Текст книги "Естественный отбор 2. Старая война - лишь прелюдия к новой (СИ)"

Автор книги: Артем Петров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 37 страниц)

  – Да, ты хорошо все просчитал, выродок...

  Ого, а он похоже тоже знает, что значит странный запах Павла.

  – Только я сделаю еще одну вещь, которая тебе очень не понравится. Скажу, что вы подарили свой ценный груз европейскому клану в надежде на будущее объединение. И доказательства найду, будь уверен.

  – И все будут замараны, кроме доблестных лисов – улыбнулся человек.

  – Вы сами загнали себя в эту ловушку. Все вы. Мы ничего не брали. Этой вещи, чем бы она не была, у нас нет. Мы повторяли это. Не раз. Каждому из вас. Теперь слишком поздно... Вы думаете, что можете вытирать о нас ноги, когда вздумается. Особенно вы, лугару – Шон указал на меня, а я продолжал молчать, сжав руку в кулак – Вы самый молодой вид... В то время как наш ветви нашего рода идут из древней Японии. Вы привыкли брать то, что хотите. Пришло время положить этому конец...

  "Ударим вместе" – прозвучал в моей голове голос Павла. Чертов телепат...

  Тут бойцы SAS подняли оружие но по ним тут же ударили две мощных телекинетических волны, отбросившие их и Берча назад так, что их тела проломили несколько стен. И у кого черт возьми волна была сильнее?..

  – Бежим! – крикнул оборотень и побежал в сторону, выламывая дверь позади человека плечом.

  Я выхватил пистолеты и побежал следом, прострелив глаз первому очнувшемуся лису, который решил броситься в погоню.

  Вампирша догнала нас через несколько комнат в покрытом кровью платье. Но это нее кровь. Бойцы Берча наступали с разных сторон – их тяжелые сапоги отчетливо слышны.

  Когда мы пробегали мимо очередного коридора, недалеко в пол врезалась граната из подствольника. Но даже этого небольшого взрыва хватило, чтобы сбить меня с ног и я по инерции, пока пытался встать на ноги, преодолевая противный писк в ушах, открыл ближайшие двери плечом. И ввалился в просторный зал.

  Один пистолет где-то потерялся. Стреляя из второго, медленно отползая назад, я убил владельца гранатомета, с пятого раза прострелив его бронежилет в районе сердце, не решившись попытать счастья с каской.

  Часть преследователей пробежала мимо следом за вампирами. Но Берч, увидев меня, остановился и дал кому-то знак следовать за ним.

  Бойцы SAS побежали дальше, а на меня двинулся их лидер с двумя лисами в длинном пальто, что я видел перед встречей в лимузине. В мгновение ока они вытащили острейшие катаны.

  В пистолете еще оставались патроны, но Шон уклонился от них с такой легкостью, словно заранее знал траекторию каждой пули.

  Сделав кувырок назад, я оказался на ногах, выхватывая метательные ножи.

  В ответ лисы улыбнулись.

  – Я не буду призывать тебя сдаваться – сказала глава SAS – Мне интересно узнать, как такой, как ты, смог одолеть моего сына...

  Его телохранители обходили по бокам. Пора заканчивать с этим фарсом. Павел сбежал с напарниками, но хотя бы отвлек на себя большую часть врагов. Мне же нужно убить трех сильнейших из лисов. И тогда удастся выбраться. Всего ничего.

  Стоило Берчу выхватить шпагу, я швырнул метательные ножи в его собратьев. Те с легкостью отбили их катанами, но в этот момент мой малокалиберный пистолет на запястье прострелил одному из них ногу насквозь. Лис даже не застонал и не упал на одно колено. Ничего, кровь течет, а он хромает – хоть какое-то преимущество.

  Мощная молния угодила в катану второго телохранителя. Серебро, конечно, не идеальный проводник, но все же его хорошенько ударило электричеством. Он упал и выронил оружие из рук.

  После Шон едва проткнул мне голову. Но я увернулся, оставив на его боку небольшой порез ножом. Лезвие должно было пропороть бок, но лис проявил недюженную ловкость.

  Дальше дела пошли хуже. Они недооценили меня, и теперь действовали осторожнее. Мои выпады ножом ничего не давали – слишком короткое лезвие. Не подпуская, лисы зажимали в угол.

