Текст книги "Переломный момент (ЛП)"

Автор книги: Билл Болдуин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

С этими словами она села на край кровати и подняла с пола неглиже.

– Пора мне возвращаться к основной работе. Твой корабль будет готов к тому времени, как ты соберешь экипаж и прилично позавтракаешь. Могу я сделать для тебя что-нибудь еще, пока снова не превратилась в генерала Дарк?

Брим на мгновение задумался, и идея, возникшая еще во время стычки с «невидимкой», окончательно оформилась.

– Знаешь, – произнес он, – кроме приглашения на еще одно свидание когда-нибудь в будущем, есть кое-что еще.

Дарк ухмыльнулась.

– Приглашение у тебя уже в кармане, Вилф Брим, считай его бессрочным. Что еще?

– Тот кусок «невидимки», который твои люди уже наверняка выковыряли из нашей гондолы. Мне нужна небольшая часть – размером с обувную коробку.

– Кусок «невидимки»? – воскликнула она, накидывая халат. – Зачем он тебе, во имя Вута?

– Хочу упаковать его как подарок для императора Онрада, – объяснил Брим. – У него скоро день рождения, и он как-то в шутку просил меня привезти кусок «невидимки». А потом пригрозил ссылкой, если я попробую провернуть такой фокус с его личной УФ-400.

– Значит, хочешь в ссылку?

– Ну, если в ссылку сюда, к тебе, я бы еще подумал, но...

– Я тебе устрою ссылку! – рассмеялась она. – Надо же, какой подарок на день рождения! Как только вернусь к себе, распоряжусь, чтобы к завтраку тебя ждал подходящий кусок. Хочешь чего-нибудь еще?

– О да, – ухмыльнулся Брим. – Только я слишком вымотан, чтобы что-то с этим делать.

– Я тоже, – Эбби раскрыла объятия. – Но я бы не отказалась от еще одного долгого объятия, прежде чем этот чудесный вечер закончится.

Брим прижал её к себе. Они долго стояли так, пока он не отпустил её.

– Я никогда тебя не забуду, Эбби.

– И я тебя, Вилф, – она взяла его за руку, подошла к двери и погасила свет.

– Как ты пробралась сюда так, что тебя никто не видел? – спросил Брим.

– Проще простого, – ответила Дарк, открывая дверь в коридор. – Пока я не вернусь в свои покои, все двери на этом этаже заблокированы, кроме твоей. Спишут на технический сбой, разумеется.

Она быстро поцеловала Брима в щеку и исчезла за поворотом.

КНИГА ТРЕТЬЯ

Глава 30

...с лиговцами иметь дело куда проще

АВАЛОН-АСТУРИАС, ОЗЕРО МЕРСИН, БАШНЯ УПРАВЛЕНИЯ, АВАЛОН, 21 ДИАДА 52017 ГОДА

Высокий седобородый диспетчер Сейесс Инхардт сидел за терминалом, разбираясь с накопившейся бумажной работой, когда случайно услышал, как его коллега ведет корабль со знакомым позывным:

– «Уэйкфилд Четыре девятки»: ложитесь на новый курс пять-ноль-два-пять-ноль, разворачивайтесь на радиал маяка Ковингтон-32. Снижайтесь до десяти тысяч, скорость двести пятьдесят; давление два-девять-девять-один.

Инхардт оторвался от дел и прислушался. Что-то знакомое...

– «Уэйкфилд Четыре девятки»: курс два-три-пять, снижение до семи тысяч.

Ну конечно: угольно-черный гражданский «Уэйкфилд» с номером «четыре девятки» на хвосте. Тот самый, о вылете которого его просили доложить. Инхардт засомневался: почему его таинственный связной не просил сообщить о возвращении корабля? Может, человек и хотел, да просто забыл позвонить. А может, возвращение судна – сюрприз, и за новость полагается награда. В любом случае Инхардт решил, что звонок того стоит. Лишняя пара кредитов в кармане никогда не помешает – если, конечно, информацию сочтут ценной. Пока соседний диспетчер продолжал вести борт, Инхардт поставил свой терминал на паузу и поспешил на ближайший балкон, где набрал адрес в голофоне.

Через мгновение загорелся индикатор соединения, но экран, как он и ожидал, остался темным.

– Инхардт? Как вы смеете звонить по этому адресу сами?

