Текст книги "По следу пламени (СИ)"

Автор книги: Доктор Вэнхольм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 42 страниц)

Глава 5

Каждый город в мире представляет собой монету, имеющую две стороны. Днём – светлую, которую видно всегда. Которая даже при всём неблагополучии людского поселения будет выставлена на взор случайным путникам и станет говорить им, что здесь у нас не так уж и плохо.

В тени же, на реверсе, всегда таится тьма, распахивающая свои объятия с наступлением ночи. В тот момент, когда солнечный свет окончательно скрывается за горизонтом и уступает своё место серебристой луне, когда на улицах зажигаются огоньки фонарей, а простой люд расползается по своим домам, мрачные переулки открывают свои глаза. У стен появляются уши, холодные взгляды начинают наблюдать за пустыми улицами. Блеск клинков во тьме предупреждает, что вам не стоит показываться, пока спасительный рассвет не придёт вновь. Спасительный от банд, преступников и прочих людей, охочих до вашего кошелька и вашей крови.

Такова сущность городов, меняющихся каждый день. Конечно, есть исключения. Например, Дарфорд, у которого нет светлой стороны. Но было бы странно, если бы этот город, ставший чумным проклятием на карте Империи, выглядел иначе.

А если взять, например, Гриобридж, то днём это будет огромный, спокойный в своей жизни город, существующий в гармонии с окружающей его природой. Ремесленные кварталы будут ритмично отстукивать гулом, треском и лязганьем мастерских. Под солнечным зноем на золотистых полях будут трудиться фермеры. Где-нибудь из башни чародея будет периодически выбрасываться блеск творящегося там волшебства, и жизнь будет идти своим чередом.

А с наступлением ночи, когда торговцы закрывают двери своих лавок, на улицах воцаряется власть темноты. Отмычки в замках и скрежет лезвий, портреты пропавших людей на щитах – та самая жуткая сторона, открывающаяся далеко не каждому. Однако наш герой сумел познать её, как никто другой.

Галант Гервассиус Кефштрассер или попросту Галантий, как он сам себя назвал, являл собой представителя расы цианийских эльфов – жителей лесов восточного побережья Престании. Зелёные, как их прозвали другие, всегда вели и ведут достаточно затворнический образ своего существования. Жизнь их государства построена на гармонии с природными духами, дриадами и лешими, и на суровой теократической власти Кришпуркалианства – религии, полностью отрицающей существование богов, Творцов и любых сил, стоящих выше людской сущности. Пока остальные, даже их собратья: тервальцы, канзийцы, маркнезийцы – считали природу плодом божественного сотворения, цианийцы верили, что именно она является прародителем всего сущего.

От этого к их расе сформировалось настороженное отношение, и, несмотря на восхищение ими в некоторых сферах, даже в сравнении со своими серокожими высокими собратьями, они казались крайне нелюдимыми.

Дело было не только в общем менталитете, но и в структуре власти, являющейся крайне жестокой. Под главенствующим религиозным советом находились представители влиятельных эльфийских домов – своеобразных аналогов людских дворянских родов. Каждый из таких имел внутри собственные законы и идеалы, а владения впору можно было назвать самостоятельными маленькими государствами внутри государства.

Законы, царящие в каждом доме, часто бывали весьма суровы, если не несправедливо жестоки. Так, в том доме, частью которого являлся когда-то Галантий, каждый проступок карался по всей строгости, и часто доходило до того, что, попав в немилость старших членов, можно было отправиться в изгнание или вовсе быть казнённым.

Галантиэлу не повезло стать обладателем подобной участи. Стоило только взять фамильное кольцо во временное пользование, как пути назад уже не было. Прилюдное изгнание, лишение всех потенциальных регалий и двадцать тысяч геонов за голову ничего не понимающего эльфа.

