напоследок задала один вопрос:

– Что по поводу моей просьбы? – речь шла о поисках чародея Торгенсена.

– Я отправила людей, но пока от них не поступало никаких докладов, – ожидать чего-то ещё было глупо. Хотя Кора всё-таки надеялась, что «дамочка» сумеет с её-то ресурсами достичь какого-то результата.

Утром повозка будет ждать их на заднем дворе, и можно будет со спокойной душой оставить этот порядком осточертевший городишко…

Глава 48

К удивлению Коры спустя некоторое время лазарет всё ещё был обитаем. Лекаря оставила только Роза, шаги которой друидша услышала поднимающимися по лестнице. А вот Норико и Орикс всё ещё находились в кабинете. Островитянин заканчивал менять бинты, не подпуская к себе никого и отбрасывая старые повязки на пол. А вот полуорк что-то оживлённо обсуждал с чародеем. К сожалению, их разговор пришлось прервать.

Друидша пересказала ему практически слово в слово всё то, что говорила Арчибальду. Чародей оказался чуть более эмоционален и искренне поблагодарил «соколов» за службу. Ещё бы – это ведь он отправил их практически на верную смерть.

– Я распоряжусь, чтобы господин Боттлгран выписал вам премию, – добавил он, чем изрядно смягчил настроение Коры и вызвал улыбку на лице Норико. Тот, хоть и по-прежнему сидел в отдалении, но к разговору прислушивался.

– Мы отправляемся завтра утром, – поведала ему девушка. – Господин Арчибальд велел взять вас с нами.

– Ой-ёй, его придётся разочаровать, – эльф-полукровка лишь развёл руками. – Моё восстановление требует ещё пары дней покоя, а эта тряска и долгая дорога совсем не будут им соответствовать. Мисс Буш была довольно любезна и отправила гонца. Он доставит послание в ложу, и с их помощью я доберусь до Гриобриджа.

При упоминании главы «Змеиных арий» Кора немного скривилась, хотя ответ чародея её устроил. Конечно, лучше бы он поехал с ними, но такой способ перемещения тоже оставался вариантом. Правда, уточнив, могут ли все переместиться таким образом, пришлось испытать лёгкое разочарование.

– К сожалению, это потребует дополнительных разрешений и дополнительной волокиты, – скривился Ларэндо, явно не желая связываться с этим. – А это только потратит ваше и моё лияное время. Отправляйтесь в Гриобридж своим ходом, а затем встретимся там.

Пришлось согласиться. Впрочем, прежде чем оставить его, Кора задала ещё один вопрос, вспомнив о рассуждениях Розы про поиск человека при помощи магии.

Как оказалось, чародейская ложа вполне может поспособствовать в этом, но не в Хадрии. По словам эльфа-полукровки любое заклинание требует определённого запаса энергии, а выяснение, где может находиться живое существо, с радиусом в тысячи километров увеличит это количество в десятки рас.

В городке судостроителей его смогут обеспечить только несколько прибывших крайне сильных волшебников, чего Келентер Ларэндо сделать никак не сможет. Однако в штабе он сумеет воспользоваться механизмом, который этот запас восполнит ровно настолько, насколько этого потребует ритуал.

Однако он сразу предупредил, что заклинание работает не на сто процентов и не в каждом отдельно взятом случае может найти человека, когда от него осталась лишь малая часть. Стоило только понадеяться, что рога действительно хватит на сотворение ритуала…

Больше вопросов к чародею Кора не имела. Кивнув ему на прощание, она покинула лазарет, напоследок сказав своим, что в путь до Гриобриджа они отправятся утром. А до той поры каждый из них волен делать то, что желает…

***

Что делать вечером, когда занять себя нечем? Йорику требуется отдых. Идти общаться с рыбаками тоже не хочется, да и настроение к этому совершенно не располагает. Многое произошло, многое нужно выдернуть из головы. От многих вещей стоит отвлечься. Только и остаётся бродить по вечернему городу.

Никуда не ушедшая пасмурная погода словно нарочито сгустила над Хадрией ещё больший сумрак. Даже фонари, что зажглись вдоль дорог, не могли его скрыть. Дома постепенно погружались во мрак, только некоторые заведения ещё пестрели рыжими отблесками света.

