Текст книги "Тайная семья"

Автор книги: Чарлз Стросс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

– Только я!

– На этой стороне, я имею в виду, – поправился он и вновь тряхнул головой, пытаясь освободиться от лекарственного тумана. В крайнем случае он мог перейти границу между мирами в обратную сторону, решил он про себя. Он не расставался с медальоном, даже когда принимал душ. – Дверь выдерживает?

– Дверь? Эта дверь?.. – Малый перестал вздрагивать. – Да-сэр. Да-сэр. Дверь?

– Хорошо, я скажу, что ты, по моему мнению, должен сделать. – Роланд опустил руку на плечо молодого парня, пытаясь успокоить. Тот трясся, как разогнавшийся двигатель. – Успокойся. Не впадай в панику. Это первое. У тебя есть татуировки, верно?

– Да-а-сэр.

– Вот и хорошо. Мы спустимся вниз, и… когда ты в последний раз делал «переход»?

– Э-э, час назад! Мы перенесли господина секретаря через…

– Секретаря? – Роланд замер на месте. – Чертовщина. Скажи мне, что нет. – Выражение молодого лица стало тем самым подтверждением, которое только и требовалось Роланду.

– Ч-что-то не так?

– Возможно, и ничего, – рассеянно сказал Роланд. «Ну что за дерьмо», – раздумывал он. Матиас.Именно Матиас стоял за всем происходящим – это было глубокое внутреннее убеждение, холодное как лед. Чем бы это ни было. – Следуй за мной. Быстро! – По пути Роланд прихватил куртку и порылся в кармане в поисках таблеток. Встрепанный, с двухдневной щетиной, он, вероятно, выглядел неряшливо, но времени исправить это сейчас не было. Он проглотил таблетку всухую, состроив рожу. – Спускайся по лестнице, в самый низ, и как можно быстрее. Когда доберешься до комнаты с «посылками», вынь все грузы из ячейки под номером одиннадцать, сколько сможешь забрать, и немедленно переходи «границу». Если вдруг появятся вооруженные люди, мигом делай переход или сдавайся и позволь им забрать тебя, а затем уходи вслепую, при первой возможности. Только не оказывай им сопротивления; ты не сможешь.

– А вы, сэр? – Молодые глаза округлились.

– Не знаю. – Роланд пожал плечами, попробовал улыбнуться, передумал. – Иди. Мы должны передать сообщение.

Он с грохотом пробежал вниз по запасной бетонной лестнице, прыгая через две ступеньки, остановился на нижнем этаже и жестом приказал «малышу» спускаться.

– Передай сообщение, как только выполнишь «переход», – крикнул он. Затем остановился, сердце бухало как молот.

– Сэр? – Он взглянул наверх. Салливан, охранник из внешней семьи, который жил в этом доме.

– Что происходит? – пожелал узнать Роланд. – Ответь мне!

По коридору прокатился глухой рокот, и Салливан вздрогнул.

– Мы под ударом штурмовых отрядов, – сказал он. – Они пытаются снести входную дверь! – Дверь главного входа бронирована как банковское хранилище, и таким же образом усилены стены. Обычный таран здесь непригоден, потребуются взрывные устройства или режущий инструмент, чтобы проникнуть внутрь.

– Кто? – спросил Роланд.

– Копы.

– Сколько у нас здесь людей?

– Девять. Я только что отослал «малыша».

– Сколько из них путешествующих?

Салливан лишь посмотрел на него.

– Чертовщина. – Роланд покачал головой, ошеломленный. – То есть никого?

– Мартижн и молодой Пол появились здесь утром вместе с господином секретарем. Они единственные «путешественники», побывавшие здесь с тех пор, как Марисса и Айвар сдали смену прошлой ночью. И я не могу найти ни Мартижна, ни заместителя его светлости.

– О-ох. – Роланду все стало ясно. – Сколько времени мы можем продержаться?

– Против федералов? – Салливан пожал плечами. – Мы достаточно плотно задраены; им понадобится время, чтобы подвезти взрывные устройства и режущее оборудование, а также щиты. По крайней мере, можно потянуть время, если мы рискнем стрелять в ответ.

