Текст книги "Славяне накануне образования Киевской Руси"

Автор книги: Борис Рыбаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 31 страниц)

Наиболее многочисленны горшки вытянутой формы со слабо отогнутым венчиком и слабо выраженными шейкой и плечиками (рис. 2, 3, 10; 4, 1, 2, 12). По венчику часто встречается орнамент защипами либо косыми насечками (рис. 2, 4; 4, 5).

Стенки некоторых сосудов сплошь покрыты волнистым орнаментом, выполненным гребешком (рис. 2, 5). Иногда орнамент состоит из различных сочетаний волнистых и прямых линий (рис. 2, 1, 2, 11).

Изредка встречаются крупные сосуды со слабо отогнутыми венчиками. Их поверхность также сплошь покрыта орнаментом. Среди них есть сосуды, изготовленные, по-видимому, на примитивном гончарном круге.

Из глины изготавливались сковородки с невысоким прямым бортиком. Иногда по их краю сделаны защипы, а на дне двух нанесен знак крестообразной формы из вдавленных полос (рис. 2, 7; 4, 4).

Кроме глиняной посуды, встречались глиняные пряслица, чаще биконической, а также шаровидной формы (рис. 4, 3, 7). Несколько пряслиц сделано из стенок сосудов.

Представляют интерес обломки амфор с округлым дном, с поверхностью, покрытой крупным рифлением. Исследователи относят их обычно к VIII–IX вв.[390]390
  А.Л. Якобсон. Средневековые амфоры Северного Причерноморья. – СА, XV, 1951, стр. 325–344.


[Закрыть] (рис. 2, 9).

Кроме того, было встречено также несколько обломков серолощеной посуды салтовского типа. Из других предметов найдены железные ножи, костяные проколки, костяное изделие в виде мотыги (рис. 4, 6), мелкие бусы из светло-серой пасты и стекла и др. (рис. 4, 8, 9).

По характеру собранных материалов раннеславянское поселение в урочище Макаров остров может быть отнесено ко времени VIII–IX вв. н. э. или даже несколько более раннему.

По ряду характерных признаков (четырехугольные полуземляночные жилища, печи-каменки, глиняные сосуды и отдельные костяные изделия) это поселение может быть поставлено в ряд раннеславянских поселений указанного времени, известных под названием поселений типа Луки-Райковецкой[391]391
  В.К. Гончаров. Райковецкое городище. Киев, 1950, стр. 10–13.


[Закрыть].

Наиболее близкими к поселению в урочище Макаров остров являются поселения в урочище Юрьева гора в окрестностях Смелы на том же Тясмине[392]392
  Г.М. Шовкопляс. Керамiчний комплекс епохи бронзи та ранньослов’янського часу з Юр’евоï горы поблизу м. Смiли. – Археологiя, т. XI, Киïв, 1957, стр. 145–147.


[Закрыть], а также поселение в урочище Пидкова[393]393
  В.Н. Даниленко. Раннеславянские памятники на Днепровских порогах (по раскопкам 1953 г.). Архив ИА АН УССР, 1953/4а.


[Закрыть], в окрестностях Днепропетровска, исследованное В.Н. Даниленко.

Исследования на Тясьмине позволяют говорить об интенсивности заселения этого района Среднего Приднепровья восточнославянскими племенами накануне образования древнерусского государства и общности их материальной культуры с материальной культурой других одновременных им восточнославянских племен.

Ю.В. Кухаренко
Раскопки у с. Сахновки

Возле с. Сахновки Корсунь-Шевченковского района Черкасской обл. имеются остатки нескольких древних поселений. На одном из них, расположенном в урочище Гончариха, в 1956 г. нами производились небольшие раскопки. В них принимали участие Л.П. Гусаковский (Москва), С. Георгиева и Ж. Вожарова (София). В 1949 г. на этом же поселении производил раскопки В.И. Довженок[394]394
  В.Д. Довженок и Н.В. Линка. Раскопки раннеславянских поселений в нижнем течении р. Рось. – МИА, № 70, 1959, стр. 109–110.


[Закрыть].

Поселение находится примерно в 2 км к северо-востоку от села, в заболоченной пойме левого берега р. Роси. Оно расположено на южной оконечности небольшой песчаной возвышенности, узкой полосой тянущейся с севера на юг. Площадь, на которой находится поселение, давно уже распахивается, а лет двести назад здесь же находился небольшой хутор, остатки которого хорошо заметны. Почва на площади поселения состоит из оподзоленной супеси, гумусированной в верхней части.