Бежать пришлось в спешке, не взяв с собой ничего: ни денег, ни документов. Разумеется, в Циане оставаться было нельзя, и Галантий ушёл на север. Пройдя через Ундхельские территории, край войн и чумы, он оказался в суровых землях Алридинцев – горном царстве льда, снега и тайги. В тамошних небольших поселениях ему пришлось выживать, полагаясь на не совсем законные методы и ловкость своих рук.

Эльф всегда обладал весьма вороватой, охочей до ценностей натурой, и впервые его извечная слабость пошла ему на пользу. Каким-то непостижимым образом его весьма приметному личику удалось избежать поимки и даже заиметь с продажи краденного какой-то заработок.

Однако долго засиживаться на одном месте было нельзя, поэтому Галантий принял решение отправиться в единственное место, как ему казалось, где представителей его люда жалуют также, как в Циане – город Гриобридж, находящийся в тысячах миль к западу.

Его скитания продлились более года. За это время он обзавёлся некоторым количеством союзников и ещё большим количеством недоброжелателей, однако по-прежнему остался самодовольным одиночкой. Наверное, только богам известно, каким образом ему удалось сохранить свою головешку на плечах.

Впрочем, своего пункта назначения он достиг. Гриобридж, живущий в той же гармонии с природой, как и родная Циана, встретил его размеренным спокойствием. Пусть он и не представлял собой архитектурное чудо, как крупные поселения лесных эльфов, где дома искусно переплетались с устремляющимися к небесам деревьями, дороги были восхитительно украшены ковром из цветов, а соединяющие здания длинные лозы позволяли буквально ощутить себя в полёте и преодолевать расстояния за считанные секунды, но Гриобридж был построен так, дабы не нарушать покой окружающего его векового леса.

И при всём этом город являлся таким местом, где можно было легко затеряться вору-одиночке. За время, проведённое в скитаниях, Галантий настолько свыкся с этим неблагополучным ремеслом, что, оказавшись в центре торговли, потенциальной сокровищнице, где среди множества разношёрстных лавок в гуле толпы раздаётся звон пересчитываемых монет, не мог отказать себе в этом соблазне.

Его собратьев в городе было достаточно, поэтому молодой черноволосый эльф с бронзовым оттенком кожи, вполне заурядными, пусть где-то и симпатичными чертами лица, что особо не отсвечивал на виду, сумел вполне успешно затеряться среди более чем ста пятидесяти тысяч жителей.

***

Ночь была тихой и ясной. Свет луны серебрился по плоским крышам немногих каменных зданий административного квартала. В окнах уже давно не горело ни единой лампы. Все чиновники в такое время давно дрыхнут в своих постелях, да и на улицах можно было встретить лишь одинокого бредущего стражника, несущего свой караул лишь в половину, пока остальная часть его сознания упорно пыталась погрузиться в сон.

Лужи, пятнами растекающиеся по вымощенным брусчаткой улицам, отражали в себе россыпь на звёздном небе. Город спал, отдыхал после тяжёлого рабочего дня. У лесопилок, ферм и мастерских, заполняющих рабочие и промышленные кварталы Гриобриджа, практически не было выходных, оттого каждый работяга, приходя домой после кружки крепкого эля в трактире, заваливался в кровать и начинал храпеть так, что посуда дрожала на полках.

Но снаружи стояла тишина, и лишь ветви окружающих здания деревьев издавали свой расслабляющий шелест под лёгкие порывы ветра.

И вдруг среди этого тихого спокойствия раздался скрип открывающейся оконной рамы. Взобравшись на подоконник, со второго этажа одного из административных зданий спрыгнула фигура в закрытых тёмных одеждах, держа в руках небольшой свёрток.

Не очень-то приятно приземлившись, некто отряхнул одежду от грязи и, прислонившись к каменной стенке, развернул свою добычу. В чуть порванном кусочке ткани оказалась резная деревянная шкатулка, украшенная несколькими белоснежными драгоценными камнями.

– Вот надо было тебе хранить эту штуку у себя на работе, – недовольно зашипел эльф, потирая отдающую болью ногу. – Чтобы я, искусный вор, крутился в такой дыре в попытках заработать пару серебрянников. Аргх.

