Текст книги "Ловушка безмолвия (ЛП)"

Автор книги: Барбара Фритти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Кэтрин закрыла глаза.

– Я чувствую, как бьется ее сердце, – прошептала она. – Быстро, коротко и оно в ужасе. Она никогда не была так напугана.

Дилан почувствовал себя не в своей тарелке. Крестик в его руке становился горячим, обжигая мужчину сильным жаром. Неужели из-за своей связи с Кэтрин он почувствовал сердцебиение Эрики? Или это его собственное сердце угрожало выпрыгнуть из груди?

Кэтрин открыла глаза и опустила руку. Вот так легко была разорвана между ними связь.

– Она жива… пока что. – Кэтрин выпустила вздох облегчения. – Но ее здесь больше нет.

– Ты видела, где она теперь? – Крестик в руке стал холодным. Неужели он просто представил его жар? Бл*ть! Да что за хрень с ним творится?

– Нет, но она прячется. Это все, что я знаю. Прости. Понимаю, я не сильно помогла.

– Почти не помогла.

– Дилан, я говорила, что в моей голове не вырисовывается дорожная карта. Я тебе не GPS-навигатор. Я человек, получающий связь с не совсем обычными эмоциями. Но разве я не привела нас сюда?

– Я не знаю, как ты это сделала.

– Ты сказал, что пытаешься поверить мне. Неужели ты просто порол чушь, чтобы я прикоснулась к крестику?

– Нет, я, правда, пытался. Я просто злюсь, что ничего не сработало, – признался он, громко выдыхая. – Прости, что накинулся на тебя.

– Не делай так больше. Я твой напарник, и прямо сейчас у тебя никого нет.

– Я знаю.

Кэтрин вздрогнула, когда ветер подул сквозь ротонду.

– Становится холодно.

– Пойдем вернемся в машину.

– И что потом?

– Поедем ко мне домой, – быстро решил он за двоих.

– Тебе не кажется, что это немного рискованно?

– Эрика была там. Мне нужно удостовериться, что она не оставила мне какую-нибудь записку или еще что-то. Это всего в нескольких кварталах отсюда.

Они были на полпути к машине, когда у Дилана снова завибрировал телефон. Звонил его адвокат.

– Где тебя черти носят? – потребовал Марк. – Я же просил остаться.

– А я не мог. Мне нужно найти Эрику до того, как полиция запрет меня.

– Тогда тебе стоит найти ее очень быстро, потому что мне уже звонил детектив Ричардсон в поисках тебя. Он сообщил, что твоя машина на стоянке, но ты съехал из поместья, и уже несколько часов тебя никто не видел. Самое лучшее, что ты можешь сделать, – вернуться в Тахо и разобраться со всем этим. Я подожду тебя там. Тебе не нужно проходить через это одному.

– Лучшее, что я могу сделать, – найти Эрику. Я знаю, она жива. Она звонила мне недавно.

– И что сказала?

– Что ей жаль.

– Это хорошие новости. Рад слышать, что она жива, но нам нужно нечто большее, чем просто твое слово о том, что она звонила. Что она еще сказала?

– Что у нее проблемы, и ее кто-то преследует. Затем она повесила трубку.

– И что это значит? Кто может ее искать, кроме тебя?

– Подозреваю, что тот, кто пытается подставить меня и обвинить в ее убийстве, поэтому и хочет убедиться, что она действительно мертва. И я полагаю, Эрика не понимала, что смерть ее будет реальной, а не фальшивой.

– Ну, прямо страсти, как в чертовых фильмах, – проворчал Марк.

– Хотел бы я сказать, что читал сценарий, дабы знать, что будет дальше. В любом случае, я не могу сдаться, пока не найду Эрику.

– Где ты?

– Лучше тебе не знать. Я не хочу превращать тебя в соучастника, Марк.

– Дилан, я должен сообщить тебе, что, если полиция соберет достаточно доказательств и получит ордер на арест, тот факт, что ты сбежал, сделает твою линию защиту намного сложней.

Все, что говорил Марк, было правдой, но он сделал свой выбор, и ему придется с этим смириться.

– Я позвоню тебе, когда найду Эрику.

