Текст книги "Пустой II. Часть 4 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

– Хорошо, пусть так. – не стал спорить и продолжил. – В первая встреча со зверем, мы никогда не пытаемся его убить.

– А что тогда? – Тавр развёл руками. – Сказать ему привет и всё? Бежать и молиться небесам, чтобы пронесло? А если в следующий раз он нам не попадётся? Дружина так не охотиться…

– Ух… – выдохнул я, чтобы не сорваться и не сказать всё, что я думаю. – Мы подходим только для того, чтобы он показал себя, а не мы. Оцениваем, как быстро он двигается, что он делает первым, охраняет он землю или охотится, преследует он убегающего или отпускает. И уходим целыми.

– То есть подойти, разозлить и убежать?

– Если коротко, да. Только злить его будешь ты, а дорогу назад выберу я.

Тавр открыл рот и закрыл, сообразив, что сам напросился.

– Времени мало, поэтому я буду немного торопиться. Теперь поговорим об их по повадках.

Загибал пальцы, пока они слушали. Варис даже отчего-то принялся царапать по доске ногтем, будто записывал.

– Если он летает, на открытом месте не связываемся вообще. Сначала находим, куда спрятаться. Потом придумываем, чем заставить его снизиться. И до этого мы не тратим ни одной атаки, потому что злой зверь нам не нужен.

– Клюв у остроклюва крепкий как металл, – вставил я, вспомнив щели между плитами и треснувшее древко. – А сустав крыла мягкий. У всякой защиты есть место, где её нет.

– А если он почти весь в броне? – спросила Бренна.

– Тогда в шкуру не бьём вовсе. Суставы. Глаза. Пасть. Туда, где мы его уже разодрали. И та пульсация, когда он раскрывает свою технику, потому что в этот момент у него всегда что-то открыто.

– А если быстрый?

– Не растягиваемся и не гонимся. Быстрого догнать нельзя, его можно только встретить. Один вызывает рывок, остальные бьют не туда, где он был, а туда, где он окажется.

Помолчал.

– А если он преминет умение, к которому мы будем не готовы… первым может погибнуть любой из нас.

Тишина сделалась плотной. Бренна перестала гладить колено.

– Поэтому никто не вкладывает всё в первый удар, – договорил я. – Если тварь его переживёт и ответит тем, чего мы не знаем, с пустыми источниками мы уже ничего не сможем. Ни драться, ни бежать.

– А если их будет несколько? – тихо спросил Варис.

– Двое, отходим. Трое, бежим сразу, не глядя.

– Даже если ядро почти наше?

– Даже если ядро уже у меня в кулаке.

Тавр набрал воздуха.

– Нас будет почти тридцать или больше человек, – напомнил он. – Значит столько же будет и тварей. На такую охоту бы даже мой отец не пошёл.

– Будет, чем ему похвастаться, – улыбнулся я. – Да и перед братом покрасоваться.

– Иди ты… – опустил взгляд сын дружины.

– Так когда всё-таки мы нападаем на тварь? – спросил Сарн.

Перечислил все условия, и их набралось шесть. Зверь один. Хотя бы часть его способностей нам известна. У нас есть дорога назад. Людей Синары поблизости нет. Местность работает на нас, а не на него. И источники восстановлены достаточно, чтобы после боя мы могли ещё и уйти.

– Все шесть? – уточнил Варис.

– Все шесть.

– А после? – Бренна подняла голову.

– После один следит вокруг. Двое режут и достают ядро. Остальные глядят, не идёт ли к нам гость на запах. Потом уходим в сторону, меняем направление и только потом устраиваемся на новой стоянке.

– Ядра куда будем скрадывать? – задал крайне правильный вопрос Варис.

– Каждый берёт по одному, не кладём в одно место. Одна потерянная сумка не должна стоить нам всего экзамена.

Тавр немедленно оживился.

– Первое, конечно, мне.

– Конечно, – согласился Сарн. – Если отдать тебе последним, придётся пять дней слушать твоё нытьё.

– Порядок сейчас не назначаем, – оборвал я. – Первое ядро получит тот, кто больше всех выложится. Или тот, кто слабее и ранен, чтобы у него уже был результат.

Никто не возразил.

– Одр?

Он поднял голову.

– Первый бой не твой.

