Текст книги "По следу пламени (СИ)"

Автор книги: Доктор Вэнхольм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 42 страниц)

Он довольно быстро обрисовал возможные нюансы, а затем троица из одного оказавшегося совершенно случайно впутанным во все эти события бандита и двух людей, что ещё десять минут назад являлись друг для друга врагами, а теперь вышагивали вперёд, поравнявшись, направилась в темноту логова «Некрокульта»…

***

Чёрный не соврал. Пожалуй, если бы Орикс направился в шахту самолично, то мог заплутать уже на первом разветвлении. Различных проходов было много. Какие-то уходили в стороны, какие-то спускались вниз, но неизменно культист, проходя мимо и ведя их всё глубже, комментировал каждый.

– Там завалено, а там тупик и куча трупов, – равнодушно указывал он то на ступени, следующие под откос, то на коридор, в котором понемногу догорал одинокий фонарь.

Последствия побоища выглядели ужасно. Множество мёртвых тел, разлившаяся кровь, царапины и вмятины на стенах. Ни одни, ни вторые не жалели друг друга и встретили здесь свою смерть. Сам факт этого тяготил и наёмника, и пленника. Что один, что второй, когда мертвецов на пути стало слишком много, замолчали и продолжили путь в кромешной тишине.

И только когда троица дошла до комнаты, где также пали трое сражавшихся, а на полу чёрными чертами остались следы выгоревшего масла, серый подал голос:

– Так, похоже здесь Киррес запер твоего этого… эльфа, – задумчиво произнёс он, обращаясь к Ориксу. – Вон как щедро пол полил.

– У нас в проходе слева псарня была, – дополнил его культист. – Мы там дрейков держали, так что туда лучше не соваться.

– А как они там не задохнулись? – принюхавшись, спросил Орикс.

– Не знаю. Может, и задохнулись, – пожал плечами чёрный. – Но они злые были, как тёща моя, упокой Творец её душу. Кидались сразу, как кого увидят. Только наездников своих не трогали, но те наверняка мертвы уже давно, так что лучше обойти.

– Дыма, конечно, много было, – процедил серый, с явным скепсисом смотря в указанном направлении. – Ладно, если что, вернёмся потом, коль ты у нас решил соврать. И добрым тогда я уже точно не буду. Идём дальше, только не вляпайтесь.

Орикс сделал шаг, проводя его взглядом, а затем отодрал с пола чуть прилипший ботинок.

– От же ж… Не застыло чуток, – недовольно проговорил он, смотря на чёрное пятно, покрывшее собой переднюю часть подошвы.

– Дальше там тоже надо аккуратно идти, а то там пещера всякой хе*нёй поросла…

И вновь культист был точен. Небольшой участок подземелья укрывали странные пурпурные лианы, оплетающие стены. Часть из них выглядела обгоревшей и теперь осыпалась, убрав свою вуаль с торчащих грибных шляпок. Тем не менее, некоторые всё ещё оставались целыми и по-прежнему, если так можно выразиться, цвели и пахли. Сопровождающие Орикса сразу же зажали носы и двинулись вперёд с большей спешкой.

– Тебе советую сделать то же самое, – бросил ему чёрный, не оборачиваясь.

– Понял. Чем тут так воняет? – запах и в правду стоял весьма специфический: гарь, тухлятина и какая-то резкая дрянь, словно из мастерской какого-нибудь сумасшедшего изобретателя.

– Да хе**ёй вот этой, – кивок в сторону грибов окончательно уверил Орикса в очевидной догадке, но он всё-таки переспросил.

– Грибы?

– Ага.

– Здесь целая колония, – процедил Орикс, когда они покинули пещеру. – Тут же скальная порода. Откуда они здесь?

– Эта хрень под землёй всегда растёт, – ответил внезапно наёмник, прикрываясь воротом накидки. – Тут сыро, а она это дело любит. К тому же, грунт в основном мягкий, так что ей расти и расти можно.

Впрочем, когда пурпурные заросли остались позади, то перестали быть проблемой. Зато впереди замаячила ещё одна. Вернее сказать, расползлась, как утренний туман.

