Текст книги "Измерение Приграничье (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Янтарный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

Глава 2.9

Глава 9.

И начался долгий, длинный и монотонный путь. Даже среди их отряда разговоров почти не было. Все были подавлены как самим присутствием Роя рядом, так и тем, какие несопоставимые силы выделил сам Рой – и какие крохи соизволил выделить Перекрёсток.

Разумеется, насчёт самого Роя Сареф тоже не обманывался: те, кто шли с ними сейчас – это далеко не весь Рой, как таковой. Тем не менее, это явно крепкие бойцы с двумя функциями, на которых они специализировались: убивать и выживать. Ничего большего они не умели – и не нуждались в этом. Потому что даже этот отряд был не сравним с той ордой, которая напала на клан Зинтерра: там количество одних только крысоворон исчислялось сотнями, следовательно, и таких погонщиков должны быть десятки. А ведь были ещё слизни и скелеты. И если скелеты, вероятно, были призваны и заколдованы на месте, то вот слизни, определённо, были настоящими.

Тем не менее, здесь ни одного слизня не было. Бросив несколько осторожных взглядов на солдат Роя, Сареф убедился, что насекомые любых видов здесь отсутствуют. Ему даже бросилось в глаза невысокое, но весьма упитанное существо с розовой блестящей шкурой, которое с каким-то уж неестественным воодушевлением вышагивало рядом с остальными солдатами Роя. Сареф назвал его про себя Кабанчик.

Возможно, насекомых, а особенно – слизней, не было той причине, что здесь была практически полностью каменистая почва, и потому сюда Рой направил тех бойцов, у которых были лапы и ноги, и кому легче было пересекать такую местность. Хотя тот же Ссэ явно не испытывал никаких проблем с передвижением. И сейчас, глядя на бойцов Роя, которые шли ровным строем, смотрели перед собой в одну точку и больше ни на что не обращали внимания, Сарефу стало интересно, как же Ссэ сумел отколоться от Роя и, самое главное, как сам Рой ему это позволил?..

Первый бросок длился, по самым скромным соображениям Сарефа, который давно уже потерял счёт времени, примерно 6 часов. Белёсое солнце, словно в издёвку, едва-едва плелось по такому же бледному и невзрачному небосклону. Вокруг – ничего, только камни и редкие колючие растения. Если вокруг Перекрёстка ещё была какая-то жизнь, например, та же Вопила со своим птенцом, да и охотники где-то регулярно выслеживали добычу, то здесь не было вообще ничего.

Возникало ощущение, что они шли куда-то в самый центр мёртвых и безжизненных земель. И Сареф даже удивился: если какая-то неведомая тварь собирается совершать прорыв с глубин – зачем делать это там, где банально нечем поживиться? Тем не менее, златоусты Роя задавали направление и цепко следили за тем, чтобы никто с него не сбивался. И в какой-то момент Сарефу даже пришла в голову совершенно бредовая мысль: а, может быть, всё это одна большая ловушка от Роя? И они просто уводят их подальше, чтобы потом скрутить и насильно присоединить к себе? Или вовсе сожрать?

Сареф помотал головой. Стоило соображать разумно. Наблюдатели Перекрёстка явно не любят Ортегу, но при этом хорошо его знают и наверняка не раз имели с ним дело. При этом Перекрёсток имеет своё влияние и на Гавань, и на Покров, и на Раскол. А Рой жизненно зависим от регулярных налётов на Гавань и пополнения своей численности. Потому что разнообразие существ Роя явно имеет одну слабость: с потомством и поддержанием своей численности у Роя определённо имеются проблемы, и к самовоспроизводству, по крайней мере, в достаточной степени он не способен. А, значит, любое неразумное действие со стороны Роя (а порабощение или убийство двадцати стражей Перекрёстка таковым, определённо, является) моментально настроит против него и сам Перекрёсток, и Гавань, и Покров, и Раскол.

