Текст книги "Естественный отбор 2. Старая война - лишь прелюдия к новой (СИ)"

Автор книги: Артем Петров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 37 страниц)

  – Только заедем ненадолго на территорию медведей – сказал Генри, взяв в руки фотоаппарат.

  – Зачем это? – поинтересовался я.

  – Сегодня в Лос-Анджелес прибыл шпион Маркуса.

  – Так убрать его к чертям! – тут же вспылил я – Мы за этим ведь едем?

  – Нет. Просто посмотрим на него. Мы не воюем с волками, тем более, что он прибыл инкогнито, как одиночка, сбежавший от Маркуса. Тем более, что еще один шпион уже давно здесь.

  – А если он собирается шпионить за нами?

  – За нами? – усмехнулся Фернандо – В Лос-Анджелесе? А что он сможет узнать, чего не знает вожак о нас в этом городе? Он просто может спросить о нас медведей.

  – Они следят за вампирами. Боятся их. Неизвестно с кем готовятся воевать кровососы – с медведями или с волками. Так что с нашей стороны это чистой воды любопытство – усмехнулся Митчелл.

  Мне это не нравилось. Больше всего на свете я ненавидел стукачей или крыс. И от тех и других нужно избавляться. Хотя, насчет стукачей следует уточнить. Информаторов нельзя к ним причислять, пока они не предают тебя...

  – Вот это место – Фернандо оставил машину напротив бара – Наш связной в аэропорту доложил, что он уже давно выехал на такси. С минуты на минуту будет здесь. Пушку не доставать! – пригрозил он мне.

  Я фыркнул и откинулся на заднем сиденье поудобнее. За кого меня держат? За психопата, готового стрелять в кого попало?

  Нужное такси появилось совсем скоро. И из него вылез молодой парень. Смутно знакомый...

  – Это он. Молодой совсем... – хмыкнул Генри, быстро делая фотографии оглядывающегося оборотня – Маркус молодец... Вампиры даже не подумают искать в нем угрозу... Но лучше бы ему иметь подготовку суперсолдата, иначе он тут долго не протянет...

  И тут я вспомнил. Этот урод был среди тех, кто пришел убивать Волка!

  Стоило мне дернуться и потянуться рукой к пистолету, как Оуэнс запер двери в машине и, развернувшись, врезал мне со всей дури в нос.

  Автомобиль поехал прочь, пока я пытался остановить кровь, обильно пачкая сиденье.

  – Ты совсем охренел?! – латинос был вне себя от ярости, а Митчелл смотрел с укором.

  – Ты его знаешь?

  – Было дело... – прошипел я, доставая платок и закрывая нос.

  – Еще один такой выход и я...

  – Заткнись, Оуэнс – осадил его Генри – Это ты у нас умудреный опытом, уже знаешь, кого мочить не следует...

  Фернандо заворчал, но смирился.

  – Ради нашего общего блага, не делай так больше – теперь уже вкрадчиво сказал напарник – За некоторые убийства следующую пулю пустят в лоб тебе, ты понял?

  – Да понял я, понял... – отмахнулся я, стирая оставшиеся следы крови.

  Они в чем-то правы. Смысл вообще убивать исполнителей, когда известен заказчик? Это не вернет Волка, и никак не поможет отомстить за него. Но если я встречусь с этим оборотнем когда-нибудь в другой раз, в другой ситуации, ему несдобровать...

  Встреча состоялась через час. Посредники люди представляли серьезного торговца оружием, занимавшегося сбытом вооружений различных государств.

  Никаких денег, товара и подписания бумаг. Лишь договор о сумме и величине заказа. Если договорятся, то люди просто назовут номер счета в банке, а вампиры место, куда нужно привести заказ. Мы же были нужны для того, чтобы кровососы случайно не прикончили посредников. Этот торговец оружием имел множество связей в различных странах, и за определенную сумму продавал ее нашему начальству. Терять перед ним лицо совсем не хотелось...

  Местом был выбран двор на строительной площадке ближе к окраине города. Посредников приехало двое. Оба в серых костюмах без галстука. На поясе по пистолету. Вампиров же оказалось трое. Все в черных пальто, перчатках и с пистолетами-пулеметами. Ни одна из сторон шутить не собиралась.