  Оставалось лишь ударять их телекинезом, но они либо уклонялись, либо каким-то образом находили слабое место в волне, отступая лишь на шаг.

  Тогда я заморозил пол, но лисы двигались на нем грациозно, не подскальзываясь. Кровь растекалась по льду из раненой ноги телохранителя.

  Сражаться в такой ситуации меня не учили. Не только численный перевес, но и длина клинка в их пользу. Они начали наступать, и вскоре на моей теле сочились кровью пять порезов, оставляя яркий след на белом костюме. Убрав бесполезный нож, я увернулся от очередного удара катана и начал беспорядочно создавать пламя, отгоняя врагов. Это немного помогло и дало передышку.

  Стоило создать огненную стену, как Шон с телохранителями решили перепрыгнуть через нее, чтобы добраться до меня. Это как раз и нужно. Я в свою очередь совершил кувырок через пламя. Костюм покрылся копотью и загорелся в паре мест, но это не смущало.

  Увернувшись от катаны лисы, я подлез под его рукой и схватился за рукоятку меча. Несколько порезов сухожилий, и он выронил оружие. Следующий порез по горлу не стал смертельным.

  Я отскочил от пришедших ему на помощь противников и швырнул метательный нож, который пробил лобную кость, и раненый телохранитель упал замертво.

  Притянув большим усилиям катану, я кинулся в новую атаку. Начался танец клинком. В одной руке держа меч, а в другой нож, я не давал врагам подобраться. Но против Берча было сложно сражаться. Его шпага – оружие совсем другого типа. Колющее. В то время как катаной больше подходит рубить головы. От проколотого плеча я едва не выронил нож из левой руки, но резкий наотмашь удар заставил главу SAS отступить.

  Отложив короткий клинок, я быстро прижег раны. Телохранитель из-за простреленной ноги хромал все сильнее и сильнее, а его удары с каждым разом слабели. Этим и удалось воспользоваться. Отогнав Берча выстрелом из карманного пистолета, я начал наседать на противника, пока не выбил оружие из его рук. Уклоняясь от подоспевшей шпаги, я параллельно срубил лису здоровую ногу и сделал подсечку Шону, но тот уклонился. После перескока через упавшего лиса, я положил руку ему на лицо, и тут же выжег его до черепа, изжарив мозги до хрустящей корочки.

  После такого Берч повременил со следующей атакой:

  – Похоже, Армстронг и вправду что-то увидел в тебе... Предал все, за что мы все сражались, и теперь собирается убрать всех, кто знает его маленькую тайну? Тебя за этим послали, да?

  – Я не знаю, о чем ты говоришь – поднимаясь на ноги, я перехватил катану поудобнее.

  Какую еще маленькую тайну? С чего генералу убивать его?

  – Ну да, конечно...

  Шон начал менять форму, сорвав с себя рубашку. Его тело покрылось черно-бурой шерстью, а лицо вытянулось, становясь лисьей мордой. На руках выросли небольшие когти, и он скинул дорогие ботинки, так как ступни становились лапами. Мне не удавалось раньше видеть звероформу лисов. И не горел желанием. Теперь противник раза в три опаснее.

  – Он продал меня, моего сына, африканского вампира... – он глухо рычал – Думает, что справится со всем в одиночку. Но он сильно ошибается.

  Берч несет бред. Сошел с ума от горя и всюду видит заговор. Его сын сам пошел наемником против лугару.

  – Не веришь мне? Я сам послал Калеба, чтобы обеспечить успех предприятия, которое замыслил твой дражайший Армстронг!

  Он может верить во все, что угодно. Хотя к чему ему врать...

  В этом облике Шон двигался еще быстрее и по нему было практически невозможно попасть. Увернувшись от очередного тычка шпагой, я совершил кувырок, подхватив вторую катану. Все оставшиеся десять метательных ножей пролетели мимо. А карманный пистолет я берег на всякий случай.

  Где-то неподалеку что-то взрывалось. Похоже, Павел с компанией развлекаются по полной. Но Берч даже ухом не повел и продолжал наступать. Двумя мечами не так удобно обороняться, но так я мог хоть что-то противопоставить быстрому темпу лиса и не подпускать его к себе. Главное не прикончить. Иначе начнется война...