Да, это был Галантий. К большому сожалению для цианийца, помимо него в городе имелось достаточно много умелых воров и карманников, оттого услуги его ловких ручонок не были слишком востребованы. Поэтому приходилось перебиваться различными мелкими делишками и выбивать каждый медяк в попытках не быть выгнанным тряпками вслед из различных заведений. Подумать только, благородный эльф, и так низко пал.

Галантий на несколько секунд выдохнул, затем завернул шкатулку в ткань и подвесил на пояс. После осмотрелся и зашагал прочь, надеясь не встретить никого из охраны.

– Проверьте, я слышал какой-то шум! – раздался возглас со стороны перекрёстка переулков, куда направлялся эльф. Он резко вжался в тёмную стену, присев за деревянную вывеску какой-то адвокатской конторы, и увидел, как в сторону казначейства, куда он проник буквально пару часов назад, направляются три стража с оружием наизготовку. – Если там опять какой-то оборванец из гильдии, я его ко всем чертям в канализацию окуну.

Галантий дождался, когда эти трое пройдут мимо и отойдут достаточно далеко, а затем свернул в сторону. До этого он хотел выйти на широкие улицы, быстро добраться до места встречи, там отдать шкатулку и получить свои лоны, но теперь решил выбраться переулками на неприметные маленькие улочки рабочего квартала и потратить лишние пару часов, но не попасться никому на глаза.

План в его глазах был шикарен. Исполнение, правда, подвело.

Стоило ему пройти буквально три переулка, как, сворачивая за очередной угол, он лицом к лицу столкнулся с человеком в серой одежде, закрывающим своё лицо шарфом. Мгновение, пересечение взглядов, не ожидавших встретить друг друга, но в секунду ставших серьёзными. Эльф резко выхватил с пояса кинжалы, чтобы тут же увидеть дуло пистоля, смотрящее ему точно промеж глаз.

– Кто таков? – сурово спросил незнакомец.

– Тот же вопрос хочу задать вам-с, – с улыбкой, не опуская кинжалов, ответил Галантий.

– Только не говори, что ты – тот полудурок, который обнёс казначея, – брови человека сердито сузились.

– Как грубо, – шипя, шепнул эльф. – Не обнёс, а лишь забрал то, что не должно принадлежать ему. Опусти оружие, и мирно разойдёмся, – человек смотрел ему прямо в лицо и не думал опускать пистоль.

– Вон он! Лови его, быстро! – раздался окрик позади. Человек метнул взгляд за спину эльфа и увидел отряд стражи с фонарём, указывающий прямо на их парочку.

– От зар-раза, – цыкнул он и, развернушись, рванул прочь. Галантий бросил короткий взгляд через плечо и последовал за ним.

На кражу шкатулки он соглашался крайне неохотно. Самые крупные и удачные цели обычно доставались местной преступной гильдии – Сообществу Невидимых Гонцов. Те же, кто не хотел платить за работу крупные суммы или имел заказы, явно не достойные того, чтобы за их исполнение бралась гильдия, обращался к одиночкам.

С одной стороны, это действительно позволяло экономить серебро, но с другой лишало заказчика большинства гарантий, что его дело действительно будет выполнено.

Галантий, каким бы высокомерным он не был, о своей репутации заботился весьма кропотливо. Правда, безуспешно. Насколько бы не были ловки его руки, из-за своего языка он умудрялся найти проблемы там, где их найти нельзя было в принципе.

Он мог с лёгкостью достать украшение, но затем устроить ссору с заказчиком, отчего среди тёмной стороны города был известен, как весьма неплохой вор, но крайне не рекомендуемый для исполнения хоть сколько-то важных поручений.

Оттого, когда к нему обратился один из членов какой-то местной маленькой банды с предложением, он, хоть и не показывал этого, был рад. К тому же, бандит предложил ему почти полтысячи лон, что для Галантия сейчас являлось довольно существенной суммой.