На поселении нами было вскрыто два участка: раскоп № 1 площадью 252 кв. м и раскоп № 2 площадью в 100 кв. м. Более интересным оказался первый раскоп (рис. 1). Северным своим краем он вплотную примыкал к раскопу В.И. Довженка (1949 г.). Мощность культурного слоя на площади этого раскопа не везде одинакова. В южной части она, например, составляла около 0,70 м, в северной – до 1 м. Начиная от поверхности и примерно до глубины 0,60 м, местами и несколько глубже слой состоял из супеси, насыщенной золою. Начиная с глубины 0,60 м и вплоть до материка слой лишь слегка окрашен золою и поэтому отличается от верхнего горизонта более светлым цветом. Материк – довольно плотный желтоватый песок. Никаких прослоек или иных стратиграфических особенностей в культурном слое не прослеживалось.

Рис. 1. Сахновка. План и разрез раскопа на селище в урочище Гончариха.

1 – очаги, зола; 2 – камни; 3 – остатки печи; 4 – обломки глиняных сосудов; 5 – остатки глиняной обмазки пола.

Насыщенность культурного слоя вещевыми находками сравнительно невелика. Кроме обломков глиняных сосудов, изредка попадались куски обожженной глины, кости животных, а также некоторые другие вещи (бусы, пряжка, наконечник стрелы). По времени находки, сделанные в культурном слое, относятся к самым различным эпохам, начиная от предскифского времени и вплоть до современности[395]395
  На площади раскопа найден также клад медных русских монет чеканки 1730–1757 гг. (деньга и полушка – 264 монеты). Монеты находились в глиняном горшке, верхняя часть которого срезана плугом.


[Закрыть]. Не считая вещей, относящихся к более позднему времени, выделяется по крайней мере, пять различных культурно-исторических комплексов: предскифский, скифский, зарубинецкий, черняховский и раннеславянский. Стратиграфически, если брать собственно культурный слой, а не различные углубления в материке, эти комплексы никак не расчленяются. Слой перемешан. Более или менее чистые комплексы удалось проследить только по заполнениям некоторых углублений в материке. К описанию этих углублений мы и переходим.

Больше всего углублений оказалось в северной части раскопа. Помимо различных ям хозяйственного назначения, здесь обнаружены остатки большого скифского жилища, углубленного в материк примерно на 0,10 м. Общая же глубина жилища от уровня современной поверхности 1,10 м. В плане жилище имело неправильно овальную форму и было вытянуто с запада на восток. Длина жилища 10 м, ширина – около 5 м. В юго-западной части жилища находились остатки очага: небольшая площадка обожженного грунта, на которой лежала зола, древесные угли и кости животных. Второй, несколько более крупный по размерам очаг находился в восточной части жилища. На этом очаге, а главным образом около него лежало много костей животных. Очаг этот частично перекрывал большую круглую яму, вырытую в юго-восточном углу жилища (рис. 1). Диаметр ямы около 2 м. Она углублена ниже уровня пола жилища на 0,40 м. В песчано-золистом заполнении этой ямы обнаружено несколько небольших обломков глиняных лепных скифских сосудов. Кроме упомянутой ямы, в пределах жилища находилось еще несколько ям. В большинстве из них никаких вещей не обнаружено, и только в одной, частично прорезающей первую яму у очага, найдено несколько обломков глиняных лепных раннеславянских сосудов. В разных местах на дне жилища изредка попадались отдельные обломки глиняных лепных скифских сосудов. В одном месте стояла нижняя часть горшка того же скифского типа. В толще культурного слоя над жилищем, помимо обломков различных глиняных сосудов, на глубине 0,90 м от уровня современной поверхности обнаружена круглая железная пряжка, относящаяся уже к раннеславянскому времени (рис. 2, 4). Вокруг жилища располагалось семь ям неправильно округлой в плане формы. Одна из них прорезала западную стенку жилища, остальные находились на некотором расстоянии от жилища (рис. 1). Ямы углублены в материк от 0,25 до 1,00 м. Две из ям – восточная и западная, прорезающая стенку жилища, – судя по характеру находок в заполнении, относятся к XVIII в., остальные ямы более ранние. Так, в яме «з» найдено около сотни обломков глиняных сосудов, подавляющее большинство из которых скифские, а остальные – чернолощеные зарубинецкие. В этой же яме обнаружено несколько обломков эллинистических амфор. В заполнении ямы «ж» находились обломки только скифских сосудов, а в яме «е» были обломки и скифских и раннеславянских сосудов. В яме «е» найден также обломок стенки стеклянного сосуда синего цвета, украшенного двумя горизонтальными желтыми полосками (рис. 2, 6). В остальных ямах вещевых находок не сделано.