  Очередной мощный заряд молнии соскочил с моих пальцев. Тело главы SOS забилось в судорогах, но меч он не выпустил. И тут я перешел в контратаку. Ему было сложно отражать град ударов, хотя стоит отдать должное, даже порезать его не удалось. Затем в ответ пришло два болезненных тычка в бедро. Прижигать некогда – враг пришел в себя.

  Шпага разумеется была серебряной, и от боли сложно оградиться. Но нельзя показывать слабость – иначе уже проиграл. И надо с этим заканчивать...

  В этот раз я специально налетел на шпагу. Длинное лезвие прошло мимо легкого, у ключицы, ломая кость. Захрипев, я выставил катаны и проткнул грудь лиса, насаживаясь дальше на шпагу до самой рукоятки. Мечи вошли полностью и, сбив Берча с ног, мне удалось пригвоздить его к полу.

  Из пасти лиса текла кровь, он хрипел и кашлял. Но жить будет. Вытащив шпагу, я забрал его пистолет с пояса.

  – Убьешь меня?.. Подумай сам... убить одного из главных... Тебя убьют, принесут голову нам... Чтобы замнуть конфликт...

  – Я и не собираюсь тебя убивать – возразил я, держа пистолет в здоровой левой руке.

  И неожиданно для себя направил дуло прямо на Шона. Тот не удивился и лишь закрыл глаза.

  – Если я не смог отомстить за сына... То... Весь SAS отомстит за нас обоих...

  Я пытался убрать руку, выронить оружие, но все бесполезно. Палец дрожал на курке, готовый вот-вот сделать роковой выстрел. Стиснув зубы от боли, пришлось напрячь правую. Это почти удалось, но вдруг правая рука перестала слушаться. С щелчком из рукава окровавленного пиджака появился карманный пистолет. Палец, не дрогнув нажал на курок пять раз. Даже малого калибра с такого расстояния хватило, чтобы Берч умер.

  И чтобы меня не контролировало, оно исчезло, и теперь я полностью владел своим телом. Внутри все охватил ужас. Что это было?! И главный вопрос – что теперь делать?!

  Нужно бежать, где-то спрятаться...

  Двери в противоположной стороне зала открылись. Я направил оба пистолета в сторону новых врагов. Хотя стоило себе в голову. Heckler&Koch USP в левой руке с полной обоймой, и еще два патрона в карманном. Троих завалить хватит, и пуля на себя останется.

  Но это оказался лидер охотников Фрэнк Крейн.

  – Спокойной парень. Я прилетел за тобой, а не за твоей головой – он увидел тело главы SAS – Хотя как бы ее тебе Армстронг сам не снял...

  – Я не виноват! – только и мог выкрикнуть я глупое оправдание.

  – Сейчас не в время! Нужно уходить и быстро. Сейчас сюда прилетит половина Херефорда. Пошли!

  Я побежал следом за охотником. По дороге нам попались двое бойцов SAS, но охотник сломал обоим шеи в мгновение ока.

  Дальше пришлось прыгать из окна во двор, где каким-то образом умудрился приземлиться вертолет.

  – Что ты тут делаешь? – спросил я, когда мы оказались внутри.

  Но вертолет не взлетал.

  – Чего мы ждем?

  Казалось, мне сейчас просто пустят пулю в лоб. А весь этот спектакль, чтобы не тащить мой труп.

  Но тут внутрь забрались Макаров и Рей с оружием наперевес. Прямо с боя. И тут вертолет поднялся в воздух, оставляя позади резню, что шла во дворце. Часть его уже горела. Неужели Павел так долго продержался, чтобы нанести столь большой ущерб?

  Теперь я совсем ничего не понимал. Какого черта здесь делают мои старые знакомые?

  – Рад видеть тебя, Грей – оборотень-медведь пожал мне руку.

  – Жаль, что мы встречаемся всегда только в самых ужасных обстоятельствах – оборотень-волк улыбнулся.

  – Каким боком вас сюда занесло? – я желал услышать ответы.

  Прямо сейчас.

  – ЦРУ в самый последний момент поняли, что источник информации – сам Берч – начал объяснять Крейн.

  А быстрый вертолет уже покидал пределы города.