– У м-меня есть сведения, к-которые могут вам пригодиться, сэр, – запинаясь, прошептал диспетчер.

– Какие еще сведения?

– Тот «Уэйкфилд четыре девятки», о к-котором вы просили доложить пятнадцатого числа.

– И что с ним?

– Он заходит на посадку здесь, на озере Мерсин, с-сэр.

– С чего вы взяли, что мне это интересно?

– Наверное, потому, что вы хотели знать, когда он взлетит.

– Я хотел?

– Так точно, сэр.

– Погодите... да, вижу, просил. Говорите, он заходит на посадку?

– Именно так.

– Бортовой номер ISS девять-девять-девять-девять?

– Не вижу, он под неудобным углом.

– Вы увидите истребитель, когда он сядет?

– Да, сэр, через пару минут.

– Запишите посадку на голофон и перезвоните мне.

Связь оборвалась. Инхардт лихорадочно повернул аппарат в направлении посадки и начал снимать, как истребитель мягко коснулся воды и заскользил по поверхности, оставляя за собой длинный шлейф брызг. Посадка была довольно далеко от берега, но у Инхардта была дорогая модель голофона – она позволяла разглядеть детали вроде бортового номера. Как только кораблик замедлился, он резко повернул и скрылся в боковом канале – экипаж явно спешил убраться с глаз долой.

– Инхардт, во имя Вута! Какого закста вы делаете на смотровой площадке в мое рабочее время, да еще и со снимками?

От неожиданности Инхардт чуть не выронил аппарат. Его супервайзер!

– Я... э-э... хотел сделать пару кадров, супервайзер Кларк.

– Это еще зачем?

– П-проверяю новый голофон, с-супервайзер.

– Хм, – Кларк принюхался. – Выглядит дорого. Похоже, я вам переплачиваю.

– Даже не знаю, что сказать, супервайзер.

– Еще бы ты знал, – фыркнул Кларк. – Считайте, что за сегодняшний вечер я вычту из вашего жалованья. Жду вас завтра вовремя, готовым к полноценной смене. Понятно?

– П-понятно, супервайзер Кларк.

– То-то же, Инхардт, – проворчал Кларк, развернулся на каблуках и зашагал прочь. – О, и приятного вам вечера! – бросил он через плечо.

Инхардт заскрежетал зубами, снова набрал адрес в голофоне и нажал «передать». Когда индикатор ожил, он произнес:

– Я записал посадку, как вы и просили.

– Долго же вы возились.

– Возникли трудности.

– Трудности? Какого рода?

– Мой начальник. Он лишил меня оплаты за вечер. Я рассчитываю...

– Немедленно присылайте запись. Если в ней есть хоть какой-то прок, я дам знать.

– Но...

– Присылайте сейчас же!

Бессильно кусая губы, Инхардт переключил голофон на передачу данных. Спустя мгновение экран погас. Диспетчер глубоко вздохнул и направился к лестнице. Рядом был неплохой кабачок – пара стаканчиков сейчас не помешает... Если он придет домой пораньше, жена начнет задавать вопросы, и всё закончится очередной ссорой, в которой он всё равно проиграет.

* * * *

В «ТопЛайне» Брим вышел из корабля последним, неся пакет в обычном с виду магазинном мешке с эмблемой фешенебельного авалонского бутика. Внутри Эбби спрятала подарок для Онрада в изящный деревянный ларец, а ларец забросала клочками красной папиросной бумаги. Брим окинул взглядом ангар и усмехнулся: команда у него что надо. Еще до того, как закрылись ворота канала, они облепили «четырехсотку», осматривая каждый палец обшивки, будто само её соприкосновение с «чужаками» могло нанести непоправимый вред.

Он почему-то ожидал увидеть в офисе незнакомца в штатском с удостоверением имперской секретной службы, как и совершенно обычный черный глайдер, припаркованный у обочины.

– Специальный агент Кэллей, – представился мужчина. – Позвольте подбросить вас до офиса адмирала Колхауна, лорд Брим?

Сдаваясь на милость судьбы, Брим хлопнул его по плечу и кивнул.

– Агент Кэллей, не могу представить места, куда бы я хотел отправиться больше. – Повернувшись к ангару, он крикнул: – Барбюс! Остаешься за главного!

– Есть, шкипер!