Сизая дымка, густая, подобно знатно постоявшему в тепле молоку, струилась параллельно полу. Она целиком окутывала коридор, заставляя холодный камень исчезнуть под покрывалом. А лёгкое свечение, испускаемое ею в кромешной темноте, вызывало где-то на подкорке сознание скребущееся чувство опасения, что именно здесь может произойти что-то очень нехорошее. И, к сожалению, возникло оно у всех троих.

– Это твоих ребят дело? – хором спросили Орикс с наёмником, обращаясь и к друг другу, и к культисту одновременно.

– Нет, среди наших магов-то не было, – сразу отрезал серый, для пущей уверенности взмахнув рукой. – Да и с тёмными колдунами мы дел не имели.

– Значит, твоих, – рассудил, начиная немного нервничать, орк-полукровка. – Отвечай, что происходит.

– Я не знаю, – открестился тут же «пленник», выставив ладони перед собой. – У нас за тьму только Резмир отвечал, но его тут не было.

– Какую ещё тьму? – «сокол» инстинктивно сделал шаг назад, надеясь в случае чего убраться куда подальше.

– Ну, стихию тьмы, – пояснил ему прислужник «Некрокульта». – У нас… Вернее, теперь уже у них магов-то немного было. А здесь только Фрулам, но она больше по боевой волшбе была. Да и помощник её такой же. А этот проклятый чёрный тут уже долго не появлялся.

– У тебя монетка серебряная есть? – прервал вдруг его Орикс.

У деревенщины с собой ничего не оказалось, а вот наёмник подсобил. Получив пятак альтагарских лон, бандит вышел чуть вперёд, покрутил кругляшок между пальцами, а после бросил его вперёд, поясняя.

– Я как-то работал в шахте на востоке. И там нам говорили: прежде чем вглубь соваться, брось вперёд монету. Это ведь серебро, а оно практически со всем, чем можно, реагирует. Если там вдруг яд, мы это узнаем.

Лоны полетели вперёд, бряцнули о пол характерным звоном, прокатились на ребре и, легонько шкрябнув, окончательно остановились. В последний момент, как Орикс успел заметить, с ними ничего не произошло, поэтому он уже без опаски шагнул в дымку.

– Значит, обычная тьма, – процедил он то ли с разочарованием, то ли с облегчением. – Спасибо, – и кинул поднятый серебряник, ничуть не изменившийся, обратно.

Наёмник, хоть и поймал его ловким движением, но в карман убирать не стал. Приметы среди народов южан имели огромное значение, и, пусть на глаз деньга осталась неизменной, погрузившись во тьму, она могла навлечь её на человека, что был её обладателем. Ради собственного спокойствия, серый аккуратно положил её на небольшой каменный выступ и предпочёл навеки о ней забыть.

– Какая разница? – взглянув на эту картину, поинтересовался Орикс. Он и сам знал множество примет – всё же, неоднократно путешествовал по тамошним степям – однако разум отказывался их принимать. – Всё равно худшее, что может произойти, так это если мы здесь останемся.

Знал бы он в тот момент, что его слова вполне могут оказаться пророческими. Пусть дымка теперь чуть потеряла в чувстве опасности, ступать через или сквозь неё всё равно не хотелось. Культист уверил, что ловушек здесь нет, и никакая потаённая кнопка, что так удачно скрывается пеленой, не запустит стрелы из стен или что ещё смертельно неприятное.

И всё же полуорк доверился ему. Сделал шаг, затем ещё один. Попытался движениями ног развеять сизую хмарь хоть немного, но тщетно. Сплошная гуща. И всё-таки он заметил, что тьма тянется из одного конкретного места – из небольшой комнаты, аккуратно притаившейся чуть дальше по коридору.

– Что там? – настойчиво спросил Орикс у следующего за ними чёрного.

– Я… не уверен, – замялся тот. – Там вроде сделали что-то вроде храма для тех, кто постарше у нас по… должности. А остальных туда не пускали. Меня тоже.

– Понятно, – изрёк флегматично «сокол» и направился к проёму.