  Мы же стояли около полицейской машине посередине. Обе стороны кивнули нам, а мы – им, говоря, что все в порядке.

  – Я слушаю вас, господа – сказал посредник, достав блокнот и ручку, словно официант.

  – Мы покупаем все, что есть у вашего хозяина в данный момент.

  – Все? – поднял брови человек.

  – Все – хмуро кивнул вампир – Холодное, легкое, тяжелое, технику, радио и электротехнику.

  – В таком случае, если вы меня извините, я переговорю с боссом – посредник сел обратно в машину, достав телефон.

  Наивный. Его ничего не стоит услышать...

  Я вздохнул, посмотрев в здание напротив. Из головы все не лез сегодняшний случай, и злость так и клокотала внутри. Неожиданно я заметил вспышку в одном из окон. Потом еще одну.

  Митчелл сразу обратил внимание, стоило положить руку на его плечо.

  – Господа, у нас шпион – еле слышно прошептал Генри так, чтобы только вампиры его услышали.

  Те, как настоящие профессионалы сделали незаметный пасс второму посреднику, и тот тоже вернулся в машину.

  "Беги за ним, а мы перекроем ему пути отхода" – раздалось у меня в голове.

  Для начала я медленно направился вперед к выходу со двора, а после рванул вперед. Несколько ловких прыжков, и я оказался в нужной квартире. Запах человеческий. Кто этот самоубийца?

  Но его уже тут не было – дверь в квартиру открыта нараспашку. А из противоположного окна я увидел, как кто-то бежит прочь. Времени не осталось. Стекло легко прогнулось под телекинезом, вылетев на улицу. Выпрыгнув следом с третьего этажа, я побежал следом за беглецом, перепрыгивая через машины на пути. Не уйдет – его запах известен...

  Однако человек оказался более прытким и увертливым. Словно путь отхода уже давно изучил наизусть. Стоило забежать следом на какой-то склад, как в мою сторону полетели пули. Проверять серебро это или нет не было желания. Выхватив пистолет, я начал стрелять вслепую юркнул внутрь, не давая противнику высунуться.

  Неизвестный прятался за ящиками, но вторая дверь находилась на открытом пространстве. Сосредоточившись, я повалил на него телекинезом тяжелые ящики сверху. Беглец выскочил из укрытия, но одна из коробок упала ему на спину, повалив на землю.

  Один прыжок, и я оказался рядом, отпихнув пистолет в сторону. Вторую дверь выломали напарники.

  – Молодец, Грей – похвалил Митчелл – Давай вытаскивать этого урода.

  Я и Фернандо взяли полубессознательную крысу за руки и вытащили из-под ящика, швырнув в стену. Это оказался очень худой лысый парень с татуировками по всему телу.

  – Смотрите-ка, да тут у нас бывший заключенный – Митчелл указал на несколько татуировок а после дал несколько пощечин, приводя беглеца в чувство – Кто тебя послал?

  Тот лишь угрюмо посмотрел на напарника и ничего не сказал.

  – Ладно... – Генри снял фотоаппарат с его шеи – Снимал нашу встречу... Скорее всего его послали враги нашего оружейного барона... Стоп... А это что такое?

  Лугару поднялся и показал нам другие фотографии, что хранились в памяти цифровой камеры. Там все наши встречи с преступными сообществами. И не только наши. Еще и других наших агентов в полицейских участках всего города.

  – Звони Коннорсу, а этого ушлепка на промывку мозгов – распорядился Митчелл – У нас у всех серьезные неприятности...

  Масштаб этих неприятностей оказался еще тот. Дома у незадачливого шпиона оказалось множество аудиозаписей наших разговоров, сделанных с помощью направленного микрофона. Этого по американскому законодательству хватит, чтобы каждого участника упечь за решетку на полвека. А значит, нам придется покинуть Лос-Анджелес, если все всплывет. Учитывая, что в уликах есть намеки на высших офицеров лугару в этом городе, получится, что мы его потеряем надолго.