  – В ту же ловушку он загнал шайку Игоря...

  – И хотел развязать войну, я знаю. Он мне это сам рассказал – прервал его я.

  – Я был здесь по делам нашего Ордена, когда твое командование попросило нас забрать тебя. Моих парней тут всего ничего было, поэтому пришлось воспользоваться услугами наемников – он кивнул в сторону оборотней.

  И снова меня спасают охотники. Это уже входит в привычку...

  – Спасли, чтобы Армстронг сам меня прикончил. Я убил Берча... Лисы этого не простят.

  – Да, возможно, будет война – пожал плечами Макаров – Но ты не виноват. Никто не знал, что ты идешь в ловушку. Вероломство лиса сгубило его самого.

  – Я убил его сына. Он хотел отомстить мне...

  Да, именно так и стоит говорить. Об остальном лучше молчать. В голове до сих пор не укладывались слова Шона. Зачем его убивать? Что было между ним и Армстронгом?

  Макаров и Рей благоразумно молчали, но я помнил разговор в Африке. Их нанял Ривз. Предъявил доказательство, что заказчик – один из высшего командования. Неужели версия с переворотом – не выдумка?

  С другой стороны, эта странная потеря контроля над своим телом. Словно кто-то заранее прописал программу, а я ее выполнил...

  Тут вспомнилось мое неожиданное появление в небоскребе во время операции Ривза и Калеба. Меня просто не должно было быть там. Идет какая-то странная игра, понять которую не дано. Хотя делает честь то, что я в ней определенно не пешка, а куда более важная фигура. Скорее, что-то вроде троянского коня. Мои действия абсолютно неожиданны, а последствия "прыжка" на столько клеток шахматной доски по-настоящему разрушительны. Осталось лишь подождать, пока мной пожертвуют...

  Москва. Башня Маркуса. 10 ноября. 2010 год.

  Максим смотрел выступление по плазменному телевизору в кабинете вожака. Все радиовещательные системы в городе восстановили. Было и нормальное телевидение, и радиовещание. А также специальные каналы, которые не выходили за пределы ограниченной зоны. Именно по такому каналу транслировалось открытие еще одного памятника Маркусу – на этот раз прямо перед его башней. Нам месте, где он погиб...

  Перед камерами после Эдварда, который с отсутствующим видом произнес речь, выступал Виктор. Один из старейших оборотней. Таких осталось совсем немного. Ему недавно исполнилось двести лет. И он помнил старых вожаков. Но как только к власти пришел Маркус, оборотень сразу перешел на его сторону – за ним было давно заметно недовольство режима Пятерых. А после тридцать лет службы высшим командиром, после чего ушел с должности по собственному желанию, и был заменен Эдвардом. Именно такой долгожитель с его бесценным опытом нужен должен стоять одним из главных в стае...

  Закончилась речь под аплодисменты толпы. Широкоплечий высокий оборотень со светлыми средней длины волосами слегка поклонился и сошел с трибуны. Его ручной белый волк последовал за хозяином. Он был известен тем, что брал себе в питомцы волков, и те служили ему до самой старости. Сейчас при нем был вполне зрелый десятилетний волк.

  Выключив телевизор, Максим надел темные очки обратно, закрыв свои желтые звериные глаза. Тут в кабинет ворвался Андрей с диктофоном в руке. Черноволосый мужчина был весь взведен.

  – Что случилось? – спокойно спросил парень.

  – Зачем ты отключил телефон? У нас проблемы...

  – Что на этот раз? – устало спросил оборотень.

  Его соратник включил диктофон. На нем была копия записи прослушивая разговора Кости. А собеседником оказался Сэм, и оба наивно полагали, что это защищенная линия. Чего только не успел поведать этот предатель лишь за один сеанс связи...

  После окончания записи в кабинете воцарилось гробовое молчание.

  – Ты молодец, что вовремя среагировал – неожиданно вместо упреков похвалил Максим – Не зря ты работал следователем столько лет – и лишь слегка улыбнулся.

  Но эта улыбка была очень натянутой.

  – Что будем делать?

  – Сначала выслушаем его историю...

  Костя нашелся в одном из недавно отреставрированных баров-ресторанов. Пусть его уже официально закрыли на ночь, он на правах высшего командира выпивал со своими сослуживцами. Оставшимися двумя, что пережили войну.