Рис 2. Сахновка. Вещи с поселений в урочище Гончариха (1-11, 15) и в урочище Панчиха (12–14, 16).

В центральной части раскопа жилых или иных сооружений не обнаружено. Здесь находилось восемь небольших ям. Только в одной из них, расположенной в южной части прирезки к раскопу, найдено несколько обломков глиняных раннеславянских сосудов. Яма эта прорезала более раннее погребение (рис. 1). Остатки этого погребения, почти полностью разрушенного указанной ямой, находились на глубине 0,90 м от уровня современной поверхности. Захоронение было произведено в овальной яме, вытянутой с юго-запада на северо-восток. Длина ямы, 1,80 м, ширина – около 1 м. На дне ямы, в северо-восточной ненарушенной ее части, лежал человеческий череп, лицевой частью обращенный к северо-западу. Возле черепа находилась кость предплечья правой руки. У теменной части черепа стоял небольшой глиняный сосуд, а у оконечности кости предплечья лежал совсем небольшой обломок какой-то обожженной костяной поделки в виде проколки. Судя по положению черепа и остатков руки, можно полагать, что покойник лежал на правом боку с согнутыми в локтях руками и, по-видимому, подогнутыми ногами. Сосуд, найденный в погребении, – лепной (рис. 3, 5). Поверхность его лощеная, коричневого цвета. С наружной стороны на донышке сосуда имеется выемка в виде широкой полосы, прорезающей все донышко. Выемка сделана каким-то долбящим орудием незадолго до обжита сосуда.

Рис. 3. Сахновка. Глиняный сосуд из погребения (5) и обломки сосудов из жилищ и культурного слоя на селище в урочище Гончариха (1–4, 6-10).

В толще культурного слоя центральной части раскопа, помимо обломков разновременных глиняных сосудов, найден бронзовый наконечник скифской стрелы (рис. 2, 1). Он обнаружен на глубине 0,60 м, вблизи восточной стенки раскопа.

Более интересной для нас оказалась южная часть раскопа, где выявлены остатки раннеславянского жилища (рис. 4, 1). Жилище четырехугольное, вытянутое с юго-запада на северо-восток (рис. 1). Длина его 3,85 м, ширина – 3 м. Жилище углублено в материк примерно на 0,40 м, общая же глубина его от уровня современной поверхности составляла 1,10 м. Стенки жилища, если судить по уцелевшей материковой их части, вертикальные, пол ровный, обмазанный глиной. В восточной части жилища хорошо сохранились два слоя такой глиняной обмазки, в западной – один, к тому же сильно нарушенный. Толщина этих слоев не превышала 0,05 м. Между слоями обмазки в восточной части жилища встречались древесные угольки и зола. В северо-восточном углу жилища находилась большая глинобитная печь. Раньше, т. е. до сооружения печи, на этом же месте располагался очаг. Пол жилища на месте очага был сильно обожжен и покрыт сверху золою и углями. Здесь же, в пределах очага, находились три ямки от небольших столбиков. Сверху остатки очага, в том числе и упомянутые ямки, были покрыты слоем вязкой глины толщиной около 0,10 м. На образовавшейся при этом глиняной площадке и была устроена печь. Печь – круглая, сводчатая, обращена устьем к югу (рис. 4, 2). Наружный диаметр ее около 1 м, внутренний – 0,60 м. Свод печи сделан из глины и для прочности у основания укреплен небольшими камнями. Верхняя часть свода обрушилась, и остатки ее лежали внутри печи, а также рядом с нею. Толщина свода печи у основания составляла около 0,20 м, в верхней части свод несколько тоньше. Стенки свода печи и под сильно обожжены. Под, кроме того, покрыт тонким слоем золы и древесных углей. Никаких следов деревянных конструкций в печи не прослеживалось. В трех углах жилища имелись ямки от небольших столбов. Четыре подобных же ямки обнаружено под остатками глиняной обмазки пола у юго-западной стенки жилища и одна – у северо-западной. Ямки небольшие, диаметром около 0,10 м и глубиной 0,10-0,15 м. Столбики в этих ямках стояли вертикально. В развале печи, а также на полу в разных местах жилища найдено несколько костей животных, и около 20 обломков глиняных лепных раннеславянских сосудов (рис. 3, 8-10). На полу же, возле печи, обнаружена половинка голубоватой стеклянной бусины, изображенной на рис. 2, 3. Других находок не было. Углубленная часть жилища заполнена обычным культурным слоем. В толще этого слоя, примерно на уровне материка, непосредственно над ямой хорошо прослеживалась тонкая прослойка из сероватого песка.