Самыми яркими, как и полагается, были таверны и питейные. Наверняка, где-нибудь затесался игорный дом, бордель или ещё что-нибудь, где местный люд может скрасить своё унылое времяпровождение. Впрочем, Ориксу это всё совершенно не приглядывалось. Не видел он в подобных делах развлечения. Может, на разок, но не более.

Да и тем более, куда ему, когда в кошельке денег не то, чтобы имелось много. Да, на одно посещение хватит, и, может, даже на припасы останется, но не хотелось тратить монеты именно так.

Он шёл по улице, провожал взглядом прохожих. Они расходились по своим жилищам, кто-то посещал торговые лавки, кто-то просто прогуливался. На другой стороне дороги стоял парнишка и наигрывал на флейте знакомую мелодию, навеивая в душе нотки трагизма.

– А сердце прочь… И вдоль дороги воздвигли крест моей душе… – пропел Орикс и задумался.

Полуорк даже замер на секунду, и только окрик кучера, восседающего на облучке потрёпанного дилижанса, заставил его сделать шаг в сторону. Мимолётная мысль на несколько секунд затянула его, а затем он резко развернулся и направился обратно.

Где-то справа буквально в паре перекрёстков назад промелькнула невзрачная лавка, которая, тем не менее, привлекла взор «сокола». Сама её вывеска никак не выделялась, а блёклая надпись «Струны» совсем терялась в вечернем полумраке. Однако напоказ её владелец прямиком за большим окном выставил на специальном постаменте чёрную лакированную скрипку, украшенную двумя витиеватыми золотистыми терновыми узорами.

Тогда глаза Орикса зацепились за столь необычно выглядящий инструмент. Он даже остановился на секунду, глядя на него сквозь стекло. Увидеть что-то подобное в здешнем было весьма неожиданно. Казалось, местные жители только и знают, что горланить песни под воздействием опьяняющего змея. Это, конечно, не так уж и плохо, но отголосок какого-то просвещения вызывал в душе исключительно тёплые чувства.

Полуорк прошёл сквозь дверь, прозвенев приветственным колокольчиком. Подошёл к скрипке, остановился, с лёгкой завороженностью рассматривая рисунок. Лавка внутри оказалась совсем маленькой. И всё же этого хватало, чтобы разместить в комнатушке огромное множество музыкальных инструментов. Флейты, дудки, кларнеты, бубны – взгляд попросту разбегался, не зная, к чему прицепиться.

Тем более, пусть жизнь так и не свела Орикса с музыкой, к ней он питал сугубо тёплые чувства. Придумать какое-нибудь четверостишие, что взбредёт в голову по дороге, отстучать ритмичную мелодию, пока занимаешься рутинным делом, вспомнить одну из многочисленных бродящих по тавернам песням – всё это частенько сопровождало его в дороге. И вот теперь, пребывая в лёгкой размеренной скуке, повезло посетить довольно интересное место. Пожалуй, орк-полукровка так увлёкся любованием местными товарами, что даже не заметил, как возле него оказался продавец:

– Прошу прощения, чем я могу вам помочь?

Орикс обернулся и увидел совсем уж седого старика. Длинные посеребрённые волосы, хоть и аккуратно причёсанные, спускались до плеч и сливались воедино с колкой бородой, практически достигающей груди. Лицо его покрывали морщины, и всё же он не выглядел прямо-таки старым. Лет шестьдесят пять, может. Да и сам по себе – явно уставший к концу дня, но довольно бодрый.

Облачён продавец был в голубую хлопковую тунику – такие часто предпочитали южане – и не слишком сочетающийся с ней бледно-коричневый жилет вместе с такими же брюками. Надеть на него длинный балахон, и вышел бы волшебник, сошедший прямиком со страниц сказок. Но и так старичок выглядел весьма добродушно.

– А, я… – даже замялся Орикс, чуть вздрогнув от его появления. – Я… Я пока просто посмотрю.