Сареф задумчиво почесал голову у основания рожек. Даже здесь, в Хаосе, были свои законы, своя политика, как бы странно это ни звучало, и даже Рой, самая враждебная и агрессивная фракция в этом измерении, тем не менее, занимала своё место в устройстве этого измерения.

За всеми этими мыслями златоусты Роя, наконец, скомандовали привал. И как раз вовремя. Если стражи Керси ещё как-то держались, да и у Сарефа со Стивом сил в их текущих обликах тоже хватало, то Ванда и Месс, ограниченные своими телами, не приспособленными к подобным нагрузкам, спеклись самыми первыми. В итоге своего отца Сареф потащил на плече, а Ванда пошла на подленький, но вынужденный шаг и позволила нести себя Грыню, который с большой охотой выполнил просьбу девушки. Правда, следом за ними шёл Стив, которые каждые несколько секунд недовольно сопел, но сказать ничего не мог.

После команды на привал стражи Перекрёстка устроились полукругом и начали поглощать припасы в виде засушенного мяса, которым их заботливо снабдил Хэнни. Сареф, Месс, Ванда и Стив устроились рядом, тоже поглощая свою снедь. И Сареф, честно разделив свою порцию с Рюком, который довольно урчал, поедая мясо, решил проверить самочувствие своих спутников, пользуясь тем, что у них выдалась свободная минутка:

Стив Хатагава, уровень 17, запас здоровья 659/659, Здоров.

Самоконтроль: 68%.

Сареф кивнул. Перед началом похода у Стива было порядка 80% Самоконтроля, и его потеря, скорее всего, была связана с тем, что Стиву не нравилось то, что какое-то время Ванду нёс Грынь на своём плече. Но пока ничего критического. После этого Сареф посмотрел на Ванду:

Ванда Сигерхайя, уровень 17, запас здоровья 611/611, Здорова.

Сонастроенность В – 34/100

Сонастроенность К – 71/100.

А вот это уже была куда более серьёзная ситуация. Они с Крассом ментально расползались в разные стороны. Связано это наверняка было и с тем, что Ванда несколько смен отпахала в таверне Хэнни, где времени на отдых у неё было не очень много, и с тем, что ей пришлось пойти на сделку с совестью и надавить на симпатию Грыня, снова дав ему какие-то надежды… и вообще, Сарефу казалось, что девушка понемногу начинает терять себя, потому что это путешествие даётся ей тяжелее, чем остальным. Впрочем, когда Сареф посмотрел в сторону Месса, то ему пришлось взять свои слова назад:

Месс Аджерахей-Гайранос, уровень 11, здоровье 697/697, Здоров.

Апатия/Мания – 38/200

И вот это уже никак нельзя было игнорировать. Сареф не знал, как Месс взаимодействовал с Асеаном, с Эрборином… наверняка винил себя за то, что не смог поговорить с Мимси, которую он тоже узнал – и которой позволил скрыться. Ну а его самоуверенная попытка посмотреть, что ж за такую подземную тварь притащил за собой Рой, и вовсе повергла его в уныние.

Тем временем, Рой совершенно не спешил принимать пищу. Хотя и на стражей Перекрёстка никто не обращал никакого внимания. И когда с едой было покончено, теперь уже и Сареф с товарищами с любопытством поглядывали на бойцов, которые терпеливо чего-то ждали.

Как оказалось, ждали они Богомола, который нагнал их 15 минут спустя. Это создание не выглядело уставшим, разве что только из его раны на груди перестала идти кровь. А вот затем… Сареф и остальные имели удовольствие воочию увидеть ответ на свой вопрос.

Когда Богомол подошёл к основному составу Роя и, так сказать, перегруппировался, позволив повиснуть своему телу в некоем подобии отдыха, внезапно Рой расступился, и из него вышла уже знакомая Сарефу невысокая упитанная особь с розовой шкурой, вот только теперь воодушевление в его взгляде заменилось осознанной обречённостью.