И теперь, когда эта сумма уже почти была у него в руках, попадаться ему очень уж не хотелось.

– Скажи-ка на милость, неужели так сложно было не приводить сюда стражу, – съязвил Галантий вслед убегающему незнакомцу.

– Кто бы говорил, кретин, – бросил тот в ответ, не оборачиваясь. – Если бы ты не полез к казначею, эти бы сюда не припёрлись.

Он петлял переулками, словно точно знал, куда нужно бежать. Галантий следовал за ним, прикидывая в голове, где можно разделиться и оторваться от стражи. Сейчас они направлялись на запад, прочь от административного квартала прямиком к более бедным промышленным районам. Там, среди мастерских, складов и амбаров можно было легко затеряться. Галантий это прекрасно знал, ведь нередко ему самому приходилось скрываться там от ненужного внимания.

Огромные здания и высокие деревья мелькали по сторонам. Парочка петляла по переулкам и небольшим переплетающимся улочкам, а преследователи всё не думали отставать. В какой-то момент начало казаться, что эти трое начали догонять. Их окрики и топот ног доносились всё ближе. Чуть отстающий эльф уже начал ощущать на себе скрежет их оружия.

Была и ещё одна проблема. Несмотря на опущенный капюшон, его мордашку всё-таки успели увидеть, оттого теперь он боялся не только быть схваченным прямо сейчас, но и того, что его лицо окажется на многих столбах уже завтра.

Они бежали долго, пытаясь запутать стражу, но те всё преследовали их. Размытая дождём грунтовая дорожка с вкраплениями камней уходила из-под ног, но останавливаться было нельзя. Беглецы выбежали на чуть более широкую улочку, вымощенную камнем. Она вела через небольшой мостик, полукругом нависший над линией протекающей тонкой речушки, а уже за ним находился тот самый ремесленный квартал.

Но вот, вбежав на этот мост, незнакомец остановился. Тут же это сделал и Галантий, увидев, что по другую сторону, остановившись под деревянной опорой со щитом, загородив дорогу длинной телегой, стоят ещё пятеро стражей, направив оружие на парочку преступников.

– Будь я проклят, – выругался незнакомец, а затем взял в руку пистоль.

– Сдавайтесь, остроухие! Ни с места! Вам некуда бежать! – прокричал один из стражников, подбежавших сзади.

– Ну и что теперь будешь делать? – эльф не нашёл ничего лучше, как уколоть того.

– Всегда есть, куда бежать, – не обращая внимания на своего вынужденного спутника, вздохнув, ответил незнакомец, а затем, направив оружие на опору, выстрелил.

Вспышка, громкий хлопок, едкий запах пороха и чёрный дым. Крепление опоры разлетается в щепки, и щит, висящий над мостом, начинает крениться прямо на стоящих под ним стражей. Те быстро отпрыгивают в сторону, а стрелок, воспользовавшись суматохой, разбегается, прыгает на ограждение и оттуда тут же сигает в реку.

Через мгновение внизураздался звон водных брызг. Капли воды окропили каменные своды канала, а секундой позже и сам эльф прыгнул вниз. В тот момент ничего лучше он придумать не смог. Конечно, в теории он мог договориться со стражей, но язык чаще выступал его врагом, чем союзником, поэтому перспектива вымокнуть показалась ему более светлым вариантом.

Он всплыл на поверхность и двинулся за незнакомцем, слыша, как стража следует за ними по берегу. Коченея от ледяной воды, плывя в мутной жиже от канализационных стоков, сбрасываемых в водоём, они выбирались за пределы города и остановились, только оказавшись за его стенами.

Первым на берег выплыл человек. Он скинул с себя плащ и шарф, шумно выдохнул и сел, задумавшись, на массивный валун. Галантий догнал его минуту спустя. Весь мокрый и злой он выполз на песок и тут же рукой ощупал ремень. Примотанной шкатулки там не было. Под водой она просто вывалилась из ткани.