  Пойманный беглец оказался подставной уткой. И все улики – копии. В тоже время поступила информация, что другие копии разошлись по рукам законников по типу Ладлоу. И ему в том числе.

  Разумеется, все понимали, что это дело рук серьезной организации. А именно нечисти. Вампирам и оборотням-медведям весьма выгодно отсутствие лугару в этом городе, за который они грызутся уже больше полвека. Вот только кто из них признается?..

  После звонка Коннорса незамедлительным рейсом из Вашингтона прибыло несколько десятков специальных агентов-лугарую. То ли из ЦРУ, то ли из АНБ, то ли вообще из какой секретной организации.

  Самый простой способ решение проблемы: просканировать головы копов, узнать, где хранятся улики, после чего стереть им память. Эти специалисты этим и занимались.

  Даже разъезжали по всему миру и стирали память незадачливым свидетелям, чтобы сохранить тайну нечисти от человечества, когда СМИ становятся бессильны.

  Но, к сожалению, не все так гладко...

  У Ладлоу и еще у нескольких копов Лос-Анджелеса оказалось непробиваемое сознание. За них даже браться не пытались – все ясно с первого взгляда.

  Второй способ – поговорить по душам. Убедить по хорошему отдать все улики и забыть про это, правда раскрыв тайну...

  – Ладлоу отказался... – вздохнул Митчелл, закончив разговор со знакомым специалистом – И еще один идиот из другого участка... Но у него нет прикрытия в конгрессе, так что его можно просто прикончить...

  – И что будет с Ладлоу? – спросил я.

  Я и еще несколько десятков полицейских-лугару стояли недалеко от здания муниципалетета на многоэтажной парковке, ожидая окончания этого балагана. Все наши структуры в этом городе были парализованы – каждый боялся сделать лишнее движение. Ведь неизвестно, кому еще слили эту информацию. Чтобы это выяснить подключили все информационные ресурсы в этом регионе. Но даже с ними не удалось выявить организатора...

  – Если в скором времени эта опасность превысит помощь его брата, то обоих в расход, не иначе. Если эти материалы попадут в СМИ, то это грозит не столько нашему виду, не только нашему положению в городе. Во всех городах начнутся бунты полицейских против подобных нам. Тонны компромата выйдут в свет. От такого удара мы нескоро оправимся...

  Невеселая перспектива. Кто бы это не сделал у него были связи в бандах, в полиции, свои хакерские сети, дорогущее оборудование для шпионажа. Невозможное для любой человеческой преступной группировки, но легко достижимое для других видов нечисти. Тем более, что по большей части под ударом оказались мы...

  – Я сам его грохну – вызвался Фернандо – И все обставлю, как заказ мафии. На этих снимках и записях много их представителей – подозреваемых будет просто куча!

  – Конгрессмен не дурак – возразил Генри – Если он докопается, что правительство его убрало, мы мигом лишимся его поддержки...

  – Да чем так важен этот конгрессмен? – меня все время подмывало это спросить.

  Напарники переглянулись. Заодно на нас обратили внимания другие лугару.

  – Его политическая поддержка во многих вопросах касательно внутренней и внешней политике сделали наше внедрение, да и нашу жизнь в целом в этой стране, гораздо проще. Лишимся ее – другую марионетку искать придется долго.

  Снова условности. Снова все боятся идти наперекор созданной системе, которой себя и загнали в угол. Но, видимо, она работает эффективно, а это лишь неприятный побочный эффект...

  Я на время отвлекся, поскольку получил СМС от Вероники. Мы изредка переписывались, не имея возможности встречаться. Я старался делать это незаметнее, чтобы не раздражать напарников, но сейчас можно и передохнуть.

  Тут на парковку заехал черный внедорожник. Задняя дверь открылась сама по себе, и из автомобиля вышел Коннорс, разговаривающий по телефону.

  – Значит, вы не боитесь за собственную жизнь? Знаете, ваш брат нам нужен, но не настолько, что его нельзя будет заменить...

  – Я все сказал – раздался в трубке голос Ладлоу.