Пока Кэллей лавировал по задымленным, заваленным обломками улицам Авалона – судя по всему, рано утром здесь был налет, – Брим готовился к предстоящему допросу, стараясь воскресить в памяти каждую деталь. У Колхауна было время изучить все снимки, сделанные экипажем УФ-400. Но этот разговор будет куда более личным. Никто не упоминал личных врагов Брима, но он понимал: в грядущем расследовании это направление станет одним из главных.

Стаи пидвингов проносились мимо маленького глайдера, пока Кэллей умело пробирался сквозь плотный поток машин и нырял в похожий на пещеру въезд на парковку под величественным старым зданием адмиралтейства. Очевидно, глайдер транслировал особые сигналы прибытия, потому что они миновали бронированный туннель без малейших помех со стороны силовых полей, которые мгновенно остановили бы любую неподготовленную машину. Кэллей притормозил у ряда транспортеров.

– Дальше дорогу найдете, лорд Брим? – спросил он.

Брим тоскливо улыбнулся.

– Бывал здесь пару раз, – ответил он, когда вооруженный охранник открыл ему дверь. – Благодарю за поездку, специальный агент.

– Когда закончите с адмиралом, скажите его секретарше, – посоветовал Кэллей, отдавая честь. – Кто-нибудь из нас отвезет вас обратно в «ТопЛайн».

Брим козырнул в ответ и шагнул в одну из старомодных лифтовых капсул – внутри пахло маслом и озоном. Он коснулся теплого сенсора идентификации, светившегося красным. Через мгновение тот сменил цвет на зеленый.

– Куда вас доставить, лорд Брим? – осведомилась капсула, пока дверь бесшумно закрывалась.

– Адмирал Колхаун, – представился Брим.

Спустя несколько циклов, за которые лифт успел проделать замысловатый путь по недрам древнего здания, двери разошлись. Брим шагнул в богато отделанную приемную, где его встретила улыбкой миловидная девушка в форме Синей куртки.

– Добро пожаловать, лорд Брим. Адмирал просит вас войти немедленно, – произнесла она, указывая на дверь, украшенную Большой печатью флота.

Стоило ей договорить, как тяжелая створка плавно отворилась. В кабинете за массивным столом поднялся Колхаун. На его львином лице застыло серьезное выражение. Было очевидно, что война берет свое: с каждой их встречей на лбу адмирала прибавлялось морщин, однако в его стальных серых глазах по-прежнему читалась былая мощь.

– Дьявольски рад видеть вас здесь, Брим, – сказал адмирал, протягивая руку.

– Взаимно, адмирал, – ответил Брим, отвечая на крепкое рукопожатие. – Как и всегда, нас спас Барбюс. Он заметил спрятанные гиперторпеды на гравитационной площадке еще до того, как я посадил корабль. Иначе от нас бы и мокрого места не осталось.

Колхаун хмыкнул.

– Что ж, – он указал на пару кресел, обтянутых кожей офета, – значит, теперь вы с ним почти квиты. Вы ведь спасали его шкуру не меньше раз.

Брим дождался, пока Колхаун усядется, и только тогда занял второе кресло.

– Мы уже давно перестали вести счет, – заметил он. – На нашу долю выпало слишком много передряг.

– Готов поспорить, эта была одной из самых жарких, – заявил Колхаун.

– Не стану принимать это пари, адмирал, – отозвался Брим.

– Тогда как насчет того, чтобы поведать мне всё из первых рук? – предложил Колхаун. – Я хочу услышать все подробности, которые вы не смогли припомнить во время сеанса связи по КА'ППА.

Брим кивнул, внутренне готовясь к вопросам, которые сделали Колхауна самым грозным мастером допроса во всем Флоте.

– Что ж, адмирал, – начал он, – давайте вернемся в тот момент, за пару мгновений до того, как Барбюс обнаружил торпеды...

* * * *

К тому времени, как Колхаун закончил почти полтора метацикла спустя, Брим и адмирал успели прикончить поднос с закусками и два кофейника кф'кесса. Брим на собственной шкуре ощутил, что значит быть допрошенным лучшим спецом империи.

Колхаун откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком и нахмурился.

– Значит, вы по-прежнему считаете, что это дело рук не Лиги? – спросил он.

– Я не изменил своего мнения, – твердо ответил Брим. – Лиговцы слишком профессиональны для такой топорной работы. И еще одно: наша крошка УФ-400 не настолько важна для этих жукидов, чтобы ради неё уничтожать целую метеостанцию. – Он коротко усмехнулся. – По крайней мере, до тех пор, пока они не сообразят, куда делась та «невидимка», которую мы разнесли в щепки.