Рис. 4. Сахновка. Селище в урочище Гончариха.

Вверху – славянское жилище; внизу – печь в славянском жилище.

С северной, западной и восточной сторон к жилищу примыкало шесть небольших округлых ям глубиной от 1,05 до 1,40 м. В заполнении большинства из них найдено по нескольку обломков лепных сосудов того же типа, что и сосуды из жилища. В 4 м к западу от жилища, в толще культурного слоя на глубине 0,50 м от уровня современной поверхности находились остатки небольшого очага. Здесь на обожженной площадке диаметром около 0,50 м было много золы и древесных углей. Среди них находились кости животных и птиц, а также несколько обломков глиняных лепных сосудов того же типа, что и сосуды из жилища. Жилище было углублено всего лишь на 0,60 м ниже уровня древнего горизонта.

Таковы остатки жилых сооружений, обнаруженных нами на площади первого раскопа. Что же касается вещей, найденных в толще культурного слоя вне пределов указанных сооружений, то они в своей массе относятся к двум основным культурно-историческим комплексам: скифскому, связанному с жилищем в северной части раскопа, и раннеславянскому, связанному с жилищем в южной части раскопа. Примерно 90 % всех керамических находок из слоя относятся к этим двум комплексам. Скифский материал представлен обычными лепными сосудами, часто орнаментированными защипами по краю венчика или же рельефными валиками по плечикам. К скифскому же комплексу относятся обломки эллинистических амфор, изредка попадавшихся в слое. Раннеславянские сосуды, как правило, лепные (рис. 3, 6-10). Все они сделаны из глины, содержащей значительные примеси дресвы и песка. По фактуре сосуды довольно рыхлые, поверхность у них бугристая, темно-коричневого цвета. Края венчиков многих сосудов покрыты косыми насечками или же пальцевыми вдавлениями (рис. 3, 7–9). На одном из обломков, кроме того, прочерчен овал с вписанным в него крестом (рис. 3, 7). По форме – это горшки и сковородки с невысокими наклонными бортиками (рис. 3, 6). Обломков мисок не встречалось. Помимо этих двух основных керамических комплексов в слое изредка попадались обломки лепных чернолощеных сосудов зарубинецкого типа, обломки гончарных серолощеных сосудов, характерных для памятников черняховской культуры, а также обломки больших лепных сосудов предскифского времени (рис. 3, 1–4). Последние сделаны из глины, содержащей примеси песка. Поверхность сосудов сглажена, светло-коричневого цвета. Сосуды орнаментированы рельефными валиками, насечкой и различными вдавлениями. К какому из вышеупомянутых комплексов относится вскрытое нами погребение, сказать трудно. Это же самое относится к двум глиняным пряслицам, найденным в раскопе (рис. 2, 5, 9).

Второй раскоп находился в 75 м к северо-востоку от первого. Характер культурного слоя на площади этого раскопа таков же, как и в первом раскопе. И на такой же глубине, кстати сказать, здесь была обнаружена часть большого скифского жилища, окруженного хозяйственными ямами. Жилище большей своей частью уходило под стенки раскопа. На полу вскрытой части жилища находились остатки небольшого очага и обломки глиняных скифских сосудов. Находки в толще культурного слоя этого раскопа совершенно подобны находкам из слоя первого раскопа: обломки глиняных сосудов предскифского, скифского, зарубинецкого, черняховского и раннеславянского типов. Правда, в этом раскопе обломков черняховских сосудов несколько больше, чем в первом. Найдено также несколько обломков светлоглиняных амфор. Особо следует отметить находку большого железного ножа (рис. 2, 10), зеленоватой пастовой бусины, орнаментированной желтыми «глазками» с красной окантовкой (рис. 2, 7), и какой-то глиняной поделки в виде катушки (рис. 2, 15). С той и другой стороны поделка эта орнаментирована резко прочерченными бороздками.