Кабанчик медленно плёлся навстречу чудовищу, и Сареф даже видел, что его трясёт от страха, он пытается сопротивляться, и в нём продолжали биться остатки инстинкта самосохранения… но чудовищная воля Роя безжалостно гнала его вперёд. И вот он, подойдя к Богомолу, обеими руками взялся за его копьё, в последний раз жалобно всхлипнул и… насадил себя прямо на него. В следующую секунду он упал на колени, а чёрное копьё, пробившее ему сердце, начало мерцать багровой энергией. И Сареф понял, что через это копьё Богомол выкачивает у него кровь, а бедный Кабанчик покорно стоял на коленях и медленно умирал, не в силах сопротивляться. Смотреть на это было омерзительно, и Сареф мог хотя бы надеяться на то, что этому несчастному, по крайней мере, не было больно

Наконец, Богомол напился крови, и туша мёртвого существа соскользнула с его копья и завалилась на бок. В тот же момент остальные солдаты Роя окружили его тело… и дальнейшие звуки, в принципе, достаточно красноречиво говорили о том, что сейчас происходило. Сареф и его товарищи старались не обращать на это внимания… вот только это совершенно не помогало. Сонастроенность Ванды и Красса разъехалась ещё на 5 пунктов с каждой стороны, и девушка прикрыла лицо ладонями в безуспешной попытке спрятаться от этого ужаса. У Стива Самоконтроль сразу рухнул на 20 процентов, и его начало мелко трясти. У Месса же шкала Апатии рухнула сразу на 25 пунктов, приняв значение 13/200… и Месс тоже пусто глядел в одну точку, уже почти не в силах сопротивляться давлению безнадёжности и безысходности.

Положение было катастрофическое. Сареф знал, что в этом не было вины его спутников: каждому из них пришлось хлебнуть горя и страданий, и если бы дело было только в этом – они бы это вынесли. Но они устали, они были измучены этим новым миром и его правилами, его бесконечными проверками на прочность, его инаковостью… и теперь то, что в прочих условиях они бы пережили без вреда для своего разума, теперь становилось для них последней каплей.

В итоге Сареф, наклонившись к Мессу, отвесил ему когтистым пальцем громкий и смачный щелбан.

– Ай! – вскрикнул Месс, схватившись за лоб, – ты чего⁈

– Ничего! – рыкнул Сареф, отвесив Мессу второй щелбан.

– Да что с тобой такое? – в бешенстве спросил Месс, – ты рехнулся?

– Нет, это ты рехнулся! – прорычал Сареф, после чего схватил Месса и прижал его к себе, – что это за похоронная морда⁈ Твой сын вот здесь, вот здесь, – он ткнул себе пальцем в грудь, – спит и набирается сил! И когда он проснётся – то, кроме тебя, у него больше никого в этом мире не будет! И как ты смеешь, зная это, сейчас упиваться жалостью к себе⁈

Месс, ничего не говоря, потрясённо сидел в объятиях Сарефа. Тот же, глядя в своё Системное окно, увидел, что эта встряска добавила Мессу сразу 50 очков Мании и хотя бы немного выровняла его рассудок.

– Спасибо, – наконец, прошептал Месс, – что… напомнил…

– Как трогательно, – раздался рядом с ними издевательский голос, и Сареф, подняв голову, увидел Тигра Ортегу, который с удовольствием глодал кость, на которой ещё оставались мясные огрызки, – меня это, признаться, всегда удивляло. Неужели вот эта ваша… индивидуальность, – Ортега с презрением выплюнул это слово, – того стоит? Стоит того, чтобы в одиночку нести тяготы жизни? Не в этом ли ваша главная слабость? Там, где Рой выстоит, одиночка всегда сломается и погибнет в своём одиночестве.

– Ты хоть понимаешь, насколько лицемерно это выглядит после того, как вы сожрали одного из своих солдат? Который наверняка не меньше других верил в то, что он всегда выстоит, и о нём всегда позаботятся⁈ – желчно ответил Сареф.

