Текст книги "Переломный момент (ЛП)"

Автор книги: Билл Болдуин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Крэнвелл задрожал, словно температура в кабинете упала до нуля.

– Н-но я же разорвал связи до того, как сигнал мог уйти, разве нет?

– Я сказал: секретные тревоги, – прошипел Ковалл. – И ты их определенно активировал. Теперь нам всем троим остается лишь надеяться, что твое отступление было своевременным. Потому что с моим доступом я без труда проследил путь твоего перевода до одного известного наемного убийцы. Хуже того, любой – человек или программа, кто решит проследить цепочку от убийцы в Провинциях Лэмпсон, сможет выйти на наши самые сомнительные счета. Если кто-то или что-то заметит эти тревоги и решит начать расследование, мы все окажемся под таким ударом, которого не переживем. Онрад сурово карает за измену с тем же рвением, с каким награждает героев.

Когда Крэнвелл нашел в себе силы снова поднять взгляд, Ковалл уже исчез, так же таинственно, как и появился. Но холод, поселившийся в животе лорда, уходить не собирался.

* * * *

– Чиф! – задыхаясь, доложил Стил из рубки связи. – Похоже, наша дальняя связь ловит сигналы КА'ППА от спасательного пузыря.

– Ты уверен? – спросил Барбюс, мгновенно пробудившись от легкой дремы в кресле рулевого.

– Почти наверняка, – ответил Стил. – Сигнал слабый, но пакетные заголовки соответствуют «Пурпурной Эбигейл».

– Отлично! – воскликнул Барбюс с азартом. – Значит, мы на верном курсе?

– Возможно, стоит скорректировать курс на 17L, R21.55, HT4, – ответил Стил. – Но вы чертовски точно угадали направление в самом начале, чиф. Насколько я могу судить с такого расстояния, нам осталось около восьми метациклов, если сохраним скорость.

– Что скажете, суб-лейтенант Баун? – обратился Барбюс ко второму пилоту. – Выдюжим еще восемь метациклов на такой скорости?

– Будет тяжеловато, – ответил Баун, не отрываясь от приборов. – Но если вы не против сжечь резервный запас энергии, то дотянем.

– А когда прибудем? – спросил Барбюс.

Баун хмыкнул:

– При всем уважении, чиф, нам остается только надеяться, что туда подтянутся какие-нибудь части адмирала Молдинга. Иначе мы и сами скоро превратимся в обитателей спасательных пузырей.

– Пойдет, – сказал Барбюс, вводя новые координаты в авторулевой. – Нечего зря время терять!

* * * *

Восседая за своим массивным дубовым столом, гранд-адмирал Бакстер Колхаун, главнокомандующий имперским флотом, изучал стопку совершенно секретных разведывательных отчетов, когда вежливый сигнал оповестил о прибытии посетителей. Убрав документы в средний ящик, он нажал потайную кнопку и откинулся на спинку кресла. Дверь открылась.

– Проходите, господа, – произнес он с суровой улыбкой и указал на два кресла перед столом. – Кф'кесс?

– М-м-м. Благодарю, адмирал, – отозвался Портерфилд Марстон. – Мне, пожалуйста, послаще. А вам, доктор?

– Обычный, будьте добры, – сказал Зиннкин, поудобнее устраиваясь в кресле.

– Ну, господа финансисты, – Колхаун подался вперед, – доктор Адам из ИМР намекнул, что вы раскопали какую-то прескверную историю с денежными переводами.

– «Прескверная» – не то слово, – проворчал Марстон. – Скорее «смердящая». Поверьте, адмирал, я на своем веку повидал немало грязных махинаций, но это переходит все границы. Тут целый букет уголовщины, густо замешанный на том, что я называю изменой.

Колхаун кивнул, стараясь казаться спокойным, хотя внутри у него всё кипело. Адмиралам не положено проявлять чувства; это удел подчиненных... и любовниц.

– Ладно, – медленно произнес он. – Полагаю, мне стоит это выслушать.

Марстон откинулся на спинку кресла и кивком указал на напарника:

– Хм, да. Доктор, прошу вас, изложите адмиралу, что именно вы накопали и на кого.

Худощавый Зиннкин достал из кармана пиджака лист пластика, поправил очки и задумчиво кивнул.

– Адмирал, – начал он, – вот краткое резюме того, что мы передали доктору Адаму.