– А туннель для побега…

– Кто-то запечатал его на другом конце. В любом случае, не думаю, что он мог бы помочь.

– Идем в диспетчерскую. – Роланд вновь сорвался с места. – Я все правильно понял? Мы в осаде, и я единственный «путешественник», кто знает об этом. Господин секретарь ненадолго появился здесь, но исчез до начала осады. Точно так же поступил и его первый помощник. Наружные помещения закрыты ставнями и заперты, у нас есть необходимые продукты, энергия и вооружение, но нет пути наружу, потому что кто-то взорвал туннель, заготовленный для побега. Все так, как я сказал?

– Абсолютно, – подтвердил Салливан. Он напряженно смотрел на Роланда. – Что вы собираетесь делать?

– Что? – Роланд задержался у дверей офиса. – Черт возьми, а что я могусделать? – Он открыл дверь и вошел. Диспетчерская была заполнена стоявшими вдоль стен столами с компьютерными мониторами. Экраны, подключенные к местной кабельной сети, отображали все подходы к зданию. Все выглядело нормально, за исключением приостановленного движения и припаркованных на каждом углу фургонов. Еще один фургон был припаркован против самой двери. Очевидно, те, кто пользовались тараном, поставили этот фургон для прикрытия.

– В любое время здесь находится около тонны почтовой корреспонденции, – вслух размышлял Роланд. – Из них около пятидесяти килограммов конфиденциальной переписки, документов и всякой тому подобной чертовщины – вполне достаточно, чтобы вспыхнула и запылала вся сеть по восточному побережью. – Раздался стук в дверь. Салливан впустил одного из тех бесцветных конторских юристов, которых Клан нанимал присматривать за рабочим процессом. – И еще четверть тонны «продукции» для переотправки. Вполне достаточно, чтобы финансировать наши операции в течение года.

Салливан смотрел отрешенно.

– Это тоже ваша компетенция? – с сомнением спросил он.

– Нет, – успокоил Роланд. – Моя обязанность номер один – убрать всех вас отсюда, и номер два – не дать этому чертову Матиасу уничтожить целиком всю нашу операцию. – Салливан успокоенно прислонился к косяку. Выражение его лица было скептическим. – А это означает восемнадцать переходов, чтобы вывести всех вас отсюда – больше, чем я способен сделать за неделю. То же самое касается вещей и товаров. – Роланд пододвинул стул и сел. – Мы не можем уехать на машинах и не можем воспользоваться туннелем. Сколько времени им понадобится, чтобы проникнуть внутрь? Шесть часов? Двенадцать?

– Думаю, не больше трех, если мы не начнем стрелять, – предположил Салливан.

– Стрелять… – Роланд замер. – Ты хочешь, чтобы я разрешил тебе стрелять в агентов ФБР или Управления по борьбе с наркотиками? О самозащите речи нет.

– Это единственный выход, – сказал юрист-аудитор, слегка позеленевший.

– Ха. Я пока подожду с этим. – Роланд пришел в себя и теперь барабанил пальцами по ближайшему столу. – Мне в самом делене нравится такое предложение, оно слишком похоже на предложение соблюдать кодекс чести в осином гнезде. Они всегда могут выставить против нас гораздо больше оружия, чем мы против них. Кто-нибудь звонил по эвакуационному номеру?

– Что? – Салливан был явно озадачен. – Билл?

– Пытался пять минут назад, сэр, – с мрачным удовлетворением ответил юрист-аудитор. – Услышал лишь сигнал «абонент недоступен».

– Теперь я начинаю видеть всю картину. А ты пытался воспользоваться своим сотовым телефоном?

– Они установили глушилку. А на соседних крышах снайперы.

– Чертовщина.

«Надо принимать решение», – подумал Роланд. «И лучше такое, с которым я мог бы примириться», – с тоской заключил он.

– Кто-то должен перейти «границу» и поднять там бучу, – медленно сказал Роланд. Салливан напрягся. – Но у меня возникло предположение, и я почти не сомневаюсь, что и это было предусмотрено. Этот ублюдок Матиас… я часто наблюдал за ним. – Теперь об этом было легко говорить. – Я отправил малыша, как его звали?..