– С чего вдруг?

– С того, что почти умер. Снова. И ты слышал Сорру. – Провернулся я к парню.

– Но живой же… пока, – отозвался Одр, и Тавр хрюкнул.

– Вот именно что пока. Первый день восстанавливаешься и смотришь, – отрезал я.

С остальными было ненамного проще. Сейчас я мог только прикинуть, кто и где окажется полезнее.

– Окончательно распределять места бессмысленно, – продолжил я. – Мы не знаем ни зверя, ни руин, ни того, кто из нас завтра сможет нормально двигаться. После первой погони половину этой расстановки, возможно, придётся выбросить.

– Тогда зачем мы её вообще обсуждаем? – спросил Тавр.

– Чтобы в первые пульсации не превратиться в шестерых шалхов, каждый из которых делает что-то своё.

С этим даже он спорить не стал.

– Пока действуем так. Решения, разведка и направление отхода на мне. Варис следит за чужими техниками и считает расход.

– То есть я просто смотрю? – нахмурился он.

– Ты голова. Смотреть и понимать иногда важнее, чем махать руками. Когда бок позволит, пойдёшь со мной. Бренна следит за землёй, боковыми проходами и тем, что остаётся за нами. Если колено снова начнёт подводить, остаётся в середине и никуда одна не лезет. Тавр идёт первым при отходе и ищет свободную дорогу. Не принимает удары и не строит из себя стену. Сорра сказала про второй тяжёлый удар, и я не собирался проверять, шутила она или нет.

– То есть мне опять убегать? – недовольно спросил он.

– Тебе прокладывать дорогу. Здоровым плечом можешь сбить человека или оттолкнуть. Повреждённую руку под технику не подставляешь.

Тавр подумал и всё-таки кивнул.

– Сарн закрывает то, что мы не заметили, и держится ближе к Одру.

– То есть моё дело исправлять чужие ошибки, – заключил тот.

– У тебя большой опыт.

Тавр заржал так, что Варис снова схватился за бок.

– Одр в первый бой не лезет, – продолжил я, когда они успокоились. – Технику применяет только тогда, когда без неё увязнет вся группа или закроется единственная дорога назад.

– Уже начал, – протянул Одр.

– Вот и начинай молча.

– А после первого дня? – спросила Бренна.

– Смотрим, кто что способен делать на самом деле, и собираем всё заново. Может оказаться, что Тавр не может идти первым, Варис не может двигаться со мной, а я вообще ничего не вижу в тех руинах. Сейчас это не расстановка на пять дней. Это хоть какая-то схема на первые часы.

Во двор вышли, когда тени легли длинными полосами.

Притащил мешок камней и высыпал их несколькими кучами вокруг середины. Люди Синары. Скамью придвинул поперёк одного прохода, ещё две развернул под углом, изображая стены. Обломками досок обозначил завалы. Двор был слишком маленьким, поэтому пришлось договориться: пять шагов здесь считаем за двадцать пульсаций бега в руинах.

Уголь разломил на пять кусков и раздал ребятам.

– Отрабатываем не бой. Появление, разбегание и сбор. Каждый выходит через свой проход. Если проход закрыт, не толкаетесь и не ждёте, а берёте следующий. Добрались до укрытия – оставили знак и спрятались. Я ухожу одновременно с вами, ломаю свой след, а потом выхожу на внешний круг и начинаю вас собирать.

– А кто будет изображать погоню? – спросил Сарн.

– Я.

– Ты же нас собираешь.

– Поэтому первый раз погони не будет. Сначала научитесь хотя бы не мешать друг другу.

Первая попытка вышла позорной. Тавр по привычке развернулся к камням, потому что условного противника он всегда встречал лицом. Варис и Бренна одновременно сунулись в один проход и столкнулись плечами. Сарн задел Одра локтем в повреждённый бок, тот побелел и присел. Я застрял за ними всеми и вышел из середины последним, хотя именно этого допускать не собирался.

Когда они добрались до укрытий, сделалось только хуже. Тавр вообще забыл оставить знак. Варис нарисовал его на уровне груди, чтобы заметил даже слепой. Стрелка Бренны показывала не туда, куда она ушла, а прямо на место, где она спряталась. Сарн оставил только крест, забыв указать направление, и потом долго доказывал, что я сам должен был понять, куда он ушёл.