Провокация 4-го уровня… успех!

Реакция Ортеги на это была весьма необычна. Он с любопытством посмотрел на Сарефа – и тому показалось, что Рой позволяет своим Златоустам сохранять в себе немного больше личности. Хотя бы для того, чтобы им было легче взаимодействовать с другими… формами жизни.

– А ты тоже не так прост, молоденький зверёк, – он сел перед Сарефом, от которого уже отстранился и ушёл на своё место Месс, – я чувствую в твоём голосе немалую силу. Ты был бы прекрасным Златоустом. Точно не желаешь подумать об этом? Я бы взял тебя под своё покровительство, мне, – с этими словами Ортега протянул лапу и мягко погладил Сарефа по подбородку, – очень нужен ученик и помощник.

– Мне кажется, мы об этом говорили, – холодно ответил Сареф, отводя от себя лапу Тигра, – сначала нам надо выжить. А то, как знать… может, после этой битвы учителю будет некого себе брать… а, может, и ученику – не к кому идти.

– Ох уж эти ускользающие речи, – Тигр хмыкнул… после чего резко сократил дистанцию и принюхался к морде Сарефа. На что закономерно словил рефлекторный захват в Барелем. А потом ещё и чувствительный удар клювом в лоб от Рюка, которого Сарефа пришлось поймать второй рукой.

– Ты что, с ума сошёл⁈ – рыкнул Сареф, удерживая нахала чёрной перчаткой, – я тебя чуть не придушил! Или ты хотел остаться без глаза⁈

– Не придушил бы, – невозмутимо ответил Тигр, которого совершенно не смущало то, что его сейчас держали за горло, – просто… твой запах мне почему-то показался знакомым, юный… Хим, кажется, да? И я даже не знаю, как это объяснить. Быть может, Хаос свёл меня с моим учеником… и теперь даже твой запах намекает на то, что взять тебя под покровительство – это благо, которое принесёт пользу всему Рою. А, может быть… мы встречались раньше?

– Если уж тебе так нравится мой запах – думаю, ты бы нашу встречу запомнил, – равнодушно ответил Сареф, сердце которого даже в шкуре хилереми пропустило один такт.

– Несомненно, так, – кивнул Тигр, – однако же Хаос нередко любит устраивать… неравнозначные ситуации. Поэтому… наверное, здесь даже не имеет значения то, что я тебя не помню. Вопрос, полагаю, состоит в том, помнишь ли ты меня?

– Думаю, я бы не забыл такого надоедливого болтуна, – ответил Сареф, больше всего радуясь тому, что хотя бы хладнокровно врать в лицо его в родном клане сумели-таки научить.

– Быть надоедливым болтуном – это пожелание Роя, – невозмутимо сказал Ортега, который даже не пытался высвободиться из хватки Сарефа. Вероятно, его забавляло это слегка пикантное положение, когда твоё горло сжимает чужая рука… но при этом все понимают, что сживающий не посмеет надавить сверх дозволенного, – кстати… как звали твоего хозяина?

– Рен, – ответил Сареф, – а это имеет значение?

– Да вот мне сейчас в голову пришло… не столь давно мой напарник-златоуст Орф совершал вылазку в Систему… и он там встретил носителя хилереми, чьё оружие весьма сильно походит на это, – Тигр многозначительно провёл когтем правой лапы по перчатке, – так, может быть… мы все уже, в какой-то степени знакомы?

Сареф поднял взгляд, глядя в пустоту над Ортегой и весьма убедительно изображая процесс воспоминаний. После чего, покачав головой, ответил.

– Нет, такого точно не было. С тех пор, как бабушка моего хозяина доставила своему сыну лекарство из Хаоса… вся ветвь их семьи была занята тем, как спастись от обезумевших властей Системы. Мы совершенно точно не встречали за это время никаких созданий Хаоса.