– Стой. Не используй этот телефон снова. Его слишком легко отследить.

Марк был прав, черт возьми. Дилан уже должен был подумать об этом. Полиция, вероятно, уже выяснила, что он в Сан-Франциско.

– Спасибо за напоминание. Я найду способ связаться с тобой.

– Полиция ищет тебя, не так ли? – спросила Кэтрин, как только он убрал телефон.

– Они пытаются узнать, где я.

– А Марк хочет, чтобы ты вернулся на озеро?

– Да, но Эрика сейчас не там. Она в городе, и я не уеду отсюда, пока не найду ее. Но ты можешь вернуться, Кэтрин. С каждой минутой становится только хуже. Тебе еще не поздно исчезнуть со всех радаров. Ты можешь сказать, что я украл твою машину и силой заставил поехать с собой. Тебе не обязательно помогать мне.

– Ой, да, пожалуйста, хватит, Дилан, мы ведь уже договорились. Я в деле. И никуда не уйду. – Она посмотрела ему прямо в глаза. – Я знаю, что Эрика жива, и ты не убивал ее. Я не отступлю и не позволю засадить в тюрьму невиновного человека.

– Надеюсь, ты не пожалеешь о своем решении, – сказал Дилан.

– Я тоже.

Глава 8

Квартира Дилана находилась на втором этаже трехэтажного здания в округе Марина, в нескольких кварталов от Дворца изящных искусств. Едва они оказались возле двери, сразу стало ясно, что та открыта нараспашку. Оказалось, замок был сломан.

– Лучше подожди здесь, – мрачным голосом произнес Дилан. – Вдруг внутри кто-то есть.

– Там никого нет, – ответила Кэтрин, уверенная в собственных словах. – Они ушли.

– Ну, – Дилан бросил на нее быстрый взгляд, – просто чтобы убедиться, я пойду первым.

Она не стала спорить. Дилан должен был доверять своим собственным инстинктам так же, как и ее. Несмотря на его предложение подождать, девушка последовала за ним внутрь. Ей было любопытно посмотреть, где он живет и подходит ли ему его дом. Первое впечатление сложилось следующее – мужское, но при этом уютное, пространство. В гостиной были два мягких коричневых кожаных дивана, кресло с откидной спинкой в тон к ним и плазменный телевизор с большим экраном, который занимал большую часть стены над камином. У окна стоял стол с компьютером, стопкой газет и папками. Дилан, похоже, приносил свою работу домой. Стены были обвешаны фотографиями города, многие из которых, как она подозревала, были сделаны Сарой. Она и Кэтрин прислала несколько своих снимков; наверное, решила превратить свое давнее хобби в доходное дело.

Осматривая комнату, Кэтрин подмечала некоторые детали. В квартире был творческий беспорядок: пустая чашка на кофейном столике, баскетбольный мяч на полу, толстовка на кухонном столе. Но ей понравилось это ощущение дома Дилана. Все было непринужденно, неприхотливо, пусть даже у него и были самые современные высокотехнологичные устройства – чувствовался его стиль. И нигде она не заметила никаких признаков женской руки, что не удивительно. Младший Сандерс был скрытным человеком, которому нравилось контролировать свое окружение.

Возможно, ей было бы легче уйти, если бы он жил с какой-нибудь женщиной, нежели приглашал их сюда. Не то чтобы ей была интересна эта сторона жизни Дилана. Понятно, что это не ее дело, где он проводит ночи и в чьей постели. Но все же ей хотелось знать, так как по странному стечению обстоятельств этот мужчина ее привлекал, хотя Кэтрин понимала, что он не для нее. Ведь он бы перевернул весь ее мир, а потом просто ушел. А она устала прощаться с людьми, особенно с теми, кого она не смогла бы забыть, и Дилан определенно попадал в эту категорию.

«Сосредоточься на Эрике», – сказала она себе, наблюдая, как Дилан исчезает в своей спальне. Ей нужно попытаться связаться с Эрикой. Женщина была здесь, в этой комнате. Так почему же Кэтрин не чувствовала ее присутствия?

Должно быть, ее разум слишком загроможден. Ее чувства были сверхмеры настроены на Дилана, и ей было трудно впустить что-то еще в свою голову. Она глубоко вздохнула, ища хоть какой-то крошечный намек на запах духов – что-то, что связывало бы ее с Эрикой, но ничего не щелкнуло.