– В таком виде Синаре даже бегать за нами не придётся, – оглядел я двор. – Мы сами потеряем друг друга.

– Ты ничего не говорил про высоту знака, – тут же заявил Варис.

– Говорил.

– Значит, недостаточно убедительно.

– Ещё раз.

Во второй попытке я уже перекрыл два прохода после того, как они начали двигаться. В третьей пошёл за Тавром, и тот так увлёкся соревнованием со мной, что выбежал к противоположной стене и только там вспомнил: его задача не оказаться быстрее меня, а пропасть из глаз.

Потом поменял проходы, переставил скамьи и заставил их начинать из разных положений. Иногда гнался за одним. Иногда просто стоял в середине и выкрикивал команды от лица Синары, пока они пытались понять, кто за кем двинулся.

Пришлось повторить всё ещё двенадцать раз. К концу они хотя бы перестали сталкиваться. Каждый уходил через свой проход, ломал прямую дорогу, оставлял знак и исчезал за укрытием. Я проходил по внешнему кругу и находил их одного за другим, не услышав ни голоса.

На пустом дворе, где вместо людей Синары лежали камни, всё выходило слишком просто. В руинах к этому добавятся чужие техники, настоящая погоня и местность, которой мы не знаем. Но теперь каждый хотя бы понимал, что должен сделать в первую очередь.

Когда мы закончили, то все поняли о своём состоянии намного больше. Варис сел прямо на землю, обхватив бок и дыша через раз. Бренна опустилась рядом, вытянув ногу и растирая колено ладонями. Тавр разминал руку, морщась и делая вид, что ничего страшного. Сарн ругался на пальцы, которые опять не сложились. Одр стоял, придерживая ладонью повреждённый бок, но цвета в нём было не больше, чем в золе.

В хранилище нас пустили за час до заката.

Нам выдали немного: сухие лепёшки, чуток вяленого мяса и фляги под воду. Я развернул и проверил, что там было: тряпки для перевязки, мазь, огниво, верёвка, запасные ремни.

Ребята вытянули лица, будто вообще ничего не получили, а я был очень доволен. Дали бы мне такой набор, когда я только выходил на охоту.

– Оружие получите завтра, – бросил старший ученик, который занимался раздачей. – Что вам достанется… неизвестно, но мой совет – берите всё.

Кивнул. Всё подряд мы на себе не утащим, но и одними мечами не обойдёмся. Возьмём копья, луки, мечи и ножи, а запасное только, если оно не будет мешать бегу.

Из хранилища отправились в столовую. Мешки поставили под лавку, так чтобы постоянно видеть их ногами. Ели молча и много. После лечения и тренировки внутри снова сделалось пусто.

Я всё ломал голову, как Синара пронесёт артефакт. Проверка перед отправкой должна его выявить. Хотя если это действительно редкая и мощная вещь, может и не обнаружит. Был ещё один вариант, который нравился мне ещё меньше. Помимо старшего ученика, которого купили или запугали Вельты, могли найтись и другие. Кто-то мог заранее отнести артефакт туда, где мы появимся. Тогда при Синаре ничего не найдут, сколько её ни проверяй.

Поднимать эту тему за столом не стал. Ребята и без того пытались удержать в голове слишком многое.

После еды Бренна забрала свой мешок и ушла к себе. Мы вернулись в комнату. Проверили припасы ещё раз и разложили всё так, чтобы нужное можно было достать одной рукой, не копаясь на дне.

– Я вот думаю, – заявил вдруг Тавр. – Приду к отцу в накидке Корня. И ничего ему не скажу. Просто зайду и сяду. Пусть сам спросит. А потом я с него спрошу за мать.

– У тебя и дельные мысли? – повернулся Сарн и уставился на него. – Взрослеешь? А может, вообще умнеешь… Чудеса. Рейланд, ты хорошо на него влияешь.

– Да иди ты, – махнул сын дружины. – Просто завидуешь.

Ребята обсуждали свою жизнь после экзамена. Я не стал их останавливать, понимал, что волнуются и переживают. Задумался и сам, а что дальше? Точно основной курс. Нужно освоить больше техник и получить ещё ступени.