– Что понятно-то? – уточнил наёмник, удивляясь возникшей в голове спутника цепочке.

– А это мы сейчас и узнаем, – шумно выдохнул орк-полукровка и, перехватив Оружие заглянул внутрь. – Ну, не подведи, – бросил он кому-то почти шёпотом, заставив переглянуться солдата Лангедроссы с культистом.

Комната встретила разочарованием. Пожалуй, ожидания чего-то жуткого, что могло заставлять всё закутываться в дымку, повышались с каждой секундой, а когда взору предстала выдолбленная коробка три на три метра, над полом которой клубилась точно такая же пелена, рухнули, растрескавшись осколками.

Маленькое помещение. Тёмное, потому что ближайший источник света находился в коридоре. Разграбленное, словно здесь побывали воры. Или по крайней мере один – Галантий. Вещи раскиданы, некое подобие алтаря потрёпано, а посреди всего зрелища лежит раскрытая шкатулка с неестественно кровоточащим сердцем.

Зрелище пугающее, но, пожалуй, могло быть и хуже. Орикс взглянул на всю эту картину, нервно сглотнул, а потом предпочёл развернуться прочь.

– Здесь ничего нет, – махнул он рукой своим спутникам, что предпочли ожидать чуть поодаль. А затем вдруг застыл.

Где-то позади на уровне пола что-то смачно хлюпнуло. Будто какая-то тварь со всем своим аппетитом впилась в сочный кусок мяса. Орикс дёрнулся, оглянулся назад, но увидел лишь пустую комнату.

– Это твоих рук дело? – сердито спросил наёмник у культиста, схватив того за грудки. Он в ответ лишь замахал руками.

– Да каким образом!? – попытка выбраться, правда, потерпела неудачу. – Я же с тобой тут стою.

Их перепалка зажгла внутри «сокола» новый порыв ужаса. Дымка не спадала, а, казалось, густела ещё сильнее и постепенно поднималась. Пространство на несколько сантиметров ниже колена невозможно было разглядеть и до этого, а теперь пелена словно заслонила собой и немного выше.

Ещё два хлюпа привлекли внимание Орикса. Смотреть в ту сторону ему совершенно не хотелось. Тем более, что в этот раз они заставили прервать конфликт между бывшими врагами. Те практически синхронно уставились на проём и приготовили оружие. И взгляды их полуорку очень не понравились. Настороженность и готовность, по крайней мере, одного набить морду другому сменились испугом, постепенно превращающимся в ужас.

– Страшное я уже видел. Страшнее уже не будет, – процедил себе под нос Орикс, вспоминая мучительные смерти бедолаг в лагере «Некрокульта» под Хадрией, а затем резко обернулся в комнату.

Страшнее было. И у трёх человек появился реальный шанс присоединиться к остальным, оставшимся в этой братской могиле…

Глава 46

Чудовище, показавшееся из темноты маленького храма, ужасало. Огромные костлявые руки, ухватившись за стенки проёма, подтягивали вперёд массивную фигуру. Изгибаясь в нескольких местах, они будто собирались из множества более мелких частей, отобранных у самых разных людей. Тело больше напоминало мясную бесформенную груду. Сквозь полупрозрачную субстанцию можно было разглядеть, как бурлят внутри небольшие светящиеся огоньки, выделяющиеся чуть более светлым оттенком на фоне синей эктоплазмы.

Череп твари словно изрядно раздробили сапогом, причём несколько раз. И она явно не радовалась такому исходу. Пустые глазницы, наполненные чернотой, горели ярким пламенем, заставляющим царящий в тоннелях полумрак расступаться перед приближающимся исчадьем.

Спутники Орикса от такого зрелища буквально остолбенели. Они и до этого старались держаться подальше от комнаты, и даже бывший служитель «Некрокульта» не стал удовлетворять своего любопытства, а теперь и вовсе кое-как сдерживался, чтобы не дать дёру. Впрочем, что он, что наёмник остались на месте с оружием в руках и приготовились к бою. Наступать они, разумеется, не собирались. Впрочем, никто бы, наверное, не зная, что за неведомая хтоническая дрянь внезапно появилась перед ними, не стал бы сразу бросаться на неё.