– В самом деле? Жаль, – Тигр мотнул головой, требуя, чтобы его отпустили, – а то, знаешь ли, было бы вполне в духе Хаоса устроить подобную встречу. Но, как знать, может быть, это ещё случится… пока же – подумай над моим предложением. Поверь, ты получишь куда больше, чем тебе кажется…

– А теперь, – рыкнул он, поднимаясь на ноги, – привал окончен! Поднимаемся – и маршируем дальше!

– Как? – удивлённо спросил Месс, – мы не будем отдыхать?

– Конечно, нет, – с хорошо скрытым злорадством сказал Ортега, – Чёрное Солнце совершенно не помешает нам двигаться дальше. Крупную опасность, в случае чего, заметит Богомол – а мелкая сама уберётся с нашего пути. Отдыхать и набираться сил будем в точке прорыва. Так что – вперёд!

Бойцы Роя, точно зная, что отдыха не будет, вскочили и выстроились за считанные секунды. И теперь с лёгкой насмешкой наблюдали за тем, как стражи Перекрёстка, недовольно ворча и кряхтя, поднимались на ноги и занимали место в строю. Измученная Ванда, виновато посмотрев на Стива, снова позволила Грыню, который уже услужливо обретался рядом, нести себя на плече. Как и Сарефу пришлось нести на себе Месса, который хоть и сумел немного воспрять духом, но был совершенно истощён физически.

Но больше всего Сарефа беспокоило не это. А то, что его легенда из-за проклятого Тигра медленно, но верно начинала трещать по швам. Он почти не сомневался, что Орф – это тот самый паукообразный монстр с кучей глаз, который возглавлял недавний налёт на клан Зинтерра. А это значит… что, возможно, придётся проявить несвойственную ему тактику… и проследить за тем, чтобы чёртов Ортега не пережил грядущий бой с неведомой тварью…

Глава 2.10

Глава 10.

Идти, действительно, пришлось ещё больше суток. За это время златоусты Роя сделали всего две остановки по одному часу – чтобы стражи Перекрёстка смогли перекусить. И то, явно чувствовалось, что эту передышку делают специально для них, и Сареф со своими спутниками и остальными стражами чувствовали откровенное высокомерие и превосходство от солдат Роя, которые были намного сильнее, намного выносливее, и им требовалось куда меньше ресурсов для того, чтобы поддерживать себя в боеготовности. А выделенная Перекрёстком помощь вообще ощущалась как балласт, который тормозит бойцов Роя на ровном месте.

Разумеется, от обычных солдат, которым Рой выделил интеллекта не больше, чем необходимо для исполнения приказов, подобного не ощущалось. Но вот от Ортеги и двух его коллег-златоустов насмешка исходила настолько явная и неприкрытая, что даже Сареф, который не одно сложнейшее задание выполнил потому, что умеет держать себя в руках и держать рот закрытым – и тот испытывал почти непреодолимое желание врезать им так, чтобы они в принципе больше не имели возможности лыбиться.

В свете этого даже принесённый в жертву Кабанчик воспринимался не столь ужасно. Сареф понемногу догадывался, что это была не обычная практика, а вынужденная мера для того, чтобы дать сил Богомолу. Строение которого ну совершенно не предполагало такие дальние марш-броски. Ну а остатки его тела, вполне закономерно, пошли на поддержание сил остальных, потому что уж кто-кто – а Рой точно не разбрасывается никаким добром. Весьма сильно напоминая этим стревлогов, как внезапно подумалось Сарефу.

И вот, наконец, когда белёсое солнце уже в третий раз коснулось горизонта и почернело, Ортега скомандовал:

– Стоп! Место прорыва здесь! Отдых!