Синара, Скалец, Сейна… Они ответят. Есть ещё кое-кто, о ком я думал в последнее время. Эльвар. Она знает о Небе не меньше меня, может быть что-то ещё расскажет? Хоть я и не знал, где искать теперь своих родителей, сдаваться я не собирался. Мне нужны ответы.

В дверь со стороны двора постучали. Все замерли и уставились на меня.

– Это снова твои девушки? – улыбнулся Тавр. – Теперь с другой стороны заходят? Кто же это может быть… Синара, что пришла предложить что-то новое, после своего позора или Нейра?

Я покачал головой.

– Я проверю, – поднял Варис.

Он подошёл к двери и открыл её. Стоял и молчал. Я услышал мужской голос, знакомый. Варис что-то ответил и закрыл. Подошёл ко мне и наклонился:

– Там… э-э-э… Керс. Говорит, что хочет тебя видеть.

Поднял брови.

– Один?

– Ага, – кивнул Варис. – Я посмотрел, но с ним никого.

– Кто там? – улыбнулся Тавр. – Девушки? Я прав?

Направился к выходу, когда оказался во дворе, тут же сосредоточился на своих ощущениях. Источников рядом я не почувствовал. Значит он и правда один, вот только зачем пришёл? До этого Синара посылала Лиару, а теперь он?

– Что тебе нужно? – спросил я.

Керс выглядел как-то странно. Смотрел под ноги и морщился.

– Я хочу к тебе, – ответил он.

– Чего? – удивился.

– Я хочу к тебе в группу, под твоё начало, Рейланд. – промямлил он, смотря в другую сторону.

Глава 14

Первую пульсацию просто разглядывал его и не был уверен, что расслышал.

Керс переминался с ноги на ногу, будто под ним жгло камень. Смотрел он в сторону, на кадку с водой, куда угодно, но только не на меня. Левую кисть он держал ближе к животу и время от времени сгибал пальцы, проверяя.

Оглядел двор ещё раз. Ни одного источника поблизости. Слишком тихо для ловушки, и ровно настолько тихо, чтобы ей быть.

– Повтори.

– Я хочу пройти вторую часть экзамена с вами.

– Это я услышал. Но не понял, с чего ты вдруг решил, что я тебя возьму.

– Не решил, – он наконец поднял на меня глаза. – Поэтому и пришёл спросить.

Интересно. Если это ловушка, то наживка у неё не вкусная. Керс не заискивал и не улыбался, лишь мялся оттого, что вынужден о чём-то просить такого, как я. И мне на такое купиться? Неужто Вельт решила, что я поверю?

– Синара тебя прислала? – спросил я в лоб.

– На твоём месте я бы спросил то же самое, – обронил он. – И понимаю твоё сомнение и предосторожность. Но меня никто не посылал, я сам решил.

– И в чём же, интересно, я тебе помогу?

– Ядро добыть и живым вернуться, – попытался он улыбнуться, но у него не вышло.

– У Синары двадцать человек. С ней вернуться проще. – озвучивал факты и смотрел, что он придумает ещё.

– Так я думал вчера утром.

– А сегодня?

Керс помолчал, будто подбирал слова, но я знал, что это не так. То, как он первый раз зацепил Вариса и потом ещё пытался. Он один из тех, кто достаточно умён и хитёр. Речь у него была заготовлена заранее, и он старался выдать её так, будто она рождается прямо сейчас.

– Я ошибся, – ответил он.

Ждал продолжения.

– До экзамена выбор был простой, – он повёл здоровым плечом. – За Вельт семья, пилюли, техники и почти весь класс Стеблей, которые сделают то, что она скажет. За тобой пятеро тех, кого бы я даже не посмотрел. Тут и думать было не о чем.

– А теперь?

– Теперь я видел, что произошло.

Он принялся перечислять, и в голосе у него не прибавилось ни тепла, ни восхищения.

Варис, которого он сам когда-то придушил его же воротом, уложил его лицом в пыль и сломал руку, не сбившись при этом с дыхания. Тавр перестал переть напролом и выиграл у Вейда на голове, а не на злости. Бренна и Сарн взяли своих. Одр, которого весь класс держал за придурковатого, оказался обернулся тем, кому я проиграл. Все шестеро дошли до второй части, и ни один не вылетел.