  – Хорошо... – было видно, что лугару от ярости еле себя сдерживает.

  После чего, подойдя ближе, он неожиданно протянул трубку мне.

  – Он сказал, что заключит сделку, но только с тобой...

  Все вокруг уставились на меня, и я на несколько секунд замер в оцепенении.

  – Да? – я приложил мобильный к уху.

  – "Офицер" Грей – на первом слове капитан сделал акцент – Нам нужно встретиться без ваших коллег и кое-что обсудить.

  – Где?

  – В моем кабинете.

  После в трубке послышались короткие гудки.

  – На тебя вся надежда – не стал скрывать Коннорс – Я догадываюсь, чем ты ему не угодил, но... Постарайся согласиться на его требование.

  И после это похлопывание по плечу... У меня будут большие неприятности, если окажется, что я не выполню его требования в силу своего упрямства...

  Напарники отдали мне в личное распоряжение свой автомобиль. Вернувшись в участок, я не спеша подошел к кабинету Ладлоу. Капитан уже ждал меня внутри.

  – Присаживайтесь... Грей... – лениво протянул полицейский – Полагаю, я вас недооценил. Думал, что вы мафиозный прихвостень, которого преступники пропихнули по фальшивым документам в полицию. Поэтому у меня не было повода боятся твоих угроз. Мне угрожают каждый день, но не трогают, поскольку у меня все равно есть на них компромат. Несмотря на то, что ты и твои друзья регулярно обчищаете отдел вещественных доказательств... – он сделал паузу – Тем не менее, ты представляешь не просто преступников, а узурпаторов. К тому же не принадлежащих роду человеческому...

  – Выбрали свой кабинет, потому что в нем я вас убивать не стану? – язвительно спросил я.

  – Не только – честно признался Ладлоу – Вряд ли здесь ты сможешь проявить свои... Возможности. Но это не имеет значения. Я никогда не подчинялся требованиям преступников, террористов, и тем более не собираюсь подчиняться каким-то выродкам, у которых есть большие связи... Поэтому я пойду на обмен.

  – Вы не в том положении, чтобы диктовать условия – я пытался придать всему своему виду и словам уверенность.

  – Неужели? – капитан приподнял бровь – Мои помощники, которых вам придется вычислять полчаса, отправят всю информацию куда нужно за один клик мыши. И далеко не в одно место. И я прекрасно знаю, чем вам всем это грозит. Так что я могу диктовать условия...

  – Чего вы хотите?

  – Чтобы ты оставил мою дочь в покое.

  – И все? – меня пробило на смешок от такого требования.

  Какой человек будет обменивать информацию, способную заставить шататься солидную организацию лишь на то, чтобы один тип перестал встречаться с его падчерицей? Это же уму непостижимо...

  – Она даже не ваша дочь... – я совсем не понимал этого странного полицейского.

  – Ты никогда не поймешь. Ты вряд ли знал, что такое семейные узы. Я умею различать людей, вижу их насквозь – Ладлоу придвинулся к своему столу, положив на него локти, глядя мне прямо в глаза – Тяжелое детство, совершил первое преступление лет в тринадцать четырнадцать... И твой акцент... По твоему липовому делу твой отец – русский. Нет... Ты сам русский. Я не имею ничего против этой нации, но знаю, что за люди получаются из людей подобного сорта в той стране... Лишь немногие выбиваются в люди. И ты выбрал совершенно неправильный способ для этого. А Ника... Она видит в тебе что-то хорошее, видит в тебе защиту, которая ей нужна, несмотря на ее независимость. Но ты и твои приятели – подонки. С тобой у нее нет будущего...

  – Нет будущего, которое вы ей прописали – стиснув зубы, процедил я – Держите ее на коротком поводке, шагу ступить не даете без вашего ведома...

  Мне было больше слышать, что этот легавый так просто раскусил всю мою биографию, даже не прибегая к внешним источникам. Неужели мое происхождение из низов так заметно, несмотря на долгие тренировке в совершенно другом обществе?