Половина стражей Перекрёстка, не сумев сдержать стона облегчения, попадали на землю прямо там, где они шли, под очередную серию насмешливых взглядов от златоустов. Солдаты же Роя невозмутимо сели на землю и впали в состояние полудрёмы, практически полностью прикрыв глаза. Сареф оглянулся. Богомола за ними не было видно, но, судя по темпу, он доберётся сюда только через 2 часа. И хорошо – его присутствие их всех только нервировало. С другой стороны, в Сарефе проснулось давно позабытое любопытство, и ему пришла в голову мысль: а если он посмотрит на Богомола через Системное Окно – что он там увидит? Так же не сможет расшифровать ничего, как это было с тем Червём на Островах Теневых Символов – или нет?..

Стражи Перекрёстка, немного переведя дух, начали располагаться уже куда более осмысленно. Самую большую деятельность, разумеется, проявлял Арги, который обладал просто какой-то невообразимой выносливостью, и который даже сейчас подбадривал и утешал остальных. И если в казармах Перекрёстка к его заботе относились с пренебрежением, а то и откровенной насмешкой, то вот сейчас многие стражи явно переосмысливали своё к этому отношение.

Ванда, Стив и Месс, абсолютно опустошённые этим походом, просто сбились в кучу около Сарефа и уснули, уложив головы ему на колени. Сареф же лишь понимающе вздохнул. Это было честно, он их сюда привёл – ему и отвечать за их жизни. И в этот момент он, наверное, впервые осознал, что смерть кого-то из его друзей – это вполне реальная перспектива. В Системе отношение к смерти было, конечно, неприятное, но всё же ничего непоправимого: если ты не будешь прям очень сильно нарываться – пусть и со штрафами к Параметрам, но Система тебя всё равно возродит. Если уж совсем не повезёт – у Сарефа всегда была наготове Власть Жизни. И даже смерти Лины и Бэйзина воспринимались как исключение из правил – и то, потому что и первая, и второй сами очень долгое время за руку себя вели именно к этому исходу.

А вот здесь такого ощущения не было. Здесь каждая смерть – это именно что смерть, это конец, и что будет после неё – тайна, за которую не могли заглянуть даже те, кого Сареф из смерти возвращал. Хаос, судя по всему, сам по себе любил высокие риски, и как эти самые риски отыграют именно в Хаосе – не было известно никому.

Вдруг Сарефу неожиданно пришла в голову идея. Как знать… может быть, он может позаботиться о состоянии своих спутников прямо сейчас? Сколько раз до этого Власть Жизни его выручала – так, может, не подведёт и теперь? Вызвав Системное Окно, Сареф указал Барелемом на дрыхнущего Стива, который безо всякого стеснения обнимал его за лапу:

Стив Хатагава, уровень 17, запас здоровья 659/659, Здоров.

Самоконтроль: 49%

Власть Жизни! Восстановлено здоровья: 363!

Особый эффект!

Самоконтроль: +5%.

Самоконтроль: 54%

Увидев это, Сареф воспрянул духом. Наконец-то! Он может позаботиться о ментальном состоянии своих друзей и без того, чтобы заводить душевные разговоры – и провоцировать златоустов на новые гадости в их адрес. Потому что… стоило быть реалистом. Рой заинтересован в том, чтобы переманить кого-то из них к себе. Этого не будет делаться напрямую… но это можно сделать очень легко в том случае, если после боя они будут совершенно обессилены, и Рой любезно о них позаботится… А потом как-то так само собой получится, что они и сами не захотят из него уходить. И, судя по тому, с какой неприязнью к Ортеге относились и Джи-Джи, и Хэнни, и Керси (которые между собой-то не всегда ладят), Рой наверняка неоднократно проворачивал что-то подобное.

Снова указав на Стива Барелемом, Сареф вызвал Системное окно:

Власть Жизни! Восстановлено здоровья: 363!

Внимание! Особый эффект может сработать только 1 раз в сутки!