– О, лиговцам это очень не понравится, – согласился Колхаун с мрачным смешком. – Но что касается метеостанции... все знают, что эти жукиды сами пользуются данными оттуда. – Он нахмурился. – Так что есть еще одна причина, почему это не они.

– Может, нам объявил войну кто-то еще? – предположил Брим.

– На сегодняшнее утро таких новостей не поступало, – хохотнул Колхаун. – Хотя в наше время ни в чем нельзя быть уверенным. – Он снова посерьезнел. – Выходит, убить вас пытался кто-то из наших.

– Имперцы?

– Именно, имперцы. И притом весьма высокопоставленные. О секретных испытаниях вашего безумного истребителя знают лишь на самом верху.

– Но это же бред! – воскликнул Брим. – Зачем саботировать проект УФ-400? Это же самая серьезная угроза флоту «невидимок» Лиги с момента открытия N-лучей.

– Вашего открытия, замечу в скобках, Брим.

– Спасибо, адмирал. Это была лишь счастливая случайность много лет назад, о которой пора бы забыть.

– У вас с Барбюсом есть привычка оказываться в нужном месте в нужное время, – хмыкнул адмирал. – Но вернемся к нашей загадке. Я вот о чем думаю: налет на метеостанцию – пусть даже исполненный халтурно – должен был влететь в копеечку. А значит, за всем этим стоит кто-то с очень толстым кошельком.

– Хм... Но опять же, зачем? Кому это выгодно? Я имею в виду, мы ведь все в одной лодке в этой войне... верно?

– Некоторые – меньше других, – пророкотал Колхаун. – Вам никогда не приходило в голову, Брим, что для определенных людей эта война – источник власти и богатства? И что вы со своей УФ-400 можете быть для них угрозой?

– Я не понимаю.

– Будь вы кем-то другим, а не Вилфом Бримом, вы бы поняли, – отрезал Колхаун. – Послушайте: что станется, скажем, с Командованием эскортных сил, если флот относительно дешевых истребителей будет охранять конвои лучше, чем их медлительные и дорогущие звездолеты?

Брим удивленно вскинул брови.

– Кажется, до меня дошло. Вы полагаете, кто-то из Командования эскортных сил хочет прикрыть нашу лавочку?

– Ну, любви к вам эта шатия-братия точно не питает, вы могли заметить.

– О, это я заметил, адмирал. Но...

– Они не единственные, Брим, – перебил Колхаун. – Как насчет графа Тала Конфисс-Траффорда? Клянусь закстом, он спит и видит, как бы выставить вас в дурном свете, особенно с учетом всех подозрений о том, кто на самом деле виноват в катастрофе при Эппеиде. Его дочь, генерал Меган, возможно, и выиграла тот трибунал, что вышвырнул вас из флота, но все понимают, что точка еще не поставлена. Любой ваш успех бросает тень на репутацию Меган. Понимаете?

– Мне не хочется верить, что кто-то из них пойдет на саботаж военных усилий ради личных целей. Что с ними будет, если Лига победит? Всем известно, что лиговцы расстреливают коллаборационистов первыми – они им не доверяют.

– Спокойнее, Брим, – Колхаун мягко улыбнулся. – Я сейчас никого не обвиняю. Я лишь говорю: если метеостанцию уничтожили не лиговцы – в попытке вывести из игры вас и ваш экипаж, значит, разумно поискать в другом месте. И эта свора корыстных жукидов торчит там, как пресловутый больной палец.

Брим пожал плечами.

– Наверное, так и есть, – сказал он. – Но я не позволю никому встать у меня на пути и сорвать проект УФ-400. Уж точно не нашим. – Он на мгновение поджал губы. – Паршиво, когда враг на твоей стороне, – произнес он, глядя в пустоту. – С лиговцами иметь дело куда проще...

Глава 31

...заслуженная награда

БАР И ГРИЛЬ «ЗЕЛЕНАЯ ЗВЕЗДА», ПРИПОРТОВАЯ ТАВЕРНА В ЗАХУДАЛОМ РАЙОНЕ У ЮЖНОЙ ОКОНЕЧНОСТИ ОЗЕРА МЕРСИН, 24 ДИАДА 52017 ГОДА

Арчибальд Греллер, худощавый бородатый капитан древнего грузовоза класса «Банта» под названием «Аргонавт», самодовольно окинул взглядом небольшой банкетный зал, арендованный по такому случаю. Он горделиво улыбнулся и снова пересчитал присутствующих – были все, от механиков до экипажа мостика. Осторожно набрав адрес в голофоне, он дождался, пока загорится индикатор связи. Экран, как обычно, оставался темным.