– Пол, – подсказал Билл.

– Я отправил его одного. – Глаза у Роланда округлились. – Вот чертовщина.

– О чем ты думаешь? – Салливан подался вперед.

– Моя рабочая гипотеза сейчас такова: Матиас предал Клан. Все, что сейчас происходит, спланировано заранее. Он устроил эту облаву, чтобы прикрыть собственный побег. Так что ему не нужно, чтобы случайный курьер попал в Форт-Лофстром и поднял тревогу, разве не так?

Глаза у Салливана сузились, как только Роланд встал с места.

– Мы с тобой, – объявил он, стараясь скрыть дрожь в голосе, – отправляемся через «границу» вместе. Я знаю, о чем ты думаешь. Послушай. Матиас наверняка оставил там какой-нибудь сюрприз. Это должно вызвать беспорядок и панику. Твоя задача прикрывать меня, сохраняя мне жизнь как можно дольше, чтобы выбраться из форта. Затем есть… э-э… обратный маршрут. Тот, которым я могу воспользоваться, чтобы передать сообщение Клану сегодня же, но несколько позже. Для этого мне понадобится шесть или семь часов, чтобы попасть в Ниджвейн из Форт-Лофстрома, и столько же, чтобы вернуться с подмогой – с теми из курьеров, кого я смогу найти. Допускаю, что Матиас всех отослал из форта, прежде чем устроить эту пакость. Продержишься двадцать четыре часа? Перейди со всем «товаром» в полуподвальное аварийное убежище и взорви здание, чтобы оно обрушилось на тебя. Сможешь? – Последний вопрос он обратил к Биллу, аудитору.

– Думаю, да, – не без колебания ответил Билл.

– Хорошо. Тогда ты и займешься этим. – Роланд встретил его взгляд. – Нельзя, чтобы ты попал в лапы к федералам. И, что бы ты ни думал, я полагаю… я считаю, что ты слишком большая ценность, чтобы так просто отказаться от тебя. Никтоиз членов семьи, внутренней или внешней, по моему мнению, не является одноразовым расходным материалом. Салливан, как ты, справишься?

Салливан сухо усмехнулся в ответ.

– Сделаю в лучшем виде. – И кивнул аудитору. – Он вернется, поверь.

На чрезвычайной встрече возобновили дискуссию.

– Заседание открыто для предложений, – дрожащим голосом объявил престарелый Джулиус. – Не слышу…

– У меня есть предложение! – Мириам подняла руку.

– Возражаю! – рявкнул барон Хъёрт.

– Думаю, вам придется признать, что ей уже дали слово, – не удержался от замечания Энгбард. – Пусть сначала выступит она, потом будете говорить вы.

– Во-первых, мне бы хотелось предложить признать мое предприятие в Новой Британии дочерней компанией Клана, – сказала Мириам, стараясь сохранять спокойствие. Ей было неимоверно обидно передавать управление в чужие руки, но, как подчеркивала Ольга, Клан ничего не ждал от своих членов, предпочитавших идти собственным путем. – В частности, мне бы хотелось, чтобы как решение проблемы шестой семьи рассматривалось ее участие в этой дочерней компании, поскольку совершенно ясно, что они больше прочих пострадали от сложившейся ситуации.

– Возражаю! – выкрикнул кто-то в глубине зала. – Наследственная вражда Клана важнее!

– Вы хотите сказать, что Клан может позволить себе терять все новых людей? – спросила Мириам.

– Проклятая кровь! А что сказать о наших мертвых? Они взывают к мести! – Голоса «за» поддержали его: Мириам заставила себя думать быстрее, понимая: если допустить, что «противник», объединившись, продвинется хоть на шаг, очень легко потерять контроль над собранием.

– Мне кажется, потерянная семья крайне истощена, – начала она. – Они вынуждены посылать детей выполнять работу взрослых. Вы, как и я, знаете, что эффективность почтовой службы, как единственное условие, определяющее богатство Клана, зависит не только от общего числа имеющихся у нас «путешественников между мирами». Она зависит также и от числа «маршрутов», по которым мы можем отправлять «посылки». Эта же семья невелика и изолирована, и к тому же они не так многочисленны, как мы. Однако уничтожить их под корень во имя кровной вражды означает вскрыть старые раны и рисковать уменьшением числа наших членов без всякой прибыли. Я собираюсь взглянуть гораздо шире и доказать, что следующие несколько лет будут для Клана куда более опасными, чем представляет себе большинство из вас.