– Вы ищите что-то конкретное для своей души? – старик встал рядом и с безмятежным взглядом взглянул на выставленный на витрине инструмент. – У этой скрипки богатая история. Когда-то её струны протягивали свои мелодии во многих концертных залах.

– Вы продаёте её? – спросил полуорк, прекрасно осознавая, что купить её у него никак не выйдет.

– Ох, боюсь, что нет, – продавец покачал головой. – Разве что в этом непросвещённом городишке кого-то и в правду заинтересует сей экземпляр.

– А за сколько продаёшь, если в правду интересует?

– Одна тысяча восемьсот флоров, как есть, – дедушка взглянул на скрипку, переводя глаза на хмурую улицу. – Торг, конечно, возможен, но не особенно надейтесь на снижение цены, – добавил он, осматривая Орикса. Тот совсем не походил на клиента, у кого могла водиться нужная сумма.

Орк-полукровка достал кошель, разгрёб пальцами остатки серебра. Золото он недавно отдал в пабе, чтобы можно было помянуть погибших охотников. Сейчас бы оно очень пригодилось, но что есть, то есть. Это был его выбор, и жалеть о нём не стоило. По крайней мере, те деньги ушли на благое дело.

– Двадцать… Тридцать пять, шесть, семь. Это шестьдесят и ещё сорок… – принялся пересчитывать он остатки своих запасов. – Скажите, у вас есть, что подешевле?

– Полагаю, мы сможем что-нибудь подобрать…

Немного задумавшись, старик направился к прилавку, позади которого аккуратно мостился довольно крупный стеллаж. Под нос он стал напевать простую мелодию, бесконечно повторяющую одни и те же ноты.

– Я рискну предположить, исходя из ваших относительно скромных возможностей, что вы ищите какой-нибудь инструмент, что вряд ли будет стоять где-нибудь в концертном зале или в гостиной. Если только вас не отправил сюда непосредственно ваш хозяин, – Орикс тут же отмахнулся.

– Нет, мне бы… Чтоб с собой таскать можно было…

– Что ж, планируете стать странствующим песенником? – улыбнулся продавец, доставая с одной из полок увесистую коробку.

– Нет… Просто хочется, чтоб сыграть что-нибудь можно было, – ответил орк-полукровка более спокойно. В самом деле, он и сам не знал, с чего его потянуло в эту лавку.

– Тоже причина, – кивнул старик и принялся перебирать странного вида предметы. – Мандолину, что очень любят менестрели на севере, или гитару, что в последнее время получила распространение у южан, я вам предлагать не стану. По разным причинам. Но мы можем рассмотреть для вас карманные варианты.

Орикс взглянул на содержимое. Непонятные инструменты, неизвестно как звучащие. И всё-таки один вариант ему показался весьма интересным.

Конструкция, похожая на крючок, внутрь которого продели металлический язычок с ниткой. Вроде проста на вида, но оттого вводящая в лёгкое недоумение.

Старик пояснил, что это варган – инструмент, которые при обрядах использовали портузеанские шаманы. Народ Солнечного Архипелага на протяжении всей своей истории использовал его для, как назвали это северные гости их островов, гармонизации сознания. Его мелодия сопровождала любой праздник или пир в тесном соприкосновении с барабанами. Но, если различные виды ударных в том или ином виде нашли своё распространение среди вольных земель, то варган, как бы его не называли разные народы, отчего-то приглянулся только говорящим с духами.

Конечно, находились умельцы, что овладевали искусством создавать на этой причуде по-настоящему чарующие мелодии, но их было несравненно мало, если глядеть на общее количество музыкантов.

Орикс, пусть никогда не посвящал себя учёбе подобного рода, шаманским инструментом заинтересовался. А цена всего в сотню монет, если переводить на имеющееся серебро, только убедила в том, чтобы приобрести варган. А когда старик показал, как именно правильно играть, орка-полуркровку уже было не отговорить.

Конечно, ни первая, ни вторая попытка не принесли музыки такой же красоты, как от мастера. Тем не менее, «сокол» был крайне доволен.