  – Я знал, что не нужно посылать тебя в ту командировку – тихо сказал за его спиной Эдвард.

  Оборотень медленно обернулся, а его соратники как по команде встали из-за барной стойки, отдав честь.

  Кроме вожака в баре стояли Максим, Андрей, Ольга и полковник Гиллиан. А снаружи у машины дежурил Шрам с дробовиком с парой охотников.

  – Это почему же? Я хорошо разведал, чем занимаются наши друзья в Китае... – Костя медленно повернулся на стуле лицом к вошедшим.

  Его язык еще не заплетался, но было ясно, что он уже вполне пьян. Уже месяц налегал на алкоголь. Даже во время своей миссии на границе Китая, где старый информатор Маркуса рассказал о последних тайнах, чем занимается его сын.

  – Слишком хорошо разведал – нахмурился Эдвард, скрестив руки на груди – Настолько, что тебя завербовали... За что ты нас продал? Что ты успел сказать Сэму?

  – Я не понимаю о чем вы... – оборотень хотел повернуться, но Максим просто приставил револьвер к его виску.

  – Я знаю, что ты не шутишь, парень. Я был с тобой на войне, и знаю, что тебя меня прикончить, как муху убить – Костя скосил взгляд в сторону оружия – Но я все равно не понимаю, о чем вы говорите.

  Андрей включил запись на диктофоне:

  – ...Максим приказал воздвигнуть статуи Маркуса на Красной и перед его башней.

  – Хорошо – это было последнее слово из пятиминутного разговора.

  – Ясно... – оборотень все равно выглядел расслаблено – Вы что сами не слышите, что это нарезка? Кто-то хочет меня подставить. Эти слова я говорил, отдавая распоряжения – можете спросить ребят. И могу составить список, что и кому говорил.

  – А может ты сам вырезал эти фразы и передавал их Сэму. Почему тогда они на секретном канале, а не на том, что выделен тебе? – убрав диктофон, спросил Андрей.

  – Мне почем знать?! – взвился Костя – Может, он хочет меня подставить?! – он большим пальцем указал на Максима – Я знаю, что делал Сэм. Вы думаете, меня устроит родное отродъе Маркуса на месте вожака? Я еще не сошел с ума...

  Эдвард, Андрей и Ольга перевели взгляд на Максима. Гиллиан же не спускал глаз с подозреваемого.

  – Вы верите ему? – спокойно спросил парень, убрав пистолет обратно в кобуру – Не верите своим ушам, но верите ему...

  – Я не думаю, что Макс мог это сделать... – начал Эдвард.

  – А почему нет? – перешел в наступление Костя.

  – Молчи, тебя никто не спрашивал! – рыкнул на него Максим.

  – Дай ему высказаться! – твердо сказала Ольга.

  – И ты туда же... – парень покачал головой, чему-то улыбнувшись, повернувшись ко всем спиной.

  Он прикрыл глаза, чтобы никто не видел небольшой белой вспышки.

  – Значит, я могу доверять только полковнику? – оборотень посмотрел на Гиллиана.

  – Вы можете на меня положиться... – ответил лугару.

  – Ты сам настраиваешь всех против себя. А этот перебежчик недолго тебе прослужит, вот увидишь! – указал на полковника Костя.

  – Чем же я настроил всех против себя? – парень резко повернулся – Мне не нужна эта война. Не нужно больше воевать за эту стаю. Я убил Маркуса, Самаэля, добил королеву лугару. Я никому ничего не должен. Отдал свою душу зверю... – он снял очки и сжал их, раздавив в кулаке.

  – Ты все время говоришь о том, что пожертвовал больше всех – довольно тихо с большой неохотой сказал Андрей – Но мы тоже жертвовали... Каждый из нас... Сержант погиб, когда им управлял Маркус. Сивый умер, сражаясь с его марионеткой, чтобы выиграть нашим союзникам время. Костя потерял почти всех своих товарищей. Как и Гиллиан. И к тому же не может вернуться домой. Я почти потерял свою любимую... Мы все внесли свой вклад в нашу борьбу. Но ты уж очень охотно пожинаешь с нее плоды... Стал озлобленным на всю жизнь. Из-за того, что тебя превратили в оборотня по проекту. Что вожак использовал тебя как хотел – Андрей сделал паузу, оглядев всех остальных, ища в их глазах поддержку – Ты убил его... Твоя война с ним окончена. Но ты хочешь доказать ему посмертно, что его путь приведет нас к краху! Если так, то ты вполне этого добиваешься...