Здесь оставалось только развести руками. Наивно было полагать, что всё будет так легко. Но даже это вмешательство давало намного, намного больше возможностей для поддержки друзей. Сареф взглянул через Системное Окно на Ванду:

Ванда Сигерхайя, уровень 17, запас здоровья 611/611, Здорова.

Сонастроенность В – 24/100

Сонастроенность К – 89/100.

Власть Жизни! Восстановлено здоровья: 342!

Особый Эффект!

Сонастроенность: +4%

Сонастроенность В – 28/100

Сонастроенность К – 85/100.

Сареф кивнул про себя. Это пока что был для него самый непонятный Параметр. С одной стороны, вероятно, неважно, какое именно значение имела их Сонастроенность сама по себе. Важно, чтобы обе эти цифры были как можно ближе друг к другу. С другой же… наверное, если Сонастроенность кого-то из них упадёт в ноль или пробьёт сотню – наверное, это тоже не даст ничего хорошего.

Месс Аджерахей-Гайранос, уровень 11, здоровье 697/697, Здоров.

Апатия/Мания – 43/200.

Власть Жизни! Восстановлено здоровья: 383!

Особый эффект!

Мания: +5%

Апатия/Мания – 53/200.

Сареф довольно кивнул. Это, конечно, было немного – но даже это может переломить ход грядущего. Достаточно уделять этому внимание один раз в сутки – и все изменения Хаоса можно будет поддерживать если не под полным контролем, то хотя бы в относительно вменяемом состоянии.

И в этот момент Сареф чуть не отвесил самому себе оплеуху. Вот как можно было об этом забыть? Обо всех позаботился – а сам-то? Неужели у него самого совершенно ничего не изменилось и не появилось никакой шкалы? Ведь даже если и не появилось – надо было это проверить, и уже давно!..

Демон-хранитель Хим.

Запас Здоровья – 1233

Запас Выносливости – 951

На первый взгляд – вроде бы ничего нового. Но Сареф продолжал внимательно вглядываться в себя, и даже Хим, который всё это время дремал, проснулся – и совсем чуть-чуть направил разум своего хозяина в нужное русло. И, наконец, Сареф нашёл то, что искал:

Инстинкт/Интуиция 59/200

Эта информация смогла озадачить Сарефа так, как ничто в Хаосе не могло до этого. Во-первых, почему именно эти вещи? Даже если предположить, что это тело Хима, и данный Параметр принадлежит ему – почему они друг другу противопоставляются? Ладно, с Апатией и Манией хотя бы понятна логика: если не уследить за чем-то одним – то ты или помрёшь от тоски в луже собственных соплей, или доведёшь себя до такого безумия, что у тебя не выдержит сердце. Но здесь… и интуиция, и инстинкты – это прекрасные вещи! Так почему здесь, в Хаосе, они не только являются проблемой – но и противопоставляются друг другу?

Ничего дельного в голову упорно не лезло. И Сареф решил поискать ответ в процессе, потому что если уж этот Особый Эффект сработал на других – то сработает и на него.

Власть Жизни! Восстановлено здоровья: 690!

Особый эффект!

Инстинкт/Интуиция +5%!

Инстинкт/Интуиция 69/200.

И сразу после этого Сарефу буквально стало легче дышать. Звериная тревога, которая с каждым новым днём в этом месте душила его всё сильнее, совсем немного – но отступила. И даже стала нелепой мысль о том, что совсем недавно он всерьёз размышлял о том, что стоило позволить Ортеге умереть в предстоящем бою. Во-первых, в этом, как минимум, нет смысла: что знает Ортега – то, по умолчанию, знает весь Рой, и его смерть ничего, кроме новых подозрений, не даст. Во-вторых, даже если они встретятся лично с Орфом – у того нет никаких доказательств. По счастью, эти существа ни разу не видели, собственно, Хима. Зато они точно знают, что он работает на Керси – и не пожелают лишний раз ссориться. Особенно – если они строят на его счёт какие-то свои планы.