Эльф в этот момент почувствовал в себе такую злость абсолютно на всех: на казначея, на бандита, на стражников, даже на незнакомца, что прыгнул в реку и вынудил его сделать то же самое. Только не на себя. Чтобы он, превосходный вор, и упустил такую простую добычу.

А спутник его молчаливо поднялся с камня, взял в руки шарф и плащ и томным взглядом посмотрел на далёкие здания Гриобриджа. Только сейчас Галантий его разглядел.

Мужчина, около тридцати лет, чёрные волосы и ничем не примечательное, заурядное лицо, все черты которого были абсолютно средними. Средний нос, не большие, но и не маленькие губы, обычные карие глаза. Он смотрел на город и с досадой закусывал губу, затем повернулся и зашагал прочь. Напоследок обернулся на эльфа, который стоял, переминаясь с ноги на ногу, и бурчал возмущениями себе под нос.

– Что, так и останешься тут стоять? – совершенно равнодушно на вид спросил он.

– Ой, будто у тебя есть идея получше, – не нашёл ничего другого для ответа Галантий.

Конечно, сделал он это только ради того, чтобы съязвить и ничего более. Эльф и сам понимал, что ему придётся вернуться в город. Но позже. Сейчас нельзя, ибо он ни от стражи не сможет откупиться, ни от заказчика своего уйти.

– Обойди город, зайди с востока, чтоб на легионеров не попасться, – тот пожал плечами. – Либо ляг здесь и жди знамения свыше.

– Ага, а тебе-то самому есть, где ночь переждать? – кинул он в того словами, не понижая градуса своей злобы.

– Есть, только тебе это зачем? Хотя… – он призадумался. – Зар-раза, я об этом точно пожалею… Ты хочешь не перебиваться от заказа к заказу, а работать по профилю своему постоянно?

Галантий на предложение согласился. Рейлунд Вестингтон, так звали ворюгу, привёл его в лагерь банды «Чёрные соколы». Борову болтливый воришка не приглянулся совершенно. Амбал сетовал на то, зачем он нужен, если подобные ему уже есть? А вот для Старика Билла кандидатура эльфа имела какой-то видимый только ему потенциал.

Галантий, несмотря на свою натуру, выходки поумерил и шансом воспользовался. Правда, среди людей он особо не прижился, так и оставшись горделивым одиночкой. Впрочем, даже его периодически приходилось терпеть…

Глава 6

Пасмурное утро встречало лагерь, пребывающий в блаженном спокойствии. Ещё пару дней назад он был заполнен, а сейчас из него исчезла большая часть людей, палатки и некоторые построенные полгода назад наспех хижины. Банда готовилась к перемещению через границу. Когда придут холода, здесь не должно остаться никого и ничего, что может напоминать о «Чёрных соколах». Поэтому Старик Билл заранее продумал все детали.

Лагерь будет разобран до основания, останется лишь частокол, стоящий здесь с незапамятных времён. Деревянные лачуги превратятся в брёвна и доски и будут поставлены уже на другой стороне. Отделённый горными хребтами лагерь встанет на самой северной территории королевства Диаракорум близ какого-нибудь заброшенного поселения.

Многих из банды Билл уже отправил в путь. Если он всё правильно рассчитал, то сегодня-завтра они прибудут или вовсе прибыли на место и начали подготовку к размещению лагеря. Там «Соколам» предстоит выживание в следующие несколько месяцев, и, если повезёт, они смогут извлечь из этого максимальную выгоду.

Ещё одну группу Старик отправил следить за дорогой. Несмотря на то, что их портреты не украшали каждый столб и каждую стену городских зданий, риск, что стража может на них ополчиться, всегда сохранялся. Поэтому в единственное крупное поселение для разведки двинулись несколько не самых приметных членов банды. Выделялся среди них разве что завербованный с пару месяцев назад кочевник. Орк-полукровка зарекомендовал себя, может, не как самый хороший воин, но как крайне полезный с точки зрения грубой силы парень. К тому же, он слишком хорошо знал местные тропы, чтобы отказываться от его умений.