– Все в сборе? – потребовал резкий голос.

– Все здесь, милорд.

– Вы уверены? Пересчитайте еще раз.

Греллер терпеливо выполнил приказ.

– Все до единого здесь, милорд, – подтвердил он.

– Никому не расходиться, – велел голос. – Я объявлю о наградах лишь один раз. Кто не явился – лишится вознаграждения. Вам ясно?

– Ясно, милорд, – ответил Греллер за миг до того, как связь прервалась.

Он постучал вилкой по бокалу с мимом, призывая своих нечесаных матросов к подобию внимания.

– Сидеть, парни, – скомандовал он. – Небось гадаете, с чего это я закатил такой пир горой, а?

В ответ из-за четырех столов донеслось согласное хмыканье.

– Так вот, – гордо пояснил Греллер, – сегодня расчет за ту работку на метеостанции. Видать, мы всё провернули чертовски ловко. Типы, что нас наняли, устроили этот банкет в знак признательности – и сейчас доставят наш куш наличными. Они хотели убедиться, что все на месте.

– Да кто они вообще такие, закст их дери? – подал голос один из пирующих. – Нечасто нас нанимают громить государственные объекты.

– Да еще и минировать гравитационную площадку в придачу, – вставил другой. – Видать, на кого-то они были очень сильно в обиде!

– С каких это пор мы начали задавать вопросы о наших... э-э... клиентах? – оборвал их Греллер. – Особенно когда они так платят. – Он сверился с часами. – Слушайте, они должны быть здесь с тика на тик, так что постарайтесь выглядеть чуть более профессионально, чем обычно. Мы хотим получить от этих парней столько заказов, сколько сможем...

Греллер так и не закончил фразу. Вместо этого он в замешательстве обернулся на приглушенный шум у единственного входа в банкетный зал. Дверь внезапно распахнулась, и внутрь ворвались четверо в масках, беспорядочно паля из бесшумных бластерных пик. Греллер хотел было выкрикнуть протест, но вся его вселенная схлопнулась в ледяной вспышке чистой энергии. Последней его мыслью было недоуменное: «За что?»

* * * *

Несколько дней спустя Брим выходил из малого лекционного зала адмиралтейства, где выступал перед классом рулевых, проходящих обучение на новые УФ-400. В коридоре его встретил человек в темном деловом костюме.

– Лорд Брим? – спросил он.

– Он самый, – ответил Брим. – Чем могу помочь, агент?

– Бернс, – с легкой усмешкой представился тот. – Спецслужба адмиралтейства. Адмирал Колхаун просит тебя связаться с ним по этому адресу, – он вложил в руку Брима пластиковую полоску.

– Спасибо, – кивнул Брим. – Что-то еще?

– Это всё, – человек коснулся пальцами лба и, не оборачиваясь, зашагал по коридору к выходу.

Брим присел на кожаный диван в нише, ввел адрес в голофон и нажал кнопку вызова. Спустя мгновение, когда пластиковая полоска рассыпалась прахом, на крошечном дисплее появилось лицо Колхауна.

– Привет, Брим. Вижу, Бернс без труда тебя отыскал.

– Твои парни мастера своего дела, адмирал. По крайней мере, находить меня они умеют.

– Вообще-то, пара моих ребят раскопала кое-что весьма любопытное, и это может касаться тебя напрямую, Брим.

– Меня?

– Твоего маленького приключения на той метеостанции.

– Весь во внимании, адмирал.

– Следишь за местными новостями?

– Не особо... А что такое?

– Слышал о бойне в «Зеленой звезде» неделю назад?

– А что это – «Зеленая звезда»?

– Забегаловка у порта. Там кто-то устроил настоящую резню.

– Прошу прощения, адмирал, но какое отношение ко мне имеет поножовщина в портовом баре?

– Думал, ты никогда не спросишь, – ухмыльнулся Колхаун. – Даю подсказку: какой корабль твой оператор BKAEW засек у метеостанции перед вашим прибытием?