– А потом ты дрался с Синарой, – закончил Керс. – Она подготовилась. Показала стиль своей семьи для всех нас. Скормила нам пилюль Основ. Купила судью и украла время. И всё равно вышла оттуда на чужих руках.

На его лице я увидел понимание, если это было оно.

– Она получила всё заранее и проиграла. Ты не получил ничего и вытащил с собой пятерых. Я поглядел на итог и понял, что выбрал не ту сторону.

Внутри у меня ничего не поднялось. Он говорил ровно то, что мне было бы приятно услышать, а значит, готовил это по дороге сюда. Многие бы на такую похвалу купились. Вот только во мне не было того, что носила в себе Вельт и Эльвар. Я сделал то, что сделал и не для того, чтобы другие это заметили.

Если предположить, что его слова… правда. То Керс просто решил поменять сторону, пока это ещё можно. И не знай бы я городских, не поверил бы, но для многих путь возвышения именно такой.

– Значит, ты всегда идёшь туда, где больше шансов? – уточнил я.

– Да, – кивнул Керс без всякой заминки. – Вчера это была Синара. Сегодня ты.

– А если завтра она снова окажется сильнее? – хмыкнул я.

– Тогда я пойму, что ошибся второй раз, – он даже не отвёл взгляд. – Только экзамен к тому времени уже закончится. Мне нужно пережить пять суток и принести ядро. Тебе нужно то же самое.

Вот теперь я понял, с чем он пришёл. Он не просился в друзья, не набивался в товарищи и не собирался клясться мне в верности до самой Сердцевины. Он предлагал сделку на пять дней и честно называл её срок. Такое я понимал куда лучше, чем внезапное озарение.

– Ты или твоя семья служит Вельтам?

– Нет.

– Должна им?

– Нет.

– Клятву Синаре приносил?

– Нет.

Он отвечал коротко и не спешил, будто ждал каждый следующий вопрос заранее.

– Моя семья Вельтам не принадлежит, – добавил он. – Мы держим три лавки у нижнего рынка, и этого хватает, чтобы отца слушали. За Синарой я ходил, потому что мне было выгодно. Поэтому пока я могу себе позволить выбирать сам.

Продолжал следить за окружением. Слушал его источник и чувствовал как пульсирует сектантская метка. Раз он ведёт себя как торговец, то поговорим с ним на его языке.

– Что ты умеешь? – спросил я. – Кроме как говорить противнику гадости и ждать, пока он собьётся.

– Это тоже умение.

– С удовольствием посмотрю как ты его применишь против зверя.

Он коротко усмехнулся и его челюсть напряглась.

– Копьё держу неплохо, с луком обращаюсь хуже. В руинах не был ни разу.

– Понятно, – кивнул. – Вот только после нашего с тобой общения у меня почему-то не возникло желания даже допустить для тебя такую возможность. И не потому, что я гордый, просто пока не услышал зачем мне это.

И тут он выложил свой козырь:

– Я знаю, что Синара собирается делать сразу после переноса.

Внутри у меня коротко потянуло холодом от лопаток к пояснице.

– Говори.

– Нет.

Я повернулся к нему всем корпусом.

– Сначала решите, берёте меня или нет, – Керс не отступил ни на шаг. – Я не отдам единственное, с чем пришёл, чтобы через мгновение ты закрыл передо мной дверь и пошёл пересказывать это своим.

Пальцы у меня сжались сами. Хотелось встряхнуть его и вытрясти всё разом, потому что времени до рассвета оставалось всего ничего, а он торговался.

Только на его месте я поступил бы точно так же.

– Жди здесь, – обронил я и двинулся к двери.

Створка закрылась, и все четверо развернулись ко мне разом.

– Ну? – Тавр не выдержал первым. – Чего этому шалху понадобилось?

– Он хочет идти с нами, – ответил я.

Тавр моргнул. Потом переспросил, действительно ли он правильно услышал. Потом его прорвало. Керс душил Вариса его же воротом. Керс лез в каждую драку, которую затевали люди Синары. Керс ночью выведает у нас всё, что мы весь день чертили углём по полу, а утром отнесёт это своей госпоже. А в руинах, где нет ни судей, ни учителей, он ударит в спину, и никто даже не узнает.

Я дал выговориться, потому что и сам думал примерно также. Решать за всех я не хотел, хотя, наверное, мог бы.