Он подошел к огромной оперативной панели, активировал световой маркер и начал писать.

В течение следующих полутора метациклов Колхаун пребывал сначала в шоке, а затем в ярости от махинаций двух магнатов, которые всем, что имели, были обязаны имперскому укладу жизни. Когда Зиннкин закончил, на настенном дисплее красовались три ключевых пункта обвинения против Траффорда и Крэнвелла, каждого из которых с лихвой хватило бы на самый суровый приговор в имперской судебной системе.

1. Траффорд, потомственный кораблестроитель в четвертом поколении, владеет рядом важнейших коммерческих верфей. Его преступления включают намеренную задержку постройки новых судов для замены тех, что были потеряны на войне. Он не желает усиления Командования эскортных сил (которым руководит Крэнвелл), поскольку каждая потеря судна сулит огромную прибыль от заказов на новые. Он стал настолько богат и могущественен, что надеется свергнуть Онрада. С этой целью он вступил в контакт с Зогуардом Гроберманном, министром иностранных дел Лиги, и снабжает его ценнейшей информацией, чтобы обеспечить себе положение в случае победы Лиги.

2. Крэнвелл удерживает контроль над эскортной службой ради инсайдерской информации о графиках движения конвоев. Он наживается на тайном страховании определенных транспортов, после чего передает сведения о них Лиге, подставляя их под удар.

3. Лорд Брим невольно перешел дорогу обоим: сначала став козлом отпущения для любимой дочери Траффорда, генерала Меган, а затем доведя до совершенства УФ-400. Он доказал ценность корабля, продемонстрировал его возможности и, наконец, стал продвигать его среди людей, которые его уважают. Одной лишь попытки убийства старшего офицера флота достаточно, чтобы отправить обоих заговорщиков в изгнание.

– Подводя итог, господа, – произнес Зиннкин, – перед нами два очень умных человека. Они вели игру по-крупному и вели её мастерски. Их финансовые сети были сплетены столь искусно, с блестяще выстроенными цепочками посредников, что на их взлом ушли бы годы, если бы нам вообще это удалось.

Он на мгновение погладил бороду, будто готовясь к последнему штриху, и улыбнулся.

– Мы, так называемые люди, – начал он, – расселились по всей Галактике, покорили время, пространство и расстояния, но при этом остались обычными двуногими существами со всеми слабостями, присущими нашему виду. В конечном счете этих двух высокоразвитых человеческих особей погубили простая жадность и гордыня. Оба они так люто ненавидели Вилфа Брима, безродного карескрийца, что потеряли осторожность в своем стремлении поставить его на место. Ключом к их тайнам стал наем печально известной лампсонитки-убийцы Серены Морган. Крупный перевод средств на её лампсонитский счет открыл крошечное окно в созданный ими финансовый лабиринт. С этого мгновения они были в моей власти, а теперь они в вашей!

Зиннкин вернулся на свое место, выглядя заметно уставшим. Колхаун на мгновение поджал губы, а затем задумчиво кивнул.

– Я лишь надеюсь, что адмирал Брим пережил свое изгнание, ибо мы все перед этим человеком в неоплатном долгу.

– Хм. Да. Есть ли какие-нибудь вести?

– Пока никаких, – проворчал Колхаун, тяжело нахмурившись. – Но у императора уже готов для него новый флотский плащ, и мы делаем всё возможное, чтобы он дожил до того дня, когда сможет его надеть...

Глава 52

...в море

АВИАНОСЕЦ «УОСП», САРГАССОВО МОРЕ, 39 ТРИАДА 52017 ГОДА (16 ДЕКАБРЯ 1965 ГОДА)

Отключив гравигенератор и перейдя на местное притяжение, Брим ухмыльнулся и пожал плечами, глядя на Морган.

– Худо ли, бедно ли, – сказал он, – но мы на месте.

– Где бы это «место» ни находилось, – отозвалась она, разглядывая через гиперэкраны бескрайнюю палубу, на которую они приземлились. – Нам еще нужно как-то добраться до настоящей твердой земли.

Брим хмыкнул:

– Да, Серена, есть такое дело.

– К тому же почти все, кого я вижу, одеты в какую-то форму, – добавила она, нахмурившись. – Полагаешь, тут всё военное?

Брим потер небритый подбородок.