– Корабль у станции? – Брим в замешательстве нахмурился, а затем щелкнул пальцами. Он почти забыл об этом. – Кажется, Стил говорил, что он похож на старый сухогруз класса «Банта». Но при чем тут это и тем более резня?

– А при том, что жертвами профессиональных убийц стал весь экипаж старого корыта класса «Банта» под названием «Аргонавт». И этот конкретный корабль находился в космосе «без указания пункта назначения» почти стандартную неделю до того, как на метеостанции навели «порядок». А вернулся он сюда спустя неделю после событий.

– Долговато для старого судна болтаться в пустоте без дела, – рассудил Брим. – Ему наверняка нужно было где-то пришвартоваться, иначе каждый тик оборачивался бы убытками.

– Вовсе нет, – возразил Колхаун. – Могу поспорить, весь рейс был оплачен одним клиентом.

– И всё же связь между этими событиями кажется притянутой за уши, не находишь, адмирал? – спросил Брим.

– Только не тогда, когда понимаешь: те, кто зачищал метеостанцию, провалили главную задачу – они не достали тебя. А поскольку мы почти уверены, что ты и твой экипаж на УФ-400 были истинными целями налета, всю операцию списали в утиль. А за провал полагается обычное наказание в стиле бандюков.

Брим покачал головой.

– Трудно представить, что кто-то готов саботировать своих же в военное время просто ради кредитов.

– Или ради власти, – добавил Колхаун. – Те, кто нанял этот корабль: ими двигала власть, и не сомневайся в этом.

Поразмыслив немного, Брим спросил:

– И что мне теперь со всем этим делать, Кэл?

Колхаун устало улыбнулся.

– Кроме того чтобы быть предельно осторожным, сейчас ты мало что можешь сделать. Но я считал важным, чтобы ты знал, с кем на самом деле имеешь дело. Тот, кто это затеял, вложил немало средств, чтобы избавиться от тебя.

– Что ж, тогда я просто продолжу заниматься своим делом, – немного беспомощно произнес Брим. – Не могу же я бросить работу только потому, что кто-то хочет убрать меня с дороги. Проклятые закстом лиговцы пытаются сделать это годами, и посмотри, чего они добились!

– Я так и думал, что ты именно так и ответишь, Брим! – сказал Колхаун. – Значит, закончишь обучение новых экипажей?

– Конечно, Кэл. Мы должны управиться к середине триада – сразу после бала в честь дня рождения Онрада пятнадцатого числа.

– Хорошо, – одобрил Колхаун, – потому что вскоре после этого у меня для тебя найдется другое назначение, которое тебя заинтересует.

Брим рассмеялся.

– На данном этапе меня интересует почти всё что угодно.

– Обсудим детали позже, – пообещал Колхаун, – но если вкратце, я хочу вернуть тебя к твоим старым друзьям в Содескую. Что скажешь?

Брим невольно улыбнулся.

– Ты же знаешь, я всегда питал слабость к старой Г.Ф.С.Г.

– Знаю, Брим, – подтвердил Колхаун. – И ты, пожалуй, единственный в империи, кого мы можем отправить на такую миссию.

– Я сделаю всё, что в моих силах, что бы ты ни задумал, Кэл.

– Другого я от тебя и не жду, Вилф.

– Я в твоем распоряжении, как только будешь готов к разговору.

– Скоро буду – сразу после бала. Сначала дела насущные, как говорится. В любом случае, увидимся на празднике.

– До встречи, Кэл...

Брим задумчиво убрал голофон в карман. Бакстер Колхаун не имел привычки раздавать легкие задания...

Глава 32

...будут и другие времена

АВАЛОН-АСТУРИАС, АВАЛОН, ГОСТИНАЯ В ОБШИРНОМ ПОМЕСТЬЕ ГРАФА ТАЛА КОНФИСС-ТРАФФОРДА, 15 ТРИАДА 52017 ГОДА

Граф Тал Конфисс-Траффорд, выглядевший неповоротливым и заплывшим жиром даже в своем лучшем парадном облачении, опустил грузное тело в уютное кресло рядом с дочерью, генерал-майором Меган Траффорд, которая также была при полном параде.

– Что тебя тревожит, дорогая? – заботливо осведомился он.

– Ты прекрасно знаешь, что меня тревожит, папочка, – надулась генерал.

– Этот несносный Брим? – спросил Траффорд, и его обвисшие щеки покраснели под слоем грима.