Мгновение спустя она вошла в спальню Дилана, осознавая, что это, скорей всего, не самое лучшее решение, но Кэтрин захотелось взглянуть на место, где он спал. Его кровать огромных размеров была не заправлена, одеяла валялись у подножья кровати, и, несмотря на две подушки, только на одной остался отпечаток головы. Прошлой ночью Дилан здесь спал один, и этот факт, как не странно, утешал ее.

Дилан подошел к окну и, прикрыв, запер его.

– Я никогда не оставляю его открытым. Пойду снова проверю гостиную. Может, Эрика оставила какие-нибудь подсказки.

Кэтрин стояла и смотрела в окно, пытаясь представить, как кто-то вылезает наружу или залезает в комнату, но мозг снова отказывался помогать девушке, и ее взгляд вновь упал на кровать. Едва она сосредоточилась на голубых простынях и мягких подушках, как ее пульс участился, и она внезапно испугалась, что та самая связь, которую она искала, произойдет прямо сейчас. Она знала, что шесть недель назад Дилан и Эрика провели ночь вместе. Было ли это на один раз? Последнее, чего она хотела, это последовать за Эрикой в постель Дилана. Она не могла смириться с мыслью, что может представить, как они занимаются сексом. Но как бы ей ни хотелось покинуть спальню, она не могла заставить себя отодвинуться или даже отвести взгляд от кровати.

В ее сознании она видела полуобнаженного Дилана, сидящего на кровати, с золотистыми волосками на его загорелой груди.

Он кого-то ждал. Его теплый взгляд карих глаз светился желанием. Он кого-то поманил рукой и похлопал ею по матрасу.

Она почувствовала, как ее тянет к нему: сила его уверенной улыбки, его пристальный взгляд, такой напряженный и полный желания и жажды – те же эмоции, что испытывала она сама. Она не хотела противостоять им, но, приближаясь к нему, она продолжала задаваться вопросом, не совершает ли она ужасную ошибку. Ведь он не хочет ее навечно, лишь на сегодняшнюю ночь.

Хотя, возможно, этого было достаточно.

Она же не чувствует, что это неправильно. Она возьмет все, что сможет заполучить. И не станет сожалеть. Ничто в ее жизни не длилось вечно. Почему сейчас все должно быть иначе?

Она присела на кровать, положив ладонь на его живот; тепло его кожи заставило почувствовать пожар, уже пронизывающий ее. Он был красивым мужчиной с крепкими, гибкими и сильными мускулами, человеком, который мог разорвать ее сердце одним поцелуем.

Он положил руку ей на затылок, притягивая девушку ближе, пока его дыхание не начало ласкать ее щеку. Ее сердце замерло в ожидании. Но он не торопился. Он погрузил пальцы в ее волосы; затем его губы коснулись ее щеки, вызвав бурю эмоций, но этого было недостаточно, совсем не достаточно.

Слегка обняв его за шею, она повернула голову, бесстыдно ища поцелуя. Когда ее рот прижался к его, внутри нее все сжалось от сладкого, горячего вкуса. Она хотела большего и целовала его до потери дыхания, пока ее руки беспокойно гладили его по спине.

Дилан застонал и, взяв на себя инициативу, одним быстрым движением уложил ее на спину. Ее ноги запутались в простынях, когда он взял в плен ее тело. Он обхватил ее лицо ладонями, прося нового поцелуя, и его язык скользнул ей в рот, требуя всего, что она должна была дать. Одна из его рук легла ей на грудь, разминая мягкую плоть, а его большой палец теребил сосок, сводя ее с ума от желания и делая ее нетерпеливой. Она никогда не чувствовала ничего подобного по отношению к кому-либо.

Но вдруг он отстранился, и его взгляд встретился с ней. Она боялась, что он уйдет, но затем увидела соблазнительную улыбку.

– Кэтрин, – прошептал он.

Услышав свое имя, Кэтрин пошатнулась. Она видела не Эрику и Дилана. Она увидела…

– Кэтрин.