На вспаханной поверхности в разных местах поселения встречались обломки глиняных сосудов упомянутых типов, причем обломков сосудов предскифского времени было особенно много на северной оконечности возвышенности, на которой расположено поселение. На поверхности поселения найдены также обломок большого бронзового плоского браслета (?), бронзовое колечко и две бусины из голубовато-синего стекла (рис. 2, 2, 8, 11).

Как уже упоминалось, во время раскопок встречались обломки костей животных. По определению В.И. Цалкина, кости принадлежали следующим видам:

Подавляющее большинство определенных здесь костей происходит из культурного слоя и не может быть связано с каким-либо культурно-историческим комплексом. Можно выделить лишь кости из жилищ и очага возле раннеславянского жилища. В скифском жилище, точнее на очагах этого жилища, например, кости принадлежали следующим животным:

В раннеславянском жилище костей животных было меньше, и они определяются так:

На очаге около раннеславянского жилища были обнаружены кости рогатого скота и птицы.

Время функционирования поселения, точнее поселений в урочище Гончариха, можно установить лишь приблизительно, так как в большинстве случаев это можно сделать только по керамике. Первоначальное заселение урочища относится ко времени, непосредственно предшествовавшему появлению в Приднепровье скифов, т. е. примерно к VIII в. до н. э. Скифские вещи, найденные при раскопках, хорошо датируются IV–III вв. до н. э. Зарубинецкая керамика датируется обломками светлоглиняных амфор, т. е. амфор I в. до н. э. – I в. н. э.[396]396
  О датировке подобных амфор см.: И.Б. Зеест. Новые данные о торговых связях Боспора с южным Причерноморьем. – ВДИ, 1951, № 2, стр. 106–116.


[Закрыть] Черняховский комплекс, очевидно, укладывается в общие рамки бытования этой культуры с конца II по IV в. н. э. Трудно датировать раннеславянский комплекс, в том числе и жилище. Строго датирующих вещей у нас нет. Керамика же, судя по аналогиям (Хотомель, Бабка и т. д.), в целом относится к VII–VIII вв. н. э.

Кроме раскопок на поселении в урочище Гончариха, нами произведены небольшие разведочные раскопки в урочище Панчиха, находящемся на западной окраине села. Здесь на вершине большой возвышенности хорошо прослеживаются остатки большого скифского поселения. Мощность культурного слоя на поселении незначительная и не превышает 0,50 м. Слой насыщен обломками характерных глиняных сосудов. Изредка попадались кости животных и небольшие куски обожженной глины. Найден также бронзовый наконечник стрелы (рис. 2, 16) и три глиняные пряслица (рис. 2, 12–14)[397]397
  Вещи из раскопок возле с. Сахновки переданы на хранение в фонды Корсунь-Шевченковского районного музея.


[Закрыть].

А.Т. Брайчевская
Поселение у балки Яцевой в Надпорожье

У поселка Первое мая (б. Коммуна) Любимовского сельсовета Днепропетровского района, на левом берегу Днепра, к югу от балки Яцевой, находятся остатки поселения, существовавшего в течение длительного времени. Первоначально археологами был открыт в этом месте славянский материал, датируемый XII–XIII вв.[398]398
  А. Добровольский. Слiди перебування слов’ян XII–XIII ст. ст. у Надпорiжжi. – АП УРСР, т. I. Киïв, 1949, стр. 94.


[Закрыть] В результате раскопок, проведенных Днепрогэсовской экспедицией Института археологии АН УССР в 1953 г.[399]399
  Экспедицией 1953 г. руководил П.П. Ефименко. В раскопках на поселении участвовали М.Ю. Брайчевский, А.В. Бодянский, А.Д. Столяр и автор настоящей работы. Краткие сведения о раскопках на поселении см.: А.Т. Брайчевская. Изучение славянских памятников Надпорожья, КСИА АН УССР, вып. 4, 1955, стр. 30, 31.


[Закрыть] и Надпорожским отрядом Раннеславянской экспедиции Института археологии АН УССР в 1955–1956 гг.[400]400
  В состав отряда, кроме автора работы, входили А.А. Кравченко и В.А. Виноградов.