– Вопрос по порядку ведения! – Это вновь был барон Хъёрт. – Это чепуха. Она пытается запугать нас. Разве вы…

– Молчать, – прошипел Энгбард. – Пусть она закончит, будь ты проклят.

С минуту Мириам выжидала.

– Спасибо, – сказала она. – Есть о чем подумать. Во-первых, новый мир. Он представляет интерес, потому что, как я уже показала, открывает новые возможности для торговли и развития. Во-вторых, текущее состояние бизнеса, которым занят Клан. Я не знаю, как бы сказать помягче, а потому и не буду. Вас ждут большиенеприятности.

Если сказать совсем грубо: ваша нынешняя модель бизнеса безвозвратно устарела. Вы еще сможете держаться ее от двух до пяти лет, но затем наступит резкий спад. И в течение десяти лет все будет кончено. Я говорю не только про перевозки героина и кокаина. Я имею в виду, что будет кончено все.

В последние несколько лет вы уже должны были замечать, как трудно становится «отмывать» доходы от пересылки наркотиков на другой стороне. А с введением строгих мер против терроризма и увеличением полицейских сил жизнь не станет легче. И, разумеется, все это очень быстро меняется.

Обычно Клан занимается разными видами коммерции: контрабанда золота, драгоценных камней, всего наиболее ценного и легкого. Но эти разновидности бизнеса опираются ка анонимность, и, как я уже сказала, кампания «Антитеррор» делает очень затруднительным дальнейшее сохранение анонимности. Позвольте особо подчеркнуть, что традиционные бизнес-модели больше не работают, поскольку все основаны на одном и том же основном предположении, что можно оставаться «безымянными и безликими».

Вероятно, многие из вас плохо осознают важность «электронной» коммерции, или попросту торговли через Интернет. Я работала со специалистами, которые развивали и совершенствовали эту технологию. Что следует об этом знать? Вот что: товары и услуги продаются в возрастающих объемах в диалоговом режиме. Это не просто попытка продать вам случайный товар в случайном интернет-магазине; это всего лишь констатация факта – скорость коммуникации гораздо важнее географических координат, и продажа через сеть позволяет небольшим предприятиям торговать по всей планете. Но при переходе на подобную систему торговли можно ожидать, что наличные деньги начнут выходить из употребления. Банкноты евро высоких достоинств уже появляются с чипом, позволяющим проследить их передвижение. Сколько еще, по-вашему, «зеленые» бумажки, на которые вы делаете единственную ставку, будут «анонимными»?

«Тучные» времена скоро закончатся… Потратив все свои ресурсы на «кровную месть», вы разоритесь. Отсутствие денег на другой стороне означает отсутствие импорта. Отсутствие импорта означает отсутствие «игрушек» для развлечений, антибиотиков, цифровых часов и чего угодно другого, за что можно купить согласие и угодливость землевладельцев. И никакого оружия, чтобы отстреливать их. Тех, кто игнорируют реальность, раздавят факторы, им неподконтрольные.

Но такое развитие событий не является неизбежным. Начав действовать сейчас, вы можете открыть новые источники получения доходов и новые «вспомогательные» средства. Взять то, что устарело в моем мире, мире, который вы сейчас используете как шкатулку с забавами, и на этой основе создавать и развивать компании в новом мире, в Новой Британии. А на деньги, полученные в Новой Британии, ввозить книги и машины сюда. Открывать университеты и школы. Строить здесь, используя вашу власть и ваши деньги, фабрики и города, открывать лаборатории. За пару поколений вы сможете вытянуть Грюнмаркт из трясины и начать промышленную революцию, которая сделает вас поистине мировой силой независимо от семейного «таланта».

Вы можете изменить мир – если примете решение начать сейчас, начать с нового взгляда на природу собственного бизнеса.