Голос Дилана звал ее, и она удивленно вздрогнула. Он больше не был полуголым в постели. Он стоял прямо перед ней, полностью одетый, с не понимающим выражением лица.

– Что ты видела? Это было новое видение, не так ли?

У нее перехватило дыхание, и она изо всех сил пыталась замедлить свое бешеное сердце. Как же ей ответить на этот вопрос? Она же не могла сказать ему правду.

– Ты кого-то увидела в моей постели? Это была Эрика? – настаивал он. – Ты снова с ней связалась? – его хмурый взгляд изучал ее лицо. – Мне нужен хоть какой-нибудь ответ.

– Я думала, что это была Эрика, но все не так, – наконец, ответила она, надеясь, что он оставит ее в покое. – Ты что-нибудь нашел в другой комнате? Потому что если нет, тогда нам пора идти. – Она развернулась, дабы уйти, как вдруг он поймал ее за руку.

– Погоди-ка. Выкладывай, Кэтрин, нечего молчать.

– Я не видела ничего такого, что могло бы тебе помочь, – произнесла она, пытаясь уйти, но он крепко держал ее.

– Может, я решу это сам. Давай, говори!

– Я видела тебя в постели с женщиной, понятно? Мы закончили?

– Не думаю, – он склонил голову набок и задумался. – Я не приводил сюда Эрику. Мне показалось, что ты связалась с ней.

– Я тоже так считала.

– Как выглядела женщина?

Она долго смотрела на него. В его глазах плясали искры, что говорили ей, он задал верный вопрос, на который уже знал ответ. Она не собиралась говорить ему, но понимала, что Дилан не отпустит ее, пока не получит все, что хочет.

– Я видела нас… тебя и меня. Вместе. Теперь ты доволен?

– Не знаю… а я был доволен? – На его губах расплылась дерзкая улыбка.

– Ох! Мы не зашли так далеко. Просто поцеловались и все такое. – Кэтрин попыталась выдернуть руку, но он продолжал держать ее.

– Все такое? – повторил он. – Какое?

Ее соски напряглись, едва она вспомнила жар его прикосновения. Она прочистила горло, пытаясь справиться со своими эмоциями.

– Я не помню.

– Лгунья.

– Ой, да брось ты уже!

– Знаешь, я никогда ничего не бросаю. Значит, в будущем… я и ты… окажемся в одной постели? Ты говорила, что твои видения сбываются. И раз ты увидела нас вместе, тогда…

– Я просто все представила. Это было не видение.

Она уже было решила, что нашла нужное объяснение, но стоило словам вылететь из ее уст, как она поняла, что ничего не сработало. Потому что она вообще не должна была думать о нем в подобном ключе.

– Знаешь, тебе не обязательно представлять.

Взглянув в его глаза, она тяжело сглотнула.

– Дилан, – произнесла она, не зная, что еще хотела сказать. Стоит ли его попросить остановиться, отпустить или притянуть еще ближе, чтобы поцеловать так же, как он сделал это в ее видении?

Дилан не дал ей возможности решить, его рот со всей страстью накрыл ее губы. Реальность оказалась лучше, чем ее мечты. Она ответила ему, и их языки сплелись в жарком танце желания. Искра, что возникла с их первой встречи, вспыхнула в тот самый момент, когда она полностью обняла его. Она скользнула руками под его рубашку. Кэтрин хотела прикоснуться к нему, попробовать его, снять с него одежду. В ее голове кроме него ничего не осталось, и она наслаждалась чистым средоточием собственных мыслей.

Она разом избавилась от голоса разума, пытающегося достучаться до ее сознания, что тихо шептал о неправильности действий – не то место или время. Черта с два, она все правильно делала. Это именно то, чего она ждала всю свою жизнь. Она хотела его. Он хотел ее.

Тогда почему он отстраняется от нее? Так не должно быть.

– Боже, Кэтрин, нам нужно остановиться, – Дилан заставил себя отойти от нее, его грудь вздымалась от быстрых и рваных вздохов.

Она удивленно посмотрела на него, оставаясь в шоке от его поцелуя и совершенно не понимая, почему они больше не касаются друг друга.

Дилан убрал руки в карманы.

– Мы не можем сейчас отвлекаться на это.