– Отлично придумал, – заключил дитя дружины, размахивая рукой. – Давай ещё Синару позовём. Семеро лучше шестерых, а восьмеро вообще прекрасно.

– Он пришёл потому, что решил, будто мы сильнее. Если в руинах решит иначе, снова поменяет сторону, – озвучил Сарн свои мысли.

Одр не участвовал. Лежал на своей лежанке, подложив под бок свёрнутое покрывало, и глядел в потолок. После лечебной он говорил вдвое меньше обычного, а после того, как оттуда вышел Ровэн, и вовсе почти умолк. С ребятами он ещё держал маску, а вот разговоры вроде этого пропускал мимо.

– Он не настолько глуп, чтобы прийти сюда без предложения, – уронил он в потолок и отвернулся к стенке.

Все ждали, что скажет Варис. Он молчал дольше всех. Сидел, привалившись к стене, пока пальцы сами ушли к вороту, где у него остался шрам от Нижнего Клина.

– Подождите, – протянул он. – Я думаю, в этом может быть польза.

Тавр развернулся к нему:

– Может, нашего умника сегодня ударили головой? – спросил он у всех и потом уже задал вопрос Варису. – Ты забыл, что он с тобой сделал?

– Нет, – тот поднял на него глаза. – Поэтому я и не предлагаю ему верить. Но он знает людей Синары и то, как они думают. Мы весь день строили планы против группы, о которой знаем только то, что их двадцать. Он может это исправить.

– Он соврёт!

– Не соврёт, если принесёт клятву на источнике.

В комнате сделалось тихо.

– Клятва не заставляет человека быть верным, – Сарн распрямился и сел ровнее. – Она заставляет соблюдать ровно то, что он произнёс. Слово в слово. Скажем неправильно, он найдёт дыру и пролезет в неё, даже не вспотев.

Он говорил это, глядя в пол. Кому, как не ему, знать о ней.

– Значит, формулировать будешь ты, – предложил я. – А мы добавим.

Сарн поднял голову.

– Я?..

– Любому понятно, что семеро всё равно лучше шестерых, – хмыкнул Тавр.

– Ещё это значит, что мы будем сражаться на одного зверя больше, – добавил я.

– Точно! – тут же закивал дитя дружины.

В руинах Керс не был ни разу, если ему верить. След не прочтёт, ветер не угадает, к зверю подойдёт с наветренной стороны. Ещё один бой с тварью восьмой-девятой ступени Ростка. Новый риск потерять человека. Я пока не увижу руины и тварей, вообще не уверен на все сто, что у нас выйдет. Стоял и вертел это так и эдак, и постепенно перестал глядеть на Керса как на седьмой меч.

Потому что важнее было другое. Пока Синара не знает о его переходе, он не рядом с нами. Он рядом с ней. Внутри у меня подобралось. Когда мы появимся в руинах, он будет не среди нас, а посреди её людей.

– Я думаю, что нам лучше отказаться, – покачал головой Сарн.

– Поддерживаю его, – зачем-то поднял руку Тавр.

– Как решите, – подал голос Одр.

– Мы не услышали, что ты думаешь, Рейланд. – посмотрел на меня Варис.

– Насколько он будет полезен в охоте… я не знаю, – пожал плечами. – Риск с ним вырастает. Но есть кое-что, что нам может помочь, если мы согласимся. Нам нужен человек среди них.

– А если знает и сама его прислала? – Сарн не отступал.

– Поэтому и будет клятва на источнике, – кивнул Варис. – Мы узнаем правду и запретим ему что-либо, кому-либо о нас рассказывать.

Тавр переводил взгляд с одного на другого и наконец не выдержал:

– Да объясните вы толком!

– Он останется с людьми Синары, – продолжил я. – И после переноса поможет. В нашем плане многое завесило от момента, что произойдет, когда мы окажемся в руинах. И если Керс поможет сбить людей Синары, он выиграет нам время. Как минимум из-за этого я бы согласился. Самое важное – нам уйти и не потратить источник. Многие и так ещё не полностью восстановились.

Тавр посидел, пошевелил губами и вдруг оскалился.

– А знаешь… это красиво. Я бы с удовольствием остался и посмотрел на рожу Синары, когда она поймёт, что её человек предал её и помешал. Ух… вот это будет зрелище.