[Закрыть], на поселении, кроме находок указанного времени, было обнаружено большое количество более раннего материала конца I тысячелетия н. э. Помимо того, во время работ 1956 г. на поселении был открыт еще более древний слой, относящийся к середине и началу второй половины I тысячелетия н. э., связанный с наиболее ранним этапом в жизни поселения. Ряд находок на поселении был сделан А.В. Бодянским во время разведок в Надпорожье[401]401
  А.В. Бодянский. Археологические находки в Днепровском Надпорожье. – СА, 1960, № 1, стр. 276.


[Закрыть].

Данная работа представляет собой публикацию материалов, относящихся к двум первым этапам жизни поселения, а также некоторых других аналогичных памятников Днепровского Надпорожья.

Раскопки в северной части поселения.

Поселение расположено на краю прежней второй надпойменной (лёссовой) террасы левого берега Днепра, размываемой после постройки Днепрогэса водами оз. им. Ленина (рис. 1). В настоящее время терраса занята колхозными огородами и парниками. Высота террасы 2–3 м. Проведенные в 1956 г. работы показали, что древнейший культурный слой поселения прослеживается на крайнем северном мысе береговой террасы. С запада и северо-запада он ограничен водами Днепра, с севера – балкой Яцевой, устье которой затоплено водой, а с востока – боковым овражком, выходящим к балке. Обнаруженный на северном мысе культурный слой тянется на 200 м к югу от устья балки Яцевой и территориально отделяется от двух позднейших слоев, обнаруженных в южной части поселка. Древнейший слои характеризовался обилием костей животных и керамическим комплексом, в котором около 70 % составляла лепная посуда, грубая, толстостенная, с крупными примесями шамота и иногда дресвы в тесте, с бугристой поверхностью бурого цвета. Лепная керамика сочеталась с некоторым количеством гончарной посуды – обломков горшков, кувшинов, привозных амфор.

Рис. 1. План поселения у балки Яцевой с указанием раскопов.

1 – раскоп I – 1953 г.; 2 – раскоп VII – 1956 г.; 3 – раскоп VII – 1956 г.; 4 – раскоп VII – 1955 г.; 5 – раскоп III – 1956 г.; 6 – раскоп IV – 1953 г.; 7 – раскоп V – 1955 г.; 8 – раскоп I – 1955 г.; 9 – раскоп II – 1956 г.; 10 – раскоп I – 1956 г.; 11 – раскоп V – 1956 г.; 12 – раскоп II – 1953 г.; 13 – раскоп VI – 1956 г.; 14 – раскоп III – 1953 г.; 15 – раскоп II – 1955 г.; 16 – раскоп V – 1953 г.; 17 – раскоп III – 1965 г.; 18 – раскоп VI – 1953 г.; 19 – раскоп VI – 1955 г.; 20 – раскоп IV – 1955 г.; 21 – раскоп X – 1956 г.; 22 – раскоп VIII – 1955 г.; 23 – раскоп XI – 1956 г.; 24 – раскоп VIII – 1956 г.; 25 – раскоп IX – 1956 г.

На северном мысе поселения были обнаружены остатки двух жилищ с материалом, аналогичным имевшемуся в культурном слое.

Постройка 12[402]402
  Обнаружена в раскопе X 1956 г. Нумерация постройкам давалась в порядке их открытия в течение трех лет раскопок на поселении.


[Закрыть] (рис. 2). Выявлению контуров жилища в раскопе препятствовал мощный слой чернозема (до 1,5 м от современной поверхности). Это обстоятельство не дало возможности, в частности, ответить на вопрос, какого типа сооружение было раскопало – наземного или полуземляночного. Очень возможно, что жилище это, как и все остальные, раскопанные на поселении, было полуземляночным, однако в данных стратиграфических условиях точно определить его контуры не удалось. О наличии в этом месте жилища свидетельствует очажная яма посредине сооружения, скопление вокруг нее находок на одном уровне, который, очевидно, соответствует уровню пола, и несколько более интенсивная черная окраска гумусного слоя вокруг ямы в месте залегания находок (рис. 2). По периферии места расположения находок лежали семь гранитных камней среднего размера: четыре камня находились у края очажной ямы (возможно, камни частью были связаны с разрушенной печью, частью – со стенами постройки).

Рис. 2. Остатки постройки 12.