Его слова медленно проникали в ее мозг. Смущение пришло вместе с осознанием того, что мгновением ранее она, кажется, полностью сошла с ума. Конечно, они не могли заниматься этим сейчас. Ведь Эрика пропала. Кто-то подставил Дилана с убийством. Господи! О чем она только думает?

А она не думала, и это уже проблема. Она просто набросилась на него и выставила себя полной идиоткой.

– Ты прав. Прости.

– Не надо извиняться, Кэтрин, и сотри этот чертов взгляд со своего лица. Я ведь тоже тебя хотел.

– Только ты вспомнил, где мы находимся, а я нет. Я потерялась в собственных мечтах.

– Но это были не мечты. Это самая настоящая реальность. И это обязательно случится между нами. – Дилан сделал глубокий вдох. – Но не здесь. И не сейчас.

– Конечно, – согласилась она и сделала шаг назад. Ей нужно было пространство, ей необходим был воздух. А еще она нуждалась в новых мозгах. Секс с Диланом не входил в ее планы; и не должен входить – ни сейчас, ни потом, вообще никогда, даже, несмотря на обещание, которое он только что дал. Его было слишком много для нее. А она, скорей всего, потеряется в нем, и больше не найдет обратного выхода. Она заправила волосы за уши и начала движение.

– Нам пора идти.

– Ничего не закончилось, – предупредил ее Дилан.

– Нет, закончилось. Это было временное помешательство. Обещаю, больше это не произойдет.

– Ты не сможешь сопротивляться, Кэтрин, – зловеще улыбнулся он. – Скажем так, у меня тоже было видение.

Она все еще пыталась придумать хороший ответ, когда Дилан прошел мимо нее. Спустя мгновение она последовала за ним в гостиную, и ее сердце, наконец, пришло в норму, хотя она все еще была покрасневшей и испытывала жар. У нее раньше никогда не было воображаемого секса прямо посередине дня и в мужской спальне, поэтому ее беспокоило то, что она была настолько сильно привязана к Дилану, что легко потеряла себя и связь с происходящим. Если бы Сандерс не остановился, она бы точно не остановилась.

Конечно, если бы он продолжил, она почувствовала бы себя спокойной и удовлетворенной, а не раздраженной. Ее бесило, что Дилан уже приступил к следующему заданию, как будто то, что произошло между ними, не имело большого значения.

– Я нашел свои ключи, – сказал Дилан. Он стоял рядом с телефонной тумбой, держа в руках связку. – Они лежали на полу. Я их не заметил, когда мы только вошли сюда. Полагаю, так Эрика и попала в квартиру. Она, наверное, вытащила их вчера из моего кармана, когда заполучила ключи от моего номера. Мне интересно, зачем она приходила сюда. Чего хотела? Что, как она думала, она сможет найти в моей квартире? Или она просто здесь пряталась?

Кэтрин глубоко вздохнула и медленно выдохнула, пытаясь сфокусировать свое сознание на происходящем.

– Она не собиралась здесь долго прятаться. Она знала, что полиция, в конце концов, обыщет это место.

– Значит, она просто хотела дать понять, что была здесь. – Дилан снова оглядел комнату. – Я не вижу ничего, что бы ей принадлежало, ничего из того, что она могла оставить здесь. Хотя я, конечно, не просматривал каждый ящик и шкаф.

– Может, у нее не было времени. Она явно уходила в спешке. Думаю, нам тоже пора.

– Я возьму одежду на случай, если не смогу в ближайшее время сюда вернуться.

Дилан ушел в спальню и вернулся через несколько минут с упакованной спортивной сумкой.

– Ну, и куда мы поедем? – спросила она, когда они покинули его квартиру и начали спускаться по лестнице. Кэтрин почувствовала облегчение, оказавшись вне дома Дилана. Она не хотела больше думать о том, что почти произошло между ними. Ей надо сосредоточиться на том, что им делать, дабы найти Эрику и вытащить Дилана из неприятностей, в которых он оказался.

– В дом к моей бабушке, – отозвался он, удивив ее своим ответом

– Ты серьезно? Мы не можем поехать в семейный особняк.