– Трудно сказать, – ответил он. – У нас дома и гражданские, и правительство владеют огромными кораблями, но обычно гражданские суда выглядят... как бы это сказать... более по-граждански.

– Твои описательные способности меня просто поражают, – едко заметила Морган.

– Благодарю, – Брим отвесил легкий поклон. – Всегда к твоим услугам.

– Ну и как, по-твоему, выглядит этот корабль? – спросила Морган, наблюдая, как большая группа людей в шлемах окружает «пузырь» и начинает отгонять всех, кто пытается подойти к ним близко.

– Как по мне, мы на борту какого-то военного корабля, – сказал Брим.

– И какого закста там сейчас происходит?

– Точно не знаю, но, похоже, нас взяли в кольцо охраны.

– Зачем? Мы что, выглядим опасными?

Брим поджал губы и на мгновение задумался.

– Возможно, – кивнул он. – Инопланетные бактерии и вирусы, например. Эти люди не могут знать, что мы решили подобные проблемы целую вечность назад.

– Хочешь сказать, они считают нас заразными?

Брим задумчиво кивнул.

– Не то, чтобы нечистыми, – пояснил он, – но на ранних этапах бывали случаи, когда пришельцы выкашивали местную культуру или наоборот, пока космические расы не объединились, чтобы искоренить эту угрозу. Вообще-то, основные исследования в этой области проводились в институте биологии на Авалоне-Астуриасе.

– Никогда о нем не слышала, – призналась Морган.

– Сомневаюсь, что ты могла слышать, – сказал Брим. – Почти все принимают их работу как должное, потому что они существуют слишком давно. Например, ваши Провинции Лэмпсон входят в Межгалактическую федерацию столько, сколько все себя помнят, но я уверен, что когда-то целое поколение твоих предков проходило обработку так же, как и когда-то в прошлом поколение имперцев. – Он взглянул на гиперэкраны. – Как только этих бедолаг обнаружат в гиперпространстве, их тоже обработают.

– Звучит неплохо, – согласилась Морган. – Но сдается мне, эти ребята и понятия не имеют, что мы для них сейчас не опасны.

– Скорее всего, так и есть, – подтвердил Брим.

– И что нам теперь делать?

– Пока не появится наш друг Уолли, – ответил Брим, – я попробую вызвать доктора Гилрута в этом их Хьюстоне. Я так и не отключил канал, и все по-прежнему используют его, чтобы говорить с нами.

– Я готова, – сказала Морган, беря микрофон. – Доктор Гилрут, вы всё еще на связи?

– Серена? – раздался голос Алана Шепарда.

– Да, Ал. Доктор Гилрут на месте?

– Здесь, – ответил Шепард. – Погоди, сейчас позову.

Через мгновение послышалось:

– Серена, мне сообщили, что вы с лордом Бримом благополучно прибыли на авианосец.

– Да, доктор, спасибо.

– Проблемы есть?

– И да, и нет, доктор.

– Говорите, Серена.

– Мы сели вполне благополучно, благодарю вас, доктор Гилрут, но по какой-то причине наш спасательный пузырь окружили люди в шлемах, похожие на стражу. Мы что-то сделали не так?

– Насколько мне известно, нет, – ответил Гилрут. – Понятия не имею, зачем их там выставили.

– Возможно, они опасаются бактерий и вирусов?

Гилрут на мгновение замолчал.

– Хм, – задумчиво произнес он. – Полагаю, дело в этом. Но я уже говорил со специалистами по биологии здесь и в других местах. Они не считают вас серьезной угрозой. К тому же на авианосце вы находитесь в полной изоляции.

– По словам лорда Брима, нас обезопасили еще несколько поколений назад, но мы никак не можем это доказать, – призналась Морган.

– Вот что я вам скажу, – произнес Гилрут. – Я позвоню президенту Джонсону, нашему «императору», и выясню, что происходит. Я свяжусь с вами, как только что-то прояснится.

– Благодарю вас, доктор, – ответила Морган. – Будем ждать новостей.

Глава 53

…прием посетителей

АВАЛОН-АСТУРИАС, Авалон, 38 ТРИАДА 52017 ГОДА

Тал Конфисс-Траффорд не слишком удивился, когда слуга доложил, что лорд Крэнвелл без приглашения явился к дверям его роскошной резиденции в центре Авалона.