1 – черепки; 2 – точильный брусок; 3 – камень; 4 – угольки; 5 – место находки зеркала; 5 – место находки цепочки; 7 – темное гумусное пятно.

Если судить по гумусному слою, камням и скоплению находок, то жилище с запада на восток имело длину около 4,5 м, а с севера на юг – около 3,5 м. Такие же примерно размеры были и у других жилищ поселения.

На уровне, который, по-видимому, соответствовал полу постройки, находилось скопление черепков: обломки красноглиняной желобчатой амфоры (или нескольких амфор) (рис. 3, 11) и обломки лепных сосудов. На юго-западном крае скопления лежала боком верхняя часть горшка, большого, грубого, толстостенного, с примесью дресвы и шамота в глине, с высоким вертикальным, слегка наклоненным наружу венчиком и пологими округлыми плечиками (рис. 3, 2). Цвет сосуда бурый, обжиг слабый. Среди обломков имелось еще три высоких вертикальных венчика (рис. 3, 3, 4), два грубых днища и три обломка с прилощенной поверхностью (один из них от слабо профилированного сосуда). В числе обломков, выстилающих предполагаемый пол жилья, было и несколько гончарных черепков: три фрагмента стенок неорнаментированных горшков и один обломок горшка, украшенного трехрядовой волной и рядом гребенчатых наколов (рис. 4, 3). Один обломок изготовлен из отмученной серой глины и имеет слегка прилощенную поверхность. На полу лежали также кости крупных животных. В западной части сооружения на этом же уровне найден обломок каменного точильного бруска (рис. 3, 12).

Рис. 3. Материал из северной части поселения.

1–7, 14 – лепная керамика; 8, 10, 11, 13 – привозная керамика; 9 – обломок зеркала; 12 – обломок точильного бруска.

Рис. 4. Материал из северной части поселения.

1–4, 6–8, 11 – гончарная керамика; 5 – куски бронзовой цепочки; 9-10 – растиральники зернотерок.

В центральной части сооружения находилась очажная яма[403]403
  Если скопление камней на краю ямы действительно было связано с разрушенной печью, то в этом случае яма могла быть предпечной.


[Закрыть] неправильно овальной формы. С севера на запад она имела длину 1,4 м, с запада на восток – 1,3 м, глубина ее достигала 1 м. Стенки ямы были почти отвесными. Она была заполнена землей, насыщенной золой, угольками, кусочками обгоревшего дерева, костями животных, обмазкой и большим количеством рыбьих костей и чешуи. В заполнении ямы найдены также кусочек мела, речные и две морские раковины, мелкие камни, 25 мелких лепных черепков и три гончарных черепка (один из них был стенкой с линейным орнаментом, другой – отогнутым наружу венчиком). Очевидно, в яме или рядом с ямой приготовляли пищу, главным образом жарили рыбу.

Наибольший интерес представляют две находки, сделанные в яме у северного ее края, на уровне пола постройки. Здесь найдено два куска цепочки и обломок зеркала. Цепочка изготовлена из бронзовой кованой проволоки диаметром 1,5 мм следующим образом: проволока резалась на отрезки длиной 4,5 см, затем эти отрезки сгибались наподобие восьмерки так, что полученные два колечка находились в разных плоскостях – одно в горизонтальной, а другое в вертикальной. После того как ячейки соединялись между собой (конец ячейки продевался в колечко соседней ячейки), концы их лишь загибались, но часто оставались несведенными и несглаженными. Длина одного кусочка цепочки 5 см, другого – 10 см, диаметр колечек 6 мм (рис. 4, 5). Зеркальце сделано из белого сплава, литое, круглое. Судя по обломку, его диаметр был 5 см, толщина 1,5 мм. С лицевой стороны оно гладко отполировано, с обратной имеет выступающий ободок шириной 2 мм и в центре – рельефный знак, полностью не сохранившийся (рис. 3, 9).

Постройка 13[404]404
  Открыта в раскопе XI 1956 г.


[Закрыть] (рис. 5) полуземляночного типа, сохранилась примерно на одну треть. Большая ее часть оказалась размытой рекой. В этом месте слой чернозема имел обычную толщину 0,7 м и контуры полуземлянки были довольно четкие. Сохранилась полностью восточная стенка длиной 3 м и частично северная (на 1,1 м) и южная (на 1,5 м). Стенки землянки, ориентированные по странам света, можно было проследить на высоту 0,4 м от пола. В южной половине землянки расчищена небольшая яма неправильно овальной формы размерами 0,4×0,3 м и глубиной 0,2 м от пола. В сохранившейся части полуземлянки очага или печи не обнаружено.