  – Каждый по разному подходит к тому, чтобы защитить свою семью – пожал плечами капитан – Моего напарника и ее отца застрелили подобные вам в начале девяностых из организации C.R.A.S.H. потому что он им мешал. И я уберегу свою дочь от тебя, как смогу...

  – То есть получается так – я клянусь, что оставляю вашу дочь, а вы мне прямо сейчас отдаете все улики?

  – Нет – покачал головой полицейский – Ты не просто расстанешься с ней. Ты уйдешь из этого участка. Можешь перевестись в другой или вообще свалить из города. Но не пытайся к ней даже приблизиться. И тогда я отдам улики...

  – Я немного не понимаю вашей схемы... – я был совсем сбит с толку.

  – Все очень просто. Если откажешься от моих условий, твои... собратья тебя живьем сожрут. А если примешь, я лишь скажу Нике, что ты ставишь свои интересы выше ее. И окажусь прав. Без всякой лжи она тебя возненавидит. Ведь ты не раскроешь ей свою тайну, кто ты есть на самом деле. Она будет думать, что ты обычный шпион, работающий с преступниками, и ничего больше. А учитывая, что ты был на многих фотографиях, очевидно, что в первую очередь ты спасал свою жалкую жизнь...

  Хитрый ублюдок... Хотелось прямо здесь и сейчас пустить ему пулю в лоб, и дело с концом. Но это дело не поможет...

  Эх... Обычно в кинофильмах герои идут наперекор обстоятельствам и делают все, чтобы быть вместе со своими девушками. Я хотел быть рядом с Вероникой. До нее никогда не было серьезного подхода к отношениям. Основная цель – затащить в койку, как обычно бывало, отошла далеко на второй план. Может это любовь... Не знаю, я никогда не испытывал этого чувства – только время покажет. Или уже нет... Теперь эти отношения с легкостью будут загублены одним упрямым уродом... К сожалению, это не кино, и выбор здесь очевиден.

  – Я принимаю условия...

  – Мудрый выбор – наигранно похвалил Ладлоу – Теперь убирайся отсюда – я без тебя оформлю все бумаги...

  Лос-Анджелес. 28 сентября. 2009 год.

  Вчера после тяжелого выбора меня не оставили в покое. Митчелл и Оуэнс подробно расспрашивали, что, как и почем. Потом позвонил Коннорс и подтвердил, что все улики переданы.

  Вроде уже все, и я могу тайно встречаться в с Вероникой. Но нет. Во-первых, этот гад наверняка уже настроил ее против меня. И во-вторых, сам командир велел соблюдать условия. Видимо побаивается, что Ладлоу оставил себе копию на всякий случай...

  Тем не менее, теперь я безработный, и мне обещали подыскать что-нибудь в ближайшие дни. То есть никакой свободы выбора так и не предвидится...

  Но меня это волновало в последнюю очередь. Злость кипела внутри, и уже давно перешагнула за обычный предел. Если бы меня еще кто тронул сегодня, то я бы сжег его заживо.

  Около полуночи всерьез зацепила мысль поехать разобраться с этими шпионами Маркуса. Лично, не обращая внимания на предупреждения напарников и самого Коннорса. Да, даже сам Коннорс, узнав про сегодняшний инцидент провел со мной дополнительную беседу. Объяснил, что у них и так достаточно проблем, и дополнительная провокация межвидовой розни им всем ни к чему.

  Нет, они все жалкие. У них есть власть, могущество, а они не могут им воспользоваться как следует. Все предусматривают, всего опасаются...

  Но... Может поэтому их организация и существует до сих пор? Мне так точно и не ответили, сколько мы живем в Америке и контролируем ее. Митчелл сказал, что где-то несколько столетий, а это весьма приличный срок.

  Тем не менее, такая жизнь абсолютно не по мне. Уже даже начинаешь задумываться – а не была ли тогда смерть лучшим выходом? Возможно, лучше прекратить мучения, чем жить, не имея возможности ни на что повлиять по своему желанию.

  Хотя, кто сказал, что не могу? Квартира пусть лишь формально моя, но вещи уже мои собственные...

  В следующую секунду небольшая полка оторвалась от стены и полетела в плазменную панель телевизора. Затем сама панель влетела в застекленный сервант.