– Успокойся. Это идеальное место. У моей бабушки другая фамилия. Где-то лет десять тому назад она повторно вышла замуж и взяла фамилию своего второго мужа. Дом принадлежит ему, поэтому копам придется очень постараться, чтобы найти меня там. К тому же у нее есть машина, которой мы можем воспользоваться, учитывая, что от твоей нужно избавиться.

– Мы говорим о твоей бабушке, что сейчас в доме престарелых? – поинтересовалась она, соглашаясь с его планом.

– Именно. У нее небольшой домик в округе Сансет, в котором никто не живет. У меня есть ключ, так как я иногда бываю там, чтобы проследить за работой уборщиков и садоводов.

– Что случилось с мужем бабушки?

– Он умер три года тому назад.

– Ты близок с ней?

– В некотором роде. Она – хорошая женщина. Хотя трудно поверить, что у них с отцом одна кровь. Она верит во вторые шансы, а он – эгоистичный ублюдок. Ее единственный недостаток – то, что она не смогла увидеть истинное лицо отца, поэтому я никогда ей не рассказывал про то, как он поступал со мной. Я пытался несколько раз, но она отмахивалась. Думаю, бабушка просто боялась верить в подобное.

Кэтрин в понимании кивнула. Многие люди делают вид, что все в порядке, когда дело касается насилия. Никому не хочется видеть или признавать, что тот, кого ты знаешь, способен на ужасные поступки. И даже если Дилан вел себя непринужденно, ему точно было больно, когда он осознал, что никто не придет к нему на помощь. По крайней мере, у него был брат.

Дилан остановил машину на красный свет и посмотрел на нее.

– Кстати, ты не голодна?

Ее живот сразу же заурчал в ответ.

– Теперь, когда ты сказал об этом, я ужасно хочу есть. Завтрак был давным-давно.

– Недалеко от домика бабушки есть неплохой итальянский ресторанчик «У Антонио». Можем, по дороге заехать туда и что-нибудь захватить с собой.

– Было бы здорово. А что теперь ты планируешь делать со своей работой, Дилан?

– До понедельника мне не нужно на работу. Если к тому времени, мы не найдем Эрику, возьму больничный. Я лишь надеюсь, наши новостники не доберутся до этой истории.

– Озеро Тахо довольно далеко отсюда.

– Ага. Вот только главный подозреваемый в исчезновении женщины из Сан-Франциско на озеро Тахо – это известный репортер канала KTSF. Неплохой анонс, не так ли?

– Прикольно звучит. А еще я рада, что меня ты не упомянул.

Он бросил на нее внимательный взгляд.

– Я пытаюсь, Кэтрин, но я не могу обещать, что ты не окажешься в эпицентре событий. До того, как все это закончится, ты вполне можешь стать соучастницей убийства… или того хуже.

– Я даже знать не желаю относительно «хуже», – сказала она.

– Но уже представляешь, не так ли?

Видений не было, хотя интуиция подсказывала ей, что Эрика, возможно, не единственная, кто должен был умереть.

* * *

Спустя полчаса, когда молодые люди добрались до дома бабушки, Кэтрин, наконец, отвлеклась от своих негативных мыслей. Расположившись на углу, светло-голубого цвета домик был разделен забором с соседним домом. Коттедж находился примерно в полумиле от пляжа, и Кэтрин, едва выйдя из машины, почувствовала запах соленого морского воздуха.

В небе появилось некое зловещее чувство. Солнце уже село, и тяжелый туман сгущал воздух. Кэтрин казалось, будто весь мир сужался вокруг них, и с каждым мгновением ловушка становилась теснее. Она уверяла себя, что это просто параноидальные мысли, тем самым пустив свое воображение в свободный полет, но дрожь, поднимавшая волосы на затылке, почти никогда не обманывала. Что-то плохое должно было случиться. Она просто не знала когда.

Оказавшись внутри дома, Дилан включил небольшую лампу на столике рядом с дверью.

– Поедим на кухне, – предложил он. – Она в задней части дома, поэтому никто не поймет, что здесь кто-то есть, хотя соседи пожилые и вряд ли они заметят, даже если рядом будет грохотать вечеринка.