– Знаю, – кивнул.

– Тогда, мне нравится. Я согласен.

– Если клятва будет без дыр, – произнёс Сарн. – И планов дальше первого сбора ему не говорить… тогда я согласен.

Вышли во двор вчетвером. Одра я оставил лежать, и он не спорил, а это само по себе говорило о том, как он себя чувствует.

Керс ждал там же. Когда из-за моего плеча появился Варис, Керс на пульсацию подобрался всем телом.

– До конца экзамена мы берём тебя в группу, – сказал я. – Если принесёшь клятву.

– Какую?

Варис заговорил первым, и Сарн его тут же оборвал.

– Не так. «Ничего о нас не расскажу» это дыра шириной в ворота. Что такое «о нас»? Он промолчит про завтрак и выложит все проходы. Перечисляй.

Формулировали втроём, и на это ушло больше времени, чем на весь спор до того. Сарн вымарывал слово за словом, заставлял повторять, спрашивал, что именно значит каждое, и трижды сказал «переделывай». Керс слушал и один раз хмыкнул:

– Уже попадался?

– Лучше бы тебе следить за своими словами… – обронил Сарн, не поднимая глаз.

Керс замолчал.

Оружия у нас ещё не было, его должны были выдать только утром. Поэтому Керс достал из своего мешка иглу, обычную, для кожи, и проколол подушечку большого пальца.

Кровь выступила чёрной в лунном свете.

Он прижал палец к груди, над самым Ростком.

– Клянусь своим источником, что пришёл к Рейланду по собственной воле. Ни Синара Вельт, ни её семья, ни кто-либо из её людей не приказывали мне войти в группу Рейланда и не заключали со мной соглашения против неё. До окончания экзамена я не передам им планы, знаки, пути и намерения группы Рейланда и не стану намеренно действовать этой группе во вред. Всё, что я сейчас расскажу о подготовке Синары, будет правдой в той мере, в какой я сам её знаю. Если солгу в этом или нарушу сказанное, пусть мой источник треснет от собственной лжи.

Кровь на его груди нагрелась, я почувствовал это со своего места как тепло от углей. Над ней проступил знак. Линии раскрылись, охватили Росток Керса кольцом, продержались пульсации три и втянулись внутрь.

И вот в этот самый миг у меня шевельнулась сектантская метка. Короткий холодок под сокрытием, будто спящая тварь во сне повела ухом на чужой шорох. Она откликнулась не на клятву даже, а на кровь или на чужой источник, я не разобрал.

Придавил её глубже и загнал наблюдение к остальным, туда, где у меня уже скопилось слишком много такого, что я не понимал. Даже придавленная сектантским глифом, метка порой дёргается, поэтому вешать на каждое её движение особый смысл я не собирался.

– Теперь вы меня возьмёте? – спросил Керс. – Поможете на экзамене с ядрами и возвращением к месту сбора?

– Да, – кивнул я. – Я тебе это обещаю, если ты будешь выполнять все мои указания. И ещё кое-что. Врать тебе не буду, гарантировать, что ты выживешь я не могу.

– Понимаю… – выдохнул он.

– Теперь рассказывай.

Керс обтёр палец о край накидки.

– Синара нападёт сразу после переноса.

Никто из нас не дрогнул. Это мы предполагали ещё утром.

– Дальше.

И вот дальше он выложил то, чего мы не предполагали.

Семья передала ей восстановительные пилюли. Их приняли вечером, все до одного, и он в том числе.

– К рассвету наши источники будут почти полными, – сказал Керс. – Боль уйдёт, и многие повреждения затянутся куда быстрее.

Не удивлён. Вот она ещё одна разница между нами и Вельт. Снова у неё есть нужное преимущество в правильное время. Мне пришлось заложить в наш план и действия минимум день отдыха и восстановления, а им он даже не потребуется.

– Что ещё? – хмыкнул я.

– Она не бросит всех на тебя. Синара убеждена, что все остальные просто не справятся. Только ты выполз из Руин и не мог даже мечом пользоваться, потому что привык к копью.

– Отрыжка Шалка! – выругался Тавр. – Нас даже не считают. А ведь я сын отца и охотник.

– Мечтающий попасть в стражу и сбежавший из дома, – добавил Керс.