  От полного разноса квартиры меня остановил только звонок в дверь. С трудом уняв в себе ярость, я посмотрел на треснувшие часы на стене. Уже утро – кто это может быть?

  У двери в нос ударил знакомый запах. Вероника? Стоило открыть дверь, как я увидел направленный в мою сторону кулак. У меня было десять шансов уйти от атаки, но

  такой неожиданный поворот просто ввел в ступор.

  Боли практически не было, лишь неприятные ощущения. Следующий удар пришелся коленом в живот, после чего меня ловко повалили на спину на пол. В кожу впились осколки стекла.

  Девушка совершенно не обращала на разгром в квартире. Ее полный ненависти взгляд казался хуже взгляда заклятого врага.

  Видно, что Веронике хотелось отпинать меня еще и ногами, но она не рискнула. Побоялась, что начну сопротивляться. Вместо этого в ее руке появился пистолет.

  Заплаканные глаза вкупе с бившей девушку дрожью сильно пугали. Одно неправильное слов и...

  – Он отдал вам все, а вы его все равно прикончили! Он даже себе копии не оставил! Что вы за ублюдки?!

  – Да о чем ты, черт возьми?! – вернув самообладания, я медленно поднялся на ноги, отряхиваясь от осколков.

  Некоторые так и остались торчать из обнаженной спины, покрытой небольшими красными дорожками.

  – Не делай вид, что ты ничего не знаешь! – дуло пистолета теперь смотрело на меня.

  Но обычные пули совсем не пугали.

  – Я и не делаю! Если что-то произошло, я этого не знаю!

  Теперь даже не знаешь, как ее успокоить. Проще всего обезоружить, но есть риск, что так раскроется моя природа. Конечно, можно придумать отмазку, но зачем лишний раз провоцировать начальство?..

  – Моего отчима убили сегодня ночью мафиози, которым вы переслали компромат! Вот что случилось!

  Вроде бы от этой фразы я должен снова впасть в ступор, но наоборот, это вызвало лишь новую порцию ярости. Незаметный пасс рукой, и позади Вероники со шкафа упала пустая коробка. Даже одной секунды, когда она отвела взгляд, хватило с лихвой.

  Выбив пистолет, я прижал ее к стене, слегка надавив на горло рукой.

  – А с чего ты взяла, что я имею к этому отношение?!

  Разумеется, соседи по дому услышали грохот, а затем и крики. В дверях показалась семейная пара из квартиры дальше по коридору. Дотянувшись до полицейского значка на тумбочке, я показал его им:

  – Дверь закрыли!

  Это подействовало. Дверь быстро закрылась. Теперь никто мешать не будет.

  – А кто, если не ты и не твои напарники?! – прохрипела девушка, тщетно пытаясь вырваться – И у тебя был мотив это сделать больше, чем у остальных!

  – Да, я хотел убить его на месте – сказал я искренне уже без крика – За то, что он меня шантажировал и заставил порвать с тобой. Но я сделал бы это сам, а не стал, как трус выдумывать хитрый план и убивать его чужими руками...

  Отпустив девушку, я сделал несколько шагов назад.

  – Так значит, он был прав... Ты все-таки спасал свою жалкую жизнь...

  – Не свою. Моей жизни там ничего не угрожало, пусть я и был на тех фото. Прости, я не могу тебе рассказать, в чем дело...

  Я развернулся к ней спиной, но потом вспомнил, что там видно заживающие раны, и резко прижался спиной к ближайшей стене.

  – Ты не можешь, а твои друзья из мафии могут – процедила Вероника – Стоило пробить информацию по контактам отчима, как я все выяснила... Компромат пришел по вашим каналам. Но мафия почему-то открещивается, что послала киллера – и это неудивительно...

  Но это же идиотизм! Зачем Митчеллу и Оуэнсу это понадобилось?

  Как все запутанно. От попыток понять в чем дело едва не заболела голова.

  – Все не так – тихо сказал я, едва не задыхаясь от несправедливости и от бессилия это исправить.