Бабушкин домик источал разные ароматы – где-то сладкие, а где-то грустные, подумала Кэтрин, входя на кухню. На прямоугольный дубовый стол, что стоял посреди комнаты, она положила пакеты с едой, которые они забрали из ресторана. Кухня была старенькой: поцарапанные и пожелтевшие белые шкафы, изношенная плитка, приборы десятилетней давности. Дом казался немного одиноким без хозяйки.

– Сколько времени прошло с тех пор, как ваша бабушка жила здесь?

– Почти год. Не думаю, что она когда-нибудь вернется. Альцгеймер в самом разгаре.

– Я удивлена, что ты следишь за домом. Электричество, вода, даже сад. Это требует определенных вложений.

– Не таких уж больших. Да, на данный момент мой отец владеет этим домом, но, честно говоря, он слишком занят, чтобы уделять время этому месту. Он просто собирается оставить все как есть, пока она не умрет. Он даже практически ее не навещает, – Дилан замолчал. – Если сильно голодна, то начинай есть без меня. Я пойду поставлю твою машину в гараж, а бабушкину выгоню на улицу.

– Может, тебе помочь?

– Не надо, я разберусь.

После того, как Дилан ушел, Кэтрин собрала на стол два контейнера, хлеб и масло, а также пакетики с сыром пармезан и острым перцем, но ничего не открыла. У нее появилось сильное желание исследовать дом. Не понимая, откуда возникла такая необходимость, она решила не игнорировать собственные инстинкты, а просто поддаться им.

Тихо пройдя через первый этаж, она заглянула в гостиную и столовую. Обе были маленькими, но безупречно аккуратными, со старинной мебелью и кружевными салфетками на журнальных столиках. Кабинет на первом этаже был оборудован темной мебелью и шкафами, полные книг – скорей всего, эта комната когда-то принадлежала хозяину дома.

Поднявшись на второй этаж, она обнаружила две комнаты и ванную. Девушка вошла в хозяйскую спальню и, включив маленькую лампу у кровати, вдохнула аромат лаванды, который до сих пор висел в воздухе. Цветочное одеяло, лежавшее у подножья кровати, отдавало дань очевидной любви бабушки Дилана к цветам, что были изображены не только на настенных коврах, но присутствовали и в отделке обоев.

Кэтрин остановилась у тумбочки, просматривая выставленные семейные фотографии. На одной из них, что заставила ее сердце пропустить удар, были изображены двое мальчиков и мужчина. Это Дилан, Джейк и их отец, поняла она. Дилан был худым и хрупким – уже не мальчик, но и не мужчина. На фото ему было около тринадцати. Человек, стоящий посередине, был одет в темно-синий костюм, его лицо было строгим, рука лежала на плече Джейка. Дилан стоял на расстоянии от брата и своего отца, словно считал, что он тут лишний, а выражение его лица было мрачным, почти умоляющим.

Нечто внутри нее хотело дотронуться до этого одинокого маленького мальчика, взять его на руки, сказать ему, что он никогда не останется один. Но она не могла вернуться назад в прошлое, а человек, которым теперь стал Дилан, никогда бы не признался, что был столь уязвимым ребенком. Теперь она понимала его нужду постоянно быть сильным – он просто пытался отобрать собственную жизнь у агрессора, что украл у него столько лет. Кэтрин подозревала, что именно эмоциональные барьеры не позволили ему впустить кого-то в его жизнь, даже если этот человек позаботился бы о нем. Он был не из тех людей, что могли довериться кому-либо или поверить во что-либо. И поэтому он не доверял ей – еще одна причина, по которой она не должна открывать ему свое сердце или дать доступ к телу. В отличие от Дилана, ей никогда не удавалось сдерживать эмоции, и они потом мучили ее.

Прошло четыре года с тех пор, как она была в отношениях с мужчиной, но этот человек оставил ее – впрочем, как и все остальные. Она сильно отличалась от остальных женщин: чересчур безумна, слишком горяча, сверх меры холодна. Она снова и снова слышала про собственные недостатки, пока почти не поверила, что действительно плоха. Но стоило ему уйти, и она поняла, что без него стала намного счастливее. У нее оставались ее питомцы, и было не так уж плохо – жить в одиночестве в прекрасном коттедже на пляже. У нее были ее картины, ее занятия, даже несколько друзей и хорошие соседи – те, кто любил ее издалека.