  – К краху? – усмехнулся лугару – К краху, говоришь? Я воевал в Афганистане, адвокат. И слышал от ветеранов про Вьетнам. И от более старших про Вторую мировую. Сказать, как воевали старшие вожаки? Обращали кого попало в оборотней, чтобы склепать побольше живой силы. И после этого у тебя есть претензии к Маркусу, который выиграл почти все войны?

  – Но какой ценой? – возразила Ольга.

  Было видно, что ей есть что сказать.

  – Не знаю, как ты думаешь, Максим. Но вожак воевал только за себя. Строил свою диктатуру. Если ты после его смерти убедился, что его путь единственно правильный, ты ошибаешься.

  – А ты ведешь себя в точности, как он! – вновь вклинился Костя – Даже пистолет его на груди носишь!

  – Наши враги должны знать, что у Эдварда есть сильные бойцы – возразил полковник – Маркус – единственная причина, почему мы так хотели с вами воевать. И одновременно боялись. С его смертью вы лишились своего главного щита. Максим хоть как-то пытается его заменить, чтобы оттянуть войну... Именно поэтому лугару не напали сразу. И теперь с этой войной с лисами нападут еще нескоро.

  – Так это ваша была идея, чтобы он тут вел себя так? – Ольга сузила глаза.

  – Нет – совершенно честно ответил Гиллиан – Просто вы все идеалисты. Как и многие из тех, кто молод. Битвы моралью и честью не выигрываются, господа. Эдвард это знает, но пытается сохранить крохи этой чести и морали – вожак отвел взгляд – Жалкая попытка. Но заслуживает уважения.

  – Надеюсь, вы все сказали? – Максим все выслушал спокойно, убрав руки за спину – Вернемся к главному вопросу?

  – Нельзя обвинять Костю по одной лишь записи – насупилась Ольга – Может, он и прав относительно тебя. Я не думаю, что могу тебе теперь доверять... Ты не тот парень, которого знала когда-то... Я не знаю теперь, что ты вообще такое.

  – Какие трогательные слова – в этой фразе парня прозвучала откровенная издевка.

  – Прекрати!

  – С тобой все понятно. Андрей? – в ответ оборотень лишь промолчал – Засчитываю это, как воздержался. Эдвард?

  – Будь вы моим боевым отрядом все было бы проще... – он вздохнул – Я не верю, что ты можешь работать против нашего вида.

  – Я доверяю вам – слегка кивнув, сказал Гиллиан – Вы воин. Как и я. А характер другого я всегда узнаю, когда понимаю, каков он в бою.

  – Ну с Костей все ясно – махнул рукой Максим.

  – Да. Все ясно – во взгляде пьяного оборотня скользнуло презрение.

  – Итак... – Максим заметил двоих сослуживцев Кости, которые так и продолжали стоять – Я знаю, что вы не могли в этом участвовать. Вы свободны.

  Те, замешкавшись, все же удалились после того, как оборотень кивнул им сделать это.

  – Что ты хотел доказать этим голосованием? – спросил Эдвард.

  – Просто хочу узнать, кто кинется спасать предателя – и прежде чем все успели возразить, парень выхватил пистолет Маркуса и мгновенно прицелился Косте в голову.

  – Нет! – Ольга попыталась что-то сделать, но Максим грубо оттолкнул ее так, что она отступила к ближайшему столу.

  Тут глаза оборотня сверкнули, и он мгновенно оказался рядом с Максимом ударив того по лицу. Тот, не успев увернуться, оказался на полу с разбитой скулой и четырьмя выбитыми зубами.

  Следом он с разворота ударил Андрея, что тот вылетел через витрину ресторана, поэтому Шрам с напарниками не рискнули стрелять. Эдвард уже ударил Костю в грудь, но тот словно этого не заметил и вырубил вожака на несколько секунд, врезав ему в пах и выпрыгнув вместе с ним из бара на улицу.