  – Так, не так, не важно... – девушка медленно направилась к выходу, подобрав пистолет с пола – Брат отчима уже в курсе и попытается докопаться до правды. Птица такого калибра вашей шайке не по зубам... Не знаю, может ты действительно не имеешь к этому отношения и всего лишь случайная жертва обстоятельств... Мне бы хотелось в этом верить, потому что... – она не договорила фразу и резко сменила ее другой – Но я не собираюсь узнавать, так это или нет. Эта не так ситуация, где стоит наплевать на все и рискнуть...

  Когда за девушкой закрылась дверь, я еще полчаса стоял, как каменная статуя. Внутри была странная пустота. Никаких мыслей, эмоций, ничего. То ли это от недавних потрясений, то ли так было всегда, просто не придавал значения. От второго варианта стало по-настоящему жутко...

  После я начал резко собираться, облачившись в этот раз в обычную одежду. Нет смысла наряжаться, если больше не полицейский.

  Стоило выйти на улицу, как подъехала полицейская машина, и навстречу вышли бывшие напарники.

  – Смотаться решил? – скрестив руки на груди, высокомерно спросил Фернандо.

  – Зачем? – не понял я.

  – Ты ведь в курсе, что Ладлоу шлепнули?

  – Уже да.

  Лугару переглянулись.

  – Ты один из двадцати подозреваемых в его убийстве – с сожалением объяснил Митчелл, в конце отведя взгляд – Сам ты это сделал, либо лишь переслал компромат – наказание будет одинаковым...

  – Я не имею к этому отношения – без страха ответил я.

  – Учитывая, какой бардак сейчас творится, ты будешь под арестом, пока все не выясниться...

  – Вы меня в тюрягу что ли посадите? – тут не удалось сдержать усмешки.

  – Да. Только в специальную.

  На меня нацепили крепкие наручники, которые не так-то просто разорвать. А уже в машине одели на голову непроницаемый черный мешок.

  – Прости, но таковы правила... – извинился Генри, затягивая его на шее.

  – Да что ты перед ним извиняешься? – возмутился латинос – И еще – только попробуй начать превращаться – пристрелим на месте...

  – Иди к черту – пробурчал я сквозь мешок.

  Почему в ответ не последовал удар – не знаю. Скорее всего заслуга Митчелла.

  Дорога оказалась довольно долгой. По звукам мы все еще находились рядом с океаном. Потом несколько остановок с проверками документов. И все закончилось тем, что меня куда-то повели, где сняли мешок и втолкнули в тюремную камеру, закрыв позади весьма прочную дверь.

  Это оказалась не одиночка – здесь уже сидели два новых сокамерника. Оба в полицейской форме, растрепанные, с заживающими кровоподтеками на лице. Значит, сопротивлялись...

  Самое интересное, что один из них оказался человеком. На вид лет пятьдесят или даже старше, седовласый и весьма плотной комплекции.

  Собрат же выглядел на двадцать пять лет, и имел странную комплекцию – очень высокий, даже выше меня, и тощий.

  – Ты из какого участка? – поинтересовался лугару, садясь на одну из трех кроватей.

  – Где работал Ладлоу – я последовал его примеру.

   Если честно, разговаривать с кем-то сейчас совсем не хотелось. У анархистов всегда находилось занятие, чтобы снять стресс – подраться, напиться, и просто ни о чем не думать. Сейчас же приходилось все держать внутри. И накопилось там прилично. Стоит этим двоим дать хоть малейший повод, и камера точно засияет адским пламенем...

  Собеседник присвистнул:

  – Значит, ты один из первых подозреваемых...

  – Может, объяснишь, что происходит? – я сделал незаметный жест, указывающий на голову, чтобы начать мысленный диалог.

  Но в этом не было необходимости.

  – Что происходит? – неожиданно вклинился в разговор старый полицейский – Убили брата крупной шишки, и вы, дорогие друзья, можете потерять все влияние в этом городе – в его голосе звучала не усмешка, а досада.

  Значит, человек все-таки в курсе всех дел...

  – Именно – поддакнул лугару – Кто-то отослал мафии по нашим каналам компромат, а потом наемники убили этого капитана...