Пока продавец убирал короб, полуорк решил поинтересоваться, что же такой, явно сведущий в мелодичном искусстве человек делает в подобном захолустье, как он сам говорил. Дедушка в ответ лишь усмехнулся, но поведал, что раньше преподавал в консерватории, а после того, как его заместили, он предпочёл найти более тихий уголок, куда можно было бы привнести небольшую частичку искусства. Тем более, что странствующие торговцы очень часто продавали музыкальные инструменты. Хадрия, как в меру спокойный и защищённый городок, подошла идеально. Хоть и оказалась куда менее приветлива к элегантности мелодий. Впрочем, к своей цели он постепенно двигался и даже вернулся к учебной деятельности. Пусть и в более скромном заведении.

Что же касается Орикса, то после своей покупки он вышел на полумрачные улицы куда более воодушевлённым. Поднеся варган ко рту, он прикусил его губами и, потянув за нить, как показал ему старик, попробовал наиграть простую мелодию. Вышло не слишком удачно, но для полуорка, нашедшего для себя способ развеять тяжесть на душе, сейчас и этого было достаточно. Неспешными шагами под светом фонарей, он направлялся обратно в гостевой дом…

***

Какой смысл от трофейного оружия, если не можешь им воспользоваться в бою? Пожалуй, никакого. На подготовку, чтобы отточить умение использовать её с остротой, подобной фамильной катане, уйдут годы, которых у Норико просто нет. В коллекции её тоже не удержишь. Мало того, что оружие просто негде хранить, оно привлечёт ненужное внимание, да и взор не порадует. Пожалуй, получив её таким образом, островитянин отбил последнюю ценность, что она могла принести.

Он шёл по улицам Хадрии, выискивая человека, что мог бы верно оценить столь необычный экземпляр. Раз уж появились свободные часы, стоило потратить их с пользой, чем тратить время на бесцельное сидение в казарме.

С одной стороны, с виду она ничем не отличалась от других. Разве что в руке чувствовалась несколько тяжелее. С другой же, её клинок был покрыт странным белым напылением, контрастно выделяющимся на фоне стали, из которой обычно его создавали. Что это за материал, даже предположить не удавалось. Перебирая разные варианты у себя в голове, «сокол» так и не пришёл.

Вполне вероятно, что шпагу сделали из какого-то особо редкого металла, который просто так на рынках или в кузнях не найдёшь. Подобные оружия Норико часто замечал у тех, кто главенствовал над отребьем, что первое обычно падало на землю под натиском боя. Даже Билл Гройс, чёрт его дери, имел при себе кортик со странным, отливающим сумеречной синевой лезвием.

Наверняка Лангедросса с учётом каких-никаких его регалий мог позволить себе что-то подобное. По крайней мере, для командира это было бы вполне в духе.

Что же касается другого варианта, материал являлся очередной трансформацией серебра. Современная металлургия достигла немалого успеха и начала превращать сталь, бронзу и другие, казалось бы, незыблемые в определённых областях компоненты в что-то совершенно новое. Даже фамильная катана, пусть она и появилась очень давно, являлась одним из первопроходцев в этом ремесле.

Поэтому островитянин питал определённые надежды, что кто-то сможет подсказать, что делать с подобным трофеем. И, пожалуй, они даже оправдались.

***

Пусть многие мастера уже закрыли свои двери, одного кузнеца на самой окраине Хадрии Норико сумел отыскать. К счастью, когда он покидал дом «Змеиных арий», то додумался стянуть у Розы слегка подранную накидку, поэтому теперь не выглядел, словно полнейший оборванец.

Конечно, заявившийся в уже довольно позднее время путник вызывал определённые подозрения, но находящегося уже в почтенном возрасте мужчину он сумел заинтересовать.

Оружие и в правду выглядело великолепно. Мало того, что само по себе оно сделано весьма необычно, его ещё и поддерживали в прекрасном состоянии. На самом деле, сам Норико привёл его в презентабельный вид после того жуткого побоища. На одном из привалов он только этим и занимался, пока остальные «соколы» предпочитали его не трогать. Кропотливое отношение, даже не взирая на лёгкое помутнение в голове, дало свои плоды. Мастер был в восторге от шпаги. Оставалось только узнать цену.