  Максим уже пришел в себя, выхватив револьвер.

  – Что-то мне это напоминает... – Гиллиан стрелял рядом, как и Шрам вслед Косте.

  Парень выскочил наружу, погнавшись следом за беглецом, который уже чесал в сторону противоположной улицы.

  Бежали они почти на равных. Но оборотень уже начинал выдыхаться.

  Тут из-за углов здания выскочили двое его сослуживцев с тяжелыми пулеметами, стреляя по Максиму. Тут же повсюду до сих пор много нычек с оружием, о которых знал Костя с приятелями.

  Крупнокалиберные серебряные пули рвали плоть, но парень не замечал этого.

  Преследуемый заскочил в заранее подготовленную товарищами машину с мощным двигателем, выжимая газ на полную. Колеса сзади оказались прикрыты слишком низким бампером.

  Оборотень хотел выстрелить прицельно, но тут несколько пуль превратили его лицо в кровавое решето. Не говоря уже о полсотни дырок в теле и конечностях.

  – Неужели он мертв? – раздались их голоса где-то вдалеке.

  – Его оказывается так просто убить... Похоже, это тело гораздо слабее предыдущего.

  – Ничего. Мы выполнили свою миссию. Костю раскрыли слишком рано. Но он уже знает достаточно. Сэм обязательно победит...

  – Мы точно не сможем выбраться из города...

  – Плевать, мы мертвы с тех пор, как стали оборотнями.

  – Вы будете мертвы, когда я этого захочу... – раздался тихий голос.

  И прежде чем оборотни успели что-то понять, Максим их обезоружил. Одному он вырвал сердце, а другому крепко сжал горло рукой, ставя на колени.

  – Зачем? – спросил парень, а его пленник с ужасом наблюдал, как из его заживающих ран выпадают осколки пуль.

  Максим ослабил хватку, но тот молчал. Тогда он снова сжал горло.

  – Зачем?

  – Сэм не так слеп, как Эдвард и другие твои товарищи... – тут оборотень выпустил предателя, и тот упал.

  – Неужели? – присев перед ним на корточки, спросил парень.

  – Он рассказал нам... О том, что ты можешь... Ты не умер тогда. Максим ошибся... Мы все ошиблись... Но он поплатился за эту ошибку сильнее всех. Костя избавит его от страданий, когда станет сильнее.

  – Правда? Как же он планирует это сделать? Я убил последнего вожака. Больше никто не сможет его научить вступать во внутреннюю связь со зверем.

  В ответ оборотень лишь улыбнулся.

  – Теперь мне все ясно– для Максима улыбка была красноречивее слов – Я пришлю к тебе Костю, и он поделится с тобой новостями об успехах... – его нога легла на шею предателя.

  Вскоре послышался громкий хруст.

  Максим вернулся в бар. Андрей уже уехал вместе со Шрамом и другими охотниками, Ольга приходила в себя, сидя за столом. А Эдвард отдавал распоряжения по мобильному телефону.

  – Бесполезно, он сбежал – он кинул тяжелый пулемет на ближайший стол.

  – Почему ты так уверен? – спросил вожак и тут увидел, что тот весь в крови – Что с тобой произошло?

  – Вспомни, как было со мной. И он был готов к такому повороту событий. Двое его сослуживцев с тяжелыми пулеметами, машина с полным баком. Костя знает, куда бежать. Знает где все патрули. Знает, где мы будем искать. И те двое были готовы за него умереть...

  – Ты специально разрядил пистолет? – тихо спросила Ольга, вертя в руках пистолет Маркуса – Проверял его?

  – Он такой же, как я – спокойно ответил Максим – Я чувствовал это. Поэтому не совсем доверял.

  – Если бы ты оказался не прав, мы бы еще меньше перестали доверять тебе. Нельзя так просто вертеть другими, как тебе вздумается...

  Парень выхватил у нее из рук пистолет.

  – Ты лишь злишься, потому что я отказал тебе. Ревнуешь меня.

  – Вовсе нет! – опешив от такого предположения, воскликнула девушка.

  Даже Эдвард отвлекся от разговора по телефону.