– Проводите его в мой кабинет, – приказал он, а затем на мгновение задумался, репетируя предстоящий разговор. Сейчас было жизненно важно сделать так, чтобы вся вина пала на одного Крэнвелла.

Пройдя по потайному ходу, Траффорд оказался за своим столом на несколько циклов раньше гостя. Подавив гнев, он приготовился к встрече с человеком, которого теперь твердо решил уничтожить. Спустя еще пару циклов стук в дверь возвестил о начале развязки.

– Лорд Крэнвелл, – доложил дворецкий.

– Впустите его, – бросил Траффорд.

Мгновение спустя дверь открылась, и в кабинет вошел Крэнвелл.

– Добрый день, кузен, – произнес Траффорд, поднимаясь и изображая удивление. – Что привело вас в мой дом?

– Думаю, вы знаете это не хуже меня, – неспокойно ответил Крэнвелл.

– Кузен, – Траффорд притворно нахмурился, – я понятия не имею, почему вы почтили меня своим визитом, но добро пожаловать. Присаживайтесь.

– Бросьте, Траффорд, – прорычал Крэнвелл. – Дело серьезное, и нам нужно его обсудить, иначе мы оба по уши в дерьме.

– Что именно обсудить, кузен?

– Борода Вута, Траффорд! Вы чертовски хорошо всё понимаете. Ваш собственный сын просветил меня насчет того, что я мог натворить... И не забывайте, это касается и вас тоже.

– Кузен, – Траффорд изобразил ложную озабоченность, – я не имею ни малейшего представления о тех бедах, что вы вообразили. И, пожалуйста, оставьте в покое моего несчастного, слабоумного сына. У него же в голове лишь половина разума.

– Боги, Траффорд. Вы ведь собираетесь бросить меня на произвол судьбы, верно?

– Кузен! Дорогой кузен! Прошу вас, успокойтесь. О каком таком произволе идет речь?

– Вы, закст подери, как хорошо знаете, о чем я! Вы в этом замешаны так же глубоко, как и я! Не думайте, что ваши собственные делишки с Лигой остались незамеченными. Мне всё известно о ваших связях с Зогуардом Гроберманном, министром иностранных дел Лиги.

– Прекратите это, кузен, – приказал Траффорд.

Внезапно до него дошло – и от этого осознания по спине пробежал холодок, – что Крэнвелл каким-то образом раскопал сведения о его, Траффорда, предательстве. А значит, запись их беседы теперь содержала информацию, которую необходимо уничтожить.

– Стража! – крикнул он. – Стража! Взять этого человека!

Мгновенно из скрытых проемов в стенах появились дюжие молодчики. Они набросились на разъяренного Крэнвелла и быстро подавили его сопротивление, больно вывернув ему руки за спину.

Стиснув зубы от боли, Крэнвелл оскалился.

– Траффорд, – прорычал он, – что бы вы ни сделали, я потащу вас за собой. Вы должны это понимать.

– И как же вы это сделаете? – выплюнул в ответ Траффорд, чувствуя, как по позвоночнику ползет непривычный страх.

– Вы действительно хотите, чтобы ваши охранники это услышали?

– Это доверенные слуги, – ответил Траффорд, но тут же осознал: при достаточном давлении из любого из тысячи источников доверять нельзя никому. После долгих раздумий он приказал: – Отпустите его и оставьте нас.

Когда они остались одни, он произнес:

– Ладно, Крэнвелл, полагаю, нам и впрямь лучше это обсудить...

* * * *

– Кажется, у нас гости, Серена, – произнес Брим.

Они стояли в куполе спасательного пузыря и наблюдали, как шесть фигур в белых комбинезонах спешат к ним по палубе.

– Эй, – прошептала Серена, – кажется, один из них – Уолли.

– Ага, – согласился Брим. – Я видел его только в лицо... хотя другой может оказаться Томом Стаффордом.

На почтительном расстоянии за шестеркой следовала пестрая толпа гражданских. Они тащили ящики, похожие на тот фоторегистратор, который Стаффорд использовал в модуле, только эти были установлены на складных треногах. Эта группа остановилась поодаль, окружив носовую часть пузыря; то тут, то там среди них вспыхивали яркие огни.

Тот, кто был похож на Ширру, подтвердил свою личность, взглянув на купол и помахав рукой. Стаффорд последовал его примеру.