Однако чтобы всё точно прошло гладко, Билл с небольшой задержкой решил отправить туда ещё и Мариссу, свою левую руку, решающую все вопросы, для прояснения которых не нужна была грубая сила. Как-никак, бандиты были падки на пополнение своих кошельков. И эта слабость преследовала любого вне зависимости от группировки или места. Звон монет в карманах нравился всем, оттого всегда была вероятность, что какой-нибудь глупец купится на предложение легионера и сдаст абсолютно каждого. Для того и нужна была Марисса: избежать этой вероятности, а если она и произошла – ликвидировать последствия.

Ещё несколько человек, помимо Билла, Борова и парочки доверенных ребят пока что оставались в лагере. Основная часть припасов отправилась на юг вместе с большинством «Соколов», однако некоторые вещи до отъезда было необходимо сбагрить, иначе в поездке они оказались бы просто ненужным балластом. Благо, что в Гриобридже – ближайшем городе – есть прекрасная возможность для продажи краденого.

***

Обычно, раз в несколько недель, у банды накапливалась куча различного дешёвого и не очень барахла. Компоненты, зелья, оружие и просто всякие предметы, которые нерадивые торговцы и путники таскали с собой. Что-то из этого пригождалось в банде, что-то отправлялось на продажу за деньги или использовалось в качестве бартера.

Иногда среди вещей находилось действительно ценное. Скажем, зачарованные украшения. Такие вещи старались сбыть подороже, однако или избавлялись от них как можно быстрее, пока потерянное не начали искать, или же держали при себе настолько долго, насколько это было возможно, до момента, когда исчезнувшее из рук богатея уже переставало быть нужно истинному хозяину. Обычно в обоз, следовавший в город, нагружали помимо основного груза на продажу ещё несколько мешков с провизией, бочек с вином или любых других товаров, которые с радостью скупали оптом. Всё ради того, чтобы на въезде у местных смотрителей не возникло никаких вопросов. Всё-таки, фургон без какой-либо маркировки будет досмотрен если не в первую, то во вторую очередь.

По этой же причине, в город никогда не отправляли людей, которые только вернулись с дела. Не стоило светить их мордами при потенциальных свидетелях. Исключение могла составлять лишь Марисса, у которой среди разных городских организаций имелись самые разные связи, поэтому за неё в Гриобридже можно было не бояться. Однако пятёрка, что отправится сегодня, точно поедет без неё.

***

– Почему Билл в этот раз нагрузил столько дряни? – возмущался Галантий, затаскивая очередной ящик в изрядно повидавший виды неприметный деревянный фургон. Весь обшарпанный и выцветший, он будто бы уже состарился и был готов закончить свою службу, но всё ещё продолжал трудиться во благо своих хозяев.

Внутри уже лежали четыре мешка, заполненные чем-то сыпучим, несколько ящиков с компонентами для зелий и самими пузырьками, одна сумка с неизвестным содержимым, которую закинул туда Боров и две бочки с дешёвым вином. Снаружи осталось ещё несколько ящиков с различными деталями для инструментов. Их и грузила эта не слишком дружелюбная парочка.

– Чтоб ты спросил, эльф, – чуть оскалился на него Скайлор. – Тут-то всё равно ни черта не осталось. К тому же, мы уезжаем. Нет смысла распродавать абсолютно всё. Что-то под сезон нужно и Диаракорумским сбагрить… Хотя, в чём-то ты даже прав, – демонокровный поставил внутрь небольшой деревянный ящик с полотнами ткани, – Мы бы могли Риззару что-нибудь получше положить. А то это барахло он у нас за бесценок заберёт.

Ещё в шатре уловив звуки беседы, Норико отодвинул кусок ткани, служивший дверцей, и направился в сторону товарищей. Оказавшись из полумрака на дневном свету, он немного сощурил свои и без того узкие глаза. Оглядел пустующий лагерь, заприметил свою подругу и направился к ней. Бросая взгляды на тёмные земляные пятна, оставшиеся от убранных палаток, он возвращался назад в своих воспоминаниях и, задумавшись, прикусывал губу.