Орикс же стоял практически вплотную к появившемуся чудищу. И глядел прямо на него.

– Етить твою… – только и успел прошептать он, сделав пару шагов назад и уткнувшись спиной в шершавую стену.

А затем тварь завопила…

***

Оглушительный крик разнёсся по коридорам самым настоящим ураганом. Причём произошло это настолько неожиданно, что и Норико, и Роза, и Кора, и Галантий чуть не упали на пол. Тем не менее, всё закончилось также быстро, как и началось, и когда квартет «соколов», пошатываясь и унимая звон, по-прежнему стоящий в ушах, окончательно встали на ноги, некши тихонько спросила:

– Что это было?

– Не знаю, – холодно отозвался ей островитянин.

Вопль и в правду не походил на человеческий. Слишком резкий, слишком натянутый. Так могли выть мертвецы на кладбище или какая-нибудь проклятая тварь, но никак не представитель рода людского.

После того, как банда покинула покои почившей Фрулам, Норико убрал свои катаны в ножны. Шахта была пуста, так что он не волновался, что кто-то мог на них накинуться. Теперь же пришла пора оружию вновь оказаться в руках.

– Идём тихо, как мышь в пшене, – сквозь зубы процедил он и направился вперёд.

Остальные последовали за ним. Галантий и Роза – с кинжалами. Некши ещё и призвала на помощь «Волшебную руку», хоть та необязательно могла пригодиться. Обратиться к звериной форме Кора уже не могла – слишком много сил потратила – а главным её оружием в человеческом облике была дубина, что осталась где-то в фургоне. Поэтому друидша вооружилась первой попавшейся палкой, что, видимо, должна была скреплять опоры.

***

Шансов убежать у Орикса уже не было. Единственное, что он успел сделать, так это закрыть уши, прохрипеть защитное заклинание, а затем закричать что есть мощи:

– Бегите!!!

Когда «соколы» дошли до коридора, призрак полностью выбрался из осквернённого храма. И стоило им оказаться вблизи, череп с хрустом, будто чудовище само себе сломало шею, повернулся и уставился прямо на бандитов.

Холод мигом прошиб всех четверых. Мурашки пошли по коже, сердца застучали подобно молотам. Шерсть у Розы вздыбилась, а ладони рефлекторно покрылись инеем, готовясь запускать заклинание.

Норико оказался ближе всех и, как только горящий взгляд направился к нему, обомлел, застыв на месте. Катана едва не выскользнула из рук, когда тело призрака в виде огромного облака дыма нависло над ним. И всё же островитянин попытался ударить.

Сквозь полупрозрачную оболочку чудища, если присмотреться, вполне можно было разглядеть, что находится позади. Воин даже не имел уверенности, что лезвие сумеет коснуться твари, но запустил катану рубящим ударом… Не вышло.

Костлявые руки, развернувшись, будто их буквально оторвали от тела, устремились к «соколу» и схватили его подобно защёлкнувшимся клешням, а затем перевернули того в воздухе. Оружие, бряцнув, упало на каменный пол, а его обладателя сковало, подобно муху в паутине. Тварь вновь завопила, разве что менее громко, чем в прошлый раз, и от тела Норико в её сторону устремились небольшие поблёскивающие голубоватым светом частицы.

– Ать, чёрт, чтоб тебя! – извивался он, будто живец на крючке, но костлявые ледяные руки сдавливали его всё сильнее.

Подобраться к чудищу вплотную было невозможно. После провальной попытки атаковать от островитянина Кора в этом убедилась. Девушка попыталась подобраться ближе, но её обдало столь жутким могильным холодом, что делать ещё шаг она просто не решилась.

Роза и Галантий пока оставались позади. Эльф так и вовсе побледнел и полностью растерял ухмылку, сохранявшуюся даже после разнёсшегося крика и первых пробежавших мурашек. Теперь ему не хватало лишь седины. Он сделал шаг назад, практически сполз по стене и, держа перед собой дрожащий кинжал, стал шептать.