– Ну что же, – сказал Брим, – пора спускаться и знакомиться с нашими благодетелями. Готова, Серена?

Морган поправила комбинезон, заглянула в зеркало пузыря и поморщилась:

– Что бы ни случилось, для этого исторического момента я выгляжу просто паршиво.

– Меня ты в этом не убедишь, Серена, – ответил Брим, пока они спускались по трапу. – Я-то знаю, что ты красавица.

– Спасибо за комплимент, – съязвила она, – но никто из этих парней не имел удовольствия видеть меня голой так же часто, как ты.

Брим на мгновение приобнял её за плечо, затем открыл люк, и перед парой предстало тревожное зрелище: люди в шлемах, охранявшие пузырь, явно не давали Ширре и Стаффорду подойти ближе. И оба астронавта были явно не в восторге. Ширра что-то гневно выкрикивал; Стаффорд стоял рядом, подавшись вперед и уперев руки в бока.

После бурного обмена репликами и активной жестикуляции Ширра просто попытался прорваться силой, но другие охранники преградили ему путь прежде, чем он успел дойти до пузыря. Стаффорд тут же оттолкнул двоих стражей, бросаясь на помощь другу, и в этот момент к схватке присоединились четверо мужчин в белых комбинезонах с надписью «Макдоннелл». Из оцепления начали прибывать новые охранники – завязалась настоящая свалка. Увидев, как Ширра рухнул, а на него навалились двое охранников, Брим спрыгнул из люка и стащил одного из них. Тот немедленно переключил внимание на Брима. Ширра сбросил первого нападавшего и кинулся помогать Бриму.

Как раз когда Морган взобралась на плечи одному из стражников и принялась колотить его по голове бог весть чем, Брим вырубил очередного туземца мощным боковым в челюсть. И тут он заметил группу вооруженных людей в форме: те держали в руках кинетическое оружие и палили в воздух.

Морган со своей позиции увидела то же самое.

– Назад в пузырь! – крикнула она, но Брим понял, что поздно: путь к люку им и их местным товарищам был отрезан.

Стаффорд, сам боровшийся с дюжими охранниками, крикнул Бриму что-то предупреждающее, но в ту же секунду руки Брима оказались прижаты к бокам, а на запястьях защелкнулись металлические кольца.

Спустя мгновение все восемь участников потасовки были обездвижены. Ширра продолжал орать на туземца в ином головном уборе, но слова не помогали. В конце концов, Брима и его спутников подхватили и потащили под палубу прямиком на корабельную гауптвахту.

Глава 54

...если немного повезет

АВИАНОСЕЦ «УОСП», САРГАССОВО МОРЕ, 39 ТРИАДА 52017 ГОДА (16 ДЕКАБРЯ 1965 ГОДА)

Морган поморщилась, оглядывая их новое пристанище. Даже в спасательном пузыре было лучше! Карцер на авианосце был тесным, пропахшим стерильностью и залитым ярким светом. Восемь существ, запертых в четырех металлических стенах, едва могли развернуться. Из обстановки – металлический унитаз за занавеской, такая же раковина и единственная койка. Одному Вуту известно, кто должен был на ней спать – уж точно не Серена Морган.

По крайней мере, компания подобралась интересная. Не считая Брима, которого она уже давно рассматривала как спутника для самого долгого пути, здесь были два американских астронавта. Это были блестящие люди с потрясающим чувством юмора – особенно Уолли, этот сорвиголова, который заставлял всех покатываться со смеху своими выходками, проявлявшимися в самые неожиданные моменты. К тому же он был чертовски хорош собой. Стаффорд, более серьезный, оказался общительным и скромным интеллектуалом; он обожал сыпать инженерными терминами, большая часть которых пролетала мимо ушей Серены.

В камере узники быстро перезнакомились, учитывая обстоятельства, которые их свели. Все еще возбужденно обсуждали недавнюю заварушку, когда один из техников «Макдоннелл» заявил:

– А славную же мы им задали трепку

– Точно! – подхватил другой техник. – Я бы за такое выпил!

– Эй, Дон! – крикнул третий. – Нам всем не помешало бы глотнуть!

– Ладно, ладно, я поделюсь, – отозвался седой старик из «Макдоннелл», выуживая из кармана комбинезона большую серебряную флягу. – Пускайте по кругу. Глядишь, и подобреете!