Опять… Опять куда-то бежать. С той поры, как полтора года назад они с Розой бежали из Дейских лесов, у них не было ни одного спокойного месяца. Да что там месяца – даже недели не было, чтобы они могли осесть где-нибудь и перестать беспокоиться за свои жизни. Может быть, юная некши не понимала этого. Не понимала того, что за их душами долгое время следовала сама смерть в ликах нескольких наёмных убийц. Они пали в бою, но их тени всё ещё прятались во тьме. Норико знал это.

Он был буквально одержим этим. Паранойя не давала ему успокоиться, до безумия он проверял абсолютно всё: еду, воду, людей, у которых снимали жильё. И ведь были основания для этой паранойи.

Они избегали городов, но даже в небольших деревушках у бревенчатых стен домов находились уши и алчные языки, готовые продаться за горстку инов или диаров. Подумать только, самое безопасное место, как ни странно, оказалось среди разбойников. Среди люда, который до этого Норико презирал… И до которого сам в итоге опустился. По крайней мере, им было плевать на то, что парочку из островитянина и девчонки-некши кто-то разыскивает. Они ничего не разнюхивали, не спрашивали. Пока воин мог рубить своими катанами, а кошка хорошо управляться с травами, они были частью команды.

– Но-о-орико, ты в порядке! – как только самурай возник на глазах, затянула Роза и, вскочив с бревна, бросилась к нему в объятия.

– В порядке, – вторил тот, приобняв некши и тут же отстранившись. – Было бы странно, если б было иначе. Что у тебя тут?

– Скоро уезжаем, – чуть грустно бросила она. – Почему мы не можем всё время оставаться здесь? – обернувшись через плечо, кошка явно обращалась к Мариссе, но та к этому моменту, встав, направилась к Биллу и Борову, оттого слова, развеявшись по ветру, прозвучали в пустоту.

– Потому что, когда придут холода, жить здесь будет не слишком приятно, – ответил ей Скайлор, затаскивающий очередной ящик в фургон. – Холода ещё ладно, но дороги изрядно опустеют, а зарабатывать надо. Работать в городе – хрень. Опасно. Поэтому уйдём в степи.

– Я-а-а-асно, – заинтересованно дёрнув ушками, протянула Роза. Она слушала демонокровного, но делала это откровенно вполуха. Мысли были заняты совершенно другим, перескакивая от одного образа к другому.

Во время своего путешествия им на какое-то время приходилось передвигаться через степи. Эти долгие недели юной кошке совершенно не нравились. В сравнении с родной Дашканией их вид внушал душное угнетающее чувство. Инела и Шекран, которые пришлось пройти, прежде чем оказаться в имперском городе Байфросте, были бедны. На красоты, в том числе.

Городов из-за упёртости Норико они избегали всеми силами, поэтому огромные крепости так и остались исполинскими силуэтами на горизонте. В основном приходилось смотреть на практически безлесные равнины, простирающиеся на долгие километры и состоящие из колючих высоких золотистых колосков, тянущихся от сухой поверхности к жаркому солнцу. Лесов было мало, а в тех, что встречались, ей виделись только неприятные, иссохшие гиганты.

В детстве ей часто рассказывали о том, что Южные Королевства богаты на фруктовые сады, яблоневые рощи и виноградники. Розе действительно хотелось всё это увидеть, но судьба распорядилась иначе. Помимо небольших людских хозяйств на глаза не попалось ни одного сада. А может, просто вредина Норико специально нашёл такой маршрут, чтобы её позлить.

И ведь когда-то также в степи отправился её друг. Как и многие из тех, кто становился воителем в племени, он пошёл в странствие, чтобы стать сильнее, обещав Розе, что будет непременно писать ей о всех своих геройствах.