А где-то за призраком находился Орикс, что успел окрикнуть своих, а после замолчал. Друидша его не видела, но прекрасно понимала: нужно ему помочь. Не придумав ничего лучше, она достала последний оставшийся флакон с лечебным снадобьем, найденный где-то снаружи у одного из наёмников, а затем громко сказала:

– Орикс, лови!!!

На фоне разгорающегося воя, что даже не думал останавливаться, взволнованный голос девушки прозвенел подобно колоколу. Услышали его все, в том числе и орк-полукровка, поэтому и сразу приготовился принимать, что бы ему не бросили. Впрочем, даже так летящий пузырёк стал неожиданностью, когда буквально появился из эктоплазмы. И всё-таки он был пойман, хоть и успел несколько раз опасно подпрыгнуть в ладонях.

***

Видя весь творящийся ужас, Роза приняла единственное возможное решение. Об экзорцизме и борьбе с нечистью она мало что знала, но, приметив, что физические атаки не причиняют чудовищу никакого вредя, она попыталась применить «Волшебную руку». По крайней мере, так усмотрели её глаза.

С учётом того, что и использованное заклинание, и появившаяся тварь в сути своей являлись призрачными, это вполне могло возыметь какой-то эффект. Правда, как при помощи подобного колдовства можно нанести урон, некши так и не узнала, поэтому решила перекрыть монстру зрение.

К сожалению, не вышло. Он так и продолжил, наращивая свой рёв, вытягивать из Норико частицы энергии. Или его души. Тут уже как расценить.

***

Долетевший подарок придал Ориксу капельку радости. Впрочем, пока что для неё, что для флакона со снадобьем пока что было рановато. Тем не менее, в голову «соколу» пришла одна идея.

Убрав микстуру за пояс, он крепко взялся за меч, а затем с силой ударил о стену. Лезвие звонко стукнулось о камень, выплеснув в месте соприкосновения сноп искр. Сейчас было даже не возможного недовольства. Только спасение жизни от этой твари.

На спутников надеяться не приходилось. Что серый, что культист после первого вопля стали белее, чем обрамлённые мрамором ступени. И пусть оружие всё ещё находилось в их руках, приближаться они не спешили. Бросив на них короткий взгляд, орк-полукровка лишь разочарованно цыкнул, а затем устремил лезвие в сторону призрака.

Если осколки сработают также эффективно, как на входе в шахту, цены им просто не будет. Разве что без взрыва, иначе все окажутся погребены под смертельным завалом.

На кончике лезвия блеснула белёсая вспышка. Подобно светлячку она подлетела к призраку, взор черепа которого был устремлён на других «соколов». Тело же недвижимо покоилось, зависнув в воздухе сизым облаком. Пущенный Ориксом огонёк проник внутрь, а затем, словно в место ударила молния, резко расширился, разлетевшись осколками в разные стороны.

Чудовище тряхануло. Его вой мигом оборвался, а эктоплазма частицами осела на камень. Впрочем, даже несмотря на то, что заклинание Орикса сработало, и один из горящих глаз чудовища оказался поражён, призрак даже не думал двигаться с места. Пусть он и выронил Норико из своей ловушки, и островитянин поспешил отползти в сторону. Теперь перекошенный взор с хрустом обернулся назад, с хрустом делая полный оборот, и полуорк заметно занервничал. Вдалеке, за сводами заброшенной шахты, ему даже послышался зловещий раскат грома, не предвещающий ничего хорошего.

***

Островитянин, на ходу подбирая выроненную катану, передвигался подальше. Кривя лицо от боли, от отказывающихся слушаться конечностей, он кое-как добрался до Розы и только после встал на шатающиеся ноги.

Рваться сейчас в ещё одну атаку он не собирался. Вторая подобная промашка может стоить очень дорого, и пусть чудовищу сумели нанести урон, вряд ли для него это стало фатальным. По крайней мере, оно больше не издавало свой ужасающий вой.

А вот Роза двинулась вперёд. После того, как выпущенные Ориксом осколки пронзили призрака, юная волшебница поняла, что магия на него всё-таки работает. Как только она прошептала себе под нос заученное наречие, её руки вспыхнули. Правда, в отличие от обычного пламени, стали источать не жёлтый, а холодный серебристо-белый свет. И никакого тепла не несли.