  – Так, значит, нужно искать среди мафии того, кто отдал приказ, а не задерживать нас – возмутился я.

  – Мафия не станет обращаться ради убийства одного копа к "Торменту" – усмехнулся старый полицейский.

  – К кому?

  – Это организация наемников. Семь-десять солдат, в нее входят и люди и нечисть. Проворачивали такие операции, что многие разведки мира пускают слюну от зависти.

  – Если они его прикончили, то с них и спрос...

  Я тут же понял, что сморозил глупость. В ответ оба собеседника засмеялись.

  – Парень, ты в каком мире живешь? Никто не трогает простых исполнителей вне задания – за что их наказывать? Тем более, мы сами бывает пользуемся их услугами – объяснил лугару.

  – Единственные виновники – это те, кто передал копию компромата мафии – продолжил человек, проведя рукой по густым усам – И те, кто все это организовал. Такую масштабную операцию могли провернуть только вампиры или медведи. Но они, разумеется, будут отрицать свою причастность. А пока будут искать виновника среди нас – это единственная зацепка.

  – Ну так пусть просканируют и отпустят.

  – Так они сделают с людьми, а лугару не могут проникать в воспоминания друг друга. По крайней мере, таких виртуозов пока еще не нашлось – сказал лугару.

  Черт, почему мне об этом не сказали раньше? Похоже теперь точно тупик. Если они не найдут виновного, то найдут козла отпущения. Наверняка так и будет. А кто может стать самым лучшим кандидатом в козлы в отпущения, кроме русского иммигранта с туманной биографией?..

  – И чего в общем итоге добились наши враги? – задал я последний вопрос.

  – Если они отправят компромат еще и брату Ладлоу, нам будет представлен выбор – убить конгрессмена и лишиться его поддержки и связей, либо оставить Лос-Анджелес. Коннорс сейчас решает что делать с высшим руководством...

  – Как можно было допустить такое? – вздохнул старый полицейский, ложась на свободную кровать – Все можно было предотвратить еще как только это началось...

  – Коннорс солдат, командир, лидер, но не руководитель. Начальство само виновато, что отправило его на неподходящую должность...

  Дальше я уже ничего не слушал. Лишь сел в самый угол, закрыв глаза, попытавшись узнать, что за дверью. Охраны хоть отбавляй, все лугару. Замок на двери странный, видимо кодовый. Не в моих силах сломать...

  Да и я не дурак бежать отсюда. Что это даст, даже если чудом получиться? Не в моих правилах отступать, но сколько видел примеров того, как излишняя принципиальность приводила к краху. А кто думает, что это трусость, пусть сам попробует выпутаться из этой ситуации и той, что была в Москве.

  Но еще рано делать пессимистичные прогнозы. Пусть будет, что будет...

  Но если все закончится плохо, то единственное, о чем я буду сожалеть, так это о двух вещах: то, что мы с Вероникой так мало провели времени вместе, и то, что мне ничего не удалось правды о своей настоящей родне...

  Это вещи ради которых стоит жить, а остальное – лишь мусор или средства достижения цели. Но почему-то осознаешь все самое важное лишь в самом конце...

  Глава 3.

  Хаос.

  Лос-Анджелес. 13 октября. 2009 год.

  Две недели в камере едва не свели меня с ума. Зверям в клетках хорошо – они не умеют мыслить рационально, и поэтому не могут свихнуться. С людьми и нечистью все гораздо сложнее...

  Моих сокамерников вызывали по одному на протяжении нескольких дней, и через неделю я остался один в четырех стенах. Мы успели поговорить о многом – у обоих был богатый опыт работы и хороший запас знаний. Весьма приятные в общении личности, пусть и полицейские.

  Меня тоже вызывали на допросы, где пришлось по нескольку раз повторять одну и ту же уже выученную на зубок историю, что я делал в ту злосчастную ночь. Нельзя сказать, что сильно давили, старались сделать козлом отпущения. Лишь пытались докопаться до правды. Показывали фотографии с места преступления, расспрашивали подробности встречи с Ладлоу. Не более того.