От этой мысли она улыбнулась. Да, людям она всегда нравилась на расстоянии. Но когда они подходили ближе, они понимали, что для них ее слишком много. Никто не мог справиться с ее видениями или кошмарами или криками, которые внезапно накрывали ее посреди ночи. Правда заключалась в том, что ее давным-давно уже сломали, и никому не хотелось заниматься этой поврежденной девушкой. Все стремились к идеальному, красивому, легкому, простому, а она никогда не соответствовала ни одному из этих критериев.

– Что ты делаешь? – спросил взявшийся из ниоткуда Дилан.

– Просто осматривалась, – ответила она, убирая фотографию на тумбочку и чувствуя внезапно возникшую вину.

– Все нормально. Можешь продолжать, – разрешил он.

– Я вторглась в личное пространство твоей бабушки, – произнесла она, прекрасно понимая, что не жизнь бабушки интересовала ее, а его – Дилана.

– Моя бабушка понятия не имеет, что происходит в мире, тем более что происходит в ее доме. А даже если знала бы, ей было все равно. Ей нечего прятать.

Кэтрин стало интересно, правдивы ли его слова.

– У всех свои секреты, Дилан. Просто некоторые их прячут намного лучше.

– Имеешь ввиду нечто конкретное? – мужчина долго всматривался в нее.

– Просто ощущение, что мы должны быть здесь. Словно мы что-то должны найти.

– Что такого может быть в этом доме, что помогло бы мне в ситуации с Эрикой?

– Я не знаю, – не могла объяснить Кэтрин. – Возможно, это как-то связано с тобой.

Дилан, раздраженно вздохнув, покачал головой.

– Я слишком устал и голоден, чтобы разбираться в этом прямо сейчас. Идем поедим.

– Я приду через минуту. – Кэтрин не хотела уходить. Она подошла к столику у окна, понимая, что Дилан не ушел. Он наблюдал за ней. А она сначала положила руку на стол, затем провела пальцами по второму ящику. Открыв его, девушка вытащила фотоальбом.

– Погоди, – резко остановил ее Дилан. – Тебе не обязательно лезть в мои воспоминания.

– Я и не собиралась, но думаю, тебе стоит.

– Кэтрин…

– Дилан, не ты ли говорил, что пытаешься довериться мне?

Она положила альбом на стол и открыла его. Большинство ранних фотографий принадлежали бабушке Дилана и ее семье, но по мере того, как Кэтрин переворачивала страницы, фото менялись и проживали жизнь. И вот она уже всматривалась в свадебную фотографию молодой пары – того самого мужчины, который был на снимке с Диланом, его отца. Руки мужчины обнимали красивую и смущенную невесту – женщину со схожими с Диланом чертами лица, а также его каштановыми волосами и золотисто-карими глазами.

Кэтрин обернулась к Дилану. Она знала, что он видел фото с места, где стоял в дверях, подбоченившись, с жестким, непреклонным и ненавидящим взглядом.

– Это твоя мама, да?

Ни один мускул не дрогнул на его лице, и на какое-то мгновение она решила, что он вряд ли заговорит.

В конце концов, он произнес:

– Не думал, что еще существует ее фотография. Отец избавился от всех ее снимков в тот же день, когда она ушла от нас.

– Она тебе нужна? Фотография?

– Нет. Я не нуждаюсь в фото женщины, что бросила меня. – Она хотела было что-то ответить, но он резко вскинул руку вверх. – Даже не начинай, Кэтрин. Моя мать к этому не имеет никакого отношения.

Рука Кэтрин коснулась фотографии, когда она начала закрывать альбом, и вдруг ее охватил прилив тепла.

Женщина плакала, ее сердце разрывалось надвое. Слезы капали на деревянное крылечко, покрытое песком. Рядом стояли детские сандалии, красное ведерко и оранжевая лопатка. Печально и болезненно скрипели качели. Вдалеке виднелось, как прибывали волны, что приносили еще больше сожаления.

Больше никогда ничего не будет как прежде. Она не могла вернуться. Она не могла изменить то, что случилось. И никто никогда не простит ее.