В зале стояла мертвая тишина. Следует признать, тишина озадаченная, но все-таки тишина… и одна или две кивающие головы. «Постарайся заставить их слушать дальше», – с отчаянием думала Мириам. И тут зазвучали слабые голоса.

– Я никогда не слышал такого…

– …Во что вы предлагаете нам вкладывать деньги?

– Правильно! Правильно!

– …Считать, что образование крестьян – общее…

– Тише, – раздраженно потребовал Энгбард. – У председательствующего совета есть вопрос.

– Гм. Я готова. – Ощущая нервное напряжение, Мириам скрестила пальцы за спиной.

– Опишите бизнес, который вы основали в новом мире. Что вы предприняли для того, чтобы начать его? И насколько он доходен?

– О, это очень интересный вопрос. – Мириам заставила себя не рассмеяться, хотя когда она услышала основной вопрос Энгбарда, волна облегчения едва не заставила ее ощутить слабость в коленях. – Неточности валютного курса – или, скорее, его полное отсутствие, – затрудняют определение истинного соотношения валют, и я все еще в поисках того ценного, что имеет смысл экспортировать из нового мира в Соединенные Штаты, но должна сказать, что расходы на сегодняшний день составляют около шестисот тысяч долларов. Дела в Новой Британии пока только движутся к подписанию первого контракта, но этот контракт должен принести доход порядка пятидесяти тысяч фунтов. По моей приблизительной оценке, один фунт эквивалентен сумме примерно от двух до трех тысяч долларов. Так что мы ожидаем возвращения вложений в размере трехсот процентов за шесть месяцев, и это при условии «холодного запуска».

Ропот и шушуканье волнами прокатились по залу, и Энгбард не сделал ни единого движения, чтобы ослабить его. Цифры, которые привела Мириам, казались авантюрным капиталистическим раем – особенно при спаде, свирепствующем в другом мире, и упадке американской фондовой биржи.

– То есть за счет продажи продукта, который устарел и вышел из употребления в США лет тридцать назад, – добавила Мириам. – У меня заготовлено еще пять подобных предложений, которые дожидаются этой первой сделки, чтобы обеспечить капитал для инвестиций. При отсутствии главных подрывных факторов… – «Таких, как война с этой затаившейся семьей», – добавила она про себя, – я считаю, что мы можем «перекачать» от десяти до ста миллионов фунтов за период от десяти до пятнадцати лет. Это позволило бы нам выйти на уровень таких компаний, как IBM или General Motors простым повторным использованием и введением в оборот тех идей, которые там еще не «изобретены».

Шум голосов нарастал.

– Я проделала еще и дополнительные расчеты, – добавила Мириам, теперь более уверенно. – Если мы сделаем это, то заставим экономику Новой Британии расти со скоростью один или два процента ежегодно в среднем и долгосрочно. Хотя мы могли бы добиться того же, импортируя вспомогательные технологии оттуда сюда. Нет смысла в попытках иметь дело с ядерной техникой или строительством аэропортов в Грюнмаркте при средневековой инфраструктуре. Много технологий, имеющихся для продажи в США, ушли слишком далеко вперед, чтобы использовать их здесь. Те из вас, кто телефонизировал свои дома и имения или прокладывал там другие виды проводки, должны понимать, о чем я говорю. Но мы можем ввозить машины, оборудование и идеи – и даже «учителей» – из Новой Британии и тем самым создавать реальный толчок для развития экономики здесь. Не позднее чем через тридцать лет вы сможете ездить в имения по железной дороге, ваши фермеры станут производить в три раза больше продукции, а корабли смогут доминировать на торговых путях Атлантики.

Энгбард стукнул молотком по деревянной подставке, привлекая общее внимание.

– Председательствующие благодарят графиню Хельгу, – церемонно сообщил он. – Есть еще вопросы у собрания?

С места поднялся новый выступающий: прилизанный, напоминающий менеджера тип, который самым дружеским образом улыбнулся Мириам со скамьи позади ее бабки.