Пока чудовище отвлеклось на полуорка, некши побежала вперёд, не обращая внимания ни на попытавшегося задержать её островитянина, ни на Кору, чей окрик она услышала лишь мимолётно. Оказавшись вплотную к эктоплазме, кошка погрузила свои руки в эту странную густую субстанцию и направила всю оставшуюся энергию, надеясь выжечь тварь изнутри своей песнью льда и пламени.

Когда холод буквально начал вытягивать из неё силы, ладони неистово заболели. Тем не менее, Роза продолжала держать их, и даже вопль призрака не заставил её отступить. По голове будто стукнули молотом, перед глазами всё потемнело. А затем одним застывшим мигом вокруг вновь разнёсся вопль.

Пока зрение ещё было способно видеть всё нормально, морозный огонь опутал чудовище, превратив его в один сплошной факел. Горящие плети заструились вверх и вдруг замедлились.

– Нет-нет-нет-нет! Гори! Гори во имя богов!!! – только и успела прокричать юная волшебница.

Когда же перед взором предстала бездушная темнота, обоняние перестало улавливать затхлое зловоние коридора. По шёрстке прошёлся приятный свежий холодок, и, открыв глаза, Роза увидела небосвод. Удивительно голубой, лишь немного затянутый сизыми тучками.

Маленькие облака подобно далёким кораблям бороздили бесконечную гладь и роняли на холодную поверхность снежинки. Молодая некши так давно не видела, чтобы с неба на землю падали эти белоснежные кристаллики. Пожалуй, в месте, где она жила, где находилась стоянка племени это случилось лишь однажды. Лет десять назад.

Тогда все встретили снегопад с удивлением и опаской. Кто знал, вдруг он уничтожит урожай холодного периода года. По крайней мере, так говорил отец. Но тогда им повезло. Лёгкое покрывало укутало землю, а маленькие котята получили перед глазами невиданное доселе зрелище. Уголёк тогда сказал, что непременно найдёт белоснежный край и принесёт горсточку снега с собой.

Холодные пушинки падали Розе на лицо. Перед глазами продолжало плыть лёгкое марево. Чуткое обоняние улавливало аромат свежести, трав, цветов. Будто и не было рядом ужасной и тёмной пещеры. Словно прямо сейчас юная кошка снова оказалась на родных просторах…

***

Когда Роза ломанулась вперёд, даже выставленный перед ней «посох» не послужил преградой. Некши применила какое-то заклинание, и призрака объяло пламенем. А уже через мгновение толи он что-то сделал, толи кошка что-то сотворила неправильно, но коридор захлестнула ярчайшая вспышка, от которой даже закрыться не было никакой возможности.

Где-то позади упал или камень, или дротик, что собирался бросить Галантий. Сам эльф, судя по каменному шороху, опять сполз на землю. Норико совсем рядом упал на пол, хоть оружие и не выпустил. Кора кое-как устояла на ногах, отвернувшись и зажмурившись. Что происходило на другой стороне с Ориксом, никто не видел, но долетевшее эхом «Мать твою…» на фоне взорвавшегося рёвом чудища хоть немного внушало облегчение на душу.

В момент, когда жуть обуяла разум, Кора выставила свою палку вперёд, направив её на призрака импровизированным наконечником. Разумеется, ни о каком полноценном оружии речи не шло, да и колдовать друидша полноценно не умела. Хоть чародей и понемногу объяснял ей истины, до практики дело не дошло. А какие-то проявления её собственной волшбы были скорее хаотичными, чем полноценно осознаваемыми.

И, конечно, никаких заклинаний девушка произнести не могла – банально не знала, как они звучат. Поэтому в безвыходной, как ей казалось, ситуации она попыталась обратиться к молитве. И хоть отголосками в её памяти ещё мерцали картины, как говорили с богами жители посещённых городов и деревень, ни одну из таких речей, Кора не запомнила. И теперь обращение к Ру-Ань, с которой удалось пообщаться лично, к Уллю – алридинскому богу охоты, которому совершали подношения жители Родищек, к другим, кого только знала друидша, звучало лишь обрывками мыслей и просьбой о помощи.