– Конечно, этот Брим! – рявкнула Траффорд. – Что еще может меня волновать? Со времен его трибунала я торчу в штабе, будто это моя вина, что операция на Эппеиде провалилась.

– Ну-ну, Меган...

– Не надо мне «ну-ну», папочка. Генерал Хагбут и на пушечный выстрел не подпускает меня к операциям на передовой. Почти два месяца назад ты обещал, что Брим исчезнет с горизонта, а он до сих пор в списке приглашенных на сегодняшний вечер. Смотри! – в ярости она ткнула списком гостей прямо под нос отцу. – И мне наверняка придется встретиться с ним сегодня!

Нахмурившись, граф оттолкнул список, скрипнув зубами от раздражения.

– Знаешь, – произнес он, – тебе вовсе не обязательно было идти на этот бал. Ты могла бы остаться дома по любой из множества причин.

– Хмпф, – фыркнула генерал. – Если я не явлюсь, а он будет там, все поймут почему.

В этот момент в комнату вошел дворецкий.

– Милорд, госпожа генерал-майор: ваш лимузин подан.

– Ну что, Меган?

После долгой паузы генерал скривилась и пожала плечами.

– Полагаю, у меня нет выбора?

– Нет, Меган, – многозначительно ответил отец, – нет. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы люди поверили в правдивость слухов об операции на Эппеиде...

* * * *

Позже, у дворца, когда Барбюс притормозил под парадным навесом, Брим передал свой подарок для императора королевскому камердинеру. Тот сухо козырнул и поставил яркий пакет, присланный Дарк, на обтянутую атласом тележку, где уже дожидались десятки других изысканно упакованных даров. Прежде чем Онрад приблизится к ним хотя бы на кленет, каждый подарок должен был пройти тщательную проверку.

Окинув взглядом позолоченный вестибюль, Брим кивнул нескольким друзьям, готовившимся к выходу, сдал плащ лакею и шагнул в аванзал. Его тут же захлестнул изысканный гул голосов, смешанный с ароматами дорогого спиртного, духов и богатых яств. Он протянул свою визитную карточку пажу в алой ливрее и посмотрел на сверкающее внизу собрание. Раздался звук АнГрейла, и его имя громогласно разнеслось по залу:

– Слушайте! Слушайте! Адмирал... э-э-э... л-лорд Вилф Анзор Брим, первый герцог Грейсонский!

– Простите, милорд, – прошептал паж, когда Брим начал спускаться по длинной лестнице. – Я из отставных Синих курток, и...

Брим остановился, обернулся и сжал руку человека – только сейчас он заметил, что пустой рукав ветерана приколот к мундиру.

– Поверьте, для меня это честь, звездный матрос, – шепнул он и подмигнул.

Снова начав спускаться по парадной лестнице, он поймал на себе два тяжелых взгляда, сверливших его из толпы: граф Тал Конфисс и генерал-майор Меган Траффорд, судя по всему, только что миновали линию приема. Жирный граф и его дочь Меган в мундире имперской армии с разрезом на юбке почти до самой талии. Брим бесстрастно встретил их взгляды, пока и Траффорд, и его дочь не отвели глаза, направившись к пажу с золотым подносом, полным кубков с мимом. Про себя Брим усмехнулся: что бы он ни думал о Меган Траффорд, щиколотки у неё по-прежнему были точеные.

У подножия лестницы второй паж в парадной ливрее проводил его к началу линии приема, высокопарно шепнув:

– Мадам Колифелс, позвольте представить лорда Вилфа Анзора Брима, первого герцога Грейсонского!

Брим поцеловал затянутую в перчатку руку пухлой супруги вице-адмирала Колифелса. Он чувствовал, как его засасывает в очередную линию приема – по его прикидкам, миллиардную с тех пор, как он впервые оказался на подобном торжестве в месте, которое уже и не помнил.

Пожав последнюю руку, он уже хотел отойти, но почувствовал, как кто-то коснулся его локтя.

– Я ждала тебя, адмирал, – прошептал ему на ухо нежный женский голос.

Вздрогнув, Брим обернулся, и сердце его подпрыгнуло.

– Марго, – произнес он, накрывая её ладонь своей. – Я ждал тебя всю жизнь.