Рис. 5. План и разрез постройки 13.

В земле, заполнявшей постройку, было найдено: пережженные мелкие кости, 15 необожженных костей животных и 31 обломок керамики, главным образом лепной (28 фрагментов). В числе их были: прямой вертикальный венчик со следом от валика, массивное днище с выступающим краем (рис. 3, 7) и обломки массивных стенок с бугристой поверхностью. Среди гончарных обломков был один от амфоры и один от сосуда из отмученной глины, с темной поверхностью. Кроме того, в заполнении постройки обнаружено два камня от зернотерок (рис. 4, 9, 10). На полу землянки найдено восемь костей животных и семь лепных черепков.

В 1 м к северу от полуземлянки находилась яма, сохранившаяся, как и постройка, лишь частично. Яма имела округлую форму, диаметр ее достигал 0,8 м, глубина – 0,3 м от древней поверхности и 1,35 м от современной. В заполнении ямы найдено несколько лепных черепков. По-видимому, яма принадлежала к раскопанной полуземлянке и служила каким-то хозяйственным целям.

Приводим характеристику материала в целом, добытого из культурного слоя этой части поселения[405]405
  На северном мысе поселения были разбиты две разведывательные траншеи (VIII и IX) и два раскопа (X и XI) общей площадью 140 кв. м.


[Закрыть].

Из 405 обломков керамики около 70 % составляли обломки лепной посуды, грубой, толстостенной, с крупными примесями шамота и иногда дресвы в тесте, с бугристой поверхностью бурого цвета (рис. 3, 1–7). Судя по обломкам, это были горшки, округлобокие, с плоскими днищами, выступающими за край стенки, с высокими почти вертикальными, иногда слегка наклоненными наружу венчиками. Как правило, керамика не орнаментирована, только один обломок имел гладкий налепной валик под венчиком (рис. 3, 1).

В группе гончарной керамики большинство составляют обломки привозных амфор (58). Амфоры были преимущественно большие, красноглиняные, иногда и желтоглиняные, покрытые большей частью широкими плавными бороздками. Среди обломков обнаружены две реберчатые ручки.

Второе по количеству место (26 обломков) в группе гончарной керамики занимают горшки, изготовленные на ручном гончарном круге, довольно толстостенные, с крупными примесями шамота в тесте, подчас с углубленным линейным и волнистым орнаментом. Иногда встречались образцы, изготовленные тщательнее, с мелкими примесями и лучшим обжигом. В этом же культурном слое найдено пять обломков сероглиняной гончарной посуды, изготовленной из отмученной глины, иногда с пролощенной поверхностью (в числе обломков горло кувшина с вертикальным лощением, рис. 4, 4).

Три обломка посуды относятся, по-видимому, к привозной северопричерноморской керамике. Это верхняя часть красноглиняной миски или тарелки с округлыми стенками и загнутым внутрь краем (рис. 3, 10), обломок стенки сосуда, орнаментированный волнистым узором и покрытый слоем зеленой поливы, а также обломок верхней части пифосообразного красноглиняного сосуда с широким горизонтальным венчиком (рис. 3, 8). В числе других находок были: обломок точильного камня, заготовка для пряслица из стенки красноглиняной амфоры и три камня для огнива (два кремневых скола и одна пластинка). Кроме того, в слое было найдено много костей животных (429).

Непосредственно под обрывом террасы, интенсивно подмываемой в настоящее время рекой, также находилось большое количество подъемного материала из размываемого берега. Находки эти по своему составу аналогичны материалу, обнаруженному в культурном слое. Здесь преобладала лепная керамика, но встречалась и амфорная. В меньшем количестве попадались обломки гончарных горшков и сероглиняных сосудов (горло кувшина, обломки стенок, украшенные вертикальными и косыми пролощенными, а также рельефными полосами, рис. 4, 1, 6, 7, 11).

Среди лепной керамики, найденной у берега, встретилась и другая форма горшка – биконическая с небольшим косо отогнутым наружу венчиком. Найденный обломок гончарной миски красновато-бурого цвета на кольцевой ножке, возможно, является привозным северопричерноморским изделием (рис. 3, 13).