Фляга пошла по рукам. Морган наблюдала, как Брим сделал осторожный глоток.

– Ого... Крепкая штука! – прохрипел Брим, закашлявшись, а затем отпил еще немного.

– Что он сказал? – зашумели остальные узники.

Морган перевела, и камеру наполнили одобрительные возгласы.

– Черт, да какой он пришелец? – хохотнул один из техников. – Наш парень!

Вдруг Брим протянул флягу Морган. Поколебавшись лишь мгновение, она сделала изящный глоток. Жидкость обожгла горло, но на вкус оказалась на удивление благородной – совсем как добрый логийский мим.

– Ух ты! ХОРОШО! – воскликнула она. – Что это было?

– Бурбон, – ответил Ширра. – Идет мягко, а?

– Мя-я-агко, – повторила Морган на местном наречии, после чего решилась на второй глоток, уже посолиднее.

После отменного ужина из местной еды – блюда под названием «спагетти с тефтелями», свежего горячего хлеба, какого-то скучного овоща и удивительно вкусного холодного десерта, именуемого «мороженым», – пленники один за другим начали засыпать. 39-й день Триада или 16 декабря, смотря по какой системе вести отсчет, – выдался долгим и богатым на события для всех обитателей гауптвахты.

* * * *

В Авалоне, после долгих и яростных споров с Крэнвеллом, Траффорд в полной мере осознал масштаб ущерба, который его кузен нанес им обоим. Наступил поздний вечер. Граф понимал: у него остались считаные метациклы, прежде чем неповоротливая машина имперского правосудия придет в движение.

– Я намерен бежать, кузен, – прорычал он Крэнвеллу. – Поскольку наши судьбы в этой... гм... чрезвычайной ситуации тесно переплетены, я готов взять вас с собой в нейтральную систему. Переждем там, пока мои люди в Авалоне не подготовят почву для моего возвращения.

– А для моего? – слабо спросил Крэнвелл.

– Мы обсудим это, когда выберемся отсюда, идиот, – выплюнул Траффорд. – И лучше помалкивайте, пока я не передумал вообще брать вас на борт.

С этими словами он приложил ладонь к голофону и набрал адрес. Через мгновение аппарат ожил.

– Капитан? – потребовал граф.

– «Принцесса Меган» на связи, – доложил голос.

– Говорит Траффорд. Подготовить «Принцессу» к немедленному взлету. Подайте план полета до ближайшей независимой системы. Ясно?

– Вас понял, граф Траффорд, – ответил голос. – Голос и терминал верифицированы.

– Тогда за дело, капитан. Сегодня вы должны оправдать свое жалованье.

Траффорд отключил связь и зашагал по длинному коридору к гаражу, где стоял его личный скиммер. Крэнвелл плелся следом, спотыкаясь, как напуганный ребенок.

* * * *

Выйдя из гиперпространства в самый последний момент, Барбюс повел свою маленькую эскадрилью по крутой дуге вокруг голубой планеты. Он искал... Пространство вокруг шара буквально кипело от излучения во всем электромагнитном спектре. Не прошло и нескольких тиков, как Стил доложил о сигналах КА'ППА, пакетные заголовки которых содержали идентификаторы транспорта «Пурпурная Эбигейл». Мгновение спустя то же самое подтвердили и другие корабли.

– Есть координаты, Стил? – потребовал Барбюс.

На дисплее тут же высветились цифры.

– Ладно, народ, – объявил он. – Спускаемся и посмотрим поближе.

Когда четыре корабля приблизились к поверхности, стало ясно, что спасательный пузырь приводнился в океане, проигнорировав огромные массивы суши.

«Интересно, какого черта его понесло на воду?» – с тревогой подумал Барбюс. Он уже собирался озвучить свои сомнения, когда их истребители пронеслись над вытянутым тропическим островом, но тут его мысли прервала Труссо, стоявшая между двумя креслами рулевых.

– Что это, закст подери? – воскликнула она, указывая вперед через гиперэкраны.

Барбюс прищурился, пытаясь рассмотреть детали огромного плоскопалубного судна, медленно идущего по морю и оставляющего за собой широкий кильватерный след.

– Понятия не имею, что это за посудина, капитан Труссо, – возбужденно отозвался Баун, – но глядите: на носу припаркован спасательный пузырь, прямо за скоплением каких-то винтокрылов.