– Мне бы хотелось поздравить мою кузину с успешным началом, – начал он. – Замечательное достижение – прийти в новый мир и основать там свое дело на голом месте, без всякой подготовки. – «Вот чертовщина, – с неприязнью подумала Мириам. – Кто этот малый, и когда он собирается спустить курок?» – Я полностью согласен со всем сказанным. Но вполне очевидно, что ее усилия могли бы быть умножены вливанием поддержки и опыта. Если принять предложение графини переместить новый бизнес в распоряжение Клана, как дополнительное предприятие, оно сможет извлекать прибыль еще и из грамотного управления…

– Которое уже имеется, – поспешно заявила Мириам, наконец-то сообразив, куда он клонит. – Если бы вы хотели обсудить перспективы трудовых ресурсов… – А затем бесконечное вымогательство в обмен на то, чтобы не мешать мне? Ах ты мелкий политический авантюрист! – Это все очень хорошо… но сейчас не время и не место обсуждать именно эти вопросы. У нас есть неотложная проблема, которая касается отношений с шестой семьей. И я повторяю свое предложение: чтобы новое деловое предприятие Клана признавалось за его бизнес, право участия в нем должно быть предоставлено не только Клану. Как одно из обязательств этого бизнеса должно быть учтено отношение к потерянной семье. Можем мы за это проголосовать?

Оливер Хъёрт хотел вмешаться, но Энгбард перехватил его руку и что-то прошептал ему на ухо. Он сощурился и замолчал.

– Не вижу, почему бы не решить это сейчас, – пробормотал Джулиус. – Поднимите руки! Большинство «за»! Посчитайте их, будь они прокляты. Теперь – кто «против»! Принято большинством голосов, – объявил он и повернулся к Мириам. – Ваше предложение принято.

Что? – молча удивилась Мириам: ей казалось, будто, пока ее внимание блуждало где-то еще, что-то безбрежное и неуловимое прошло мимо нее, как короткая вспышка.

– Следующее предложение, – сказал Энгбард. – Некоторых из вас ввели в заблуждение относительно того, что я назначил своей наследницей Хельгу. Хочу прояснить этот вопрос: я этого не делал. Однако я хочу поменять так и не вступившего в права преемника – на Патрицию Торолд-Хъёрт, мою сводную сестру. Может ли кто-нибудь оспорить мое право сделать это? – Он оглядел зал с заметной яростью во взгляде. – Нет? – Он подтолкнул локтем Джулиуса. – Заноси в протокол.

Мириам ощутила, что с ее плеч убрали огромную тяжесть… но не надолго.

– Новое предложение, – заявил Оливер Хъёрт. Он нахмурился, глядя на Мириам. – Поведение этой давно потерянной племянницы дает мне повод для беспокойства, – начал он. – Я сознаю, что она выросла в чужих и диких землях и в этом смысле следует делать скидку, но я боюсь, что она может причинить себе вред, если и дальше будет бесконтрольно странствовать где вздумается. Как показывает недавняя история ее мелких неприятностей, она совершенно определенно может стать причиной любой аварии и является личностью небезопасной и эксцентричной. По этой причине я предлагаю объявить ее недееспособной, считать ее членом Клана и назначить ей соответствующего опекуна – баронессу Хильдегарду…

– Есть возражение! – Мириам повернулась: со своего места поднялась Ольга. – Барон Хъёрт по собственной небрежности в период пребывания здесь графини Хельги оказался не в состоянии обеспечить полную безопасность объекта, теоретически находящегося исключительно под его защитой. Не ему принимать решения, касающиеся ее безопасности.

Оливер в ярости резко повернулся к ней.

– Маленькая распутница! Я вышвырну тебя на улицу, пусть…

Бум!Молоток упал вновь.

– Возражение поддержано, – проскрипел Джулиус.

Оливер уставился на него.

– Ну, я еще отыграюсь! – проревел он и впал в мрачное молчание.

– Я вполне самостоятельный и взрослый человек, – негромко сказала Мириам. – Я разведена, я создала и возглавляю дочернюю компанию Клана, и я не готоваотказаться от этого ради собственной безопасности. – Она оглядела зал. – Если вы попробуете вынудить меня оставить операции в Новой Британии, то обнаружите в юридических документах несколько неприятных сюрпризов. – Она пристально посмотрела на Оливера. – Или… вы можете сесть и ждать, когда доходы начнут неуклонно расти. Вам предлагается выбор.