Она была ослепительна в длинном открытом платье нежно-абрикосового цвета с глубоким декольте, подчеркивавшим её небольшую, но идеальную грудь. С её безупречной кожей она всегда казалась ему самым прекрасным созданием из всех, что он когда-либо встречал.

– Как ты? – спросил он, заглядывая в её синие глаза.

Она сжала его руку и улыбнулась, её алые губы сложились идеальным бантиком.

– Лучше, чем вчера, но не так хорошо, как буду завтра. – На миг она прикрыла глаза, а затем посмотрела на него тем самым полусонным взглядом, который он так хорошо помнил. – Угостишь даму выпивкой?

– Я... я думал, ты не пьешь, – запнулся Брим.

– То было тогда, а сейчас – это сейчас, – шепнула она. – Пора попробовать. Если не получится, дом мой совсем рядом.

Брим кивнул пажу с подносом мима – погреба Онрада были легендарными. Он взял бокал и протянул Марго; второй поднял сам и осторожно коснулся края её бокала.

– За тебя, Марго, – сказал он. – Красивую и сильную.

Она поднесла кубок к губам, на мгновение зажмурилась, словно собираясь с духом, и сделала глоток. Брим последовал её примеру. На мгновение взгляд её стал отрешенным, она смаковала вкус, а затем печально улыбнулась.

– «Красивую» – это мне всё еще нравится, – произнесла она. – А вот «сильная»... в последнее время я сдаю.

– Прости, – пошел на попятную Брим.

– О, всё в порядке, – прошептала Марго. – Просто я восстанавливалась так мучительно долго. Пожалуй, пора уже заявить, что я исцелилась, и начать жить снова. – Она улыбнулась. – Но прямо сейчас я вполне счастлива просто держаться за твою руку, будто без неё упаду. Ты ведь не против?

Брим хмыкнул:

– Как я могу быть против, когда на моей руке – самая великолепная женщина в известной вселенной?

Марго машинально коснулась шрама на щеке.

– Спасибо, Вилф, – прошептала она. – Пусть даже во всей вселенной ты единственный, кто так скажет.

Брим мягко подвел её к фуршетному столу в углу зала и поставил свой бокал. Шумный бал вокруг них будто исчез: в этой особой вселенной существовали только он и Марго.

Марго медленно, обеими руками поставила свой мим рядом с его кубком.

– Достаточно, – тихо сказала она, не отрывая взгляда от бокала, будто тот был живым существом. – Я доказала, что могу вовремя остановиться. Для начала это огромный шаг.

Брим обнял её за плечи и прижал к себе.

– Я могу только догадываться, через что тебе пришлось пройти, – прошептал он ей на ухо. – Но я верю тебе.

Пока он говорил, её рука скользнула по его талии.

– Прошло так много времени и столько жизней с тех пор, как мы касались друг друга, Вилф Брим, – прошептала она.

– Слишком много времени и жизней, – согласился Брим, и голос его дрогнул сильнее, чем ему хотелось бы признавать. – Ч-что нам делать теперь?

– Не знаю, – ответила она, убирая руку. – Но твоя близость будит во мне чувства, к которым я, кажется, еще не готова.

Брим нехотя отпустил её, но она не отошла, а снова взяла его под руку.

– Так можно? – спросила она.

– Всё, что ты делаешь, – правильно, – заверил её Брим. – Чего бы ты хотела?

На мгновение её взгляд стал отрешенным.

– Сегодня, с этим кубком мима, я перешагнула через часть своих страхов, – негромко сказала она. – Если бы я дала себе волю, и если бы ты согласился, я бы тайком увела тебя в свои покои и попыталась наверстать все те годы, что мы были в разлуке. Но я еще не готова к таким сильным эмоциям... к любви. Особенно с тобой, мой чудесный любовник. Мне говорили, что я всё еще могу сорваться, а я этого не хочу.

Брим на мгновение затаил дыхание, боясь, что не сможет вымолвить ни слова. Затем, отчаянно подавив чувства, он посмотрел ей в глаза.

– Марго... – начал он.

– Не говори ничего, Вилф, – выдохнула она, прижав палец к его губам. – Не сейчас... Еще не время...

– Н-но...

– Вилф, дорогой, – снова перебила она. – Никогда не принимай меня за ту Марго, которую ты когда-то знал. Той женщины нет, она умерла несколько стандартных лет назад. Я существую в оболочке того, чем она была, стараясь понемногу снова наполнить её жизнью, когда нахожу на это силы.