Вот оно что… Наверное, это и есть ответ. Если Сареф будет проваливаться в Инстинкт – то он будет становиться всё более жестоким и безжалостным, станет идти напролом к своей цели – и неважно, сколько ради этого будет пролито крови.

Но что, если Сарефа качнёт в сторону Интуиции? Про это состояние уж точно нельзя было сказать ничего плохого. Но тогда почему?..

Однако до ответа на этот вопрос Сареф додуматься не успел. Потому что его размышления прервал… Ссэ.

– Твои ссспутники тебя, наверное, ценят, рассс доверяют тебе сссвой сссон, – прошуршал он, устраиваясь рядом. И Сареф вынужден был признать, что для насекомого, который, к тому же, большую часть жизни провёл в Рое, который вряд ли выделял ему слишком много мозгов, Ссэ на удивление неплохо развил навыки общения.

– Вероятно, так, – осторожно ответил Сареф, – мы вместе бежали сюда, вместе провели какое-то время, пока добрались до Перекрёстка… поэтому и держимся вместе. Кстати, – тут же добавил он, сливая нежелательную тему их общей привязанности друг к другу, – признаться, я немного удивлён тому, что остальные бойцы Роя на тебя никак не реагируют. Это… странно.

– Что тут ссстранного? – удивился Ссэ, шевеля усами, – я откололся от Роя. Отныне я не интересссен Рою так же, как Рой не интересссен мне.

– То есть, даже если ты придёшь непосредственно в жилище Роя – они на тебя не набросятся и не сожрут? – уточнил Сареф.

– Нет… наверное… вот только я не понимаю, сссачем мне возвращатьссся туда… Я работаю на Керссси… Керссси нравитьссся командовать таким эксссотичессским сссущессством, как я, а мне нравитьссся работать там, где я могу сссам думать и принимать решения.

Сареф удивлённо уставился на насекомого стража. Признаться, подобного умственного анализа от него он не ожидал. С другой стороны, самодовольный Керси никогда особо и не скрывал свою натуру, так что, наверное, спустя условный год службы даже такое существо, как Ссэ, догадается, как нужно вести себя с таким, как Керси.

– Ну что ж… это хорошо. По крайней мере, когда наступит это сражение – не случится такого, что ты сцепишься с кем-то из Роя из-за старых обид.

– Такого не будет, – уверенно заявил Ссэ, – есссли бы это было не так – Кнут не ссстал бы брать меня с сссобой. Уж он то получше некоторых ссснает…

– Я всё слышу! – рявкнул Кнут с другого конца их лагеря.

– Ой, – Ссэ виновато опустил усы и потупил взгляд, – вечно сссабываю, что Кнут не любит, когда его обсссуждают…

– Ты что-то хотел? – спросил Сареф, который сейчас был не особо настроен на общение.

– Вообще-то да, – Ссэ снова уставился на Сарефа и осторожно пошевелил кончиком уса, – я хотел ссспросссить… помнишь ли ты мою просссьбу… когда мы вссстретилисссь в первый рассс?..

– Ты уверен, что сейчас лучшее время для этого? – спросил Сареф, недвусмысленно намекая на то, что сейчас его лучше оставить в покое. Впрочем, насекомый страж таких намёков явно не понимал… или не хотел понимать.

– У нас есть время, – Ссэ заговорил настолько быстро, что начал частично проглатывать шипящие, – Златоуссты спят. Значит, солнце ссделает один круг прежде, чем случится прорыв. За это время ты усспеешь отдохнуть после этого. А для меня… это важно. Я… не уверен, но я чувсствую, что это поможет мне преобразитьсся… и сстать сильнее. И, возможно, это поможет мне выжить. И, как я и обещал, посссле этого ты можешь расссчитывать на мою дружбу…

С этими словами Ссэ положил колючую лапу Сарефу на плечо (снова предусмотрительно выбрав то, которое не было занято Рюком) и тихо добавил

– Прошу, Хим. Пожалуйссста…