– Беру назад свое предложение, – тихо проворчал Оливер. Только его глаза говорили Мириам, что он негодует по поводу каждого слова. Они, казалось, обещали, что расплата обязательно последует.

– Проверь оружие.

– Нет необходимости.

– Я сказал, проверь. Послушай. Я послал Пола за помощью. Думаешь, он ее приведет?

– А почему нет? – Салливан явно сомневался, но затем выдернул магазин, проверил затвор и ствол, перезарядил оружие и поставил на предохранитель.

– Матиас помешан на заграждениях и растяжках. – На минуту у Роланда сделался страдальческий вид. – Думаю, он оставил нам один или даже два сюрприза.

– Итак? – Салливан кивнул. – Ты готов?

– Готов? – Роланд вздрогнул, затем раскрыл медальон. – Да. Забирайся на спину… Отец Небесный, ну и тяжелый же ты! А теперь…

В глазах у Роланда все затуманилось и потускнело, а в голове забил барабан. Его колени подогнулись, и он упал вперед, скользя ногами по влажному полу. Салливан недоуменно вскрикнул и скатился с его спины.

– Что…

Роланд свалился плашмя, не сдержав стон, когда колено врезалось в бетон. Красное, все вокруг, казалось, было красным, с вкрапленными в него частицами белого, как взрыв на скотобойне. Он перевернулся, по-прежнему оскальзываясь, ощущая запах чего-то отвратительного, сладковатого. Крики обезумевшего от слабости и тошноты Салливана резали ухо.

Пульсирующая головная боль утихла. Роланд сел, испуганно разглядывая стену позади себя. Она была неровной, оббитой, со щербинами и вымазана так, будто кто-то бросил туда банку черной краски. И вонь. Роланд наклонился вперед и крепко-накрепко зажмурил глаза. Но чернота не исчезла, осталась за его веками.

– Заграждения и растяжки.

Салливан притих. Вонь не исчезала. Роланд вновь открыл глаза. Помещение почты в подвале Форт-Лофстрома было залито кровью с кусками плоти и костей, как будто здесь отдали на милость топора дровосека живую свинью или овцу. И везде частицы какой-то дряни, прилипшей к его рукам и брюкам там, где он падал. Он сбросил с тыльной стороны руки целый кусок чего-то красного, с торчавшими волосами. Вся мебель превращена в щепки, дверь болтается на петлях, как будто ее вышиб разъяренный бык.

– Заграждения и растяжки, – хрипло повторил Роланд. – Черт.

Салливан выпрямился.

– Ты отправил Пола прямо сюда, в эту дьявольщину, – без выражения сказал он и вытер рот тыльной стороной руки.

– Чертовщина. – Роланд покачал головой. Под большой стол в самой середине комнаты закатились ноги, облаченные в брюки, все еще державшиеся на бедрах. И тут он с ужасом понял. – Почему никто…

– Потому что все они «чертовски» мертвы, – прошипел Салливан, боком приближаясь к двери и поднимая оружие.

Тишина. Вонь из блокированной канализации, вонь крови, вонь недавней рвоты наглухо «заложили» ноздри Роланду. У него раскалывалась голова, в левом глазу не переставая вспыхивал алмазно-яркий свет, как будто образуя границу его поля зрения, угрожая немедленно сократить его. Он совершил переход слишком быстро после приема бета-блокатора и теперь расплачивался за это.

– Матиас уже ставил противопехотную мину на растяжке, минимум один раз, – негромко сказал он. – Ну кто-то же это сделал… и по моим соображениям, Матиас. Дешевая работа – использовать все время один и тот же трюк. Думаешь, будет третий раз, или он воспользуется чем-то еще?

– Заткнись. – Салливан метнулся за угол, к выходу из комнаты, и остановился: было видно его спину. Роланд сжался от страха, но взрыва не последовало. – Да. Похоже, это М18А1, у нас в арсенале их была дюжина. А это, видимо, «погремушка». Вот ублюдок.

– Нашел что-то? – Роланд медленно прошел вперед, с трудом волоча ноги, все еще чувствуя слабость и боль из-за слишком быстрого «перемещения».