– Отлично! – воскликнул Барбюс. – Посмотрим поближе.

Заложив крутой вираж, он повел эскадрилью на бреющем полете вдоль всего корпуса судна, пройдя всего в сотне иралов над его длинной плоской палубой.

Глава 55

…прибытия и отбытия

АВИАНОСЕЦ «УОСП», САРГАССОВО МОРЕ, 39 ТРИАДА 52017 ГОДА (17 ДЕКАБРЯ 1965 ГОДА)

Внизу, в карцере «Уоспа», величественная тишина корабля была взорвана чудовищным ревом над головой, а затем еще тремя такими же с короткими интервалами. Брим вскочил под удивленные крики сокамерников.

– Что это было? – выкрикнула Морган.

– Всё в порядке, Серена, поверь мне, – прошептал Брим. – Кажется, это весточка из дома.

– Что?

– Серена, – прошептал он, – ничто другое в известной вселенной не издает такой грохот, кроме двух содескийских гравигенераторов TBN-998 на крейсерском режиме.

– И что эта инженерная абракадабра должна значить?

– Ох, прости, Серена, – Брим почувствовал, как щеки обдает жаром. – Ни один истребитель не шумит так, кроме тех, что вожу я. Похоже, кто-то из наших прилетел за нами.

Вдруг Ширра присел на корточки рядом с ними и что-то сказал на своем языке. Для Брима это прозвучало как вопрос.

– Что он спросил?

– Уолли спрашивает, знаешь ли ты, что это за шум. Я передала ему твой ответ.

Внезапно по всему кораблю завыли сирены, и местные вскочили на ноги.

– Какого закста там происходит! – рявкнул Брим.

Морган пожала плечами.

– Не знаю! – прокричала она сквозь шум. – Все орут что-то вроде: «Боевая тревога!»

– Сальная борода Вута! – проорал Брим. – Скажи им, чтобы не вздумали стрелять! Это же наш транспорт до дома!

* * * *

В предрассветной тьме низкий грациозный силуэт великолепной яхты графа Тала Конфисса-Траффорда, К.И.Ф. «Принцесса Меган», скользнул по озеру Мерсин, покидая покрытую росой стоянку и направляясь к зоне взлета.

В полумраке рубки Траффорд и лорд Крэнвелл нервно сидели позади двух рулевых, ожидая разрешения на старт. Их цель – звездная система Арелида, нейтральное государство, признающее лишь собственные законы. На трех крошечных планетах арелидийцы сохраняли независимость от межзвездного права, предлагая туристам из обжитой галактики любые пороки, разумеется, за приличную цену. Внутри границ Арелиды власть принадлежала деньгам и силе, а не кодексам. Многие из близких соратников Траффорда уже скрывались там от правосудия.

– Где наше чертово разрешение? – потребовал Траффорд.

– Не знаю, граф, – бросил рулевой в левом кресле. – Диспетчеры башни часто ведут себя непредсказуемо.

– Не смейте дерзить мне, – нервно огрызнулся Траффорд. – Мы уже слишком долго ждем, вам не кажется?

– Признаться, сегодня утром задержка чуть дольше обычной, граф, – ответил рулевой, – но ничего из ряда вон выходящего...

Его прервал голос диспетчера из башни:

– Башня – «Меган»...

– «Меган» на связи...

– «Меган», взлет задерживается до проведения инспекции судна.

– «Меган» принял. Прошу уточнить причину.

– Башня: стандартная проверка перед вылетом в Арелиду.

– «Меган» принял. Конец связи.

– Что?! – вскипел Траффорд. – Я правильно понял? Мою «Принцессу Меган» собираются инспектировать? В башне знают, чей это корабль?

– Да, граф Траффорд. Информация указана в плане полета.

– Тогда с какой стати им вздумалось её проверять?

– Правительственные распоряжения, не иначе, граф.

– Я не привык подчиняться распоряжениям!

– Понимаю, граф. Но боюсь, в этот раз вам придется смириться. Видите те четыре синих огня, что приближаются к нам?

– Да. Что это?

– Они идентифицировали себя как полицейские крейсеры, граф.

– Сюда?

– Именно так они и говорят.

– Тогда взлетай! Я приказываю тебе взлетать! Живо!