В нарастающем гуле можно было подумать, что эта отчаянная попытка не возымеет никакого эффекта, но вдруг в голове девушки зазвучал шёпот:

– Дитя… Однажды ты спасла людей… – голос явно принадлежал астелланской хранительнице природы. – И пробуешь делать это снова и снова… Я могу помочь. Скажи только, как…

Перед глазами по-прежнему стояла кромешная белая пелена. В ней мелькали едва заметные серые образы и силуэт чудовища, что будто одновременно распадался на части и собирался воедино, оставаясь недвижимым.

Кора думала несколько секунд. Они показались бесконечно долгими, но друидша дала свой ответ:

– Я хочу… Лишь спасти своих товарищей…

Голос её звучал уверенно, хоть и дрогнул на мгновение. Не взирая на царящий вокруг ужас, она точно знала, чего хотела, пусть и не знала, каким способом этого можно достичь.

– Хорошо, – богиню слова девушки вполне устроили. Наверняка, если бы её можно было увидеть, Кора сумела бы лицезреть лёгкую улыбку. – Но взамен я попрошу кое-что сделать…

Услуга за услугу. Негласный контракт, предлагаемый богом. Пусть сковывать себя такими оковами, что могли обернуться в сути своей чем угодно, совершенно не хотелось, по крайней мере их предлагала Ру-Ань. И просьбу она исполнила сразу.

Могильный холод растопила приятная теплота. Словно исходящая от камина, она окутывала холодную шахту и заставляла пелену постепенно утекать. Когда Кора открыла глаза, никакой вспышки уже не было, и сам призрак уже не выглядел факелом. Его силуэт превратился в ярчайший пожар, воспылавший не ледяным пламенем, испускаемым Розой, а горящим заревом.

Впрочем, продолжалось это недолго. Рыжий огонь постепенно утих, вернув привычный морозный вид. На стенах, стоило костру затухнуть, возникли рунные письмена. По виду они напоминали алридинские. Хотя кто знает, какому народу могли принадлежать на самом деле.

Чудовище с их появлением совсем опустилось. Его вой, становящийся всё менее громким и всё более прерывистым, прекратился. Дымное тело осыпалось комками эктоплазмы, открыв вид на тёмный коридор.

«Соколов» последний вопль твари изрядно потрепал. Что Норико, что Галантий кое-как пытались подняться на ноги, держась за голову, будто она готовилась вот-вот отлететь будто брошенный камень.

Роза лежала впереди, закиданная призрачными останками. Кора даже не могла разглядеть, где она находится. Призрак развалился таким объёмом, что своими частями загадил большую часть прохода. А позади этой огромной кучи ещё валялся Орикс и два его спутника. Состояние тех оставалось загадкой, но, по крайней мере, они дышали.

Кора, пошатываясь, подошла к Ориксу. Выглядел тот скверно, но не критично. Последний пузырёк, что изначально предназначался ему, теперь точно стоило отдать некши, оказавшейся в самом эпицентре божьего изгнания.

К счастью, смерть обошла её стороной. Стало ли тому вмешательство Ру-Ань или что-то иное, Кору не слишком волновало. Главное, что кошка была жива. Она лежала на спине, и, хоть её руки и находились в несколько неестественно вытянутом положении, никаких видимых повреждений на ней не имелось. А вот последствия применения магии проявились во всей красе.

Как только друидша тронула свою спутницу, та резко открыла глаза, и очи её засветились так ярко, будто прямо в данный момент, в эту застывшую секунду она творила свою волшбу. Немного отстранившись, Кора достала из своих запасов пузырёк Энгширской смолы – чёрной густой субстанции, что служила великолепным средством для лечения ран – и нанесла её частицы на слегка обгорелую шерсть. Пусть она и не могла разглядеть раны, да и главной проблемой стопроцентно являлся её источник магии, но чем ещё зверолюдке можно было помочь, девушка просто не знала. Аккуратно запрокинув голову, она влила ей в рот немного целебного снадобья, а затем вытащила небольшой зеленоватый корешок, сморщенный на вид и пахнущий так резко, что начинали слезиться глаза – офриновый корень.