– Нет, но… погоди. – Салливан вернулся в опустошенное помещение почты и, не обращая внимания на Роланда, нервно огляделся.

– Что ты ищешь?

– Какой-нибудь шест, только легкий. И фонарь.

– Позволь мне. – Роланд все так же медленно подошел к занавешенному «рисунку»-символу и дернул занавес. Рейка, на которой тот висел, согнулась, и Роланд подхватил ее и выдернул из стены. – Это подойдет? – спросил он, стараясь быть очень осторожным и внимательным и не смотреть на изображенный на стене за занавесом узелковый узор.

– Да. – Салливан взял рейку и вновь ушел в коридор, передвигаясь как подагрический ленивец. – Будь я проклят, это что-то нехорошее.

Тут Роланда ужалила неожиданная мысль.

– А кроме мин, были в арсенале еще какие-то взрывчатые вещества? И детонаторы?

– Шутишь? – У Салливана вырвался не то кашель, не то лай, который в лучшие времена мог бы сойти за смех. – Около сотни килограммов С4 для начала! И бездымный порох. Просто чудовищные его запасы. Некоторые из налаженных Матиасом производств были… хм, в общем, весьма продуктивны. Он очень интересовался взрывными устройствами, ты знаешь об этом?

– Бездымный порох. – Роланд осознавал малоприятные возможности, вскрытые такими новостями. – Форт должен быть запечатан. Где же тогда все?

– Как я уже сказал, либо мертвы, либо сбежали. – Салливан вглядывался в него. – Что ты собираешься…

Роланд метнулся мимо него.

– Следуй за мной.

– Эй! Подожди! Там могут быть мины…

– «Там» не будет. – Роланд бросился по коридору. Тот заканчивался лестницей для прислуги. Он устремился наверх, перепрыгивая через две ступеньки, пока не начал задыхаться. – Он отпустил помощника. Очень любезно с его стороны. – Лестница выходила в судомойню, дверь была закрыта. – Если я прав, он установил один таймер-взрыватель на весь форт. И рвануть может в любую минуту.

– Бомба? И, может быть, даже не одна?

Роланд приоткрыл дверь всего на дюйм и провел пальцем вверх и вниз вдоль образовавшейся щели, чтобы убедиться, что там нет проводов.

– Здесь чисто.

– Если слишком торопиться…

– Идем! – Через судомойню, затем снова вверх по короткому пролету ступеней, обогнув угол, и дальше по главному коридору-холлу первого этажа. Форт был пуст, что внушало почти суеверный страх, там было холодно и веяло запустением. Даже не пытаясь воспользоваться главным входом, Роланд вместо этого открыл увенчанное аркой окно возле двери и пролез через него. – Конюшни!

Матиас мог отослать всех слуг, но, черт возьми, наверняка не подумал про животных. Салливан и Роланд оседлали двух кобыл, и охранник распахнул створку огромных ворот, пока Роланд ждал, натягивая на плечи одеяло.

– Ты отправляешься за помощью, – тяжело дыша, сказал Роланду Салливан. – Я же хочу проверить, не заминирован ли арсенал. Возможно, мне удастся предотвратить взрыв.

– Но ты…

– Заткнись и хотя бы раз дослушай до конца! Если ты найдешь помощь, тебе понадобится безопасный почтовый офис, чтобы «перейти» на другую сторону, верно? Я это делаю не ради тебя, я делаю это ради всех остальных. Отправляйся в этот богом проклятый Клан и возвращайся как можно быстрее. Я постараюсь обезопасить для тебя это место.

С минуту Роланд молчал.

– Возьми мои ключи, – сказал он и бросил их охраннику. – Это основной комплект, они подходят ко всему – с их помощью нельзя попасть только в кабинет старика. – Салливан взял ключи, затем подождал, пока Роланд скроется за первым поворотом дороги, а после в глубокой задумчивости отправился назад в помещение. Он не ожидал, что все будет так просто: ему и в голову не приходило, что тут будет заминировано. Теперь все, что ему требовалось, это время, чтобы довести затею босса до конца и отправиться домой, а затем потребовать и положенную ему награду.