– Гм, граф Траффорд. Это грубейшее нарушение закона. Если я взлечу без разрешения, я лишусь лицензии рулевого.

– Я щедро вознагражу тебя!

– Простите, граф, но никакие деньги не заменят мне мои документы.

Внезапно Траффорд выхватил из-за пазухи маленький бластер и приставил его дуло к уху рулевого.

– Ты взлетишь или умрешь, – прорычал он. – Выполняй приказ! Взлетай!

В ту же секунду сам Траффорд вздрогнул, почувствовав холодный металл у собственной шеи.

– Бросьте бластер, отец, – услышал он за спиной шепот Ковалла. – Пора покончить с этим балаганом, который вы называете жизнью.

– Ковалл, ничтожество! Как ты смеешь угрожать мне, своему отцу?

– Ах, отец, – произнес Ковалл, – я не угрожаю. Я лишь констатирую факт. Я выстрелю, если вы не бросите оружие до того, как я досчитаю до трех. Один...

– Ковалл, идиот! Ты понятия не имеешь, что...

– Два...

– Ковалл, я требую...

– Три.

Ошеломленные глаза и уши Траффорда еще успели зафиксировать вспышку и шипение бластера. В отсеченном мозгу мгновенно вспыхнула нестерпимая боль, удивление и горький холод – затем последовало головокружительное падение и резкий удар: череп стукнулся о палубу яхты и, откатившись, замер. Прежде чем всё окончательно погрузилось во тьму, он успел поднять взгляд и увидеть, как его обезглавленное тело оседает в кресле, а кровь бьет из него фонтаном.

Глава 56

...атака!

НАД АВИАНОСЦЕМ «УОСП» В САРГАССОВОМ МОРЕ, 40 ТРИАДА 52017 ГОДА (17 ДЕКАБРЯ 1965 ГОДА)

В утреннем свете Барбюс сделал третий проход над плоской палубой гигантского корабля; три остальных его судна крейсировали выше. Барбюс хмурился. Никаких следов Брима на палубе, ни единого сигнала по КА'ППА. К этому времени огромная площадка заполнилась человеческими фигурками, которые глазели на него и тыкали пальцами. Когда он начал набирать высоту, в кабине взвыли датчики сближения.

– Береги хвост! – предупредил кто-то сверху.

Барбюс оглянулся и увидел большое обтекаемое крылатое судно, пристраивающееся ему в хвост. Оно напоминало вытянутую каплю с двумя мощными наплывами по бокам – Барбюс предположил, что это реактивные двигатели. Носовая часть иралов на двадцать была выкрашена в светло-голубой цвет; сразу за ней возвышался уродливый фонарь с причудливо расположенными окнами, где, вероятно, размещался экипаж. Стреловидные крылья в средней части корпуса дополнялись крыльями поменьше у хвоста и высоким скошенным килем. Предупреждения от других УФ-400 подтвердили: их тоже преследуют подобные аппараты.

– Какого закста они тут забыли? – рявкнул Барбюс.

– Наверное, с того большого острова, над которым мы пролетали, – отозвался Баун. – Во всяком случае, они шли именно оттуда.

Внезапно Барбюс заметил яркую вспышку под крылом преследователя. В ту же секунду от него отделилась какая-то ракета – гиперторпеда? – и, оставляя за собой дымный след, на огромной скорости понеслась прямо к нему.

– Всем по местам! К бою! – выкрикнул Барбюс в систему связи.

Он с легкостью ушел от ракеты, заложил три последовательных левых виража под прямым углом и расстрелял её в воздухе.

– Все в боевых скафандрах? – потребовал он, быстро надевая свой шлем.

Хор подтверждений заполнил эфир.

– Ладно, – процедил он сквозь зубы, – посмотрим, что затеял этот жукид!

Не давая атакующему опомниться, Барбюс мгновенно зашел ему в хвост.

Местный корабль принялся метаться по небу, словно сорвавшаяся с крючка рыба, но Барбюс отметил, что делает он это довольно неуклюже – от УФ-400 ему было не уйти. Не желая убивать пилотов, Барбюс решил просто вывести машину из строя. Открыв две заслонки дезинтеграторов, он вплотную приблизился к преследователю и осторожно выпустил два маломощных заряда прямо под фюзеляж. Самолет дико заболтало: с электроникой у этого пилота теперь явно были проблемы.