Его звали Чар’Кол. В бытность котёнком за ним закрепилось имя Уголёк, оно же прижилось и во взрослом возрасте. Всё-таки, его шерсть, местами свалявшаяся в шарообразные колтуны, имела угольно-чёрный оттенок, а, свернувшись, он и сам напоминал кусочек угля, из центра которого всегда смотрели два маленьких монетовидных жёлтых глаза.

Поначалу он действительно писал. Писал о природе, красивых городах и людях, с которыми познакомился. Хвастался добычей и непременно обещал показать всё это Розе. Та воодушевлённо ждала каждого нового письма, бережно и тщательно хранила всё, надеясь на скорую встречу… А после письма перестали приходить. Месяц, два и три спустя она всё ждала, волнуясь, всё ли в порядке с этим чёрным котом.

А потом произошло то, что произошло. Пожар, погоня и бегство – и вот они с Норико уже блуждают по степям, спеша скрыться, как говорил воин, от преследующих их злых людей. Уголька они так и не нашли, хоть Роза очень на это надеялась. Увидеть красоты тех мест, где путешествовал чёрный кот, так и не удалось. Степи запомнились только жарким и сухим воздухом, колючими зарослями и душной пустотой. Поэтому юная некши крайне недовольно дулась и мысленно возмущалась, что придётся оставлять вполне комфортный для жизни лес.

***

Шатёр целителя пустовал. Выгнав последнего больного, чародей и его помощница начали собирать все оставшиеся внутри вещи. Пахучие пучки трав связывались нитями и заворачивались в мешки, твёрдые компоненты забрасывались просто так, различные порошки рассыпались по банкам и вместе с зельями отправлялись в ящики. Полчаса потребовалось на то, чтобы внутри остались только коробки да постилки из сухой травы и старых полотен.

Немного вещей чародей завернул себе в небольшой мешочек, сложив туда несколько зелий, а также кое-какие компоненты. Затем он приоткрыл ящик, выудил оттуда две бутылочки и протянул их Коре.

– Зачем это мне? – спросила девушка после того, как два матово-чёрных пузырька со снадобьями оказались у неё в руках.

– Энгширская смола поможет, если что-то случится. Если поранишься или ещё что, – он закрыл ящик и присел напротив Коры. – Вы скоро отправитесь в путь. Пусть, скорее всего, мы и не встретимся больше, мне бы очень не хотелось, чтобы с тобой что-то случилось.

– Почему не встретимся? – несмотря на общее безразличие, Кора успела привязаться к старому чародею. Ей вспоминалась старая лачуга деда-лесовика, и его учительские беседы. Он был мудр и обучил Кору всему тому, что не смогла дать семья. Старый маг был таким же. Не гнал её, периодически отчитывал, когда было за что.

Пусть за тот недолгий период, что они были знакомы, ему не удалось полноценно обучить её, именно чародей показал друидше тот прекрасный мир магии, который не разрушает, а создаёт что-то новое.

– Я уже говорил: мы с Биллом заключили договор, чтобы он отпустил меня, – чародей, чуть призадумавшись, вздохнул. – Мне нет никакой нужды и у меня нет никакого желания находиться в вашей банде. Если бы я мог, может, я бы и забрал тебя, но сейчас этого сделать не могу… Если посчастливится побывать в Катрасе, найди поместье Торгенсенов. Там-то точно встретимся вновь.

– Если ты уйдёшь, тебе стоит взять, – она протянула ему один из чёрных пузырьков. – Зелье.

– У меня такие есть, – тот с улыбкой отодвинул её руку. – Если б они действительно нужны были мне, я бы запасся ещё сильнее.

– Тебе. Нужнее, – с нажимом повторила Кора.

– Не нужно так волноваться за старика. Всё будет в порядке.

Девушка собиралась ещё что-то возразить, но тут ткань, закрывающая собой вход, раздвинулась, и внутрь заглянул Галантий.

– Девочка, пошли. Там Марисса всех зовёт.

– Зачем? – безразлично посмотрела на него Кора.

– Поедем скоро. И ты с нами, – он тут же скрылся на улице.