– Пасть закрой! – сжал кулаки Тавр. – Никуда я пока не пойду, пока не разберусь.

– Правильный план, – зевнул Варис. – Если тебя не станет, мы не жильцы. Может быть, небо сжалиться и мы не умрём, но победить зверя на пути возвышения… точно не сможем. Да и если вернёмся, то точно не все.

– После меня она собиралась остановиться? – уточнил я.

– Нет, – помотал головой Керс. – Как только мы тебя сломаем, мы не должны тебя убивать. Ты останешься лежать в крови там и ждать своей участи от зверя. Тебя сожрут, как и полагается деревенскому.

– А мы? – повысил голос Тавр.

– Потом уже вы… – пожал плечами Керс. – Вы все будете кормом. Такой план у Вельт. Использовать вас как наживку, чтобы выманить зверей.

– Она… – Тавр несколько пульсаций искал подходящее ругательство. – Шмыжий помёт.

Определённая польза от договора с Керсом уже была. Теперь я точно знал, что задумала Синара, и мог подготовиться.

– Что-то тебе ещё известно? – повернулся к нему Варис.

– После матрицы человека мутит, – начал перечислять Керс. – Первые несколько десятков секунд плывёт перед глазами. Ноги чужие. К горлу поднимается. Источник сбивается с ритма и не сразу возвращается. У кого-то слабость держится до минуты.

– Поэтому она раздала цели заранее, – понял Варис.

– Именно. Чтобы никто не думал. Открыл глаза и пошёл к своему.

Мы весь день учились разбегаться, столько раз прогнали это на дворе. И всё это время я считал, что первые пульсации у нас и у них будут одинаковыми. А выходило, что мы будем шататься и держать желудок.

Плохо… Придётся немного менять план. Хорошо, что я теперь знаю столько же, сколько и Синара.

– Она ничего не понимает в охоте, – улыбнулся Керс. – И это ещё одна причина, почему я тут. Большинство из наших тоже, есть только трое детей дружин.

Внутри у меня что-то отпустило на палец. Значит, я не ошибся. Их численность работает только против нас.

– Артефакт… – произнёс я. – Я слышал, что её семья кое-что передала ей. Ты в курсе, что это за вещь, как работает и для чего она?

– Нет. Она его не показывала, – Керс развёл руками, насколько позволяла кисть. – Я даже не знаю, при ней он или у кого-то другого

Весь наш план я ему не отдал. Выдал ровно то, без чего он не выполнит своё дело и потом нас не найдёт. Что после появления каждый уходит в свою сторону. Что первые минуты мы только уходим и никто никому не помогает. Что след ломается, знак ставится ниже колена под выступом или с обратной стороны камня, две короткие черты крестом и третья в сторону ухода. Что по внешнему кругу двинусь я и соберу всех. Что, если меня нет через пять минут, идут в сторону меньшего солнца.

Керс слушал, и на середине у него переменилось лицо.

– Вы это сегодня придумали?

– Сегодня.

Он поглядел на меня дольше, чем ему следовало бы.

– Тогда я точно выбрал правильно.

Дальше разложил ему его часть. До круга он остаётся со своими. Не глядит в нашу сторону вообще, даже если Синара примется говорить обо мне, а она будет. Не пытается заранее подобраться поближе. После появления, когда всех повалит и поведёт, он пользуется общей мутью и кричит.

– Что кричать?

– Если увидишь, куда ушёл я, ори, что я побежал в другую сторону, и указывай туда. Если ничего не разглядишь, ори от её имени, чтобы не расходились и сомкнулись вокруг неё.

– После этого мне конец… – проглотил Керс.

– А ты что хотел? – оскалился Тавр. – И нашим и вашим? Нет, так не получится. Если уж хочешь быть с нами, то и ставка теперь такая же как у нас.

– Твоя задача – выкрикнуть одну ложную команду, сбить их столку и сразу уходить. Можешь орать, что я напал на Сирану и её нужно защищать или что я прорвался и меня нужно преследовать. Не жди, пока разглядишь всех. Не проверяй, получилось ли. Если рядом окажется кто-то из наших, несколько шагов беги за ним, будто преследуешь, потом сворачивай в своё направление. Если никого не увидишь, уходи сразу. Через минуту Синара начнёт соображать, и тогда тебе уже не выбраться.