  – Я знаю, что ты на самом деле чувствуешь – голос парня вовсе и не думал становиться тверже – Ты думаешь, что любишь меня. Но это не так, и ты не хочешь сама в это верить. Ты любишь лишь зверя внутри меня. Любишь и боишься. Но любишь больше. Поэтому тебя и влечет ко мне. Он укусил тебя, и думаешь, что создала с ним прочную связь... Да, может и так. Но ко мне самому это не имеет никакого отношения.

  Уходя, Максим указал на пулемет Эдварду.

  – Нужно в конце концов прибрать половину этих тайников... Меня едва не прикончили.

  Вожак закончил разговор и сел напротив Ольги. Но не знал, что сказать.

  – Он прав... – она вытерла слезы, но они все равно предательски продолжали течь.

  – Не думаю... – покачал головой оборотень.

  – Нет... – вновь возразила девушка – Сначала меня влекло к нему после того, как он меня укусил... Хоть у меня была мысль отомстить ему за смерть родителей... Но потом... Когда я увидела глаза зверя внутри него, то поняла, как все обстоит на самом деле – она подняла глаза на вожака – Но не хотела признавать. И когда он оттолкнул меня... Я ослепла от ярости. А он все это время знал все о каждом из нас... И ни разу не ошибся. А мы все... Мы ополчились против него. А он был все это время прав...

  Эдвард встал и подойдя к сидящей на стуле Ольге сзади положил руки на ее плечи, утешая.

  – Мы все сомневались... Теперь, когда предательство Кости раскрыто, дела наладятся.

  – Не наладятся... Максим прав. Война только начинается.

  США. Вашингтон. Неизвестные подземные коммуникации. 3 декабря. 2010 год.

  Я уже потерял счет, сколько просидел в этих четырех стенах. Иногда мне давали прогуляться по коридору, чтобы совсем крыша не поехала, но не более. Меня и других заключенных здесь охраняли по первому разряду. Казалось, что вообще это не Вашингтон, куда прилетел вертолет Крейна, а та неизвестная тюрьма где-то в Европе, где томится Дженсен. Проще же пристрелить... И милосерднее.

  Армстронг удостоил меня лишь одного презрительного взгляда, и велел увести с глаз долой. Похоже, сопровождающие поняли приказ слишком буквально...

  Никаких обвинений, суда. Просто карцер. Хотя еду, что подавали, можно назвать даже замечательной.

  Вроде лугару и может выбраться из этой тюрьмы, но уж слишком толсты стены и железные двери. Словно специально для нашего брата и строились.

  Кроме сна я занимался тренировками, какими мог, чтобы убить время. Медитировал. Но мысли часто возвращались к тому, что произошло в жизни. Слишком много плохого. А то, что было хорошее, всегда заканчивалось плохо. Как с Вероникой... Хотя сложно сказать, что между нами мелькнуло нечто серьезное. А я зацикливаюсь на одной девушке...

  Когда накатывали приступы бешенства, я снимал свою уже порядком изношенную одежду, и принимал звероформу. Это успокаивало, хотя приятных запахов для обострившегося обоняния не так уж много. Все же стоило уделять больше времени познанию своей второй стороны. Оборотням оно необходимо. Лугару же пытаются обойтись без этого – в рукопашной схватке облик волка не так эффективен. Даже в ЦРУ если и учили, то только основному, что понадобится на операциях.

  И вот в один из моментов я лежал волком на холодном бетонном полу, свернувшись калачиком, закрыв глаза, наслаждаясь как небольшой ветерок из маленькой решетки вентиляции раздувает серую шерсть.

  Тяжелый замок в двери заскрипел, и она открылась. В камеру вошел генерал Мальком. Все также с повязкой на глазу и в зеленом мундире. Что же Маркус сделал с его глазом, раз до сих пор не заживает...

  Мой облик не произвел на лугару никакого впечатления.

  – Приведи себя в порядок. После тебя проводят наверх. Даю тебе полчаса.

  Хватило и двадцати минут, чтобы помыться и сменить одежду. От солнечного света зарябило в глазах. Оказалось, что я находился где-то в подземельях под Капитолием. У лестнице стоял седан Малькома. Мне выдали куртку с низким капюшоном, который велели накинуть. Зачем? Если понадобятся, и так всем будет ясно, какого зверя вытащили из клетки.