Обычно в перемолотом виде он использовался в составе некоторых лекарственных снадобий, но за счёт его специфического воздействия на обоняние Кора решила заместить им нашатырь.

Подействовало великолепно. Стоило только корешку оказаться под носом у кошки, она начала сначала осторожно принюхиваться, затем мускулатура на её лице задёргалась, и сама она, резко открыв глаза, тут же отпрянула.

– Боже, что это? – толи с испугом, толи с отвращением спросила Роза, промаргиваясь, и друидша убрала своё средство.

Пока некши пыталась понять, что происходит, руки девушки два раза хлопнули её по лицу, и Кора спокойным голосом с небольшой ноткой строгости произнесла:

– Приди в себя. Перестань колдовать.

– Что? Я не колдую, – рефлекторно замахала руками некши, пытаясь убрать уже не существующую «Волшебную руку». Правда, спустя пару секунд до неё дошло осознание, что дело вовсе не в заклинании.

– Стой! У тебя глаза светятся, как будто ты колдуешь, – Кора остановила ту, и кошка в миг замерла.

– Как светятся? Подожди, в смысле светятся!? – испуганно спросила она, поднеся ладони к лицу и пытаясь уловить хоть какую-то часть от той синевы, что видела её подруга. – Стой, а где мы сейчас?

Осознание дошло не сразу. Пожалуй, даже с небольшим осознанием. В голове не укладывалось, откуда взялся этот тёмный коридор, если только что перед глазами виделись деревья, падающий снег, а обоняние улавливало приятные ароматы цветов. Картина выглядела слишком реальной, чтобы не существовать, но открывающаяся взору картина убеждала в обратном.

– А где призрак!? – очередной вопрос, пришедший с жутью воспоминания, заставил Розу вздрогнуть.

– Всё. Нет его, – друидша выставила перед собой ладони, успокаивая свою спутницу. – Посиди, отдохни.

По крайней мере, кошка находилась в здравом уме. Когда у неё яркой синевой, что, как ни странно, не оставляла никакого света, загорелись глаза, Кора ожидала чего угодно. После всего произошедшего: взрыва, призрака и того странного мужика в чёрном – уже ничему не приходилось удивляться. Но, раз уж волшебница вроде как чувствовала себя неплохо, пока её проблему можно было отложить.

***

Попытка встать на ноги и удержать равновесие обернулась для Норико самой настоящей проблемой. При падении он приложился спиной, да так крепко, что на несколько секунд из лёгких выбило весь воздух.

Сгорбившись, он сначала принял сидячее положение. Огляделся, приводя взор к относительно нормальному зрению, и когда отвратные виды шахты наконец чётко предстали перед глазами, продолжил свой подъём.

Тело слушаться не слишком желало. Голова кружилась, оттого даже устоять поначалу оказалось сложно. Благо, что оружие оказалось рядом, и островитянин сумел воспользоваться им будто тростью. А вместе с тем, как успокаивался его организм, к нему приходило и раздражение.

– Грёбаный Галантий со своими призраками, – повторял он злостно себе под нос. – Грёбаные призраки со своим Галантием. Да я из него весь дух вышибу!

– Норико, успокойся, – подала голос Роза, видя, как из друга гнев пробивается наружу. – А то ты сам так дух испустишь.

В ответ воин только фыркнул. Эльф, хоть и пришёл в сознание, подниматься не собирался. Подперев под собой колени, он глядел на своих товарищей и тоже решил встать. Гримаса страха, что буквально утопила его в шершавой стене, исчезла. На лик вернулись привычное спокойствие и расслабленность, и, как только островитянин подошёл к нему, остроухий произнёс:

– Вот этого страха… Чуть раньше… Вы не видели, – в голосе его прозвучала настойчивость, и, пожалуй, он действительно надеялся, что никто не станет ему припоминать минутную слабость перед чудищем.